# По поводу циркуляра министра внутренних дел губернаторам от 22 декабря 1880 года

Иван Сергеевич Аксаков

Сочиненія И. С. Аксакова.

Общественные вопросы по церковнымъ дѣламъ. Свобода слова. Судебный вопросъ. Общественное воспитаніе. 1860--1886

Томъ четвертый.

Москва. Типографія М. Г. Волчанинова (бывшая М. Н. Лаврова и Ко.) 1886


## По поводу циркуляра министра внутреннихъ дѣлъ губернаторамъ отъ 22 декабря 1880 года


"Русь", 31-го января 1881 г.


Самымъ значительнымъ внутреннимъ событіемъ послѣднихъ дней является несомнѣнно циркуляръ г. Министра Внутреннихъ Дѣлъ губернаторамъ о передачѣ на обсужденіе всѣхъ уѣздныхъ и губернскихъ по крестьянскимъ дѣламъ присутствій и всѣхъ уѣздныхъ и губернскихъ земскихъ собраній -- предположеній, поступившихъ доселѣ отъ нѣкоторыхъ губернскихъ начальствъ и земствъ, о частныхъ измѣненіяхъ въ дѣйствующемъ нынѣ Положеніи о мѣстныхъ по крестьянскимъ дѣламъ учрежденіяхъ. Ниже, во Внутреннемъ Обозрѣнія, мы воспроизводимъ этотъ циркуляръ дословно, вмѣстѣ съ приложеннымъ къ нему "перечнемъ возникшихъ донынѣ вопросовъ и предположеній объ измѣненіи нѣкоторыхъ постановленій Положенія 27 іюня 1874 года".

Въ такой-то скромной формѣ, безъ трубнаго звука и барабаннаго боя, предлагается нынѣ на обсужденіе всего нашего земскаго представительства одна изъ самыхъ трудныхъ, и серьезныхъ законодательныхъ задачъ,-- требуется правительствомъ совѣтъ русскаго земства по вопросу величайшей важности, захватывающему самую глубь, самое нутро нашего общественнаго организма,-- тѣсно, неразрывно связанному съ существенными основами народнаго быта, крестьянскаго и земскаго самоуправленія. Можетъ-быть самая эта простота формы, съ которою, безъ всякаго блеска и треска, сдѣлано настоящее предложеніе и требованіе, служитъ причиною того неудоумѣнія, чтобъ не сказать холодности, съ какимъ до сихъ поръ, за немногими исключеніями, встрѣченъ былъ циркуляръ въ нашей, вообще очень голосистой печати. Есть газетные Репетиловы,-- можетъ быть имѣются они и въ земствѣ,-- для которыхъ вся "суть" дѣла заключается лишь въ извѣстномъ, условно-либеральномъ ярлыкѣ, которые кромѣ "взгляда и нѣчто" ни на какую другую основательную работу непригодны. Но надо надѣяться, что большинство нашихъ земствъ не нуждается въ либеральныхъ бубенчикахъ для возбужденія своихъ мыслительныхъ способностей: что оно сумѣетъ распознать въ дѣловомъ изложеніи циркуляра всю широту, все значеніе поручаемой ихъ разрѣшенію задачи, и воспользоваться во всей полнотѣ тѣмъ просторомъ обсужденія, который нуженъ и который циркуляромъ не возбраняется, а предоставляется. Настоящій правительственный актъ отличается тою особенностью, что онъ не навязываетъ никакой теоріи или доктрины, ставитъ вопросъ не на отвлеченной, а на практической почвѣ, и ставятъ повидимому вовсе не общій вопросъ, на который и отвѣчать можно бы только общими отвлеченными формулами, а цѣлый рядъ вопросовъ какъ бы только казуистическихъ, на которые и отвѣты должны, разумѣется, формуловаться конкретно (съ нѣкотораго времени этотъ философскій терминъ попалъ въ большую у насъ моду). Циркуляръ не провозглашаетъ заранѣе "ломки", не объявляетъ существующее какъ бы ужъ вовсе и не имѣющимъ реальнаго бытія, не предлагаетъ гладкой доски, на которой черти что хочешь,-- а отправляясь отъ даннаго факта, приглашаетъ слѣдовать путемъ практическихъ, жизненныхъ указаній; но при этомъ онъ не предрѣшаетъ ему предѣла, не намѣчаетъ заранѣе выводовъ. Ему нужны отъ земствъ не ораторскія рѣчи и не журнальныя статьи, а дѣйствительное участіе и содѣйствіе въ самой законодательной работѣ. Едвали этотъ способъ разрѣшенія спорной задачи не самый правильный при томъ разнообразіи воззрѣній и мнѣній, большею частью не выясненныхъ, не опредѣленныхъ, какое, относительно крестьянскаго и земскаго самоуправленія, продолжаетъ господствовать въ нашемъ обществѣ и литературѣ. Наша "интеллигенція" вообще,-- какъ мы уже имѣли случай замѣтить, очень сильна и почти единодушна въ критикѣ отрицательнаго характера, и очень слаба и лѣнива какъ въ дѣлѣ практическаго созиданія, такъ и въ дѣлѣ положительныхъ, строго провѣренныхъ и соображенныхъ съ условіями дѣйствительной жизни "умоначертаній" (по любимому выраженію русскихъ государственныхъ людей временъ Екатерины). Въ настоящемъ же случаѣ перевѣсъ опытности, практическаго знанія и здраваго смысла будетъ на сторонѣ того огромнаго большинства, которое по скромности своей не смѣетъ причислять себя къ "интеллигенціи", праздныхъ рѣчей держать не умѣетъ, и нарушаетъ молчаніе лишь тогда, когда представляется возможность вставить впору и кстати дѣльное слово. Къ сожалѣнію, не всегда это огромное большинство является дѣйствительнымъ большинствомъ въ нашихъ земскихъ представительныхъ собраніяхъ. Поэтому было бы очень и очень желательно, чтобы, по крайней мѣрѣ,-- какъ это было при обсужденіи вопроса объ освобожденіи крестьянъ въ губернскихъ комитетахъ,-- Министерство Внутреннихъ Дѣлъ не довольствовалось "заключеніемъ" уѣздныхъ и губернскихъ земскихъ собраній, состоявшимся но большинству голосовъ, а требовало также сообщенія взглядовъ меньшинства и даже отдѣльныхъ мнѣній. Меньшинство въ собраніяхъ нерѣдко выражаетъ мысль того дѣйствительнаго большинства, которое пребываетъ внѣ стѣнъ совѣщательной залы... Вспомнимъ, что и при разрѣшеніи упомянутаго великаго вопроса, при составленіи Положенія 19 февраля, правительство приняло въ руководство не заключеніе большинства, но мнѣніе меньшинства губернскихъ комитетовъ.

Обратимся къ самому циркуляру. Несомнѣнно, что первое впечатлѣніе, производимое имъ при бѣгломъ чтеніи, можетъ возбудить мысль, что задача поставлена имъ слишкомъ узко и частно, безъ общаго плана, безъ соотношенія съ вопросами болѣе существенными о цѣлой системѣ уѣзднаго самоуправленія. Но, какъ мы сказали, циркуляръ даетъ только точку отправленія и, не сходя съ почвы фактовъ, предлагаетъ слѣдовать отъ факта къ факту путемъ логическихъ умозаключеній, основанныхъ не на отвлеченной теорія или доктринѣ, а на практическихъ доводахъ самой жизни. Дѣло идетъ повидимому только объ измѣненіи нѣкоторыхъ постановленій Положенія 27 іюня 1874 г., создавшаго уѣздныя по крестьянскимъ дѣламъ присутствія,-- именно тѣхъ постановленій, по поводу которыхъ поступили въ Министерство ходатайства или представленія отъ нѣкоторыхъ земствъ и губернскихъ начальствъ. Въ перечнѣ этихъ возникшихъ частныхъ вопросовъ и предположеній, приложенномъ къ циркуляру, всего только девять пунктовъ. Но въ числѣ этихъ пунктовъ находится, напримѣръ, пунктъ 4-й, который сводится къ вопросу: "не слѣдуетъ ли ближайшій и постоянный надзоръ за общественнымъ крестьянскимъ управленіемъ съ правомъ распоряженія и дисциплинарною властью отдѣлить отъ коллегіи уѣзднаго присутствія и возложить исключительно на обязанность непремѣннаго члена въ, присвоенныхъ прежде мировымъ посреди, а теперь уѣзднымъ исправникамъ,-- коллегіи же предоставить тѣ права, какія имѣли въ прежнее время мировые съѣзды ..

Очевидно, что это предположеніе существенно измѣняетъ настоящій видъ уѣздныхъ по крестьянскимъ дѣламъ присутствій, особенно, если сопоставимъ этотъ пунктъ съ пунктомъ 3-мъ, гдѣ мы встрѣчаемся съ вопросомъ: "не представляется ли болѣе полезнымъ, вмѣсто учрежденія должности кандидатовъ, имѣть болѣе одного непремѣннаго члена на уѣздъ". Но имѣть болѣе одного члена на уѣздъ мыслимо только при раздѣленіи уѣзда на участки... Далѣе, въ пунктѣ 5-мъ прямо поставленъ вопросъ: не слѣдуетъ ли "отмѣнитъ предоставленное исправнику право налагать взысканіе на волостныхъ старшинъ, и дѣла по надзору за уплатой крестьянами денежныхъ сборовъ изъятъ изъ его исключительнаго вѣдѣнія, предоставивъ это взысканіе и дисциплинарную по симъ дѣламъ власть -- уѣздному присутствію или непремѣнному члену?" Такимъ образомъ циркуляръ, исходя изъ существующаго Положенія, рядомъ жизненныхъ указаній, приходитъ логически къ совершенному его отрицанію, но еще не принимая этого вывода, еще удерживая настоящія, не популярныя названія "непремѣнныхъ членовъ", "присутствій"у ставитъ этотъ выводъ въ видѣ цѣлаго ряда вопросовъ. Изъ совокупности же этихъ вопросовъ самъ собою выступаетъ очеркъ совсѣмъ иного зданія, совершенно иной, системы внутренняго земскаго строя, при которомъ всякое вмѣшательство исправника или полиціи въ дѣла крестьянскаго. самоуправленія и всякая дисциплинарная ея власть надъ старшинами и старостами упраздняется, а уѣздъ представляется раздѣленнымъ на участки, завѣдываемые лицами, избираемыми въ той или другой формѣ, съ правами мировыхъ посредниковъ, но съ болѣе расширеннымъ, разумѣется, кругомъ дѣйствій и непосредственно подчиненныхъ мѣстной коллегіи, въ родѣ прежнихъ мировыхъ съѣздовъ. Сопоставьте съ этимъ выраженія 4-го пункта о томъ, что практика не оправдала ожиданій правительства при установленіи должности непремѣнныхъ членовъ, и о печальномъ положеніи всей этой отрасли мѣстнаго управленія -- въ ея настоящемъ образѣ при участіи мѣстной полиціи; присоедините заключительныя слова "перечня", что независимо отъ вышеисчисленныхъ вопросовъ могутъ бытъ представлены соображенія и о другихъ мѣрахъ по устройству мѣстныхъ по крестьянскимъ дѣламъ учрежденій,-- и задача, предложенная земствамъ, обрисуется вамъ во всей своей важности и широтѣ; При подробномъ, строгомъ обсужденіи упомянутыхъ вопросовъ станетъ очевиднымъ даже и для слѣпыхъ, что надзоръ и контроль надъ крестьянскимъ самоуправленіемъ не можетъ бытъ разсматриваемъ иначе какъ въ связи съ общей системой уѣзднаго управленія, съ кругомъ дѣйствій и власти всего уѣзднаго земства. Учрежденія по крестьянскимъ дѣламъ не могутъ стоить особнякомъ или какимъ то самостоятельнымъ, отдѣленнымъ отъ земства и лишь параллельнымъ ему институтомъ.

Они только часть цѣлаго, съ которымъ и должны быть приведены въ полное соотвѣтствіе, въ согласный ладъ. Иначе пришлось бы, рядомъ съ спеціальными присутствіями по крестьянскимъ дѣламъ, заводить еще спеціальныя учрежденія по дѣламъ уѣздныхъ обывателей прочихъ сословій, и т. д.

Такимъ образомъ указанная въ циркулярѣ задача, по логической необходимости, переходитъ въ задачу общаго земскаго уѣзднаго самоуправленія, включая въ себя вопросы и о волости, и объ уѣздной полиціи, и объ отношеніяхъ административной губернской и центральной власти къ уѣзднымъ земскимъ учрежденіямъ въ ихъ общемъ составѣ и обновленномъ, разумѣется, видѣ... Только такъ, а не иначе могутъ и должны земства понять и поставить себѣ для разрѣшенія задачу, предложенную г. Министромъ Внутреннихъ Дѣлъ на основаніи Высочайше утвержденнаго 19 марта 1880 года журнала Главнаго Комитета объ устройствѣ сельскаго состоянія. Только тогда и будутъ они въ состояніи представить правительству полезныя, плодотворныя соображенія и оказаться достойными правительственнаго довѣрія. Будемъ надѣяться, что большая часть земствъ явится на одномъ уровнѣ съ высотою этой задачи. Объ одномъ только нужно просить правительство, чтобъ оно не требовало разрѣшенія предложенныхъ имъ въ циркулярѣ г. Министра вопросовъ непремѣнно на ближайшей очередной сессіи земскихъ собраній. Это невозможно. Точныхъ, опредѣленныхъ, готовыхъ отвѣтовъ нѣтъ ни у кого, или если имѣются, то у немногихъ. Если же правительство станетъ торопить, то исполненіе требованія обратится въ одну формальность. Всего было бы практичнѣе, кажется, заявить требованіе правительства на экстренно созванныхъ собраніяхъ и назначить имъ на изготовленія отвѣтовъ полугодовой срокъ, съ правомъ для земствъ собраться снова для разсмотрѣнія проектовъ, составленіе которыхъ по всей вѣроятности будетъ предоставлено избраннымъ, спеціальнымъ коммиссіямъ.

Задача эта нисколько не легка. Это не то, что предаваться досужимъ фантазіямъ на тему о повсемѣстномъ расширеніи надѣловъ, о принудительной отрѣзкѣ или "прирѣзкѣ" земли или о всеобщемъ въ Россійской Имперіи передѣлѣ съ перспективою возобновлять таковой передѣлъ черезъ каждые десять лѣтъ, въ силу той же вѣчно пребывающей причины -- естественнаго прироста населенія. Фантазія смѣлая; но по меньшей мѣрѣ праздная, особенно для тѣхъ мнимыхъ либераловъ, которые (см. "Новое Обозрѣніе") возмущаются даже толками о предоставленіи части крестьянъ способовъ и удобствъ для переселенія на новыя просторныя и плодородныя земли. Точно также не требуется никакихъ напряженій мысли, ни изученія, ни практическихъ званій, для проповѣди, по поводу этого самаго циркуляра, о необходимости разныхъ учрежденій западно-европейскаго образца, извѣстныхъ гарантій и т. п., безъ чего будто бы не стоитъ и заниматься такими, притомъ же я малоинтересными задачами, какъ сельское и уѣздное благоустройство, обезпеченіе правъ крестьянства и земства. Мы, какъ извѣстно, смотримъ на дѣло иначе и полагаемъ, что заложивъ въ основаніе нашего государственнаго строя прочное, истинное самоуправленіе, мы съ тѣмъ вмѣстѣ воздвигаемъ твердый фундаментъ для земской и общественной мирной силы, для своеобразнаго зданія русской гражданственности и истинной, съ истинною властью дружной, свободы. Но, повторяемъ, пора отъ словъ перейти къ дѣлу, а дѣломъ называемъ мы въ настоящемъ случаѣ самую попытку разрѣшить задачу уѣзднаго самоуправленія въ конкретной формѣ, въ формѣ законодательныхъ проектовъ. Это самый лучшій оселокъ для испытанія годности общихъ взглядовъ и идей. Нельзя не благодарить профессора Градовскаго за его починъ въ этомъ смыслѣ, т. е. за напечатанное имъ въ "Голосѣ" предположеніе объ устройствѣ уѣзда. Мы не вполнѣ съ нимъ согласны, но самый предметъ спора, самые пункты несогласія, становятся, при такомъ изложеніи мысли, яснѣе и осязательнѣе. Намъ пріятно думать, что мы не ошиблись, поставивъ въ 1 же No "Руси" вопросъ объ уѣздномъ самоуправленіи на первомъ планѣ, какъ самую насущную бытовую и политическую потребность. Если не обманываемся, этотъ взглядъ начинаетъ входить въ общее сознаніе. Нашимъ "либераламъ" не мѣшало бы вспомнить, что историческая сила вещей могущественнѣе ихъ вожделѣній.

Не менѣе искренны, а можетъ быть, да и несомнѣнно, болѣе ихъ самоотверженны были "либералы" европейской закваски въ первой четверти и въ первой половинѣ настоящаго вѣка. Когда имъ указывали на праздность ихъ затѣй въ виду милліоновъ закрѣпощеннаго помѣщикамъ народа,-- то они, за немногими исключеніями, отвѣчали такими же фразами о необходимости предварительныхъ гарантій: "это мы послѣ, потомъ устроимъ". Историческая логика взяла свое, одержала верхъ надъ "либералами", вскормленными даровымъ трудомъ крѣпостнаго населенія) и вмѣсто передѣлки государственнаго устройства на новѣйшій "либеральный" образецъ, привела прежде всего къ освобожденію 20 милліоновъ крестьянъ. Въ наши дни кажется странною самая мысль, чтобы дѣло могло совершиться иначе, чтобы можно было, какъ это бывало до эмансипаціи, числиться одновременно, по словамъ поэта, въ Мирабо или Лафаетахъ и въ рабовладѣльцахъ. Займемся и теперь довершеніемъ великаго акта 19 февраля, разработкой и установленіемъ сроднаго намъ и призваннаго къ жизни и къ силѣ земскаго въ нашей странѣ начала, возсозданіемъ нашего народнаго духовнаго единства,-- займемся пока первыми существенными основами самоуправленія -- волостью и уѣздомъ...