# Среди углекопов

Аноним Английская_литература

Повесть.

Перевод с английского Э. Пименовой.

Текст издания: журнал "Юный Читатель", No 23, 1900.

## Среди углекоповъ.


ПОВѢСТЬ.


Переводъ съ англійскаго Э. Пименовой.


## ГЛАВА I. Дурныя вѣсти.


Большое горнозаводское село Стокбриджъ ничѣмъ не отличается отъ другихъ такихъ же поселеній въ Англіи, возникшихъ около рудниковъ или угольныхъ копей. Ряды кирпичныхъ домиковъ съ шиферными крышами, лишенныхъ всякихъ украшеній и до такой степени похожихъ другъ на друга, что даже сами владѣльцы не могли бы сразу замѣтить никакой перемѣны, если бы во время ихъ отсутствія переставили эти дома съ одного мѣста на другое,-- придаютъ всему селенію унылый и однообразный видъ. Только церковь, да домикъ священника, пріютившійся въ тѣни развѣсистыхъ старыхъ деревьевъ, нарушаютъ это однообразіе. Другихъ зданій, кромѣ домовъ для рабочихъ въ селеніи нѣтъ, и только на нѣкоторомъ разстояніи отъ него начинаются постройки угольныхъ копей и возвышаются огромныя заводскія трубы.

Было около полудня. Улицы села всегда пустынны въ это время, такъ какъ тогда все мужское населеніе, за исключеніемъ лишь старыхъ и больныхъ, находится въ копяхъ. Только женщины остаются дома и занимаются своими домашними работами; поэтому неудивительно, что появленіе углекопа на улицѣ, въ такой необычный часъ, должно было поразить женщинъ, случайно выглянувшихъ въ отворенныя двери. Углекопъ шелъ медленнымъ шагомъ по улицѣ, понуривъ голову и нахлобучивъ мягкую войлочную шляпу на глаза. Его рабочая блуза была покрыта слоемъ угольной пыли; видно было, что онъ только что вылѣзъ изъ шахты.

-- Никакъ это Билль Гаденъ!-- воскликнула одна изъ женщинъ, выглянувшая въ дверь и замѣтившая углекопа.

-- Да, это онъ,-- отвѣтила ей сосѣдка, тоже стоявшая въ двери.-- Что же это значитъ?

-- Вѣрно что-нибудь случилось.

Женщины съ любопытствомъ и тревогой смотрѣли вслѣдъ углекопу, который между тѣмъ приблизился къ своему дому, стоявшему въ концѣ улицы, и, поднявъ задвижку у двери, вошелъ въ нее. Онъ прошелъ черезъ узенькій корридоръ въ заднюю комнату, гдѣ находилась его жена, усердно стиравшая бѣлье въ корытѣ. Увидѣвъ мужа, она вскрикнула отъ удивленія. Огромная собака, бульдогъ, лежавшая около очага вмѣстѣ со своими щенятами, также вскочила и бросилась на встрѣчу хозяину, чтобы приласкаться къ нему.

-- Билль, что случилось?-- спросила жена.-- Ты отчего пришелъ домой въ такой неурочный часъ?

Билль Гадснъ ничего не отвѣтилъ; онъ какъ будто не слыхалъ вопроса и машинально гладилъ собаку, прыгавшую около него.

-- У тебя руки въ крови! Билль, да говори же, ты раненъ?-- вскричала жена, бросая бѣлье.

-- Это не моя кровь,-- сказалъ Билль нетвердымъ голосомъ, смотря на свои испачканныя кровью руки.-- Это кровь Джэка. Онъ погибъ.

-- Джэкъ Симпсонъ?

-- Да, Джэкъ Симпсонъ, товарищъ, съ которымъ я работалъ всегда вмѣстѣ, съ тѣхъ поръ какъ пошелъ въ копи. Въ шахтѣ произошелъ обвалъ, какъ разъ тогда, когда мы работали съ нимъ рядомъ и... ему разбило голову!

Жена Билля скорѣе упала, нежели сѣла на стулъ и закрывъ лицо передникомъ, начала громко рыдать. Ей было жаль Джэка Симпсона, а мысль о томъ, что ея собственный мужъ находился на волоскѣ отъ смерти, приводила её въ содроганіе.

-- Перестань плакать,-- сказалъ ей Билль,-- времени терять нельзя. Ты должна пойти къ его женѣ и подготовить ее. Я для того и пришелъ сюда. Я самъ хотѣлъ предупредить ее, но у меня въ головѣ все путается, и я думаю, что лучше будетъ, если ей сообщитъ объ этомъ несчастьи женщина. Ты лучше сумѣешь сдѣлать это.

Дженъ Гаденъ вытерла глаза передникомъ.

-- О Билль!-- воскликнула она жалобнымъ голосомъ.-- Подумай только, какъ я скажу ей это! Вѣдь она больна и у нея двухмѣсячный ребенокъ. Это убьетъ ее!

-- А все-таки ты должна это сдѣлать, -- сказалъ Билль угрюмо,-- и скорѣе. Его тѣло сейчасъ принесутъ домой!

Бѣдная Дженъ поняла, что возражать безполезно. Не говоря больше ни слова, она встала и, поправивъ передникъ, вышла изъ комнаты. Билль сумрачно подошелъ къ очагу, въ которомъ весело трещали уголья и уставился глазами на огонь. Слезы катились по его вымазаннымъ углемъ щекамъ; онъ вытеръ ихъ рукавомъ своей рубахи и пробормоталъ:

-- Никакъ я плачу, словно мальчуганъ. Этого только не доставало!.. Бѣдный, бѣдный Джэкъ! Такой славный былъ парень...

Билль дрожащими руками набилъ трубку и началъ ее раскуривать.

Медленно и неохотно шла мистриссъ Баденъ по улицѣ. Печальное порученіе, которое было на нее возложено мужемъ, наполняло ея душу смущеніемъ и горемъ. Среди углекоповъ такой случай, впрочемъ, не представлялъ ничего исключительнаго. Въ копяхъ то и дѣло случались несчастья и, провожая своихъ мужей и отцовъ утромъ, жены и дочери углекоповъ никогда не знали, увидятся ли съ ними вечеромъ. Когда мистриссъ Баденъ проходила по улицѣ, всѣ женщины побросали свою работу и выбѣжали къ ней на встрѣчу. У всѣхъ на лицахъ была написана сильнѣйшая тревога. Вѣсть о томъ, что въ копяхъ что-то произошло, быстро разнеслась по всей деревнѣ. Увидѣвъ плачущую Дженъ Баденъ, сосѣдки закидали ее вопросами.

-- Джэкъ Симпсонъ убитъ,-- сказала она, заливаясь слезами.-- Я иду къ его женѣ, чтобы предупредить ее!

Прежде чѣмъ Дженъ Баденъ дошла до конца улицы, уже вся деревня знала о томъ, что случилось. Женщины собирались группами у дверей домовъ и толковали о несчастіи. Въ первую минуту всѣ онѣ испытали чувство облегченія: значитъ, ихъ мужья, отцы и братья здравы и невредимы, но затѣмъ что эгоистическое чувство смѣнилось глубокимъ чувствомъ состраданія къ несчастной женѣ Джэка Симпсона.-- "Бѣдняжка, что-то съ нею будетъ!" -- говорили онѣ, утирая слезы своими передниками. Но понемногу группы женщинъ начали расходиться. Времени нельзя было терять на разговоры: у каждой было дома дѣло и надо было приготовить обѣдъ къ приходу мужей и отцовъ съ работы. Только тѣ изъ нихъ, которыя были особенно дружны съ женою погибшаго, отправились вмѣстѣ съ Дженъ Гаденъ и остановились у дверей дома Симпсона, дожидаясь, что ихъ позовутъ, если понадобится ихъ помощь. Онѣ тихонько разговаривали о несчастьи и о необходимыхъ приготовленіяхъ къ похоронамъ погибшаго углекопа, когда дверь растворилась, и Дженъ Гаденъ вышла на улицу.

Да, бѣдной женѣ Симпсона пришлось плохо. Она сидѣла у огня, когда вошла Дженъ, и что то шила, покачивая ногой люльку, въ которой спалъ ребенокъ. Увидѣвъ блѣдную и разстроенную Дженъ, она вскочила со своего мѣста, и работа вывалилась у нея изъ рукъ. Она стояла съ широко раскрытыми глазами, въ которыхъ выражался ужасъ, и безмолвно смотрѣла на посѣтительницу.

-- Мери, моя дорогая!-- сказала Дженъ, чувствуя, какъ рыданія подступаютъ у нея къ горлу.

Этого было достаточно, чтобы несчастная поняла истину.

-- Онъ убитъ?-- простонала она.

Мистриссъ Гаденъ не отвѣчала и только закрыла лицо руками. Мери Симпсонъ зашаталась и, не проронивъ больше ни одного звука, ни стона, какъ снопъ повалилась на полъ, прежде чѣмъ Дженъ успѣла подхватить ее.

-- "Такъ лучше" подумала Дженъ, поднимая ее и укладывая на постель.-- "Бѣдняжка лишилась чувствъ",-- сказала она женщинамъ, дожидавшимся у дверей. Тѣ также рѣшили, что это къ лучшему; по крайней мѣрѣ, не увидитъ она, какъ принесутъ носилки съ ея погибшимъ мужемъ!

Женщины вошли въ домъ. Одна изъ нихъ пошла за докторомъ, а другія остались, чтобы приготовить комнату для умершаго и дежурить у постели больной. Вслѣдъ затѣмъ шесть углекоповъ принесли на носилкахъ тѣло своего погибшаго товарища и передали его женщинамъ, а сами пошли за священникомъ.

Бѣдная Мери Симпсонъ лежала на постели такъ-же тихо и не шевелясь, какъ и ея убитый мужъ, котораго жены его товарищей обмыли и одѣли въ чистое праздничное платье. Онъ лежалъ, вытянувшись на лавкѣ, съ окровавленной головой и строгимъ лицомъ, а жена его въ другой комнатѣ, на постели, все еще не приходила въ себя.

-- Бѣдная маленькая женщина,-- сказалъ старикъ докторъ, старавшійся привести ее въ чувство.-- Она такъ слаба, что не перенесетъ этого горя.

И это была правда. Прежде чѣмъ похоронили ея мужа, Мери Симпсонъ перестала жить и страдать. Дженъ Гаденъ, не отходившая отъ нея до послѣдней минуты, завернула ея осиротѣвшаго ребенка въ свою шаль и понесла его къ себѣ домой, а другая сосѣдка взялась доставить ей люльку.

Когда Билль Гаденъ вернулся домой съ работы, то онъ нашелъ все въ порядкѣ. Столъ былъ накрытъ для чая и чайникъ весело кипѣлъ на огнѣ. Жена встрѣтила его съ ребенкомъ на рукахъ.

-- Бѣдняжка умерла, -- сказалъ Билль, входя въ комнату и вѣшая свою шляпу на гвоздь.-- Я уже слышалъ объ этомъ. А это что?-- вдругъ спросилъ онъ, замѣтивъ ребенка.

-- Это ея сынокъ, Билль,-- отвѣчала Дженъ.

-- Съ чего ты выдумала притащить его сюда?-- замѣтилъ онъ сердито.

Дженъ Гаденъ отвѣчала не сразу, но, подойдя къ мужу, повернула къ нему личико ребенка и сказала:

-- Посмотри на него, Билль, онъ ужасно похоясь на Джека, развѣ ты не видишь?

-- Ни капельки,-- отвѣчалъ Билль угрюмо.-- Развѣ можетъ ребенокъ быть похожимъ на взрослаго человѣка? Это только щенки бываютъ похожи какъ двѣ капли воды на своихъ родителей.

-- Ну, а я вижу сходство, Билль. А теперь послушай,-- прибавила Дженъ, подойдя къ мужу и кладя руку ему на плечо:

-- Я хочу оставить ребенка у себя, Билль. У насъ нѣтъ дѣтей, и я не могу даже подумать о томъ, что этого малютку отдадутъ въ сиротскій пріютъ.

Билль молчалъ въ нерѣшительности.

-- Конечно, и мнѣ непріятно думать, что ребенокъ Джека будетъ въ пріютѣ, -- сказалъ онъ, наконецъ.-- Но только онъ вѣдь причинитъ не мало хлопотъ, гораздо больше, нежели цѣлая дюжина щенятъ, за которыхъ все-таки можно хоть получить премію на выставкѣ и продать ихъ за хорошую цѣну. А вѣдь съ ребенкомъ ничего не сдѣлаешь, и дурной онъ или хорошій -- все-таки мы должны будемъ держать его, разъ ужъ рѣшимся оставить его у себя. Впрочемъ, -- прибавилъ онъ со вздохомъ, -- хлопотъ будетъ больше всего тебѣ, и если ты непремѣнно хочешь оставить его -- то что объ этомъ толковать! Когда ему минетъ десять лѣтъ, онъ тоже пойдетъ въ шахту, какъ и его отецъ, и будетъ зарабатывать себѣ хлѣбъ... Ну, а теперь давай чаю. Вѣдь я ни разу за все это время, пока ты возилась съ Мери Симпсонъ, не пообѣдалъ какъ слѣдуетъ и голоденъ какъ собака.

Такимъ образомъ маленькій Джекъ Симпсонъ сдѣлался членомъ семьи Гадена, а его отецъ и мать покоились мирнымъ вѣчнымъ сномъ подъ густыми деревьями маленькаго сельскаго кладбища.


## ГЛАВА II. Бульдогъ.


Прошло нѣсколько лѣтъ. На полу у очага, въ которомъ пылалъ яркій огонь, расположилась любопытная группа. Маленькій мальчикъ лѣтъ шести съ не дѣтски серьезнымъ личикомъ задумчиво смотрѣлъ на пылающіе уголья, обнявъ за шею своими рученками двухъ собакъ, которыя усѣлись возлѣ него по обѣимъ сторонамъ и такъ-же неподвижно, какъ и онъ, щурились на огонь. Мистриссъ Гаденъ накрывала столъ для обѣда, такъ какъ мужъ ея скоро долженъ былъ придти, и только изрѣдка поглядывала на группу, находившуюся у камина. "Никогда въ жизни не видала такого страннаго ребенка", подумала она и только что собиралась позвать маленькаго Джека, какъ вдругъ обѣ собаки Дитоно и Бессъ, сидѣвшія возлѣ него, насторожили уши и вскочили на ноги. Это означало, что онѣ распознали издалека шаги своего хозяина и приготовились встрѣтить его. Джекъ тоже вскочилъ, какъ разъ въ ту минуту, когда дверь отворилась и въ комнату вошелъ Билль.

-- Погода хорошая, Билль,-- замѣтила ему жена, -- беря у него изъ рукъ шляпу, чтобы повѣсить на гвоздь.

-- Развѣ?-- спросилъ углекопъ.-- А я и не замѣтилъ. Впрочемъ дождя нѣтъ, а это главное. Я усталъ до смерти. Ну, а что подѣлывали сегодня собаки?-- спросилъ онъ, обращаясь къ Джеку.

-- Мы ходили гулять послѣ школы, -- отвѣчалъ мальчикъ,-- туда, къ рощѣ. Мы увидѣли большую черную кошку, и собаки бросились за нею, а она удрала на дерево. Потомъ мы пошли къ пруду и знаешь ли, отецъ, Бессъ спрыгнула въ воду и поплыла.

-- Какъ!-- воскликнулъ углекопъ съ тревогой.-- Бессъ, поди сюда!-- позвалъ онъ собаку и началъ внимательно осматривать ей глаза и прислушиваться къ ея дыханію.-- Ты не долженъ былъ пускать ее въ воду, Джекъ. Это вредно для собаки; она можетъ заболѣть. Слышишь, мать, ты приготовь для нее какое-нибудь теплое питье. И съ чего это ей вздумалось лѣзть въ воду, не понимаю!

-- Она совсѣмъ меня не слушаетъ. Я задалъ ей трепку, когда она вздумала броситься на пасторскую корову, а она выхватила палку изъ моихъ рукъ.

-- И отлично сдѣлала,-- заключилъ Билль Гаденъ.-- Не смѣй бить собакъ, не то я тебя побью!

-- Мнѣ все равно,-- отвѣчалъ мальчикъ смѣло.-- Но вѣдь если мнѣ поручаютъ собакъ, то должны же онѣ слушаться меня. А какъ-же я могу заставить ихъ слушаться, если я не буду наказывать ихъ. Чтобы вы сказали, если-бы Бессъ искусала корову священника?

Не зная что отвѣчать на это замѣчаніе мальчика,-- Билль Гаденъ принялся за ѣду. Джюно и Бессъ степенно сидѣли у ногъ хозяина, дожидаясь подачки. Когда обѣдъ кончился, мистриссъ Гаденъ убрала со стола посуду и послала Джека побѣгать на улицу, а мужъ ея съ наслажденіемъ закурилъ трубку и, отдохнувъ немного, сказалъ женѣ, что пойдетъ къ сосѣду поиграть въ шахматы.

Билль Гаденъ былъ увѣренъ, что онъ вполнѣ замѣнилъ отца ребенку своего стараго товарища Симпсона. Онъ дѣйствительно обращался съ Джекомъ такъ, какъ будто бы это былъ его собственный сынъ. Билль даже тратилъ теперь меньше на пиво и давалъ своей женѣ деньги на покупку молока для ребенка. Когда Дженъ говорила ему, что мальчику нужно сшить платье или купить сапоги, то онъ также давалъ требуемую сумму, хотя и ворчалъ при этомъ, дѣлая сравненія между собаками и мальчикомъ, очень невыгодныя для послѣдняго, -- собаки далеко не доставляютъ такихъ хлопотъ и расходовъ, какъ ребенокъ! Однако это не мѣшало Биллю Гадену, когда онъ бывалъ въ хорошемъ расположеніи духа, тратить деньги на подарки Джеку; онъ иногда бралъ его съ собою въ сосѣдній городъ и накупалъ ему разныхъ вещей, которыя заставляли Дженъ всплескивать руками отъ удивленія и возмущаться его расточительностью.

Маленькіе товарищи Джека любили его, но боялись. Когда у него бывали деньги, то онъ накупалъ лакомствъ и, собравъ всѣхъ своихъ товарищей, угощалъ ихъ, но вообще онъ былъ молчаливый и несообщительный мальчикъ, больше склонный къ уединенію и задумчивости, Быть можетъ на него оказывала вліяніе его тѣсная дружба съ такими нелюдимыми и сосредоточенными животными, какъ Бессъ и Джюно, въ обществѣ которыхъ онъ постоянно находился. Джекъ, которому Билль Баденъ поручилъ собакъ, рѣдко поэтому попадалъ въ общество дѣтей своего возраста. Его обязанность была наблюдать за собаками и водить ихъ гулять, и когда онъ выходилъ на улицу въ обществѣ двухъ огромныхъ бульдоговъ, то мало кто отваживался подходить къ нему,-- Джюно и Бессъ, всѣмъ внушали почтеніе.

Джекъ не разъ говорилъ своему отцу -- онъ называлъ Билля "отцомъ" -- что Бессъ питала особенное желаніе вцѣпиться въ корову священника, которая почему-то возбуждала въ ней враждебныя чувства, и что только энергичныя мѣры могутъ заставить ее отказаться отъ такого намѣренія. Подобныя наклонности собаки нѣсколько встревожили Билля Бадена, и онъ замѣтилъ своей женѣ однажды:

-- Знаешь ли, я думаю, лучше будетъ не пускать собакъ съ мальчикомъ, а то можетъ случиться бѣда. Я самъ буду водить ихъ гулять. Если Бессъ что нибудь накуралеситъ, и ее убьютъ, какъ дикаго звѣря, я буду въ отчаяніи.

Но это намѣреніе Билля, какъ и большинство добрыхъ намѣреній, не было приведено въ исполненіе, и Джекъ попрежнему долженъ былъ прогуливать собакъ, пока не произошелъ случай, который навсегда избавилъ его отъ обязанностей "собачьяго сторожа".

Джеку было уже восемь лѣтъ, когда однажды утромъ онъ по обыкновенію отправился съ собаками на прогулку. Онъ шелъ по краю проѣзжей дороги въ сопровожденіи своихъ четвероногихъ товарищей, степенно выступавшихъ около него, какъ вдругъ мимо нихъ проѣхала повозка, въ которой сидѣли двое молодыхъ людей, оказавшіеся впослѣдствіи странствующими торговцами. Одинъ изъ этихъ парней ни съ того ни съ сего размахнулся бичомъ и хлестнулъ сразу всѣхъ троихъ, Джека и собакъ. Джекъ вскрикнулъ отъ боли и негодованія. Онъ не могъ понять, за что ему досталось, вѣдь онъ же никого не трогалъ! Возмущенный Джекъ схватилъ камень и швырнулъ имъ вслѣдъ повозки, но промахнулся. Отвѣтъ Бессъ на нанесенное оскорбленіе оказался удачнѣе: въ два прыжка собака очутилась возлѣ лошади и, вцѣпившись ей въ морду, повалила ее на землю, а Джюно въ это время дѣлалъ отчаянныя усилія взобраться въ повозку, чтобы вцѣпиться въ сидящихъ въ ней, поблѣднѣвшихъ отъ страха торговцевъ. Тотъ, который ударилъ Джека, замахнулся рукояткой кнута на собаку, карабкавшуюся въ повозку.

-- Не бей ее,-- закричалъ Джекъ, добѣжавшій въ это время до повозки,-- не то она разорветъ тебя на куски.

-- Отзови свою собаку, маленькій негодяй,-- закричалъ другой Джеку, -- а то она разорветъ лошадь.

-- Ты бы лучше попридержалъ свой языкъ, не то тебѣ придется плохо,-- закричалъ ему въ отвѣтъ мальчикъ.-- Вѣдь ни я, ни собаки тебя не трогали, зачѣмъ ты ударилъ насъ? Лучше было, бы, если бъ Бессъ вцѣпилась въ тебя, чѣмъ въ лошадь!

-- Да отзови же собакъ!-- закричали оба торговца разомъ.

-- Хорошо вамъ говорить: "отзови!" Онѣ не очень то послушаютъ меня теперь. Нѣтъ ли у тебя ремня?

Торговецъ бросилъ ему ремень, и Джекъ прикрѣпилъ его къ ошейнику Джюно, а другой конецъ ремня привязалъ къ колесу.

-- Теперь, -- сказалъ Джекъ, -- слѣзайте съ другой стороны, Джюно не можетъ васъ достать.

Одинъ изъ сидѣвшихъ въ повозкѣ тотчасъ же соскочилъ на землю и бросился къ лошади, которая дѣлала отчаянныя усилія освободиться изъ зубовъ Бессъ, но все напрасно, Джекъ также дергалъ собаку и звалъ ее, но она не обращала на него никакого вниманія.

-- Укуси ее за хвостъ,-- сказалъ Джеку торговецъ.-- Я слышалъ, что это помогаетъ. Тогда она выпуститъ лошадь.

-- Ишь что выдумалъ!-- возразилъ Джекъ съ презрѣніемъ.-- Развѣ ты не видишь, что это породистый бульдогъ: онъ не разожметъ своихъ челюстей, хотя бы ты ему совершенно откусилъ хвостъ. Постой-ка, я придумалъ что сдѣлать.

Онъ вынулъ изъ кармана свернутую бумажку.

-- Вотъ это заставитъ Бессъ разжать челюсти, сказалъ Джекъ.-- Я дамъ ей понюхать табачку, а въ это время вы оба возьмите ее за ошейникъ съ каждой стороны и держите крѣпко, иначе она бросится на васъ, когда отпуститъ лошадь. Какъ только она начнетъ чихать, вы ее оттащите отъ лошади и смотрите не выпускайте.

Опасеніе, что лошадь погибнетъ, переселило страхъ торговцевъ предъ ужасною собакой и они, слѣдуя приказаніямъ Джека, схватили ее за ошейникъ и стали крѣпко держать. Джекъ поднесъ къ ея ноздрямъ понюшку табаку, и черезъ минуту собака, дѣйствительно, разжала челюсти и раздалось неистовое фырканіе. Освобожденная лошадь бросилась въ сторону, а Бессъ, продолжая фыркать, старалась вырваться изъ державшихъ ее рукъ. Джюно, привязанный къ колесу, также дѣлалъ неимовѣрныя усилія освободиться, чтобы придти на помощь къ Бессъ.

-- Есть у васъ еще ремень?-- спросилъ Джекъ.

-- Тамъ въ ящикѣ подъ сидѣніемъ есть цѣпь,-- отвѣчали ему.

Джекъ послѣ нѣкотораго колебанія влѣзъ въ повозку и досталъ цѣпь.

-- Ну теперь привяжемъ ее къ колесу такъ-же какъ Джюно,-- сказалъ онъ. Когда это было сдѣлано, оба торговца побѣжали къ лошади, изъ морды которой сочилась кровь.

-- Вонъ тамъ колодезь, сказалъ -- имъ Джекъ, указывая рукой,-- вы можете достать оттуда воды, если вамъ нужно.

Оба торговца отправились по его указанію и принесли воды. Они обмыли раны лошади и, намочивъ тряпку водой, обмотали ей морду. Въ это время Джекъ отвязалъ отъ колеса собакъ и успокоилъ ихъ. Но онъ продолжалъ держать ихъ на привязи, готовый, впрочемъ, тотчасъ же отпустить ихъ въ случаѣ, если бы на него было произведено нападеніе. Торговцы, занятые лошадью, не обращали на него никакого вниманія и были очень поражены, послѣ того какъ имъ удалось, наконецъ, управиться съ лошадью; что мальчикъ стоитъ какъ ни въ чемъ не бывало возлѣ повозки и держитъ обѣихъ собакъ за ремни, привязанные къ ихъ ошейникамъ.

-- Убирайся скорѣе со своими собаками,-- закричали они ему.

-- И не подумаю,-- отвѣчалъ Джекъ рѣшительно.-- Вы вмѣстѣ со мною отправитесь въ Стокбриджъ, и я принесу на васъ жалобу полицейскому за то, что вы ударили меня и Бессъ. Если только вы вздумаете удрать отъ меня, я напущу на васъ собакъ.

-- Ахъ ты маленькій негодяй!-- закричали взбѣшенные торговцы. Они охотно избили бы Джека, но страхъ передъ собаками заставилъ ихъ покориться, и волей неволей они отправились въ Стокбриджъ въ сопровожденіи Джека и его собакъ.

Прибытіе такой странной процессіи въ деревню возбудило всеобщее вниманіе. Мужчины были въ копяхъ, но женщины и дѣти толпою высыпали на улицу смотрѣть, что случилось. Джекъ важно выступалъ по улицѣ позади повозки и торговцевъ, въ безсильной злобѣ повиновавшихся мальчугану. Онъ прямо направился къ полицейскому участку и позвонилъ у дверей.

-- Мистеръ Джоксонъ,-- сказалъ онъ полицейскому, когда тотъ отворилъ дверь.-- Я приношу жалобу на этихъ двухъ парней, за то что они ударили меня и Бессъ.

-- А мы въ свою очередь жалуемся вамъ на этого маленькаго негодяя,--закричали торговцы, чувствуя себя въ безопасности въ присутствіи полицейскаго и толпы, такъ какъ теперь Джекъ не посмѣлъ бы спустить собакъ.-- Онъ напустилъ своихъ собакъ на насъ, и наша жизнь подверглась опасности, не говоря уже о лошади, которая страшно изранена.

Въ этотъ самый моментъ къ толпѣ подошелъ Билль Баденъ, только что вернувшійся съ работы и услышавшій о томъ, что случилось. Онъ протискался впередъ и обратился къ Джеку съ вопросами. Джекъ разсказалъ ему все, какъ было.

-- Какъ вы смѣли ударить моего мальчугана?-- грозно подступилъ Билль къ торговцамъ.

-- Держи собакъ отецъ,-- замѣтилъ ему Джекъ,-- а то онѣ опять бросятся на. нихъ.

Билль взялъ изъ рукъ мальчика ремни и, прикрикнувъ на собакъ, заставилъ ихъ присмирѣть.

-- Хорошо, сказалъ полицейскій.-- Я передавъ ваше дѣло мировому судьѣ, мистеру Бруку. Онъ завтра разберетъ его. Билль Гаденъ, вы приведете завтра Джека Симпсона къ мировому?

-- Онъ и самъ придетъ,-- отвѣчалъ Билль.-- Я думаю Джекъ въ состояніи самъ постоять за себя, не такъ ли?

Въ толпѣ раздались одобрительныя восклицанія, и всевозможныя остроты посыпались по адресу двухъ дюжихъ молодцовъ, которыхъ ребенокъ заставилъ себѣ повиноваться. Очевидно, сочувствіе обитателей Стокбриджа было не на сторонѣ торговцевъ, которымъ полицейскій посовѣтовалъ не вступать въ пререканія съ толпой, а отправиться поскорѣе на постоялый дворъ, гдѣ они могутъ остаться до завтра, когда ихъ призовутъ къ мировому судьѣ.

Не очень то охотно исполнили его совѣтъ торговцы; сопровождаемые криками и насмѣшками толпы, они отправились на постоялый дворъ. На другой день утромъ обѣ стороны,-- торговцы въ сопровожденіи пострадавшей лошади и Джекъ въ сопровожденіи своихъ бульдоговъ, явились къ мистеру Бруку, владѣльцу копей Воганъ, гдѣ работалъ Билль Гаденъ, занимавшему въ тоже время и должность, мироваго судьи въ мѣстечкѣ. Первымъ былъ опрошенъ Джекъ. Онъ отвѣчалъ очень обстоятельно и увѣренно, несмотря на свой юный возрастъ, и чистосердечно разсказалъ все, какъ было.

Оба торговца самымъ безсовѣстнымъ образомъ отрицали свою вину. Они увѣряли, что никто изъ нихъ и пальцемъ не тронулъ Джека, а онъ самъ науськалъ собакъ на лошадь, безъ всякаго съ ихъ стороны повода. Джекъ не могъ выдержать и громко крикнулъ: "Они врутъ!" но мировой судья велѣлъ ему замолчать. Тогда Джекъ снялъ свою куртку и, спустивъ рубаху, обнажилъ плечо, на которомъ явственно виднѣлась красная полоса отъ удара кнутомъ. Джекъ подошелъ къ судьѣ и показалъ ему свое плечо, не говоря при этомъ ни слова. Въ публикѣ раздался ропотъ негодованія и, пожалуй, парнямъ, ударившимъ ребенка, пришлось бы плохо, еслибъ полицейскій не взялъ ихъ подъ свою защиту.

-- Послѣ того, что я видѣлъ,-- сказалъ мистеръ Брукъ, для меня не существуетъ болѣе сомнѣній, что мальчикъ говоритъ правду и что вы самымъ подлымъ образомъ, безъ всякаго вызова съ его стороны, напали на него, за это я приговариваю васъ къ штрафу, а если вы не хотите платить, то отправляйтесь въ тюрьму на мѣсяцъ. Такихъ трусовъ какъ вы, изподтишка нападающихъ на ребенка, необходимо наказывать, и еслибъ не то, что ваша лошадь пострадала, я бы приговорилъ васъ къ болѣе строгому наказанію. Жалоба, принесенная вами, на ребенка, отвергается за отсутствіемъ вины съ его стороны. Отецъ мальчика можетъ преслѣдовать васъ за клевету, если захочетъ. Въ тоже время я считаю все таки нужнымъ поставить ему на видъ, что такихъ свирѣпыхъ и страшныхъ собакъ не слѣдуетъ поручать такому маленькому ребенку.

Торговцы, какъ это ни было имъ непріятно, не ты смѣли возставать противъ рѣшенія мироваго судьи и заплатили штрафъ безпрекословно. Раздраженіе всего населенія противъ нихъ было такъ велико, что полицейскому пришлось проводить ихъ до желѣзнодорожной станціи, чтобы защитить отъ нападокъ и оскорбленій, которыми они могли подвергнуться. Правду сказать, видъ у нихъ былъ очень плачевный, когда они, наконецъ, добрались до желѣзной дороги, и они рады были, что имъ удалось по добру по здорову убраться изъ Стокбриджа.

Джекъ Симпсонъ съ этой минуты былъ освобожденъ отъ надзора за собаками, и это принесло ему пользу. Онъ сталъ чаще бывать въ обществѣ дѣтей своего возраста и у него появились новые товарищи, а мистриссъ Гаденъ радовалась, глядя на него, что ея пріемный сынъ перестаетъ быть такимъ сосредоточеннымъ и становится больше похожъ на другихъ дѣтей.


## ГЛАВА III. Джекъ принимаетъ рѣшеніе.


Въ одинъ прекрасный лѣтній день какой-то художникъ, пріютившійся подъ тѣнью раскидистаго дерева въ окрестностяхъ Стокбриджа, срисовывалъ деревенскую изгородь вдоль широкой дороги, поросшей кустами жимолости и каприфоліи. Онъ до такой степени былъ погруженъ въ свою работу, что въ первый моментъ не замѣтилъ, что за нимъ наблюдаетъ мальчикъ лѣтъ, десяти, у ногъ котораго лежалъ старый бульдогѣ, а другой помоложе стоялъ возлѣ и словно стерегъ мальчугана. Когда художникъ оглянулся и увидѣлъ эту группу, то наружность мальчугана такъ заинтересовала его, что онъ вступилъ съ нимъ въ разговоръ.

-- Мальчуганъ, ты что здѣсь дѣлаешь?

-- Ничего,-- послѣдовалъ быстрый отвѣтъ.

-- Я не то хотѣлъ сказать,-- замѣтилъ художникъ, улыбаясь,-- Видишь ли, я хочу предложить тебѣ, если тебѣ дѣлать нечего, посиди на этой изгороди съ четверть часа, и я тебѣ дамъ за это шесть пенсовъ. Мнѣ нужно нарисовать тутъ фигуру.

Мальчикъ, не говоря ни слова, занялъ указанное ему мѣсто на изгороди и сидѣлъ такъ совершенно спокойно въ теченіе четверти часа.

-- Ну теперь довольно,-- сказалъ ему художникъ.-- Можешь сѣсть тутъ и смотрѣть, какъ я работаю, но если тебѣ въ самомъ дѣлѣ нечего дѣлать, то не останется ли ты еще на часъ времени? Вотъ тебѣ шесть пенсовъ, и я дамъ тебѣ еще столько же, если ты подождешь тутъ: ты можешь мнѣ понадобиться. Какъ твое имя?-- спросилъ онъ, когда мальчикъ безмолвно улегся на траву и оперся локтями на землю.

-- Бульдогъ,-- отвѣчалъ мальчикъ и затѣмъ, слегка покраснѣвъ, прибавилъ:-- то-есть они меня такъ называютъ, но мое настоящее имя: Джекъ Симпсонъ.

-- А отчего тебя зовутъ бульдогомъ?

Художникъ такъ ласково смотрѣлъ на Джека, который очевидно заинтересовалъ его, что мальчикъ совершенно откровенно отвѣчалъ ему.

-- Моя мать,-- т. е. настоящая мать моя умерла, когда я былъ крошечнымъ ребенкомъ, а у Джюно -- вотъ у этой собаки -- были тогда щенки, и вотъ теперь говорятъ, будто она меня выкормила. Развѣ это можетъ быть? (Джекъ вопросительно посмотрѣлъ на художника; очевидно, онъ самъ не былъ вполнѣ увѣренъ въ томъ, что этого не было).-- Учитель говоритъ, что были нѣкогда двое маленькихъ римлянъ, которыхъ вскормила волчица; однако, онъ все таки не могъ намъ поручиться, что это такъ было въ дѣйствительности. Мать говоритъ, что все это ложь и что она поила меня молокомъ изъ бутылочки. Но они все таки называютъ меня бульдогомъ еще и оттого, что мы съ Джюно никогда не разстаемся и что я -- прибавилъ онъ, смѣясь -- также не легко отпускаю, каісъ и бульдогъ. Вы знаете, это называется "мертвая хватка".

-- Ты учился въ школѣ, Джекъ?

-- Да, пять лѣтъ,-- отвѣчалъ мальчикъ.

-- Что-жъ, тебѣ нравилось учиться?

-- Да, мнѣ нравилось ученіе и мнѣ было не трудно учиться. Отецъ говоритъ, что это отъ того, что моя мать, т. е. моя настоящая мать -- была дочерью школьнаго учителя. Но теперь конецъ ученью; на будущей недѣлѣ я отправляюсь въ шахту.

-- Что же ты тамъ будешь дѣлать? Вѣдь ты еще слишкомъ малъ, чтобы быть углекопомъ!

-- О, для меня тамъ найдется работа. Я долженъ буду открывать и закрывать двери, пропускающія вагоны съ углемъ. А черезъ годъ или два я буду дѣлать какую-нибудь болѣе трудную работу и буду получать больше жалованья. Потомъ сдѣлаюсь помощникомъ отца и, наконецъ, мнѣ назначатъ полную плату.

-- Ну, а потомъ?-- спросилъ художникъ.

Мальчикъ посмотрѣлъ на него съ недоумѣніемъ.

-- Я спрашиваю тебя, чѣмъ ты надѣешься быть впослѣдствіи?-- еще разъ повторилъ художникъ.

-- Я не знаю... можетъ быть... но это едва ли возможно... я бы могъ сдѣлаться когда-нибудь надсмотрщикомъ.

-- Но почему же ты не думаешь о чемъ-нибудь лучшемъ, напримѣръ, о томъ, чтобы сдѣлаться когда-нибудь управляющимъ?

-- Какъ!-- вскричалъ мальчикъ въ изумленіи.-- Сдѣлаться управляющимъ, какъ Фелонъ, который живетъ вонъ тамъ въ большомъ домѣ! Да развѣ это возможно?

-- Джекъ,-- сказалъ художникъ, серьезно глядя на мальчика.-- Если мальчикъ твоихъ лѣтъ захочетъ пріобрѣсти знанія и достигнуть независимаго положенія, то онъ всегда можетъ добиться этого, кѣмъ бы онъ ни былъ, углекопомъ, машинистомъ или простымъ подмастерьемъ. Пусть только онъ не забываетъ трехъ вещей: что надо работать, надо быть бережливымъ и надо учиться. Если онъ будетъ помнить это, то успѣхъ не заставитъ себя ждать. И ты, если серьезно захочешь, можешь сдѣлаться независимымъ человѣкомъ. Ты можешь учиться по окончаніи своей работы и читать по вечерамъ. Когда же твой заработокъ увеличится, то ты не трать всего, а откладывай, и такимъ образомъ у тебя будутъ деньги и на покупку книгъ, и на ученіе, когда ты захочешь продолжать его. Мало-по-малу, такимъ образомъ, ты пріобрѣтешь независимое положеніе въ копяхъ и станешь образованнымъ человѣкомъ.

-- И вы въ самомъ дѣлѣ думаете, что я могу всего этого достигнуть?-- спросилъ недовѣрчиво мальчикъ.

-- О, конечно, если только ты захочешь. Моя исторія такая же. Мой отецъ былъ школьный учитель. Когда мнѣ минуло двѣнадцать лѣтъ, я поступилъ на фарфоровую фабрику, но отецъ мой, отдавая меня туда, сказалъ мнѣ то, что я говорю тебѣ теперь, и я рѣшилъ попытаться выйти въ люди и трудиться изо всѣхъ силъ. Дѣйствительно, я не потерялъ ни одного часа времени и усердно работалъ надъ собственнымъ усовершенствованіемъ. Три раза въ недѣлю по вечерамъ я посѣщалъ художественную школу. Мнѣ нравилось рисованіе, и учитель, находившій, что у меня есть способности, сказалъ мнѣ, что я могу сдѣлаться художникомъ, если буду трудиться. И я усердно трудился. Я выучился хорошо рисовать на фарфорѣ и скоро началъ получать заказы. Я откладывалъ деньги, и когда собралась порядочная сумма, то я бросилъ фабрику, чтобы окончательно заняться живописью и усовершенствоваться въ этомъ искусствѣ. Теперь мнѣ тридцать лѣтъ, и я уже пользуюсь извѣстностью какъ художникъ и могу назвать себя образованнымъ человѣкомъ.

-- Я попробую также добиться чего нибудь,-- сказалъ Джекъ рѣшительно. Онъ вскочилъ на ноги и подошелъ къ художнику.-- Я сдѣлаю это. Они меня зовутъ бульдогомъ; ну вотъ я и буду держать крѣпко свое рѣшеніе, какъ это дѣлаетъ бульдогъ, когда онъ во что нибудь вцѣпится.

-- Хорошо, хорошо, Джекъ,-- сказалъ художникъ.-- Это будетъ нашимъ уговоромъ. Теперь скажи мнѣ свое имя и адресъ, а я тебѣ скажу свое. Сегодня 1-ое іюня. Быть можетъ, это поддержитъ тебя въ твоемъ рѣшеніи, если я буду писать тебѣ каждый годъ 1-го іюня, а ты будешь отвѣчать мнѣ и сообщать, что сдѣлано тобою за годъ. Можетъ быть я могу быть тебѣ чѣмъ нибудь полезенъ, совѣтомъ или помощью. Если же я не получу отъ тебя отвѣта, то буду думать, что тебѣ уже надоѣло и ты отказался отъ своего, намѣренія.

-- Никогда этого не будетъ!-- отвѣчалъ Джекъ рѣшительнымъ тономъ.-- Если вы не получите отвѣта, то это будетъ означать, что я погибъ, какъ погибъ мой отецъ въ копяхъ, во время паденія или при взрывѣ. Благодарю васъ.

Мальчикъ пожалъ протянутую руку художника и медленно отправился домой въ сопровожденіи стараго бульдога, который лѣниво поплелся за нимъ.

-- Въ этомъ мальчикѣ что то есть,-- подумалъ художникъ, глядя ему вслѣдъ.-- Жаль, что я не поговорилъ съ нимъ побольше. Ну, да все равно; я буду очень гордиться, если этотъ мальчикъ когда нибудь сдѣлаетъ себѣ имя.

Вечеромъ Джекъ, усѣвшись на низкой скамеечкѣ передъ очагомъ, такъ долго молча и пристально смотрѣлъ въ огонь, что даже Билль Гаденъ замѣтилъ его задумчивость.

-- Что съ тобою, мальчуганъ? О чемъ ты такъ задумался?-- спросилъ Билль.

Но Джекъ такъ былъ погруженъ въ размышленія, что даже не слыхалъ вопроса, и только когда Билль повторилъ вопросъ, онъ отвѣтилъ:

-- Я думаю о томъ, какъ бы мнѣ учиться.

-- Учиться!-- воскликнулъ Билль въ величайшемъ изумленіи.-- Что это тебѣ пришло въ голову? Вѣдь ты учился цѣлыхъ пять лѣтъ, а теперь долженъ идти въ шахту.

-- Я буду работать въ шахтѣ, отецъ, но я хочу также учиться. Я уже придумалъ, какъ это сдѣлать.

-- Но зачѣмъ тебѣ учиться?-- воскликнулъ Билль.-- Вѣдь ты же умѣешь читать и писать. Это больше, чѣмъ сколько я умѣю. Чего же тебѣ еще нужно?

-- Я хочу учиться,-- отвѣчалъ Джекъ настойчиво и прибавилъ:-- я хочу быть современемъ управляющимъ.

Билль Гаденъ посмотрѣлъ на него и расхохотался.

-- Вотъ такъ придумалъ!-- сказалъ онъ.

Мистриссъ Гаденъ также была поражена словами

Джека, но отнеслась къ нимъ болѣе сочувственно:

-- Что это тебѣ въ голову пришло, голубчикъ?-- сказала она.

Джекъ не выказалъ ни малѣйшаго смущенія, и смѣхъ отца, повидимому, нисколько не задѣлъ его.

-- Я сегодня повстрѣчался съ однимъ парнемъ,-- сказалъ Джекъ въ отвѣтъ мистриссъ Гадепъ, -- и онъ увѣрилъ меня, что если я буду усердно трудиться, то современемъ выйду въ люди и быть можетъ даже сдѣлаюсь управляющимъ. Я непремѣнно хочу этого добиться.

-- Не говори ничего, Билль,-- удерживала мистриссъ Гаденъ своего мужа, готоваго разразиться насмѣшливыми восклицаніями.-- Ты вѣдь знаешь, что если Джекъ что нибудь захочетъ, то ужъ онъ не отстанетъ.

-- Ну, это меня не касается, что ты тамъ придумалъ,-- замѣтилъ Билль уже въ дверяхъ,-- но помни, мальчуганъ, одно:-- будешь ли ты учиться или нѣтъ, но ты долженъ идти въ шахту на будущей недѣлѣ и зарабатывать свой хлѣбъ.


## ГЛАВА IV. Подъ землей.


Въ группѣ людей, собравшихся 7 іюня у входа въ шахту Вогана, находилось двое маленькихъ мальчиковъ, Джекъ Симпсонъ и Гарри Шефердъ, которые должны были въ первый разъ спуститься въ шахту въ этотъ день. Мальчики были очень дружны. Гарри былъ выше ростомъ, но тоньше Джека и не такой сильный и смѣлый. Оба очень радовались, что наконецъ то они отправляются въ шахту. Хотя обязанность, которую имъ предстояло выполнять въ шахтѣ, была очень скучна и однообразна -- они должны были сидѣть на одномъ мѣстѣ и, заслышавъ приближеніе подземнаго поѣзда, состоящаго изъ вагоновъ, нагруженныхъ углемъ, отворять двери, а затѣмъ, пропустивъ поѣздъ, снова затворять ихъ,-- но тѣмъ не менѣе они были очень довольны, что идутъ на работу, такъ какъ это былъ первый шагъ къ самостоятельности. Они чувствовали себя въ положеніи взрослыхъ людей и гордились этимъ; теперь они уже больше не ученики, а рабочіе.

Въ настоящее время въ Англіи запрещено посылать такихъ маленькихъ дѣтей въ копи, но въ то время, къ которому относится нашъ разсказъ, считали, что если у мальчика хватаетъ силъ, чтобы открывать и закрывать двери, то онъ, значитъ, достаточно великъ для должности привратника въ шахтѣ.

-- Тебѣ не страшно, Джекъ?-- спросилъ Гарри.

-- Нѣтъ; чего же страшно?-- отвѣчалъ Джекъ.-- Я вѣдь не боюсь темноты. Они говорятъ, что потомъ такъ привыкнешь, то начинаешь видѣть въ темнотѣ какъ кошка. Вонъ, отецъ зоветъ меня. Прощай Гарри, увидимся сегодня вечеромъ,

Входъ въ шахту Вогана находился посреди большого двора, мрачнаго и грязнаго, сплошь заваленнаго угольнымъ мусоромъ. По двору во всѣхъ направленіяхъ проходили рельсы и стояли платформы, нагруженныя углемъ. Кучи угля были навалены въ разныхъ мѣстахъ. Посрединѣ двора находилось отверстіе громаднаго колодца и надъ нимъ возвышались столбы съ перекладиной изъ очень толстыхъ бревенъ. Это и былъ входъ въ шахту. Съ одной стороны колодца находилась подъемная машина, а наверху перекладины помѣщалось колесо, по которому спускался проволочный канатъ, соединенный съ подъемною машиной. Къ свободному концу каната былъ прикрѣпленъ родъ большой деревянной клѣти или ящика. Благодаря сдѣланнымъ приспособленіямъ, клѣть эта опускалась въ шахту очень плавно, не раскачиваясь, и лишь небольшое дрожаніе указывало сидящимъ въ ней, что клѣть находится въ движеніи.

Подъемная машина помѣщалась въ особомъ зданіи, а въ другомъ зданіи находился паровой насосъ. Входъ въ копи былъ раздѣленъ толстой деревянной перегородкой на двѣ части; одна называлась нисходящей шахтой, но которой воздухъ проходилъ въ копи, а другая восходящей, по которой струя воздуха, пройдя всѣ повороты и извилины шахты внизу, возвращалась снова наверхъ, на поверхность. Такое устройство шахты очень опасно, такъ какъ въ случаѣ взрыва нѣтъ никакой возможности спасти углекоповъ, находящихся внизу, потому что выходъ будетъ закрытъ. Теперь такая система оставлена: во всѣхъ копяхъ всегда устраиваются два входа, на извѣстномъ разстояніи другъ отъ друга, но тридцать лѣтъ тому назадъ довольствовались, какъ въ шахтѣ Вогана, однимъ входнымъ отверстіемъ, раздѣленнымъ перегородкой.

Каждый углекопъ, прежде чѣмъ спуститься внизъ, заходилъ въ ламповую комнату и получалъ зажженную лампочку Дэви. Эта предохранительная лампа для рудокоповъ была изобрѣтена англійскимъ химикомъ Гемфри Дэви. Въ случаѣ скопленія горючихъ газовъ въ копяхъ обыкновенная лампа можетъ произвести взрывъ; съ лампой же Дэви можно безопасно работать, такъ какъ она окружена тончайшею проволочною сѣтью, черезъ которую пламя не проходитъ наружу. Горючіе газы, примѣшанные къ воздуху шахты, правда, сгораютъ, приходя въ соприкосновеніе съ пламенемъ лампочки, но взрыва не происходитъ, благодаря проволочной сѣти, преграждающей доступъ пламени наружу.

Джекъ занялъ мѣсто въ клѣти рядомъ съ Биллемъ Гаденомъ и многими другими, туда понабилось столько углекоповъ, сколько она могла сдержать, Джекъ невольно вздрогнулъ, когда корзина начала быстро опускаться. Стѣны колодца, черныя, блестящія и мокрыя, словно убѣгали вверхъ. Черезъ нѣсколько секундъ дневной свѣтъ исчезъ, и Джека окружила тьма. Только тамъ далеко наверху онъ еще видѣлъ кусочекъ голубого неба, но и тотъ все уменьшался.

-- Ты не боишся, Джекъ?-- спросилъ Билль Гаденъ, поднимая свою лампочку такъ, чтобы свѣтъ падалъ прямо на лицо мальчика.

-- Ну вотъ, чего мнѣ бояться,-- отвѣчалъ Джекъ твердымъ голосомъ.-- Я слышалъ, какъ тутъ говорили, что въ прошломъ мѣсяцѣ были перемѣнены канаты и, значитъ, опасности нѣтъ никакой теперь.

-- Это тотъ самый мальчуганъ, котораго называютъ "бульдогомъ", да Билль?-- спросилъ одинъ изъ находившихся въ корзинѣ углекоповъ.

-- Да,-- отвѣчалъ Билль.-- Это онъ самый. Онъ дѣйствительно похожъ на бульдога. Мнѣ случалось давать ему хорошую потасовку, но онъ никогда не хныкалъ... Ну вотъ мы должны выходить.

Клѣть остановилась. Углекопы вылѣзли изъ нея и отправились къ своимъ мѣстамъ.

-- Пойдемъ, Джекъ,-- сказалъ Билль, обращаясь къ мальчику.-- Надсмотрщикъ велѣлъ мнѣ приставить тебя къ двери No 10-й.

Джекъ пошелъ вслѣдъ за своимъ пріемнымъ отцомъ. Итти было очень неудобно. Перекладины, на которыхъ были положены рельсы, были очень скользкія. Мѣстами вода покрывала ихъ, и тамъ и сямъ валялись куски угля разной величины, упавшіе съ платформъ. Тамъ, гдѣ не было лужицъ воды, стояла черная грязь, по которой приходилось шлепать. Иногда дорогу заграждалъ цѣлый рядъ нагруженныхъ или пустыхъ вагоновъ, и чтобы обойти ихъ, надо было протискиваться вдоль влажныхъ стѣнъ шахты. Прежде чѣмъ Джекъ добрался до своего поста, глянецъ его новаго рабочаго наряда исчезъ навсегда. Его бѣлая куртка покрылась черной сажей, такъ же какъ и парусинные панталоны, которые онъ выпачкалъ въ угольной грязи, поскользнувшись и упавши на скользкихъ перекладинахъ рельсъ.

-- Сюда, мальчуганъ,-- сказалъ Билль Гаденъ и поднялъ лампу такъ, чтобы освѣтить мѣстность.-- Тутъ ты долженъ оставаться.

Билль указалъ мальчику углубленіе, вышиною въ пять футъ, глубиною въ два, шириною же нѣсколько больше двухъ футъ. Тамъ было устроено деревянное сидѣніе и въ стѣну вбиты два крючка, чтобы вѣшать на нихъ разныя вещи. На полу лежала охапка сѣна, указывающая, что предшественникъ Джека не прочь былъ понѣжиться.

-- Видишь, Джекъ, тутъ не очень дурно,-- замѣтилъ ему Билль.-- Теперь слушай. Видишь эту веревку? Какъ только ты заслышишь, что подходятъ вагоны, дерни за веревку и отвори дверь. Когда вагоны пройдутъ, отпусти веревку, и дверь сама собой закроется. Ты долженъ смотрѣть за тѣмъ, чтобы дверь всегда была плотно закрыта. Если попадетъ кусокъ угля и дверь не захлопнется какъ слѣдуетъ, то правильный притокъ воздуха въ копи будетъ нарушенъ, и мы всѣ отправимся на тотъ свѣтъ раньше времени. Въ этомъ только и состоитъ твоя работа. Но, главное, ты долженъ стараться не проспать приближеніе поѣзда. Впрочемъ, я не думаю, чтобы это случилось съ тобой; ни съ однимъ мальчикомъ этого не бываетъ. Ты такъ потомъ привыкнешь, что будешь просыпаться, какъ только будетъ подходить поѣздъ.

-- Ну, а если я все-таки не проснусь?-- спросилъ Джекъ.

-- Если ты самъ не проснешься, то тебя разбудитъ пощечина кондуктора, и сила удара будетъ зависѣть отъ того; съ какимъ парнемъ тебѣ придется имѣть дѣло. Я не думаю, чтобы тебѣ гутъ показалось очень жутко. По этой сторонѣ дороги проходятъ другіе вагоны и сюда приводятъ лошадь, которая увозитъ ихъ дальше, по верхнему концу копей, на полмили отсюда.

-- Почему это такъ важно, чтобы дверь была плотно закрыта, отецъ?-- спросилъ мальчикъ.

-- Видишь ли, мальчикъ, воздухъ поступаетъ сюда по тому пути, по которому мы съ тобою пришли. Нужно, чтобы струя воздуха распространилась по всѣмъ боковымъ галлереямъ шахты. Эта дверь задерживаетъ ее и не пускаетъ воздухъ въ прямую шахту, а заставляетъ его обходить кругомъ всѣ галлереи, прежде чѣмъ онъ достигнетъ снова главной шахты, по которой мы спустились. Когда же дверь открыта, то весь воздухъ уходитъ въ главную шахту, и доступъ воздуха въ боковыя галлереи совершенно прекращается. Поэтому помни: открывай дверь только тогда, когда лошадь, которая тащитъ поѣздъ, подойдетъ къ самой двери, и лишь только прошли вагоны, сію минуту захлопывай ее.

Когда дверь закрылась за Биллемъ Баденомъ, и Джекъ остался одинъ среди густой темноты, то его охватило тяжелое чувство полнаго одиночества и покинутости. Тьма была такая кромѣшная, что онъ рѣшительно ничего не могъ разобрать около себя. До него доносился какой то глухой шумъ. Это было отраженіе различныхъ отдаленныхъ звуковъ, раздававшихся въ шахтѣ. Онъ попробовалъ громко заговорить, но его голосъ звучалъ глухо, словно сдавленный.

-- Это хуже, чѣмъ я думалъ,-- проговорилъ мальчикъ.-- Но въ концѣ концовъ я привыкну... Неудивительно, что маленькіе мальчики,-- не такіе крѣпкіе, какъ я,-- страшно пугаются вначалѣ.

Вдругъ ему показалось, что отдаленный шумъ становится какъ будто громче. Дѣйствительно, вскорѣ онъ явственно услыхалъ грохотъ вагоновъ и съ радостью подумалъ, что приближается поѣздъ. Затѣмъ онъ увидалъ вдали, въ концѣ галлереи, мелькающій огонекъ, который постепенно приближался. Человѣкъ съ лампочкою въ рукѣ шелъ впереди лошади, и свѣтъ лампы отражался въ лужицахъ, попадавшихся между перекладинами рельсовъ. Джекъ прислушивался къ стуку лошадиныхъ копытъ и уже приготовился схватить веревку, которая висѣла около него, лишь только раздастся окрикъ: "двери!"'. Но вдругъ свѣтъ перемѣнилъ свое направленіе, и Джекъ услышалъ, какъ загремѣли колеса вагоновъ, проходя стрѣлку, и поѣздъ отправился по другому пути. Тамъ у запаснаго пути поѣздъ остановился, и черезъ двѣ минуты подошелъ другой поѣздъ, состоящій изъ нагруженныхъ вагоновъ, которые также тащила лошадь. Погонщики обмѣнялись нѣсколькими словами, но Джекъ, еще не привыкшій улавливать звуки въ копяхъ, не разслышалъ, что они говорили: затѣмъ первый погонщикъ привязалъ свою лошадь на подмогу къ той, которая везла нагруженные вагоны, и поѣздъ отправился по направленію къ выходной шахтѣ, а пустые вагоны, подталкиваемые погонщикомъ, покатились въ другую сторону, къ галлереямъ, гдѣ работали.

Какъ ни было ничтожно это событіе, но оно оказало благодѣтельное вліяніе на Джека и разсѣяло мучительное чувство одиночества, которое его охватило по уходѣ пріемнаго отца. До появленія поѣзда Джеку казалось, что онъ заключенъ въ какую то могилу и оторванъ отъ міра и всего живого, но видъ людей, занятыхъ своею ежедневною работою, подѣйствовалъ на него успокоительно, и съ этой минуты онъ уже болѣе не чувствовалъ ни малѣйшаго безпокойства, оставаясь одинъ въ темнотѣ.

Спустя нѣсколько минутъ, когда звуки удаляющагося поѣзда замерли вдали, Джекъ снова различилъ шумъ и увидалъ въ концѣ корридора свѣтъ, который постепенно приближался. Наконецъ онъ услыхалъ давно ожидаемый окрикъ: "двери!" и отвѣчалъ возгласомъ "готово!"

Дверь открылась, и погонщикъ пропустилъ впередъ лошадь, а самъ пошелъ за нею. Поровнявшись съ Джекомъ, онъ поднялъ лампочку такъ, чтобы свѣтъ падалъ прямо въ лицо мальчика, и спросилъ:

-- Это не голосъ Джима Броуна. Ты кто-же такой будешь?

-- Джекъ Симпсонъ. Я живу у Билля Гадена.

-- А! знаю, знаю. Я даже зналъ твоего родного отца очень хорошо. Ты что-же, въ первый разъ спустился въ шахту?

-- Да,-- отвѣчалъ Джекъ.

-- Навѣрное тебѣ было жутко, паренекъ, оставаться одному въ темнотѣ, а? Ничего, скоро привыкнешь.

-- Какъ часто проходятъ тутъ вагоны?-- спросилъ его Джекъ, когда послѣдній вагонъ прошелъ въ двери и погонщикъ приготовился слѣдовать за нимъ.

-- Каждыя десять минутъ,-- отвѣчалъ погонщикъ и, пройдя въ дверь, скрылся въ темнотѣ. Джекъ захлопнулъ за нимъ дверь и, удостовѣрившись, что она плотно закрыта, снова усѣлся въ своей нишѣ. Онъ немного посвисталъ для развлеченія, а затѣмъ мысли его вернулись къ предмету, который занималъ его все время, т. е. къ своему разговору съ художникомъ.

-- Какъ много времени я потерялъ даромъ!-- подумалъ Джекъ со вздохомъ.-- Что было бы мнѣ раньше подумать объ этомъ!... Вотъ что я сдѣлаю. Здѣсь въ темнотѣ я буду стараться припоминать все, что я училъ, а дома, въ свободное время, буду проходить дальше уроки и опять повторять ихъ въ умѣ тутъ, сидя въ своей норѣ. Я думаю, что такъ время пройдетъ скорѣе. Ну, начнемъ съ таблицы умноженія. Дважды два -- четыре...

И Джекъ началъ громко повторять таблицу, а затѣмъ, когда ее кончилъ, сталъ припоминать различныя географическія и историческія свѣдѣнія, полученныя въ школѣ. Если ему случалось забыть какое-нибудь имя или названіе, то онъ страшно негодовалъ на себя за то, что потерялъ такъ много времени даромъ, послѣ того какъ пересталъ ходить въ школу. Приходъ вагоновъ оторвалъ его отъ этихъ занятій, но онъ снова принимался за то же, какъ только затворялъ дверь. Каждый изъ погонщиковъ непремѣнно считалъ своимъ долгомъ обмѣняться съ нимъ нѣсколькими словами, такъ какъ всѣ эти добрые люди находили, что надо ободрить мальчика, который въ первый день своего пребыванія подъ землей, конечно, долженъ былъ чувствовать свое одиночество очень сильно. Но Джекъ перенесъ это первое испытаніе очень хорошо. Время пролетѣло для него незамѣтно, и онъ былъ очень удивленъ, когда одинъ изъ погонщиковъ сказалъ ему:

-- Вотъ это послѣдній поѣздъ.

-- Какъ!-- воскликнулъ Джекъ съ удивленіемъ.-- Развѣ уже два часа?

-- Да, черезъ десять минутъ работы прекратятся.

-- Алло! Джекъ!-- послышался голосъ Билля Гадена.-- Ты.здѣсь? Иди сюда. Чего ты тамъ ждешь, мальчуганъ? Ты всегда можешь оставить свое мѣсто, какъ только на этой дорогѣ покажутся углекопы. Ну, что, жутко тебѣ было?

-- Ничуть,-- отвѣчалъ Джекъ.

-- Удивительно. Почти всѣ мальчуганы въ первое время чувствуютъ себя очень скверно. Я, напримѣръ, когда въ первый разъ попалъ сюда, думалъ, что день никогда не кончится. Развѣ тебѣ не было страшно въ темнотѣ?

-- Да, сначала,-- чистосердечно сознался Джекъ.-- Въ первыя десять минутъ было жутко и казалось такъ темно. Но когда прошли первые вагоны мимо меня, я какъ будто пересталъ замѣчать эту темноту.

-- Ну вотъ мы пришли. Лѣзь скорѣе въ клѣть; тутъ какъ разъ осталось мѣсто для насъ двоихъ.


## ГЛАВА V. За работу!


Однажды вечеромъ, спустя недѣлю послѣ того, какъ Джекъ Симпсонъ отправился въ шахту, школьный учитель въ Стокбриджѣ услышалъ, какъ кто то робко постучался въ его дверь.

-- Войдите,-- сказалъ онъ.

-- Извините меня, мистеръ Мертонъ, но могу я поговорить съ вами?

-- Какъ это ты, Джекъ Симпсонъ!-- воскликнулъ съ удивленіемъ школьный учитель, когда свѣтъ отъ свѣчки, которую онъ держалъ въ рукахъ, упалъ на вошедшаго мальчика.-- Конечно, голубчикъ. Войди сюда. Вотъ тебѣ стулъ. Ну что же случилось? Надѣюсь, дома у тебя все благополучно?

-- Да. Я пришелъ собственно затѣмъ, чтобы спросить васъ, какія книги я долженъ читать, чтобы стать умнымъ человѣкомъ.

-- Вотъ какъ! Этого я отъ тебя не ожидалъ. Ты не былъ особенный охотникъ до книгъ прежде, не такъ ли?

-- Да, но теперь я измѣнился. Мнѣ очень хочется сдѣлаться образованнымъ человѣкомъ, и я рѣшилъ потрудиться для этого. Видите ли, мнѣ сказали, что если я буду читать и учиться въ свободное время, не буду тратить деньги на пустяки и буду хорошо работать, то современемъ я выйду въ люди.

Джекъ посмотрѣлъ вопросительно на учителя, словно дожидаясь отъ него подтвержденія.

-- Это правда, Джекъ. Я не знаю, кто сказалъ тебѣ это, но онъ тебя не обманулъ. Трудъ, ученіе и прилежаніе могутъ преодолѣть всѣ препятствія и съ ихъ помощью ты можешь всего достигнуть. Ты серьезно хочешь учиться, Джекъ?

-- О, да.

Школьный учитель нѣсколько минутъ сидѣлъ молча, потомъ снова заговорилъ:

-- Видишь ли, голубчикъ, теперь ты долженъ заниматься по самымъ обыкновеннымъ школьнымъ учебникамъ, и стараться пріобрѣсти общія познанія. Ты долженъ дома читать вслухъ и постараться избавиться отъ неправильнаго произношенія и неправильныхъ выраженій. Для этого тебѣ надо выучить грамматическія правила. Я могу дать тебѣ школьные учебники, которые будутъ годиться на первое время, а затѣмъ ты можешь приходить ко мнѣ, если тебѣ встрѣтятся какія либо затрудненія, и я тебѣ помогу. Ну, а потомъ ты можешь купить подержанныя книги. Ну да объ этомъ еще будетъ время, поговорить. Но развѣ у тебя есть свободное время чтобы учиться? Вѣдь ты, вѣроятно, работаешь уже въ шахтѣ, не правда ли?

-- Да, у меня было бы довольно времени для ученія, такъ какъ дѣлать мнѣ совершенно нечего въ шахтѣ; я долженъ только отворять и запирать двери. Но у меня нѣтъ огня.

-- Время тянется, вѣроятно, невообразимо долго въ темнотѣ, не такъ ли Джекъ?

-- Нѣтъ, мнѣ оно не кажется долгимъ, но я жалѣю все-таки, что не могу читать и попусту трачу время. Но за то, придя домой, послѣ работы я могу читать сколько мнѣ угодно, когда отецъ уйдетъ изъ дома. Теперь долго свѣтло, я выхожу за дверь и могу читать почти до девяти часовъ. Матушка даетъ мнѣ иногда свѣчку. Я хотѣлъ сначала взять ее съ собою въ шахту, но это нельзя, тамъ, вѣдь, бываютъ горючіе газы и поэтому углекопамъ даются только лампочки Дэви.

-- Отлично, дружокъ. Вотъ тебѣ книги; ихъ хватитъ тебѣ на нѣкоторое время. Сообщи мнѣ, когда ты ихъ всѣ одолѣешь. Но помни, ты долженъ старательно изучить эти книги, и когда покончишь съ ними, то дай мнѣ знать. Изучай ихъ не спѣша и не кое-какъ, а такъ, чтобы знанія сохранились у тебя въ головѣ. Только смотри, не слишкомъ утомляйся. Ты вѣдь еще маленькій мальчикъ и для твоей будущности очень важно, чтобы ты выросъ сильнымъ и здоровымъ человѣкомъ. Поэтому ты не долженъ отказываться отъ игръ со своими сверстниками. Если ты ничего другого не будешь дѣлать, какъ только сидѣть въ темнотѣ, да учиться, то ты скоро сойдешь съума. Ты долженъ не только работать, но и развлекаться. Кромѣ того помни, что не слѣдуетъ приходить въ отчаяніе отъ затрудненій; они сами собою исчезнутъ современемъ. Есть старинная поговорка: "смѣлымъ Богъ владѣетъ". И ты будь смѣлъ и не отступай. А теперь, Джекъ, я тебѣ вотъ что посовѣтую, чтобы время въ шахтѣ проходило для тебя скорѣе: рѣшай въ умѣ ариѳметическія задачи, складывай, вычитай, умножай. Сначала тебѣ будетъ трудно, но потомъ тебѣ будетъ очень легко дѣлать въ умѣ даже сложныя вычисленія. Когда ты пріобрѣтешь нѣкоторый навыкъ, то я дамъ тебѣ книгу, которая называется "умственная ариѳметика", и ты изъ нея увидишь, что ничего не можетъ быть полезнѣе, какъ дѣлать въ умѣ такія вычисленія.

Шесть мѣсяцевъ быстро прошли, и Джекъ Симпсонъ даже не замѣтилъ, какъ протекло это время. Онъ вставалъ рано и отправлялся со своимъ пріемнымъ отцомъ въ шахту. Тѣ часы, которые вначалѣ казались ему такими безконечными, теперь быстро пролетали въ умственныхъ занятіяхъ ариѳметикой. Джекъ Симпсонъ научился дѣлать въ умѣ вычисленія необыкновенно быстро. По окончаніи работы онъ иногда игралъ съ товарищами, которые такъ-же какъ и онъ заняты были въ копяхъ, а чаще всего садился за книги и занимался до одиннадцати часовъ вечера, когда Билль Гаденъ и его жена давно уже были въ постели. Разъ въ недѣлю вечеромъ онъ отправлялся къ школьному учителю, мистеру Мертону, который изумлялся успѣхамъ мальчика и охотно занимался съ нимъ, помогая ему разрѣшать разныя, встрѣчающіяся ему, затрудненія. Мистеръ Мертонъ видѣлъ, что мальчикъ, дѣйствительно, серьезно относится къ своимъ занятіямъ и старается учиться, насколько у него хватаетъ силъ. Онъ приходилъ въ восхищеніе отъ силы характера и настойчивости Джека и рѣшилъ воспользоваться первымъ удобнымъ случаемъ, чтобы поговорить о немъ съ мистеромъ Брукомъ, собственникомъ копей, гдѣ работалъ маленькій Джекъ.

-- И вы вправду думаете, что мальчикъ серьезно желаетъ учиться?-- спросилъ Брукъ.

-- О да, я твердо увѣренъ въ этомъ, -- отвѣчалъ Мертонъ.-- Этотъ мальчикъ вообще отличается упорствомъ и настойчивостью, ему недаромъ дали прозвище бульдогъ. Я думаю, что это подходитъ къ нему и что онъ не выпуститъ того, за что ухватится. Такъ и съ ученіемъ. Мнѣ кажется, что онъ отъ своей цѣли не отступится.

-- Я очень радъ слышать это, Мертонъ. Видите ли, мнѣ бы очень хотѣлось обучить нѣсколькихъ мальчиковъ, чтобы они могли потомъ занять мѣста надсмотрщиковъ и руководителей подземными работами. Изъ нашихъ углекоповъ я не могу сдѣлать настолько образованныхъ людей, чтобы они могли исполнять эти обязанности. Я сейчасъ запишу имя этого мальчика.

Спустя нѣсколько дней Брукъ посѣтилъ копи. Онъ осматривалъ работы въ сопровожденіи главнаго надзирателя. Остановившись вблизи того мѣста, гдѣ находился Джекъ, онъ спросилъ:

-- А что, Эвансъ, часто проходятъ вагоны по этому пути?

-- Да, довольно часто. Рельсы тутъ не очень то надежны и надо бы перемѣнить шпалы.

-- Не мѣшало бы тутъ освѣтить. Это кажется, дверь No 10?

-- Да.

-- А это кто? Новый сторожъ?-- спросилъ Брукъ, поднимая свою лампу и освѣщая лицо Джека.

-- Это сынъ убитаго лѣтъ десять тому назадъ рабочаго, Джека Симпсона.

-- Ахъ да, припоминаю. Ну такъ дайте этому мальчику лампу, когда онъ спустится сюда въ слѣдующій разъ. Надѣюсь, мальчикъ, что ты будешь осторожно обращаться съ лампой и не уронишь ее.

-- О, будьте покойны!-- вскричалъ Джекъ, будучи въ восторгѣ, что у него будетъ лампа и не придется больше сидѣть въ темнотѣ цѣлый день.-- И еще я хотѣлъ спросить у васъ, могу я читать, когда сижу здѣсь въ ожиданіи прохода вагоновъ?

-- Разумѣется, можешь,-- отвѣчалъ Брукъ, -- лишь бы только это не сдѣлало тебя небрежнымъ къ твоимъ обязанностямъ.

Джекъ былъ такъ счастливъ въ этотъ день, что отъ радости никакъ не могъ сосредоточить своихъ мыслей на ариѳметическихъ задачахъ и не рѣшилъ ни одной изъ нихъ.


## ГЛАВА VI. Старая шахта.


Около тѣхъ копей, гдѣ добывался уголь, находилась старая заброшенная шахта. Въ этой шахтѣ прежде производились работы, но когда новые владѣльцы коней купили эту землю, то они забросили старую шахту и устроили новую въ томъ мѣстѣ, гдѣ слой каменнаго угля былъ толще и работать было выгоднѣе Прошло много лѣтъ, и груды мусора, образовавшія валъ вокругъ отверстія шахты, густо поросли травой, а отъ загородки, окружавшей шахту, давно уже не осталось и слѣда.

Покинутая шахта наполнилась водой. Сверху сохранилась еще деревянная настилка, и нѣкоторые изъ предпріимчивыхъ и храбрыхъ мальчугановъ влѣзали на эти доски и бросали въ шахту камни, прислушиваясь къ плеску воды внизу. Но особенно нравилось имъ бросать въ шахту зажженную бумагу и наблюдать за тѣмъ, какъ огонь моментально погасалъ, какъ только бумага касалась воды. Надъ отверстіемъ шахты сохранилось еще колесо, служившее прежде для подъема тяжестей, съ намотанной вокругъ нею цѣпью, которая, однако, была такъ стара и заржавлена, что уже никуда не годилась. Мальчики, во время своихъ игръ, не разъ отрывали куски цѣпи, пробуя развертѣть колесо и вѣшаясь для этого на цѣпь втроемъ или вчетверомъ. Обыкновенно такая попытка кончалась тѣмъ, что заржавленныя звенья цѣпи не выдерживали тяжести и отламывались, а мальчики съ веселымъ крикомъ падали на землю. Вообще это была грязная игра, грязная даже для мальчиковъ, занятыхъ въ копяхъ, такъ какъ ржавчина пачкала имъ руки и платья и трудно потомъ отчищалась.

Однажды, въ субботу послѣ обѣда, мальчики и дѣвочки въ возрастѣ отъ десяти до четырнадцати лѣтъ собрались около старой шахты и затѣяли игру. Часть ихъ изображала непріятеля, который долженъ былъ производить нападеніе на крѣпость, или замокъ, гдѣ находился король со своимъ отрядомъ. Валъ, окружающій отверстіе шахты, изображалъ крѣпость, которую мальчики брали приступомъ. Игра велась очень оживленно, и поминутно раздавались побѣдоносные крики мальчиковъ и взвизгиванія дѣвочекъ, когда имъ удавалось отразить нападеніе и нападающіе скатывались съ вала внизъ. Джекъ былъ въ числѣ нападающихъ. Его выбрали командиромъ, и онъ съ увлеченіемъ повелъ въ атаку свой отрядъ.-- "За мной ребята!" -- крикнулъ онъ своимъ товарищамъ, карабкаясь на валъ, и съ такою силой ринулся на Гарри Шеферда, который былъ однимъ изъ защитниковъ крѣпости и стоялъ на вершинѣ вала, что тотъ невольно отступилъ назадъ.

Вершина вала была шириною не болѣе трехъ футъ, а затѣмъ она образовывала у внутренняго своего края покатость по направленію къ отверстію старой шахты, которое находилось на 15 футъ ниже вершины. Гарри зашатался, когда его толкнулъ Джекъ, и чтобы избѣжать паденія назадъ, повернулся и сбѣжалъ внизъ по насыпи. Съ разбѣга онъ не могъ остановиться и добѣжалъ до деревянной настилки, покрывавшей отверстіе угольнаго колодца, но лишь, только онъ ступилъ на нее, какъ вдругъ раздался трескъ, затѣмъ дикій крикъ, и Гарри исчезъ изъ глазъ остолбенѣвшихъ отъ ужаса товарищей.

Паническій страхъ обуялъ игравшихъ. Часть ихъ бросилась бѣжать прочь съ крикомъ: "Гарри Шефердъ упалъ въ старую шахту!", другіе же, окаменѣвъ отъ ужаса, остались стоять неподвижно на верхушкѣ вала. Дѣвочки плакали, и только двое не потеряли присутствія духа; это были: Джекъ Симпсонъ и двѣнадцатилѣтняя дѣвочка Нелли Гардъ. Джекъ, не раздумывая ни минуты, сбѣжалъ внизъ къ шахтѣ и Нелли послѣдовала за нимъ. Нагнувшись надъ чернѣвшимъ отверстіемъ колодца, онъ закричалъ изо всѣхъ силъ:

-- Гарри! Гарри! Ты живъ?

Въ отвѣтъ ему послышался слабый, заглушенный крикъ.

-- Онъ живъ, но онъ тонетъ,-- воскликнулъ Джекъ.-- Скорѣе, срывай доски?

Нелли бросилась помогать Джеку.

-- Эй вы тамъ!-- крикнулъ Джекъ стоявшимъ на верху мальчикамъ.-- Что жъ вы стали! Ступайте сюда, помогите намъ!

Нѣкоторые изъ мальчиковъ спустились, и съ ихъ помощью доски скоро были сорваны.

-- Что ты хочешь сдѣлать, Джекъ?-- спросили они его.

-- Спущусь внизъ, разумѣется. Давайте мнѣ конецъ цѣпи.

-- Да цѣпь тебя не сдержитъ, Джекъ.

-- Она должна сдержать меня!-- объявилъ онъ увѣреннымъ тономъ.

-- Ну ужъ двоихъ-то она ни въ какомъ случаѣ не сдержитъ.

-- Спускай цѣпь и держи языкъ за зубами!-- крикнулъ Джекъ.-- Скорѣе! Если онъ живъ, то онъ поднимется сначала, а потомъ я. Ну, скорѣй!..

Джекъ ухватился конецъ заржавленной цѣпи, и мальчики начали спускать ее внизъ такъ скоро, какъ только могли. Спускаясь, Джекъ продолжалъ звать Гарри и кричалъ: "Я иду къ тебѣ на помощь, держись Гарри! Еще минута, и ты будешь спасенъ".

Къ удивленію цѣпь держалась хорошо, и Джекъ благополучно спустился въ шахту, которая была довольно значительной величины. Достигнувъ воды, Джекъ внимательно осмотрѣлся кругомъ и испустилъ крикъ радости: онъ увидалъ руку, которая уцѣпилась за выдающійся уголъ скалы!

Гарри не умѣлъ плавать, но онъ ухватился за край камня, выступавшій надъ водой, возлѣ котораго свалился, и благодаря этому онъ могъ продержаться нѣсколько времени надъ поверхностью воды. Но когда спустился Джекъ, силы уже почти оставили его, онъ началъ опускаться, и только рука его еще судорожно цѣплялась за камень.

-- Еще спускайте!-- крикнулъ Джекъ своимъ товарищамъ.-- Онъ умѣлъ немного плавать и, держась одною рукой за цѣпь, поплылъ по направленію къ Гарри. Онъ все смотрѣлъ на его руку и страшно боялся, что вдругъ рука эта соскользнетъ съ камня и исчезнетъ въ зіяющей глубинѣ колодца. подплывъ къ Гарри, который былъ почти совсѣмъ безъ чувствъ, Джекъ, не теряя минуты, крѣпко привязалъ его руку своимъ шейнымъ платкомъ къ цѣпи и крикнулъ:

-- Поднимайте!

-- Готово!-- отвѣчали ему сверху.

-- Осторожнѣе, не качайте цѣпь!-- еще разъ крикнулъ Джекъ, и тѣло Гарри начало медленно подниматься изъ воды. Джекъ схватился за камень вмѣсто Гарри и сталъ смотрѣть вверхъ. Время казалось ему безконечнымъ. Онъ съ содроганіемъ думалъ о томъ, что рука Гарри можетъ выскользнуть изъ петли, и онъ свалится въ воду. Потомъ онъ сталъ чувствовать, что его платье становится все тяжелѣе и тянетъ его книзу. Въ состояніи ли онъ будетъ продержаться до тѣхъ поръ, пока товарищи снова спустятъ ему цѣпь? Онъ сознавалъ, что силы покидаютъ его. Что скажетъ его пріемная мать и Билль Гаденъ? Попытаются ли они отыскать его тѣло?...

Слабость все больше овладѣвала имъ. Точно изъ другого міра доносились до него звуки сверху. Онъ еще различалъ крики радости, когда Гарри Шефердъ показался у края шахты, но затѣмъ всѣ звуки смѣшались, пальцы его разжались, и онъ опустился въ мрачную зіящую бездну, наполненную водой. Холодная вода, омочившая его лицо, когда онъ погрузился въ нее, заставила его очнуться; онъ понялъ, что тонетъ и сдѣлалъ отчаянное усиліе вынырнуть на поверхность. Въ этотъ моментъ какъ разъ онъ увидалъ надъ собою конецъ цѣпи и услышалъ крики своихъ товарищей наверху, звавшихъ его по имени. Онъ овладѣлъ собою и, ухвативъ конецъ цѣпи, спущенной очень низко, обмоталъ его вокругъ своего тѣла. Затѣмъ онъ почувствовалъ дрожаніе цѣпи, и она начала медленно подниматься. Послѣ того онъ уже ничего не помнилъ и когда пришелъ въ себя, то лежалъ на насыпи, а возлѣ него на колѣняхъ стояла Нелли Гарди, поддерживавшая его голову. Онъ чувствовалъ, что чьи-то руки растираютъ его, и жизнь мало-по-малу возвращается къ нему.

-- Пустите меня, -- вскричалъ онъ, какъ только окончательно пришелъ въ себя.-- Я совсѣмъ здоровъ. Что Гарри?

Но Гарри еще не пришелъ въ себя. Мальчики, старавшіеся привести его въ чувство, увѣряли, что онъ дышетъ, но онъ все еще не подавалъ признаковъ жизни. Джекъ бросился къ нему и, какъ всегда, началъ командовать своими товарищами, которые безпрекословно повиновались ему, словно признавая, что онъ лучше и больше понимаетъ, чѣмъ всѣ они. Однако, способы оживленія, примѣненные Джекомъ, также не имѣли особеннаго успѣха, и, пожалуй, Гарри такъ и не удалось бы привести въ чувство, еслибъ не подоспѣлъ во время докторъ, за которымъ сбѣгали мальчики, какъ только Гарри былъ вытащенъ изъ воды. Докторъ немедленно велѣлъ положить Гарри въ свою повозку, на которой онъ пріѣхалъ, и отвезъ его къ себѣ домой, гдѣ вскорѣ ему удалось привести мальчика въ сознаніе.

Джекъ Симпсонъ былъ настоящемъ героемъ дня. Хотя углекопы привыкли смотрѣть въ лицо смерти, тѣмъ не менѣе поступокъ Джека возбуждалъ въ нихъ восторгъ и изумленіе. Ихъ поражало то, что мальчикъ, не задумываясь, спустился въ колодезь шахты, пользуясь для этого старой заржавленной цѣпью, которая легко могла лопнуть отъ его тяжести. Джекъ Симпсонъ повиновался своему великодушному порыву, не помышляя объ опасности утонуть или задохнуться отъ вредныхъ газовъ, скопившихся въ старой шахтѣ.

Джекъ, однако, сердито уклонялся отъ всякихъ похвалъ.

-- Я вовсе не думалъ ни о цѣпи, ни о воздухѣ, ни о водѣ; я думалъ только о Гарри,-- объявилъ онъ рѣшительнымъ тономъ.-- Вѣдь я самъ его столкнулъ внизъ и, значитъ, я и долженъ былъ вытащить его. Еслибъ я не спустился въ колодезь, то спустилась бы Нелли Гарди, несмотря на то, что она -- дѣвочка и не умѣетъ ни плавать, ни держаться за цѣпь, ничего! И все-таки я вамъ говорю, она бы непремѣнно спустилась, еслибъ я не пошелъ спасать Гарри; я видѣлъ это по ея лицу. Она не говорила ни слова, но я знаю, что она готова была сдѣлать это, увѣряю васъ. Никто изъ другихъ не пошелъ бы, а она бы пошла.

Несмотря на негодующіе протесты Джека, не желавшаго ни за что приписывать себѣ какую либо честь въ томъ, что онъ спасъ своего товарища, о его поступкѣ говорили всѣ, не только въ Стокбриджѣ, но и въ сосѣднихъ деревняхъ. Никто такъ не цѣнитъ мужества, какъ углекопы, которые всегда сами бываютъ готовы рисковать своею жизнью для спасенія другихъ. Результатомъ всѣхъ этихъ толковъ явилась подписка, гдѣ каждый жертвовалъ хоть одинъ пенни, и въ концѣ двухъ недѣль собрана была настолько большая сумма, что явилась возможность купить для Джека въ подарокъ отъ обитателей Стокбриджа золотые часы и сдѣлать на нихъ соотвѣтствующую надпись.

Часы были поднесены Джеку въ залѣ школы, гдѣ для этой цѣли устроенъ былъ митингъ (собраніе), на которомъ предсѣдательствовалъ мистеръ Брукъ, владѣлецъ копей, купившій на свои деньги золотую цѣпочку къ часамъ. Пришлось чуть не силою тащить Джека на митингъ. Когда Билль Гаденъ, наконецъ, привелъ его, то Джекъ съ пылающими щеками и опущенною головой, словно виновный, выслушалъ обращенную къ нему рѣчь предсѣдателя. Когда тотъ кончилъ и протянулъ Джеку часы и цѣпочку, то Джекъ попятился назадъ и взволнованно заговорилъ:

-- Я не хочу брать эти часы. Я вѣдь толкнулъ Гарри и, слѣдовательно, долженъ былъ спуститься за нимъ. И потомъ, вѣдь Гарри мой товарищъ! Что же, я долженъ былъ стоять и ждать, покуда онъ утонетъ? И еще сударь! Вотъ вѣдь вы ни слова не сказали о дѣвочкѣ, Нелли Гарди! А знаете ли, что она очень отважная? Мальчики убѣжали сейчасъ, какъ только это случилось, или же остались стоять наверху и только смотрѣли, а она сейчасъ же побѣжала внизъ вслѣдъ за мной, не задумываясь. Скажу вамъ, лицо у нея было блѣдное какъ бумага, но она была тверда и не говоря ни слова, исполняла все, что я велѣлъ ей. Увѣряю васъ, что она немедленно спустилась бы внизъ на цѣпи, еслибъ я сказалъ ей, чтобы она это сдѣлала, Нелли Гарди,-- гдѣ ты? Иди сюда, я хочу показать тебя мистеру Бруку.

Но Нелли, находившаяся въ залѣ, какъ только услыхала слова Джека, тотчасъ же бросилась бѣжать. Однако ей помѣшали. Стоявшіе около дверей схватили ее и вытолкнули впередъ.

-- Вотъ она. сударь,-- вскричалъ Джекъ радостно.-- Эти часы и цѣпь должны ей принадлежать, потому что, какъ дѣвочка, она сдѣлала гораздо больше, чѣмъ я сдѣлалъ, какъ мальчикъ, и притомъ она вѣдь не была обязана дѣлать это.

-- Я не могу дать ей часы, Дженъ,-- сказалъ Брукъ, потому что они предназначены тебѣ, деньги на ихъ покупку были собраны по подпискѣ. Но такъ какъ я хотѣлъ бы вознаградить ее за храбрость и присутствіе духа, то я подарю ей серебряные часы и цѣпочку, тоже съ надписью, объясняющею, за что ей присуждены эти часы. Я увѣренъ, что она будетъ беречь ихъ всю жизнь.

Можетъ быть, Нелли дѣйствительно стала бы хранить эти часы всю жизнь, но въ данную минуту она могла думать только объ одномъ: какъ бы ей улизнуть. Съ растрепанными волосами, въ изодранномъ платьѣ бѣдненькая Нелли Гарди имѣла очень растерянный и смущенный видъ. Не произнося ни единаго слова благодарности, она бросилась бѣжать вонъ изъ залы, тотчасъ же, какъ ее перестали держать. Джекъ, довольный тѣмъ, что ему удалось возстановить справедливость относительно Нелли Гарди, поблагодарилъ мистера Брука и и вернулся домой въ сопровожденіи Билля Гадена и его жены, которые были внѣ себя отъ радости.

-- Вотъ я сегодня счастливъ и доволенъ, мальчуганъ,-- объявилъ Билль Гаденъ, идя домой -- доволенъ и счастливъ такъ же, какъ въ тотъ день, когда первые щенки Джюно получили премію на собачьей выставкѣ въ Бирмингэмѣ! Право, мнѣ кажется, что это одно и тоже, не такъ ли, Дженъ?


## ГЛАВА VII. Дружба.


Нелли Гарди была несчастная дѣвочка. Отецъ и мать ея пьянствовали, и она росла безъ всякаго призора и ласки. Братьевъ и сестеръ у нея не было, и никто о ней не заботился. Бѣдная дѣвочка, одаренная пылкимъ, любящимъ сердцемъ, чувствовала свое одиночество и заброшенность, и порою горько плакала. Такъ какъ мать не обращала на нее ровно никакого вниманія, то она всегда ходила въ лохмотьяхъ и растрепанная. Однако подруги любили ее, потому что она всегда готова была оказать услугу тому, кто въ ней нуждался, за исключеніемъ лишь тѣхъ случаевъ, когда она была чѣмъ нибудь сильно разсержена. Нелли была очень вспыльчива и не помнила себя, когда на нее находили приступы гнѣва; она бросалась тогда на обидчика, пуская въ ходъ зубы и ногти, словно дикая кошка. Мальчиковъ очень забавляли приступы ея гнѣва и они часто нарочно дразнили ее и смѣялись надъ ней. За нѣсколько дней до происшествія съ Гарри Шефердомъ одинъ изъ мальчиковъ вздумалъ нарочно поддразнивать Нелли, чтобы вывести ее изъ себя и, вѣроятно, ему удалось бы добиться этого, если-бъ не Джекъ Симпсонъ, котораго возмутили эти насмѣшки надъ дѣвочкой; онъ заступился за нее, вслѣдствіе чего произошла сильная драка, окончившаяся побѣдою Джека.

Нелли была очень смущена этимъ заступничествомъ и не показывалась послѣ этого въ теченіи нѣсколькихъ дней. Она появилась внезапно въ кругу играющихъ какъ разъ въ тотъ день, когда произошло несчастіе съ Гарри.

Послѣ митинга, на которомъ Джеку Симпсону были поднесены золотые часы съ цѣпочкой, Нелли опять скрылась и нѣсколько дней ее не было видно, затѣмъ вдругъ она предстала передъ Джекомъ Симпсономъ и Гарри Шефердомъ, когда они гуляли вмѣстѣ въ полѣ, и со свойственною ей горячностью проговорила:

-- Я ненавижу тебя, Джекъ Симпсонъ! Ненавижу, ненавижу!...-- И съ этими словами она скрылась въ отверстіе плетня, черезъ которое появилась, прежде чѣмъ мальчики успѣли опомниться.

-- Вотъ такъ разъ!-- вскричалъ Гарри.-- Съ чего это она?...

-- Это вполнѣ понятно,-- замѣтилъ Джекъ -- и я ничуть не удивляюсь. Мнѣ бы слѣдовало лучше знать ее. Я бы могъ судить о ней по себѣ. Вѣдь я тоже терпѣть не могу, когда меня выставляютъ впередъ и говорятъ обо мнѣ. И мнѣ было непріятно выходить, а вѣдь я былъ умытъ и причесанъ и одѣтъ въ свое воскресное платье, а для дѣвочки это должно было быть еще непріятнѣе выходить напоказъ передъ всѣми, да еще въ такомъ видѣ... Что же теперь дѣлать?

Мальчики посмотрѣли черезъ плетень, за которымъ исчезла Нелли. Они увидали, что на травѣ, по другую сторону плетня, лежалъ словно какой-то узелокъ тряпья. Это и была Нелли, которая свернулась въ комочекъ въ своемъ изорванномъ платьѣ.

-- Она навѣрное плачетъ,-- воскликнулъ Джекъ съ искреннимъ чувствомъ раскаянія.-- Ахъ, я бы хотѣлъ, чтобы меня кто нибудь побилъ! Я бы даже защищаться не сталъ. Пусть это было бы мнѣ наказаніемъ! Еслибъ я зналъ, что ей станетъ легче отъ того, что она меня ударитъ, то я бы съ радостью принялъ это. Слушай, Гарри, она вѣдь на тебя не сердится. Поди-ка ты къ ней и поговори съ ней. Разскажи ей, какъ мнѣ досадно, что я такъ поступилъ съ ней. Я готовъ самъ срѣзать для нея палку, какой она хочетъ величины, и позволить ей бить себя, что есть силы, не говоря ни слова, если только это можетъ утѣшить ее.

Гарри не очень то хотѣлось исполнять такое порученіе, но онъ не могъ ослушаться Джека, который всегда имѣлъ на него большое вліяніе.

Приблизившись къ Нелли, Гарри увидалъ, что она горько плачетъ.

-- Нелли, я пришелъ по порученію,-- началъ онъ съ осторожностью, такъ какъ побаивался Нелли и зналъ, какъ опасны ея внезапныя и яростныя нападенія.

Нелли моментально вскочила на ноги и, повернувъ къ Гарри свое омоченное слезами лицо съ покраснѣвшими отъ волненія щеками и сверкающими гнѣвомъ глазами, вскрикнула:

-- Что тебѣ нужно отъ меня, Гарри Шефердъ? убирайся вонъ, не то я тебѣ выцарапаю глаза!

Нелли приняла такой угрожающій видъ, что Гарри невольно отступилъ на шагъ, опасаясь ея нападенія.

-- Я пришелъ вовсе не по своей волѣ,-- сказалъ онъ.-- Меня послалъ къ тебѣ Джекъ Симпсонъ. Онъ велѣлъ мнѣ передать тебѣ, что онъ очень огорченъ и сознаетъ, что поступилъ дурно. Онъ говоритъ еще, что еслибъ это могло тебя утѣшить, то онъ срѣжетъ для тебя палку, какой величины ты пожелаешь, и позволитъ тебѣ бить себя сколько ты захочешь, не вымолвивъ ни слова. А ужъ если Джекъ говоритъ, то онъ непремѣнно сдѣлаетъ это -- можешь быть покойна! Такъ что, если хочешь побить его, то пойдемъ со мной.

Гарри былъ увѣренъ, что дѣвочка послѣдуетъ его приглашенію, но къ его величайшему изумленію злобное настроеніе Нелли вдругъ измѣнилось и она опять бросилась на траву и начала громко плакать. Гарри постоялъ надъ нею нѣсколько времени, но видя, что она не перестаетъ плакать и, повидимому, не думаетъ вовсе послѣдовать за нимъ, рѣшилъ итти назадъ къ Джеку и разсказать ему все.

-- Я передалъ ей твои слова, Джекъ, -- сказалъ онъ,-- но она ничего не отвѣтила и стала еще хуже плакать.

-- Быть можетъ она тебѣ не повѣрила,-- замѣтилъ Джекъ.-- Не пойти ли мнѣ къ ней самому?

Прежде всего Джекъ вытащилъ прутъ изъ плетня. Разсмотрѣвъ его хорошенько, Джекъ рѣшилъ, что прутъ годится для той цѣли, для которой онъ его предназначилъ, и тогда, обращаясь къ Гарри, сказалъ:

-- Теперь я пойду къ ней, а ты лучше иди домой. Можетъ быть, она не захочетъ бить меня при тебѣ. Только ты не говори ни слова объ этомъ никому. Она можетъ быть меня сколько ей угодно,-- она въ своемъ правѣ,-- только говорить объ этомъ не надо.

Джекъ перелѣзъ черезъ плетень и направился къ Нелли, которая все еще лежала на землѣ, спрятавъ лицо въ складки своего платья.

-- Вотъ, Нелли, я пришелъ, чтобы ты меня отхлестала. Бери прутъ и бей меня. Я заслужилъ этого.

Дѣвочка приподнялась и сѣла на землю.

-- Джекъ,-- воскликнула она, глядя на него полными слезъ глазами,-- неужели ты и вправду думаешь, что я хочу, что я стану тебя бить?.. Тебя!..

-- Я не знаю, хочешь ли ты бить меня, но вѣдь ты сказала, что ненавидишь меня и ты, дѣйствительно, имѣешь право сердиться на меня. Такъ вотъ тебѣ палка, бери и бей меня сколько влѣзетъ.

-- О, Джекъ, значитъ ты и вправду думаешь, что я дикая кошка, какъ меня назвалъ Джонъ Добсонъ прошлый разъ. Брось палку, Джекъ.

Джекъ бросилъ палку и сѣлъ возлѣ Нелли.

-- Ну, такъ въ чемъ же дѣло, дѣвочка? Я знаю, что поступилъ жестоко съ тобой, когда заставилъ вытолкнуть тебя впередъ. Я не подумалъ объ этомъ. Но право же я предпочту, чтобы ты меня побила, нежели чтобы ты меня ненавидѣла!

-- Я вовсе не ненавижу тебя, Джекъ! Я только такъ сказала. Я себя ненавижу!-- вскричала дѣвочка съ жаромъ.-- Какъ я могу тебя ненавидѣть? Ты такой добрый, такой храбрый! Ты лучше ихъ всѣхъ, и я люблю тебя больше всѣхъ.

-- Я нисколько не храбрѣе тебя, Нелли,-- отвѣчалъ Джекъ серьезно.-- Я не совсѣмъ понимаю тебя, ты только что сказала мнѣ, что ненавидишь меня, а теперь говоришь, что любишь, но во всякомъ случаѣ, если ты говоришь искренно, то будемъ друзьями. Это не значитъ, что мы должны гулять вмѣстѣ, какъ это дѣлаютъ нѣкоторые мальчики и дѣвочки. У меня нѣтъ для этого времени, да если бы и было, то я бы не сталъ этимъ заниматься, потому что не люблю этого, но и всегда буду готовъ оказать тебѣ помощь, чѣмъ могу, и всегда буду защищать тебя, если кто-нибудь тебя обидитъ. Ты же должна повѣрять мнѣ всѣ свои горести. Я знаю, Нелли, что тебѣ плохо живется дома, и ты можешь разсчитывать на меня, если тебѣ понадобится услуга. Ты также будешь моимъ другомъ, не такимъ какъ бываютъ обыкновенно дѣвочки, а такимъ, какимъ бываютъ мальчики другъ для друга. Ты для меня будешь такимъ же другомъ, какъ Гарри, и я съ тобой буду обо всемъ говорить и мы будемъ поддерживать и стоять другъ за друга, какъ тогда, когда ты побѣжала за мною къ шахтѣ.

-- О, Джекъ!-- вскричала дѣвочка, положивъ ему на плечо руку.-- Я бы такъ хотѣла быть твоимъ другомъ, но я хочу, чтобы ты обращался со мною не какъ съ дѣвочкою, а какъ съ мальчикомъ.

-- Я такъ и буду обращаться съ тобою,-- сказалъ Джекъ.

Дружба была заключена, и они вмѣстѣ вернулись въ деревню. Однако, Джекъ, ложась спать вечеромъ въ тотъ же день и припоминая все, что произошло, готовъ былъ раскаяться въ томъ, что заключилъ такой договоръ съ Нелли. Онъ опасался, что дѣвочка будетъ приставать къ нему на правахъ друга и ему придется перенести не мало насмѣшекъ и вступать въ кулачный бой съ товарищами. Но къ его великому удивленію и удовольствію ничего подобнаго не случилось. Нелли никогда не навязывала ему своего общества. Правда, она всегда стояла у дверей своего дома рано утромъ, когда онъ проходилъ мимо, отправляясь въ шахту, и затѣмъ послѣ обѣда, когда онъ возвращался, но она ограничивалась только дружескимъ кивкомъ головы и никогда не приставала къ нему съ разговорами. Когда дѣвочки и мальчики собирались вмѣстѣ на лугу и затѣвали общую игру, Нелли всегда принимала въ ней участіе, но никогда не садилась возлѣ Джека, если онъ самъ не звалъ ее. Вообще она старалась быть полезной, чѣмъ могла, но держалась такъ скромно, что Джекъ не могъ тяготиться свою дружбою съ ней. Однако, мало-по-малу, онъ сталъ чувствовать къ ней большое расположеніе; онъ чаще и подолгу сталъ разговаривать съ нею и нерѣдко приглашалъ погулять съ собой или же посидѣть гдѣ-нибудь въ укромномъ уголкѣ, гдѣ онъ, Гарри и Нелли дружески бесѣдовали.

Гарри, увлеченный примѣромъ Джека, тоже вытащилъ свои школьныя книги и началъ учиться. Но Джекъ все таки часто журилъ его за то, что онъ мало занимается.

-- Для чего ты такъ много учишься самъ, Джекъ?-- спросила его Нелли однажды, послѣ того какъ онъ упрекнулъ своего друга, Гарри, въ лѣности.

-- Для чего? Да вѣдь только такимъ путемъ я могу выбиться въ люди,-- отвѣчалъ Джекъ.-- Я хочу быть образованнымъ человѣкомъ, хочу знать больше, чѣмъ знаютъ наши углекопы.

-- Такъ ты хочешь непремѣнно стать важнымъ господиномъ?

-- Вовсе нѣтъ; я вѣдь сказалъ тебѣ, что только хочу быть образованнымъ человѣкомъ. И знаешь ли Нелли,-- прибавилъ онъ съ увлеченіемъ -- я чувствую что становлюсь другимъ человѣкомъ съ тѣхъ поръ, какъ началъ больше читать. Я обо многомъ начинаю думать, о чемъ прежде и не помышлялъ никогда; многое мнѣ представляется иначе. И чѣмъ больше я читаю, тѣмъ больше мнѣ хочется знать... А ты, Нелли, любишь читать книги?

-- Я не умѣю читать,-- сказала дѣвочка и сильно покраснѣла.-- Но я не виновата. Никто не хотѣлъ платить за меня въ школу ни одного пенса и потомъ... я вѣдь должна была оставаться дома, чтобы помогать матери.

-- А ты бы хотѣла учиться?-- спросилъ ее Джекъ послѣ минутнаго размышленія.

-- О да!

-- Хорошо, такъ я буду учить тебя.

-- О, Джекъ, какой ты добрый!...-- вскричала дѣвочка, и глаза ея заблестѣли радостью.

-- Вотъ еще!-- перебилъ ее Джекъ сердито: онъ терпѣть не могъ восхваленій.-- Велика штука научить дѣвочку складамъ... Возьми,-- прибавилъ онъ, протягивая ей два пенса.-- Бѣги скорѣе въ лавочку, тамъ на углу, и купи азбуку. Мы начнемъ съ тобою сегодня же.

Первый урокъ сошелъ очень хорошо, и съ той поры ежедневно Нелли поджидала Джека, когда онъ возвращался съ работы; они отправлялись вмѣстѣ въ какой-нибудь укромный уголокъ, и тамъ Джекъ занимался съ нею въ теченіе четверти часа, заставляя ее читать сначала азбуку, потомъ склады.

Нелли оказалась такою способною ученицей, что превзошла всѣ ожиданія Джека. Дома ей нечего было дѣлать и поэтому, покончивъ съ уборкою комнаты, она принималась тотчасъ за ученіе и занималась необыкновенно прилежно. Она всегда носила книжку съ собой и часто просила дѣвочекъ, умѣвшихъ читать, прочитать ей какую-нибудь фразу или объяснить ей, какъ произносится то или иное особенно трудное слово.

Но не только въ этомъ одномъ отношеніи дружба Джека принесла ей пользу. Ей стало стыдно ходить нечесанной, какъ до сихъ поръ, и она прежде всего позаботилась привести свой костюмъ въ порядокъ. Никто не зналъ, какихъ трудовъ ей стоило расчесать свои густые, непокорные волосы гребенкой, у которой уцѣлѣли послѣ этого только три зуба! Это была поистинѣ гигантская работа, но Нелли преодолѣла всѣ затрудненія и явилась въ общество своихъ товарищей и подругъ совершенно преобразованная, чистенькая, умытая и причесанная.

-- Я больше не буду похожа на дикую кошку,-- сказала она себѣ.

Ее встрѣтили, конечно, восклицаніями непритворнаго изумленія.

-- "Ого, Нелли! Это что за превращеніе?" -- "Глядите, какъ она причесалась".-- "Что это съ тобой, тебя и узнать нельзя".-- "Что это ты франтить вздумала?"

Нелли въ первый моментъ почувствовала приливъ гнѣва. Щеки у нея покраснѣли, и она готова была, какъ прежде, ринуться на смѣющихся мальчиковъ и дѣвочекъ, но удержалась и, овладѣвъ собой, отвѣтила добродушнымъ смѣхомъ. Она была вознаграждена за это. Джекъ, увидѣвъ ее, сказалъ:

-- Молодецъ, Нелли! У тебя теперь совсѣмъ другой видъ. Кто бы подумалъ, что ты можешь быть такой пригожей!

Время шло, и Нелли постепенно совсѣмъ измѣнилась. Отъ прежней дѣвочки, которую называли "дикою кошкой", и слѣда не осталось. Она стала тиха и скромна и хотя попрежнему была очень бѣдно одѣта, но за то платье у нея всегда было заштопано и чисто и волосы причесаны.

Мальчики вначалѣ пробовали было подсмѣиваться надъ дружбою Джека и "дикой кошки", но Джекъ далъ имъ понять, что онъ не позволитъ смѣяться надъ этимъ.

-- Она вѣдь пошла за мной тогда, когда вы всѣ убѣжали прочь -- сказалъ онъ мальчикамъ,-- И потомъ у нея нѣтъ друзей, и я хочу быть ея другомъ. Вѣдь она никому не надоѣдаетъ, никогда не пристаетъ ни къ другимъ, ни ко мнѣ, а сидитъ себѣ спокойно въ уголку, она не стоитъ ни у кого поперекъ дороги, не навязывается, а если кому-нибудь не нравится быть рядомъ съ нею, то онъ можетъ перейти на другое мѣсто. Я бы желалъ, чтобы она была мальчикомъ, она бы тогда всѣхъ васъ за поясъ заткнула, у нея есть и мужество и твердость, и за это я люблю ее и не хочу, чтобъ вы смѣялись надъ нею. Поняли!


## ГЛАВА VIII. Успѣхи Джека.


-- Помилуй, голубчикъ, ты расходуешь уже второй фунтъ свѣчей! Я никогда не слыхала о такой расточительности!

Такими словами встрѣтила мистриссъ Гаденъ Джека, когда онъ вернулся съ работы однажды зимой. Это было черезъ два съ половиною года послѣ того, какъ онъ впервые спустился въ шахту.

-- Подумай только: второй фунтъ свѣчей!-- повторила она.-- Вѣдь ты купилъ фунтъ всего лишь два дня тому назадъ, значитъ, ты сжигаешь чуть ли не по двѣ свѣчи въ одну ночь. Ты убьешь себя этимъ постояннымъ чтеніемъ по ночамъ или ослѣпнешь раньше времени.

-- Я, матушка, читаю только до одиннадцати часовъ и, слѣдовательно, могу спать шесть часовъ, а это вполнѣ достаточно для мужчины, какъ вамъ извѣстно, отвѣчалъ Джекъ спокойно.-- Что же касается расходовъ, то у меня довольно денегъ и на покупку свѣчей, и на покупку книгъ, я даже могу откладывать кое что про запасъ на черный день.

-- Ахъ Джекъ, Джекъ, я и такъ знаю, что ты ни на что не бросаешь деньги, только на свѣчи, но я боюсь за твое здоровье.

-- Здоровье?-- Джекъ разсмѣялся.-- Да знаете ли вы, что во всѣхъ копяхъ не найдется такого здороваго парня, какъ я, я вѣдь не былъ боленъ ни разу съ самаго рожденія.

-- Гдѣ ты былъ, Джекъ, сегодня послѣ обѣда?-- спросила мистриссъ Гаденъ.

-- Я катался на конькахъ, на большомъ пруду, съ Гарри Шефердомъ и другими. Дикъ Сомерсъ, негодяй толкнулъ маленькую сестренку Гарри Фэнъ, когда она бѣжала черезъ ледъ. Она упала, а онъ убѣжалъ, ну я, конечно, догналъ его и поколотилъ такъ, что онъ будетъ долго помнить!

-- Да вѣдь онъ выше и толще тебя, Джекъ,-- замѣтила мистриссъ Гаденъ, съ восхищеніемъ глядя на мальчика.

-- Да, онъ выше меня,-- отвѣчалъ Джекъ безпечно.-- Но это не важно. Онъ не умѣетъ драться и при томъ онъ горячится, а это, конечно, мѣшаетъ... Однако, что же это я болтаю. Теперь уже больше шести часовъ -- это мое время.

-- Подожди, выпей прежде чаю Джекъ; чай готовъ -- я боюсь, что ты уйдешь отсюда не ѣвши и не пивши; у тебя голова наполнена только твоими книгами.

Джекъ сѣлъ на табуретку и началъ ѣсть хлѣбъ съ масломъ, запивая его чаемъ, который принесла ему мистриссъ Гаденъ. Онъ ѣлъ съ такимъ аппетитомъ, что могъ вполнѣ успокоить свою пріемную мать насчетъ своего здоровья. Кончивъ пить чай, онъ немедленно зажегъ свѣчу и, попрощавшись съ мистриссъ Гаденъ, отправился къ себѣ въ мезонинъ.

Стремленіе Джека учиться было для его товарищей неистощимымъ источникомъ насмѣшекъ, но насмѣшки эти носили добродушный характеръ, такъ какъ Джекъ никогда ни въ чемъ не отставалъ отъ товарищей и былъ такъ-же, какъ прежде, предводителемъ ихъ игръ. Когда онъ принялся за ученіе, то всѣ его товарищи предсказывали, что онъ броситъ свою затѣю черезъ нѣсколько недѣль. Но предсказаніе не сбылось. Проходили недѣли, мѣсяцы и даже годы, а Джекъ все не бросалъ ученія и, какъ бы онъ ни былъ увлеченъ игрой, лишь только било шесть часовъ, онъ бросалъ все и отправлялся домой, чтобы засѣсть за книги. Это невольно возбуждало уваженіе его товарищей, которые мало-по-малу перестали смѣяться надъ нимъ.

Два часа въ недѣлю, которые онъ проводилъ у школьнаго учителя, принесли ему огромную пользу и содѣйствовали его развитію. Но Джекъ никогда не хвастался своими знаніями передъ товарищами и даже всегда старался скрывать ихъ, чтобы не выдавать разницы, которая существовала въ умственномъ отношеніи между нимъ и другими мальчиками. Однако товарищи случайно открыли его изумительную способность къ умственнымъ ариѳметическимъ вычисленіямъ. Произошло это слѣдующимъ образомъ: одинъ изъ мальчиковъ сказалъ, что ему хотѣлось-бы знать, сколько ведеръ воды заключается въ каналѣ между Стокбриджемъ и Бирмнигзеномъ; длина канала, его ширина и глубина были извѣстны. Джекъ почти моментально отвѣтилъ на этотъ вопросъ, хотя, казалось, онъ вовсе не задумывался надъ отвѣтомъ. Всѣ были поражены.

-- Я полагаю, что ты сказалъ наугадъ, -- замѣтилъ Фредъ Ормъ.

-- Нѣтъ,-- отвѣчалъ Джекъ.-- Это совершенно вѣрно, эту цифру я только что вычислилъ въ умѣ.

-- Но какъ же ты это сдѣлалъ, Джекъ?-- спросили мальчики, обступившіе Джека и смотрѣвшіе на него съ изумленіемъ.

-- Да, очень просто!-- воскликнулъ Джекъ.-- Это совсѣмъ легко, если только имѣешь навыкъ хоть немного.

-- И ты можешь каждую сумму такъ вычислять въ головѣ, такъ-же скоро, какъ ты сдѣлалъ это теперь?-- спросили Джека.

-- Нѣтъ, не каждую сумму, а что-нибудь легкое, напримѣръ умноженіе или дѣленіе на восемь знаковъ,-- отвѣчалъ Джекъ.

-- Сейчасъ попробуемъ и зададимъ тебѣ задачу -- обратились къ нему товарищи, страшно заинтересованные его способностями.

-- Хорошо,-- отвѣчалъ Джекъ.-- Запишите какую-нибудь цифру и продѣлайте съ ней вычисленіе сами на клочкѣ бумаги, а потомъ спросите меня.

Мальчики не замедлили воспользоваться его предложеніемъ, но сначала они долго не могли согласиться относительно цифры, и споръ грозилъ превратиться въ настоящую ссору.-- Наконецъ они пришли къ рѣшенію и, провѣривъ сдѣланную задачу, предложили Джеку умножить въ умѣ 324 683 на 459 852. Джекъ, подумавъ съ минуту, взялъ карандашъ и написалъ произведеніе, которое оказалось вполнѣ вѣрнымъ.

-- Джекъ, да ты просто колдунъ!-- вскричали его товарищи съ изумленіемъ, и съ этой минуты Джекъ сильно возвысился въ ихъ глазахъ. Очень часто послѣ игръ, когда Джекъ бывалъ свободенъ, они усаживались возлѣ него и задавали ему разные вопросы, на которые Джекъ отвѣчалъ очень охотно. У нихъ также проснулась любознательность, и Джекъ, какъ могъ, удовлетворялъ ее. Вскорѣ онъ сталъ для нихъ неопровержимымъ авторитетомъ; если Джекъ такъ сказалъ, значитъ это такъ и есть!

Самъ Джекъ не придавалъ особеннаго значенія своей удивительной способности, но школьный учитель часто бывалъ пораженъ быстротой, съ которой онъ рѣшалъ всѣ задачи. Однако у мистера Мертона возникли опасенія, что Джекъ слишкомъ много занимается подобными вычисленіями и что это вызываетъ слишкомъ одностороннюю работу мозга. Онъ высказалъ Джеку свои опасенія и предложилъ ему, чтобы въ то время, когда онъ находится въ шахтѣ, онъ занимался бы уже не ариѳметикой, а географіей, исторіей и другими науками. Съ тѣхъ поръ Джекъ, находясь въ шахтѣ, повторялъ все пройденное за день передъ тѣмъ и старался замѣнить въ своей головѣ цифры историческими именами и географическими названіями.


## ГЛАВА IX. Безъ работы.


Была суббота. По вечерамъ въ этотъ день Стокбриджъ всегда очень оживлялся. Мужчины, пообѣдавъ и смывъ хорошенько угольную копоть и пыль, скопившіяся за недѣлю работы, собирались въ трактирахъ или же играли въ кегли, а иногда и просто мирно бесѣдовали и курили. Но въ эту субботу обычное времяпрепровожденіе было нарушено; въ трактирахъ было пусто, кегли также были забыты и не видно было нигдѣ, на скамейкахъ, подъ деревьями или у заборовъ мирно бесѣдующихъ людей. За то на главной улицѣ толпился народъ; собирались группами и о чемъ то съ жаромъ говорили. Лица у всѣхъ были озабоченныя и серьезныя; видно было, что что то произошло, что нарушило мирное теченіе вещей. Женщины также собирались группами у дверей домовъ и съ волненіемъ разсуждали о чемъ то; даже дѣти какъ то присмирѣли и прекратили игры, словно чувствуя, что готовится что то важное.

-- Да, хорошо имъ говорить, мистриссъ Гаденъ,-- сказала съ раздраженіемъ одна изъ женщинъ, находившаяся въ группѣ, собравшейся у дома Билля Гадена,-- хорошо имъ говорить: подождите, пока пройдетъ кризисъ. Видите-ли, угля заготовлено слишкомъ много, цѣны упали, и надо на время пріостановить работы, чтобы еще болѣе не увеличить запасовъ угля, имѣющихся на рынкахъ и не заставить еще болѣе упасть продажную цѣну. Вѣдь тогда владѣльцы копей потерпятъ огромные убытки! Это они и называютъ "кризисомъ". Ну а намъ-то каково? Я вѣдь знаю, что значитъ эта безработица! Когда это было нѣсколько лѣтъ тому назадъ, то натерпѣлись мы нужды! Моя бѣдная Пегъ умерла, и докторъ сказалъ, что смерть произошла отъ истощенія. Охъ! охъ!...

Другія женщины тоже неодобрительно покачивали головой и говорили: "что-то будетъ"?

-- Я знаю, что будетъ! воскликнула Джекъ Гаденъ.-- Они говорятъ, что мы будемъ получать треть содержанія, пока нѣтъ работы. Въ первую недѣлю намъ выдадутъ его, а потомъ уменьшатъ еще на половину и т. д. Кто знаетъ, когда этотъ "кризисъ" кончится! Говорятъ,-- что только двѣ недѣли не будетъ работъ, но легко можетъ быть, что это продлится мѣсяцъ и больше. А вотъ и Джекъ!-- прибавила она и пошла на встрѣчу къ своему пріемному сыну.

Джеку было уже шестнадцать лѣтъ. Онъ былъ не высокъ ростомъ, но крѣпкій и коренастый юноша съ очень пріятнымъ, открытымъ лицомъ и большими смѣлыми глазами. Прослуживъ въ копяхъ въ теченіе четырехъ лѣтъ въ должности сторожа у дверей, онъ сдѣланъ былъ затѣмъ погонщикомъ при вагонахъ съ углемъ, а теперь недавно началъ работать какъ помощникъ углекопа и добывать уголь.

-- Что отецъ скоро придетъ домой?-- спросила его мистриссъ Гаденъ.

-- Врядъ ли. Теперь онъ тамъ съ другими толкуетъ о дѣлахъ, ну а потомъ -- извѣстное дѣло!-- всѣ вмѣстѣ отправятся въ трактиръ и.... Я боюсь, матушка, что онъ напьется съ горя.

-- Ахъ, голубчикъ, я сама этого боюсь. Ужъ это бывало съ нимъ не разъ... Пойдемъ, у меня готовъ для тебя чай.

Мистриссъ Гаденъ и ея пріемный сынъ направились къ дому.

-- Я уже придумалъ, что сдѣлать, матушка,-- сказалъ Джекъ, принимаясь за чай.-- Я завтра же отправлюсь въ Бирмингэмъ и попробую тамъ найти работу. Джонъ Решклидхъ, нашъ машинистъ, обѣщалъ мнѣ рекомендательное письмо къ одному изъ своихъ товарищей. Я умѣю обращаться съ машинами; я часто помогалъ Джону Решклидху и знаю устройство машинъ. Онъ увѣренъ, что я найду работу. Ну а теперь, матушка спасибо за чай. Я отправлюсь къ мистеру Мертону и посовѣтуюсь съ нимъ.

-- Иди, мой мальчикъ. Господь благословитъ тебя.

Мистеръ Мертонъ внимательно выслушалъ то, что ему разсказалъ Джекъ.

-- Я давно собирался поговорить съ тобою о твоемъ будущемъ,-- сказалъ онъ,-- Всѣ эти шесть лѣтъ я слѣдилъ за тобою внимательно и знаю, что ты усердно работалъ. Я замѣтилъ, что у тебя большія способности къ математикѣ, и думаю, что на этомъ поприщѣ ты можешь имѣть успѣхъ. Я могу судить объ этомъ, потому что самъ кончилъ курсъ въ Кэмбриджскомъ университетѣ первымъ по математикѣ.

-- Вы!-- воскликнулъ изумленный Джекъ.

-- Да, голубчикъ. Тебя удивляетъ, что я окончилъ курсъ первымъ въ Кэмбриджскомъ университетѣ, а теперь занимаю скромную должность сельскаго школьнаго учителя. Но увѣряю тебя, что среди школьныхъ учителей, даже въ самыхъ захолустныхъ деревняхъ, ты можешь встрѣтить людей съ университетскими дипломами. Должность наша скромная, но дѣло наше -- большое дѣло. Если мнѣ удастся посѣять хорошія сѣмена въ душѣ моихъ учениковъ, пробудить въ нихъ любовь къ ученію, жажду знанія, то я буду почитать себя вполнѣ счастливымъ. У меня потребности скромныя, и мы, съ моею дочерью Алисой, можемъ жить на маленькое жалованье деревенскаго учителя. Никто здѣсь не знаетъ, что я былъ когда то студентомъ Кэмбриджскаго университета, и я тебѣ первому сказалъ это. Но я доволенъ своею судьбой и доволенъ также, что имѣлъ возможность дать своей дочери хорошее образованіе; ей вѣдь также придется зарабатывать свой хлѣбъ, но я бы хотѣлъ, чтобы первые шаги для нея не были такъ тяжелы, какъ для меня. Я, Джекъ, вынесъ очень много, прежде чѣмъ устроился здѣсь, перенесъ и горькую нужду, и лишенія, и много уколовъ самолюбія... но поговоримъ о тебѣ. Ты, Джекъ, обладаешь очень большими способностями къ математикѣ, и я увѣренъ, что еслибъ ты попалъ въ Кэмбриджскій университетъ, то навѣрное достигъ бы такой же ученой степени, какую я имѣю. Но видишь ли, чтобы попасть въ университетъ, ты долженъ знать греческій и латинскій языки. У тебя впереди еще два года, и если ты эти два года будешь такъ же усердно заниматься классическими языками, какъ ты занимался математикой, то я увѣренъ, что ты поступишь въ университетъ. Такъ вотъ что, голубчикъ, подумай объ этомъ хорошенько.

-- Благодарю васъ за добрый совѣтъ и доброе мнѣніе,-- отвѣчалъ Джекъ.-- Но скажите мнѣ, думаете ли вы, что мнѣ слѣдуетъ избрать именно эту дорогу?

-- Предоставляю это совершенно на твое усмотрѣніе. Я сказалъ только тебѣ, чего ты можешь достигнуть, если захочешь. Я считаю тебя способнымъ юношей. Но разумѣется и здѣсь, продолжая работать и учиться, ты также можешь. выдѣлиться и также можешь быть полезнымъ дѣятелемъ, не имѣя университетскаго диплома. Ты разсудительный юноша, съ твердымъ характеромъ, и я увѣренъ, что ты всегда сумѣешь выйти на надлежащую дорогу!... Ну, а теперь, я сейчасъ буду чай пить и надѣюсь, что ты не откажешься составить мнѣ компанію.

Джекъ покраснѣлъ отъ удовольствія. Учитель всегда возбуждалъ въ немъ чувство уваженія, смѣшанное съ благоговѣніемъ, и поэтому ему очень польстило, что онъ говоритъ съ нимъ, какъ съ равнымъ, и даже пригласилъ его на чашку чая.

Комната, въ которую учитель ввелъ Джека; была правда очень скудно меблирована, но имѣла уютный видъ. У стола, на которомъ стояла зажженая лампа, сидѣла молоденькая дѣвушка лѣтъ пятнадцати и читала.

-- Дорогая Алиса,-- обратился къ ней Мертонъ,-- вотъ мой ученикъ Джекъ Симпсонъ. Я очень горжусь имъ, такъ такъ онъ сумѣлъ собственнымъ трудомъ образовать себя, и я увѣренъ, что онъ добьется многаго въ жизни, если пойдетъ, по этому пути. Джекъ, это моя дочь.

Алиса встала и протянула руку Джеку.

-- Я знаю васъ,-- сказала она.-- Папа очень часто разсказывалъ о васъ. Я видала васъ иногда, когда по праздникамъ пріѣзжала домой изъ пансіона.

-- Я тоже видѣлъ васъ въ церкви,-- отвѣтилъ Джекъ, стараясь изо всѣхъ силъ побѣдить свою робость и смущеніе. Но ему казалось въ эту минуту, что его куртка жметъ и стѣсняетъ его движенія, что сапоги у него ужасно тяжелые и грубые и оттягиваютъ ему ноги. Онъ не зналъ, куда дѣвать свои руки, и злился на себя, что онъ такой неловкій и ненаходчивый! А вѣдь всѣ его товарищи и дѣвочки въ деревнѣ считали его очень ловкимъ и такимъ молодцомъ, который за словомъ въ карманъ не полѣзетъ!

Джекъ всегда съ особеннымъ чувствомъ вспоминалъ впослѣдствіи этотъ первый вечеръ, проведенный въ домѣ учителя.

Джекъ уѣхалъ въ Бирмингемъ. Ему сразу удалось найти тамъ работу, и онъ остался. А въ это время дѣла въ его родной деревнѣ шли все хуже и хуже. Безработица продолжалась уже около мѣсяца и приняла размѣры настоящаго бѣдствія. Джекъ, получивъ письмо отъ своей пріемной матери, описывавшей ему положеніе дѣлъ, рѣшилъ немедленно поѣхать въ Стокбриджъ и посмотрѣть, чѣмъ онъ можетъ помочь своимъ близкимъ. Его новый хозяинъ отпустилъ его на нѣсколько дней, и Джекъ отправился, захвативъ съ собою небольшую сумму, которую ему удалось отложить за это время.

Мистриссъ Гаденъ очень обрадовалась, увидѣвъ Джека. Отъ взоровъ его не ускользнуло, что обстановка дома измѣнилась къ худшему, а сама мистриссъ Гаденъ похудѣла и осунулась; глаза у нея были красные, должно быть отъ дыма очага, или... отъ слезъ!

То, что она разсказала Джеку, было мало утѣшительно. Благодаря невольной праздности, большинство углекоповъ проводило цѣлые дни въ кабакахъ, пропивая послѣднее, а дома жены и дѣти чуть не умирали съ голода. Говорили, что работы начнутся на слѣдующей недѣлѣ, но на это мало надежды, да и многіе такъ отбились отъ работы теперь, что врядъ ли скоро наладится дѣло. Нарушенъ правильный ходъ жизни -- это самое главное. Семейнымъ правда выдаютъ пособіе, но его не хватаетъ на жизнь.

-- Намъ бы положимъ хватило; насъ только двое,-- прибавила мистриссъ Гаденъ и какъ то запнулась.-- Но видишь ли, эта безработица тоже выбила изъ колеи Билля, онъ скучаетъ и говоритъ, что нуждается въ развлеченіи и подкрѣпленіи силъ...

Джекъ понялъ. Онъ уже давно замѣтилъ, что въ комнатѣ не хватаетъ столовыхъ часовъ и хорошенькаго коврика, который составлялъ прежде гордость его пріемной матери.

-- Джекъ, я хотѣла сказать тебѣ -- начала мистриссъ Гаденъ нерѣшительнымъ голосомъ -- возьми и увези свои книги, сложенныя тамъ, въ твоей бывшей комнатѣ: за самую маленькую изъ этихъ книгъ все таки можно получить стаканъ пива. Я запираю комнату, но ты знаешь, когда у отца вступитъ въ голову, то вѣдь его тогда ничто не удержитъ, и твои книги могутъ пойти туда же, куда пошли многія другія вещи.

Голосъ мистриссъ Гаденъ дрогнулъ, когда она говорила это. Видно, что не легко ей жилось теперь. Джекъ, какъ въ былыя времена, взялъ ея руку и прижался къ ней щекой.

-- Я возьму нѣкоторыя изъ книгъ, которыя мнѣ могутъ быть полезны, а остальныя пусть пропадаютъ. А теперь вотъ что матушка. Я кое что скопилъ за это время, возьмите эти деньги, но не говорите ни слова отцу. Я не хочу, чтобъ мои сбереженія пошли въ кабакъ. Вы истратите ихъ на то, что вамъ нужно, а я черезъ недѣлю опять пришлю вамъ. Я зарабатываю теперь шестнадцать шиллинговъ (шиллингъ -- 50 к.) въ недѣлю, но могу жить на десять или одиннадцать, и, значитъ, пять шиллинговъ у меня остается, я буду присылать ихъ вамъ.

Мистриссъ Гаденъ не могла говорить отъ волненія и только молча обняла своего пріемнаго сына.

Джекъ собрался навѣстить своего бывшаго учителя мистера Мертона; но дорогѣ туда онъ зашелъ къ нѣкоторымъ изъ своихъ товарищей и, между прочимъ, къ Гарри Шеферду. Всюду онъ видалъ однѣ и тѣ же картины всеобщаго унынія и голода. Гарри Шефердъ имѣлъ такой печальный, истощенный видъ, что у Джека сжалось сердце при взглядѣ на него.

-- О Гарри!-- воскликнулъ онъ.-- Я бы тебя не узналъ что съ тобою сталось?

-- Ахъ, Джекъ, у насъ вѣдь большая семья,-- отвѣчалъ Гарри печально.-- Намъ не хватаетъ пособія, которое мы получаемъ, а пища дорога, и мы всѣ голодаемъ. Но это была бы еще не бѣда, еслибъ только голодалъ я или вообще старшіе въ семьѣ. А вѣдь малыши голодаютъ!... Вотъ наша маленькая Анни... Докторъ сказалъ, что она очень плоха, что ей нужна подкрѣпляющая пища. А откуда ее взять!... Я ужъ обѣгалъ всѣ окрестности, вездѣ искалъ работы, да гдѣ ее найдешь теперь! Вездѣ тоже самое, а я не такой ученый, какъ ты. и ничего не умѣю.

Глаза Джека наполнились слезами. У него оставались еще десять шиллинговъ, которые онъ отложилъ на покупку книгъ. Онъ вынулъ ихъ и отдалъ Гарри. Тотъ ни за что не хотѣлъ брать, но Джекъ такъ разсердился, что Гарри, вспомнивъ старыя времена, струсилъ.

-- Что жъ ты хочешь, чтобъ твоя сестра Анни умерла?-- закричалъ на него Джекъ.-- Самъ можешь околѣвать съ голоду, коли тебѣ нравится, а для нея поди сейчасъ и купи мяса, хорошаго вина, да и для другихъ прихвати хлѣба. Ну а, самъ можешь не ѣсть ничего!...

Насилу-то пріятели помирились и, въ концѣ концовъ, вмѣстѣ отправились въ лавку и купили все, что было нужно.

Придя къ Мертону и разсказывая ему все, что онъ видѣлъ въ деревнѣ, Джекъ не могъ удержаться отъ слезъ.

-- Это ужасно! сказалъ Мертонъ.-- Всѣ это маленькіе ребятишки, которые еще такъ недавно безпечно играли и рѣзвились на улицѣ, теперь еле передвигаютъ ноги отъ истощенія. А отцы ихъ! Четыре недѣли бездѣлья совершенно испортили ихъ. Теперь они большую часть времени проводятъ въ кабакѣ. Они ходятъ туда не только отъ скуки, а и отъ того, что имъ хочется бѣжать изъ дома, чтобы не слышать жалобъ и не видѣть голодающихъ дѣтей.-- Такъ по крайней мѣрѣ сказалъ мнѣ одинъ изъ углекоповъ, котораго я зналъ прежде за очень трезваго человѣка, а теперь и онъ сидитъ въ кабакѣ. И вѣдь никакъ они не могутъ понять, что-такъ еще хуже, что отъ этого горе и нужда еще усиливаются! Я пробовалъ говорить съ ними, да ничего не помогаетъ. А дома матери и жены обливаются слезами...

-- Мистеръ Мертонъ, вскричалъ Джекъ.-- Вы помните, я уѣзжая, отдалъ вамъ свои сбереженія за шесть лѣтъ работы въ копяхъ. Я скопилъ вѣдь около 50 фунтовъ, (фунтъ -- около 10 р.). Вы сказали, что эти деньги должны пойти на то, чтобы дать мнѣ возможность закончить свое образованіе, можетъ быть пойти, въ университетъ. Но я отказываюсь отъ этого. Я привыкъ къ копкмъ, они -- моя родина, и я буду продолжать работать въ нихъ какъ прежде. Я не знаю, чтобы я сталъ бы дѣлать, кончивъ университетъ. Будущность предоставляется мнѣ неясной, и я не знаю, какимъ бы путемъ тогда я бы могъ зарабатывать для себя кусокъ хлѣба. Между тѣмъ какъ, оставаясь въ копяхъ, я знаю, что буду дѣлать и какъ жить. Такъ значитъ мнѣ эти деньги не нужны теперь, устройте на нихъ что нибудь, мистеръ Мертсвъ, столовую для дѣтей, что ли? Но только сдѣлайте такъ, чтобъ эти несчастные ребятишки каждый день обѣдали.

-- Ты хорошій мальчикъ, Джекъ,-- сказалъ Мертонъ, съ глубокимъ чувствомъ, обнимая юношу.-- Я сдѣлаю такъ, какъ ты желаешь.

Возвращаясь домой, Джекъ встрѣтилъ свою прежнюю пріятельницу Нелли Гарди, и она пошла съ нимъ вмѣстѣ. Онъ слышалъ уже отъ своей пріемной матери, что Нелли сдѣлалась настоящимъ ангеломъ хранителемъ деревни, ухаживала за больными, няньчила ребятъ. Всѣ радовались приходу этой худенькой блѣдной дѣвушки (Нелли было уже шестнадцать лѣтъ), всегда одѣтой въ одно и то же, совершенно выцвѣтшее, заштопанное платье.

Нелли имѣла очень встревоженный видъ, когда ее встрѣтилъ Джекъ.

-- Я боюсь Джекъ, что случится бѣда,-- сказала дѣвочка.-- Отецъ пришелъ домой совершенно пьяный и говоритъ, что они рѣшили испортить машины, такъ чтобы нельзя было выкачивать воду изъ копей, и такимъ образомъ затопить ихъ. Это хотятъ сдѣлать сегодня ночью, чтобы отомстить владѣльцамъ.

-- Да они съума сошли!-- вскричалъ Джекъ.-- Что же здѣсь будетъ? Вѣдь работа должна же начаться когда нибудь; ну, а если копи будутъ затоплены, то въ нихъ нельзя будетъ работать и тогда уже окончательно всѣмъ придется умереть съ голоду. Нѣтъ, я не допущу этого, хотя бы мнѣ самому пришлось погибнуть!

-- Что же ты можешь сдѣлать, Джекъ, одинъ противъ столькихъ человѣкъ?-- вскрикнула дѣвочка съ неописаннымъ испугомъ.-- Вѣдь ты знаешь, это все пріятели моего отца и они всѣ горькіе пьяницы.

-- Знаю. Что жъ изъ этого? По твоему я долженъ сидѣть сложа руки, когда грозитъ страшная бѣда всѣмъ? Ихъ надо удержать во чтобы то ни стало. Вѣдь и ихъ по головкѣ не погладятъ; они пойдутъ въ тюрьму. Что тогда!... Слушай Нелли,-- прибавилъ Джекъ, взявъ дѣвочку за руку.-- Бѣги сейчасъ къ моей матери и побудь съ нею. Но не говори ей того, что ты мнѣ сказала, а то она очень испугается. Я пойду къ Гарри.

-- Ну, что Анна съѣла супъ?-- былъ первый вопросъ Джека, когда Гарри отворилъ ему дверь.

-- Съѣла, да еще съ какимъ аппетитомъ! Теперь она спитъ,-- отвѣчалъ Гарри, нѣсколько удивленный позднимъ визитомъ товарища.

-- Очень радъ. А теперь, Гарри, бери шапку и пойдемъ со мной, если ты готовъ рискнуть своею жизнью ради меня.

-- Готовъ ли я? Да я все готовъ сдѣлать для тебя.

Джекъ разсказалъ Гарри, что затѣяли сотворить въ эту ночь нѣсколько человѣкъ, лишившихся разсудка отъ пьянства и горя. Гарри всплеснулъ руками отъ ужаса.

-- Надо помѣшать имъ во что бы то ни стало,-- сказалъ Джекъ.-- Завтра они проспятся, и все пройдетъ. Пойдемъ къ машинному зданію.

Въ машинномъ зданіи былъ только одинъ дежурный машинистъ. Когда Джекъ разсказалъ ему, что затѣвается сегодня ночью, то машинистъ затрясся отъ ужаса.-- Они убьютъ меня,-- вскричалъ онъ.-- У меня жена, дѣти, что съ ними будетъ?

-- Ты иди домой,-- сказалъ ему Джекъ,-- я останусь за тебя дежурить, вмѣстѣ съ товарищемъ, и никто, ни одна душа не узнаетъ, что ты ушелъ со своего поста. Не бойся, я умѣю обращаться съ машинами не хуже тебя, я теперь служу кочегаромъ въ Бирмингемѣ.

Машинистъ съ минуту былъ въ нерѣшительности.

-- Ты меня не обманываешь? Ты не затѣмъ пришелъ сюда, чтобы испортить машины?-- спросилъ онъ недовѣрчиво.

-- Я никого никогда не обманывалъ,-- отвѣтилъ гордо Джекъ.-- Меня зовутъ Джекъ Симпсонъ, по прозвищу "бульдогъ".

Имя Джека Симпсонъ было достаточно извѣстно въ деревнѣ; несмотря на свои юные годы, Джекъ пользовался уваженіемъ среди углекоповъ. Поэтому машинистъ, узнавъ съ кѣмъ онъ имѣетъ дѣло, безъ колебанія согласился.

-- Помоги мнѣ только прикрѣпить резиновый рукавъ къ насосу, такъ чтобы можно было пустить сильную струю воды наружу,-- сказалъ Джекъ машинисту, когда тотъ собрался уходить.

-- Теперь, Гарри, стой у насоса и будь на готовѣ. Мы встрѣтимъ этихъ молодцовъ такимъ холоднымъ душемъ, что онъ живо охладитъ ихъ.

Въ деревнѣ было тихо. Казалось, все погрузилось въ сонъ и были забыты и голодъ и горе. Джекъ открылъ окно и прислушался. Только паровой котелъ пыхтѣлъ, да слышно было журчаніе выкачиваемой воды. Джекъ укрѣпилъ резиновый рукавъ у окна и взялъ въ руки трубку, посредствомъ которой можно было направить струю воды въ какую угодно сторону. Вдругъ до его ушей ясно долетѣлъ шумъ шаговъ, и, дѣйствительно, черезъ нѣсколько минутъ онъ увидалъ какія то тѣни, которыя приближались, къ машинному зданію.

-- Стойте, ребята!-- крикнулъ онъ, стараясь придать своему голосу повелительный оттѣнокъ.-- Если вы сдѣлаете еще шагъ, вамъ будетъ плохо.

Углекопы остановились въ недоумѣніи. Никто изъ нихъ не узналъ Джека, да изъ числа ихъ не было никого, кто зналъ, что онъ пріѣхалъ въ Стокбриджъ.

-- Это кто?-- спрашивали они.-- Откуда взялся этотъ незнакомецъ, вздумавшій здѣсь распоряжаться?

Вдругъ кто-то изъ группы крикнулъ:

-- Да что это ребята, неужто вы испугались одного человѣка? Ломайте двери!

Ободренные этимъ возгласомъ, углекопы бросились къ двери, но въ это время Джекъ сдѣлалъ знакъ Гарри, и тотъ пустилъ насосъ, а Джекъ направилъ струю холодной воды, съ страшною силой вырвавшуюся изъ резиноваго рукава, прямо на нападающихъ. Сила струи моментально сбила съ ногъ находившихся впереди, не ожидавшихъ ничего подобнаго. Раздались крики и проклятія. Джекъ еще разъ возвысилъ голосъ.

-- Уходите домой, а не то я опять окачу васъ и пущу струю еще сильнѣе. Хотите вы еще разъ выкупаться? А?...

Но видно никому не хотѣлось еще разъ взять такую ванну, и углекопы, вымокшіе и разозленные, рѣшили лучше отретироваться. Они обрушили на голову "таинственнаго незнакомца" цѣлый потокъ ругательствъ, но Джеку это было все равно. Онъ продолжалъ держать наготовѣ рукавъ до тѣхъ поръ, пока все стихло кругомъ. Очевидно, холодный душъ сдѣлалъ свое дѣло.

Остальная часть ночи прошла спокойно, и когда на смѣну явился другой дежурный машинистъ, то Джекъ и Гарри все сдали ему въ исправности. Въ Стокбриджѣ долго ходили разсказы о "таинственномъ назнакомцѣ", который не допустилъ затопить копи, но никому въ голову не приходило, что это былъ Джекъ.


## ГЛАВА XII. Все по старому.


-- Здравствуй, Джекъ, ты опять вернулся!-- воскликнула Нелли радостнымъ голосомъ, встрѣтивъ Джека на улицѣ однажды утромъ.

-- Здравствуй, Нелли. Радъ тебя видѣть. Ну, какъ дѣла?

-- Лучше чѣмъ прежде. Ты вѣдь знаешь, работы возобновились на третій день послѣ того, какъ ты задалъ имъ такую ванну и этимъ спасъ копи.

-- Я!-- вскричалъ Джекъ, прикидываясь удивленнымъ.

-- Да, ты. Я вѣдь знаю.

-- Это Гарри...

-- Нѣтъ не Гарри. Онъ ни слова не говорилъ мнѣ. Такъ это называется дружбой, Джекъ? Ты разсказываешь Гарри, посвящаешь его въ свои замыслы, а мнѣ не говоришь ни слова. Что я тебѣ сдѣлала? Развѣ я была когда нибудь болтуньей?

-- Но какъ же ты узнала, кто это сдѣлалъ, если Гарри не говорилъ тебѣ ни слова?

-- Точно мнѣ надо говорить!-- замѣтила презрительно Нелли.-- Я и сама могу догадаться. Кто же кромѣ тебя способенъ на такой поступокъ? Кто бы рѣшился выступить одинъ противъ десятка пьяныхъ, разъяренныхъ людей? Я сразу догадалась. Но мнѣ стало обидно. Развѣ ты думаешь, что мнѣ довѣрять нельзя? Развѣ я не могла бы быть тебѣ полезна тамъ, въ машинномъ зданіи? О, Джекъ, а я то думала, что ты смотришь на меня какъ на настоящаго друга!

И дѣвушка залилась слезами.

-- Нелли, я ничего подобнаго не думалъ, о тебѣ,-- сказалъ Джекъ ласково, беря ее за руку.-- Я знаю, что на тебя можно положиться, что ты тверда какъ сталь, но мнѣ раздумывать-то было некогда. Я позвалъ съ собою Гарри, но клянусь тебѣ, я довѣряю тебѣ не меньше, чѣмъ ему.

Нелли улыбнулась сквозь слезы.

-- Ты даешь мнѣ слово, Джекъ, что если снова ты будешь подвергать свою жизнь опасности, то позовешь меня?-- сказала она.

-- Конечно. Ты и Гарри -- мои единственные друзья на свѣтѣ.

Нелли очень измѣнилась съ того памятнаго дня, когда ее, растрепанную и въ изодранномъ платьѣ, вынудили предстать передъ мистеромъ Брукомъ, выдававшимъ награду Джеку за его геройство. Уроки Джека пошли ей на пользу, она много читала и размышляла. Джекъ, Гарри и она часто собирались втроемъ и строили планы на будущее. Гарри былъ увѣренъ, что Джекъ достигнетъ современемъ значительнаго положенія въ копяхъ и возвысится надъ другими, благодаря своему уму, знаніямъ, энергіи и настойчивости. Когда Гарри развивалъ на этотъ счетъ свои мысли и рисовалъ картину будущихъ успѣховъ Джека, то Нелли обыкновенно сидѣла насупившись и угрюмо молчала.

-- Что это съ тобой, Нелли?-- спросилъ ее Джекъ.-- Развѣ ты не желаешь, чтобы наши мечты осуществились?

-- Не желаю... да, не желаю!-- рѣшительно заявила Нелли.-- Я не могу лгать. Я знаю, что это дурно, эгоистично, но... что же мнѣ дѣлать?-- Ея голосъ дрогнулъ при этихъ словахъ.-- Я знаю, что чѣмъ выше ты будешь подниматься, тѣмъ дальше будешь отъ меня.

-- Какой вздоръ, Нелли! Хорошаго же ты мнѣнія обо мнѣ! Ты думаешь, что я такой ничтожный человѣкъ, что, переставъ быть простымъ углекопомъ, я вдругъ заважничаю, да еще передъ тобою и Гарри, моими единственными друзьями?

-- О, Джекъ, я не думаю о тебѣ ничего низкаго, но...

Нелли вдругъ вскочила со своего мѣста и убѣжала.

-- Я увѣренъ, что она убѣжала, потому что боялась расплакаться при насъ. Она навѣрное теперь плачетъ гдѣ нибудь въ уголкѣ. Странныя созданія эти дѣвочки!-- замѣтилъ Гарри.-- Вотъ Нелли, совсѣмъ точно мужчина во всѣхъ другихъ отношеніяхъ, такая же мужественная, сильная и безстрашная, а чуть что -- сейчасъ въ слезы!

-- Да,-- отвѣтилъ задумчиво Джекъ.-- Я думалъ, что хорошо знаю ее, а теперь начинаю сомнѣваться. Трудно понять дѣвочекъ, неправда ли? Вотъ, напримѣръ, Гарри, еслибы ты нуждался, и я бы купилъ тебѣ платье изъ своихъ сбереженій, ты бы принялъ отъ меня этотъ подарокъ? Вѣдь между друзьями это самая обыкновенная вещь.

Гарри кивнулъ головой въ знакъ согласія.

-- Ну, а съ Нелли другое дѣло,-- продолжалъ Джекъ.-- Мнѣ хочется подарить ей платье. Мнѣ такъ хочется, чтобы она была хорошо одѣта, не хуже другихъ, но я не смѣю, нѣтъ, нѣтъ, я ни зачто не осмѣлюсь! Я знаю, что она разсердится. Я какъ теперь вижу передъ собою ея сверкающіе, гнѣвные глаза.

-- Да за что же ей сердиться?-- замѣтилъ Гарри.

-- Вотъ это я и хотѣлъ бы знать, за что тутъ можно сердиться! Отчего я могу тебѣ сдѣлать такой подарокъ, и ты не обидишься, потому что я твой другъ, а она обидится, хотя и считаетъ меня другомъ. Она ни за что не приметъ отъ меня такого подарка, я готовъ жизнь свою прозакладывать. Ни за что! А какъ это жаль. Какъ бы мнѣ хотѣлось видѣть ее одѣтой въ хорошее платье.

Дома Джекъ снова поднялъ этотъ вопросъ, надѣясь, что мистрисъ Гаденъ разрѣшитъ его. Но и тутъ надежды его были обмануты, Мистриссъ Гаденъ сказала ему, что онъ можетъ сдѣлать Нелли какой угодно подарокъ, только не платье.

-- Но какая же разница?-- вскричалъ Джекъ въ отчаяньи и, схвативъ свѣчку, побѣжалъ къ себѣ наверхъ въ комнату. Онъ могъ свободно рѣшать какія угодно трудныя ариѳметическія задачи, но рѣшить такую задачу ему оказалось не подъ силу.

Встрѣтивъ Нелли на другой день, онъ заговорилъ съ нею объ этомъ.

-- Нелли, помни, что я спрашиваю тебя только такъ, въ видѣ предположенія -- предупредилъ онъ ее.-- Но я хочу знать твое мнѣніе относительно одного предмета. Что еслибы я подарилъ тебѣ сережки или колечко?

Джекъ сидѣлъ на низкомъ заборѣ, разговаривая съ Нелли, которая по обыкновенію съ книгою въ рукахъ, сидѣла внизу на травѣ. Но при словахъ Джека она вскочила на ноги.

-- Я бы не приняла ихъ, Джекъ, ты знаешь, что я не принимаю отъ тебя подарковъ,-- сказала она съ волненіемъ.

-- Я знаю, Нелли, знаю,-- успокоилъ онъ ее.-- Положимъ ты бы ихъ не взяла, но разсердилась ли бы ты на меня за это?

-- Я разсердилась бы, что ты тратишь деньги на пустяки.

-- Ну а если бы я подарилъ тебѣ платье?

-- Ты не смѣешь,-- вскричала Нелли съ негодованіемъ, и лицо ее покраснѣло.-- Дарить мнѣ платье! Значитъ, ты хочешь меня оскорбить?

-- Я и не думаю, Нелли. Я только хочу знать, въ чемъ разница? Если я подарю тебѣ какой нибудь пустячокъ,-- то ты можешь его не принять, но все таки не обидишься на меня, ну, а если я вздумаю подарить тебѣ платье, то ты сочтешь это за оскорбленіе. Въ чемъ тутъ разница?

Нелли не сразу нашлась, что отвѣтить, но потомъ сказала:

-- Видишь ли Джекъ, мнѣ кажется, тутъ есть разница. Платье для дѣвочки должны покупать ея родители или тѣ, кто заступаетъ ихъ мѣсто. Если они этого не дѣлаютъ, то значитъ, что они бѣдны или же, что они незаботливы! Такъ или иначе, но если дѣвочкѣ покупаетъ платье кто нибудь посторонній, то значитъ онъ вмѣшивается въ ея домашнія дѣла, и это является какъ бы упрекомъ ея нерадивымъ или же несчастнымъ родителямъ. Нѣтъ Джекъ, я не хочу принимать отъ тебя никакихъ подарковъ, а тѣмъ болѣе платья!

-- Но я доволенъ, что получилъ хоть какой нибудь отвѣтъ,-- сказалъ задумчиво Джекъ.-- И я думаю, Нелли, что ты права!


## ГЛАВА XIII. Отъѣздъ учителя.


-- Я думалъ, сэръ, что вы сохраните мою тайну и никому не скажете о томъ, что я вамъ далъ свои деньги на устройство столовой для дѣтей, а теперь это извѣстно чуть ли не всѣмъ женщинамъ Стокбриджа, и мнѣ буквально не даютъ прохода!-- вскричалъ возмущенный Джекъ, входя однажды вечеромъ къ школьному учителю. Джекъ уже опять началъ работать въ копяхъ и свободенъ былъ только по вечерамъ.

Мистеръ Мертонъ ласково посмотрѣлъ на его и сказалъ:

-- Да вѣдь ты и не бралъ съ меня обѣщанія молчать, милый мой. Впрочемъ, я бы конечно, постарался не обѣщать тебѣ ничего подобнаго. Я тебѣ сейчасъ объясню, почему для моихъ цѣлей нужно, чтобы твой великодушный поступокъ разгласился.

-- Хорошо вамъ говорить, а мнѣ то каково! Подумайте только!-- продолжалъ кипятиться Джекъ.-- Иду я по деревнѣ, возвращаясь съ работы, какъ вдругъ меня окружаетъ толпа женщинъ, и всѣ онѣ непремѣнно хотятъ обнимать и цѣловать меня. Видите ли, это все матери малютокъ, которыхъ я будто бы спасъ отъ голодной смерти!... Я насилу вырвался изъ ихъ объятій и убѣжалъ.

Джекъ въ волненіи зашагалъ по комнатѣ, а мистеръ Мертонъ не могъ удержаться отъ смѣха. Онъ такъ живо представилъ себѣ эту картину: "бульдогъ", окруженный женщинами, желающими наперерывъ выразить ему свою благодарность, обнять и разцѣловать его. Притомъ же Джекъ имѣлъ очень забавный, сердитый и вмѣстѣ сконфуженный видъ послѣ того пріема, который былъ ему сдѣланъ благодарными матерями.

-- Ну полно, голубчикъ, перестань сердиться, а послушай-ка лучше, что я тебѣ скажу,-- обратился къ нему Мертонъ.-- Я скоро уѣзжаю отсюда.

-- Уѣзжаете отсюда!-- воскликнулъ Джекъ, забывъ свой гнѣвъ и негодованіе.-- О, мистеръ Мертонъ!...

-- Да, уѣзжаю. Мнѣ предлагаютъ лучшее мѣсто въ Бирмингэмѣ, съ хорошимъ жалованьемъ. Но это бы не прельстило меня и я никогда не оставилъ бы Стокбриджа, гдѣ на моихъ глазахъ выросло цѣлое поколѣніе, еслибъ не моя дочь Алиса. Она кончаетъ курсъ и для нея лучше будетъ жить въ большомъ городѣ. Я долженъ теперь думать о томъ, чтобы лучше обставить для нея жизнь и позаботиться о ея будущемъ. Ты самъ понимаешь Джекъ, что для такой молоденькой дѣвушки, какъ Алиса все таки нужно общество, нужны хоть какія нибудь развлеченія, а тутъ нѣтъ ничего. Бѣдняжка вѣдь столько лѣтъ просидѣла взаперти въ своемъ пансіонѣ!

-- Я все это понимаю, мистеръ Мертонъ, и отъ души радуюсь за васъ, но...-- тутъ голосъ Джека дрогнулъ -- вы всегда были такъ добры ко мнѣ... Я просто не могу себѣ представить, какъ я буду жить безъ васъ!

Свирѣпый "бульдогъ", гнѣва котораго боялась вся деревня, готовъ былъ заплакать.

-- Милый Джекъ, ты больше не нуждается во мнѣ. Ты уже стоишь на дорогѣ и дальше можешь идти безъ моей помощи. Я могу только дать тебѣ полезный совѣтъ. Ты уже достаточно изучилъ чистую математику и теперь долженъ обратить свое вниманіе на практическое примѣненіе своихъ знаній, ты, какъ мнѣ извѣстно, желалъ бы сдѣлаться инженеромъ, а именно горнымъ инженеромъ; для этого ты долженъ заняться спеціальнымъ изученіемъ наукъ, знаніе которыхъ необходимо для горнаго инженера. Я знаю, что въ механикѣ ты уже обладаешь достаточными свѣдѣніями, но есть еще многое, что ты долженъ изучить, Я дамъ тебѣ списокъ наукъ и необходимыхъ руководствъ и книгъ, которыя тебѣ надо будетъ пріобрѣсти. Тебѣ хватитъ работы еще на четыре или пять лѣтъ. Почти всѣ эти науки ты можешь изучить безъ всякой посторонней помощи, благодаря твоимъ превосходнымъ познаніямъ въ математикѣ. Ну, а въ случаѣ, если бы тебѣ встрѣтились какія либо затрудненія -- напиши мнѣ и пришли свои тетради и вычисленія, я просмотрю и исправлю ихъ.

-- О какъ вы добры, -- воскликнулъ Джекъ.-- Но вѣдь это не одно и тоже: видѣть васъ и говорить съ вами или только переписываться.

-- Почти одно и то же, Джекъ. Теперь я хочу переговорить съ тобою о другомъ дѣлѣ. Ты разсердился на меня за то, что я разгласилъ твою тайну. Конечно, я бы уважалъ твое желаніе, еслибъ ты высказалъ его, но къ моему великому удовольствію ты не связалъ меня обѣщаніемъ. А для моихъ цѣлей полезнѣе было разгласить это.

-- Полезнѣе?-- переспросилъ Джекъ съ удивленіемъ.

-- Да полезнѣе.-- На мое мѣсто поступаетъ другой человѣкъ. Это вполнѣ подходящій человѣкъ для такой должности, честный и серьезный. Онъ не имѣетъ никакой ученой степени, но въ сущности это и не нужно. Когда я знакомилъ его съ его будущими обязанностями, то сказалъ ему, что въ тебѣ онъ найдетъ самаго лучшаго и самаго полезнаго помощника.

-- Во мнѣ?

-- Да въ тебѣ. Разумѣется, ты можешь быть полезенъ не какъ учитель, а какъ человѣкъ, увлекающій своимъ примѣромъ другихъ; ты обладаешь способностью, Джекъ, подчинять себѣ другихъ, заставлять ихъ слѣдовать за собою, и если ты захочешь употребить эту способность для добра, то ты можешь сдѣлать ужасно много.

-- Я не знаю, могу ли я подчинять себѣ другихъ. Это правда, мнѣ удавалось заставлять повиноваться себѣ, прекращать какія нибудь злыя забавы -- я терпѣть не могу, напримѣръ, когда дразнятъ дѣвочекъ.-- Но вѣдь это было потому, что боятся моихъ кулаковъ. Значенія это не имѣетъ, но меня боятся все-таки изъ за моей силы.

-- Ну это все же что нибудь да значитъ, Джекъ. Но я боюсь, что ты любишь драться.

-- Вовсе нѣтъ. Я дерусь только по необходимости, но я никогда не обращаю вниманія на удары, которые на меня сыплются, и они не могутъ заставить меня прекратить борьбу.

-- Но, Джекъ, драка вообще нехорошая вещь. Не. слѣдуетъ быть забіякой.

-- Я вовсе не забіяка, никогда не задѣваю никого самъ, не начинаю ссоры, но долженъ сознаться, что никогда не отказываюсь подраться, если меня вызываютъ на кулачный бой или же тогда, когда я вижу, что какой-нибудь большой балбесъ обижаетъ маленькаго, или же...

-- Однимъ словомъ, ты пользуешься всякимъ предлогомъ. Я этого похвалить не могу, хотя то, что тебя боятся и ты пользуешься репутаціей храбреца -- очень важно для меня.

Джекъ съ нѣкоторымъ недоумѣніемъ посмотрѣлъ на учителя.

-- Можетъ быть вы хотите, чтобы я кого-нибудь поколотилъ?-- спросилъ онъ.-- Тогда я...

-- Нѣтъ, нѣтъ, мой милый. Ничего подобнаго. Видишь ли, я хочу, чтобы ты побудилъ парней своихъ лѣтъ посѣщать вечерніе классы, которые будутъ открыты, и внушалъ бы имъ стремленіе къ ученію и къ приличному поведенію, отучилъ бы ихъ отъ ругательствъ, отъ пьянства, отъ посѣщенія трактировъ. Ты можешь это сдѣлать, потому что на тебя всѣ здѣшніе парни смотрятъ, какъ на предводителя. Ты можешь подѣйствовать на нихъ своимъ примѣромъ. Никто не заподозритъ тебя въ трусости, не станетъ презрительно называть тебя "дѣвчонкой", если ты открыто станешь осуждать грубыя ухватки и грубыя развлеченія и предложишь своимъ товарищамъ итти въ вечернюю школу, вмѣсто того, чтобы итти въ трактиръ. За тобою пойдутъ всѣ, повѣрь мнѣ, и тогда успѣхъ вечерней школы будетъ обезпеченъ.

Джекъ помолчалъ нѣсколько минутъ, словно что-то обдумывалъ, и потомъ спросилъ:

-- А сколько разъ въ недѣлю будутъ занятія въ этой школѣ?

-- Два или три раза, я думаю.

-- Двухъ разъ будетъ довольно для начала. Мнѣ кажется, я могу вамъ ручаться за восемь человѣкъ изъ моихъ товарищей, которые непремѣнно будутъ посѣщать эту школу, если я предложу имъ это. И я ручаюсь за то, что никто не позволитъ себѣ неприличной выходки въ школѣ; я ужъ позабочусь объ этомъ.

-- Но ты, Джекъ, долженъ постараться о томъ, чтобы искоренить драку, брань и т. п. дурныя привычки.

-- Я постараюсь.

-- Хорошо, Джекъ; я знаю, что на тебя можно положиться. Еще вотъ что: приглашаю тебя пріѣзжать ко мнѣ въ Бирмингэмъ разъ въ мѣсяцъ на субботу и воскресенье. Ты мнѣ разскажешь, что дѣлается въ Стокбриджѣ, а я посмотрю, какіе ты сдѣлалъ успѣхи за это время.

-- Благодарю васъ,-- сказалъ Джекъ, покраснѣвъ отъ удовольствія.

Джекъ остался пить чай у Мертона и на этотъ разъ онъ уже не чувствовалъ въ присутствіи его Дочери такого смущенія и неловкости, какъ въ первый свой визитъ. Алиса Мертонъ съ большимъ любопытствомъ смотрѣла на него. Она знала его исторію отъ своего отца, знала также, что онъ своею находчивостью спасъ копи отъ разрушенія. Ей казалось просто непостижимымъ, что этотъ скромный, застѣнчивый юноша, всего только годомъ старше ея и такъ робко разговаривающій съ нею, могъ совершить такой смѣлый поступокъ! Она не могла также примириться съ мыслью, что онъ -- простой рабочій въ копяхъ, до такой степени онъ былъ непохожъ ни своимъ обращеніемъ, ни своимъ разговоромъ на тѣхъ грубыхъ, крикливыхъ мальчишекъ которыхъ она встрѣчала на улицахъ Стокбриджа.

Черезъ недѣлю мистеръ Мертонъ и его дочь уѣхали и Джекъ получилъ записку отъ новаго учителя который приглашалъ его придти вечеромъ.

Новый учитель, мистеръ Доджсонъ, оказался очень симпатичнымъ человѣкомъ. Онъ принялъ Джека чрезвычайно радушно и тотчасъ же представилъ его своей женѣ.

-- Вы слышали,-- сказалъ онъ Джеку,-- что моя жена назначена учительницей въ школу для дѣвочекъ?

-- Нѣтъ,-- отвѣчалъ Джекъ,-- мистеръ Мертонъ ничего не говорилъ мнѣ.

-- Это было рѣшено только вчера. Моя жена завѣдывала уже такою школой на одномъ заводѣ и поэтому ей предложили это здѣсь мѣсто.

-- Какъ я радъ,-- воскликнулъ Джекъ.-- Дѣвочки давно нуждались въ хорошей учительницѣ и послѣ ухода старой учительницы онѣ были совершенно предоставлены самимъ себѣ.

-- Я разсчитываю на вашу помощь,-- сказалъ Доджсонъ. Мертонъ мнѣ говорилъ о васъ.

-- Я отъ всей души готовъ помочь вамъ чѣмъ могу,-- отвѣтилъ Джекъ, весь красный отъ смущенія. Новый учитель ему очень понравился, но все-таки онъ чувствовалъ себя очень неловко и былъ счастливъ когда могъ, наконецъ, уйти домой.


## ГЛАВА XIV. Клубъ бульдоговъ.


Джекъ не ошибся: его лучшіе товарищи, Гарри Шефердъ, Билль Коммингсъ и Фредъ Вудъ сразу выразили согласіе посѣщать вечерніе классы. Они сознавали, что Джекъ гораздо образованнѣе ихъ, и, видя, съ какимъ уваженіемъ относится къ нему школьный учитель и всѣ инженеры и надзиратели въ копяхъ, пожелали также достигнуть такого же успѣха. Примѣръ Джека во всякомъ случаѣ породилъ подражаніе. Но ихъ было все таки слишкомъ мало, и Джекъ рѣшилъ возбудить вопросъ о вечерней школѣ, когда всѣ его товарищи соберутся вмѣстѣ на лугу въ субботу, по окончаніи работы. Это время они обыкновенно проводили въ играхъ и бесѣдѣ.

Джекъ заранѣе условился со своими тремя пріятелями, какъ завести разговоръ о школѣ, и поэтому, какъ только всѣ юные углекопы мирно усѣлись на травѣ и нѣкоторые закурили трубки, Фредъ Вудъ воскликнулъ:

-- Ахъ Джекъ, какъ я тебѣ завидую, ты знаешь такую массу вещей!

-- Вовсе нѣтъ,-- отвѣчалъ Джекъ.-- Правда, я знаю кое-что, но я бы такъ хотѣлъ знать гораздо больше.

-- Неужели ты въ самомъ дѣлѣ любишь читать книги?-- спросилъ Джонъ Іорданъ, растянувшійся на травѣ и пускавшій клубы дыма изъ своей трубки.-- Удивляюсь. Что за охота читать, когда можно гораздо пріятнѣе и веселѣе провести свободное время. Я такъ ненавижу чтеніе!

-- По правдѣ сказать, и я сначала не очень то долюбливалъ книжку,-- замѣтилъ Джекъ,-- Но потомъ я страшно полюбилъ чтеніе. Если-бъ съ вами, ребята, кто нибудь такъ занимался, какъ со мною занимался Мертонъ, то и вы бы непремѣнно полюбили чтеніе.

-- Очень нужно знать такъ много!-- сказалъ небрежно Джонъ Іорданъ.-- Какую пользу можетъ принести мнѣ то, что я буду знать, во сколько разъ солнце больше земли?

-- Если ты будешь знать только это, то разумѣется пользы отъ этого не будетъ никакой,-- возразилъ Джекъ.-- Повѣрь мнѣ, Джонъ, я знаю это по опыту. Начнешь заниматься -- сначала скучно и неинтересно, но потомъ, чѣмъ больше начинаешь узнавать, тѣмъ больше хочется знать. И такъ потомъ втягиваешься въ эти занятія!... Кромѣ того, если знаешь больше, то можешь разсчитывать на повышеніе, а такъ ты весь свой вѣкъ будешь простымъ углекопомъ и ничего больше.

-- Ну да, а чѣмъ же ты можешь быть?-- съ недовѣріемъ спросилъ другой мальчикъ.

-- Мало ли чѣмъ? Могу, если захочу и пріобрѣту нужныя знанія, сдѣлаться даже помощникомъ инженера. А не то буду помощникомъ машиниста или старшимъ надзирателемъ и т. д. Образованный человѣкъ всегда найдетъ для себя мѣсто, ну а всѣ вы, въ какомъ вы находитесь положеніи? Пріостанавливаются работы въ копяхъ, и вы всѣ чуть съ голоду не умираете, потому что вы ничего не умѣете, ничего не знаете. Вотъ я, напримѣръ, какія мои знанія? Еще очень малыя, а вѣдь когда вы тутъ сидѣли безъ работы, я все таки нашелъ себѣ занятіе въ Бирмингемѣ. А потомъ я вамъ скажу еще разницу. Когда пристрастишься къ чтенію, да узнаешь многое, то уже нѣтъ ни желанія, ни удовольствія проводить время среди пьяной компаніи въ трактирѣ и слушать грубыя, неприличныя ругательства. Такимъ образомъ заработанныя деньги остаются въ карманѣ, не пропиваются, и самъ становишься приличнѣе и благообразнѣе.

-- Это правда,-- замѣтилъ кто-то.-- Вотъ ты Джекъ, совсѣмъ сталъ похожъ на барина, а вѣдь ты такой же углекопъ, какъ и всѣ мы.

-- Пожалуй, онъ и правъ, ребята!-- послышались голоса.

-- А посмотрите на Мертона, продолжалъ Джекъ.-- Онъ вѣдь получалъ жалованья меньше, чѣмъ нѣкоторые изъ нашихъ старшихъ углекоповъ, меньше, чѣмъ мой пріемный отецъ. А развѣ можно сравнить его жизнь и нашу? Въ домѣ у него все чисто и самъ онъ всегда приличный и благообразный. Я пилъ у него чай нѣсколько разъ. Столъ всегда накрытъ чистою скатертью, въ комнатѣ всегда прибрано и уютно. Бывало придешь къ нему -- сидитъ онъ у камина и читаетъ книгу, тихо такъ, спокойно. Просто на душѣ становится отрадно. А у насъ развѣ такъ?

-- Откуда же у насъ будетъ все это?-- замѣтилъ Джонъ Іорданъ.

-- У насъ этого нѣтъ оттого, что половина заработка уходитъ въ кабакъ или на игру на билліардѣ, кегли и т. п. Мы идемъ туда сначала отъ скуки, оттого что намъ нечего дѣлать дома въ свободное время, къ чтенію мы не привыкли, да и большинство изъ насъ въ концѣ концовъ забываютъ читать.

-- Это правда,-- согласился кто-то.

-- Подумайте только, еслибъ у насъ былъ такой домъ, какъ у Мертона, когда мы женимся!

-- Посмотрѣлъ-бы я!-- воскликнулъ Джонъ Іорданъ.-- Здѣшнія то дѣвочки не пріучены къ чистотѣ и порядку, знаемъ мы, какія изъ нихъ выходятъ жены!

-- Да это потому, что мы сами такіе,-- возразилъ Джекъ.-- Дѣвочки, извѣстное дѣло, всегда тянутся за мальчиками. Дома онѣ также не видятъ ничего хорошаго. Да и какъ можетъ мужъ требовать отъ жены, чтобы домъ былъ въ порядкѣ, чтобы дѣти были всегда вымыты и опрятно одѣты, если онъ самъ все свое свободное время играетъ на бильярдѣ или проводитъ въ кабакѣ. Будемъ мы лучше, будетъ у насъ и семья лучше, и будемъ жить такъ-же прилично, какъ жилъ Мертонъ... Кстати я хотѣлъ вамъ сказать новость: жена новаго школьнаго учителя, мистриссъ Доджсонъ сказала мнѣ, что она хочетъ открыть вечерніе классы для старшихъ дѣвочекъ, гдѣ онѣ будутъ учиться шить, стряпать и т. п.

-- Вотъ это хорошо!-- воскликнулъ Гарри Шефердъ, ожидавшій случая, чтобы заговорить.-- Отчего бы учителю не открыть вечерніе классы и для насъ? Я бы охотно сталъ посѣщать ихъ. и, можетъ быть научился бы чему-нибудь.

-- А подумай только, сколько бы тебѣ пришлось работать,-- замѣтилъ ему Джонъ Іорданъ.-- Пробывъ столько часовъ подъ землей, надо вѣдь отдохнуть, у тебя не останется времени на посѣщеніе классовъ.

-- Но я нахожу же время для игръ, а нѣкоторые изъ насъ находятъ же время идти въ трактиры и сидѣть тамъ за кружкою пива цѣлые часы.

-- Правда Гарри,-- сказалъ Джекъ.-- Знаешь что, я поговорю съ учителемъ, можетъ быть, онъ согласится раза два-три въ недѣлю заниматься съ нами по вечерамъ.

-- Я думаю, онъ согласится,-- замѣтилъ Гарри.-- Вѣдь его жена будетъ же заниматься съ дѣвочками, отчего бы ему не заниматься съ нами!

-- Я бы тоже сталъ посѣщать вечерніе классы, если-бы и еще кто нибудь согласился,-- сказалъ Билль Коммингсъ.-- Ребята, кто изъ васъ не прочь учиться?

Примѣръ всегда заразителенъ: еще четверо изъявили согласіе.

-- Нѣтъ, это не годится,-- сказалъ Гарри Шефердъ.-- Нельзя идти къ учителю я просить его объ этомъ, пока насъ не наберется по крайней мѣрѣ дюжина. Фридъ Вудъ, не хочешь ли ты присоединиться къ намъ?

-- А чтожъ, пожалуй, отвѣчалъ Фридъ Вудъ.-- Положимъ, я книгъ терпѣть не могу и въ школѣ всегда учился хуже всѣхъ. Но отчего не попробовать! Вѣдь если мнѣ надоѣстъ учиться, то я могу черезъ полгода бросить.

Эти слова Фреда Вуда, который представился такимъ ненавистникомъ книги, оказали свое дѣйствіе на остальныхъ. Отчего же и въ самомъ дѣлѣ не попробовать? И вслѣдъ за Фридомъ Вудъ еще пятнадцать мальчиковъ объявили, что они будутъ посѣщать классы.

-- Ну и будутъ же смѣяться надъ нами,-- замѣтилъ Джонъ Іорданъ.-- Мы станемъ посмѣшищемъ всего Стокбриджа. Мало намъ работы въ копяхъ!

-- Пусть смѣются, эка важность!-- сказалъ Джекъ.-- Долго смѣяться не будутъ. Развѣ надо мною не смѣялись? Притомъ же вѣдь насъ всѣхъ шестнадцать человѣкъ, пусть-ка попробуютъ задѣть насъ!

-- Да, да, пусть попробуютъ!-- послышались голоса.

-- Знаете ли, что я хочу предложить?-- воскликнулъ Гарри съ жаромъ.-- Будемъ держаться всегда вмѣстѣ, и вотъ, чтобы мы могли собираться для занятій и бесѣдъ и чтобы намъ никто не могъ помѣшать, будемъ-ка откладывать по три пенса въ недѣлю. Такимъ образомъ мы можемъ нанять для своихъ собраній комнату и купить свѣчи. Кто принимаетъ мое предложеніе?

-- Я,-- сказалъ Джекъ.-- Я буду приходить на ваши собранія и помогать вамъ заниматься, если нужно.

-- Отлично!-- вскричали другіе.-- Надо разослать приглашенія и въ другія мѣста; быть можетъ, къ намъ присоединятся мальчики изъ другихъ рудниковъ въ окрестностяхъ. Это будетъ настоящій клубъ.

-- Да, да,-- послышались голоса,-- Мы будемъ тамъ собираться по извѣстнымъ днямъ не только для занятій, но и будемъ обсуждать свои дѣла.

-- Прекрасно,-- воскликнулъ Билль Коммингсъ.-- Назовемъ нашъ клубъ -- "клубомъ бульдоговъ", въ честь Джека. Согласны, товарищи?

Предложеніе было принято единогласно, и Джекъ былъ тутъ-же избранъ предсѣдателемъ новаго клуба, а Гарри казначеемъ. Избраніе ихъ остальные привѣтствовали восторженными рукоплесканіями.

-- Господа!-- воскликнулъ Фредъ Вудъ.-- А вѣдь мы забыли про мебель. Все-таки намъ нужно имѣть столы и скамейки въ нашемъ клубѣ.

-- Это обязанность предсѣдателя,-- сказалъ Джекъ,-- Я покупаю скамьи и столы для новаго клуба, который вы сдѣлали мнѣ честь назвать моимъ прозвищемъ. Завтра же отыщемъ помѣщеніе, и я пришлю мебель въ понедѣльникъ. А затѣмъ мы соберемся и выработаемъ правила или уставъ для нашего клуба. Иначе вѣдь нельзя. Надо переписать эти правила, вставить въ рамку подъ стекло и повѣсить у входа. Тогда все у насъ будетъ въ порядкѣ.

Мальчики были въ восторгѣ. Эта мысль имъ всѣмъ улыбалась. Они очень гордились, что у нихъ будетъ свой собственный клубъ, точно у взрослыхъ мужчинъ, и они въ большомъ возбужденіи разошлись по домамъ. Многимъ даже снился въ эту ночь клубъ и собранія въ немъ.

Въ понедѣльникъ вечеромъ члены клуба, веселые и радостно возбужденные, собрались въ новомъ помѣщеніи. Тамъ уже все было въ порядкѣ. Большой столъ стоялъ посрединѣ и кругомъ него были скамьи. На столѣ горѣли четыре свѣчи и разставлены были чернильницы. Перья, бумага и карандаши лежали возлѣ каждаго мѣста.

Джекъ занялъ предсѣдательское мѣсто. Возлѣ него на столѣ стоялъ колокольчикъ. Когда всѣ разсѣлись на своихъ мѣстахъ, Джекъ обратился къ нимъ со слѣдующею рѣчью:

-- Прежде всего я долженъ поблагодарить васъ за честь, которую вы мнѣ оказали. Я надѣюсь, что сумѣю оказаться достойнымъ ея. Нашъ клубъ долженъ послужить образцомъ для всѣхъ другихъ. Товарищи! Мы должны принимать въ него съ разборомъ и поддерживать честь его имени. Пусть ни одинъ членъ клуба не запятнаетъ его дурнымъ поступкомъ или неприличнымъ поведеніемъ!

-- Да, да,-- послышались голоса.-- Мы всѣ будемъ поддерживать честь нашего клуба.

-- Я думаю, что цѣлью нашего клуба должно быть самоусовершенствованіе и самообразованіе. Товарищи, мы должны помогать другъ другу во всемъ и должны стремиться къ тому, чтобы сдѣлаться приличными и образованными людьми, хотя бы мы и были простыми углекопами. Пусть насъ уважаютъ всѣ, пусть считаютъ за честь сдѣлаться членомъ клуба бульдоговъ!...

-- Хорошо! хорошо!-- послышались голоса.

-- Мы сообща назначимъ дни, когда будемъ собираться здѣсь. Если у насъ останутся деньги, мы пріобрѣтемъ книги, журналы, газеты, и каждый членъ будетъ имѣть право приходить сюда, читать ихъ. Мы назначимъ одинъ день для собраній съ цѣлью обсужденія нашихъ общихъ дѣлъ. Затѣмъ мы будемъ собираться для чтенія, для общихъ занятій и для игръ. Я предлагаю вамъ, кромѣ того, чтобы отъ семи до восьми часовъ вечера въ будніе дни эта комната предназначалась исключительно для занятій, т. е. для приготовленія уроковъ для вечернихъ курсовъ, которые мы всѣ, члены клуба, обязуемся посѣщать. Но въ восемь съ половиною часовъ прекращаются занятія, закуриваются трубки и начинается бесѣда. Мы можемъ оставаться до десяти. Я говорилъ съ хозяйкою помѣщенія, и она согласна давать намъ чай или кофе по одному пенни за чашку.

-- Превосходно! чудесно!...

-- Теперь я хочу сдѣлать вамъ еще одно предложеніе, которое, быть можетъ, не понравится многимъ изъ васъ,-- сказалъ Джекъ,-- Я думаю, что мы не должны допускать въ стѣнахъ своего клуба никакой ругани и неприличнаго поведенія; тотъ, кто нарушитъ это правило, долженъ уплачивать штрафъ въ одинъ пенни.

Въ комнатѣ воцарилось молчаніе.

-- Конечно,-- сказалъ Джекъ,-- первое, время вамъ, вѣроятно, придется платить штрафъ довольно часто, но потомъ вы совершенно отвыкнете ругаться. Вы знаете, я прежде тоже любилъ ругаться, но мистеръ Мертонъ сказалъ мнѣ, что это очень дурная привычка, и посовѣтовалъ самому себя обложить штрафомъ, чтобы отвыкнуть. Я обязался за каждое такое ругательство опускать по одному пенни въ кружку для бѣдныхъ. Знаете ли, въ первый день я заплатилъ такимъ образомъ -- тринадцать пенсовъ, а на слѣдующій день только четыре, а теперь я плачу лишь изрѣдка одинъ пенни, небольше. Вы сами знаете, что я теперь никогда не ругаюсь. Ну, бульдоги, соглашайтесь на это правило. Это будетъ первый шагъ къ самоисправленію, къ тому, чтобы сдѣлаться приличными людьми. А деньги, которыя соберутся такимъ образомъ, составятъ основной фондъ клуба, и мы купимъ на нихъ дрова, чтобы зимою отапливать эту комнату.

И это правило было принято всѣми послѣ довольно жаркихъ споровъ.

Джекъ аккуратно записалъ все, что постановили члены клуба, и прочелъ по порядку всѣ правила. Затѣмъ было произведено голосованіе, и уставъ клуба былъ принятъ и утвержденъ.

-- Въ заключеніе я долженъ сообщить вамъ, что я былъ у учителя, и онъ охотно согласился посвящать намъ по два часа два раза въ недѣлю,-- сказалъ Джекъ. Онъ предлагаетъ вторникъ и пятницу. Ребята, вѣдь онъ дѣлаетъ намъ большое одолженіе! Это вѣдь не легко, провозившись цѣлый день съ мальчишками -- а вы по опыту знаете, какъ много хлопотъ они могутъ доставить учителю,-- вмѣсто отдыха, заниматься съ нами, да еще безплатно!

-- Да! да!-- воскликнули всѣ хоромъ

-- Я предлагаю выразить благодарность мистеру Доджсону отъ имени всѣхъ бульдоговъ,-- крикнулъ Гарри Шефердъ, и предложеніе его было единогласно принято.

Члены клуба разошлись, довольные и веселые. Съ завтрашняго дня они собирались начать уже правильныя занятія въ своемъ клубѣ.

На другой день всѣ члены клуба, подъ предводительствомъ Джека, отправились къ учителю, и вечерняя школа была открыта.

Мистеръ Мертонъ узналъ объ этомъ отъ Джека, который подробно описалъ ему возникновеніе клуба бульдоговъ и занятія въ вечерней школѣ. Вскорѣ клубъ бульдоговъ получилъ подарокъ отъ Мистера Мертона: нѣсколько очень хорошихъ книгъ для чтенія и одинъ журналъ за цѣлый годъ. Начало библіотекѣ было положено.

Былъ еще одинъ человѣкъ, которому Джекъ написалъ объ этомъ. Это былъ тотъ самый художникъ, который первый пробудилъ въ Джекѣ желаніе учиться. Джекъ, согласно обѣщанію, каждый годъ писалъ ему и всегда получалъ отъ художника въ отвѣтъ длинныя и дружескія письма.


## ГЛАВА XV. Школа дѣвочекъ.


Населеніе Стокбриджа состояло приблизительно изъ трехъ тысячъ человѣкъ; большинство работало въ копяхъ; многіе изъ этихъ рабочихъ родились и выросли тутъ-же и дальше Стокбриджа не бывали. Жизнь въ Стокбриджѣ протекала очень однообразно и поэтому всякое событіе пріобрѣтало особенное значеніе въ глазахъ жителей и возбуждало продолжительные и оживленные толки. Открытіе вечернихъ курсовъ и клуба бульдоговъ, конечно, представляло настолько важное событіе, что весь Стокбриджъ пришелъ въ волненіе. Любопытно, что далеко не всѣ одинаково отнеслись къ желанію мальчиковъ учиться. Женская половина населенія Стокбриджа, т. е. всѣ матери были очень довольны; онѣ радовались всему, что только могло предохранить ихъ сыновей отъ посѣщенія трактировъ, игры на бильярдѣ, пьянства и т. п. Бѣднымъ женщинамъ столько приходилось выносить горя и терпѣть нужды, благодаря пьянству своихъ мужей, что радость ихъ была вполнѣ понятна, когда онѣ узнали, что ихъ сыновья, вмѣсто того чтобы подражать старшимъ и проводить время въ кабакахъ, будутъ посѣщать классы и свой клубъ. Отцы и вообще старшіе углекопы отнеслись очень недовѣрчиво къ затѣѣ мальчиковъ и только покачивали головами: позабавятся нѣсколько времени, да и бросятъ -- надоѣстъ! Нѣкоторые, впрочемъ, прямо выражали свое неодобреніе: мальчишки молъ захотѣли быть умнѣе насъ! но всего враждебнѣе отнеслись къ этому проекту молодые углекопы, юноши лѣтъ семнадцати, восемнадцати. Поводомъ къ такому враждебному отношенію послужило, конечно, чувство зависти. Они понимали, что ихъ младшіе товарищи, сдѣлавшись болѣе образованными, возьмутъ надъ ними верхъ и опередятъ ихъ во всѣхъ отношеніяхъ. Поэтому они высмѣивали "бульдоговъ" вездѣ, гдѣ только возможно, и нѣсколько разъ даже настолько задирали ихъ, что происходили драки и одинъ разъ Джекъ, давшій себѣ слово никогда не драться, все таки былъ вынужденъ вступиться за одного изъ своихъ побитыхъ товарищей и такъ оттузилъ забіяку, что тотъ, вѣроятно, долго помнилъ данный ему урокъ.,

Среди дѣвочекъ Стокбриджа событіе это вызвало необыкновенно оживленные споры и разногласія.

-- Слыханое-ли дѣло!-- сказала одна изъ нихъ, гуляя со своими подругами.-- Мальчики сами захотѣли учиться. Мало имъ работы въ копяхъ! Они еще хотятъ ходить въ школу по вечерамъ.

-- Ничего въ этомъ нѣтъ хорошаго,-- замѣтила другая.

-- И такъ мальчики очень высокомѣрны, обращаются съ нами презрительно, не принимаютъ насъ въ свое общество, а ужъ теперь тѣмъ болѣе они съ нами и разговаривать не захотятъ.

-- Ну нѣтъ, я совсѣмъ съ вами не согласна,-- возразила высокая дѣвочка, съ красивыми, задумчивыми глазами.-- Лучше ходить въ школу, чѣмъ обязьянничать со старшихъ и напиваться въ кабакахъ. Вѣдь наши мальчишки считаютъ удовольствіемъ напиваться. Онъ можетъ ходить въ кабакъ -- значитъ, онъ взрослый человѣкъ! Разъ онъ уже работаетъ въ копяхъ, то ему непремѣнно хочется тягаться со взрослыми, ну и пріучается такимъ образомъ мало по малу проводить время въ кабакѣ, а потомъ... одно горе!

-- Это вѣрно, отвѣтили дѣвочки.

-- А я вотъ что слышала: Сара Шефердъ мнѣ говорила, что новая школьная учительница хочетъ открыть такіе же вечерніе классы для дѣвочекъ, какъ ея мужъ открылъ для мальчиковъ. Только, конечно, тамъ не будутъ преподавать математику и т. п. науки. Она предлагаетъ учить насъ шить себѣ самимъ платье, стряпать кушанья, а во время классовъ шитья она будетъ читать и разсказывать намъ разныя интересныя исторіи, путешествія и т. п. Какъ вы думаете?

-- А что жъ, я бы очень хотѣла умѣть шить платья для себя,-- сказала Фанни Джонсъ.-- Какъ бы я тогда стала наряжаться!

-- И я! И я!-- закричали другія.

-- Да и стряпать научиться было бы не худо.,--замѣтила Женни Мартинъ.-- Вотъ мать не умѣетъ хорошо стряпать, такъ она иной разъ такое сготовитъ, что и въ ротъ не возьмешь! Отецъ ой какъ сердится! Разъ онъ взялъ шапку, да и удралъ въ трактиръ, говоритъ: "Что жъ, дома мнѣ нечего ѣсть"! Ну и вернулся пьяный... Ужъ мать плакала, плакала!...

Исторія, разсказанная Женни Мартинъ, подѣйствовала на ея молодыхъ слушательницъ. Всѣмъ имъ было хорошо знакомо такое положеніе вещей. Рѣдко которая изъ женъ углекоповъ умѣла хорошо хозяйничать, да и научиться было негдѣ. Большинство семействъ жило изо дня въ день; отцы пьянствовали, а жены и матери еле сводили концы съ концами. Дѣвочки съ малыхъ лѣтъ такъ привыкли къ этимъ картинамъ неурядицы, царившей дома, что онѣ" совершенно не представляли себѣ, какъ это можно жить иначе. Были, конечно, исключенія, но ихъ было такъ мало, что они совершенно тонули и исчезали въ общемъ строѣ.

Вечерніе классы, которые мистрисъ Доджсонъ открыла для дѣвочекъ, сразу встрѣтили всеобщее сочувствіе въ Стокбриджѣ, и черезъ недѣлю число ученицъ достигло шестидесяти. Мистрисъ Доджсонъ очень удачно выбирала книги, которыя она читала своимъ ученицамъ во время классовъ рукодѣлья, назначенныхъ три раза въ недѣлю. Она знакомила своихъ ученицъ съ литературой, читая имъ разныя образцовыя произведенія, и возбуждала ихъ любознательность своими разсказами о далекихъ странахъ или о томъ, какъ жили люди въ прежнія времена. Иногда она читала имъ настоящія лекціи о домоводствѣ, объ уходѣ за больными, устройствѣ фермерскаго хозяйства и т. п. Садоводство очень заинтересовало дѣвочекъ, и весною всѣ онѣ устроили цвѣтники около своихъ домовъ. Даже мальчики заинтересовались садовыми работами и приходили помогать дѣвочкамъ, копали имъ гряды, подрѣзывали деревья, и вскорѣ совершилось небывалое событіе: около домовъ углекоповъ, окруженныхъ пустырями, куда обыкновенно выбрасывался всякій мусоръ, появились огороды, и дѣвочки съ гордостью хвастались другъ передъ другомъ вырощенными овощами.

Не сразу, конечно, совершился переворотъ въ Стокбриджѣ, но мало по малу деревня совершенно измѣнилась. На улицахъ по праздничнымъ днямъ лишь рѣдко можно было встрѣтить теперь пьянаго юношу и услышать неприличную брань, которая буквально висѣла прежде въ воздухѣ. Конечно, пожилые углекопы, большею частью привычные пьяницы, не отстали отъ своей дурной привычки, но среди молодежи пьянство, стало рѣдкостью, и юноша, который былъ замѣченъ пьянымъ на улицѣ, обыкновенно стыдился потомъ показываться на глаза своимъ сверстникамъ и сверстницамъ. Ужъ это одно указывало, какъ измѣнились взгляды обитателей Стокбриджа; то, что считалось прежде удальствомъ, теперь начало считаться стыдомъ и наоборотъ.

Вечерніе курсы для мальчиковъ процвѣтали и расширялись; процвѣталъ и расширялся также и "клубъ бульдоговъ". По примѣру этого клуба въ Стокбриджѣ и его окрестностяхъ открыты были еще четыре подобныхъ учрежденія, и между членами различныхъ клубовъ возникло соревнованіе. Принадлежать къ какому нибудь клубу считалось большою честью, но для этого нужно было "быть джентльменомъ", т. е. умѣть прилично вести себя вездѣ, на улицѣ, въ обществѣ и даже дома, никогда не напиваться, не ругаться и не позволять себѣ никакихъ предосудительныхъ поступковъ. Все это, конечно, не замедлило отразиться самымъ благотворнымъ образрмъ на наружномъ видѣ и внутреннихъ качествахъ молодого поколѣнія углекоповъ, и тотъ, кто бывалъ въ Стокбриджѣ раньше, былъ бы пораженъ тѣмъ превращеніемъ, которое совершилось въ этой деревнѣ углекоповъ въ промежутокъ нѣсколькихъ лѣтъ.


## ГЛАВА XVI. Новая жизнь.


Джекъ, занятый устройствомъ вечерней школы, клуба и т. п., долго не могъ собраться съѣздить въ Бирмингэмъ, навѣстить своего стараго пріятеля мистера Мертона. Между тѣмъ ему такъ хотѣлось о многомъ переговорить со своимъ прежнимъ учителемъ и подѣлиться съ нимъ новыми впечатлѣніями. Наконецъ, справившись со своими обязанностями, онъ рѣшилъ однажды въ субботу послѣ обѣда навѣстить Мертона. Тутъ въ первый разъ Джекъ подумалъ о своемъ костюмѣ. Онъ зналъ, что мистеръ Мертонъ живетъ теперь не такъ скромно, какъ жилъ въ Стокбриджѣ; поэтому и Джекъ счелъ нужнымъ позаботиться о болѣе приличномъ костюмѣ, отправляясь къ Мертону, гдѣ онъ могъ ожидать встрѣтить кого-нибудь изъ бирмингэмскихъ жителей.

Одѣтый въ новое платье съ иголочки, которое онъ пріобрѣлъ у хорошаго портного въ Бирмингемѣ, въ новые сапоги и шляпу, Джекъ весело шелъ по улицѣ, направляясь къ дому Мертона.

-- Какъ пріятно ходить въ этихъ сапогахъ, -- думалъ онъ, легко шагая по тротуару улицы.-- Мои рабочіе сапоги такіе тяжелые, а этихъ я не чувствую на ногахъ. Я помню, какъ мои сапоги показались мнѣ особенно тяжелыми, когда я въ первый разъ пилъ чай у Мертона и разговаривалъ съ его дочерью. У меня тогда словно гири были подвѣшаны къ ногамъ.

Джека сначала нѣсколько занимала мысль, что онъ теперь одѣтъ какъ настоящій джентельменъ, а не какъ углекопъ, но вскорѣ онъ забылъ объ этомъ и думалъ только объ удовольствіи увидѣть Мертона и его дочь Алису.

-- Папа, къ намъ идетъ кто-то, -- сказала Алиса, увидѣвъ въ окно гостиной приближающагося Джека. Но она не узнала его въ новомъ нарядѣ и прибавила:-- Экая досада! Это какой-то господинъ. А мы сегодня ищемъ Джека!

Но черезъ минуту она воскликнула съ изумленіемъ:

-- Да это Джекъ и есть. А я его и не узнала. Но онъ совсѣмъ преобразился: такъ хорошо одѣтъ!

Дверь отворилась, и Джекъ вошелъ. Отецъ и дочь радостно привѣтствовали его. Разспросамъ не было конца. Алису Мертонъ чрезвычайно заинтересовали разсказы Джека о вечернихъ классахъ для дѣвочекъ старшаго возраста и о томъ превращеніи, которое совершилось въ Стокбриджѣ.

-- Никто не узнаетъ Стокбриджа теперь, -- сказалъ Джекъ, смѣясь.-- Драки и различные скандалы на улицахъ составляютъ большую рѣдкость, и молодежь совсѣмъ не посѣщаетъ кабаковъ.

-- Джекъ, -- прервалъ его Мертонъ,-- не будемъ терять время на разговоры. До чая у насъ осталось два часа, и мы можемъ заняться математикой. Давай-ка я проэкзаменую тебя, много ли ты сдѣлалъ успѣховъ за это время -- И они углубились въ занятія.

Послѣ этого перваго визита Джекъ сталъ аккуратно, разъ въ мѣсяцъ посѣщать Мертона. Съ Алисой у него установились самыя дружескія отношенія. Она была веселая, живая дѣвушка, часто поддразнивала его и подсмѣивалась надъ его неловкостью. Иногда между ними возникали серьезные споры по какому-нибудь поводу, И мистеръ Мертонъ съ улыбкою прислушивался къ ихъ разговорамъ. Мертонъ находилъ полезнымъ для своей дочери общество такого честнаго, трудолюбиваго и умнаго юноши, какъ Джекъ, а для Джека въ свою очередь было очень полезно общество молодой дѣвушки, благодаря которой онъ избавился отъ своей угловатости и пріобрѣлъ умѣнье держаться въ обществѣ.

Джекъ нѣсколько разъ встрѣчался у Мертона съ его сослуживцами, которымъ Мертонъ представилъ его, какъ своего "юнаго друга", что очень было пріятно Джеку. Многіе изъ этихъ господъ и не подозрѣвали, что Джекъ былъ углекопомъ, и думали, что онъ одинъ изъ учениковъ Мертона.

У Мертона было нѣсколько учениковъ въ Бирмнигэмѣ, которыхъ онъ готовилъ къ поступленію въ Кэмбриджскій университетъ, и онъ рѣшилъ познакомить ихъ съ Джекомъ. Однажды, въ субботу, когда долженъ былъ пріѣхать Джекъ, Мертонъ пригласилъ къ себѣ гостей на чашку чаю.

-- Папа, пожалуй, Джекъ будетъ чувствовать себя неловко съ ними,-- замѣтила Алиса отцу.

-- Пустяки. Я увѣренъ, что онъ найдется и сумѣетъ разговаривать съ ними.

Джекъ зналъ, что Мертонъ пригласилъ гостей и поэтому принарядился, когда отправился къ нему. Алиса была просто поражена, когда увидѣла его одѣтымъ въ черный сюртукъ и спокойно разговаривающимъ съ кѣмъ-то изъ гостей. По правдѣ сказать, бѣдный Джекъ чувствовалъ себя очень неловко и въ этомъ нарядѣ, и среди такого множества гостей, но онъ тщательно скрывалъ свое смущеніе, и Алиса совсѣмъ его не замѣтила.

Вечеръ прошелъ очень пріятно и весело, даже для Джека, который вскорѣ освоился съ новою обстановкой. Онъ съ большимъ интересомъ прислушивался къ разговорамъ и даже самъ принималъ въ нихъ участіе, такъ, что никому бы и въ голову не могло придти, что этотъ скромный и вполнѣ приличный юноша, прекрасно умѣющій держать себя, до сихъ поръ не видѣлъ никакого другого общества, кромѣ общества углекоповъ.

Мистеръ Мертонъ, довольный успѣхомъ своего вечера и тѣмъ, что Алиса повидимому веселилась отъ души, объявилъ, что онъ будетъ ежемѣсячно устраивать такіе вечера и приглашать своихъ сослуживцевъ -- профессоровъ и другимъ знакомыхъ. "Субботы Мертона" вскорѣ пріобрѣли извѣстность въ Бирмингэмѣ какъ, одни изъ самыхъ пріятныхъ собраній, гдѣ можно было встрѣтить наиболѣе образованныхъ людей въ городѣ;

Джекъ Симпсонъ, не пропускавшій ни одного изъ этихъ собраній у Мертона, началъ вести такимъ образомъ двойственную жизнь. Въ теченіе двадцати шести дней въ мѣсяцъ онъ былъ самымъ обыкновеннымъ простымъ углекопомъ, ничѣмъ не отличающимся отъ своихъ товарищей, затѣмъ онъ снималъ свой рабочій костюмъ и отправлялся въ Бирмингэмъ, гдѣ превращался въ джентельмена, такъ что никто изъ посѣщавшихъ вечера Мертона не могъ бы признать въ немъ углекопа. Джекъ, впрочемъ, такъ привыкъ къ этой жизни и къ этимъ превращеніямъ, что они казались ему вполнѣ естественными. Онъ не любилъ разсказывать о томъ, какъ онъ проводилъ время въ Бирмингэмѣ, и это въ особенности раздражало его пріятельницу Нелли Гарди.

-- Пожалуйста, Джекъ, не разсказывай мнѣ ничего больше!-- сказала она ему однажды съ негодованіемъ,-- Всякій разъ ты сообщаешь однѣ и тѣ же подробности, и я ихъ знаю уже наизустъ. Больше я тебя ни о чемъ не буду спрашивать.


## ГЛАВА XVII. Нелли и Алиса.


Мертонъ съ дочерью согласился принять приглашеніе Брука и пріѣхалъ погостить къ нему въ Стокбриджъ, какъ только у него нашлось свободное время. Его тоже поразила замѣчательная перемѣна къ лучшему во внѣшности и обращеніи молодыхъ углекоповъ, и онъ сказалъ объ этомъ школьному учителю, заступившему его мѣсто.

-- Да, -- отвѣтилъ ему Доджсонъ, -- они всѣ стали неузнаваемы. И знаете ли, все это, благодаря тому, что вы мнѣ внушили мысль открыть вечерніе классы для молодыхъ парней. Какъ эти классы, такъ и школа для дѣвочекъ старшаго возраста просто сдѣлали чудеса. Но долженъ прибавить также, что въ этомъ отношеніи я чрезвычайно многимъ обязанъ углекопу, котораго вы мнѣ рекомендовали, Джеку Симпсону. Пожалуй, безъ него мнѣ бы не удалось привести въ исполненіе свой планъ. Это удивительный юноша, и вліяніе, которымъ онъ пользуется среди своихъ сверстниковъ, просто поразительное.

-- Да,-- сказалъ Мертонъ съ жаромъ,-- это замѣчательный юноша. Вы все таки его не вполнѣ знаете. У него необыкновенныя способности и такъ много знаній, что онъ смѣло могъ бы добиваться какой угодно ученой степени въ Кэмбриджскомъ университетѣ.

-- Въ самомъ дѣлѣ!-- воскликнулъ съ удивленіемъ Доджсонъ.-- Я этого и не подозрѣвалъ. Я знаю, что онъ занимается дома, но не думалъ, что онъ такой образованный. Правда; что онъ иногда поражалъ меня своими рѣчами, мнѣ казалось, что онъ гораздо выше по развитію своихъ товарищей, но все таки онъ часто говоритъ такъ-же какъ они, неправильно и съ грамматическими ошибками.

Мертонъ улыбнулся.

-- Это одна изъ его особенностей,-- сказалъ онъ.-- Онъ ни за что не хочетъ отличаться отъ своихъ товарищей! ни въ чемъ, даже въ одеждѣ! Вы посмотрите, какъ онъ здѣсь одѣвается. Но когда онъ пріѣзжаетъ въ Бирмингемъ, то прежде чѣмъ придти ко мнѣ, онъ переодѣвается въ такой костюмъ, который принято носить въ обществѣ, и еслибъ вы слышали его, какъ онъ разговариваетъ съ первѣйшими образованными и учеными людьми въ Бирмингэмѣ, то вы были бы такъ-же поражены, какъ и они, обширностью его познаній и умомъ.

Джекъ въ самомъ дѣлѣ никогда не одѣвался въ Стокбриджѣ въ то платье, которое онъ носилъ въ Бирмингэмѣ. Узнавъ о пріѣздѣ Мертона и его дочери, онъ надѣлъ свой воскресный костюмъ, такой, какой носили всѣ его товарищи по праздникамъ, и отправился повидаться съ Мертонами.

Алиса, издали увидѣвъ его, вышла къ нему на встрѣчу.

-- А Джекъ, какъ вы поживаете?-- сказала она ему.-- Но что это вы съ собою сдѣлали? Что это за нарядъ? Я даже не узнала васъ въ первую минуту. Вы совсѣмъ настоящій рабочій.

Джекъ разсмѣялся.

-- Это мое воскресное платье, миссъ Мертонъ,-- отвѣчалъ онъ.-- Всѣ здѣсь такъ одѣваются.

-- Это правда,-- сказала Алиса, взглянувъ на другихъ углекоповъ.-- Но вѣдь вы можете лучше одѣваться, зачѣмъ же вы такъ одѣты?

-- Здѣсь я -- углекопъ и одѣваюсь такъ, какъ одѣваются всѣ углекопы -- мои товарищи, а въ домѣ вашего отца я -- гость и поэтому стараюсь не отличаться своимъ костюмомъ отъ прочихъ гостей,-- просто отвѣчалъ Джекъ.

-- Вы всегда дѣлаете по своему, мистеръ Симпсонъ, -- замѣтила Алиса съ оттѣнкомъ досады въ голосѣ!-- Вы самый неисправимый, самый упрямый...

-- Негодяй,-- подхватилъ улыбаясь Джекъ.

-- Я вовсе не это хотѣла сказать,-- возразила Алиса, смѣясь и краснѣя.-- Но... Джекъ, что это за дѣвушка, которая такъ пристально смотритъ на насъ? Вонъ тамъ, въ черномъ платьѣ и соломенной шляпѣ...

-- Это мой другъ, Нелли Гарди,-- отвѣчалъ Джекъ серьезно.

-- Знаю,-- вы мнѣ часто говорили о ней. Мнѣ очень хотѣлось видѣть ее. Послушайте, Джекъ, у нея очень красивое лицо, право! И какіе большіе черные глаза... Джекъ, вы непремѣнно должны познакомить меня съ нею, мнѣ такъ этого хочется.

-- Съ удовольствіемъ,-- отвѣчалъ Джекъ и повелъ Алису въ ту сторону, гдѣ стояла Нелли, но Нелли какъ только увидала, что онъ направляется къ ней, немедленно повернула назадъ и пошла къ дѣтямъ, которыя столпились на лугу, затѣвая какую-то игру. Джекъ послѣдовалъ за нею.

-- Нелли! Нелли!-- позвалъ онъ ее.-- Миссъ Мертонъ желаетъ съ тобою познакомиться. Иди сюда.

Нелли молча вернулась и подошла къ нему. Алиса ласково протянула ей руку.

-- Джекъ такъ много разсказывалъ мнѣ про васъ, что мнѣ непремѣнно захотѣлось познакомиться съ вами,-- сказала она.

Нелли недовѣрчиво посмотрѣла ей въ глаза, но открытое лицо Алисы, веселое и смѣлое выраженіе, свѣтившееся въ ея глазахъ, видимо произвели на Нелли хорошее впечатлѣніе; черты лица ея смягчились, и она застѣнчиво проговорила:

-- Вы очень добры, миссъ Мертонъ. Я также много слышала о васъ и тоже хотѣла васъ видѣть.

-- Я надѣюсь, что мы съ вами будемъ друзьями,-- сказала, улыбаясь, Алиса, -- и вы полюбите меня, хотя вы убѣжали, когда увидѣли, что мы идемъ къ вамъ.

-- Вы привыкли встрѣчаться съ людьми и заводить знакомства, а я нѣтъ,-- возразила Нелли.

-- Я думаю, когда вы узнаете меня лучше, то перестанете стѣсняться меня: Знаете ли, о чемъ мы только что говорили съ Джекомъ? Я удивлялась, что онъ такъ нарядился сегодня. Вотъ вы его другъ, вы-бъ его спросили, зачѣмъ онъ это сдѣлалъ.

Джекъ разсмѣялся, а Нелли взглянула на него съ удивленіемъ, не понимая, въ чемъ дѣло.

-- Я ничего не замѣчаю въ немъ особеннаго,-- сказала она.-- Онъ всегда бываетъ такъ одѣтъ.

-- Нѣтъ не всегда. Когда онъ пріѣзжаетъ къ намъ, то одѣвается какъ джентльменъ, и мнѣ странно видѣть его въ этой курткѣ. Онъ совсѣмъ не похожъ на Джека, котораго я привыкла видѣть въ нашей гостиной.

Нелли съ выраженіемъ упрека посмотрѣла на него.

-- Что это значитъ, Джекъ?-- спросила она.-- Ты никогда мнѣ не разсказывалъ о томъ, что въ Бирмингэмѣ ты одѣваешься иначе и вообще бываешь другой, а не такой, какъ здѣсь.

-- Не стоило объ этомъ говорить, -- замѣтилъ онъ спокойно и прибавилъ потомъ, улыбаясь:-- я не зналъ, что покрой платья имѣетъ такое значеніе.

-- Вовсе нѣтъ, Джекъ, -- отвѣтила съ живостью Нелли.-- Только мнѣ все таки было бы пріятнѣе, еслибъ я знала это раньше... Однако, мнѣ пора итти. Прощайте,-- сказала она, обращаясь къ Нелли.

-- Какое у нея славное лицо,-- сказала Алиса, когда Нелли удалилась.-- Только знаете что, Джекъ, мнѣ кажется, она меня не любитъ.

-- Не любитъ васъ!-- воскликнулъ Джекъ съ величайшимъ изумленіемъ.-- Съ чего вы это взяли? Она должна васъ любить уже за одно то, что вы были такъ добры ко мнѣ.

Послѣ этой встрѣчи Джекъ не видѣлся съ Нелли нѣсколько дней и только черезъ недѣлю, въ воскресенье, онъ позвалъ ее гулять съ собой. Гарри Шефердъ былъ нездоровъ и потому не пошелъ съ ними.

Джекъ и Нелли мирно разговаривали о разныхъ вещахъ и, наконецъ, когда они повернули домой, Нелли послѣ нѣкотораго молчанія вдругъ спросила:

-- Джекъ, скажи мнѣ, какъ ты находишь Алису Мертонъ?

-- Я ее очень люблю,-- отвѣчалъ Джекъ, не замѣчая, что Нелли смотритъ на него пытливыми глазами.-- Вѣдь я тебѣ часто говорилъ это.

-- Ты ее больше любишь, чѣмъ меня?

Джекъ даже остановился отъ удивленія.

-- Что это тебѣ пришло въ голову?-- воскликнулъ онъ.-- Ты вѣдь знаешь, что я люблю тебя и Гарри больше всѣхъ на свѣтѣ. Мы трое точно братья. Разумѣется, я очень хорошо отношусь къ Алисѣ Мертонъ. Но во всякомъ случаѣ она не можетъ быть такимъ другомъ для меня, какъ ты.

Нелли шла молча возлѣ него, потупивъ голову, потомъ вдругъ, даже не простившись съ нимъ, побѣжала домой. Джекъ былъ пораженъ. Никогда онъ не видѣлъ ее такой. Семь лѣтъ она была для него настоящею сестрой, такимъ же другомъ, какъ Гарри, и теперь ведетъ себя такъ странно съ нимъ, точно она на него обидѣлась.

Однако въ слѣдующій разъ, когда они снова встрѣтились, Нелли поздоровалась съ нимъ какъ ни въ чемъ не бывало. Ни одного намека не было сдѣлано ею на прошлое, и Джекъ тоже не заговаривалъ съ нею о ея непонятномъ поведеніи.

Черезъ недѣлю послѣ этого умеръ отецъ Нелли. Онъ уже давно былъ боленъ, и смерть его никого не удивила, но она вызвала перемѣну въ судьбѣ Нелли. Мать Нелли отъ пьянства давно уже лишилась способности къ какому бы то ни было труду, и Нелли нужно было теперь позаботиться о томъ, чтобы прокормить себя и ее. Мистеръ Доджсонъ и его жена приняли въ Нелли самое живое участіе.

-- Знаешь ли что,-- сказала мистриссъ Доджсонъ своему мужу,-- мнѣ кажется, Нелли Гарди могла бы замѣнить нашу помощницу, миссъ Больтонъ, которая уходитъ отъ насъ. Вѣдь Нелли очень хорошо училась и обладаетъ достаточными свѣдѣніями; притомъ же она прекрасно умѣетъ обращаться съ дѣтьми, они ее любятъ и слушаются.

-- А чтожъ, ты, пожалуй, права,-- отвѣтилъ Доджсонъ.-- Нелли можетъ быть прекрасною помощницей. Я завтра же поговорю объ этомъ съ Брукомъ.

На другой день, встрѣтивъ Нелли на улицѣ, мистриссъ Доджсонъ позвала ее къ себѣ.

-- Садись, милая, -- сказала ей мистриссъ Доджсонъ,-- я хочу сообщить тебѣ нѣчто, что вѣроятно тебя порадуетъ. Скажи мнѣ, какъ ты думаешь устроиться?

-- Я-то?.. Я рѣшила поступить на фабрику.

-- На фабрику? Вѣдь ты всегда говорила, что тебѣ очень не хочется идти туда.

-- Мало ли что! Конечно, мнѣ не хочется поступать на фабрику, но что же дѣлать? Я должна зарабатывать хлѣбъ и содержать мать. Вѣдь она совсѣмъ безпомощная! Я бы могла, конечно, поступить на какое нибудь мѣсто, но мнѣ не хочется бросать мать на руки совсѣмъ чужихъ людей. Я бы хотѣла жить вмѣстѣ съ нею.

-- Это дѣлаетъ тебѣ честь, Нелли. Но мнѣ кажется, я могу предложить тебѣ нѣчто такое, что будетъ для тебя удобнѣе и пріятнѣе поступленія на фабрику. Ты. вѣроятно, слышала, что наша помощница миссъ Больтонъ оставляетъ насъ?

-- Да, я слышала объ этомъ.

-- Она уѣзжаетъ черезъ двѣ недѣли, и ея мѣсто должно быть кѣмъ-нибудь занято. Такъ вотъ по рекомендаціи моей и моего мужа мистеръ Брукъ назначилъ на это мѣсто миссъ Нелли Гарди.

-- Какъ! меня?-- вскричала Нелли съ неописаннымъ изумленіемъ.-- О, мистриссъ Доджсонъ, этого быть не можетъ!

-- Это такъ, Нелли. Ты вела себя хорошо во всѣхъ отношеніяхъ и, несмотря на свои юные годы, пользуешься всеобщимъ уваженіемъ въ Стокбриджѣ. Я замѣтила, что дѣти любятъ тебя и слушаются. Теперь ты можешь хорошо устроиться вмѣстѣ съ твоею несчастною матерью въ томъ домикѣ, гдѣ жила мистриссъ Больтонъ. Кромѣ того ты можешь и далѣе продолжать учиться и современемъ можешь сдѣлаться начальницей школы.

Нелли была такъ взволнована, что не могла выговорить ни слова. Неужели это правда? Ей все это казалось сномъ. Мистриссъ Доджсонъ, видя ея волненіе, ласково обняла ее.

-- О, какъ мнѣ благодарить васъ!-- вскричала Нелли.

-- За что тутъ благодарить,-- замѣтила мистриссъ

Доджсонъ, улыбаясь и стараясь успокоить взволнованную дѣвушку.-- Вѣдь мнѣ нужна была помощница, и я думаю, что ты оправдаешь довѣріе, которое тебѣ оказывается. Я полагаю, что ты согласна принять предлагаемое тебѣ мѣсто и передашь это Бруку. Ты будешь получать тридцать фунтовъ {Около 300 руб.} въ годъ жалованія и будешь имѣть свой собственный маленькій коттэджъ {Коттэджъ -- отдѣльный домикъ.}. Врядъ ли на фабрикѣ ты могла бы больше заработать.

-- О, не въ этомъ дѣло!-- воскликнула Нелли, улыбаясь сквозь слезы.-- Конечно, я согласна. Мнѣ такъ не хотѣлось поступать на фабрику, но выбора не было.

Нелли, не помня себя отъ счастья, отправилась домой. Когда Джекъ возвращался съ работы въ этотъ день, то онъ увидѣлъ за угломъ заводскаго забора Нелли, которая стояла и поджидала его тутъ, какъ бывало въ прежніе годы. Онъ только одинъ разъ видѣлъ ее на похоронахъ ея отца, но не разговаривалъ съ нею, а только съ чувствомъ пожалъ ей руку. Онъ отъ души жалѣлъ бѣдняжку. Хотя отецъ Нелли былъ пьяница и подчасъ очень дурно обращался съ нею, даже билъ ее подъ пьяную руку, но все-таки смерть его была для нея большимъ горемъ. Все дурное было забыто, и Нелли помнила только, что онъ былъ ея отецъ, что онъ зарабатывалъ для нея кусокъ хлѣба и все-таки по своему любилъ ее. Теперь она была одинока съ несчастною старухою матерью на рукахъ. Джекъ все это отлично понималъ, и будущность Нелли очень озабочивала его. Онъ часто заговаривалъ о ней со своимъ другомъ Гарри Шефердомъ, ужасаясь мысли, что ей придется идти въ услуженіе или на фабрику; но не могъ ничего другого придумать.

-- Еслибъ она была мальчикомъ,-- говорилъ онъ обыкновенно,-- ее нетрудно было бы устроить. Я и теперь могъ бы предложить ей денегъ на первое время, она могла бы выучиться швейному дѣлу и открыть потомъ здѣсь мастерскую, но я не смѣю и заговорить съ нею объ этомъ, не смѣю предложить ей платить за ея ученіе. Она ни за что не возьметъ отъ меня денегъ.

Мысль о будущности Нелли не давала Джеку покоя, и онъ все-таки рѣшилъ поговорить съ ней и предложить свою помощь. Онъ очень обрадовался, увидѣвъ ее за угломъ, и уже приготовился сообщить ей свои планы, когда она воскликнула:

-- Ахъ, Джекъ, что я тебѣ разскажу! Ты ничего не слышалъ, ничего, что меня касается?

-- Ничего,-- отвѣчалъ Джекъ.

-- Въ самомъ дѣлѣ?

-- Въ самомъ дѣлѣ.

-- Я получаю мѣсто школьной учительницы!

-- Не можетъ быть!... О, Нелли, неужели это правда? Какъ я радъ! А мы то съ Гарри цѣлую недѣлю ломали себѣ голову, какъ бы тебя устроить.

-- Что же вы для меня придумали?-- смѣясь,-- спросила Нелли, чувствовавшая себя очень счастливой въ эту минуту:

-- Мы думали, что ты можешь обучиться ремеслу портнихи и потомъ открыть мастерскую.

-- Что-жъ, это было бы недурно,-- замѣтила Нелли.-- Пожалуй, я бы попробовала это дѣло, еслибъ мнѣ не улыбнулось счастье. Но теперь...-- Скажи, Джекъ, неужели ты ничего не слыхалъ о томъ, что мистриссъ Доджсонъ предложила назначить меня на мѣсто миссъ Больтонъ? Я думала сначала, что это ты внушилъ ей эту мысль. Вѣдь ты всегда внушаешь всѣмъ разныя хорошія мысли.

-- Нѣтъ, честное слово, мнѣ это и въ голову не приходило.

-- Я очень рада.

-- Почему? Развѣ тебѣ было бы непріятно, еслибъ я о тебѣ позаботился, Нелли?

-- И да и нѣтъ. Впрочемъ скорѣе да, чѣмъ нѣтъ. Я и такъ всѣмъ тебѣ обязана. Ты сдѣлался моимъ другомъ, училъ меня, и я отлично понимаю, что именно благодаря тебѣ, твоему хорошему вліянію, твоей дружбѣ и твоимъ совѣтамъ, я стала такой, какая я теперь. Вѣдь я росла безъ всякаго призора, словно дерево въ лѣсу. Дома я получала только колотушки. Никто обо мнѣ не заботился, не обращалъ на меня вниманія. Знаешь ли, теперь мнѣ семнадцать лѣтъ, и я съ ужасомъ иногда думаю, что бы со мною было, если бы не ты... Джекъ, я никогда не говорила тебѣ этого, но я такъ благодарна, такъ безконечно благодарна тебѣ!... Но теперь!... теперь мнѣ хотѣлось бы быть чѣмъ-нибудь обязанной самой себѣ, и я рада, что ты не говорилъ обо мнѣ ни слова мистриссъ Доджсонъ, а что она сама признала меня достойной занять это мѣсто.

Въ голосѣ Нелли звучала глубокая искренность, а въ глазахъ ея блестѣли слезы. Джекъ былъ смущенъ, ему хотѣлось сказать Нелли что-нибудь пріятное, ласковое, но онъ не находилъ словъ. Послѣ минутнаго молчанія онъ сказалъ:

-- Я очень радъ, Нелли. Ну а теперь,-- прибавилъ онъ, снимая шляпу и шутливо раскланиваясь передъ изумленной Нелли,-- я не смѣю больше называть васъ такъ, миссъ Гарди! Вы -- госпожа учительница, а я простой углекопъ, но я надѣюсь, что вы не будете слишкомъ важничать и задирать носъ передъ старыми друзьями.

-- Ха! ха! ха!-- расхохоталась отъ души Нелли.-- Какъ это смѣшно, что ты называешь меня: миссъ Гарди! Погоди, Джекъ, я теперь еще только помощница, но буду учиться и работать и современемъ сдѣлаюсь начальницей, какъ мистриссъ Доджсонъ. Что-то ты скажешь тогда?... Но Джекъ,-- прибавила она, вдругъ дѣлаясь серьезной -- я убѣждена, что ты достигнешь высокаго положенія, ты не останешься простымъ углекопомъ, и тогда... Впрочемъ, Джекъ, я увѣрена, что мы будемъ всегда друзьями, неправда ли?

-- Всегда,-- отвѣчалъ Джекъ съ чувствомъ.-- Чѣмъ бы ни сдѣлалась ты, чѣмъ бы ни сдѣлался Джекъ Симпсонъ впослѣдствіи,-- отношенія между нами не могутъ измѣниться. Никогда моя собственная удача не могла бы меня такъ обрадовать, какъ это извѣстіе о томъ, что тебѣ улыбнулось счастье! Ты кому-нибудь говорила объ этомъ, Нелли?

-- Никому. Ты первый долженъ былъ услышать объ этомъ.

-- А Гарри? Онъ вѣдь тоже очень порадуется за тебя.

-- Да, отвѣчала Нелли равнодушно.-- Я знаю, что онъ обрадуется. Онъ славный малый.

Джекъ посмотрѣлъ на нее. Онъ въ первый разъ почувствовалъ, что Нелли далеко не такъ относится къ Гарри, какъ къ нему, но ничего не сказалъ.


## ГЛАВА XVIII. Взрывъ въ копяхъ Вогана.


Прошло два года. Однажды утромъ, въ прекрасный солнечный день, мистеръ Брукъ подъѣхалъ въ своемъ шарабанѣ къ зданію копей Вогана. Съ нимъ сидѣли два господина, одинъ былъ окружной фабричный инспекторъ, а другой его новый помощникъ, котораго инспекторъ привезъ съ собою,-- чтобы познакомить съ его обязанностями.

-- Я очень жалѣю, что Томпсонъ, мой главный управляющій, уѣхалъ сегодня въ городъ,-- сказалъ Брукъ, обращаясь къ инспектору.-- Еслибъ я зналъ, что вы пріѣдете, я бы задержалъ его на одинъ день. Онъ бы проводилъ васъ но всѣмъ галлереямъ шахты. Что Вильямсъ здѣсь?-- спросилъ Брукъ, обращаясь къ сторожу, наблюдавшему за движеніями клѣти, въ которой углекопы опускались въ шахту.

Вильямсъ былъ главный смотритель подземныхъ работъ.

-- Нѣтъ,-- отвѣчалъ сторожъ,-- Онъ вышелъ съ полчаса тому назадъ. Внизу находится надсмотрщикъ Тоткинсъ.

-- Значитъ, онъ проводитъ васъ,-- сказалъ Брукъ, обращаясь къ пріѣзжимъ.-- Эдакая досада, что Томпсона нѣтъ. Не хотите ли, господа, взглянуть на планъ шахты, прежде чѣмъ спуститься. Что контора Томпсона открыта?

-- Открыта.

Брукъ направился къ конторѣ, находившейся у входа въ шахту.

-- Это что?-- воскликнулъ онъ, открывая дверь и увидя какого то молодого человѣка, снимавшаго копію у стола,-- Кто вы такой?

-- Джекъ Симпсонъ,-- отвѣчалъ молодой человѣкъ, вставая.-- Я работаю внизу, сударь, но когда я назначаюсь въ ночную смѣну, то мистеръ Томпсонъ разрѣшаетъ мнѣ помогать ему днемъ въ его работахъ.

-- А, я васъ помню,-- сказалъ Брукъ, сразу припоминая, съ кѣмъ онъ имѣетъ дѣло.-- Ну-ка покажите мнѣ, что вы тамъ дѣлаете. Какъ вы думаете, господа, похоже это на работу простого углекопа?-- сказалъ онъ, обращаясь къ своимъ спутникамъ и показывая имъ прекрасно выполненный чертежъ.

Инспекторъ; мистеръ Гардинжъ, съ удивленіемъ посмотрѣлъ на молодого углекопа, скромно стоявшаго возлѣ стола, но державшаго себя съ большимъ достоинствомъ.

-- Этотъ углекопъ и говоритъ и держитъ себя совсѣмъ не такъ, какъ другіе рабочіе, замѣтилъ онъ про себя.

-- Вы давно помогаете мистеру Томпсону?-- спросилъ онъ Джека,

-- Вѣроятно уже болѣе трехъ лѣтъ,-- отвѣтилъ за него Брукъ. Джекъ взглянулъ на него съ недоумѣніемъ.

-- Не удивляйтесь, голубчикъ, замѣтилъ ему Брукъ, смѣясь.-- Я говорю: около трехъ лѣтъ, потому что именно съ этихъ поръ я сталъ замѣчать большую перемѣну въ отчетахъ управленія копей. Меня удивило это тогда, но теперь я понимаю, въ чемъ дѣло. Вы работаете въ той же галлереѣ, гдѣ и Билль Гаденъ?

-- Да, сударь, только въ другомъ направленіи. Онъ работаетъ все съ тѣмъ же товарищемъ, который заступилъ мѣсто моего покойнаго отца. Ну, а я работаю съ Гарвелемъ.

-- Ну, покажите-ка намъ планы копей.

Оба инспектора наклонились надъ столомъ, разсматривая планы и изрѣдка обращаясь съ вопросами къ Бруку.

Джекъ уже приготовился выйти изъ комнаты, когда Брукъ сдѣлалъ ему знакъ, чтобы онъ остался.

-- Какова величина трубы, черезъ которую вы накачиваете воздухъ въ копи?-- спросилъ вдругъ инспекторъ, обращаясь къ Бруку.

-- Восемь футъ,-- отвѣчалъ тотъ.

-- А знаете ли вы, сколько тысячъ кубическихъ футъ воздуха вы пропускаете черезъ нее въ минуту?

Брукъ отрицательно покачалъ головой; онъ вообще предоставлялъ своему главному управляющему, инженеру, вѣдать все, что касается устройства копей, а самъ ни во что не вмѣшивался и ничего не зналъ. Мистеръ Гардинжъ, задавая свой вопросъ, случайно взглянулъ на Джека, и тотъ, думая, что вопросъ обращенъ къ нему, отвѣчалъ:

-- Около восьми тысячъ футъ въ минуту.

-- А вы откуда знаете?-- спросилъ его Гардинжъ.

-- Я вычислилъ.

-- Вы дѣлаете свои вычисленія въ умѣ?

-- Да.

-- Удивительно. Ну а скажите, можете вы, напримѣръ, сдѣлать въ умѣ извлеченіе кубическаго корня изъ какого нибудь числа?

-- Могу.

-- Ну такъ скажите мнѣ кубическій корень изъ 999,888,777.

Джекъ закрылъ глаза, подумалъ съ минуту и далъ отвѣтъ, который поразилъ своею точностью Гардинжа, провѣрившаго тотчасъ же отвѣтъ Джека вычисленіями на бумагѣ.

-- Поразительно, -- воскликнулъ онъ.-- Вѣдь мнѣ нужно было по крайней мѣрѣ десять минутъ, чтобы вычислить это на бумагѣ.

-- Я привыкъ дѣлать вычисленія въ умѣ,-- отвѣчалъ Джекъ.-- Я занимался этимъ съ десятилѣтняго возраста, когда въ первый разъ спустился въ шахту и долженъ былъ сидѣть въ темнотѣ.

-- Молодецъ! воскликнулъ Гардинжъ.-- Ну, а далеко ли вы дошли въ математикѣ?

-- Я дошелъ до дифференціальнаго исчисленія, отвѣчалъ Джекъ.-- Это было два года тому назадъ. Но мистеръ Мертонъ сказалъ мнѣ, чтобы я занялся лучше механикой. Тогда я бросилъ математику и сталъ заниматься другими предметами.

Всѣ трое съ удивленіемъ переглянулись. Они никакъ не ожидали встрѣтить такія обширныя познанія у простого углекопа, который по своему костюму ничѣмъ не отличался отъ другихъ, но разговаривалъ и вообще держалъ себя какъ настоящій образованный человѣкъ.

-- Ну, мы объ этомъ еще поговоримъ потомъ,-- сказалъ Гардинжъ.-- А теперь спустимся въ шахту. Этотъ молодой человѣкъ навѣрное можетъ быть нашимъ проводникомъ, неправда ли, мистеръ Брукъ? Только знаете ли, я долженъ вамъ искренно сознаться, что, какъ мнѣ кажется, устройство вашихъ копей оставляетъ желать многаго. Судя по этому плану, вентиляція копей устроена плохо, вы какъ думаете?-- прибавилъ онъ, обращаясь къ Джеку.

-- Я не инженеръ,-- отвѣтилъ скромно Джекъ.-- Мое мнѣніе не можетъ имѣть значенія.

-- Ну а все таки?-- спросилъ его Брукъ.-- Я хочу знать, что вы думаете объ этомъ? Скажите мнѣ, какъ бы вы устроили вентиляцію копей, еслибъ вы были здѣсь главнымъ инженеромъ?

Джекъ, сначала съ смущеніемъ, а затѣмъ все съ большимъ и большимъ воодушевленіемъ началъ излагать свой планъ устройства копей. Брукъ и Гардинжъ слушали его съ большимъ вниманіемъ и нѣсколько разъ многозначительно переглядывались другъ съ другомъ. Когда онъ кончилъ, Гардинжъ сказалъ ему:

-- Надо сознаться, что вы хорошо обдумали это дѣло... Однако, не пора ли намъ спуститься въ копи?

-- Пора,-- отвѣчалъ Брукъ. Онъ предложилъ своимъ гостямъ надѣть кожаный костюмъ рудокоповъ и вооружиться лампочкою Дэви. Въ комнатѣ рядомъ съ конторой Томпсона висѣло нѣсколько такихъ костюмовъ для посѣтителей, желающихъ спуститься въ копи.

Джекъ отправился впередъ и ждалъ Брука съ его гостями у клѣти.

-- Этотъ молодой углекопъ поразительно уменъ и образованъ,-- сказалъ Гардинжъ, обращаясь къ Бруку.

-- Вы замѣтили, какъ онъ разговариваетъ?

-- Да,-- отвѣчалъ Брукъ.-- Я помню его съ дѣтскихъ лѣтъ. Онъ уже тогда отличался необыкновеннымъ прилежаніемъ. Мнѣ школьный учитель разсказывалъ про него. Онъ самоучка и все свободное время учился. Когда онъ былъ еще мальчикомъ, онъ спасъ жизнь своему товарищу; который упалъ въ старую шахту. Вообще его всѣ хвалятъ. Мнѣ говорили, что онъ пользуется большимъ вліяніемъ на товарищей, и благодаря ему они посѣщаютъ вечерніе курсы, устроенные учителемъ. Онъ устроилъ здѣсь клубъ, библіотеку...

-- Совсѣмъ необыкновенный юноша,-- согласился Гардинжъ...-- Но знаете ли, изъ его разсказа о томъ, какъ должны быть переустроены копи для большей безопасности, я вынесъ такое впечатлѣніе, что вашимъ копямъ грозитъ рано или поздно страшный взрывъ вслѣдствіе ихъ плохого устройства.

-- До сихъ поръ насъ Богъ миловалъ,-- отвѣчалъ Брукъ,-- но я думаю, дѣйствительно, надо будетъ сдѣлать кое-какія улучшенія; я поговорю объ этомъ съ инженерами.

На другой день, проводивъ своихъ гостей, переночевавшихъ у него, въ Бирмингэмъ, Брукъ заѣхалъ къ Мертону, которому разсказалъ о томъ, какъ удивилъ его Джекъ Симпсонъ своими познаніями въ инженерномъ искусствѣ. Мертонъ былъ въ восторгѣ, что Брукъ похвалилъ его ученика.

-- Вы и не подозрѣваете, какой это удивительный человѣкъ, этотъ Джекъ Симпсонъ!-- воскликнулъ Мертонъ.-- Сколько онъ проявлялъ энергіи, силы характера и настойчивости даже въ дѣтскомъ возрастѣ! Онъ не переставалъ учиться съ десятилѣтняго возраста и продолжаетъ читать и учиться до сихъ поръ. Онъ всего достигъ собственными силами... Знаете ли вы,-- прибавилъ онъ послѣ минуты молчанія,-- что тотъ таинственный незнакомецъ, который спасъ отъ разрушенія машины копей, разогнавъ толпу обезумѣвшихъ рабочихъ струею холодной воды, былъ Джекъ Симпсонъ. Я вамъ выдаю его тайну, которую онъ упорно скрываетъ столько лѣтъ. Я былъ пораженъ находчивостью и смѣлостью мальчика, не побоявшагося противостоять цѣлой толпѣ и воодушевленнаго мыслью, что эти люди сами себя обрекутъ на страшныя бѣдствія, затопивъ копи и прекративъ въ нихъ работу на долгое время. Джекъ Симпсонъ хотѣлъ спасти ихъ помимо ихъ воли отъ той участи, которая ихъ ожидала, и ни на минуту не поколебался рисковать своею жизнью, какъ не задумался ею рискнуть тогда, когда ему было десять лѣтъ и онъ спустился въ шахту, чтобы спасти своего товарища.

-- Мертонъ, зачѣмъ вы раньше не разсказали мнѣ этого!-- вскричалъ Брукъ.-- Мнѣ просто стыдно подумать, что я до сихъ поръ ничего не сдѣлалъ для этого необыкновеннаго юноши, не помогъ ему выбраться на дорогу... Я подарилъ ему тогда золотую цѣпочку за спасеніе товарища, когда онъ былъ мальчуганомъ, и потомъ забылъ о немъ. Я слышалъ затѣмъ отъ школьнаго учителя, вашего преемника, о его дѣятельности, объ открытіи клуба и т. п. Но, правду сказать, не обратилъ на это особеннаго вниманія. Надо было поощрить его и назначить на лучшее мѣсто.

-- Онъ не нуждался въ поощреніи, -- замѣтилъ Мертонъ.-- Онъ читалъ и учился для того, чтобы сдѣлаться образованнымъ человѣкомъ, но когда я говорилъ ему о томъ, что онъ можетъ бросить ремесло углекопа и съ его способностями и знаніями добиться высокаго положенія въ свѣтѣ -- я уговаривалъ его готовиться къ поступленію въ университетъ,-- то онъ отвѣтилъ мнѣ на это, что хочетъ изучить ремесло углекопа не только механически, какъ всѣ его товарищи, но и научнымъ образомъ. Затѣмъ онъ сказалъ мнѣ еще, что не хочетъ разставаться со своими товарищами.-- "Здѣсь я могу быть полезенъ гораздо болѣе, нежели гдѣ либо въ другомъ мѣстѣ", говорилъ онъ, и я не могъ не согласиться съ нимъ, такъ какъ знаю, что онъ оказываетъ удивительно благодѣтельное вліяніе на своихъ товарищей: благодаря ему молодые углекопы стали вести себя приличнѣе, не пьянствуютъ, не буянятъ, а читаютъ книги и занимаются. Джекъ Симпсонъ -- положительно добрый геній Стокбриджа.

-- Что бы я могъ сдѣлать для него? Что вы мнѣ посовѣтуете, мистеръ Гардинжъ?-- спросилъ Брукъ инспектора, который вмѣстѣ съ нимъ поѣхалъ къ Мертону.

-- Я бы на вашемъ мѣстѣ назначилъ его смотрителемъ и поручилъ бы ему, главнымъ образомъ завѣдывать вентиляціей копей,-- отвѣтилъ Гардинжъ.-- Я нахожу, что вамъ необходимо произвести большія преобразованія въ копяхъ, но пока вы соберетесь это сдѣлать, вамъ не мѣшаетъ имѣть постоянно въ копяхъ такого знающаго и добросовѣстнаго человѣка, какъ Джекъ Симпсонъ, который ужъ, конечно, не пропуститъ ни одной погрѣшности и будетъ слѣдить за дѣйствіемъ машинъ и за провѣтриваніемъ копей съ большимъ вниманіемъ. Но, разумѣется, вы должны отдать распоряженіе, чтобы всѣ надсмотрщики въ копяхъ оказывали ему во всемъ поддержку и главный управляющій не дѣлалъ бы ему никакихъ препятствій.-- Впрочемъ, этотъ послѣдній лучше другихъ въ состояніи судить о знаніяхъ и способностяхъ Симпсона, такъ какъ Симпсонъ давно уже помогаетъ ему въ работахъ.

Никогда еще углекопы не были такъ изумлены, какъ въ тотъ день, когда состоялось назначеніе Джека Симпсона на должность "уполномоченнаго смотрителя", со спеціальною обязанностью наблюдать за вентиляціей. На эту должность обыкновенно назначали опытныхъ углекоповъ, пользующихся особенно хорошею репутаціей и полнымъ довѣріемъ начальства, поэтому всѣ были несказанно удивлены, что такой молодой углекопъ, какъ Джекъ Симпсонъ удостоился такого отличія. Въ тотъ день въ Стокбриджѣ только и было толковъ, что объ этомъ назначеніи, и конечно, нашлось не мало недовольныхъ, такъ какъ многимъ казалось унизительнымъ быть до нѣкоторой степени подъ начальствомъ такого юноши. Но молодые товарищи Джека съ восторгомъ встрѣтилй эту новость.

Главная обязанность Джека состояла теперь въ томъ, чтобы передъ началомъ работъ, пока еще люди не спустились въ копи, обойти всѣ галлереи шахты и осмотрѣть, не скопились ли гдѣ-нибудь вредные газы въ теченіе ночи и хорошо ли дѣйствуетъ вентиляція. Обыкновенно смотритель выбиралъ себѣ помощника, съ которымъ и дѣлалъ свой обходъ. Джекъ выбралъ Гарри Шеферда.

Скопленія газа бываютъ замѣтны для простого глаза въ видѣ облачка, напоминающаго легкій дымъ или туманъ. Если скопленіе небольшое, то газъ легко разсѣять, размахивая пустыми мѣшками и вызывая такимъ образомъ движеніе воздуха. При большихъ скопленіяхъ конечно, такой способъ не годится, и тогда смотритель отдаетъ распоряженіе пріостановить работы и не пускать рабочихъ въ кони, а самъ пробуетъ разсѣять газъ уже болѣе энергичными средствами и производитъ усиленное провѣтриваніе копей.

-- Какъ жутко,-- сказалъ Гарри Шефердъ Джеку, когда онъ въ первый разъ отправился съ нимъ въ обходъ.-- Подумать только, что мы тутъ съ тобою одни подъ землей!

-- Пустяки,-- возразилъ Джекъ.-- Вспомни только, что ты испыталъ, когда въ первый разъ спустился въ копи и долженъ былъ сидѣть въ темнотѣ. Тогда было хуже. Притомъ же мы съ тобою вдвоемъ подвергаемся здѣсь гораздо меньшей опасности, чѣмъ когда всѣ галлереи наполнены углекопами. Ты вѣдь знаешь ихъ привычки. Какія бы строгія правила ни были изданы начальствомъ коней, углекопы все таки тайкомъ открываютъ свои лампочки и закуриваютъ свои трубки. А это очень опасно.

Брукъ подъ впечатлѣніемъ словъ Гардинжа о небезопасности копей призвалъ главнаго инженера и поручилъ ему произвести необходимое переустройство копей. При этомъ онъ сказалъ ему о Симпсонѣ и совѣтовалъ обратить особенное вниманіе на этого углекопа, который можетъ быть очень полезенъ ему своими знаніями!

Однажды вечеромъ Джекъ, вернувшись домой съ работы вмѣстѣ со своимъ пріемнымъ отцомъ, сказалъ ему:

-- Меня безпокоитъ новая галлерея, гдѣ производятся работы. Тамъ постоянно скопляется газъ. Я жду, не дождусь, когда у насъ вентиляція будетъ приведена въ порядокъ. Я уже говорилъ нашему инженеру объ этомъ.

-- Да, да, тамъ газъ выходитъ изъ всѣхъ щелей,-- я самъ замѣтилъ это,-- согласился Билль Гаденъ, отхлебывая чай изъ стакана.-- Тамъ, гдѣ я работаю, тамъ нѣтъ газа, а вотъ гдѣ Питеръ Джонсъ -- подчасъ ясно слышно, какъ газъ со свистомъ вырывается изъ отверстій.

-- Черезъ двѣ недѣли все будетъ приведено въ порядокъ. Вотъ увидишь, отецъ, какія у насъ произойдутъ перемѣны. Копи находятся въ очень дурномъ состояніи, и я боюсь взрыва.

-- Ты такъ много думаешь теперь объ этомъ только потому, что на тебѣ лежитъ отвѣтственность. А я вотъ такъ нисколько не боюсь. Сколько уже лѣтъ мы работаемъ въ этихъ копяхъ, а взрыва не было.

-- Да, но онъ можетъ произойти каждую минуту. Я хотѣлъ бы, чтобы люди не курили внизу. Они словно не понимаютъ, что рискуютъ своею жизнью.

Билль Гаденъ ничего не сказалъ на это. Онъ самъ постоянно нарушалъ правила и любилъ покурить трубочку во время работы. Джеку это хорошо было извѣстно.

-- Я не говорю уже о томъ, что человѣкъ рискуетъ своею собственною жизнью изъ за удовольствія покурить, -- продолжалъ Джекъ, -- но вѣдь онъ рискуетъ жизнью и всѣхъ своихъ товарищей. Подумать только! Изъ за одной какой-нибудь трубки столько вдовъ и сиротъ пойдутъ по міру. Какая польза во всѣхъ нашихъ предосторожностяхъ, когда одинъ упрямый углекопъ, не желающій соблюдать правила, можетъ въ одну минуту похоронить подъ землею сотни людей!

Биллъ Гаденъ ничего не возражалъ на это и молча пилъ чай. Онъ сознавалъ, что "мальчикъ" -- онъ такъ называлъ Джека -- правъ, но съ другой стороны -- развѣ можно отказаться отъ трубки? Это была бы слишкомъ большая жертва. Вѣдь курили же до сихъ поръ, и ничего не случалось. Впрочемъ, оно понятно, что Джекъ преувеличиваетъ опасность. Онъ молодъ, а отвѣтственность на немъ лежитъ большая.

Спустя три дня послѣ этого разговора Джекъ, верпувшись съ обхода въ десять часовъ утра, зашелъ какъ обыкновенно въ свою контору, чтобы съѣсть свой завтракъ и записать въ журналъ о состояніи копей. Въ окно онъ увидалъ, что Брукъ и помощникъ управляющаго направляются къ спуску въ копи. Джекъ усѣлся за письменный столъ и, раскрывъ журналъ, началъ писать. Прошло съ полчаса времени, какъ вдругъ раздался страшный грохотъ, стекла въ окнѣ зазвенѣли и осколки полетѣли на полъ...

Джекъ выскочилъ на дворъ и увидѣлъ, что изъ отверстія колодца копей валитъ густой дымъ и во всѣ стороны летятъ куски угля и щепки. Онъ понялъ, что его худшія опасенія оправдались: въ копяхъ произошелъ взрывъ!


## ГЛАВА XIX. Смертельная опасность.


Въ первое мгновеніе Джекъ такъ былъ ошеломленъ, что не могъ пошевелиться. Онъ сразу сообразилъ величину несчастія. Ему было извѣстно, что подъ землею находятся около трехсотъ человѣкъ,-- взрослыхъ мужчинъ и мальчиковъ, и морозъ пробѣжалъ у него по кожѣ, когда онъ подумалъ объ ихъ участи. Совладавъ съ своимъ волненіемъ, онъ побѣжалъ къ отверстію колодца. У подъемной машины никого не было; машинистъ былъ отброшенъ взрывомъ на разстояніе нѣсколькихъ шаговъ и лежалъ безъ чувствъ. Джекъ встрѣтилъ двухъ углекоповъ, которые прибѣжали также какъ онъ, заслышавъ взрывъ. Лица ихъ были блѣдны, какъ смерть.

Дымъ пересталъ валить изъ отверстія шахты. Внизу все смолкло. Казалось, тамъ наступила гробовая тишина.

Джекъ бросился къ домику, гдѣ находились машины, накачивающія воздухъ въ копи и насосы.

И тамъ машинистъ лежалъ почти безъ чувствъ.

-- Джонъ, что съ вами? Вы ушиблись?-- спросилъ его Джекъ, подбѣжавъ къ нему.

-- Кажется, нѣтъ,-- отвѣчалъ тотъ, смертельно испуганный.

-- Ну, такъ постарайтесь встать. Прежде всего мы должны убѣдиться, цѣла ли воздуходувная машина. Мнѣ кажется, взрывъ произошелъ въ верхней шахтѣ. Пустите машину, и мы посмотримъ, какъ работаютъ вентиляторы и куда проходитъ воздухъ.

Джонъ съ трудомъ всталъ со своего мѣста и направился къ машинѣ.

-- Откройте клапанъ. Пустите больше пара!-- командовалъ Джекъ.

Послѣ нѣсколькихъ неудачныхъ попытокъ машина начала работать.

-- Теперь посмотримъ, звонитъ ли сигнальный колоколъ,-- сказалъ Джекъ, берясь за проволоку, посредствомъ которой приводился въ движеніе колоколъ внизу, въ шахтѣ. Въ отвѣтъ долженъ былъ прозвучать другой колоколъ, висѣвшій надъ головою Джека.

-- Ни звука!-- воскликнулъ Джекъ.-- Должно быть проволока порвана.

Джекъ снова отправился къ отверстію шахты, у котораго теперь столпились углекопы, находившіеся во время взрыва надъ землей. Всѣ они были блѣдны и и взволнованы.

-- Я теперь спущусь внизъ,-- сказалъ Джекъ, обращаясь къ нимъ.-- Не пойдетъ ли кто нибудь со мной? Мы можемъ найти вблизи входа товарищей, которымъ нужна немедленная помощь. Но я не хочу, чтобы со мною въ шахту спустились семейные люди. Вы вѣдь знаете, что каждую минуту можетъ опять произойти взрывъ.

-- Я пойду съ тобой,-- сказалъ одинъ изъ углекоповъ, выходя впередъ.-- Я совсѣмъ одинокій.

-- Я тоже,-- сказалъ другой.-- Останусь ли я живъ или нѣтъ, ни для кого это не важно. Я пойду съ тобой.

Джекъ взялъ три безопасныя лампочки и роздалъ двѣ углекопамъ, а третью взялъ самъ. Они влѣзли въ клѣть, и Джекъ сдѣлалъ знакъ сторожу пустить колесо.

Колесо завертѣлось.

-- Спускай ниже,-- крикнулъ Джекъ.-- Поосторожнѣй, не торопись и жди сигнала.

Клѣть въ три минуты достигла дна шахты, но эти три минуты показались углекопамъ вѣчностью. Углекопы знали, что каждую минуту можно ожидать новаго взрыва и что они могутъ быть разорваны на клочки и выброшены изъ отверстія шахты. Ни одного слова не было вымолвлено, пока клѣть не коснулась дна шахты. Тогда у всѣхъ троихъ невольно вырвалось восклицаніе: "Слава Богу!"

-- Пойдемте теперь прямо по главному корридору шахты,-- сказалъ Джекъ.

Не успѣли они отойти нѣсколько шаговъ, какъ уже наткнулись на тѣла двухъ людей, лежавшихъ на днѣ корридора.

-- Стой!-- крикнулъ Джекъ, нагнувшись надъ тѣлами углекоповъ и освѣщая ихъ своею лампой.-- Оба умерли, -- сказалъ онъ черезъ минуту -- мы ничего не можемъ сдѣлать для нихъ. Идемте дальше, товарищи.

Нѣсколько поодаль лежали опрокинутыя телѣжки, нагруженныя углемъ, и мертвая лошадь и ея погонщикъ -- мальчикъ, тоже мертвый. Затѣмъ они дошли до первой двери. Впрочемъ, двери уже не существовало, а только одни остатки ея; а въ нишѣ, на грудѣ обломковъ лежалъ мальчикъ-привратникъ. Джекъ нагнулся надъ нимъ.

-- Онъ живъ,-- сказалъ онъ.-- Отнесите его въ клѣть, а я пойду осмотрю дальше, не найду ли еще кого-нибудь, Только тутъ мы и можемъ надѣяться найти кого-нибудь въ живыхъ. Тамъ, внизу, конечно, всѣ погибли. Но торопитесь. Смотрите, газъ начинаетъ проникать внутрь лампы, тутъ небезопасно.

Углекопы подняли безчувственнаго мальчика и понесли. Джекъ осмотрѣлся кругомъ и потомъ пошелъ вслѣдъ за ними. Онъ уже собирался повернуть въ боковую шахту, чтобы осмотрѣть ее, какъ вдругъ почувствовалъ словно дуновеніе воздуха.

-- Скорѣе ложитесь внизъ лицомъ!-- крикнулъ онъ углекопамъ и самъ, отпрыгнувъ въ сторону отъ перекрестка, у котораго стоялъ, бросился на землю. Раздался сильный грохотъ, напоминающій раскаты грома, затѣмъ блеснулъ ослѣпительный свѣтъ. Джека словно опалило огнемъ, и струя воздуха приподняла его отъ земли и отбросила въ сторону.

Джекъ, однако, не лишился сознанія. Онъ вскочилъ на ноги тотчасъ же, какъ только понялъ, что взрывъ прошелъ. Сила взрыва была направлена вдоль главнаго корридора, вверхъ по отверстію шахты, и онъ обязанъ былъ своимъ спасеніемъ только тому, что отпрыгнулъ въ сторону во время. Онъ отправился опять по главной галлереѣ шахты къ тому мѣсту, откуда начинался колодезь, идущій вверхъ, по которому спускались въ шахту. Но тутъ онъ остановился. Произошелъ обвалъ. Выходъ изъ корридора былъ заваленъ осколками и обломками вагонетокъ. Онъ понялъ, что его товарищи погибли, погребенные тутъ подъ обломками. Выбраться изъ шахты въ этомъ направленіи уже не было никакой возможности. На минуту онъ остановился въ нерѣшительности, а затѣмъ бросился бѣжать по лѣвому боковому корридору, который оказался свободнымъ. Онъ сознавалъ, что теперь главная опасность заключалась не въ томъ, что можетъ произойти новый взрывъ, а въ новомъ обвалѣ, который грозилъ ежеминутно, и въ прекращеніи доступа воздуха въ шахту. Кромѣ того послѣ взрыва обыкновенно образуется углекислота, которая скопляется въ нижнихъ частяхъ шахты, и многіе углекопы, пощаженные взрывомъ, погибаютъ отъ этого газа, ядовитаго для дыханія. Углекислота тяжелѣе воздуха и поэтому она держится въ нижнихъ слояхъ шахты. Вертикальная шахта или колодезь доходитъ до самаго дна копей. Это мѣсто лежитъ обыкновенно ниже корридоровъ, гдѣ происходитъ разработка угольныхъ пластовъ, такъ какъ благодаря тому, что корридоры эти имѣютъ уклонъ въ эту сторону, движеніе по нимъ вагонетокъ, нагруженныхъ углемъ, облегчается. Такимъ образомъ конецъ вертикальной шахты составляетъ "дно" копей. Сюда подкатываются вагоны съ углемъ и здѣсь происходитъ ихъ разгрузка. Здѣсь же высаживаются углекопы, спустившіеся сверху въ клѣти. Не разъ случалось, что углекопы, бросившіеся ко дну шахты, послѣ взрыва, погибали тутъ вслѣдствіе углекислоты, которая скоплялась на днѣ шахты, какъ на самомъ низкомъ мѣстѣ. Джекъ все это зналъ, поэтому онъ и бросился бѣжать въ боковой корридоръ, идущій вверхъ. Вентиляція шахты почти прекратилась, такъ какъ всѣ двери, направлявшія струю воздуха, были разрушены. Джекъ зналъ, что нижнія части шахты, въ особенности дно ея, скоро наполнятся углекислотой. Онъ хотѣлъ добраться до старыхъ верхнихъ частей шахты, гдѣ по его мнѣнію воздухъ долженъ былъ быть чище. Въ этой именно части копей работалъ Билль Гаденъ и человѣкъ двадцать другихъ углекоповъ. Скоро Джекъ, дѣйствительно, увидѣлъ огоньки и услышалъ голоса. Какъ онъ и ожидалъ, углекопы, работавшіе тутъ, остались живы. Взрывъ не произвелъ тутъ тѣхъ ужасныхъ опустошеній, какія онъ вызвалъ въ нижнемъ корридорѣ, гдѣ разрабатывались новые слои угля.

-- Эй!-- крикнулъ Джекъ. Въ отвѣтъ ему раздались возгласы:

-- Кто это? Это ты, Джекъ! Тамъ произошелъ взрывъ?

Говорившій былъ Билль Гаденъ.

-- Да,-- отвѣчалъ Джекъ, страшно обрадовавшійся, что увидалъ живыхъ людей и среди нихъ своего пріемнаго отца.-- Вы развѣ не слыхали взрыва?

-- Мы слышали какой-то шумъ и сильный порывъ вѣтра, который даже потушилъ нѣсколько лампочекъ. Однако, пойдемъ отсюда. Разговаривать не время.

-- Къ выходу нельзя идти, отецъ,-- сказалъ Джекъ, увидя, что Билль Гаденъ намѣревается итти по направленію къ вертикальной шахтѣ.-- Я спустился тотчасъ послѣ перваго взрыва и боюсь, что въ новыхъ корридорахъ никто не уцѣлѣлъ. Теперь тамъ все наполнено, вѣроятно, удушливымъ газомъ.

Углекопы, подошедшіе къ говорившимъ, испуганно переглянулись.

-- Ты видѣлъ Брука?-- спросилъ Джекъ Билля Бадена.

-- Да, онъ прошелъ мимо насъ съ Джонстономъ за десять минутъ до взрыва.

-- Надо пойти за нимъ,-- сказалъ Джекъ.-- Онъ вѣроятно пошелъ смотрѣть кирпичную кладку въ верхнихъ частяхъ шахты. Тамъ работаютъ три человѣка.

-- Я пойду съ тобою, Джекъ,-- вызвался Билль Баденъ.

-- Ребята, а вы оставайтесь тутъ. Отправляйтесь-ка въ конюшню, это самое высокое мѣсто въ копяхъ и воздуху тамъ довольно. Тамъ можно подождать, пока придетъ къ намъ помощь. Товарищъ, ты пойдешь съ нами,-- прибавилъ онъ, обращаясь къ углекопу, который работалъ съ нимъ рядомъ.

Пока они шли по корридору, Джекъ разсказывалъ имъ, что случилось. Минутъ черезъ пять они подошли къ тому мѣсту, гдѣ работали каменьщики, закладывавшіе кирпичемъ входъ въ одинъ изъ старыхъ корридоровъ шахты. Каменьщики были очень удивлены, увидѣвъ углекоповъ.

-- Видѣли вы хозяина?-- спросилъ ихъ Джекъ.

-- Да, онъ только что спустился туда,-- каменьщикъ указалъ на боковой ходъ, идущій внизъ.-- Развѣ ты не видишь тамъ огоньки лампъ... Странно, я только что видѣлъ эти огоньки.

-- Идемъ туда скорѣе,-- крикнулъ Джекъ и сбѣжалъ внизъ по корридору, остальные послѣдовали за нимъ. Вдругъ они остановились: лампочки ихъ стали тухнуть, и они почувствовали какое-то непріятное стѣсненіе въ груди.

-- Назадъ, Джекъ, назадъ, если жизнь тебѣ дорога!-- крикнулъ отчаяннымъ голосомъ Билль Гаденъ, но въ этотъ моментъ Джекъ какъ разъ наткнулся ногой на чье-то тѣло. Онъ нагнулся, чтобы поднять его, и вдругъ почувствовалъ, что его легкимъ не хватаетъ воздуха, въ глазахъ у него потемнѣло, и онъ лишился чувствъ.

Когда онъ пришелъ въ себя, то увидалъ, что лежитъ на землѣ, а голова его покоится на плечѣ Билля Гадена.

-- Что это было, отецъ?-- спросилъ онъ, озираясь съ недоумѣніемъ.-- Теперь я оправился. Помоги мнѣ встать.

-- Хорошая штука,-- отвѣчалъ Билль.-- Я думалъ, ты погибъ!

-- Ну, а другіе?

-- Мы вытащили Брука вмѣстѣ съ тобой. Ты такъ крѣпко уцѣпился въ него, что оторвать тебя было нельзя. Съ нимъ теперь каменьщики. Можешь итти?

-- Да, я ничего не чувствую теперь. Ну, а какъ же вы сдѣлали, что не лишились, чувствъ? Вѣдь тамъ, внизу, значитъ, скопилась углекислота и дышать было нечѣмъ.

-- Мы и не дышали, Джекъ. Мы вѣдь люди бывалые. Когда мы увидали, что ты упалъ, то. сейчасъ сообразили, въ чемъ дѣло. Мы отступили на шагъ, набрали побольше воздуху въ легкія и закрыли ротъ совершенно такъ, какъ это дѣлаемъ, когда собираемся нырнуть въ воду. Сдѣлавъ это, мы нагнулись и подняли тебя съ Брукомъ. Мы оттащили васъ какъ можно дальше, гдѣ воздухъ былъ чище и можно было дышать. Видишь, Джекъ, ты ученъ и догадливъ, а все таки ты не можешь быть такъ же опытенъ, какъ мы -- старые углекопы.

Билль Гаденъ повидимому былъ очень доволенъ, что онъ могъ похвастаться передъ Джекомъ своею практичностью. Значитъ, не всему же можно научиться изъ книгъ!

Джекъ, вмѣстѣ съ Гаденомъ, отправились къ тому мѣсту, гдѣ каменьщики приводили въ чувство Брука. Мало по малу Брукъ началъ показывать признаки жизни. Когда онъ окончательно пришелъ въ себя, то Джекъ разсказалъ ему обо всемъ, что случилось.

Дѣло было очень серьезное. Повидимому, вся система вентиляціи была нарушена и отъ этого въ нижнихъ частяхъ шахты скоплялась углекислота. А то, что произошелъ второй взрывъ, указывало, что гдѣ-то въ копяхъ былъ пожаръ. Всѣ были настолько опытные люди, что отлично понимали свое положеніе. Смерть смотрѣла имъ въ глаза, они знали, что при такихъ условіяхъ, какъ бы ни были самоотверженны ихъ товарищи, какъ бы ни старались они спасти ихъ, все таки они ничего не могутъ предпринять теперь, когда въ копяхъ пожаръ и когда можно было ожидать новыхъ взрывовъ каждую минуту. Было бы безполезнымъ безуміемъ спускаться въ шахту при такихъ обстоятельствахъ и предпринимать очистку заваленнаго выхода. Возстановить же вентиляцію тоже нельзя было -- свѣжій притокъ воздуха только усилилъ бы пожаръ. Все это промелькнуло въ мысляхъ углекоповъ, но никто изъ нихъ не сказалъ ни слова. Вдругъ пламя въ лампѣ заколебалось, они почувствовали какое-то сотрясеніе и до нихъ донесся отдаленный гулъ.

-- Еще взрывъ,-- сказалъ Билль Гаденъ.-- Ну ребята, потушимъ ка всѣ лампы, кромѣ двухъ, чтобъ сохранить огонь... до конца!

-- Развѣ нѣтъ надежды?-- спросилъ Брукъ съ дрожью въ голосѣ.

-- Нѣтъ, хозяинъ. Зачѣмъ себя обманывать! Мы теперь словно мыши въ западнѣ. Быть можетъ было-бъ великодушнѣе съ нашей стороны, еслибъ мы оставили васъ лежать тамъ, гдѣ вы свалились,-- прибавилъ Билль Гаденъ.

-- Но развѣ ничего нельзя сдѣлать?

-- Ничего,-- отвѣчалъ Билль Гаденъ съ какимъ-то удивительнымъ спокойствіемъ.-- Мы всѣ захватили съ собой обѣдъ и теперь можемъ раздѣлить его на порціи такъ, чтобы всѣмъ намъ хватило какъ можно дольше. Но надолго все равно не хватитъ, а вѣдь могутъ пройти недѣли и даже мѣсяцы, прежде чѣмъ наверху совладаютъ съ пожаромъ и въ состояніи будутъ проложить сюда дорогу.

-- Джекъ, не можете ли вы что нибудь придумать?-- спросилъ его Брукъ, съ тоскою ожидая его отвѣта.

Бруку казалось, что если ихъ можетъ кто нибудь спасти, то только этотъ необыкновенный юноша.

Джекъ сидѣлъ на глыбѣ угля въ своей любимой позѣ, опершись обоими локтями на колѣни и облокотившись подбородкомъ на руки. Онъ не сразу отвѣтилъ, словно о чемъ-то размышлялъ.

-- Да, я думаю, что мы можемъ кое что сдѣлать,-- сказалъ онъ наконецъ.

Всѣ углекопы, тоже разсѣвшіеся въ разныхъ мѣстахъ, повскакивали на ноги и приблизились къ нему.

-- Прежде всего намъ надо преградить доступъ сюда удушливымъ газамъ, поэтому я предлагаю завалить эти выходы въ корридоры, спускающіеся книзу. Тутъ воздуха довольно и хватитъ намъ на долгое время.

-- Но вѣдь это, Джекъ, только продлитъ наши мученія, а не спасетъ насъ, -- замѣтилъ Брукъ.-- Ужъ лучше мгновенная смерть, чѣмъ медленное умираніе отъ голода, которое грозитъ намъ.

-- Да, да!-- закричали углекопы.-- Я предлагаю закурить трубки,-- прибавилъ одинъ изъ нихъ.-- Если тутъ есть рудный газъ, то произойдетъ взрывъ, и все будетъ кончено.

-- Подождите!-- крикнулъ Джекъ повелительно.-- Вотъ что я скажу вамъ. Это мѣсто, гдѣ мы находимся, примыкаетъ къ копямъ Логана, гдѣ теперь уже не работаютъ. Копи эти наполнены водой, и вы знаете, что здѣсь рѣшено было прекратить работу именно изъ боязни, чтобы не проложить ходъ водѣ, которая изъ копей Логана, лежащихъ выше, можетъ хлынуть сюда и затопить нижнія части, гдѣ производится главная добыча угля. Такъ вотъ я предлагаю попробовать проложить ходъ въ сосѣднія копи. Вода оттуда перейдетъ къ намъ, а такъ какъ наши копи гораздо больше и обширнѣе копей Логана, то вода затопитъ только нижнія галлереи. А мы можемъ попробовать выйти черезъ копи Логана, гдѣ, вѣроятно, не будетъ недостатка въ воздухѣ для дыханія, такъ какъ вода своимъ теченіемъ увлечетъ за собою воздухъ сверху и произведетъ такимъ образомъ вентиляцію старой шахты. Что вы скажете на это?

-- Это очень фантастическій планъ, -- замѣтилъ Брукъ,-- но такъ какъ намъ терять нечего, то отчего же не попробовать. Начинайте-ка, ребята. Пусть Джекъ Симпсонъ будетъ нашимъ начальникомъ и распоряжается нами. Ну, Джекъ, командуйте.

Джекъ отрядилъ двухъ человѣкъ изслѣдовать, до какого мѣста доходитъ скопленіе углекислоты и приказалъ имъ завалить входъ въ этотъ корридоръ; затѣмъ другимъ онъ велѣлъ собрать всѣ инструменты, раскиданные въ разныхъ мѣстахъ углекопами, и принести ихъ ему, а также собрать всѣ съѣстные припасы. Джекъ, вмѣстѣ съ Биллемъ Баденомъ и Брукомъ, направился въ ту часть копи, которая непосредственно прилегала къ копи Логана. Осмотрѣвъ стѣны, онъ увидѣлъ, что въ нѣкоторыхъ мѣстахъ просачивается вода.

-- Вотъ здѣсь мы и начнемъ,-- сказалъ онъ.

-- Ты не будешь употреблять порохъ?-- спросилъ Билль Баденъ.

-- Нѣтъ, это было бы опасно. Тутъ нѣтъ притока свѣжаго воздуха, и пороховой дымъ задушилъ бы насъ. Мы заложимъ мину только, когда будемъ у самой воды.

Когда углекопы вернулись съ инструментами и принесли свои обѣды въ судкахъ, то Джекъ предложилъ Бруку заняться распредѣленіемъ пищи.

-- Насъ двадцать человѣкъ,-- сказалъ онъ,-- кромѣ мистера Брука и мистера Джонстонсъ, а обѣдовъ девятнадцать. Я предлагаю вамъ раздѣлить каждый обѣдъ такимъ образомъ, чтобы намъ хватило ѣды на пять дней. Въ теченіе этого срока, я думаю, мы будемъ спасены.

Такъ какъ только четыре человѣка могли работать одновременно и долбить стѣнку шахты, чтобы продѣлать въ ней отверстіе тамъ, гдѣ слой былъ всего тоньше по мнѣнію Джека, то онъ назначилъ нѣсколько смѣнъ; каждая смѣна должна была работать четверть часа и затѣмъ отдыхать. Воду, которая просачивалась сквозь стѣнки, Джекъ рѣшилъ употреблять для питья и поэтому онъ поручилъ двумъ углекопамъ сдѣлать углубленія въ скалѣ, куда бы вода эта собиралась.

Когда все это было сдѣлано, то Джекъ объявилъ перерывъ работы. Всѣ собрались вмѣстѣ. Джекъ предложилъ подѣлить табакъ на равныя порціи. Каждый углекопъ имѣлъ при себѣ небольшой запасъ табаку, такъ какъ всѣ они либо курили тайкомъ, либо жевали табакъ. Джекъ сказалъ имъ, чтобы они сохраняли табакъ на случай крайности, такъ какъ жеваніе табаку можетъ облегчить муки голода. У Брука оказалось двѣ сигары и поэтому онъ отказался отъ своей порціи табаку. Послѣ этого дѣлежа лампы были потушены, за исключеніемъ двухъ, которыя нужны были работающимъ. Джекъ возбудилъ въ сердцахъ углекоповъ надежду на спасеніе -- правда, это была слабая надежда, но все таки надежда!-- и потому они, сидя въ темнотѣ, спокойно бесѣдовали и даже иногда слышались шутки и смѣхъ. Брукъ въ особенности оказался незамѣнимымъ товарищемъ. Онъ зналъ такъ много исторій о разныхъ чудесныхъ избавленіяхъ въ разныхъ странахъ и теперь разсказывалъ ихъ углекопамъ, которые съ жадностью слушали его. Кто то изъ углекоповъ предложилъ пропѣть хоромъ какую нибудь пѣсню или гимнъ. Предложеніе было принято. И вотъ подъ землею, въ темнотѣ, раздались торжественные звуки гимна. Голоса углекоповъ странно звучали въ этихъ мрачныхъ корридорахъ, изъ которыхъ имъ, быть можетъ, не суждено было никогда больше выбраться!

Такъ провели несчастные заключенные первые двое сутокъ. Работа продолжалась безостановочно, такъ какъ работали посмѣнно, при чемъ пищу употребляли лишь въ самомъ маломъ количествѣ и то разъ въ день. Къ концу третьихъ сутокъ работа подвинулась на столько, что по мнѣнію углекоповъ лишь тонкій слой отдѣлялъ ихъ отъ коней Логана. Вода стала сильнѣе просачиваться. На четвертый день они уже съ осторожностью заложили буръ, опасаясь, что если вода внезапно хлынетъ въ отверстіе, то потопитъ ихъ.

Черезъ 90 часовъ послѣ того, какъ былъ сдѣланъ первый ударъ по совѣту Джека, сверло, которымъ работалъ Билль Гаденъ внезапно выскочило, и изъ отверстія съ шумомъ, похожимъ на выстрѣлъ изъ ружья, хлынула струя воды съ такою силой, что свалила съ ногъ двухъ углекоповъ, стоявшихъ по близости. Съ большимъ трудомъ въ отверстіе была вложена замычка, остановившая струю воды, и углекопы съ облегченнымъ сердцемъ отдохнули послѣ трудовъ и подкрѣпили себя крохотнымъ кусочкомъ высохшаго хлѣба, чтобы собраться съ силами для выполненія болѣе трудной и опасной задачи, которая имъ предстояла теперь.


## ГЛАВА XX. Критическая минута.


-- Ну, теперь пора приниматься за работу,-- сказалъ Джекъ. Выбравъ самое большое сверло онъ отправился въ сопровожденіи другихъ углекоповъ къ тому мѣсту, гдѣ онъ предполагалъ заложить пороховую мину, чтобы разрушить стѣнку. Въ толщѣ угля была продѣлана дыра глубиною въ два фута и заложенъ очень сильный зарядъ пороха.

-- Посмотрите на лампы!-- вдругъ вскричалъ Билль Гаденъ.

У всѣхъ упало сердце, когда они взглянули, куда указывалъ Билль. Внутри сѣтки, окружавшей лампу, виднѣлся слабый огонь; это горѣлъ газъ, воспламеняющійся отъ соприкосновенія съ огнемъ лампы. Значитъ, все это мѣсто было наполнено взрывчатымъ газомъ, и зажечь спичку, чтобы поджечь фитиль пороховой мины, конечно, нельзя было, такъ какъ это немедленно произвело бы взрывъ. Очевидно, рудничный газъ, болѣе легкій чѣмъ воздухъ, просочился сквозь скважины въ слоѣ угля и проложилъ себѣ путь въ эту часть копей, которая лежала гораздо выше.

-- Тушите лампы!-- закричалъ Джекъ.-- Сѣтка уже начинаетъ раскаляться до красна.

Въ одинъ моментъ всѣ погрузились въ темноту.

-- Что же теперь дѣлать?-- спросилъ Брукъ послѣ нѣсколькихъ минутъ тяжелаго молчанія. Положеніе казалось ему безнадежнымъ.

-- Согласны ли всѣ безпрекословно исполнять мои приказанія?-- обратился Джекъ къ углекопамъ.

-- Да,-- отвѣчали они хоромъ.

-- Каковы бы они ни были?

-- Да! да!

-- Хорошо. Снимите же свои куртки и намочите ихъ хорошенько водой. Затѣмъ всѣ вмѣстѣ размахивайте этими куртками, чтобы разсѣять газъ насколько возможно. Когда это будетъ сдѣлано, бѣгите въ верхнюю часть галлереи, у самого входа ложитесь на землю и закройте себѣ голову и лицо мокрою одеждой. А ты, братъ, заверни во что нибудь мокрое боченокъ съ порохомъ.

-- А ты что будешь дѣлать, Джекъ?

-- Я подожгу фитиль.

-- Нѣтъ, нѣтъ,-- хоромъ закричали углекопы,-- Этого нельзя допустить. Вѣдь такъ ты будешь убитъ.

-- Я подожгу фитиль, Джекъ,-- сказалъ Билль Гаденъ.-- Я ужъ становлюсь старъ, и мнѣ пора умирать.

-- Нѣтъ, отецъ, я долженъ сдѣлать это, а никто другой. Вѣдь вы обѣщали слушаться меня. Отецъ, ты отведи мистера Брука, а то онъ въ темнотѣ не найдетъ дорогу.

Джекъ говорилъ такимъ тономъ, недопускающимъ возраженій, что какъ то невольно всѣ его послушались. Ни одного слова не было больше сказано. Углекопы въ точности исполнили приказанія Джека. Привыкшіе съ дѣтства къ темнотѣ, они безъ труда нашли дорогу къ тому мѣсту, на которое имъ указалъ Джекъ.

-- Ну, теперь, ребята, живо, ложитесь на землю и покрывайте свои головы,-- крикнулъ Джекъ.-- Я буду съ вами черезъ минуту или...

Джекъ не договорилъ; онъ зналъ, что можетъ быть разорванъ на куски взрывомъ газа. Онъ подождалъ, пока смолкли шаги въ темнотѣ и еще двѣ минуты. Теперь, должно быть, всѣ лежатъ на землѣ, закрывъ головы, подумалъ онъ. Тогда Джекъ досталъ спички, сталъ на колѣни и, прошептавъ молитву, зажегъ спичку. Взрыва не произошло, Джекъ быстро поджегъ фитиль и бросился бѣжать къ тому мѣсту, гдѣ находились его товарищи.

-- Все благополучно!-- крикнулъ онъ, бросаясь къ нимъ.

Всѣ громко вскрикнули отъ радости и собирались уже вскочить на ноги, когда Джекъ крикнулъ снова:

-- Лежите смирно. Сейчасъ произойдетъ взрывъ, и газъ навѣрное воспламенится.-- И Джекъ тоже легъ на землю, завернувъ голову въ мокрую куртку.

Воцарилась гробовая тишина, но черезъ нѣсколько минутъ послышался трескъ, затѣмъ раздался сильнѣйшій грохотъ, похожій на раскаты грома, и весь воздухъ, окружавшій ихъ какъ будто наполнился огнемъ. Копи задрожали. На углекопахъ загорѣлось платье. Они вскочили на ноги и начали тушить на себѣ одежду, при чемъ многіе получили ожоги. Но не успѣли они опомниться, какъ раздался оглушительный шумъ, заглушившій всѣ остальные звуки -- это вода хлынула изъ копей Логана. Мало но малу шумъ началъ затихать и, наконецъ, все смолкло. Углекопы, едва держась на ногахъ отъ волненія, бросились въ сосѣдній корридоръ. Ихъ охватила струя свѣжаго воздуха. Вода ушла изъ копей Логана, и теперь воздухъ наполнилъ ихъ.

-- Мы можемъ спокойно зажечь наши лампы,-- сказалъ Билль Гаденъ,-- Теперь заберемъ всѣ наши инструменты и порохъ, ребята, быть можетъ намъ придется прокладывать себѣ дорогу и не мало потрудиться прежде, чѣмъ мы достигнемъ вертикальной шахты Логана.

-- Да, сказалъ Джекъ.-- А теперь не будемъ терять ни минуты. И въ копяхъ Логана отверстіе вертикальной шахты должно находиться въ нижнемъ концѣ, какъ и у насъ, чтобы телѣжки съ углемъ могли легче катиться туда, потому мы и будемъ все спускаться, пока не достигнемъ дна шахты.

Путь былъ не легкій, особенно для людей, изнуренныхъ долгимъ голоданіемъ. Мѣстами приходилось пробираться по глубокой грязи, въ которой ихъ ноги совершенно увязали, а мѣстами надо было расчищать дорогу отъ разнаго мусора и обломковъ. Пять часовъ пробирались они такимъ образомъ по корридорамъ шахты и, наконецъ, достигли дна. Они увидѣли вертикальный колодезь, уходящій вверхъ и свѣтъ -- дневной свѣтъ, который они не надѣялись больше увидѣть!

-- Который часъ теперь?-- спросилъ Билль Гаденъ у Брука, слѣдившаго все время за тѣмъ, чтобы часы его не останавливались.

-- Полдень,-- отвѣчалъ Брукъ.-- Прошло уже четверо сутокъ и одинъ часъ съ того времени, какъ начался пожаръ въ копяхъ.

-- А какой день сегодня? Я совсѣмъ перепуталъ всѣ дни.

-- Воскресенье,-- сказалъ Брукъ, подумавъ.

-- Это чудесно,-- воскликнулъ Билль Гаденъ,-- значитъ, сегодня тысячи народа стекутся сюда, чтобъ посмотрѣть копи.

-- Сколько у насъ пороха, отецъ?-- спросилъ Джекъ.

-- Четыре двадцатифунтовыхъ боченка.

-- Сооруди-ка фитиль, но намочи его такъ, чтобы онъ не воспламенился сразу.

При помощи средствъ, имѣвшихся у него подъ рукой, Билль Гаденъ соорудилъ нѣчто вродѣ огромнаго факела, который и зажегъ въ отверстіи вертикальной шахты, за первымъ послѣдовалъ другой, потомъ третій. Наконецъ сверху къ-нимъ стали падать маленькіе камешки, и тогда бѣдные заключенные поняли, что ихъ сигналы были замѣчены.


## ГЛАВА XXI. Спасены!


Если бы какой нибудь иностранецъ попалъ въ Стокбриджъ въ это воскресенье, то онъ непремѣнно подумалъ бы, что въ деревнѣ углекоповъ готовится какое-нибудь особенное празднество, такъ много людей понаѣхало туда изъ разныхъ мѣстъ. Каждый поѣздъ, приходящій въ этотъ день, привозилъ массу народа. Однако видъ самого селенія менѣе всего напоминалъ о праздникѣ. Около копей Вогана дарила тишина и безмолвіе; изъ заводскихъ трубъ не показывался дымъ, а всѣ выходы и входы охранялись полиціей, не допускавшей никого близко подходить къ отверстію шахты. Не было дома въ Стокбриджѣ, въ которомъ не оплакивали бы гибель кого-нибудь изъ близкихъ, и поэтому на всемъ селеніи лежалъ отпечатокъ унынія и скорби. У всѣхъ женщинъ глаза были заплаканы, а мужчины, товарищи которыхъ были погребены въ копяхъ, ходили сумрачные и подавленные тяжелымъ бѣдствіемъ, поразившимъ все населеніе Стокбриджа. Нигдѣ не слышно было ни веселаго смѣха, ни пѣсенъ, ни разговоровъ; у всѣхъ была только одна мысль -- какъ спасти тѣхъ, которые, быть можетъ, еще живы и заключены теперь подъ землей!

За послѣдніе четыре дня работы во всемъ округѣ били пріостановлены, и рабочіе изъ другихъ копей, а также тѣ, которые счастливо избѣгли катастрофы въ копяхъ Вогана, толпою стекались къ главному зданію коней, ожидая, что, можетъ быть, понадобится ихъ помощь.

Черезъ часъ послѣ взрыва къ мѣсту катастрофы сбѣжались уже всѣ, бывшіе на поверхности земли углекопы и надзиратели; явились рабочіе и смотрители даже изъ сосѣднихъ копей. Несмотря на то, что трое углекоповъ, Джекъ и его два товарища, спустившіеся тотчасъ же послѣ взрыва, не вернулись,-- и можно было предполагать, что они погибли, среди собравшейся толпы постоянно выискивались охотники, предлагавшіе свои услуги, чтобы спуститься внизъ. Углекопы вообще отличаются самоотверженностью; какъ и солдаты на войнѣ, они привыкли ежеминутно подвергать свою жизнь опасности и безстрашно смотрѣть въ глаза смерти. Никогда ни одинъ углекопъ не задумается броситься на помощь своему товарищу, хотя бы ему самому это угрожало смертью.

Взрывы въ шахтѣ слѣдовали одинъ за другимъ, и это указывало, что пожаръ продолжается. Нижняя часть шахты, такъ называемое "дно" было завалено и, слѣдовательно, спуститься въ шахту нельзя было. Кромѣ того поспѣшившіе на мѣсто катастрофы инженеры и инспекторъ мистеръ Гардонжъ заявили, что было бы безполезнымъ безуміемъ спускаться въ горящія копи, такъ какъ по всей вѣроятности тамъ никого не осталось въ живыхъ. Углекопамъ, желавшимъ непремѣнно отправиться на помощь погибающимъ, было запрещено дѣлать подобныя попытки. Такъ какъ изъ отверстія показывался легкій дымъ, то было даже предложено закупорить шахту, чтобы прекратить къ ней доступъ воздуха. Всего ужаснѣе было такое рѣшеніе, такъ какъ оно указывало, что всякія надежды на спасеніе находившихся внизу были оставлены. Но женщины не могли съ этимъ примириться. Обезумѣвъ отъ отчаянія, онѣ умоляли мужчинъ что-нибудь предпринять.

Дженъ Гаденъ почти, не отходила отъ шахты и, присѣвъ на камни, неподвижно устремляла взоры на главный входъ, возлѣ котораго стояли часовые.

Вдругъ она почувствовала, что кто-то коснулся ея плеча. Она обернулась. Это былъ Гарри.

-- Какъ, Гарри, это ты!-- воскликнула она.-- А я думала, что ты тамъ внизу, съ ними?

-- Нѣтъ... къ сожалѣнію!-- сказалъ Гарри.-- Я вмѣстѣ съ Джекомъ поднялся наверхъ и пошелъ за своимъ завтракомъ. Въ это время произошелъ взрывъ и когда я прибѣжалъ назадъ, то Джекъ уже спустился съ двумя другими.

-- Гарри, какъ ты думаешь, можно ихъ спасти?

-- Что пользы лгать!-- сказалъ Гарри.-- Для Джека по моему нѣтъ спасенія! Тотчасъ послѣ того какъ онъ спустился, произошелъ второй взрывъ. Онъ навѣрно погибъ, и его товарищъ тоже. Но если кто-нибудь могъ остаться въ живыхъ, такъ это нашъ Билль и тѣ, кто съ ними работалъ въ старыхъ галлереяхъ шахты наверху. Эта часть порядочно таки удалена отъ того мѣста, гдѣ произошелъ взрывъ.

-- Зачѣмъ ты говоришь мнѣ это? Все равно вѣдь спасти ихъ нельзя. Я знаю. Если въ копяхъ пожаръ, то ихъ затопитъ, и пройдутъ недѣли прежде, чѣмъ вся вода будетъ выкачена оттуда.

-- Пойдемъ домой. Ничего нельзя сдѣлать теперь, инспектора и инженеры будутъ совѣщаться сегодня вечеромъ насчетъ того, что можно сдѣлать.

Но мистриссъ Гаденъ не двигалась. Она сидѣла, какъ и множество другихъ женщинъ, и смотрѣла на входъ въ копи, пока совсѣмъ не стемнѣло.

Поздно вечеромъ въ Стокбриджѣ сдѣлалось извѣстно, что инженеры рѣшили на совѣщаніи закрыть копи, если утромъ изъ нихъ еще будетъ показываться дымъ. Какъ всегда въ такихъ случаяхъ, вся деревня пришла въ сильнѣйшее волненіе. Тѣ, у кого были друзья или родственники внизу въ копяхъ, возмущались противъ такой мѣры и говорили, что это будетъ убійство. Особенно волновались женщины; онѣ громко кричали, что нельзя допускать такой мѣры. Закрыть копи, прекратить доступъ воздуха -- значитъ убить тѣхъ, кто еще остался въ живыхъ внизу. Но опытные старые углекопы не могли, однако, не согласиться, что это былъ единственный способъ прекратить пожаръ, если не хотятъ прибѣгнуть къ другому -- затопить копи.

Утромъ дымъ снова показался надъ отверстіемъ шахты, и оно было закрыто. У всѣхъ отверстій шахты, заваленныхъ землей для прекращенія доступа воздуха, разставлены были часовые. Это было утромъ въ четвергъ. Въ пятницу все оставалось въ такомъ же положеніи, а въ субботу послѣ обѣда инженеры снова собрались на совѣщаніе. Вызваны были кромѣ того свѣдущіе люди изъ разныхъ другихъ городовъ, такъ какъ извѣстіе о катастрофѣ въ копяхъ Вогана разнеслось повсюду и всюду поселило ужасъ. Было рѣшено рано утромъ, въ воскресенье, открыть всѣ заваленныя отверстія шахты, и если дымъ все еще будетъ показываться, то пустить въ копи воду изъ канала.

Въ шесть часовъ утра инженеры, въ сопровожденіи смотрителей и разныхъ должностныхъ лицъ, отправились къ копямъ. Когда удалена была земля и сняты доски, закрывавшія отверстіе шахты, то оттуда показался дымъ, который медленно поднялся столбомъ и разсѣялся въ воздухѣ. Вслѣдъ за тѣмъ, черезъ нѣсколько минутъ показался новый столбъ дыма, и всѣмъ стало ясно, что копи продолжаютъ горѣть.

-- Я боюсь, что намъ не остается другого выбора, какъ затопить копи, -- сказалъ Гардинжъ.

Никто не произнесъ болѣе ни слова. Дѣйствительно, не оставалось другого выбора. Вся компанія, инженеры и другія лица, отправились къ каналу, чтобы рѣшить, какъ спустить воду въ копи. Вдругъ оставшіеся возлѣ отверстія шахты вскрикнули. Всѣ обернулись въ ту сторону и увидѣли, что густой бѣлый паръ поднимается изъ шахты.

-- Паръ! Паръ!-- раздались удивленные возгласы.

Какой-то странный, журчащій звукъ доносился изъ глубины шахты.

-- Что случилось?-- воскликнулъ Гардинжъ въ неописанномъ изумленіи.-- Откуда же тамъ взялся паръ? Это что-то совсѣмъ необыкновенное!

Всѣ столпились у отверстія шахты. Теперь можно было ясно различить отдаленный шумъ подъ землей, который постепенно затихалъ.

-- Что это значитъ?-- говорили всѣ, переглядываясь въ недоумѣніи.-- Надо спустить внизъ зажженую свѣчу.

Тотчасъ же была приготовлена веревка, длиною въ 140 морскихъ саженъ {Морская сажень имѣетъ шесть футъ.}, такъ какъ глубина шахты была 120 саженъ. Къ концу веревки было прикрѣплено нѣчто вродѣ рамки, въ которую была вставлена зажженая свѣча.

Наверху люди съ возрастающимъ нетерпѣніемъ слѣдили за опусканіемъ свѣчи, огонекъ которой постепенно превращался въ маленькую свѣтлую точку и вдругъ исчезъ.

-- Стопъ!-- крикнулъ Гардинжъ, наблюдавшій за опусканіемъ свѣчи.

-- Еще осталось семь сажень до дна,-- замѣтили ему люди, спускавшіе веревку.

-- Осторожнѣе поднимайте свѣчку, ребята!-- крикнулъ Гардинжъ.-- Отчего она могла потухнуть на такомъ разстояніи отъ дна шахты? Вѣроятно, тамъ осталась углекислота. Но все таки это странно.

Когда свѣчку вытащили, раздался всеобщій крикъ удивленія: и рама, въ которую была вставлена свѣча, и самая свѣча были мокры. Всѣ были поражены до послѣдней степени, и Гардинжъ рѣшилъ немедленно спуститься, чтобы узнать въ чемъ дѣло. Опасаться новаго взрыва было уже нечего. Гардинжъ взялъ въ руки безопасную лампу и, обвязавъ веревку вокругъ туловища, началъ спускаться. Но прежде чѣмъ веревка опустилась до того мѣста, гдѣ потухла свѣча, Гардинжъ далъ сигналъ остановить дальнѣйшее опусканіе.

Прошло три минуты, показавшихся необыкновенно долгими людямъ, стоявшимъ наверху, и затѣмъ Гардинжъ далъ сигналъ поднимать веревку.

-- Это удивительно!-- вскричалъ онъ, вылѣзая на поверхность.-- Тамъ внизу по крайней мѣрѣ на сорокъ футъ воды. Но откуда взялась она, я понять не могу!

Это было совершенно необъяснимо. Волненіе зрителей Стокбриджа еще усилилось, когда они узнали, что шахта заполнена водой. Для многихъ это было страшнымъ ударомъ, такъ какъ уничтожало послѣднія надежды. Теперь ужъ, конечно, внизу погибли всѣ, кто оставался еще въ живыхъ.

Инженеры съ недоумѣніемъ обсуждали этотъ необыкновенный случай. Откуда взялась вода, да еще въ такомъ большомъ количествѣ -- вотъ этого никто изъ нихъ сказать не могъ! Высказывались разныя предположенія, но всѣ они были неосновательны. Кто-то между прочимъ даже высказалъ предположеніе, что вода могла попасть изъ копей Логана, находящихся по сосѣдству. Тогда рѣшено было осмотрѣть старый колодезь копей Логана, чтобы найти, быть можетъ, разгадку этого страннаго обстоятельства.

Всѣ рѣшили немедленно отправиться къ шахтѣ Логана, но прежде чѣмъ намѣреніе было приведено въ исполненіе, во дворъ копей вбѣжалъ запыхавшійся углекопъ и проговорилъ, задыхаясь отъ волненія:

-- Изъ старой шахты Логана такъ и валитъ дымъ. Но это не угольный дымъ... И на паръ не похоже!

Съ восклицаніями изумленія всѣ бросились къ старой шахтѣ, находившейся по крайней мѣрѣ на двадцать минутъ разстоянія скорой ходьбы. Тамъ уже собралась толпа углекоповъ.

-- Это пороховой дымъ!-- кричали они.

Дѣйствительно, можно было ясно различить запахъ пороха.

-- Одно изъ двухъ: или огонь, распространяясь въ верхнія галлереи, поджегъ пороховые боченки, которые взорвало, и такимъ путемъ разрушилась перегородка, отдѣляющая обѣ копи, и пороховой дымъ могъ выбраться наружу, когда вода изъ копей Логана просочилась въ эти галлереи, или же... можетъ быть, это люди, спасшіеся чудеснымъ образомъ, жгутъ порохъ, чтобы обратить наше вниманіе. Во всякомъ случаѣ попробуемъ бросить туда камешки. Если тамъ внизу кто нибудь находится, то по крайней мѣрѣ онъ будетъ знать, что мы его замѣтили. А покамѣсть принесите все, что нужно для того, чтобы устроить спускъ въ копи.

Пятьдесятъ человѣкъ бросились со всѣхъ ногъ за необходимыми матеріалами.

Одинъ изъ углекоповъ сказалъ:

-- Дымъ разсѣялся. Теперь подержите меня надъ отверстіемъ шахты, и я крикну -- не отзовется ли кто нибудь снизу!

Нагнувшись надъ зіяющею бездной, такъ что его голова и плечи очутились въ самомъ отверстіи, углекопъ крикнулъ изо всей мочи.

Наступила гробовая тишина, и всѣ стоявшіе у шахты различили какой-то слабый звукъ, донесшійся снизу.

Раздалось громкое "ура", и быстроногіе мальчишки моментально бросились въ Стокбриджъ сообщить необыкновенную вѣсть, что въ копяхъ Логана есть живые люди.

Гардинжъ написалъ на клочкѣ бумаги: "Мужайтесь! Черезъ часъ, самое большее, мы спустимъ корзину". Онъ привязалъ эту бумажку къ камешку и бросилъ его внизъ. Тотчасъ былъ отправленъ посланный въ Воганъ, чтобы привести доктора, носилки и перевязочныя средства на всякій случай, а также вина и пищи.

Менѣе чѣмъ черезъ часъ надъ отверстіемъ шахты Логана былъ установленъ воротъ и все, что нужно для спуска корзины. Отрядъ полицейскихъ не пускалъ толпу близко къ шахтѣ, чтобы она не мѣшала работѣ, и только жены и матери углекоповъ, сбѣжавшіяся сюда въ ожиданіи увидѣть, кто спасся, столпились у шахты, въ сильномъ волненіи. Страхъ и надежда наполняли ихъ. Многія рыдали, не въ силахъ совладать со своимъ волненіемъ, у всѣхъ въ головѣ былъ одинъ только вопросъ: кто спасся и какъ?

Дженъ Гаденъ также прибѣжала, вмѣстѣ съ Нелли Гарди, которой Гарри Шефердъ сообщилъ удивительную новость.

Но Нелли не вѣрила въ то, что среди спасшихся какимъ-то чудомъ углекоповъ могъ находиться Джекъ.

-- Я знаю, что уже больше никогда его не увижу!-- сказала она Гарри.

Начали спускать клѣть. Гардинжъ и одинъ изъ смотрителей руководили спускомъ ея; двадцать углекоповъ помогали имъ. Корзина скоро исчезла внизу. Спустя нѣсколько мгновеній она достигла дна шахты. Еще двѣ-три минуты напряженнаго ожиданія, и сигналъ былъ поданъ. Клѣть начала медленно подниматься.

Когда столпившіеся около шахты люди увидѣли, что въ клѣти находятся три человѣка, то раздались восторженные крики.

-- Мистеръ Брукъ и двадцать углекоповъ остались въ живыхъ!-- раздался возгласъ Гардинжа. Толпа заволновалась еще сильнѣе. Женщины бросились впередъ, чтобы посмотрѣть на спасенныхъ.

Трое углекоповъ, покрытые толстымъ слоемъ угольной пыли и едва державшіеся на ногахъ отъ слабости, вышли изъ клѣти. Съ громкими криками радости бросились къ нимъ ихъ жены. Другія обступили ихъ

-- Кто еще спасся, кто? Ради Бога, скажите намъ!-- слышались возгласы.

Углекопы стали называть по имени спасенныхъ. Вслѣдъ за произнесеніемъ каждаго имени раздавались крики радости, но когда было произнесено послѣднее имя, послышались вопли и рыданія. Это плакали тѣ, кто напрасно ожидалъ и надѣялся услышать имена близкихъ и любимыхъ людей.

Спустя часъ послѣдніе изъ спасенныхъ были подняты на поверхность изъ нѣдръ шахты. Это были Джекъ Симпсонъ и Брукъ.

Около спасенныхъ суетились люди. Имъ предлагали пищу и поили виномъ для подкрѣпленія силъ; по счастью никто не получилъ серьезныхъ поврежденій и въ помощи хирурга не было надобности.

-- Господа,-- обратился Гардинжъ къ толпѣ углекоповъ, женщинъ и подростковъ, дѣвочекъ и мальчиковъ, сбѣжавшихся къ мѣсту происшествія,-- мистеръ Брукъ слишкомъ слабъ и не можетъ говорить самъ, поэтому онъ поручилъ мнѣ передать вамъ, что своимъ спасеніемъ онъ и всѣ остальные исключительно обязаны мужеству, познаніямъ и находчивости Джека Симпсона. Джекъ Симпсонъ, несмотря на свои молодые годы, выказалъ столько знаній и такія незаурядныя способности, что мистеръ Брукъ считаетъ своимъ долгомъ заявить вамъ, что какъ только копи Вогана будутъ приведены въ порядокъ и можно будетъ возобновить работы, Джекъ Симпсонъ будетъ назначенъ главнымъ управляющимъ.

Толпа углекоповъ восторженно привѣтствовала это извѣщеніе. Джека Симпсона подхватили сотни рукъ и торжественно понесли въ деревню; это былъ свой человѣкъ, дитя копей, и въ его возвышеніи углекопы видѣли свое собственное возвышеніе.

Но Джекъ не могъ вынести этого волненія: онъ слишкомъ ослабѣлъ и лишился чувствъ на рукахъ углекоповъ.


## ГЛАВА XXII. Новый управляющій.


На слѣдующій день уже начались работы по выкачиванію воды изъ копей Вогана. Вода наполнила копи въ нѣсколько минутъ, а выкачивать ее пришлось нѣсколько недѣль. Послѣ того, какъ вся вода была отвлечена изъ копей, началось исправленіе и очистка галлерей. Это было печальная работа. Надо было извлечь трупы погибшихъ, для которыхъ уже стояли наготовѣ гроба подъ навѣсомъ. Шесть недѣль прошло со времени катастрофы, и многіе трупы были уже неузнаваемы, родственники узнавали ихъ только по нѣкоторымъ примѣтамъ, по платью и другимъ вещамъ; затѣмъ были устроены торжественныя похороны, и всѣ погибшіе были погребены вмѣстѣ, въ одной общей братской могилѣ на мѣстномъ кладбищѣ.

Прошло еще нѣсколько недѣль, и мало, по малу Стокбриджъ принявъ свой обычный видъ. Работы въ копяхъ возобновились. Въ этотъ день Джекъ, прежде чѣмъ вступить въ отправленіе своихъ новыхъ обязанностей, созвалъ всѣхъ углекоповъ и обратился къ нимъ со слѣдующею рѣчью:

-- Друзья мои! Я занимаю теперь среди васъ новое и очень трудное положеніе, настолько трудное, что я бы даже не согласился занимать его, еслибъ не моя надежда на вашу помощь. Я очень молодъ, а между тѣмъ меня теперь сдѣлали вашимъ начальникомъ. Я выросъ среди васъ, -- я сынъ углекопа, и только благодаря случайности я сразу возвысился надъ есѣми вами. Но вы все-таки должны считать меня своимъ человѣкомъ. Я останусь вашимъ другомъ. Я хорошо знаю вашу жизнь, потому что самъ испыталъ ее, знаю ваши нужды, знаю ваши затрудненія и повѣрьте, я сдѣлаю все, что въ моей силѣ, чтобы вамъ жилось лучше. Но вы съ своей стороны должны помогать мнѣ. Вы должны вѣрить мнѣ, что если я буду дѣлать какія нибудь распоряженія, то значитъ это такъ нужно, и полезно. Не нарушайте же этихъ распоряженій! Никакая работа невозможна, если не будетъ порядка, если люди не будутъ подчиняться правиламъ. Только въ такомъ случаѣ я могу оставаться управляющимъ, могу быть для васъ полезнымъ. Иначе я долженъ буду уйти.

Углекопы громкими криками изъявили свою готовность подчиняться ему. Всѣ сознавали его превосходство и гордились имъ.

И углекопы спустились въ копи съ твердымъ намѣреніемъ не нарушать ни одного правила и не создавать Джеку никакихъ затрудненій.

Мистеръ Брукъ, чувствуя себя обязаннымъ Джеку спасеніемъ своей жизни, всячески старался сдѣлать ему пріятное. Онъ предложилъ ему поселиться въ очень хорошенькомъ и просторномъ домикѣ, въ которомъ жилъ прежній управляющій. Джекъ былъ ошеломленъ этимъ предложеніемъ. Домъ этотъ казался ему настоящимъ дворцомъ. Но еще болѣе были поражены Билль Гаденъ и его жена, когда Джекъ предложилъ имъ переѣхать въ новое жилище, такъ какъ онъ ни за что не хотѣлъ разставаться со своими стариками. Билль Гаденъ не рѣшался переступить порога этого дома и сталъ умолять Джека, чтобы онъ оставилъ ихъ доживать свой вѣкъ въ старомъ домикѣ. "Мы будемъ тутъ не ко двору, голубчикъ, говоритъ онъ -- а вѣдь мнѣ трудно на старости лѣтъ измѣнять свои привычки. Оставь насъ здѣсь, такъ будетъ лучше, мы будемъ навѣщать тебя, а ты насъ... такъ будетъ лучше!"

Джекъ такъ и не могъ убѣдить упрямаго старика и долженъ былъ оставить ихъ въ прежнемъ помѣщеніи, но за то онъ постарался обставить своихъ пріемныхъ родителей какъ можно удобнѣе.

Судьба Гарря также занимала Джека. Онъ зналъ, что Гарри не любитъ своего ремесла и тяготится имъ. "Нельзя ли его устроить какъ нибудь иначе?" думалъ онъ и рѣшилъ поговорить съ Гарри и уговорить его поступить на годъ въ учительскую семинарію, чтобы приготовиться къ должности школьнаго учителя. По мнѣнію Джека эти обязанности больше всего подходили бы Гарри. Конечно, у Гарри не было денегъ, чтобы платить за себя въ коллегію, ну а онъ-то, Джекъ, на что? У Джека теперь было много денегъ -- такъ по крайней мѣрѣ, ему казалось -- и ужъ, конечно, Гарри не откажется принять отъ него эту дружескую услугу.

Гарри былъ ошеломленъ предложеніемъ Джека, но охотно согласился. Онъ считалъ вполнѣ естественнымъ помогать другъ другу и самъ всегда готовъ былъ помочь Джеку чѣмъ могъ.

Нелли одобрила планъ Джека.

-- Гарри, дѣйствительно, не годится для должности углекопа,-- сказала она.-- Я думаю изъ него выйдетъ хорошій учитель. Онъ вѣдь много занимался, и мистеръ Доджсонъ хвалитъ его способности.

Новыя обязанности Джека не причинили ему никакихъ особенныхъ затрудненій. Рѣчь, произнесенная имъ наканунѣ вступленія въ должность, сдѣлала свое дѣло. Углекопы любили его и горой стояли за него. Впрочемъ онъ заслуживалъ ихъ любовь, такъ какъ въ немъ не было ни капли высокомѣрія. Проходя по галлереямъ шахты и встрѣчая своихъ товарищей дѣтства, онъ всегда здоровался съ ними по имени, и они отвѣчали ему: "здравствуй, Джекъ!".

Но Джекъ не забывалъ и тѣхъ учрежденій, о которыхъ онъ такъ заботился прежде. Вечерніе курсы, школа, библіотека и клубъ достигли, благодаря ему, такого процвѣтанія, какъ ни въ одномъ изъ сосѣднихъ мѣстечекъ. Стокбриджъ, дѣйствительно, сталъ образцовымъ селеніемъ угольного округа, а копи Вогана -- образцовыми копями. Джекъ пользовался большимъ довѣріемъ и расположеніемъ Брука и тотъ, прежде довольно равнодушно относившійся къ тому, какъ живутъ его углекопы, теперь сталъ живо интересоваться всѣмъ, что ихъ касается, и охотно помогалъ Джеку приводить разные планы въ исполненіе. А плановъ этихъ у Джека было множество! Онъ заставилъ Брука отвести обширное помѣщеніе для клуба углекоповъ и библіотеки, посовѣтовалъ ему издавать мѣстную газету для углекоповъ и устраивать публичныя лекціи, музыкальные вечера и театральныя представленія, чтобы отвлечь углекоповъ отъ пьянства.

-- Знаешь что, Джекъ, я совѣтую тебѣ жениться,-- сказала ему Дженъ Гаденъ однажды, когда онъ пожаловался ей, что ему скучно одному въ его большомъ домѣ.

Джекъ ничего не отвѣтилъ на это.

Однажды онъ вернулся изъ Бирмингема, куда онъ продолжалъ ѣздить какъ прежде, къ Мертону, и прямо, не заходя домой, отправился къ Нелли. Дружба его съ Нелли не измѣнилась, и онъ дѣлился съ нею всѣми своими мыслями, планами и надеждами. Нелли тотчасъ же по выраженію лица Джека поняла, что онъ имѣетъ сообщить ей нечто очень важное.

-- Нелли, сказалъ ей Джекъ -- я долженъ сказать тебѣ новость: я женюсь.

-- На Алисѣ Мертонъ?-- проговорила Нелли съ усиліемъ.

-- Ты почемъ знаешь?-- спросилъ Джекъ, съ удивленіемъ.

-- Я думала, что такъ будетъ, когда въ первый разъ увидѣла тебя съ нею,-- отвѣчала Нелли, слегка дрожащимъ голосомъ.-- Помнишь?... Желаю тебѣ счастья,-- прибавила она.

-- Нелли!-- сказалъ Джекъ, беря ее за руку.-- Ты будешь другомъ моей женѣ, какъ была моимъ до сихъ поръ, неправда ли?

Нелли кивнула головой. Говорить она не могла. Джекъ самъ былъ такъ взволнованъ, что не замѣтилъ ея смущенія. А когда онъ ушелъ, Нелли облокотилась на столъ и горько заплакала.

Прошло десять лѣтъ. Въ хорошенькомъ тѣнистомъ садикѣ, окружающемъ домъ директора копей въ Стокбриджѣ, сидѣло за столомъ, накрытомъ для завтрака, небольшое общество. Это были Джекъ и его жена Алиса, а противъ нихъ Гарри Шефердъ и Нелли. Гарри уже нѣсколько лѣтъ занималъ должность начальника школы въ Стокбриджѣ и три года тому назадъ женился на Нелли. Онъ давно любилъ ее, но долго не рѣшался просить ее быть его женой. Дружба между нимъ, Нелли и Джекомъ съ его женой еще болѣе окрѣпла съ годами. Джекъ уже былъ главнымъ директоромъ копей и депутатомъ округа, но для старыхъ товарищей онъ остался тѣмъ же "Джекомъ", какъ прежде.

И часто, когда онъ проходилъ мимо, жены углекоповъ говорили своимъ сыновьямъ, указывая на него: "ты знаешь, вѣдь онъ тоже былъ углекопомъ и также какъ и ты въ десять лѣтъ спустился въ шахту, чтобы выработывать себѣ хлѣбъ".


"Юный Читатель", No 23, 1900