# Незнакомец

Борис Николаевич Алмазов

СОЧИНЕНІЯ Б. Н. АЛМАЗОВА.


ВЪ ТРЕХЪ ТОМАХЪ, СЪ ПОРТРЕТОМЪ, ГРАВИРОВАННЫМЪ НА СТАЛИ, И КРАТКИМЪ БІОГРАФИЧЕСКИМЪ ОЧЕРКОМЪ.


Томъ II.


СТИХОТВОРЕНІЯ.


МОСКВА.

Университетская типографія, Страстн. бульв.

1892.


## НЕЗНАКОМЕЦЪ.


(Изъ Romancero).


На лугу предъ древнимъ замкомъ,

На скамьѣ, въ тѣни оливы

Донья Гарція сидѣла

И глядѣла въ даль тревожно.

Вотъ глядитъ она и видитъ:

Мимо зкмка ѣдетъ рыцарь,

Съ головы до ногъ закованъ

Въ латы крѣпкія стальныя,

Съ головы до ногъ покрытый

Ѣдкой ржавчиной и пылью;

Конь подъ нимъ едва ступаетъ

Утомленъ походомъ дальнимъ.

Увидавъ его, синьйора

Со скамьи поспѣшно встала

И стопою торопливой

Подошла къ рѣшеткѣ замка.

--"Рыцарь, рыцарь, добрый рыцарь!..

Отчего ты ѣдешь мимо?

Отчего въ мой замокъ мирный

Завернуть съ пути не хочешь"?

Такъ въ волненьи и тревогѣ

Громко къ путнику взывала

Донья Гарція. И путникъ

Слѣзъ съ коня неторопливо

И приблизился съ поклономъ

Къ доньѣ Гарціи прекрасной.

-- Ты усталъ съ дороги, рыцарь,

Донья Гарція сказала,

Отдохни же въ этомъ замкѣ,

Подкрѣпись виномъ и пищей!..

Добрый рыцарь! ты навѣрно

Возвращаешься въ свой замокъ

Изъ похода противъ Мавровъ, --

Такъ, молю тебя, скажи мнѣ,

Гдѣ мой мужъ?.. Уже три года,

Какъ о немъ пропали слухи...

-- Но скажите мнѣ, синьйора,

Кто вашъ мужъ и опишите

Точно всѣ его примѣты...

-- Мужъ мой -- рыцарь, графъ донъ-Гарцій;

Онъ высокъ, прекрасенъ, строенъ,

Храбръ, уменъ, любезенъ, ловокъ...

На устахъ его играетъ

Вѣчно-свѣтлая улыбка;

Надъ челомъ его высокимъ

Вьются шелковыя кудри --

Свѣтлорусыя, густыя,

И горятъ, какъ звѣзды ночи,

У него младыя очи,

Очи темно-голубыя.

-- Знаю я, и кто не знаетъ

Графа Гарція!.. Съ нимъ вмѣстѣ

Мы сражались подъ Кордовой:

Тамъ, въ глазахъ моихъ, донъ-Гарцій

Изувѣченъ былъ врагами.

Видѣлъ, видѣлъ я синьйора,

Какъ одинъ наѣздникъ маврскій

Остріемъ копья стальнаго

Въ правый глазъ ему ударилъ,

А другой мечомъ дамасскимъ

Отрубилъ однимъ ударомъ

Руку правую по локоть.

И упалъ съ коня на землю

Вашъ супругъ, покрытый кровью,

И изъ статнаго красавца

Сталъ онъ вдругъ уродъ уродомъ.

Одноглавый, однорукій

Онъ достался въ плѣнъ Арабамъ

И живетъ теперь въ Кордовѣ.

Тамъ отъ вѣры Христіанской,

Отъ родныхъ и отъ отчизны

Онъ отрекся предъ Кораномъ, --

И за то въ такую милость

И любовь вошелъ къ калифу,

Что теперь въ его палатахъ

Онъ живетъ и утопаетъ

Въ нѣгѣ, роскоши, весельи...

Далъ ему калифъ въ подарокъ

Четырехъ красавицъ юныхъ, --

И вступилъ донъ-Гарцій съ ними

Въ мусульманскій бракъ постыдный.

И въ горячихъ ихъ объятьяхъ

Онъ забылъ и васъ синьйора,

И вашъ замокъ мирный, тихій,

И страну свою родную.

-- Горе, горе мнѣ несчастной!

Я навѣкъ вдовой осталась...

Цѣлый вѣкъ я стану плакать

По своемъ несчастномъ мужѣ!

Такъ сказала, тихо плача,

Донья Гарція въ печали

И дрожащими руками

Очи влажныя закрыла.

-- "Не печальтесь такъ синьйора,

Молвилъ рыцарь, поправляя

На себѣ свой шлемъ пернатый:

Съ вашей дивной красотою

Вы останетесь недолго

Скорбной, плачущей вдовицей: --

Лишь примчится слухъ въ столицу,

Что свободны вы, графиня,

Какъ взволнуется тревожно

Изъ конца въ конецъ все царство,

И полны надеждой сладкой,

Всѣ сердца любовью вспыхнутъ, --

И придутъ толпой влюбленной

Къ вамъ и рыцари, и гранды,

И съ мольбою нѣжной, страстной

Вокругъ васъ тѣсниться станутъ

Женихи съ утра до ночи.

Первый я -- простите дерзость

Предложить хочу вамъ руку.

Вѣрьте мнѣ, ничѣмъ не хуже

Я донъ-Гарція: клянусь вамъ,

Я, какъ онъ, богатъ и знатенъ,

Я какъ онъ и храбръ, и молодъ;

Я ему не уступаю

Ни красой, ни даромъ слова,

Ни любезностью веселой;

Что-жъ до роста и до стана,

То и сами вашимъ взоромъ

Ростъ мой можете вы смѣрить

И моимъ красивымъ станомъ

Отъ души полюбоваться.

Что-жъ вы плачете, синьйора?..

Вѣроломный вашъ донъ-Гарцій

Недостоинъ этой чести:

Онъ, по совѣсти, не стоитъ

Ни одной слезинки вашей.

Онъ себя тройной измѣной

Запятналъ предъ всей страною:

Измѣнилъ своей онъ вѣрѣ,

Измѣнилъ своей отчизнѣ,

Измѣнилъ женѣ прекрасной...

Ахъ одно лишь ваше слово,

Лишь одинъ вашъ взглядъ привѣтный --

Взглядъ одинъ, -- и я навѣки

Здѣсь у вашихъ ногъ останусь

Вашимъ плѣнникомъ послушнымъ

И любовію моею

И заботливой, и нѣжной,

И почтительной, и страстной

Воскрешу я вашу душу

Отъ унынія и скорби --

Исцѣлю всѣ раны сердца!..

Взглядъ одинъ, и я мгновенно

Для одной для васъ забуду

Цѣлый міръ -- одно лишь чувство

Я въ душѣ лелѣять стану --

Пламень страсти свѣтлый, чистый

Въ вамъ, чистѣйшая изъ женщинъ!

Если-жъ вы моимъ моленьямъ

Не хотите внять, синьйора,--

То введете въ грѣхъ ужасный

Вы меня отказомъ вашимъ:

Здѣсь -- предъ вашими глазами --

Я моимъ мечомъ толедскимъ

Усмирю въ себѣ навѣки

Сердца нѣжнаго мученья...

-- Рыцарь, рыцарь, для чего ты

Говоришь такія рѣчи!

Ахъ, повѣрь мнѣ, ни мольбами,

Ни прельщеньями, ни лестью

Не зажжешь въ моемъ ты сердцѣ

Бурный пламень новой страсти:

Ахъ, повѣрь, одной душою

Я любить двоихъ не въ силахъ, --

И донъ-Гарцію до гроба

Я женой останусь вѣрной!

Пусть лишился онъ несчастный

Красоты своей навѣки,

Пусть измѣной заплатилъ мнѣ

За любовь мою и вѣрность,

Пусть меня для женъ презрѣнныхъ

Разлюбилъ и позабылъ онъ;

По не въ силахъ я, не въ правѣ

Разлюбить его. Ужели

Отплатить ему рѣшуся

Я измѣной за измѣну?

Нѣтъ, никто, ничто не въ силахъ

Потушить во мнѣ то пламя --

Пламя чистое, святое,

Что въ моемъ пылаетъ сердцѣ

Съ той поры, какъ полюбила

Я донъ-Гарція: то пламя

Лишь съ моей угаснетъ жизнью.

И меня своей любовью

Ты теперь утѣшить хочешь

И сулишь мнѣ въ дняхъ грядущихъ

Счастье новое и радость!

Нѣтъ, мое исчезло счастье,

Безвозвратно скрылась радость;

Опустѣлъ и опостылѣлъ

Для меня весь міръ отнынѣ!...

Ахъ, когда-бъ была я въ силахъ

Съ этой жизнью распроститься:

Что мнѣ въ ней, когда донъ-Гарцій

Разлюбилъ меня и бросилъ!...

Завтра... нынче же покину*

Я постылый этотъ замокъ --

Навсегда разстанусь съ міромъ

И одна съ своей тоскою

Въ монастырь укроюсь дальній!

Тамъ запрусь я въ кельѣ тѣсной,

Буду лить ручьями слезы,

Лить, пока всю жизнь, всю душу

Я не выплачу слезами!...

-- Не спѣшите такъ, синьйора,

Въ монастырь -- побудьте съ нами!

Молвилъ рыцарь-незнакомецъ,

И съ веселымъ, звонкимъ смѣхомъ,

Поднялъ онъ съ лица забрало, --

И къ нему на шею съ крикомъ,

Съ крикомъ радости внезапной,

Быстро бросилась графиня,

И лаская и лобзая,

Увлекла его въ свой замокъ.