# Семисотлетие Москвы

Константин Сергеевич Аксаков

ПОЛНОЕ СОБРАНІЕ СОЧИНЕНІЙ

КОНСТАНТИНА СЕРГѢЕВИЧА

АКСАКОВА.


ТОМЪ І.


изданныя подъ редакціей

И. С. АКСАКОВА.


МОСКВА.

Въ типографіи П. Бахметева.

1861.


## СЕМИСОТЛѢТІЕ МОСКВЫ. (1)


(1) Напечатано въ 39 No Московскихъ Вѣдомостей 1846 года.


Въ 1847 году, 28-го Марта, минетъ семьсотъ лѣтъ столицѣ Русской земли, Москвѣ.

Москва упоминается въ лѣтописяхъ въ первый разъ въ 1147 году, 28-го Марта. И такъ это число можно считать числомъ ея историческаго рожденія.-- Москва помнитъ время удѣловъ; она была основана Георгіемъ Владиміровичемъ, сыномъ Мономаха, княземъ Суздальскимъ, однимъ изъ самыхъ замѣчательныхъ князей удѣльнаго времени. Она вошла сперва въ разрядъ удѣльныхъ городовъ. Младшая между другими городами Русскими, она была основана на тѣхъ же общихъ Русскихъ началахъ, вытекла изъ той же жизни и, разумѣется, исполнилась тою же жизнію; она является потомъ въ борьбахъ удѣльныхъ городовъ, -- въ борьбахъ и браняхъ, выражающихъ въ то же время стремленіе Русской земли слиться во единое цѣлое; но, -- потому ли, что другіе города Русскіе приносили, съ своимъ преимуществомъ надъ прочими, слишкомъ сильную свою особенность, свою городовую, мѣстную личность,-- какъ бы то ни было, только не удалось ни Кіеву, ни Владиміру, ни Твери, ни Рязани утвердить прочно свою власть, свое всеобщее значеніе столицы, значеніе, которое могло утвердиться и быть признано только при присутствіи общаго Русскаго начала. Иначе быть не могло. И такъ,-- потому ли, что уже приспѣло время и исторія выбрала, случайно, можетъ быть, Москву; или потому что въ ней, въ ея особенности, лежало это общее не исключающее начало; но Москва, безъ сомнѣнія, выразила въ себѣ общее всерусское значеніе, и для насъ во всякомъ случаѣ является она представительницей общей Русской жизни, жизни всей Русской земли, жизни земской (собственно народной), говоря словомъ, такъ часто встрѣчающимся въ лѣтописяхъ и грамотахъ, со времени возвышенія Москвы на степень Русской столицы. Вылили довольны князья, или нѣтъ -- это по крайней мѣрѣ вопросъ; но народъ былъ доволенъ. Москва выражала собою не власть надъ Русскою землею, но власть Русской земли; и если Москва принимала участіе въ войнахъ и не рѣдко коварныхъ поступкахъ удѣльнаго времени, если она виновата въ томъ, въ чемъ былъ виноватъ каждый городъ Русской, -- то она загладила вину свою, храня святую Русь и терпя за нее, выражая въ себѣ общую всерусскую жизнь. Успѣхъ, ей одной изъ всѣхъ городовъ принадлежащій, основывается на ея общемъ значеніи.-- Оно обозначилось явственно, когда въ Москву была перенесена столица Митрополіи и святый Петръ сказалъ о Москвѣ сбывшееся и вѣчно имѣющее сбываться пророчество: "Аще мене, сыну послушавши и храмъ пречистыя Богородицы воздвигнеши, и мене упокопши въ своемъ градѣ, и самъ прославишися паче пнѣхъ князей, и сынове и внуцы твои въ роды: народъ сей славенъ будетъ во всѣхъ градѣхъ Русскихъ, и Святители поживутъ въ немъ, и "взыдутъ руки его на плеща врагъ его и прославится Богъ въ немъ." -- Въ Москвѣ раздался голосъ Русской земли, зовущій подняться противъ Татаръ; въ нее стеклось и въ ней собралось ополченіе изъ многихъ городовъ Русскихъ; изъ нея пошло оно на Куликово поле. Съ тѣхъ поръ она всегда привлекала на себя удары врага, и самая лютая доля бѣдствій доставалась ей на часть; ей назначалось страданіе за Русскую землю -- самое важное неоспоримое ея право и свидѣтельство, что она истинная столица Русская.-- Въ нее, при Іоаннѣ IV, созвана была первая Земская Дума изъ городовъ и вообще изъ земли Русской. Іоаннъ IV, свирѣпый къ боярамъ, но милостивый къ народу и соблюдавшій права его, хранилъ областную жизнь; тому доказательствомъ являются многія его грамоты, напечатанныя въ драгоцѣнныхъ актахъ, изданныхъ Археографическою Коммиссіей. Въ свирѣпостяхъ является его личность: въ этомъ же благомъ дѣйствіи духъ Москвы и Руси, что одно. Борисъ, покоряя Сибирь, въ грамотѣ своей писалъ, чтобы спрашивать Остяковъ: какъ имъ лучше. Но всего важнѣе, важнѣе всѣхъ возможныхъ доказательствъ и изъисканій, сильнѣе всѣхъ сужденій и теоріи -- голосъ народа, голосъ Божій, который призналъ Москву своею столицею, назвалъ ее матерью Русскихъ городовъ, корнемъ Русскаго царства, и возвѣстилъ къ ней народную любовь, какъ увидимъ ниже. Когда Димитрій Самозванецъ взошелъ на престолъ и хотѣлъ перемѣнить Русскую вѣру, хотѣлъ попрать Русскую народность, то дальновидные Іезуиты совѣтовали ему оставить Москву, уничтожить ее, какъ столицу, и основать новую столицу: безъ этого, говорили они ему, ты нисколько не успѣешь въ своихъ намѣреніяхъ {Этотъ любопытный актъ хранится въ Московскомъ Архивѣ М. И. Д.}. Незнаемъ, внялъ ли этому совѣту Самозванецъ, и не хотѣлъ или не успѣлъ его исполнить, только этого при немъ не случилось.-- На Земскую Думу собирались въ Москву изо всѣхъ городовъ, уѣздовъ и областей, и Василій Шуйскій, избранный Москвою, а не всею Землею, въ самой же Москвѣ называется Государемъ незаконнымъ и низводится съ престола.-- Настало время междуцарствія, время недоумѣнія и шатанія, время страданія для Русской земли отъ разномыслія и отъ нашествія отвсюду злыхъ и коварныхъ враговъ, растерзавшихъ на части наше отечество. Въ это горькое и тяжкое время, когда казалось ни спасенія, ни выхода не было, когда новый самозванецъ, Владиславъ, Сигизмундъ, Шведы съ своимъ принцемъ, раздѣляли землю и шли на престолъ Русской, наконецъ шайки разбойниковъ опустошали всю Русь,-- въ то время народъ Русской, безъ Царя, и не руководимый боярами, поднялся за Русскую землю. Онъ всталъ не за кого нибудь изъ предлагавшихъ себя ему въ Цари и въ то же время обѣщавшихъ помощь, столько нужную тогда; онъ всталъ не за Владислава, Карла и т. д.; онъ всталъ за вѣру православную и землю Русскую, противъ всѣхъ ея враговъ, сказавъ, что никого изъ нихъ не хочетъ. Такой подвигъ, казалось, былъ всего труднѣе, былъ невозможенъ противъ многочисленныхъ враговъ; но этотъ подвигъ былъ чистъ, и Русской народъ избралъ его. Грамоты изъ города въ городъ обѣгали всю Русь; одинъ городъ билъ челомъ другому и звалъ на общее земское и Божіе дѣло. Сзывали другъ друга на враговъ, сзывали идти къ Москвѣ; тутъ-то называется она матерью городовъ Русскихъ и корнемъ Русскаго царства. Вотъ слова одной окружной грамоты: "Будте съ нами обще заодно, противъ "враговъ нашихъ и вашихъ общихъ; помяните одно: только коренью основанье крѣпко, то и древо неподвижно: только коренья не будетъ, къ чему прилѣпиться? Здѣсь образъ Божія "Матери, вѣчныя заступницы крестьянскія, Богородицы, ея же "Евангелистъ Лука написалъ; и великіе свѣтильники и хранители, "Петръ, Алексѣй и Іона чудотворцы" {Акты, собр. Археогр. Экспедиціею, T. II, No 176, стр. 298.}. Князь Пожарскій, неимѣвшій никакого притязанія на свое личное превосходство, на свою власть, былъ выбранъ, и повелъ Русскіе полки. Князь Пожарскій не выдавался изъ народа, нисколько не имѣлъ притязанія ставить себя выше его, заслонить своимъ лицомъ земское дѣло, любить Русскую землю болѣе Русскаго народа; онъ напротивъ сознавалъ всю великость дѣла, но почиталъ себя его недостойнымъ; онъ говоритъ, что его къ такому дѣлу "бояре и вся земля сильно приневолили" {Тамъ же, T. II, No 211, стр. 270.}. Пожарскій былъ человѣкъ вполнѣ Русской: онъ ставилъ народъ выше лица; нигдѣ не проглядываетъ у него самолюбивое притязаніе на свою личность, въ этомъ великомъ дѣлѣ освобожденія Русской земли, гдѣ болѣе нежели когда нибудь всякая личность должна была, разумѣется, уничтожиться передъ общимъ земскимъ народнымъ дѣломъ. Только талантъ полководца принесъ Князь Пожарскій въ даръ народу, былъ безстрашенъ, былъ истинно добръ и кротокъ, и былъ вполнѣ достойнымъ, чистымъ его представителемъ {Слова наши подтверждаются очевидно исторіей того времени, грамотами и актами; не здѣсь въ сжатой статьѣ, но въ исторіи междуцарствія долженъ вполнѣ явиться въ настоящемъ свѣтѣ Князь Пожарскій, этотъ достойный вождь Русскаго народа, вождь, съ которымъ народъ совершилъ свое великое дѣло.}. Онъ отказалъ Маржерету и другимъ иностранцамъ въ предлагаемой ими помощи, такими словами: поблагодаривши ихъ (кромѣ Маржерета) онъ удивляется, что Маржеретъ между ними, ибо Маржеретъ дрался за Поляковъ противъ Русскихъ и даже получилъ мѣсто въ королевскомъ совѣтѣ; онъ говоритъ: "и мы тому удивляемся; такое Яковъ (Маржеретъ) Московскому государству зло учинилъ, съ Польскими и съ Литовскими людьми кровь крестьянскую проливалъ, да и злѣе Польскихъ и Литовскихъ людей чинилъ, и у короля за то жалованье получилъ, въ радѣ его король учинилъ; а нынѣ бъ ему намъ противъ Польскихъ и Литовскихъ людей помогати?" -- Далѣе онъ говоритъ: "да и наемные намъ люди иныхъ государствъ нынѣ не надобѣть; посямѣста были намъ Полские люди силны потому, что, за грѣхъ нашъ, Государство Московское было врозни; Сѣверские городы были особѣ, а Казанское и Астраханское царства и Понизовные городы были особѣ; а во Псковѣ былъ воръ, назвался Государскимъ именемъ, и Псковъ и Иванъ-городъ были с нимъ вмѣсте, а иные городы и люди многие были с Полскими и с Литовскими людьми." Далѣе говорится отъ имени бояръ, дворянъ и всѣхъ людей, что нынѣ выбранъ къ ратнымъ и земскимъ дѣламъ стольникъ и воевода Князь Дмитрій Михайловичъ Пожарскій-Стародубскій; что теперь всѣ соединились, побиваютъ враговъ и отнимаютъ города. "Что гдѣ зберетца въ земли какихъ доходовъ, и мы то даемъ нашимъ ратнымъ людемъ, стрелцамъ и казакамъ; а сами мы бояре, и воеводы, и чашники, и стольники, и дворяне, и дети боярские служимъ и бьемся за святые Божьи церкви и за православную нашу Христіанскую вѣру и за свое отечество безъ жалованья..... И мы чаемъ милосердаго въ Троице славимаго Бога нашего милости, оборонимся отъ Полскихъ и отъ Литовскихъ людей и сами, Росиіскимъ Государствомъ и "безъ наемныхъ людей."...."А ныне намъ наемные люди не надобеть и договору о нихъ чинити нечево, і вамъ бы к намъ не ходити и себѣ своимъ проходомъ убытковъ не чинити...... {Собр. Госуд. Гр. и Дог. Часть II, No 285. стр. 600--607. Мы выписали почти половину этой драгоцѣнной грамоты, и всю, извѣщающую объ освобожденіи Москвы. Онѣ вѣроятно извѣстны многимъ; но мы думаемъ, что никогда не худо ихъ вспомнить, особенно говоря о Москвѣ.}

Чисто было это великое народное дѣло, и Русской народъ отнялъ Москву, свою столицу, пострадавшую, какъ и всегда, за всѣхъ, и спасъ Русскую землю. Нигдѣ, какъ во время междуцарствія, не является глубокое, общее, всерусское значеніе Москвы для Русской земли. Все стремилось къ ней и ее именовало. Объемъ статьи не позволяетъ намъ выписывать многія мѣста изъ грамотъ; но вотъ окружная грамота Сибирскимъ городамъ, которая дошла до насъ и которою возвѣщается объ освобожденіи Москвы.

"Господину Матвѣю Михайловичу Степанъ Годуновъ челомъ бьетъ. Въ нынѣшнемъ во 121 году, Декабря въ 27 день, писали ко мнѣ изъ Перми Петръ Нащокинъ да Иванъ Митусовъ, что въ нынѣшнемъ во 121 году Декабря въ 17 день писали съ Москвы бояринъ и воевода Князь Дмитрій Тимоѳеевичъ Трубецкой да стольникъ и воевода Князь Дмитрій Михайловичъ Пожарской въ Пермь великую къ прежнимъ приказнымъ людемъ, что они бояре и воеводы и всякихъ чиновъ люди, прося у Бога'милости, царствующій градъ Москву отъ попрателей и разорителей вѣры Христіанскія отъ Польскихъ и Литовскихъ людей, отъ враговъ креста Христова очистили, городъ Китай взятьемъ взяли; которые Польскіе и Литовскіе люди сидѣли въ Кремлѣ городѣ и которые ушли изъ Китая въ Кремль же городъ, и тѣ всѣ боярамъ и воеводамъ и всей земли Московскаго Государства здалися; и бояре де и воеводы о томъ Богу хвалу воздавали, и образъ Пречистыя Богородицы и многоцѣлебныя мощи Московскихъ Чудотворцевъ Петра, Алексія, Іоны увидѣли, и пѣніе Божіе по многомъ храмамъ утвердилось. И намъ бы, господамъ, однолично быти надежнымъ на милость Божію; и въ Перми великой по всѣмъ храмамъ молебны пѣли съ звономъ по три дни и ко мнѣ о томъ писали, и мы на Верхотурьѣ потому жъ отъ радости наполнивъ очи слезъ своихъ, Богу хвалу воздали, молебны пѣли съ звономъ по всѣмъ храмамъ; и тебѣ бы господине, про такую неизреченную Божію милость слышати, велѣти на Тюмени также по всѣмъ храмамъ молебны пѣти съ звономъ о мирѣ и о тишинѣ и о благоденствіи всего православнаго крестьянства, что милосердый Богъ утолилъ свой праведный гнѣвъ, и въ плѣнъ и въ разхищенія поганымъ языкамъ не выдалъ достальныхъ православныхъ крестьянъ; да и въ Тоболескъ бы тебѣ, господине, о такой великой неизреченной милости Божіей велети отписати" {Собр. Госуд. Гр. и Догов. Ч. II, No 288 ст. 610.}.

До Петра Великаго существовала въ Москвѣ такая перекличка стрѣльцовъ, когда вечеромъ въ 8 или 9 часовъ запирались ворота Кремлевскія.

"Близь Собора Успенскаго часовый стражъ первый начинаетъ протяжно и громогласно, какъ бы на распѣвъ, возглашать: Пресвятая Богородгща, спаси насъ! за нимъ вторый въ ближнемъ притинѣ возглашаетъ: Святые Московскіе Чудотворцы молите

Бога о насъ! потомъ 3-й: Святый Николай Чудотворецъ, моли Бога о насъ! потомъ 4-й: Всѣ Святые, молите Бога о насъ! 5-й: Славенъ городъ Москва! 6-и: Славенъ городъ Кіевъ! 7-й: Славенъ городъ Владиміръ! 8-й: Славенъ городъ Суздаль! и такъ поименуютъ: Ростовъ, Ярославль, Смоленскъ и пр....." {Памятники Моск. Древ. пояснит. примѣчанія, ст. 21.}.

Многозначительное свидѣтельство! Въ этой перекличкѣ раздается голосъ Русской земли; слышишь, какъ она сама себя чувствуетъ, сама себя называетъ и сознаетъ въ городахъ своихъ, въ общемъ чувствѣ себя самой, единымъ совершеннымъ цѣлымъ. Въ этомъ не придуманномъ народномъ голосѣ слышишь, что царствующій градъ Москва помнила всѣ города Русскіе, всю Русскую землю.

Таково значеніе Москвы, такова она, истинная столица Святой Руси. Гласъ народа, гласъ Божіи, свидѣтельствуетъ о ней.

Но въ 1703-мъ году была основана новая столица, городъ Санктпетербургъ..... Какой же послѣ этого удѣлъ Москвы? Имѣетъ ли она еще прежнее значеніе? Въ Петербургъ, какъ извѣстно, было перенесено все управленіе.... Прежде нежели станемъ отвѣчать на нашъ вопросъ, взглянемъ на самыя событія съ тѣхъ поръ, какъ Петербургъ сталъ столицею.-- Спасенная, соединенная и укрѣпленная Москвою, Россія представляла много силъ, и съ этими силами были ведены войны и завоевывались разныя страны; но вотъ, черёзъ столѣтіе, снова собралась гроза, гроза неожиданная, невѣроятная. Съ запада шелъ Наполеонъ и велъ безчисленныя побѣдоносныя войска. Въ эту минуту бѣдъ, когда все смущалось предъ страшною грозою, въ эту минуту явилась Москва, опять, со всѣмъ своимъ значеніемъ столицы, какъ и прежде, и приняла на себя тяжелый ударъ новѣйшаго врага. Какъ въ 1612, такъ и въ 1812-мъ она вновь объялась пламенемъ; по всей Русской землѣ раздалось вновь ея имя: Москва! Москва! И на это имя снова поднялся Русской народъ и спасъ Русскую землю.-- Такое явленіе обнаружило внутри-сокровенное и, кажется, навсегда утвердило значеніе Москвы, вѣчной столицы земли Русской, столицы народной. Здѣсь опять встрѣчаемъ сужденіе великаго иностранца. Наполеонъ сказалъ въ разговорѣ съ Тучковымъ: "Столица ваша Москва, а не Петербургъ, который не что иное, какъ резиденціи Государя" {Описаніе отечеств. войны въ 1812 году, по Высочайшему повелѣнію сочиненное Г.-Л. Михайловскимъ-Данилевскимъ. Часть II. стр. 162.}.

Въ С.-Петербургскихъ Вѣдомостяхъ высказано было мнѣніе, что Москва уже не дѣйствительная столица Руси, а древность и предметъ воспоминанія; спрашиваемъ только,-- когда, по мнѣнію С.-Петербургскихъ Вѣдомостей, Москва перестала быть дѣйствительною столицею Руси: прежде или послѣ 1812 года?

Ясно для насъ и для всѣхъ истинно Русскихъ вѣчное значеніе Москвы. Она жива, и жива къ ней любовь Русскаго народа, и будетъ вѣчно живо и то и другое; бытіе ея неразлучно съ бытіемъ святой Руси. На нее крестясь смотритъ крестьянинъ; сильно движетъ она и образованнаго Русскаго въ чужестранной одеждѣ, въ комъ пробудилось Русское народное чувство. Но болѣе всего любитъ и разумѣетъ ее народъ. Онъ называетъ ее матушкой; повторяемъ съ нимъ это слово.

Москвѣ минетъ скоро семьсотъ лѣтъ. Вспомнимъ ли это мы и подумаемъ ли внимательно о судьбѣ ея и ея значеніи? Москва! Это имя болѣе именъ всѣхъ городовъ движетъ сердце Русскаго народа и всякого истинно Русскаго человѣка. Много совершила Москва. Что совершитъ она еще?-- Въ одномъ -- твердая увѣренность: если вновь налетитъ бѣда на Рускую землю, -- она вновь спасетъ Русскую землю.

Любовъ къ Москвѣ есть любовь къ Русской землѣ, потому что Москва имѣетъ въ себѣ не мѣстное, а общее значеніе и единство всей земли Русской.

Да здравствуетъ Москва!

Деревня.