# Об изменении границ Западного края

Иван Сергеевич Аксаков

Сочиненія И. С. Аксакова. Томъ третій.

Польскій вопросъ и Западно-Русское дѣло. Еврейскій Вопросъ. 1860--1886

Статьи изъ "Дня", "Москвы", "Москвича" и "Руси"

Москва. Типографія М. Г. Волчанинова (бывшая М. Н. Лаврова и Ко.) Леонтьевскій переулокъ, домъ Лаврова. 1886.


## Статьи из газеты "День" (1863)


## Объ измѣненіи границъ Западнаго края.


Москва, 26-го октября 1863 года.


Въ послѣднемъ No, въ примѣчаніи къ одной статьѣ Областнаго Отдѣла, мы коснулись вопроса, который желаемъ теперь обсудить поподробнѣе. Мы говоримъ объ измѣненіи границъ Западнаго края. Мы знаемъ, что многимъ это предположеніе покажется мелочнымъ, ничтожнымъ, не способнымъ дать полезныхъ практическихъ результатовъ, но они ошибаются. Притягательная власть административнаго центра надъ окружностью и невольное тяготѣніе окружности къ административному центру имѣютъ огромное значеніе въ жизни народа, населяющаго эту окружность, и вырабатываютъ на практикѣ цѣлую сѣть разнообразнѣйшихъ отношеній, которыя, какъ жилы въ живомъ организмѣ, переплетатаясь между собою, связуютъ тѣсною связью всѣ части административно-обособленнаго поземельнаго пространства. Съ измѣненіемъ гражданскаго средоточія, измѣняется, такъ сказать, и кровообращеніе гражданской жизни въ извѣстной округѣ; перемѣстите центръ изъ одной мѣстности въ другую -- вы дадите иное направленіе всѣмъ тѣмъ -- продолжаемъ сравненіе -- кровеноснымъ сосудамъ, которые приносятъ кровь къ центру и разносятъ ее изъ центра по всему тѣлу. Разумѣется, если при перемѣщеніи нѣтъ перемѣны въ самомъ качествѣ центра, то новая централизація можетъ и не оказывать особеннаго вліянія на внутренній строй гражданской жизни,-- и наоборотъ, во сколько новый центръ разнится отъ прежняго своими внутренними элементами, во столько (конечно, относительно) эта перемѣна отражается и на внутренней жизни всей подчиненной центру окружности. Напримѣръ: для города Лихвина почти все равно, будетъ ли главное центральное управленіе, къ которому онъ имѣетъ тянуть по закону нашей гражданской централизаціи, въ Калугѣ или Тулѣ, потому что и Тула и Калуга сами по себѣ довольно безличны и не представляютъ большой разности во внутреннемъ своемъ содержаніи. Напротивъ того, Москва и Петербургъ являются центрами разнокачественными, разнохарактерными -- при всей наружной одинаковости административнаго механизма. Тѣмъ болѣе разнятся между собою, напримѣръ, Москва и Вильно, или даже сосѣдніе другъ другу Минскъ и Черниговъ, Витебскъ и Псковъ: здѣсь, несмотря на единство законовъ и системы управленія и суда,-- присутствіе различныхъ національныхъ элементовъ, образуя различныя атмосферы, въ которыхъ вращаются и движутся, повидимому, одинаковыя административныя пружины и колеса, оказываетъ вліяніе на самое качество центра, а чрезъ него и на ходъ всего административнаго механизма,-- и приводитъ не къ одинаковымъ практическимъ послѣдствіямъ. А все это, вмѣстѣ съ тѣмъ, приводитъ насъ вновь къ убѣжденію,-- всѣмъ извѣстному, но не всегда полагаемому въ основаніе нашихъ распоряженій,-- что никакое управленіе, хотя бы самое легальное, правильное, строго руководящееся буквою Свода Законовъ,-- равно и никакое человѣческое дѣло, какъ бы ни старались люди низвести его на степень механическаго дѣйствія, не свободно отъ участія духа, не можетъ отрѣшиться отъ вліянія нравственныхъ жизненныхъ, мѣстныхъ силъ -- неуловимыхъ для бюрократическаго опредѣленія, ускользающихъ отъ всякой внѣшней законодательной формулы. Подробнѣе объ этомъ, въ отношеніи къ Западному краю, мы скажемъ ниже.

Очевидно, что одно географическое перемѣщеніе административнаго центра не представляетъ особенной важности, если въ то же время не происходятъ измѣненія въ качественномъ значеніи центра, зависящемъ отъ условій не одного административнаго свойства, а и отъ многихъ другихъ, бытовыхъ и нравственныхъ, напримѣръ этнографическихъ, экономическихъ, религіозныхъ и т. д. Подольскіе дворяне очень хорошо это понимали, когда просили о присоединеніи ихъ губерніи къ административному округу Царства Польскаго. Съ точки зрѣнія формальной законности эта просьба могла бы казаться столь же естественною, какъ и просьба о причисленіи, напримѣръ, уѣзда Сызранскаго Симбирской губерніи къ генералъ-губернаторству Оренбургскому и Самарскому,-- а между тѣмъ, во сколько просьба Сызранцевъ, будучи исполнена, дала бы совершенно безвредные для государства результаты, во столько просьба Подольскихъ дворянъ принесла бы существенный вредъ Русской народности Подольскаго края (даже и безъ возстановленія Польши) -- чрезъ одно измѣненіе главнаго средоточія управленія, къ которому въ такомъ случаѣ пришлось бы по неволѣ тяготѣть Подольской губерніи. Такъ важно бываетъ иногда перемѣщеніе центра! Мы уже не говоримъ о тѣхъ случаяхъ, когда перемѣщается центръ политическій, когда, напримѣръ, искусственно и извнѣ налагаемая граница раздѣляетъ надвое какую-нибудь мѣстность и одну причисляетъ -- положимъ -- къ Австріи, а другую къ Россіи: мы можемъ это видѣть хоть бы у насъ по границѣ Волыни, гдѣ нерѣдко самыя деревни разрѣзываются на двѣ половины, Русскую и Австрійскую,-- и въ особенности по границѣ Царства Польскаго съ Австріей и Пруссіей. Здѣсь конечно уже самыя системы администраціи представляютъ великую разность,-- во одно несходство системъ не въ состояніи было бы производить то различіе, которое замѣчается нерѣдко во всемъ строѣ и тонѣ жизни разрѣзанныхъ половинъ и которое происходитъ главнымъ образомъ отъ тяготѣнія къ различнымъ политическимъ центрамъ, отъ нравственнаго дѣйствія разнокачественныхъ правительственныхъ авторитетовъ...

Но этого мало. Необходимо также, при избраніи новаго средоточія, при присоединеніи данной мѣстности къ новому центру, принимать въ соображеніе взаимное отношеніе ихъ матеріальной и нравственной силы, ихъ органической самостоятельности. При несоблюденіи этого условія можетъ случиться и такъ, что не центръ поглотитъ окружность, а окружность поглотитъ центръ или никогда съ нимъ не сплотится. Пояснимъ это примѣромъ. Если бы, положимъ, мы вздумали присоединить къ Ананьевскому уѣзду Херсонской губерніи весь Юго-Западный край, то едвали Ананьевскій уѣздъ,-- какъ по своему объему, такъ и потому, что не представляетъ ничего органически цѣлаго и крѣпкаго внутреннею самостоятельною жизнью, былъ бы въ силахъ наложить свое вліяніе на Югозападныя области: не онѣ бы къ нему потянули, а онъ къ нимъ. И наоборотъ: возьмите одинъ уѣздъ изъ Югозападнаго края и присоедините его къ цѣлой Херсонской губерніи, и черезъ нѣсколько лѣтъ этотъ уѣздъ, по всей вѣроятности, будетъ поглощенъ элементомъ -- господствующимъ въ новомъ, избранномъ для уѣзда, административномъ центрѣ. Приведемъ примѣры покрупнѣе и инаго рода. Присоединеніе къ Піемонту не только Неаполя, но даже Флоренціи, меньшей по пространству, было бы совершенно непрочно, потому что и Неаполь и Флоренція -- самостоятельные, живые, обособленные организмы, цѣльныя историческія и духовныя народныя личности, совершенно равносильныя Піемонту, присоединеніе это было бы не прочно, говоримъ мы, еслибъ упомянутыя страны присоединялись дѣйствительно къ Піемонтскому центру, а не къ иному высшему и важнѣйшему -- хотя еще только идеальному -- административному и политическому центру единой Италіи. Между тѣмъ Россія" пріобрѣтая въ XVI вѣкѣ Сибирь, почти равную ей по пространству, не только не почувствовала необходимости въ перемѣщеніи своего правительственнаго средоточія, но напротивъ подчинила безъ затрудненій всю Сибирь административному вліянію Московскаго центра: ибо Сибирь была тогда не болѣе, какъ грубой, неорганической въ политическомъ смыслѣ, массой. И напротивъ того, Польша,-- или то, что мы называемъ Польшею, Царство Польское,-- занимая пространство въ сто разъ меньшее Сибири, никогда не можетъ находиться къ Россіи въ одинаковыхъ съ Сибирью отношеніяхъ. Заключая въ себѣ особый, цѣльный, самостоятельный народный организмъ, запечатлѣнное печатью народной личности, жившей и дѣйствовавшей своимъ лицомъ и своимъ именемъ въ исторія, Царство Польское относится къ Россіи до сихъ поръ не какъ провинція къ метрополіи, не какъ окружность къ центру, а какъ организмъ къ организму, народность къ народности. Слиться оба эти организма вмѣстѣ, пока будетъ существовать въ нихъ такая рѣзкая внутренняя разнокачественность, едвали могутъ. Ни Москва не можетъ быть центромъ для Польши, ни тѣмъ менѣе,-- объ этомъ даже смѣшно и подумать, хотя и были къ тому попытки,-- Варшава для Россіи.-- Совсѣмъ другое отношеніе между Западнымъ краемъ и центральной Россіей, и перемѣщеніе здѣсь административныхъ центровъ можетъ имѣть огромное, благотворное для Русской народности значеніе.

И такъ, при выборѣ новаго центра, необходимо имѣть въ виду отношеніе пространства, самостоятельности гражданскаго и историческаго бытія, а также и внутренняго сродства вновь соединяемыхъ вмѣстѣ пространствъ. Послѣднее условіе всего скорѣе способно слить ихъ въ одно органическое цѣлое, вообще значительно облегчаетъ дѣло, и главное -- даетъ разумное и нравственное оправданіе дѣйствію централизаціи:-- но мы уже знаемъ, что даже и внѣ этого условія, перемѣщеніе административнаго центра можетъ, съ теченіемъ времени, получить сильное вліяніе на гражданскій строй и даже на весь общественный бытъ извѣстной мѣстности. Напримѣръ: если для Поляковъ-помѣщиковъ (т. е. считающихъ себя Поляками) Балтскаго уѣзда административнымъ центромъ будетъ не Баменецъ-Подольскъ, котораго городское населеніе все Польское или ополяченное, а губернскій городъ Херсонъ,-- то вмѣсто Каменца имъ придется ѣздить въ Херсонъ дли совершенія крѣпостныхъ и другихъ актовъ, для переговоровъ съ начальствомъ и пр.; имъ придется, наконецъ, участвовать въ дворянскихъ выборахъ уже не въ Каменцѣ вмѣстѣ съ Польскими дворянами, а въ Херсонѣ съ Русскими дворянами, представляющими здѣсь сплошную и крѣпкую нравственную силу. Такое распоряженіе, имѣющее цѣлью ослабить незаконное господство пришлаго Польскаго элемента надъ Русскою народностью въ Западномъ краѣ, мы считаемъ вполнѣ законнымъ" И если оно, къ сожалѣнію, не можетъ охватить весь Западный край, то все же уменьшитъ объемъ того пространства, надъ которымъ властвуютъ преданія иной, отдѣльной отъ Россіи и враждебной ей общественной жизни. Уманьскій или Балтскій уѣздъ, присоединенный къ Херсонской губерніи, перестанетъ быть и называться Западнымъ или Югозападнымъ краемъ и сольется съ Россіей цѣльнѣе чѣмъ теперь; Западнаго края, представляющагося чѣмъ-то обособленнымъ, убудетъ. Въ этомъ отношеніи достойны изученія распоряженія Екатерины II при присоединеніи къ Россіи Русскихъ областей -- бывшихъ Польскихъ провинцій -- послѣ 1-го и 2-го раздѣловъ Польши. Такъ, напримѣръ, Полоцкая и Витебская провинціи первоначально входили въ составъ Псковской губерніи...

Всматриваясь въ карту и принимая въ разсчетъ требованія современной дѣйствительности, мы съ своей стороны полагаемъ, что границы Западнаго края могли бы допустить иное чѣмъ теперь очертаніе. Разумѣется, такое очертаніе требовало бы внимательной работы и знакомства со всѣми мѣстными условіями экономическими и этнографическими,-- но мы, предлагая вниманію читателей наше соображеніе, имѣемъ единственною цѣлью -- возбудить вопросъ и вызвать повѣрку этого очертанія со стороны лицъ, которымъ Западный край ближе извѣстенъ. Начнемъ съ Юга.

Полтавская губернія граничитъ съ Кіевской, а Херсонская съ Кіевской и Подольской. Несмотря на то, что Днѣпръ полагаетъ естественное раздѣленіе Украйнѣ на двѣ половины,-- "на томъ и семъ боцѣ",-- было бы едвали не полезно ослабить жизненное значеніе этого раздѣленій во сколько оно усиливается раздѣленіемъ административнымъ,-- и связать однимъ общимъ тяготѣніемъ къ одному центру казаковъ Малороссійскихъ и бывшихъ казаковъ Чигиринскаго и Черкасскаго уѣздовъ. Если бы эти оба уѣзда примкнулись къ Полтавской губерніи, то съ другой стороны половина Уманьскаго уѣзда Кіевской, часть Ольгопольскаго и весь Балтскій уѣздъ Подольской губерніи могли бы быть присоединены къ Херсонской губерніи и такимъ образомъ оттянуты отъ теперешняго своего центра, весьма слабаго Русскою народною жизнью и довольно сильнаго Польскимъ элементомъ -- Каменецъ-Подольска.-- Затѣмъ, Кіевскую губернію удобно было бы пополнить на Сѣверѣ и на Западѣ на счетъ Минской,-- отъ которой могла бы быть отрѣзана небольшая часть Мозырскаго уѣзда,-- и Волынской, отъ которой могли бы быть отдѣлены уѣзды: весь Овручскій и значительная часть Житомірскаго, если не весь Житомірскій уѣздъ и съ его городомъ. Намъ кажется вообще, что административный центръ для Волынской губерніи выбранъ совершенно неудачно: она слишкомъ обильна враждебными Русской народности элементами, а между тѣмъ занимаетъ такое огромное пространство, что централизующее значеніе административнаго средоточія естественно слабѣетъ на окраинахъ такой обширной административной округи. Она почти вдвое болѣе Каменецъ-Подольской (въ первой 62,643 кв. версты, во второй 37,293), болѣе Кіевской (44,730 кв. вер.), болѣе Черниговской. (46,042 вер.), занимаетъ болѣе 200 верстъ по границѣ Галиціи, верстъ 100 по границѣ Царства Польскаго,-- а между тѣмъ губернскій городъ Житоміръ лежитъ, по прямой линіи, всего въ 10 верстахъ отъ границы Кіевской губерніи и въ 318 верстахъ отъ своего крайняго уѣзднаго города Владиміра Волынскаго, находящагося въ 10 верстахъ отъ границы Царства Польскаго! Одного административнаго центра, поставленнаго вдобавокъ на самомъ краю губерніи, при такомъ ея протяженіи и при постоянномъ противодѣйствіи со стороны Польскаго элемента, очевидно не достаточно. Кажется, эта губернія могла бы быть удобно раздѣлена на двѣ, съ двумя административными средоточіями въ древле-Русскихъ, богатыхъ историческою жизнью, городахъ Острогѣ и Владимірѣ Волынскомъ,-- или, по неудобству Владиміра, слишкомъ близкаго къ Польской границѣ, въ г. Луцкѣ. Изъ статьи, помѣщенной въ 41 No "Дня": "Судьба Волынскаго каѳедральнаго собора", читатели могутъ убѣдиться, что православной епископской каѳедрѣ было бы несравненно умѣстнѣе и выгоднѣе находиться въ древнемъ центрѣ православія -- Острогѣ, нежели въ Житомірѣ.

Далѣе: Черниговская губернія, прилегающая съ восточной стороны къ Орловской губерніи, съ западной стороны граничитъ съ Рѣчицкимъ уѣздомъ Минской и съ Гомельскимъ -- Могилевской губерніи. МглинскіЙ уѣздъ Черниговской губерніи можетъ быть безъ всякаго неудобства присоединенъ къ Орловской, а Гомельскій уѣздъ и Рѣчицкій къ Черниговской губерніи. Мы бы прирѣзали къ тому же административному средоточію и половину Рогачевскаго уѣзда, Могилевской губерніи. Извѣстно, что Рогачевскіе дворяне, вообразивъ себя Поляками, также составляли адресъ о присоединеніи Могилевской губерніи къ Царству Польскому. Конечно, имъ бы и въ голову не могла придти такая дикая, безобразная мысль, или они бы никогда не посмѣли ее заявить, еслибъ засѣдали на выборахъ, вмѣстѣ съ завзятыми Малороссами -- дворянами Черниговской губерніи!-- Мы могли бы подкрѣпить наши соображенія исчисленіемъ пространства и народонаселенія въ уѣздахъ, но боимся утомить вниманіе нашихъ читателей. Скажемъ только, что общее пространство каждой губерніи (за исключеніемъ Волынской) остается, при нашемъ измѣненія границъ, почти то же.

Отъ Минской губерніи можно было бы отдѣлить къ Могилевской часть Игуменскаго и почти весь Бобруйскій уѣздъ Минской губерніи. Могилевъ, сравнительно съ Минскомъ, представляетъ болѣе Русской общественной стихіи, и потому такое присоединеніе не можетъ быть безполезно для упомянутыхъ уѣздовъ, въ которыхъ Польское шляхетское господство еще довольно сильно. Съ другой стороны Минскъ, находясь въ центрѣ Бѣлоруссіи, обильный историческими Бѣлорусскими преданіями, съ большею пользою могъ бы послужить административнымъ средоточіемъ для нѣкоторыхъ Бѣлорусскихъ уѣздовъ Виленской губерніи, нежели Вильно. Считаемъ нужнымъ сказать нѣсколько словъ собственно о самомъ г. Вильнѣ. По замѣчанію г. Кояловича, въ Россія не понимаютъ историческаго постепеннаго омертвѣнія Вильна, народной ничтожности этого города даже въ экономическомъ смыслѣ,-- ничтожности, которой не можетъ поправить даже желѣзная дорога. Не хотятъ видѣть, пишетъ нашъ многоуважаемый сотрудникъ въ замѣткѣ на одну статью, присланную въ редакцію, что Вильно стало средоточіемъ и символомъ въ Литвѣ Польской силы, Польской цивилизаціи, что это нѣчто въ родѣ Литовскаго Петербурга.... Между тѣмъ этотъ городъ сдѣланъ средоточіемъ генералъ-губернаторства, и лучшая изъ Бѣлорусскихъ губерній, какъ свидѣтельствуютъ о томъ Бѣлоруссы, лучшая по крѣпости народныхъ неиспорченныхъ силъ, т. е. Минская, поставлена въ необходимость тянуть къ самому главному центру полонизма на Литвѣ, къ Вильну. Этому значенію Вальна, какъ центру и сѣдалищу полонизма въ Западномъ краѣ, много способствовало существованіе здѣсь знаменитаго Виленскаго университета, преобразованнаго въ 1813 году изъ академіи іезуитовъ. Мы прочли въ газетныхъ корреспонденціяхъ, что есть предположеніе возстановить этотъ университетъ снова, съ тѣмъ, чтобы профессора были тамъ исключительно Русскіе, и чтобъ университетъ сдѣлался орудіемъ не Польской, какъ прежде, но Русской пропаганды. Дай Богъ, чтобъ это предположеніе такъ и осталось предположеніемъ! Мы съ своей стороны объявляемъ себя рѣшительно противниками такого предположенія. Учреждайте, если хотите, университетъ въ Полоцкѣ, Витебскѣ, Минскѣ, но никакъ не въ Вильнѣ. Не слѣдуетъ такъ мало давать цѣны преданіямъ, такъ пренебрегать ихъ силою. Русскимъ профессорамъ въ Вильнѣ пришлось бы бороться съ этими старыми университетскими преданіями, не имѣя въ то же время никакой поддержки въ окружающей ихъ туземной общественной средѣ, почти насквозь пропитанной полонизмомъ Учрежденіе университета только бы подняло значеніе Вильна, значеніе невыгодное для развитія народной жизни, только бы укрѣпило Польскую общественную почву. Вообще мы не должны слишкомъ смѣло полагаться на возможность для насъ, уже теперь, прямой положительной успѣшной духовной пропаганды. Десять старообрядческихъ слободъ, сотня артелей нашихъ Владимірцевъ гораздо успѣшнѣе могутъ произвести свою бытовую пропаганду въ народѣ, нежели, въ своей отвлеченной сферѣ, цѣлый сонмъ профессоровъ, имѣющихъ дѣло не съ народомъ, а съ Польскимъ обществомъ, закованнымъ въ броню латинства и Польскихъ преданій. Мы видимъ, что даже и Кіевскій университетъ съ величайшимъ трудомъ успѣваетъ въ борьбѣ съ полонизмомъ, а между тѣмъ Кіевъ и Вильно -- какая неизмѣримая разница въ условіяхъ для Русской университетской пропаганды! Кажется, вмѣсто университета, лучше било бы озаботиться устройствомъ мѣстныхъ гимназій, освобождать мѣстныя гимназіи отъ вредныхъ Польскихъ вліяній....

Возвращаемся къ Минской губерніи. Мы полагаемъ, что за отдѣленіемъ нѣкоторой ея части къ Могилевской и Черниговской губерніямъ, полезно было бы оттянуть отъ г. Вильна уѣзды Вилейскій и Ошмянскій и присоединить ихъ къ Минской губерніи, или, по крайней мѣрѣ, значительную часть этихъ уѣздовъ.

Псковская губернія могла бы также подвинуться на Югъ и распространиться на такъ-называемые Ивфлянтскіе уѣзды, если не на всѣ четыре, такъ на три изъ нихъ, Люцинскій, Рѣжицкій и Динабургскій уѣзды Витебской губерніи. Въ этомъ, при существующей желѣзной дорогѣ, не можетъ быть неудобства. Нѣтъ никакой надобности, чтобъ 4 Инфлявтскіе уѣзда находились непремѣнно всѣ вмѣстѣ въ одной губерніи. Затѣмъ вмѣсто Витебской, по внутренней ничтожности ея губернскаго города Витебска, можно было бы образовать новую Великолуцкую губернію, съ губернскимъ городомъ Великіе Луки, что нынѣ уѣздный городъ Псковской губерніи,-- или же Полоцкую съ губернскимъ городомъ Полоцкомъ. Это было бы отчасти возвращеніемъ къ мысли Екатерины, назначившей первоначально губернскимъ городомъ для провинцій Двинской (Польской Лифляндіи, какъ сказано въ ея указѣ Сенату 1772 г.) и Полоцкой -- городъ Псковской губерніи Опочку. Затѣмъ въ 1777 году учреждена была Полоцкая губернія изъ уѣздовъ: Полоцкаго, Дриссенскаго, Динабургскаго, Рѣжицкаго, Люцинскаго, Себежскаго, Невельскаго, Витебскаго, Велижскаго, Городецкаго и Суражскаго. Въ 1796 г. губерніи Полоцкая соединена съ Могилевскою и названа Бѣлорусскою, а въ 1802 г. Бѣлорусская раздѣлена на Могилевскую и Витебскую; съ тѣхъ поръ составъ ея не измѣнился (см. Географ. словарь, 1863 г. т. 1, вып. 3). Какія причины заставили предпочесть Витебскъ -- Полоцку, неизвѣстно; мы знаемъ только, что въ царствованіе Александра І-го, существовавшему въ Полоцкѣ іезуитскому коллегіуму даны были всѣ права университета, и что Полоцкъ вообще былъ однимъ изъ главныхъ пунктовъ іезуитской пропаганды Бѣлорусскаго края, и потому нельзя не пожалѣть, что православная архіерейская каѳедра и православная семинарія переведены изъ Полоцка въ Витебскъ, гдѣ они и до сихъ поръ сохраняютъ названіе "Полоцкой семинаріи", "Полоцкой епархіи".

Кажется, у насъ вообще принято за правило, чтобы границы епархій совпадали съ границами губерній; это представляетъ большое удобство въ административномъ отношеніи, но мы не видимъ особенной надобности въ томъ, чтобы мѣстопребываніе архіерея находилось непремѣнно въ томъ же городѣ, который административныя соображенія возводятъ на степень губернскаго. Преданія церковной дѣятельности, столь важныя въ жизни церковной, не всегда совпадаютъ съ удобствами свѣтской администраціи, и едвали полезно жертвовать первыми для того только, чтобъ всѣ губернскіе города были возведены въ надлежащее единообразіе, т. е. чтобъ къ губернскому синклиту принадлежалъ непремѣнно и архіерей и чтобъ рядомъ съ домомъ присутственныхъ мѣстъ красовался и каѳедральный соборъ... Такъ не въ Житомірѣ, а въ Острогѣ, не въ Витебскѣ, а въ Полоцкѣ слѣдовало бы, кажется, быть епископской каѳедрѣ,-- и не только въ Западномъ краѣ, но и въ центральной Россіи можно найти примѣры подобнаго перемѣщенія епископскихъ каѳедръ.

Впрочемъ, для того, чтобы не лишиться Витебску уже отчасти пріобрѣтеннаго имъ и небезполезнаго значенія, можно было бы вмѣсто одной Витебской, образовать двѣ губерніи, именно: къ Псковской губерніи должны были бы присоединиться уѣзды: Динабургскій, Лещинскій и Рѣжицкій; Великіе Луки съ Торопецкимъ уѣздомъ Псковской губерніи образовали бы съ городами: Себежомъ, Невелемъ, Велижемъ, Полоцкомъ и Дриссой новую губернію; Витебская же губернія могла бы состоять, кромѣ уѣздовъ городовъ Суража, Городка, Лепеля, изъ уѣздовъ городовъ Бабиновичи и Сѣнно Могилевской губ, части Борисовскаго уѣзда Минской, и Дисненскаго уѣзда Виленской губерніи: Дисна отъ Витебска ближе, чѣмъ отъ Вильна. Такое перемѣщеніе административныхъ центровъ притянуло бы соки народной жизни, вмѣсто ополяченнаго Запада, къ Русскому Востоку и Сѣверу.

Мы слышали, что Министерство внутреннихъ дѣлъ еще въ 1836 или 37 году составляло проектъ объ измѣненіи границъ Западнаго края, но почему-то осуществленіе этого проекта не состоялось. Любопытно было бы видѣть, въ какой степени этотъ проектъ совпадаетъ съ нашимъ, и какія именно причины воспрепятствовали приведенію его въ исполненіе? Въ теченіи четверти вѣка, минувшей съ того времени, многія мѣстности можетъ-быть успѣли бы уже окончательно освободиться изъ-подъ гнета полонизма и были бы просто Россіей, а не какимъ-то отдѣльнымъ краемъ, "отъ Польши присоединеннымъ", "отъ Польши возвращеннымъ"....