# Письма А. А. Горжалчинского

Иван Сергеевич Аксаков

"День" И. С. Аксакова: История славянофильской газеты: Исследования. Материалы. Постатейная роспись

СПб.: ООО "Издательство "Росток"", 2017. -- Ч. 1. (Славянофильский архив; Кн. 5).


## ПИСЬМО А. А. ГОРЖАЛЧИНСКОГО ОТ 20 ДЕКАБРЯ 1861 г


Публикация А. П. Дмитриева


Антоний Иосиф (Андрей Андреевич) Горжалчинский -- историк, архивист, служил при Центральном архиве Киевского университета. Других сведений об этом ученом обнаружить не удалось. Он автор статьи в "Дне" "Из Киева. Письма поляка", с которой и началось в газете обсуждение польского вопроса (1862. 27 янв. No 16. С. 8--10). Аксаков сопроводил эту публикацию следующим примечанием: "Это письмо писано поляком, г. Горчалжинским, и, по нашему мнению, в высшей степени замечательно. Любопытно сопоставление этого письма со статьей г. Грабовского: оба поляки, оба из одной и той же местности, но один смотрит с точки зрения народной, другой -- с аристократической и ультрамонтанской. Нечего и говорить, что мы с своей стороны сочувствуем первой, хотя и с нею так, как ставит ее автор, не можем вполне согласиться. Ред." (Там же. С. 8). Упомянута статья по польскому вопросу (Грабовскый. Ответ поляка русским публицистам по вопросу о Литве и Западных губерниях // День. 1862. 13 янв. No 14. С. 7--10; 27 янв. No 16. С. 5--8), вызвавшая полемику в "Дне" и ряде других органов печати.


## А. А. ГОРЖАЛЧИНСКИЙ -- И. С. АКСАКОВУ. Киев, 20 декабря 1861 г.


Киев. Декабря 20 дня 1861 года.


Милостивый Государь!


Председатель Киевской Археографической Комиссии г. Юзефович1 сделал мне предложение посылать статьи в Вашу газету. Он сообщил мне и Ваше письмо. Вы желаете открыть в своей газете свободное место всякому мнению, посредством гласности решить спорные вопросы, откровенностью переменить вражду народную в мирный братский разговор.

Я охотно согласился писать в Вашей газете. -- Если я способен, если Вы позволите, я готов к Вашим услугам. Программа моих трудов заключается в письме, которое посылаю теперь, я не стану говорить об будущих статьях, увидите на деле.

Извините только, что мой слог не очень плавен, -- это сначала, я очень мало писал по-русски -- покамест поправьте ошибки. Если Вы меня примете, будьте так добры известить, известите меня как можно скорее.

На днях я высылаю Вам статью, заключающую в себе критический разбор "Ответа Киевской Археографической Комиссии на обвинения некоторых газет и журналов".2 Может быть, любопытно будет русской публике узнать, какой беспристрастный взгляд на это дело поляка. Эта статья почти готова.

Не стану мешать Вам в Ваших трудах и оканчиваю мое письмо, остаюсь с высоким уважением


Слуга

Ан. Горжалчинский.


Адресуйте:

Андрею Андреевичу Горжалчинскому.


Киев.


Передать в Канцелярию Университета Св. Владимира.

Печатается впервые по автографу: ИРЛИ. Ф. 3. Оп. 4. Ед. хр. 160. Л. 1--1 об. В левом верхнем углу помета Аксакова: "Ответ<ил> и послал деньги 50 р.".

1 О М.В. Юзефовиче см. справку на с. 152--153 наст. изд.

2 Эта статья не была опубликована в "Дне".


## ПИСЬМО А. А. ГОРЖАЛЧИНСКОГО ОТ 10 ОКТЯБРЯ 1865 г


Публикация А. П. Дмитриева


Об А. А. Горжалчинском см. преамбулу к публикации его письма от 20 декабря 1861 г. (наст. изд., с. 207).


## А. А. ГОРЧАЛЖИНСКИЙ -- И. С. АКСАКОВУ. Киев, 10 октября 1865 г.


Киев, 10-е октября 1865 года.


Милостивый Государь

Иван Сергеевич!


Миновало уже четыре года, когда я писал к Вам и в первый раз заговорил о польском вопросе на русском языке в "Дне".1 С тех пор много протекло воды и много переменилось, а общественное мнение вследствие политических событий успело выработать в себе много других мотивов.

Во времена разгара революционных страстей я оставался пассивным; а теперь опять хочу говорить, и понемножку, насколько это возможно, пописываю в "Киевлянине".

Но, когда стараюсь с полным беспристрастьем оценять настоящее положение дела и справедливость взглядов русских на Польшу, я нахожу, что для этого, чтобы понять нам себя взаимно, у нас еще нет выработанных мотивов.

Я не говорю о передовых, а говорю более о массе, и мне кажется, что всегда нужно стремиться к возможному восстановлению хладнокровного разговора, которого отсутствие, относительно польского вопроса, очень заметно в русском общественном мнении.

Мне это очень прискорбно, потому что я верю, что никакие политические обстоятельства не могут окончательно искоренить в душах единоплеменных народов мотивов братства, я верю, что еще и теперь можно попытаться на братский разговор, и именно теперь, когда революционное брожение удалило из массы польского народа много зловредного.

Приехавши в прошлом году в Киев, я задумал план, который с полною откровенностью передаю Вам с просьбою посоветовать мне в этом деле.

Я знаю, что о польском вопросе и о поляках говорят не то, что говорили три года тому назад, но знаю и то, что как тогда, так и теперь не говорят так, как следует говорить.

Я желал высказать свое мнение, но в газетах это оказалось невозможным, да, впрочем, в статейках мало что и выскажешь систематически, не имея своей газеты, и я задумал прочесть публичные лекции о польской словесности.

Их цель была, во-первых: высказать всю правду зла, которое, терзая верхние слои польского общества, зараженного германизмом, медленно вело народ к разъединению со славянами, но которое не коснулось действительного народного корня; во-вторых, что в историческом развитии Польши можно заметить одну непрерывную цепь людей, которые всегда понимали ошибки своего века и всегда высказывали это. Быть может, и мне суждено быть последним звеном этой цепи, и я на кафедре желал высказать всю правду и всю ложь в польском вопросе, отнестись к нему хладнокровно и в окончательном выводе моих мыслей я надеялся прийти к тому, что русский народ убедился-де, что есть еще в Польше славянский элемент, что есть люди (хотя бы самое незначительное меньшинство), достойные их дружбы.

Сообщив об этом плане Михаилу Владимировичу,2 я получил одобрение, и он взялся ходатайствовать о разрешении мне прочесть публичные лекции. Но программа, представлен<н>а<я> мною Попечителю,3 была передана Генерал-губернатору,4 который возвратил ее с надписью, что "при настоящем положении Юго-Западного Края он считает эти лекции неуместными в Киеве". В частном разговоре, как передал мне Михаил Владимирович, Генерал-Губернатор выразился, что он боится, чтоб эти лекции не раздразнили страстей здешних поляков.

Если бы мне было разрешено прочесть лекции в Киеве, я думал прочесть их впоследствии и в Москве. Теперь же я, не имея возможности говорить в Киеве, не оставляю своего намерения относительно Москвы и обращаюсь к Вам за советом -- как Вы находите это?

Я посылаю Вам и обширную программу,5 из которой Вы увидите яснее, чего я хочу, а если бы была надежда на осуществление моего намерения, то я переслал бы Вам и первую лекцию, которая у меня совершенно написана.

Посылаема<я> программа находится совершенно в таком виде, в каком была представляема здесь.

Передавая в Ваше попечение мое дело, я осмеливаюсь надеяться, что удостоюсь Вашего ответа, в ожидании коего имею честь просить Вас принять уверение в глубочайшем моем почтении и совершенной преданности, с которыми имею честь быть Вашим,


Милостивый Государь,

Покорнейшим Слугою.

Ан. Горжалчинский.


Адрес:

Андрею Андреевичу Горжалчинскому в Киев. В Центральный Архив в Университете Св. Владимира.

Печатается впервые по автографу: ИРЛИ. Ф. 3. Оп. 4. Ед. хр. 160. Л. 3-4 об.

1 Горжалчинский А. Из Киева: Письма поляка // День. 1862.27 янв. No 16. С. 8--10.

2 Назван М. В. Юзефович, председатель Киевской археографической комиссии.

3 В 1864--1867 гг. попечителем Киевского учебного округа был князь А. П. Ширинский-Шихматов (см. о нем коммент. 3 на с. 350).

4 В тот период (1865--1869) генерал-губернатором киевским, волынским и подольским был генерал-адъютант Александр Павлович Безак (1800--1869).

5 Этой программы нет в данной единице хранения.