# Политическое сновидение 1806 года

Иоганн-Вильгельм Архенгольц

## Политическое сновидение 1806 года


Известно, что война между Франциею и Пруссиею, начавшаяся в октябре 1806 года, произвела в умах чрезвычайное напряжение. Она была последним усилием немецкой крепости против увеличившегося могущества Франции. Положим, что несходство в силах не обещало Пруссии решительной удачи; однако, судя по тому жару, с каким прусское войско выступало в поход против неприятеля -- и сколько бы впрочем ни порицали его после несчастной битвы -- судя по тогдашнему расположению почти всех умов немецких, можно ли было не питать в сердце сладкой надежды? И кто станет досадовать на немецкого патриота, желающего своему отечеству славы, счастья, могущества? Подобно другим, и я чрезвычайно занят был тогдашними критическими обстоятельствами. Ввечеру поздно прочитал я в газетах известие, после оказавшееся ложным, о великой победе, будто бы пруссаками одержанной в Тирингенском лесу над французами. Очень естественно, что сие происшествие, которым душа моя была наполнена, всю ночь из головы моей не выходило. Я видел странный сон, по удивительной игре воображения, может быть, достойный любопытства читателей и в нынешнее время.

"Пруссаки обошли и разделили французское войско; одну часть его стеснили в Тирингенском лесу, а другую принудили бежать назад к Майну. В то самое время Гессенский корпус запер дорогу, ведущую к Франкфурту. Разбитое и рассеянное войско французское нашлось принужденным идти в Швабию, и будучи с левой стороны угрожаемо австрийцами, внезапно в Тироль и Баварию вторгшимися, спешило достигнуть верхнего Рейна. Союз Рейнский рушился; сильнейшие из членов его, короли баварский и виртембергский, отправились во Францию с малым числом людей, какое только могли собрать в короткое время. Между тем как пруссаки шли вперед с союзниками своими, повсюду распространилось движение в народ, и немцы действовали с такою неутомимою ревностью, какой даже предполагать в них было бы не можно. Судьба Германии в сие время находилась во власти короля прусского; ибо Австрия направила силу свою на Италию и Швейцарию. От воли Фридриха Вильгельма зависело объявить себя немецким императором, или разделить всю Германию пополам с австрийским домом. Но обозревши проницательным оком историю прошедших столетий и решившись наставлениями прежних времен воспользоваться для блага будущих, он принял великое намерение утвердить прочный мир в Европе и, пожертвовав собственными выгодами, быть благодетелем человеческого рода. Представив общему рассмотрению полезный план свой, он без труда получил согласие дворов петербургского и венского. Даже сен-Джемский кабинет одобрил его, усмотревши в нем выгоды для английского народа. Король прусский был уверен, что удержавши за собою всю Германию, он возбудил бы чрез то неудовольствие в державах соседственных, и был бы неоднократно принужден войною сомнительною и долговременною оспаривать свои завоевания. Он имел у себя в свежей памяти важные ошибки, сделанные отцом его при разделе Польши в оба раза. Напротив того знал, что находясь под управлением одного верховного начальника и при благоразумном учреждении государственном, Германия положением своим и внутренними силами охранять могла бы спокойствие среди Европы, и будучи в связи с Австриею и Пруссиею, не допустила бы ни Францию, ни Россию овладеть Европою. Разумеется, что Германия, сделавшись единым телом государственным, не должна уже терпеть внутри себя чуждого владычества. Австрия и Дания отреклись от своих областей в Немецкой империи. Пруссия, уступивши провинции Франконские, Нижне-Саксонские и Вестфальские, получает взамен Шведскую Померанию, Стрелицкую область, часть Курсаксонии и Ангальтского княжества, Лузацию и часть западной Галиции. Эльба от Менленбургской границы почти до самого Дрездена отделяет Прусскую монархию от Немецкой империи. Австрийскому дому за уступленную часть Галиции дают Далмацию, Тироль и верхнюю Италию до реки По. Наполеон, по многих кровопролитных походах в Германии, Бельгии, Италии и на пределах испанских, удостоверяется, в чем состоят истинные выгоды непобедимой империи его, и одобрив прежний план известного Карно, остается спокойным владетелем Франции в пределах, назначенных первою конституциею.

Лишь только французские войска вытеснены за Рейн, великодушный король прусский для произведения в действо мудрого плана своего немедленно сзывает в Нюрнберг изо всех больших и малых городов Немецкой империи мужей знаменитейших и прозорливых; предлагает им на рассмотрение и одобрение следующую конституцию:

Германия должна составлять единую нераздельную империю, и быть под правлением смешанной фирмы. Законодательная власть предоставляется двум камерам, то есть верхнему парламенту и нижнему. В верхнем парламенте заседают оставшиеся в Германии после Люневильского мира владетельные князья, к которым присоединятся еще принцы, два прусские, два австрийские и два из дому ганноверского. Достоинство их есть наследственное, неразделяемое от участка недвижимого имения, которое непременно доставаться должно первородному наследнику. Члены верхнего парламента именуются герцогами, а братья их и дети князьями. Число сих пэров простирается не свыше восьмидесяти. По пресечении рода верховный глава империи может возвести на степень пэра кого пожелает, и дать ему участок, принадлежавший пресекшейся фамилии. Члены нижнего парламента избираются из среды народа, и отправляют должность сию пять лет, по прошествии коих они снова могут быть избраны. Вся Германия разделена на сто департаментов, почти равных по числу жителей. Каждый департамент состоит из десяти уездов; в каждом уезде изо всех владельцев земли, стоящей более 1000 талеров, большинством голосов назначаются два избирателя, кои на всю жизнь остаются в сем звании. Уездные избиратели, также по большинству голосов, назначают двух депутатов от департамента. Как избиратели, так и депутаты не должны состоять в государственной службе. Все двести членов нижнего парламента получают равное жалованье.

Немецкая империя состоит под верховным управлением императора, достоинство коего остается наследственным в фамилии по праву первородства. Все другие принцы императорского дома суть природные члены верхнего парламента; они именуются герцогами, но не имеют уделов; при императоре находится один государственный секретарь и шесть министров, а именно: иностранных дел, правосудия, благочиния и народного просвещения, денежных в государстве оборотов, торговли и промыслов, и военной части. Одна половина министров заседает в верхнем парламенте, другая в нижнем; каждый имеет право давать голос. Император назначает для верхнего и нижнего парламентов по одному председателю. Он имеет власть через своих министров предлагать законы обоим парламентам для рассмотрения и одобрения. Никакой закон действительным быть не может, ежели о нем два раза не было рассуждаемо в парламентах, и ежели он не одобрен большинством голосов и не утвержден императором. То же самое разуметь должно об определениях, касающихся до денежных в государстве оборотов и о прочем. Ежегодно в известное время оба парламента держат свои заседания, которые однако открываются не иначе как по императорскому приглашению. Исполнительная власть предоставлена императору. Он определяет всех государственных чиновников, и имеет военную силу в полном своем распоряжении. Число войска ограничивается двумястами тысяч человек; увеличить его не дозволяется без согласия обоих парламентов. Император сносится с чужестранными державами, объявляет войну, заключает договоры мирные, союзные и торговые. Однако все акты, разве только с изъятием весьма немногих, предлагаются парламентам для сведения. Все государственные волости принадлежат народу; впрочем императорская фамилия может иметь и свои собственные. Для содержания двора определена сумма, которую члены парламентов, смотря по обстоятельствам, властны увеличить. Сумма сия не смешивается с издержками по части внутреннего управления.

Ленная система уничтожена; однако дворянское достоинство осталось наследственным. Дворянин по силе общего мнения имеет преимущество перед прочими гражданами. Император возводит в дворянское достоинство. В семидесяти княжеских фамилиях право первородства относится только к принадлежности уделов, с которыми сопряжено право заседать в верхнем парламенте. Сии уделы не только не должны переходить в чужие руки по какому-либо условию или сделке, но даже без согласия императора и обоих парламентов они не подлежат никаким долговым обязательствам. -- Нынешние владетельные князья удерживают родовое и личное свое имение и третью часть государственных волостей, долженствующих принадлежать им по их званиям. Напротив того они теряют свои государские права и свободу от податей, от коих уже не изъемлются и сами волости, прежде бывшие казенными. Разумеется, что они не могут раздавать ни титулов, ни достоинств. Члены верхнего парламента, кроме выгод с их званием сопряженных, никакого другого преимущества иметь не будут; судить их может только самим императором назначенная комиссия.

Все долги прежних государств Немецких принимаются на счет империи. За долги княжеского дома ручается целая фамилия; за долги одного лица сам должник и отвечает.

Равенство пред лицом закона, однообразный порядок в гражданском и уголовном судопроизводстве, и свободная торговля суть главные условия новой конституции.

Господствующей веры нет в Немецкой империи. Три главные христианские исповедания пользуются равными правами, и ни одно из них не должно другому препятствовать в отправлении богослужебных обрядов. Только процессии и набожные путешествия католиков запрещаются, как противные благочинию. Никто из граждан, какого бы исповедания ни были, не лишается права на чины и достоинства. Для католиков и протестантов учреждаются учебные заведения, состоящие под главным надзором самого императора. Церковь католическая в Германии отступает от папской власти, и вверяется начальству десяти епископов, подчиненных синоду, как главному судилищу по делам духовным. Члены синода суть государственные чиновники, назначаемые императором и получающие жалованье. В случае равенства голосов между членами император дает решение. Все духовные ордены, монастыри и безбрачие священства уничтожаются. Священники, по примеру протестантской церкви, должны быть избираемы прихожанами и содержимы на общественном иждивении, Синод назначает епископов и представляет о них императору, который утверждает их в сем достоинстве. Только церковные и училищные дела подлежат ведению синода; все же прочие по новым законам должны быть рассматриваемы в гражданских судилищах. Император содержит христианскую веру протестантского исповедания.

Императорское достоинство сперва достается саксонскому дому, и курфюрст саксонский должен быть первым императором. В преемники ему назначен герцог Веймарский. После того императорское достоинство с правом первородства остается сперва в линии веймарской, потом в других отраслях эрнестинского дома и альбертинского, ежели сей последний приимет исповедание протестантское. В случае пресечения дома саксонского императорское достоинство переходит в дом гессенский, потом в баденский, потом в голштейн-олденбургский, потом в виртенбергский, потом в мекленбургский, потом в брауншвейгский, потом в нассауский.

Оба парламента при самом начале весьма прилежно займутся составлением нового уложения гражданского и уголовного для всей Германии, распоряжением однообразных и соразмерных податей и изобретением средств уплатить долги государственные.

В председатели верхнего парламента назначен прежний курфюрстский архи-канцлер, муж отличный по дарованиям своего разума; в нижнем парламенте председательство поручено знаменитому патриоту, министру Албини; здесь же присутствуют прославившиеся ученостью и дарованиями Гете, Шпиттлер, Гуфеланд и проч. и проч.

Наступило время торжества; государственные чины подписали конституцию, и в самом месте собрания провозгласили ее при беспрерывных восклицаниях. Положено твердое основание независимости народа почтенного и доброго, из 18-ти миллионов человек состоящего. Новые законы повсюду приняты с восторгом, и каждый честный немец стремился споспешествовать благу возрожденного своего отечества. Исключительные преимущества, для одних слишком выгодные, для других оскорбительные, уже не беспокоили сограждан, не возбуждали в них ни зависти, ни негодования. Талантам открыт путь чести и облегчены способы содействовать назиданию общего блага. Все частные выгоды слились в едином составе. Немцы уже не поднимали оружия против немцев. Не было причины бояться, чтобы иностранный владетель несчастную Германию сделал позорищем опустошительных браней. Раздоры за веру прекратились; католик и протестант беспрепятственно молились одному Богу, каждый по своему исповеданию. Народная сила очевидно укреплялась под защитою законов; благотворное действие свободы оживило все ремесла и промыслы.

Объявлено о торжественном шествии великодушного наследника престола в столичный императорский город. Я замешался в толпу радостного народа, и "-- увы, проснулся!


(Из Архенгольцевой Минервы.)


-----


Политическое сновидение 1806 года: [О том, чем могла бы завершиться в идеале война между Францией и Пруссией]: (Из Архенг[ольцевой] Минервы) // Вестн. Европы. -- 1809. -- Ч.44, N 6. -- С.141-153.