# Письмо одного путешествующего американца из Екатеринограда

Аноним Американская_литература

## Письмо одного путешествующего американца из Екатеринограда


Екатериноград, 16 окт. 1803.


Путешествие наше до сего времени было счастливо. Дорога от Астрахани до Кизляра, через обширную, единообразную степь, утомительна и скучна; но веселость моих товарищей прогоняла скуку, и величественная картина гор наградила меня за все. Они прекрасны! Я никогда не могу видеть гор без желания быть на них и за ними. Хотя сии горы ниже Савойских; но цепь их -- где древняя поэзия искала чудес, и где ныне укрываются остатки знаменитых народов -- простираясь от Каспийского до Черного моря, величественнее Альпийских гор; они стоят того, чтобы приехать сюда из вашей столицы и взглянуть на их гордые вершины.

К удивлению моему нашел я англичан или шотландцев, которые живут у подошвы горы, на равнине заросшей лесом, во владении черкесов и в 35 верстах от Георгиевска. Г. Паттерсон, священник и глава сей колонии, принял меня на крыльце низенькой хижины. В горнице увидел я двух маленьких черкесов, купленных им за 300 рублей. Отец их убит черкесским князем в минуту досады, а мать прекратила жизнь свою ударом топора. Сии бедные сироты воспитываются в доме священника как дети его. Г. Паттерсон говорит умно; но образ его мыслей и выражений отличается какой-то редкой простотой -- немудрено: ибо сей человек знает свет только по Шотландским и Кавказским горам. Нас угостили обедом, весьма не роскошным, и без вина: колонисты не пьют его, боясь преступить обычай магометанцев, их соседов. После обеда мы ходили в гости к черкесам и татарам. Г. Паттерсон пришел туда же. Он умеет обходиться с ними и одарен всеми свойствами, нужными для успеха в его предприятии: ибо я уверился, что сия колония состоит из миссионариев, проповедывающих Евангелие народам варварским. Но они скрывают сие намерение, чтобы лучше достигнуть до своей цели. План их таков, чтобы покупать и воспитывать младенцев, завести большое селение, хлебопашество и примером своим обратить варваров к трудолюбию и к мирным удовольствиям добродетельной жизни. Г. Паттерсон был несколько времени в Сьерра-Леоне, африканской колонии. -- Женщины сего любезного общества приготовили для нас чай. Их шесть, кроме детей. Добрый хозяин долго рассуждал со мной о некоторых главах Библии, и наконец указал мне мягкую и чистую постель. Я лег -- и в ту же минуту услышал пение гимнов. Женские голоса соединились с мужскими. Г. Паттерсон читал молитву с умилением и жаром. Он просил, чтобы небо благословило сию новую колонию, и благодарил его за то, что оно прибавило еще один день ко дням их жизни. "Только рука Всевышнего, говорил он, может защитить нас и даровать нам разум для просвещения соседов." Печальный голос молящегося; тишина, которая потом наступила в хижине; мрак ночи; мысль о жестоких татарах и свирепых черкесах, окружающих селение, и минуты общего покоя употребляющих на злодейство -- все это произвело в душе моей неизъяснимые чувства. Я сам во глубине сердца молился о спасении сих добрых и миролюбивых християн.... Они доныне занимают мое воображение. Боюсь, чтобы варвары когда нибудь их всех не умертвили!..


С.


------


Письмо одного путешествующаго американца из Екатеринограда: [Об англ. миссионер. колонии Паттерсона] / С. // Вестн. Европы. --- 1803. --- Ч.12, N 21/22. --- С.30-33.