# Бог мести

Шолом Аш

Пьеса в трех действиях.

Текст издания: Сборник товарищества "Знание" за 1907 год. Книга девятнадцатая.

## Шоломъ Ашъ


## Богъ мести.


Пьеса въ трехъ дѣйствіяхъ.


Дѣйствующія лица:


ЯНКЕЛЬ ШЕПШОВИЧЪ, хозяинъ, человѣкъ средняго роста, лѣтъ 40.

САРА, его жена.

РИВКЕЛЕ, ихъ дочь, молодая дѣвушка, лѣтъ 17.

ГИНДЛЬ, первая дѣвушка изъ подвала.

МАНКА, вторая дѣвушка изъ подвала, еще довольно молодая.

РЕЙЗЛЬ, БАСЯ -- Дѣвушки изъ подвала. Бася провинціальная дѣвушка, только что пришедшая.

ШЛЕЙМЕ, альфонсъ, женихъ Гиндли, красивый парень 26 лѣтъ.

РЕБЪ ЭЛЕ, сватъ, сосѣдъ Янкеля.

СЕЙФЕРЪ.

НЕЗНАКОМЫЙ ЕВРЕЙ.

ЕВРЕЙКА СЛѢПАЯ HА ОДИНЪ ГЛАЗЪ изъ толпы нищихъ.

НИЩІЕ, МУЖЧИНЫ и ЖЕНЩИНЫ.


Жизнь современная. Мѣсто дѣйствія -- большой провинціальный городъ.


## ДѢЙСТВІЕ ПЕРВОЕ.


Дѣйствіе происходитъ въ частномъ домѣ хозяина. Первый этажъ стараго деревяннаго дома. Комната построена надъ подваломъ, гдѣ находится публичный домъ. Изъ подвала вверхъ ведетъ снаружи деревянная лѣстница, гулко отдающая звуки шаговъ, когда по ней ходятъ. Жилище состоитъ изъ большой комнаты съ низкимъ потолкомъ, мебель новая, но дешевая, мѣщанская, которая не гармонируетъ съ старыми стѣнами дома. Стѣны увѣшены вышитыми по канвѣ картинами изъ библіи. Выдѣляется изъ нихъ изображеніе Адама и Евы у древа познанія и тому подобныя дѣвичьи вышивки. Противъ сцены дверь, ведущая въ комнату Ривкеле; направо, по обѣимъ сторонамъ двери, двѣ кровати у стѣнъ съ высоко взбитыми подушками. Налѣво -- два окошечка низкихъ, съ изнутри закрывающимися ставнями, завѣшанныя занавѣсками и установленныя цвѣточными горшками. Между окнами стеклянный шкафъ; подъ окномъ комодъ. Въ комнатѣ кончаютъ уборку; видно, что ожидаютъ гостей. Наставлены лишнія скамьи и столы, загроможденные корзинами; эти корзины наполнены бѣлыми булками и другими родами пищи. Ранняя весна, время послѣобѣденное.


САРА, РИВКЕЛЕ, ПОТОМЪ ХОЗЯИНЪ.


(Саpа высокая, стройная, лицо уже порядочно помято, но носить слѣды былой красоты, имѣющей и теперь еще оттѣнокъ дерзости. На ея головѣ парикъ, изъ-подъ котораго время отъ времени вырываются локоны. Одѣта въ солидное платье, которое тутъ и тамъ кокетливо украшено. Носитъ много драгоцѣнностей и въ своихъ движеніяхъ еще не можетъ освободиться отъ манеръ среды, изъ которой вышла. Она стоитъ съ Ривкеле, прелестной молодой дѣвушкой, очень мило и прилично одѣтой, у нея двѣ длинныя, толстыя косы. Она помогаетъ матери убирать комнату)


РИВКЕЛЕ (засовывая бумажные цвѣты за гардины). Посмотри, мама, такъ то зеркало украсить, вотъ такъ будетъ красиво.

САРА (хлопоча у стола). Ну, спѣши, дочурка, проворнѣй, проворнѣй; отецъ пошелъ уже звать гостей почтенныхъ, тору принесетъ домой.

РИВКЕЛЕ. Вотъ славно! Люди будутъ пѣть, играть будутъ, правда, мама?

САРА. Да, дочурка, праздникъ это Божье дѣло.. А Сейфуру заказать тору не всякій можетъ, развѣ лишь хозяинъ, почтенное лицо.

РИВКЕЛЕ. И дѣвушки придутъ, танцовать будутъ, правда, мама? (Останавливается) Но вѣдь тогда мнѣ блузку купить надо, туфли бѣлыя, (показываетъ на свои ноги) нельзя же танцовать въ такихъ башмакахъ...

САРА. Вотъ наканунѣ Пасхи, когда Богъ дастъ невѣстой станешь, я тебѣ платье длинное куплю, туфли... Дѣвушки придутъ, хорошія дѣвушки, изъ почтенныхъ домовъ, ты имъ подругой будешь...

РИВКЕЛЕ (недовольно пожимая плечами). На Пасху.. Ты все оттягиваешь на Пасху,-- ужъ я большая (Смотрится въ зеркало, показываетъ на свои длинныя косы) Какія косы у меня густыя, длинныя... Манка говоритъ... А Манка... она вѣдь тоже будетъ, правда, мама?

САРА. ну, ужъ нѣтъ, дочурка! Только честныя дѣвушки, приличныя дѣвушки,-- ты вѣдь хозяйская дочь...

РИВКЕЛЕ. Почему же нѣтъ, мама? Манка составила мнѣ узоръ Могенъ-Доведа на бархатномъ мѣшкѣ для торы... Теперь я вышиваю по немъ шолкомъ... Украшено листьями, цвѣтами,-- увидишь, какъ красиво! (Показываетъ на картины по стѣнамъ) Во сто разъ лучше этихъ...

САРА (испуганно). Боже мой! Не покажи отцу: онъ будетъ кричать, сердиться!

РИВКЕЛЕ. Почему же, мама,-- это вѣдь для торы.

САРА. Отецъ разсердится! (Слышны шаги на лѣстницѣ) Тсс! молчи! Отецъ идетъ...

ХОЗЯИНЪ (еще на лѣстницѣ). Что? Кланяться передъ ними? Очень мнѣ нужно! (Входитъ; это высокій, крѣпкій мужчина, лѣтъ сорока, черное поросшее лицо, черная, кругло остриженная борода, говоритъ громко и грубо, руками задѣвая другого, но во всей его физіономіи чувствуется открытость) Не придутъ и не надо! Я бѣдняковъ собралъ, не боюсь! Найдутся охотники до пряниковъ и гуся! (Увидя Ривкеле, садится на стулъ и пальцемъ зоветъ ее къ себѣ) Ну-ка, подойди къ отцу...

САРА (сердито и дѣлая видъ, что не обращаетъ на нихъ вниманія, сервируетъ столъ). Ты думаешь они захотятъ пачкаться тутъ? Вотъ если имъ сторублевка нужна или милостыня, тогда не брезгуютъ! Холопъ-трефной, деньги же его кошерны.

ХОЗЯИНЪ. Чего боится? Нашла заботу! Пустяки! Вреда не будетъ. (Зоветъ Ривкеле) Ну-ка, подойди къ отцу...

РИВКЕЛЕ (подходя къ нему очень неохотно и боязливо). Чего хочешь, отецъ?

ХОЗЯИНЪ. Ты не бойся, Ривкеле, зла тебѣ не сдѣлаю. (Беретъ ее за руку) Ты любишь отца своего, да?


(Ривкеле утвердительно киваетъ головой)


ХОЗЯИНЪ. Почему же ты боишься отца?

РИВКЕЛЕ. Не знаю я...

ХОЗЯИНЪ. Ты не бойся, отецъ тебя любитъ, очень любитъ... Вотъ сегодня я заказалъ святую тору, это стоитъ дорого,-- для тебя, дочка, для тебя...


(Ривкеле молчитъ, пауза)


ХОЗЯИНЪ. И когда ты съ Божьей помощью невѣстой станешь, я жениху куплю золотые часы съ золотой цѣпочкой, полъ-фунта золота будетъ вѣсить! Отецъ тебя крѣпко любитъ! Невѣстой сдѣлаться можно: Богъ велѣлъ! Это ничего! Всѣ люди женихами и невѣстами дѣлаются. (Ривкеле молчитъ) Ну? Любишь отца своего?

РИВКЕЛЕ (качая головой, тихо). Да...

ХОЗЯИНЪ. Скажи, что мнѣ купить, Ривкеле? (Ривкеле молчитъ) Ну, скажи, ты не бойся... Что купить? (Ривкеле молчитъ)

САРА (хлопоча за столомъ, Ривкеле): Ты что-жъ не отвѣчаешь, когда тебѣ отецъ говоритъ?

РИВКЕЛЕ. Не знаю.

САРА (хозяину). Шолковую блузу она хочетъ и бѣлыя туфли.

ХОЗЯИНЪ. Да? Этого хочешь? (Ривкеле утвердительно качаетъ головой) Это тебѣ слѣдуетъ (Вынимаетъ изъ звонящаго кармана золотую монету) На! Дай это матери, пусть она тебѣ купитъ...


(Ривкеле, взявъ деньги, относитъ матери. На лѣстницѣ слышенъ шумъ шаговъ входящихъ нищихъ)


ХОЗЯИНЪ (Сарѣ). Видишь, ты тужила -- гостей не будетъ! (Открываетъ дверь и зоветъ) Ну, заходите, заходите. (Входитъ толпа бѣдняковъ, мужчинъ и женщинъ, сначала въ одиночку, какъ бы прокрадываясь въ комнату, потомъ все развязнѣй ведутъ себя и говорятъ съ сдержанной насмѣшкою)

НѢКОТОРЫЕ ИЗЪ НИЩИХЪ. Ну, добрый день вамъ!


(Capa надѣваетъ широкій передникъ, наполняетъ его кусками провизіи. Дѣлитъ между бѣдными)


ОДИНЪ ИЗЪ НИЩИХЪ. -- Долгая вамъ жизнь, хозяюшка! Дай вамъ Богъ много радостей...

ВТОРОЙ. Да принесетъ тора благословеніе въ вашъ домъ.

ХОЗЯИНЪ (добавляя имъ куски хлѣба). По цѣлому фунту пряника давай имъ и по бутылкѣ водки на домъ! Пусть знаютъ, что сегодня у меня праздникъ! Ничего! На это меня хватитъ! (Хлопаетъ себя по карману)

ЕВРЕЙКА СЛѢПАЯ НА ОДИНЪ ГЛАЗЪ -- (хвалитъ передъ бѣдняками хозяевъ). Вотъ это такъ домъ. Дай Богъ мнѣ такой годъ, никто съ пустыми руками отсюда не уходитъ! Ложку супу больному, рубаху бѣдному -- а? что? оттуда, изъ высокихъ оконъ вамъ дадутъ? (Сара, какъ бы не слыша рѣчей еврейки, бросаетъ въ ея передникъ больше кусковъ, а еврейка, усердно подставляя передникъ, продолжаетъ) Когда тутъ празднуютъ, можно быть кѣмъ угодно, можно заниматься чѣмъ угодно...

ДРУГІЕ НИЩІЕ (между собой). Дай Богъ такъ счастья намъ, такъ счастья намъ...

ХОЗЯИНЪ (вынимаетъ полную пригоршню мелочи и бросаетъ въ передникъ Ривкеле). На, подѣли бѣднякамъ...


(Ривкеле дѣлитъ между бѣдняками)


ЕВРЕЙКА СЛѢПАЯ НА ОДИНЪ ГЛАЗЪ (съ большой смѣлостью указывая на Ривкеле). Покажите-ка мнѣ во всемъ городѣ еще одну! Раввины не имѣютъ такихъ дѣтей. (Говоритъ тихо, но такъ, чтобы хозяинъ и Сара слышатъ) Богъ знаетъ, откуда взялась у нихъ такая чистая душа! Кажется, выросла въ такомъ домѣ -- да проститъ Богъ мои слова. (Громко) И какъ это берегутъ,-- какъ глазъ во лбу! Размѣренъ, взвѣшенъ каждый ея шагъ, любо смотрѣть. (Подходитъ къ хозяину и хлопаетъ его по плечу) Ничего! Люди знаютъ! (Показывая на Ривкеле) Будь у меня сынъ раввиномъ...

ДРУГІЯ ЖЕНЩИНЫ (между собою). Люди знаютъ, люди знаютъ...

ХОЗЯИНЪ. Увидите! Если я ее благополучно поведу подъ вѣнецъ, цѣлыхъ гусей вы получите, живыхъ щукъ получите! И рубли въ придачу! Мое имя Янкель Шершовичъ, если я лгу...

ЕВРЕЙКА СЛѢПАЯ НА ОДИНЪ ГЛАЗЪ. Какъ будто въ синагогѣ она выросла, говорю я вамъ! Чистая, красивая, достойнѣе дочекъ всѣхъ почтенныхъ домовъ...

ЖЕНЩИНЫ. Люди знаютъ, люди знаютъ. (Хозяинъ одѣляетъ рюмкой водки бѣдняковъ, которые роняютъ слова, какъ будто не замѣчая) Хотя отецъ ея и Янкель Шепшовичъ...

САРА (продолжая одѣлять). Ну, ну, передъ кѣмъ онъ тутъ хвалится!

ХОЗЯИНЪ (не удержавшись и наливая рюмки съ проворствомъ). Все равно мнѣ бѣденъ или богатъ! Пусть всѣ знаютъ! Пусть весь городъ знаетъ, что есть я, то и есть. (Указывая на жену) Что есть она, то и есть. Все вѣрно! Все вѣрно! Все! Только на дитя мое пусть не падаетъ хула! А, нѣ-ѣтъ! Вотъ этой бутылкой голову въ куски! Пусть хоть самъ раввинъ,-- разницы пѣтъ! Чище его дочери... (Проводитъ пальцемъ по горлу) Голову даю...

САРА (перестаетъ дѣлить). Ну, слыхали ужъ, слыхали... (Отряхиваетъ руки и ищетъ метлу) Полъ подмести надо, гости будутъ! (Обращается къ нищимъ) Кажется, жаловаться нечего.

БѢДНЯКИ. Нѣтъ, хозяюшка, дай Богъ вамъ счастья! (Оставляютъ постепенно комнату, благословляя; хозяинъ еще подбрасываетъ куски за спиной жены)

САРА (взявъ метлу, подметаетъ и говоритъ Ривкеле, чтобъ слышали бѣдные). Иди, дочка, кончай мѣшокъ для торы! Ребъ Эле сейчасъ придетъ, Сейферъ придетъ...


(Ривкеле уходитъ въ свою комнату)


CAPА (продолжая подметать комнату). Предъ кѣмъ нашелъ хвастаться! Важное дѣло, скажу я вамъ! А думаешь, такъ они къ тебѣ бы не пришли? Каждый день праздникъ дѣлай, каждый день имѣть ихъ будешь! Въ домахъ благородныхъ знаютъ какъ держаться, чтобы почетъ былъ человѣку! А что-жъ, какъ у тебя? Сейчасъ за панибрата? Что это за почетъ, говорю я, для человѣка, для хозяина?..

ХОЗЯИНЪ. Ты хочешь, чтобы люди приличные къ тебѣ ходили, видно, ты позабыла, кто ты...

САРА. "Кто ты"? Обокралъ ты кого-нибудь! У тебя дѣло есть! У каждаго свое дѣло! Ты никого не принуждаешь... Ты можешь заниматься чѣмъ хочешь, лишь бы самъ не дѣлалъ зла? Попробуй-ка имъ денегъ дать, увидишь, какъ возьмутъ...

ХОЗЯИНЪ. Взять то -- возьмутъ, но въ ихъ глазахъ собакой будешь! Въ синагогѣ, въ дверяхъ стой... Никогда тебя къ торѣ не допустятъ...

САРА. Ты такъ-таки думаешь, что они тебя лучше? Лишь бы они тебѣ не нужны были. Теперь на бѣломъ свѣтѣ такъ: имѣешь деньги, къ тебѣ придетъ почтенное лицо, какъ Сейферъ -- переписчикъ торы, напримѣръ, ребъ Эле, возьметъ у тебя хорошую милостыню... тебя не спроситъ, откуда у тебя взялось!? Укради, убей,-- лишь бы было, вотъ что!

ХОЗЯИНЪ. Не лѣзь ты высоко, Сара! Не такъ высоко... Не то сразу сломаешь шею. (Грозитъ пальцемъ) Не лѣзь, не лѣзь! Имѣешь хату -- лежи! Хлѣбъ имѣешь -- жри. Не лѣзь, куда не просятъ! Каждый песъ свою конуру знай. (Отходитъ отъ стола и дѣлаетъ кругъ рукою) Ужъ мнѣ досадно все это дѣло. Боюсь, что тутъ уже тебѣ придетъ конецъ...

САРА (перестаетъ мести, подпирая бока руками, свысока). А еще мужчина. Стыдился бы. Я женщина, и я могу сказать: что было -- того нѣтъ,-- п-ссъ, ушло... Некого стыдиться... Весь міръ не лучше... Иначе носомъ въ землю ходить бы надо. (Подходитъ къ нему) А знаешь что: какъ деньги будутъ, закроешь лавочку и пѣтухъ не запоетъ... Кому... Кому какое дѣло, чѣмъ ты былъ?

ХОЗЯИНЪ (подумавъ). Это ужъ было бы къ лучшему. (Пауза) Закупить лошадей, отвезти заграницу, какъ Айзекель Фурманъ... Человѣкомъ стать, а не то, чтобъ тебѣ въ глаза смотрѣли, какъ вору...

САРА (задумчиво). А все-таки жаль дѣло... Лошадьми такого кошернаго гроша -- нѣтъ, не получишь... Здѣсь по крайней мѣрѣ рубль въ рукахъ...

ХОЗЯИНЪ (задумчиво). Это вѣрно...

САРА (выходитъ въ другую комнату, приноситъ тарелки и устанавливаетъ ихъ на столѣ). И вотъ, видишь, дочка у насъ, слава Богу, есть приличнѣе другихъ хозяйскихъ дѣвушекъ въ городѣ. Замужъ выйдетъ, честнаго человѣка возьметъ, будетъ имѣть дѣтей хорошихъ и вотъ, видишь, "чего же еще"?

ХОЗЯИНЪ (поднимаясь). Да, когда ты будешь ее учить. (Сердито) Иди, пускай къ ней Манку: сюда ее позови...

САРА. Смотри, что онъ выдѣлываетъ. Одинъ только разъ я Манку позвала, чтобъ она научила Ривкеле вышивать по канвѣ -- она же дѣвушка, надо же о приданомъ подумать. У нея и подругъ даже нѣтъ. Вѣдь ты и на улицу ее не выпускаешь. (Пауза) Ну, не хочешь, такъ и не надо.

ХОЗЯИНЪ. Нѣтъ, не хочу... Не хочу я, чтобы мой домъ сносился съ подваломъ! Я отдѣляю свой домъ отъ подвала. Слышишь ли? Какъ кошерное отъ трефного. Отрѣзано. Внизу (показываетъ пальцемъ въ землю) публичный домъ, а тутъ дѣвушка-невѣста, чистая дѣвушка. Ты слышишь? (Стучитъ кулаками по столу) Дѣвушка-невѣста здѣсь живетъ! Отрѣзано пусть будетъ!


(Слышны шаги на лѣстницѣ)


САРА. Ну, нѣтъ, такъ нѣтъ,-- не кричи. (Прислушивается) Тише, люди идутъ... навѣрное ребъ Эле (Она прячетъ выбившуюся прядь волосъ подъ парикъ, поправляетъ передникъ; хозяинъ расправляетъ бороду, пиджакъ и становится у двери въ ожиданіи гостей)


(Дверь широко раскрывается, входятъ Шлейма, Гиндль. Шлейма высокій, крѣпкій парень, лѣтъ 26, въ длинныхъ ботфортахъ, въ короткомъ пиджакѣ; развалистая походка, говоря вращаетъ зрачками. Гиндль -- отцвѣтшая дѣвушка, носитъ платье неподходящее къ ея возрасту, набѣленное лицо. Входитъ дерзко и свободно)


ХОЗЯИНЪ (Сарѣ). Посмотри на моихъ гостей... (Шлеймѣ) Тутъ у меня никакихъ дѣлъ нѣтъ... Внизу, все внизу... (Указывая на порогъ) Я сойду.

ШЛЕЙМЕ. Что гонишь? Уже стыдишься насъ?

ХОЗЯИНЪ. Покороче: что скажешь хорошаго.

ШЛЕЙМЕ. У тебя сегодня праздникъ, вотъ мы пришли поздравить. Старые знакомые,-- что нѣтъ?

САРА. Посмотрите на этихъ знакомыхъ...

ХОЗЯИНЪ. Дѣло прошлое,-- съ этого дня кончено. Будетъ дѣльце -- хорошо,-- только все внизу. (Показываетъ на полъ) Съ этого дня я тутъ тебя не знаю, ты меня не знаешь. Рюмку водки еще получить можешь. (Наливаетъ обоимъ по рюмкѣ) Но поторопитесь, а то человѣкъ еще подойдетъ..

ШЛЕЙМЕ (беря рюмку водки и обращаясь лукаво къ Гиндлѣ). Видишь, замужество -- хорошее дѣло: такъ становишься похожимъ на людей,-- даютъ тору написать; не такъ, какъ тѣ альфонсы! Сутенеры... (Хозяину) На тебя глядя, самъ женихомъ сегодня сталъ. Съ этой животиной,-- вотъ (показываетъ на Гиндль). Что, плохая хозяйка будетъ? Увидишь? Парикъ надѣнетъ, та-же раввинша будетъ, какъ Богъ святъ...

ХОЗЯИНЪ. Хорошая новость. Вотъ какъ? Женихомъ сталъ? Когда же свадьба съ Божьей помощью?

САРА. Посмотри, съ кѣмъ онъ тутъ сталъ разговаривать! Прилично это! Съ отбросами,-- да проститъ Богъ! Господи... Раввинъ, Сейферъ могутъ еще подойти...

ШЛЕЙМЕ (хозяину). Когда свадьба, спрашиваешь ты? Гм?.. Когда нашъ братъ женится... Будетъ пара дѣвицъ,-- балдахинъ поставимъ, дѣло устроимъ... чѣмъ еще нашему брату заняться? Раввиномъ не быть... Но что-то должно быть экстра... огонь и пламя... (Подмигивая) А нѣтъ, такъ и игра свѣчъ не стоитъ...

ХОЗЯИНЪ. Чего же отъ меня хочешь, скажи пожалуйста?

ШЛЕЙМЕ. Чего отъ тебя хочу? Пустякъ. (Показываетъ пальцемъ на Гиндль) Это твоя дѣвка, а? А -- моя невѣста. У нея къ тебѣ претензія (Беретъ у Гиндли ея счетную книжку) И отъ сегодняшняго дня со мной будешь имѣть дѣло. Сегодня я отъ тебя хочу только малость: десять рублей на книжку. (Стучитъ рукой по книжкѣ) Хорошія деньги, братъ, хорошія деньги. (Показывая глазами на Гиндль) Она тамъ шляпку себѣ купить хочетъ...

ХОЗЯИНЪ. Внизу, все внизу... Я сойду... Тамъ всѣ дѣла обдѣлаемъ -- тутъ я тебя не знаю вовсе... Тутъ съ тобой никакихъ дѣлъ...

ШЛЕЙМЕ. Мнѣ все равно,-- внизу, такъ внизу. Внизу не чужой, вверху не чужой. Все равно... Одинъ чортъ...

ХОЗЯИНЪ (уже сердито). Собери свои кости, очисти мѣсто: человѣкъ долженъ придти...

САРА. Чортъ сломай вамъ шею, руки и ноги ваши! Полѣзъ праздникъ мутить намъ. (Смотритъ съ отвращеніемъ на Гиндль) Стоитъ съ такой гадиной имѣть непріятности.

ГИНДЛЬ (Сарѣ). Я для васъ, можетъ быть, не товаръ? Сами въ подвалъ ступайте...

ШЛЕЙМЕ (Гиндлѣ). Скажи ей, пусть дочь свою пошлетъ. (Киваетъ Сарѣ) Ей Богу, хорошія дѣла сдѣлаетъ...

ХОЗЯИНЪ (приближается къ Шлеймѣ). Меня ругай, слышалъ? (Показываетъ на жену) Ее ругай: мы панибраты... но имени дочери моей нечестивымъ ртомъ не поминай, слышалъ? (Подходитъ быстро) Ее не трогай... я... нѣтъ... Я тебѣ брюхо распорю! Слышишь? Она тебя не знаетъ, ты ее не знаешь.

ШЛЕЙМЕ. Такъ я ее узнаю... Нашего брата дочка -- не дальняя родня...

ХОЗЯИНЪ (хватая его за горло). Испотрошу! Въ рожу меня бей, топчи меня ногами, а имени дочери не поминай...


(Они борются)


CAPА (подбѣгая). Чистое наказаніе... Сталъ тутъ съ отбросами спорить... Еще человѣкъ подойдетъ... Господи, Боже! Янкель... Ребъ Эле... Сейферъ... Янкель, Янкель... Вспомни Бога. (Отрываетъ его отъ Шлеймы) Что съ-тобой? (Слышны тяжелые шаги на лѣстницѣ. Capа продолжаетъ разнимДть ихъ, говоря)

САРА (отталкиваетъ Шлейму). Ребъ Эле здѣсь, Сейферъ идетъ... Стыдъ и срамъ передъ людьми.

ХОЗЯИНЪ (держа его за воротникъ). Нѣтъ, тутъ на мѣстѣ...


(Голосъ Эле въ дверяхъ: Пожалуйте, ребъ Сейферъ)


РЕБЪ ЭЛЕ (просовывая голову въ дверь съ трубкою въ зубахъ). Что здѣсь за шумъ? Въ такой день должна быть особая радость, а не то, что ссора... (Прячетъ голову) Пожалуйте, ребъ Сейферъ...


(Хозяинъ, услыхавъ голосъ ребъ Эле, отпускаетъ Шлейму. Capа торопливо всовываетъ ему кредитную бумажку, которую достаетъ изъ чулка, отталкиваетъ его и Гиндль къ двери, гдѣ они сталкиваются съ ребъ Эле и Сейферомъ, которые отстраняются передъ женщиной и пропускаютъ ее)


ШЛЕЙМЕ (Гиндлѣ, уходя). Видишь, видишь, съ какими почтенными лицами онъ якшается теперь? Постой, постой, онъ еще раввиномъ сдѣлается. (Шлейме и Гиндль уходятъ)


РЕБЪ ЭЛЕ, СЕЙФЕРЪ И ПРЕЖНІЕ.


РЕБЪ ЭЛЕ (низенькій, толстый еврейчикъ, говоритъ скоро, дѣлаетъ быстрыя движенія рукой -- заискивающе). Будьте добры, будьте добры. Сейферъ... (Тихо хозяину и Сарѣ) Надо вамъ держаться немного приличнѣй, пора уже: люди приходятъ...


(Сейферъ высокій, старый еврей; его высокое, худое тѣло облечено въ широкій кафтанъ, носитъ длинную, рѣдкую бороду; онъ въ очкахъ, держится холодно, таинственно)


РЕБЪ ЭЛЕ (Сейферу, указывая рукой на хозяина). Это хозяинъ.

СЕЙФЕРЪ (подаетъ ему руку). Шолемъ алейхемъ...


(Хозяинъ нерѣшительно поднимаетъ руку. Capа почтительно отходитъ въ сторону)


РЕБЪ ЭЛЕ (садится къ столу, подвигая стулъ Сейферу). Садитесь, Сейферъ. (Хозяину) Садитесь!


(Сейферъ садится возлѣ ребъ Эле, черезъ столъ садится хозяинъ, очень нерѣшительно)


РЕБЪ ЭЛЕ (Сейферу). Это тотъ еврей, для котораго я вамъ заказалъ тору. (Онъ подвигаетъ себѣ водку, наливаетъ Сейферу, потомъ себѣ). Сына нѣтъ у него, такъ онъ Богу торой послужить хочетъ, таковъ ужъ нашъ обычай еврейскій! Хорошо это! Надо ему помочь! На здоровье, Сейферъ. (Даетъ ему руку, потомъ хозяину) На здоровье хозяина. У тебя сегодня радость...


(Хозяинъ нерѣшительно даетъ ему руку. Сара, подойдя къ столу, подвигаетъ варенье ребъ Эле, мужъ тянетъ со за рукавъ, чтобы она удалилась)


РЕБЪ ЭЛЕ (выпивая). Пейте, Сейферъ. (Хозяину) Пей! Сегодня ты долженъ быть веселымъ! Богъ тебѣ помочь: можешь заказывать тору... Божье это дѣло...

СЕЙФЕРЪ (со стаканомъ въ рукѣ ребъ Эле, кивая на хозяина). Что это за еврей?..

РЕБЪ ЭЛЕ. Что за разница? -- еврей... Пусть не ученый... Не всѣ же могутъ быть учеными. Когда еврей хочетъ сдѣлать угодное дѣло, не надо его отталкивать На здоровье! (Хозяину) Пей, хозяинъ! Будь веселъ!

СЕЙФЕРЪ. А съумѣетъ ли онъ съ торой обращаться?

РЕБЪ ЭЛЕ. Что значитъ не съумѣетъ? Онъ же еврей.. Какой еврей не знаетъ, что такое тора? (Пьетъ) Здоровье... Да дастъ Великій Богъ нашъ всѣхъ благъ евреямъ...

СЕЙФЕРЪ (держитъ рюмку, хозяину). За ваше здоровье, хозяинъ (Повелительнымъ тономъ) Ты долженъ знать, что тора -- великая вещь. На торѣ стоитъ міръ, каждая тора -- какъ скрижаль, что Моисей получилъ отъ Бога на горѣ Синая... Каждое слово написано съ чистотою и святостью. Въ домѣ, гдѣ находится тора, тамъ -- самъ Богъ. Topa должна быть оберегаема отъ всякой нечисти... Евреи... Чтобъ ты зналъ, что такое тора...

ХОЗЯИНЪ (блѣднѣетъ, испуганно поднимается съ мѣста, начинаетъ говорить непонятно и дрожа). Ребе... Ребе... Я скажу раввину всю правду... Я... Я человѣкъ грѣшный, очень грѣшный... Ребе... я боюсь...

РЕБЪ ЭЛЕ (Сейферу, перебивая). Этотъ еврей -- кающійся... Надо его поддержать: сказано въ талмудѣ... Такъ велѣно... Что значитъ онъ не знаетъ, что такое тора. Онъ все-таки еврей. (Хозяину) Къ торѣ надо имѣть уваженіе, большое уваженіе,-- какъ бы у тебя въ домѣ жилъ большой раввинъ... Нельзя говорить непристойности въ комнатѣ, гдѣ лежитъ тора... только святость, только цѣломудріе. (Обращается къ Сарѣ, глядя на стѣнку) Женщина не должна открывать волосъ изъ-подъ парика въ комнатѣ, гдѣ находится тора. (Сара прячетъ волосы подъ парикъ) Нельзя подходить къ торѣ съ голыми руками... Потому что въ домѣ, гдѣ стоитъ тора, ничего плохого не случается... Всегда -- благополучіе! И она оберегаетъ человѣка отъ всего злого... (Сейферу) Какъ ему этого не знать,-- онъ же еврей.


(Сара утвердительно киваетъ головой)


СЕЙФЕРЪ (хозяину). Еврей. Вы слышите: на торѣ стоятъ міры, и въ торѣ -- все еврейство! Одно слово, упаси Боже -- однимъ словомъ вы можете тору оскорбить,-- и упаси Боже, навлечь бѣду на весь еврейскій народъ.

ХОЗЯИНЪ (встаетъ). Ребе, я все скажу... Ребе... (Подходитъ къ нему ближе) Я знаю... вы святой еврей... Я... я... недостоинъ, чтобы вы были подъ моимъ кровомъ, ребе! Я грѣшный человѣкъ. (Указывая на жену) Она грѣшная женщина, намъ нельзя прикоснуться къ торѣ. (Указывая на дверь Ривкиной комнаты) Тамъ, для нея, ребе... (Заходитъ въ Ривкину комнату и выводитъ Ривкеле за руку. Она держитъ въ рукѣ бархатный мѣшокъ для торы, на которомъ золотомъ вышитъ Могемъ-Доведъ). Ребе... она... (Указывая на Ривкеле) Она можетъ прикасаться къ торѣ, она также чиста, какъ тора; для нея, ребе, я заказалъ тору. Смотрите (указывая на ея работу): она шьетъ мѣшокъ для святой торы, она можетъ, ребе, ея руки -- чистыя руки. Я, ребе, (бьетъ себя въ грудь) я не прикоснусь къ вашей святой торѣ. (Кладетъ руки на голову Ривкеле) Она, ребе, она съ этимъ будетъ обращаться, въ ея комнату я это поставлю... Замужъ выйдетъ, уйдетъ изъ этого дома и возьметъ тору съ собой, къ своему мужу...

РЕБЪ ЭЛЕ (хозяину). Ты хочешь сказать, что когда ты выдашь замужъ свою дочь, ты ей дашь тору въ приданое,-- нѣтъ?

ХОЗЯИНЪ. Ребъ Эле! Когда моя дочь пойдетъ замужъ, я ей дамъ денегъ, много денегъ! И я ей скажу такъ: ты уходи изъ отцовскаго дома и забудь... забудь своего отца, забудь мать, имѣй чистыхъ дѣтей, еврейскихъ дѣтей, какъ всякая еврейская женщина... Вотъ что я скажу ей.

РЕБЪ ЭЛЕ. Это значитъ... ты то хочешь сказать, что ты тору подаришь жениху. (Сейферу) Ага... Видите, ребъ Арнъ, есть евреи на свѣтѣ! У еврея есть дочь, онъ велитъ написать тору для нея, для ея жениха,-- вотъ это хорошо, вотъ это красиво! А! Я говорю вамъ, ребъ Арнъ, что еврейство (чмокаетъ губами) ахъ, а-ахъ...

ХОЗЯИНЪ (уводитъ Ривкеле въ ея комнату и запираетъ за нею дверь; Сейферу). Ребе, я вамъ все могу сказать, -- мы вѣдь тутъ одни,-- моя жена можетъ это сказать, ребе, мы грѣшные люди, я знаю, Богъ насъ накажетъ,-- пусть наказываетъ -- я не тужу. Пусть ноги отниметъ, калѣкой сдѣлаетъ, пусть нищимъ изъ дому въ домъ пойду, только тѣмъ, чтобы не наказалъ... (Тихо) Ребе... Когда имѣешь сына, и онъ грѣшитъ,-- чортъ съ нимъ. Но дочь, ребе, если себя замараетъ дочь... это... это... ребе, какъ если бы мать въ могилѣ грѣшила!.. Я въ Божій домъ ходилъ, ребе, я подошелъ къ этому еврюю (указываетъ на ребъ Эле) и сказалъ ему такъ: ты дай мнѣ что-нибудь такое, что уберегло бы мой домъ отъ грѣха! И онъ мнѣ сказалъ: "закажи себѣ тору и поставь себѣ въ домъ: она тебя отъ зла сохранитъ". Ребе! Намъ все равно, душа чорту отдана, тамъ, тамъ, ребе, у нея въ комнатѣ, будетъ она стоять. Она будетъ съ нею обращаться: намъ нельзя...

СЕЙФЕРЪ (дѣлаетъ жестъ изумленія рукой, къ ребъ Эле). Что это такое?


(Ребъ Эле наклоняется къ Сейферу и говоритъ ему что-то тихо, указывая при этомъ рукою на хозяина. Хозяинъ и Сара стоятъ у стола и ждутъ. Пауза).


СЕЙФЕРЪ (послѣ нѣкотораго раздумья). А гдѣ же гости въ честь торы?

РЕБЪ ЭЛЕ. Мы пойдемъ въ синагогу, соберемъ десять евреевъ, найдутся уже евреи, которые захотятъ почтить тору. (Поднимается со стула и хлопая хозяина по плечу) Ну, ну, Богъ поможетъ! Богъ любитъ кающихся. Ничего... Выдашь дочку за ученаго... Бѣднаго ешиботника возьми въ зятья. Дашь состояніе,-- онъ будетъ сидѣть и учитъ святую тору. Богъ проститъ... (Пауза). Я объ этомъ уже-таки думаю... У меня уже женихъ на примѣтѣ... То-онкая голоса. Отецъ -- почтенный еврей.. Скажи... А много приданаго хочешь ты дать?

ХОЗЯИНЪ. Ребе... Все у меня берите! Пиджакъ съ меня снимите, все, все... А ты не знай отца, ни мать... На тебѣ твою ѣду, твое питье... и ты учи святую тору.. Я тебя не знаю, ты меня не знаешь...

РЕБЪ ЭЛЕ. Ужъ хорошо будетъ! Богъ поможетъ! Пойдемте, Сейферъ, пойдемъ, хозяинъ. Въ синагогу пойдемъ, будемъ веселиться. (Къ Сейферу) Ну, вотъ видите, ребъ Арнъ, еврей хоть и грѣшитъ, все-таки еврей! Еврейская душа: ищетъ ученаго зятя, праведнаго. (Хозяину) Ничего... Богъ поможетъ! Богъ любитъ кающихся. Но надо дѣлать добро... Самъ не знаешь,-- ученаго поддержи. (Сейферу) Не правда ли, ребъ Арнъ? И почему же нѣтъ? (Относительно хозяина) Я отца его зналъ, честный былъ еврей. Извощикомъ былъ, честный, приличный еврей... Повѣрьте, Богъ поможетъ. Повѣрьте, говорю вамъ... И онъ еще сдѣлается евреемъ, равнымъ другимъ евреямъ... Не хуже ихъ.. (Хозяину) Но главное, что надо -- добро дѣлать надо! Тору надо чтить...

ХОЗЯИНЪ (смѣлѣе подходитъ къ ребъ Эле). Дайте мнѣ только немножечко.. ну, жиромъ порости, ребъ Эле... чтобъ я дочкѣ приданое хорошее далъ... Тогда... не будь я Янкель Шепшовичъ, если лавочки не закрою. Лошадьми торговать буду, какъ мой покойный отецъ... Я заведу конюшню, на ярмарки ѣздитъ буду... а зять мой будетъ дома сидѣть и учить святую тору... Домой приду подъ субботу... вотъ здѣсь и сяду и буду сидѣть к слушать, какъ зять мой учитъ въ книгахъ... Мое имя не Янкель, если я лгу...

РЕБЪ ЭЛЕ. Ничего, ничего... Богъ поможетъ. (Сейферу) Не правда ли?

СЕЙФЕРЪ. Кто можетъ знать? Всевышній Богъ нашъ -- Богъ милосердья, но скажу я вамъ,-- онъ такъ же и Богъ мести... (Выходя) Становится поздно, уже надо итти въ синагогу. (Уходитъ)

ХОЗЯИНЪ. Что сказалъ ребе?

РЕБЪ ЭЛЕ. Ничего, ничего, Богъ поможетъ.. Онъ долженъ помочь. Пойдемъ, хозяинъ! Пойдемъ! И съ ликованіемъ возьми домой святую тору. (Онъ идетъ. Хозяинъ колеблется, ребъ Эле замѣчаетъ это) Что -- ты хочешь еще сказать женѣ, чтобъ она приготовила все къ нашему приходу?

САРА. Уже приготовлено, ребъ Эле.

РЕБЪ ЭЛЕ. Ну, чего ждешь? Сейферъ уже пошелъ.

ХОЗЯИНЪ (нерѣшительно останавливается у дверей, показывая на ребе рукой) Я вмѣстѣ съ ребе по улицѣ?

РЕБЪ ЭЛЕ. Идемъ, идемъ! Если Богъ прощаетъ, то мы навѣрное прощаемъ.

ХОЗЯИНЪ (съ энтузіазмомъ). Вы хорошій ребе. (Простираетъ руки, желая его обнять, но сдерживается) Хорошій ребе -- дай Богъ такъ жить. (Уходятъ вмѣстѣ. Темнѣетъ. Capа быстро убираетъ комнату, устанавливаетъ столъ и зоветъ, обращаясь по направленію къ комнатѣ Ривкеле)

САРА. Ривкеле, Ривкеле, приходи же помочь, сейчасъ придутъ съ торой...

РИВКЕЛЕ (въ дверяхъ). Отца уже нѣтъ?

САРА. Нѣтъ, Ривкеле, онъ пошелъ въ синагогу съ ребъ Эле, съ Сейферомъ за почтенными гостями. Раввинъ придетъ.

РИВКЕЛЕ (показывая мѣшокъ). Видишь, какъ хорошо я вышила?

САРА (продолжая приготовленія). Вижу, вижу. Причешись, одѣнься. Хозяева придутъ, раввинъ...

РИВКЕЛЕ. Я позову Манку, чтобъ она меня причесала. Я такъ люблю, когда она меня причесываетъ! Она зачесываетъ волосы такъ ровно, такъ красиво! А руки ея такъ свѣжи! (Беретъ что-то въ руки и стучитъ въ полъ, крича): Манка, Манка!

САРА (испуганно). Что ты дѣлаешь, Ривкеле? Нѣтъ, нѣтъ, отецъ будетъ кричать... Неприлично уже тебѣ съ Манкой дружить! Ты уже невѣста -- хозяйская дочь! Тебѣ уже сватаютъ,-- ученаго...

РИВКЕЛЕ. Но почему, мама?

САРА. Стыдно тебѣ дружить съ Манкой: ты хозяйская дочь. Ты будешь дружить съ хозяйскими дѣтьми! Тебѣ ужъ сватаютъ, отецъ пошелъ жениха смотрѣть -- ребъ Эле сказалъ. (Отходя въ другую комнату) Надо одѣться, умыться, сейчасъ придутъ...

РИВКЕЛЕ. Женихъ? Какой женихъ, мама?

CAPА (въ другой комнатѣ, слышно, какъ умывается). Женихъ -- золото, ученый. Изъ хорошаго рода...


(Манка показывается въ дверяхъ противъ сцены, высовывая сначала голову и кокетливо маня пальцемъ Ривкеле; послѣдняя приближается къ ней украдкой, въ комнатѣ все болѣе и болѣе темнѣетъ)


РИВКЕЛЕ (падая въ объятія Манки, говоритъ матери находящейся въ другой комнатѣ). А красивый женихъ, мама?


(Манка цѣлуетъ ее страстно),


CAPА (изъ другой комнаты). Да, дочурка, красивый женихъ! Черные пейсики, кафтанъ атласный, бархатная ермолка, какъ раввинъ одѣтъ... онъ сынъ раввина, ребъ Эле сказалъ...

РИВКЕЛЕ (въ объятіяхъ Манки, лаская ея щеки). А гдѣ онъ будетъ, мама?

САРА (изъ другой комнаты). Тамъ, у тебя въ комнатѣ, гдѣ тора будетъ стоять, тамъ онъ будетъ съ тобой.

РИВКЕЛЕ. Онъ будетъ меня любить?

САРА (Какъ прежде). Очень, дочурка, очень! И родятся хорошіе дѣти, чистые дѣти (Въ это время, какъ она говорить, занавѣсъ медленно опускается, оставляя играющихъ въ той же позѣ)


## ДѢЙСТВІЕ ВТОРОЕ.


Большой подвалъ подъ квартирой Янкеля Шепшовича. Глубокій сводчатый потолокъ; два маленькихъ глубокихъ оконца подъ самымъ потолкомъ, съ занавѣсками, раскрыты и уставлены цвѣтами; за ними слышенъ падающій дождь. Лѣстница ведетъ вверхъ къ двери налѣво отъ сцены. Въ глубинѣ сцены нѣсколько маленькихъ комнатокъ, отдѣленныхъ одна отъ другой тонкими перегородками и завѣшанныхъ толстыми темными занавѣсями. Одна занавѣсь раздвинута, въ маленькой комнатѣ стоитъ кровать, умывальный столъ, дѣвичьи приборы, освѣщенные цвѣтнымъ ночникомъ. Мебель подвала состоитъ изъ нѣсколькихъ дивановъ, скамеекъ, карточныхъ столовъ, стѣны увѣшаны зеркалами, украшены дешевыми бездѣлушками, женскіе портреты въ соблазнительныхъ позахъ.


На одномъ изъ дивановъ растянулся Шлейме, длинныя ноги достигаютъ слѣдующаго дивана. Онъ спитъ. Комнату освѣщаетъ большая висячая лампа


ШЛЕЙМЕ, ПОТОМЪ ГИНДЛЬ.


(Гиндль входитъ, стоитъ минуту на лѣстницѣ и смотритъ внизъ на Шлейме. Она закутана въ легкій платокъ, кокетливо одѣта въ короткое платье, сходя со ступенекъ нарочно стучитъ ногами, чтобы проснулся Шлейме)


ШЛЕЙМЕ (просыпается, оглядывается). Ты это? Какъ, не на улицѣ?

ГИНДЛЬ. Начало дождить.

ШЛЕЙМЕ (садясь и протирая глаза).Ты мнѣ уже отвѣчаешь, барыня? Ты уже помирилась со мной?

ГИНДЛЬ. Я вовсе не сердилась.

ШЛЕЙМЕ. Вотъ какъ? Если хочешь, можешь и дальше сердиться. (Опять вытягивается на диванѣ)

ГИНДЛЬ (оглядывается, подбѣгаетъ къ одной изъ занавѣсокъ и прислушивается, потомъ къ Шлеймѣ). Шлейма! Я отсюда ни съ мѣста! Смотри, теперь мы одни, никто не слышитъ насъ... Скажи, какъ Богъ святъ -- ты въсурьезъ думаешь вѣнчаться?

ШЛЕЙМЕ. Иди, барыня, дѣлай узелки на рубахѣ и жалуйся потомъ хозяину, что я всѣ деньги твои забираю, что тебѣ не на что шляпку купить...

ГИНДЛЬ. Да, я сказала: мнѣ это было больно, щемило сердце. Рубаху съ тѣла моего срываешь, а лѣзешь къ желтой Хайкѣ. Я ей харю сѣрной кислотой оболью. У нея изо рта воняетъ -- какъ можно стоять возлѣ такой. Нашелъ себѣ добро.

ШЛЕЙМЕ. Отойди... А то я тебѣ дамъ но мордѣ... Бабушку свою вспомнишь...

ГИНДЛЬ. Бей, вырѣзывай ремни изъ моего тѣла!.. (Срываетъ на себя рукавъ) Вотъ! Синяковъ мнѣ понадѣлалъ!.. (Срываетъ второй рукавъ) На тебѣ... Рѣжь, рви. Но скажи мнѣ, тутъ, на мѣстѣ,-- вотъ какъ поминаешь отца въ могилѣ, какъ молишься за упокой души его,-- вправду на мнѣ женишься?

ШЛЕЙМЕ (лежа). Прежде я хотѣлъ, теперь ужъ не хочу.

ГИНДЛЬ. И не надо. Такъ я люблю. Только не обманывай. Деньги хочешь, скажи. Костюмъ? На тебѣ. Но обманывать зачѣмъ? (Отходитъ отъ него)

ШЛЕЙМЕ. Ничего. Женихи на свѣтѣ есть -- схватишь щуку.

ГИНДЛЬ (отодвигая занавѣсь своей комнаты). Что тебѣ ломать голову изъ-за меня?

ШЛЕЙМЕ. Не хочешь, не надо. (Пауза) Ну? Пожелаешь ли подать еще стаканъ чаю? (Гиндль приноситъ изъ своей комнаты стаканъ чаю, ставитъ на столъ, сама уходитъ въ свою комнату, садится у сундука и роется въ немъ. Пауза. Шлейме пьетъ чай)

ГИНДЛЬ (изъ своей комнаты). Такъ? Она тебѣ нравится? Ну -- ну... Теперь у тебя дѣло будетъ: полотенца покупать, грудь женѣ увеличивать, зубы ей вставлять и на ходули ее поставить. Шарманку ты купишь и по дворамъ ее водитъ будешь. Хорошій шарманщикъ. Ей Богу. Я тебѣ тоже копѣйку сброшу съ окна.

ШЛЕЙМЕ. Придержи языкъ, говорю.

ГИНДЛЬ. А если нѣтъ, что сдѣлаешь?

ШЛЕЙМЕ. Исколочу.

ГИНДЛЬ. О! Теперь не бьютъ. Теперь за ударъ ножомъ даютъ.

ШЛЕЙМЕ (встаетъ). Кто даетъ? (Заходитъ къ ней въ комнату) Кто это даетъ? (Гиндль прячетъ, что-то быстро въ сундукъ) Что тамъ у тебя? Что тамъ прячешь подъ шолковую блузу?

ГИНДЛЬ. Тебѣ что за дѣло?

ШЛЕЙМЕ. Покажи, говорю. (Вырываетъ изъ ея рукъ красную блузу, выходитъ на сцену) Ну-ка, посмотримъ! (Разворачиваетъ блузу, изъ нея падаетъ фотографія) Ага... Мишка слесарь? Онъ тебѣ милъ? Съ которыхъ ты поръ съ нимъ за панибрата? (Снова заходитъ къ ней въ комнату)

ГИНДЛЬ. А тебѣ что за дѣло?

ШЛЕЙМЕ (ударяетъ ее по лицу). Вотъ мнѣ какое дѣло! (Гиндль падаетъ на кровать, начинаетъ плакать) Вотъ какъ? Съ Мишкой слесаремъ ты водишься. Фотографіями обмѣнялась? Женихъ и невѣста? А я ничего не зналъ. (Стоя у двери) Гиндль! (Она не отвѣчаетъ) Гипдль! сюда иди. (Она не отвѣчаетъ. Топаетъ ногой) Гиндль! сюда, говорю тебѣ! Ты слышишь? (Гиндль подходитъ къ нему и останавливается, уткнувъ лицо въ платокъ)

ГИНДЛЬ. Чего тебѣ?

ШЛЕЙМЕ. Ты съ Манкой говорила?

ГИНДЛЬ (тихо). Да...

ШЛЕЙМЕ. Ну, что она говоритъ?

ГИНДЛЬ (все еще плача). Когда у насъ дѣло будетъ,-- она къ намъ придетъ.

ШЛЕЙМЕ. Навѣрно?

ГИНДЛЬ (вытирая слезы). Но одна она не хочетъ, хочетъ товарку привести съ собой.

ШЛЕЙМЕ. Ну, да -- отъ одной доходъ будетъ? За квартиру платить.

ГИНДЛЬ. Надо бы было одну свѣжую.

ШЛЕЙМЕ. Да, вѣрно... Это было бы дѣло.. Гдѣ же ее взять?

ГИНДЛЬ (въ раздумьи). Я имѣю одну на примѣтѣ... красавица... дѣвушка еще...

ШЛЕЙМЕ. Будетъ съ нее доходъ?

ГИНДЛЬ. Да... Еще какъ?

ШЛЕЙМЕ. Дѣвка? Женщина изъ дѣла?

ГИНДЛЬ. Нѣтъ! Хозяйская дочь.

ШЛЕЙМЕ. Какъ ее знаешь?

ГИНДЛЬ. Она приходитъ къ Манкѣ каждую ночь украдкой изъ дому, никто не видитъ.. Ее тянетъ сюда.. Она любопытна...

РИВКЕЛЕ (высовываетъ свою мокрую голову изъ окна и киваетъ Гиндлѣ) Псс... Отецъ тутъ?

ГИНДЛЬ (киваетъ ей). Нѣтъ...


(Ривкеле отходитъ отъ окна)


ШЛЕЙМЕ (тихо Гиндлѣ). Она? Дочь хозяина? Дѣло -- золото...

ГИНДЛЬ. Тсс... Она идетъ...

РИВКЕЛЕ (стройная и красивая, проскальзываетъ въ комнату и съ бьющимся сердцемъ сбѣгаетъ съ лѣстницы, говоритъ больше жестами, чѣмъ губами). Манка гдѣ, тамъ? (Показывая на занавѣшенную комнату). Тамъ... съ...


(Гиндль качаетъ головой утвердительно. Ривкеле становится за занавѣску, прислушивается трепетно, съ бьющимся сердцемъ, все время оглядывается)


ШЛЕЙМЕ (тихо Гиндлѣ). Надо завтра квартиру посмотрѣть на Пивной улицѣ.

ГИНДЛЬ. А когда же подъ вѣнецъ?

ШЛЕЙМЕ. Нужно же раньше квартиру имѣть...

ГИНДЛЬ. Кто знаетъ, сколько раввинъ потребуетъ...

ШЛЕЙМЕ. Если бъ еще осталось на закупку мебели. Должно же быть прилично. (Дверь съ шумомъ раскрывается, заходитъ хозяинъ, встряхиваетъ брызги дождя съ шляпы)

ХОЗЯИНЪ. Вотъ тебѣ и дѣло -- дождь! (Внезапно видитъ Ривкеле, сердито) Какъ? Ты здѣсь? (Хватаетъ ее за воротникъ и трясетъ) Ты что тутъ дѣлаешь?

РИВКЕЛЕ (заикаясь, испуганно бормочетъ). Ммм... мама велѣла мнѣ позвать. (Плачетъ) Отецъ, не бей меня...

ХОЗЯИНЪ. Мать тебѣ велѣла... здѣсь... мать?.. (За воротникъ выводитъ ее на лѣстницу) Ко всему дурному она еще тебя приведетъ! Ее тянетъ... Она хочетъ, чтобы дочка была какъ мать...

РИВКЕЛЕ (плача). Отецъ, не бей меня...

ХОЗЯИНЪ (выводя ее). Я тебя научу отца слушаться. (Выходитъ изъ дому, слышенъ плачъ Ривкеле)

ШЛЕЙМЕ. А? Янкель байструкъ... Ему не нравится, чтобъ дочка была дѣвкой. (Сверху слышенъ шумъ и топотъ ногъ, плачущій женскій голосъ) Видно жену тамъ здорово колотитъ, ува, ува-а!

ГИНДЛЬ. Очень хорошо такъ! Мать дочку должна беречь! Чѣмъ была, тѣмъ была. Замужъ вышла, дитя имѣешь, береги. (Шлеймѣ) Увидишь, если Богъ дастъ у насъ дитя будетъ, ужъ я знать буду какъ ее держать! Дочь у меня чистая будетъ, какъ праведница! Щечки красныя, какъ бурачки,-- дурной глазъ не коснется. Замужъ -- да! Взять хорошаго человѣка подъ вѣнецъ...

ШЛЕЙМЕ (хлопаетъ ее по плечу). Поживемъ-увидимъ... Но съ Ривкеле поговори, съ Ривкой поработай, братъ. А нѣтъ -- все капутъ...

ГИНДЛЬ. Не бойся, ужъ я устрою.

ШЛЕЙМЕ. Увидимъ. (Пауза) Когда ее прихлопнешь, приведи ее прямо ко мнѣ, туда, знаешь...

ХОЗЯИНЪ (входитъ, сердито). Пора на покой. Дождь. Все равно ни одна собака не заглянетъ. (Смотритъ на Шлейму) Довольно ужъ нарадовались, женихъ -- невѣста... Спать пора... (Всходитъ на лѣстницу, открывая дверь, зоветъ) Рейзль, спать! Бася, спать! (Слышны со двора дѣвичьи голоса: Сейчасъ, сейчасъ)


(Гиндль, кивая на хозяина, дѣлаетъ Шлеймѣ знакъ, чтобы онъ вышелъ. Шлейме поднимается по лѣстницѣ, сталкивается у входа съ хозяиномъ и смотритъ на него)


ХОЗЯИНЪ. Ступай, ступай! Пора спать! Довольно секретничать.

ШЛЕЙМЕ (засовывая руку въ карманы, смотритъ на него свысока). Ты это... съ которыхъ порядочнымъ человѣкомъ сталъ?

ХОЗЯИНЪ.Проваливай, проваливай, я ужъ тебѣ послѣ скажу.

ШЛЕЙМЕ. А -- ты сукинъ, прасукинъ сынъ...

ГИНДЛЬ (вбѣгаетъ на лѣстницу и выталкиваетъ Шлейме). Домой, или домой! слышишь?

ШЛЕЙМЕ (выходитъ, глядя на хозяина). Ай и байструки же...

ХОЗЯИНЪ. Нуженъ онъ мнѣ здѣсь. (Указывая на Гиндль) Можешь эту старую клячу съ собой взять, открыть съ ней лавочку...

ГИНДЛЬ. На старыхъ клячахъ не выѣзжаютъ,-- на молоденькихъ, на куколкахъ...

ХОЗЯИНЪ (зоветъ въ корридоръ). Рейзль, Бася...


(Дѣвушки вбѣгаютъ; съ бѣлыхъ, легкихъ, прозрачныхъ платьевъ и съ сбитыхъ волосъ стекаетъ вода. Онѣ веселы, говорятъ смѣясь. Хозяинъ выходитъ, захлопывая за собою дверь)


БАСЯ, РЕЙЗЛЬ, ГИНДЛЬ, ПОТОМЪ МАНКА.


БАСЯ (провинціальная дѣвушка, толстая, съ красными щеками, наивная, говоритъ съ рѣзкимъ акцентомъ). Славно дождь пахнетъ! (Стряхиваетъ съ себя капли) Какъ у насъ, когда яблоки сушатся на чердакѣ. Это же первый майскій дождь...

ГИНДЛЬ. Тоже охота становиться подъ дождь. Весь свѣтъ хотятъ себѣ забрать. Все равно гость не покажется въ такой ливень... (Уходить въ свою комнату, занавѣсь отодвинута, она, садясь у сундука, складываетъ разбросанныя вещи)

РЕЙЗЛЬ (стряхивая съ себя дождь). На чорта они мнѣ всѣ! По книжкѣ я уже вчера уплатила. Подъ ринвы мы стали, дождь такъ пахнетъ! Всю зиму смываетъ съ головы.

БАСЯ (подходитъ къ Гиндлѣ, показываетъ ей мокрые волосы). Смотри, какъ онъ свѣжъ, какъ онъ пахнетъ. У насъ, въ нашемъ мѣстечкѣ, навѣрное уже щавель показалась! Когда первый майскій дождь польетъ, у насъ варятъ щавельный борщъ. И козы ужъ на поляхъ пасутся, плоты по рѣкѣ идутъ, а Франекъ собираетъ дѣвокъ и по корчмамъ танцуетъ... и женщины уже навѣрное лепешки къ зеленому празднику готовятъ. (Пауза) Знаете что? Я себѣ новую лѣтнюю пелерину куплю и поѣду на зеленый праздникъ домой въ гости. (Бѣжитъ въ свою комнату, выноситъ оттуда большую модную лѣтнюю шляпу съ длиннымъ шарфомъ, надѣваетъ ка голову и становится передъ зеркаломъ) Смотрите. Если бы я показалась такъ въ зеленый праздникъ въ этой шляпѣ и такъ къ вокзалу бы прогулялась, желчь бы разлилась у нихъ отъ зависти! Что,-- нѣтъ? Если бъ только отца я не боялась.

РЕЙЗЛЬ. Что, онъ бы тебя билъ!

БАСЯ. На мѣстѣ бы убилъ! Съ желѣзной палкой ищетъ онъ меня! Онъ меня разъ подъ окномъ съ Франекомъ накрылъ, такъ онъ сучкомъ такъ меня хватилъ по рукѣ,-- вотъ. (Показываетъ руку) У меня знакъ до сихъ поръ. (Пауза) Я хозяйская дочь. Отецъ мой рѣзникъ. Сколько ужъ мнѣ сватали. (Продолжаетъ въ пониженномъ тонѣ) Одну партію предлагали съ Ноткой-мясникомъ. У меня еще отъ него золотое колечко. (Показываетъ кольцо на пальцѣ) На праздникъ кучки онъ мнѣ его далъ... Ой, какъ онъ хотѣлъ на мнѣ жениться... Да я не хотѣла...

РЕЙЗЛЬ. Почему ты не хотѣла?

БАСЯ. Потому что не хотѣла... Отъ него сырой говядиной воняетъ,-- брр... Пшорекомъ его зовутъ... иди, выходи замужъ за Пшорека... И каждый годъ имѣй маленькихъ Пшориковъ...

РЕЙЗЛЬ. А что ты тутъ имѣешь?

БАСЯ. Здѣсь я -- вольная птица! У меня въ сундукѣ красивое бѣлье, прилично одѣта, ей Богу и платье немножко получше, чѣмъ у нашихъ богачихъ. (Приноситъ изъ своей комнаты бумажное свѣтлое платье) Такъ бы я прошлась къ вокзалу. (Идетъ черезъ комнату, поднимая свое платье и принимая при этомъ великосвѣтскій видъ) Поплексію онѣ получили бы на мѣстѣ. (Продолжаетъ въ костюмѣ расхаживать по комнатѣ, надменно вытягивая лицо)

РЕЙЗЛЬ (оправляетъ ей позади платье и поправляетъ ей шляпу на головѣ). Вотъ такъ, голову немножко повыше! Кто долженъ знать, что ты была въ такомъ домѣ? Скажи, что ты при дѣлѣ... графъ въ тебя влюбился...

ГИНДЛЬ (изъ-за сундука). A если и такой домъ... Мы развѣ не тѣ же дѣвушки, что и дѣвушки изъ торговли? Нынче весь свѣтъ таковъ, онъ того требуетъ... И дочери хозяйскихъ домовъ не получше... Это наше дѣло... A ужъ если которая-нибудь наша замужъ пойдетъ, она мужу вѣрнѣе другой: мы знаемъ, что значитъ мужъ.

БАСЯ (расхаживая въ торжественной позѣ). О, да,-- ужъ они бы не узнали... Сердце говоритъ... И мать изъ-за этого умерла... Не снесла... A я даже на могилѣ ея не была... (Останавливается) Иногда она приходитъ ко мнѣ... я вижу ее... ночью... во снѣ... Приходитъ въ своемъ саванѣ, въ терніяхъ, въ колючкахъ... за мои грѣхи... Патлы на головѣ рветъ...

РЕЙЗЛЬ. Ой, мамо... ты ее видѣла? Какъ выглядитъ умершая мать? блѣдна она?

ГИНДЛЬ. Молчите! Стали къ ночи болтать о мертвецахъ! Сюда мертвецы не могутъ заглянуть, вѣдь наверху у хозяина святая тора хранится. (Пауза. Она выходитъ изъ своей комнаты) Чтожъ изъ этого,-- спрашиваю я. Наша хозяйка пятнадцать лѣтъ пробыла въ такомъ домѣ, замужъ вышла -- чѣмъ не честная жепщина? Не соблюдаетъ что ли всѣхъ законовъ, какъ всѣ еврейскія женщины? A дочь ея Ривка, не чистое что ли дитя? A нашъ хозяинъ не порядочный человѣкъ? Прилично себя держитъ, даетъ большую милостыню... тору себѣ заказалъ...

РЕЙЗЛЬ. А, говорятъ, такую тору вовсе и нельзя читать... и дочери такихъ матерей становятся сами такими же. Ихъ тянетъ... Злой духъ ихъ втягиваетъ въ грѣхъ...

ГИНДЛЬ (испуганно). Кто тебѣ сказалъ?

РЕЙЗЛЬ. Колдунья сказала... Это какъ колдовство...

ГИНДЛЬ. Вретъ! Гдѣ она, эта цыганка? Я бы ей глаза выцарапала! Есть Богъ на свѣтѣ... Есть у насъ Великій Богъ на свѣтѣ...

МАНКА (выходитъ изъ-за занавѣски, она полуодѣта, окутана легкой шалью. Виднѣются высокіе цвѣтные чулки, волосы взбиты. Она очень шибка, съ длиннымъ, дерзкимъ, красивымъ лицомъ; довольно молода. Локонъ ея волосъ выбился на лобъ и когда она говоритъ и играетъ глазами, тогда вздрагиваетъ все ея тѣло и кажется, какъ будто и кости ея сгибаются во время ея рѣчи. Она оглядывается, удивленно). Что, никого нѣтъ?

РЕЙЗЛЬ (видя Манку, весело). Манка, ты это? Хорошо, что ты пришла. (Показываетъ на Гиндль) Она меня ужъ чуть раввиншей не сдѣлала! Ты гдѣ своего гостя оставила?

МАНКА. Заснулъ... Я отъ него выкралась...

РЕЙЗЛЬ. Что, важный баринъ? Можетъ пиво поставишь?

МАНКА. Какой-то сумасшедіній литвакъ въ очкахъ... Третій разъ ужъ приходить ко мнѣ. Все выспрашиваетъ про отца, про мать -- какъ будто сродниться хочетъ... Когда цѣлуетъ, то закрываетъ глаза и ухмыляется, какъ-будто мать его родила. (Оглядывается и тихо Гиндлѣ) Ривка еще не приходила?

ГИНДЛЬ (съ льстивой улыбкой). Была. Отецъ ее засталъ... Какъ кричалъ...

МАНКА. Боже мой! давно?

ГИНДЛЬ. Давно. Ужъ онъ навѣрно заснулъ. (Тихо) Она, вѣрно, сейчасъ спустится.

РЕЙЗЛЬ (Манкѣ весело). Пойдемъ, Манка, станемъ на улицѣ, дождикъ идетъ! Капли какъ жемчужины! Первый майскій дождь. (Дѣвушкамъ) Кто со мной пойдетъ подъ дождь?

МАНКА (подходя къ окну). Дождь идетъ... что за легкій дождикъ... Какъ онъ пахнетъ... пойдемте...

БАСЯ. У насъ дома, какъ льетъ такой вотъ дождь, стоки разливаются и заливаютъ улички... Снимаютъ башмаки и босикомъ болтаются въ водѣ. Кто со мной разуется. (Садится и снимаетъ обувь и чулки; Манкѣ) Сними башмаки, пойдемъ подъ дождь!

МАНКА (снимаетъ башмаки и чулки, распускаетъ волосы). Такъ дождь насъ польетъ съ головы до ногъ! Растутъ выше, когда стоятъ подъ такимъ майскимъ дождемъ, что -- нѣтъ?

БАСЯ (подбѣгаетъ). Пойдемте, будемъ другъ дружку водой обливать,-- полными пригоршнями воды. (Распуская волосы) Промокнемъ какъ деревья! Пойдемте!

ГИНДЛЬ. Подождите, подождите, хозяинъ еще не спитъ, еще услышитъ. (Всѣ прислушиваются)

БАСЯ. Пойдемте, слышите, какъ храпитъ.

МАНКА. Подождите, постучу къ Ривкеле. (Бася и Рейзль уходятъ, Манка беретъ палку и тихо стучитъ въ углу потолка. Слышно, какъ снаружи дѣвушки прыгаютъ въ воду, пригоршни воды онѣ бросаютъ черезъ раскрытыя двери и окна и кричатъ: выходите, выходите)

РИВКЕЛЕ (высовываетъ свою черную кудрявую головку черезъ окошко; она не одѣта, легкая шаль накинута на нее. Тихо зоветъ). Манка, Манка, ты меня звала.

МАНКА (беретъ стулъ, становится къ окну и схватываетъ руки Ривкеле). Да, Ривкеле, я тебя звала. Пойдемъ. Майскій дождь на дворѣ, мы станемъ подъ дождь, обольемся водой, выше выростемъ...

РИВКЕЛЕ (изъ-за окна). Молчи... Говори тише... я выбралась изъ постели, чтобы отецъ не слышалъ... Боюсь, чтобы не побилъ...

МАНКА. Не бойся отца: онъ не такъ еще скоро проснется. Пойдемъ, станемъ подъ дождь! Я распущу тебѣ волосы. (Распускаетъ черныя косы Ривкеле, стоящей за окномъ) Вотъ такъ... Я ихъ дождемъ оболью...

РИВКЕЛЕ. Я въ ночной рубахѣ. Лежала я въ кровати все и ждала, чтобы отецъ уснулъ... чтобы я могла къ тебѣ придти. Твой стукъ я услыхала... я выскользнула изъ постели такъ тихо... босикомъ, чтобы отецъ не услыхалъ...

МАНКА (обнимая ее горячо). Подожди, Ривкеле, я оболью твое юное тѣло дождевой водой... Ночь такъ хороша! Дождь такъ тепелъ! И все кругомъ такъ пахнетъ въ воздухѣ... Пойдемъ...

РИВКВЛЕ. Молчи... я боюсь отца... Онъ меня билъ... Комнату заперъ и ключъ запряталъ въ торѣ... Я лежала все время... Я слышала, какъ ты меня звала... такъ тихо ты меня звала... Меня такъ тянуло къ тебѣ... И я вынула ключъ изъ торы... Мое сердце такъ стучало, такъ стучало...

МАНКА. Подожди, Ривкеле, подожди... вотъ я иду къ тебѣ... (Соскакиваетъ и выбѣгаетъ изъ комнаты. Ривкеле исчезаетъ изъ окна).

ГИНДЛЬ (которая все время жадно подслушивала изъ комнаты, возбуждена, задумчиво говоритъ сама съ собою, очень медленно). Ахъ, если бы Богъ далъ... и схватить бы ихъ обѣихъ сразу... Ривку и Манку... еще сегодня ночью... доставить ихъ обѣихъ Шлемѣ... на... на тебѣ твой хлѣбъ съ масломъ! Найми квартиру... играемъ свадьбу... Сдѣлайся человѣкомъ, какъ всѣ (Задумчиво останавливается посреди комнаты, простираетъ руки къ потолку) Всевышній Боже! Ты же отецъ для сиротъ... Мать въ могилѣ! Потрудись для меня... дай мнѣ пристать къ берегу... къ толку... (Пауза) Что если бы Богъ далъ... Тору для синагоги закажу... Каждую субботу три фунта свѣчъ для алтаря. (Кружится по комнатѣ, погруженная въ грезы о своемъ счастьѣ) Богъ нашъ, вѣдь добрый Богъ... добрый Богъ. Отецъ небесный... Мать, мать, не молчи! Трудись! Не давай ему покоя... (Идетъ въ свою комнату, торопливо собираетъ вещи въ корзину) На всякій случай, пусть я буду готова. (Долгая пауза, никто не показывается на сценѣ)


(Манка приводитъ прижавшуюся къ ней Ривкеле. Онѣ обѣ завернуты въ мокрый платокъ, мокрые волосы сбиты и съ мокрыхъ платьевъ сбѣгаетъ вода; обѣ босыя. Гиндль за занавѣской своей комнаты прислушивается).


МАНКА (говоритъ съ сдержанной страстностью, тихо, но очень глубоко и звучно). Тебѣ холодно, Ривкеле? Прижмись ко мнѣ... Поди, мы обѣ сядемъ тутъ, на диванъ. (Подводитъ ее къ дивану и садится съ ней) Вотъ такъ... Прижми лицо къ моей груди... такъ... такъ... Ласкай меня своимъ тѣломъ... Такъ прохладно, какъ бы дождевая вода протекаетъ между нами. (Пауза) Я тебѣ раскрыла грудь, и обливала ее дождевою водою, что на мои руки стекала. Такъ бѣла и упруга твоя грудь... Кровь въ ней, пробуждаясь, кружится и остываетъ подъ рукой, какъ бѣлый снѣгъ... Волосы я тебѣ распустила... вотъ такъ... вотъ такъ... (Разсчесываетъ ея волосы пальцами) Я ихъ такъ подъ дождемъ держала, мыла... Какъ они пахнутъ! Какъ дождь. (Прячетъ лицо въ волосы Ривкеле) Майскій дождь въ нихъ пахнетъ, такъ нѣжно, такъ мягко... и такъ свѣжо, какъ трава въ полѣ... Какъ яблоки на деревѣ... Вотъ такъ, прохлаждай меня твоими волосами (Она вытираетъ свое лицо ея волосами) Прохлаждай меня такъ... Какъ мягко, прохладно мнѣ такъ! Подожди! Я причешу тебя, какъ къ вѣнцу... Проборъ... двѣ черныя косы. (Разсчесываетъ ей волосы) Ты хочешь, Ривкеле, да, хочешь?..

РИВКЕЛЕ(утвердительно кивая головой). Да... хочу...

МАНКА. Ты будешь невѣста, красивая невѣста... Въ пятницу вечеромъ ты сидишь съ отцомъ, съ матерью за столомъ... Свѣчи горятъ въ подсвѣчникахъ... Я -- женихъ, твой женихъ... Пріѣзжаю къ тебѣ въ гости,-- хочешь, Ривкеле? Да, хочешь?

РИВКЕЛЕ (кивая головой). Да... хочу...

МАНКА. Подожди... подожди... Отецъ и мать ушли въ спальню... женихъ съ невѣстой встрѣтились здѣсь, за столомъ... Намъ стыдно... Что, нѣтъ?

РИВКЕЛЕ (кивая головой). Да... да... Манка...

МАНКА. Потомъ мы приближаемся одна къ другой... Ты же моя невѣста... я твой женихъ... Обнимемся... (Обнимаетъ ее) Крѣпко, очень крѣпко... или цѣлуемся очень тихо... Вотъ такъ... (цѣлуются) мы цѣлуемся... Мы краснеемъ... намъ такъ стыдно... Хорошо, Ривкеле?


(Ривкеле, закрывъ глаза, киваетъ головой)


МАНКА (понижая голосъ, шепчетъ ей въ ухо). И потомъ мы ложимся спать на одной кровати... Никто не видитъ... Никто не знаетъ... только я и ты... Вотъ такъ. (Крѣпко прижимаетъ ее къ себѣ) Хочешь спать со мною въ одной кровати, хочешь?

РИВКЕЛЕ (обвиваясь вокругъ шеи). Хочу... хочу...

МАНКА (тянетъ ее къ себѣ). Пойдемъ... пойдемъ...

РИВКЕЛЕ (тихо). Я боюсь отца... онъ проснется...

МАНКА. Подожди, Ривкеле, подожди. (Думаетъ минуту) Хочешь со мной уйти отсюда? Мы будемъ вмѣстѣ всѣ дни, всѣ ночи... Отца не будетъ, матери не будетъ... Никто не будетъ кричать... бить... Мы будемъ однѣ всѣ дни... Такъ будетъ весело!.. Хочешь, Ривкеле, хочешь?

РИВКЕЛЕ (закрывая глаза). Отецъ не узнаетъ.

МАНКА. Нѣтъ, мы убѣжимъ... Уже теперь... ночь-то... Съ Гиндль... Въ ея домъ... У нея есть... она сказала... Увидишь, какъ хорошо будетъ... Придутъ молодые люди... мы цѣлый день будемъ однѣ... Мы одѣнемся, какъ офицеры, на лошадяхъ верхомъ будемъ кататься... Хочешь, Ривкеле? Пойдемъ... да? Ты хочешь?

РИВКЕЛЕ (съ бьющимся сердцемъ). Отецъ не услышитъ?

МАНКА. Нѣтъ, нѣтъ, онъ не услышитъ... Онъ спитъ къ крѣпко,-- слышишь, какъ храпитъ. (Бѣжитъ къ Гиндлѣ, схватываетъ ее за руку) Есть у тебя квартира... скорѣй идемъ... Отведи насъ...

ГИНДЛЬ. Да, скорѣй... къ Шлеймѣ. (Достаетъ изъ сундука платье и набрасываетъ на Ривкеле) Онъ насъ уже ждетъ...

МАНКА (поспѣшно обнимая Ривкеле). Увидишь, какъ хорошо будетъ, какъ весело! (Одѣваются, захвативъ съ все, что попало, очень медленно поднимаются по лѣстницѣ, въ дверяхъ встрѣчаются съ Рейзль и Басей, которыя приходятъ мокрыя въ комнату и смотрятъ на нихъ съ изумленіемъ)

РЕЙЗЛЬ и БАСЯ (вмѣстѣ). Куда это?

ГИНДЛЬ. Тише... не дѣлай шума... За пивомъ... за лимонадомъ...


(Ривкеле, Манка и Гиндль уходятъ. Рейзль и Бася смотрятъ съ изумленіемъ другъ на друга)


РЕЙЗЛЬ. Что-то тутъ не ладно.

БАСЯ. Въ самомъ дѣлѣ...

РЕЙЗЛЬ. Тутъ что-то есть... ува-а!

БАСЯ (испуганно). Что такое?

РЕЙЗЛЬ. Намъ что до этого? Потушимъ лампу и ляжемъ спать... Мы ничего не знаемъ. (Закручиваетъ фитиль лампы, на сценѣ становится темно. Дѣвушки уходятъ каждая въ свою комнату)

РЕЙЗЛЬ (уходя). О, правду сказала гадалка, правду. (Уходитъ. Нѣсколько секундъ на сценѣ никого нѣтъ).


(Бася полураздѣтая дико выскакиваетъ изъ своей комнаты и кричитъ плаксивымъ голосомъ)


РЕЙЗЛЬ (отодвигая занавѣсь своей комнаты). Что такое, Бася?

БАСЯ. Я боюсь лечь... мнѣ все чудится, что моя покойная мать кружится въ моей комнатѣ...

РЕЙЗЛЬ. Святая тора ослабѣла... Нѣтъ ужъ никого, кто бы насъ сохранилъ...

БАСЯ. Ой, будетъ сегодня плохая ночь! Сердце стучитъ. (Надъ потолкомъ внезапно слышенъ шумъ. Движеніе стульевъ, столовъ; дѣвушки прислушиваются напряженно и испуганно. Что-то тяжелое спадаетъ съ лѣстницы, слышенъ кричащій голосъ хозяина)

ГОЛОСЪ ХОЗЯИНА. Ривке, Ривкеле... гдѣ ты?

РЕЙЗЛЬ (Басѣ). Давай ляжемъ спать... Мы ничего не знаемъ. (Ложатся въ своихъ комнатахъ и притворяются спящими)

ХОЗЯИНЪ (вбѣгаетъ со свѣчей въ рукѣ, волосы растрепаны, на рубаху накинутъ пиджакъ. Дико кричитъ). Ривке... Ривкеле тутъ? (Раздвигаетъ занавѣси комнатокъ) Ривкеле гдѣ? (Пробуждаетъ спящихъ Рейзль и Басю) Гдѣ Ривкеле? Ривкеле гдѣ?

РЕЙЗЛЬ и БАСЯ (протирая глаза рукавами платья). Что?... Мы не знаемъ...

ХОЗЯИНЪ. Вы не знаете? Не знаете? (Быстро выбѣгаетъ. Слышно, какъ онъ вскакиваетъ въ комнату однимъ прыжкомъ. Пауза. Слышенъ крикъ, возня, что-то сбрасывается съ лѣстницы, дверь съ шумомъ распахивается, вваливается хозяинъ, держа Capу за волосы, она въ ночномъ костюмѣ. Онъ пригибаетъ голову Сары къ полу и кричитъ) Дочь твоя гдѣ? Твоя дочь? (Бася и Рейзль стоятъ, прижавшись къ стѣнѣ, и дрожатъ)


Занавѣсъ быстро падаетъ.


## ДѢСТВІЕ ТРЕТЬЕ.


Комната перваго дѣйствія. Ящики комода выдвинуты, части бѣлья и платья раскинуты по полу. Дверь комнаты Ривкеле открыта и оттуда проникаетъ лучъ свѣта отъ горящей свѣчи. Сара со сбитыми волосами кружится по комнатѣ, собирая разбросанныя вещи, связываетъ ихъ въ одинъ узелъ, но большую часть вещей, покрупнѣе, кладетъ на мѣсто. Раннее утро. Сквозь закрытыя ставни проникаетъ сѣрый день.


CAPA (собирая вещи). Янкель, что съ тобой, Янке (Подходитъ къ раскрытой двери Ривкиной комнаты) Что сидишь? Несчастье навалилось? Весь домъ онъ хочетъ погубитъ! Что съ нимъ дѣлается? (Она отходитъ въ слезахъ) Сидитъ человѣкъ передъ нѣмою торою и думаетъ (Обращается къ нему) Что тутъ думать? Случилось несчастье, или въ участокъ, возьми пристава, найди парня добромъ или зломъ, покуда есть еще время! Что ты молчишь? Что ты молчишь? (Пауза. Отходитъ отъ него, садится на узелъ, начинаетъ плакать) Какъ сумасшедшій сидитъ онъ одинъ, смотритъ на тору и бормочетъ губами! Ничего не слышитъ, ничего не видитъ, что съ нимъ дѣлается. (Пауза. Она поднимается: съ узла, подходитъ къ двери. Хозяину) Мнѣ все равно! Хочешь, чтобъ я ушла, я уйду. Чортъ меня не возьметъ. Ужъ я свой хлѣбъ найду. (Молча собираетъ свои вещи. Пауза)

ХОЗЯИНЪ (приходитъ изъ другой комнаты, безъ шляпы, безъ пиджака, волосы растрепаны, дико смотритъ глазами, говоритъ тихимъ, хриплымъ тономъ, очень медленно) Я пойду... и ты пойдешь... и Ривкеле пойдетъ... и все пойдетъ... (показываетъ пальцемъ внизъ) въ подвалъ! Богъ не хочетъ...

САРА. Янкель, что съ тобой, съ ума ты сошелъ? (Трясетъ его за воротникъ) Подумай, что ты дѣлаешь? Съ кѣмъ не случается несчастье? Пойдемъ, поищи Шлейма. Дай ему двѣсти-триста рублей, пусть онъ намъ дитя отдастъ. Онъ это сдѣлаетъ! Ты что сидишь? Что съ нимъ дѣлается?

ХОЗЯИНЪ (съ тѣмъ же видомъ кружится по комнатѣ). Мнѣ все равно. Душа чорту отдана... Ничего не поможетъ. Богъ не хочетъ... (Становится у окна и смотритъ сквозь щели ставенъ)

САРА. Богъ не хочетъ... Вбилъ себѣ въ голову... Ты не хочешь. Янкель, Янкель! (Трясетъ его) Что съ тобой сталось, подумай, пока еще время, вѣдь онъ можетъ ее куда-нибудь увести, чего ты стоишь? Пойдемъ къ нему, вѣдь дѣвка же навѣрное къ нему пошла. Чего стоишь? (Пауза. хозяинъ все время смотритъ въ окно) Что ты смотришь? Почему не отвѣчаешь? (Ломаетъ руки) Мать моя, съ ума сойти можно! (Отворачивается отъ него и громко плачетъ)

ХОЗЯИНЪ (кружась по комнатѣ, тѣмъ же голосомъ). Нѣтъ дома, нѣтъ жены, нѣтъ дочери,-- въ подвалъ! Все назадъ въ подвалъ! Намъ не нужно честной дочери... не нужно... дѣвка... какъ мать стала... Богъ не хочетъ! Въ подвалъ!

САРА. Хочешь -- въ подвалъ,-- къ чорту, мнѣ наплевать... (Складываетъ вещи) Ужъ я не пропаду... (Пауза. Задумчиво) Домъ хочетъ погубить? Съ ума сошелъ! (Думаетъ съ минуту) Когда ты ничего не дѣлаешь, такъ я возьмусь! (Вынимаетъ изъ ушей брилліантовыя серьги) Я пойду къ Шлеймѣ, отдамъ ему брилліантовыя серьги... (Ищетъ въ узлѣ, вынимаетъ брилліантовую цѣпь) Съ золотою цѣпью, а не захочетъ еще прибавлю сотню... (Ищетъ кошелекъ съ деньгами въ карманѣ мужа, онъ не противится) Не пройдетъ и четверти часа и Ривкеле здѣсь... (Набрасываетъ на себя платье и выбѣгаетъ)

ХОЗЯИНЪ (кружится непрерывно по комнатѣ). Все равно... Чортъ взялъ... Нѣтъ дочери... Нѣтъ торы... Въ подвалъ ушло... въ подвалъ... Богъ не хочетъ... (Долгая, тихая пауза)

РЕЙЗЛЬ (просовываетъ голову въ дверь, потомъ проскальзываетъ въ комнату; останавливается въ дверяхъ. Хозяинъ замѣчаетъ ее. Смотритъ на нее. Она говоритъ, заикаясь) Я заходила къ ребъ... Эле... хозяйка велѣла... Онъ сейчасъ придетъ...

ХОЗЯИНЪ (смотритъ на нее. Спустя минуту). Чортъ взялъ, чортъ все равно взялъ... Богъ не хочетъ...

РЕЙЗЛЬ (смѣлѣе). Такая была честная дѣвушка... Какъ жаль... (Хозяинъ смотритъ на нее вопросительно, озираясь) Хозяйка велѣла мнѣ ждать здѣсь, покуда не вернется.

ХОЗЯИНЪ. Не бойся, я еще не сошелъ съума... Богъ меня наказалъ.

РЕЙЗЛЬ. Кто могъ-бы ожидать? Такая была честная дѣвушка... такая жалость... ей Богу...

РЕБЪ ЭЛЕ (входя). Что тутъ такое случилось? До разсвѣта меня позвали... (Смотритъ на ставни) Уже день... Скоро пора къ молитвѣ...

ХОЗЯИНЪ (не глядя на ребъ Эле). Святая тора осквернена... на смерть...

РЕБЪ ЭЛЕ (испуганно). Еврей! Что ты говоришь? Упаси Боже... Святая тора... Что случилось? На землю упала? Весь городъ долженъ поститься...

ХОЗЯИНЪ. Въ подвалѣ! (Указывая внизъ, потомъ на Рейзль) Съ ними... Въ подвалъ! Ужъ нѣтъ святой торы...

РЕБЪ ЭЛЕ. Еврей... что ты говоришь.... Что тутъ дѣлается,-- говори?

РЕЙЗЛЬ (у двери успокаивая ребъ Эле). Нѣтъ, ребе, не святая тора... дочь Ривкеле... Святая тора чиста... (Указывая пальцемъ на комнату Ривкеле) Тамъ...

РЕБЪ ЭЛЕ (переводя духъ). Слава Богу!.. Но съ святой торой ничего не случилось?

РЕЙЗЛЬ. Нѣтъ, ребе...

РЕБЪ ЭЛЕ (отплевывается). Слава Богу... отдѣлался страхомъ... (Хозяину) Что ты болтаешь глупости? (Рейзлѣ, мы глядя на нее) Ушла? Такъ? Ея еще нѣтъ? (Хозяину) Пошли ее искать?

ХОЗЯИНЪ. Дочь для меня святѣе вашей торы...

РЕБЪ ЭЛЕ. Не болтай глупостей... Только молчите... Не дѣлайте шуму. Пошли ее искать, привести... знаю что... Что ты стоишь?

РЕЙЗЛЬ. Уже пошла хозяйка за нею.

РЕБЪ ЭЛЕ. Знаютъ, куда она ушла?

РЕЙЗЛЬ. Да, хозяйка сейчасъ приведетъ ее въ домъ.

РЕБЪ ЭЛЕ. Такъ все же опять хорошо. Изъ-за чего же крикъ, шумъ? Чтобъ весь свѣтъ узналъ? Такія вещи прячутся... Некрасиво! Сваты узнаютъ,-- сейчасъ пара сотенъ дороже...

ХОЗЯИНЪ. Мнѣ и такъ уже все равно! Всѣ могутъ знать! Нѣтъ дочери, нѣтъ святой торы, въ подвалъ ушло... Все въ подвалъ...

РЕБЪ ЭЛЕ. Вовсе у тебя въ головѣ помутилось! Случается несчастье... Случается съ человѣкомъ несчастье, упаси Боже, такъ что? Богъ поможетъ, проходитъ тихо... Главное, чтобъ никто не зналъ... не видѣлъ... не слышалъ... Вытираютъ рукавомъ губы и больше ничего неизвѣстно... (Рейзлѣ) Надо остерегаться слова... чтобы порогъ не перешло. Слышала? (Обращается къ хозяину, смотрящему куда-то вдаль) Я видѣлся... (Оглядывается, есть ли еще Рейзль) Я видѣлся... (Смотритъ на Рейзль, чтобы она ушла, она понимаетъ и уходитъ) Я видѣлся съ отцомъ жениха въ бесамидрашѣ. Я съ нимъ говорилъ, еврей почти согласенъ. Я далъ ему понять такъ стороною, что невѣста не изъ большой знати, но... за лишнюю сотенку... по нынѣшнимъ временамъ... на это не смотрятъ. Я вотъ въ субботу, если Богъ дастъ доживемъ приду съ нимъ сюда! Пойдемъ къ раввину, прослушаемъ жениха! Но главное, чтобы никто не провѣдалъ про эту исторію. Упаси Боже! Повредить можетъ! Очень почтенный еврей! А женихъ умная голова! Только успокойся, Богъ тебѣ поможетъ и все сойдетъ гладко... ничего! Иду домой молиться... А когда дѣвушка вернется, ты сейчасъ дай знать. Слышишь? (Уходя) Только сейчасъ, непремѣнно... (Хочетъ уйти)

ХОЗЯИНЪ (схватываетъ его за рукавъ и держитъ). Слушайте... вы... еврей... Возьмите съ собой вашу тору... вашего Бога. Онъ мнѣ больше не нуженъ.

РЕБЪ ЭЛЕ (изумленно). Что ты говоришь, а? чего хочешь? Ты съ ума сошелъ?

ХОЗЯИНЪ. Моя дочь въ публичный домъ пошла... Богъ меня обманулъ.

РЕБЪ ЭЛЕ (пытаясь отъ него освободиться). Что ты говоришь?

ХОЗЯИНЪ. Слушайте вы... я грѣшный человѣкъ... я знаю... Очень хорошо такъ! Ноги онъ долженъ былъ мнѣ переломать! Голову о земь... Ранняя смерть! Но что отъ ребенка онъ моего хотѣлъ? отъ моего бѣднаго ребенка?

РЕБЪ ЭЛЕ. Смирно... ты... Нельзя такъ противъ Бога говорить.

ХОЗЯИНЪ (возбужденно). Все можно сказать! Правду!. Я-таки Янкель Шепшовичъ, хозяинъ заведенія! Но правду и Богу можно сказать... Я уже ничего не боюсь! Я къ вамъ въ синагогу пришелъ... Я вамъ все открылъ... вы мнѣ велѣли святую тору заказать... Къ ней въ комнату ее поставилъ... ночи я передъ ней стоялъ... и и къ ней, къ святой торѣ такъ сказалъ: "ты-таки -- Богъ, ты обо всемъ знаешь, что я дѣлаю, ты меня накажешь, но наказывай меня, меня наказывай... жену мою наказывай... но мое невинное дитя пощади... мое бѣдное дитя пожалѣй!"

РЕБЪ ЭЛЕ. Но вѣдь съ ней зла не случилось? Она вернется, сдѣлается честной женщиной.

ХОЗЯИНЪ. Все равно чортъ взялъ... ее ужъ будетъ тянуть не сегодня, такъ завтра, разъ ужъ сдѣлала начало... душу чорту отдала... Я хорошо знаю...

РЕБЪ ЭЛЕ. Ты не болтай глупостей, ты успокойся... Ты проси Бога въ сердцѣ своемъ... Оставь заведеніе... Твоя дочь еще съ Божью помощью замужъ пойдетъ... какъ всѣ еврейскія дѣвушки... Ты еще отъ нее радость будешь имѣть...

ХОЗЯИНЪ. Пропало, ребе, все пропало! Ахъ!.. умри она. Ничего бы не сказалъ! Умерла? Я знаю, я кошерное дитя похоронилъ. Пошелъ бы къ ней на кладбище... сталъ бы у ея гроба и сказалъ бы себѣ такъ: вотъ тутъ лежитъ твое дитя! А такъ, чего я стою въ этомъ мірѣ? Ты самъ грѣшенъ, оставилъ грѣшное потомство по себѣ и такъ тянется твой грѣхъ изъ рода въ родъ...

РЕБЪ ЭЛЕ. Ну, не говори такъ... Еврей не долженъ такъ говорить! Ты бери себѣ Бога въ помощь, и скажи себѣ, что было, то пропало...

ХОЗЯИНЪ (перебивая). Вы, ребе, меня не уговаривайте... я знаю, что все пропало! Грѣхъ лежитъ на тебѣ и на домѣ твоемъ, какъ веревка на шеѣ. Богъ не хочетъ! Но я спрашиваю васъ, ребе, почему Богъ не хотѣлъ? Чтобы ему мѣшало, если бы ты, Янкель Шепшовичъ, вышелъ изъ грязи, въ которой лежишь? (Входитъ въ Ривкину комнату и выноситъ оттуда тору, поднимаетъ ее высоко и говоритъ къ ней) Святая тора... Я знаю, ты -- Великій Богъ... Ты же нашъ Богъ! Я, Янкель Шепшовичъ, согрѣшилъ. (Стучитъ себя кулакомъ въ грудь) Мой грѣхъ, мой грѣхъ! Ты сдѣлай чудо! Ты пошли на меня огонь и сокруши меня вотъ такъ, какъ я стою! Ты разверзни землю подо мною и пусть я провалюсь! Но дитя мое мнѣ сохрани! Верни ее мнѣ чистой и невинной... какъ она была! Я знаю, тебѣ все возможно! Ты сдѣлай чудо! Ты же Великій Богъ! А нѣтъ, такъ ты не Богъ, скажу я тебѣ! Я, я, Янкель Шепшовичъ, говорю, что ты не Богъ... Ты злобенъ... Ты мстителемъ... какъ человѣкъ!

РЕБЪ ЭЛЕ (выхватываетъ изъ рукъ его тору). Ты знаешь, кому ты говоришь? (Смотритъ на него мрачно, потомъ заноситъ тору въ Ривкину комнату) Прощенья проси у святой торы!

ХОЗЯИНЪ. Правду можно самому Богу въ лицо сказать... (Входитъ за нимъ) Если онъ Богъ -- здѣсь, на мѣстѣ, пусть онъ покажетъ свое чудо!

САРЛ (вбѣгаетъ съ живостью, она разстроена, подбѣгаетъ къ зеркалу и оправляетъ волосы пальцами, зовя въ переднюю) Войди, Шлейма, что ты стоишь за дверью?

ШЛЕЙМЕ (появляясь въ дверяхъ). Гдѣ Янкель? (Входитъ) Пусть онъ знаетъ, для нашего брата все сдѣлаю, хотя онъ меня обидѣлъ... (Capa тѣмъ временемъ подбѣгаетъ къ двери Ривкеле, запираетъ ее за хозяиномъ и Ребъ Эле)

САРА. Оставь его тамъ въ покоѣ. (Съ улыбкой) Святошей сталъ онъ въ послѣднее время. Возится только съ набожными людьми. (Подбѣгаетъ и запираетъ другую дверь за Шлеймой и обращается къ нему) Вотъ какая напасть -- отъ нея не убѣжать... Гоняется за тобой, какъ будто ты уже ея... Она, навѣрно, сюда прибѣжитъ за тобою. (Улыбается) Эхъ, Шлейма, Шлейма, купилъ товаръ... (Подходить къ окну, открываетъ ставни, лучи солнца врываются въ комнату) Что они заперлись!

ШЛЕЙМЕ. Ты не бойся, говорю тебѣ. Когда разъ сказалъ тебѣ да, такъ -- да. Для него все сдѣлаю, для тебя сдѣлаю, хотя въ послѣднее время ты плохо со мной обращалась. Ничего!.. Пусть хоть чорта возьметъ себѣ на подмогу, ничего не поможетъ!

САРА (подходитъ къ нему, хватаеть его за руку, заглядывая въ глаза). Человѣкъ молодой, какъ ты,-- такую дѣвку? Кто она такая? Переходитъ изъ рукъ въ руки... Такой молодой человѣкъ, какъ ты... Ты можешь теперь приданое хорошее схватить,-- она тебѣ нужна? Молодой человѣкъ съ парой сотенъ рублей не достанетъ себѣ приличной невѣсты? Что? Ты хуже другихъ? (Хлопаетъ его по плечу) Ты со мной говори, Шлемъ! Ты знаешь, я никогда къ тебѣ плохо не относилась! Хоть я къ тебѣ въ послѣднее время не хороша была, все-же Сара -- всегда Сара... скажи,-- не такъ?

ШЛЕЙМЕ (крутя свой усъ). Вѣрно!.. вѣрно... Чортъ его знаетъ! Далъ себѣ закрутить голову этой дѣвкѣ!.. На время... Ты думаешь я, въ самомъ дѣлѣ, хотѣлъ съ ней серьезно? Мать бы меня прокляла! У меня честная мать... и моя сестра...

САРА. Другого дѣла нѣтъ,-- съ такой скрутилъ себя! Заведеніе съ ней открыть... Что нынче вообще даютъ такія дѣла! Стоитъ только съ такими отбросами дѣло имѣть! (Подходитъ къ нему и суетъ ему серьги) Ты вотъ это возьми, и вотъ тебѣ еще сотня, скажи, гдѣ Ривкеле?

ШЛЕЙМЕ. Что правда, то правда, когда-то ты была хорошей женщиной. Послѣднее время попортилась, ей Богу попортилась... Но ничего! Знай: Шлейма свой человѣкъ! (Прячетъ серьги въ карманъ)

САРА. Ты скажи мнѣ, Шлейме, гдѣ она теперь? Мнѣ ты все можешь сказать, хоть я ея мать! Ты знаешь, я такихъ вещей не пугаюсь! Скажи: куда-нибудь ее увезъ? Куда-нибудь...

ШЛЕЙМЕ. Она близко отсюда... Если я говорю, что приведу, такъ приведу ее! (Подмигиваетъ) Что бы мнѣ такое счастье, какъ славная дѣвка изъ нея можетъ выйдти! Ея взглядъ, ея фигура... мое почтенье, говорю я тебѣ.

САРА. Ага, Сара еще годится... Но скажи мнѣ, Шлейме, куда ты ее запряталъ? Мнѣ ты все можешь сказать! (Обнимаетъ его одной рукой, другой хлопаетъ по плечу, лукаво заглядывая ему въ глаза) Да? Скажи, братъ.

ШЛЕЙМЕ. Не далеко отсюда... Не далеко... (Слышится ударъ кулакомъ въ дверь снаружи)

ГОЛОСЪ ГИНДЛЬ (за дверью). Ты не знаешь о ней, ты не знаешь о ней.

САРА. Пусть она головой объ стѣнку стучится! Какъ она его въ лапы схватила!.. Ха-ха-ха... Онъ не можетъ шевельнуться безъ нея... (Шлейма думаетъ съ минуту. Схватываетъ его за руку и отводитъ въ сторону) Со мной говори! Зачѣмъ она тебѣ? Я тебѣ дѣвушку дамъ -- увидишь. (Мигаетъ ему)

ГИНДЛЬ (взламываетъ дверь, вбѣгаетъ раздраженно). Что они отъ него хотятъ? Чортъ бы ихъ побралъ! Сбѣжала у нихъ дочь. (Хватаетъ его за руку) Ты не знаешь, гдѣ она! Чего они отъ тебя хотятъ?..

CAPА (садится на стулъ, смотритъ на Шлейму лукаво, показывая рукой на Гиндль). Это она? Ха, ха, ха...

ГИНДЛЬ (оглядывается). Ишь какъ смѣется! (Шлеймѣ) Ты не знаешь о ней! (Отводитъ его въ сторону) Мы поѣдемъ въ Лодзь, тамъ свадьба будетъ, квартиру наймемъ. Съ такой парой дѣвокъ,-- подумай, что ты дѣлаешь? (Громко) Что они къ тебѣ пристали? Ты не знаешь о ней! (Тянетъ его за руку) Пойдемъ, Шлейма!


(Шлейма колеблется)


САРА (сидитъ на прежнемъ мѣстѣ, громко Шлеймѣ съ жестокой насмѣшкой). Ну, почему же не идешь ты съ ней? Она же пришла за тобой! Поѣдете въ Лодзь! Вѣнчаться? Свадьбу съиграть? Квартиру нанять... Гм... Гм!.. (Встаетъ, оттягиваетъ Шлейму отъ Гиндль) Такой молодой человѣкъ, какъ ты... У тебя честная еврейская мать, имѣлъ набожнаго отца... чего она отъ тебя хочетъ? Что она пристала къ тебѣ?

ШЛЕЙМЕ (зоветъ). Пойдемъ, Сара, забери Ривкеле!

ГИНДЛЬ (заслоняя ему ротъ рукою). Ты не скажешь... ты не знаешь о ней! Не знаешь! (Подбѣгаетъ къ выходной двери, заставляетъ ее руками) Я тебя не выпущу! (Бросается къ Шлеймѣ и хватаетъ его за руку) Подумай! Имъ можно, намъ нельзя? Пойдемъ, Шлейма, мы уѣдемъ! Такое дѣло!.. Такое дѣло!..

ШЛЕЙМЕ. Мы уже слышали! Уже слышали! (Отталкиваетъ ее отъ себя) Потомъ будемъ говорить, теперь мнѣ некогда. (Уходитъ съ Сарой. Сара еще вбѣгаетъ, раскрываетъ дверь Ривкиной комнаты и кричитъ туда) Ривкеле есть!

ГОЛОСЪ ГИНДЛЬ (за дверью). Я тебя не пущу! Ты не скажешь!

ШЛЕЙМЕ (въ дверяхъ). Пойдемъ, Сара.

САРА (бѣжитъ за Шлеймой). Идемъ, Шлейма!


(Сара, Шлейма и Гиндль уходятъ)


ХОЗЯИНЪ И РЕБЪ ЭЛЕ.


(Ребъ Эле входитъ съ хозяиномъ изъ Ривкиной комнаты).


РЕБЪ ЭЛЕ. Слава Богу, Слава Богу! (Хозяину, который все время кружится по комнатѣ) А вотъ видишь, а Богъ тебѣ помогъ! Онъ-таки наказываетъ, но онъ посылаетъ исцѣленіе ранамъ. Хоть ты и грѣшилъ, хоть ты святотатствовалъ (Наказываетъ ему) Отнынѣ ты долженъ себя обязать... Чтобъ ты такихъ рѣчей не говорилъ! Чтобы ты уважалъ! Глубоко уважалъ! Чтобы ты зналъ, что такое священная тора и что такое еврей ученый? Ты долженъ въ синагогу ходить. Ты долженъ большую милостыню дать, поститься! Богъ тебѣ проститъ... (Пауза. Онъ смотритъ на хозяина, который задумчиво ходитъ по комнатѣ) Что ты не слышишь меня? Съ Божіей помощью все пойдетъ хорошо. И я сейчасъ поѣду къ отцу жениха, чтобы у нихъ времени не было кое-о-чемъ разузнать, и я переговорю съ нимъ обо всемъ подробно, но ты... чтобы ты не торговался! Больше сотней, меньше сотней, чтобы не зналъ, кто онъ и кто ты! И чтобы ты-таки сейчасъ положилъ деньги на столъ и чтобы ты не оттягивалъ свадьбы! Чтобы еще разъ, упаси Боже подобнаго не случилось! Такихъ вещей не откладываютъ! (Смотритъ на хозяина) Что,-- не слышишь меня? Къ тебѣ же говорю.

ХОЗЯИНЪ (какъ бы про себя). Одну вещь я хочу ее спросить, только одну вещь... Правду пусть она мнѣ скажетъ, правду. Да или нѣтъ?

РЕБЪ ЭЛЕ. Ты не грѣши, благодари Бога, что худшаго не случилось...

ХОЗЯИНЪ (какъ прежде). Я ей ничего не сдѣлаю, только правду пусть она мнѣ скажетъ... правду: да или нѣтъ?

РЕБЪ ЭЛЕ. Правду, правду... И Богъ поможетъ, все пойдетъ хорошо. Я сейчасъ пойду за отцомъ жениха! Онъ въ синагогѣ и ждетъ меня. (Оглядывается) И скажи своей женѣ, чтобъ она пока тутъ все убрала, и ты положи начало сейчасъ на мѣстѣ, чтобы ему времени не было про что-нибудь узнать и пойти на попятный... Условься насчетъ свадьбы и отправь невѣсту въ семью жениха, но не медли! Тихо, скорѣй, чтобы никто не узналъ. (Направляется къ выходу) И ты эти глупости изъ головы вонъ! Чтобы отецъ жениха, упаси Боже, чего не замѣтилъ. (Выходя) Скажи твоей женѣ, чтобы она здѣсь сдѣлала прилично. (Уходитъ)

ХОЗЯИНЪ (какъ прежде, погруженный въ свои думы, кружится по комнатѣ). Только правду пусть она мнѣ скажетъ, чистую правду. (Долгое время пауза)


ХОЗЯИНЪ, САРА, ПОТОМЪ РИВКЕЛЕ.


САРА (въ дверяхъ). Войди, войди, отецъ тебя бить не будетъ. (Пауза) Войди, говорятъ тебѣ. (Вталкиваетъ Ривкеле. Ривкеле закутана въ платокъ черезъ голову, останавливается въ дверяхъ, глаза опущены въ землю, губы закусаны, стоитъ молча на мѣстѣ) Чего же стоишь, милая дочка? Доставь намъ радость... за наши труды! Ужъ позже съ тобой расчитаемся. (Пауза) Войди въ комнату! Надѣнь платье, причешись! Человѣкъ долженъ придти. (Мужу) Я встрѣтила ребъ Эле, онъ пошелъ за отцомъ жениха. (Осматриваетъ комнату) Стыдъ и срамъ какъ тутъ выглядитъ. (Торопливо принимается за уборку комнаты)

ХОЗЯИНЪ (увидѣвъ Ривкеле, смотритъ на нее, подходитъ къ ней, мягко беретъ ее за руку, подводитъ къ столу). Ты не бойся... бить не буду. (Садится) Тутъ садись... около меня. (Подвигаетъ ей стулъ) Садись!

Ривкеле (упрямо прячетъ лицо въ платокъ). Могу и стоять.

ХОЗЯИНЪ (сажаетъ ее). Садись... не бойся...

РИВКЕЛЕ (изъ-подъ платка) Чего мнѣ бояться...

ХОЗЯИНЪ. Я тебя спрошу только одну вещь... Ты мнѣ скажи, дочь... Ты моя дочь, я твой отецъ. (Показываетъ на Сару) Это твоя мать.. Скажи мнѣ, дочка, смотри... всю правду... Ты не бойся меня.. Меня не стыдись... Отцу все можно сказать... Я знаю: не за твои грѣхи... не за твои... за мои... За грѣхи матери твоей... Скажи мнѣ...

САРА. Посмотрите, какъ онъ сталъ тутъ съ нею разговаривать! Чего онъ отъ нея хочетъ? Насилу дождались.. Пусть она идетъ одѣваться -- человѣкъ же долженъ придти. (Подходитъ, хочетъ отвести Ривкеле)

ХОЗЯИНЪ. Оставь. (Отталкиваетъ Сару отъ Ривкеле)

САРА. Съ ума онъ сегодня спятилъ... Что дѣлается съ нимъ? (Продолжаетъ убирать)

ХОЗЯИНЪ (Ривкѣ). Богъ насъ наказалъ.. Я тебя оберегалъ, какъ зѣницу ока, святую тору заказалъ... ради тебя... Думалъ: выростешъ, замужъ тебя отдамъ... Возьму приличнаго человѣка въ женихи... обоимъ вамъ столъ дамъ.

РИВКЕЛЕ (изъ-подъ платка). Есть еще время мнѣ замужъ идти, я еще не такъ стара...

САРА. Она еще упирается...

РИВКЕЛЕ. Только меня раввиншей хотятъ сдѣлать! Почему мама такъ рано замужъ не пошла?

САРА. Придержи ротъ, не то поколочу... Научилась? Въ одну ночь научилась!

РИВКЕЛЕ (полусознательно). Да, я уже знаю...

ХОЗЯИНЪ (взволнованно поднимается). Оставь... Одну вещь хочу я спросить... только одну вещь.. Правду скажи мнѣ. (Съ трудомъ, заикаясь; пропускаетъ слова) Это... правда... Правду мнѣ скажи, правду...

САРА. Какую правду ей тебѣ сказать? Чего ты отъ нея хочешь?

ХОЗЯИНЪ. Не тебя я спрашиваю. (Хватаетъ дочь за обѣ руки, тихо) Ты меня не стыдись, я отецъ, ты мнѣ всѣ можешь сказать... Открыто скажи: еще ты... ты еще чиста... какъ вышла отсюда? Чистое еврейское дитя? (Кричитъ) Чистая еврейская дѣвушка?

САРА (вврывая Ривкеле изъ рукъ отца). Чего ты отъ нея хочешь... Дитя не знаетъ зла... Оставь...

ХОЗЯИНЪ (прижимаетъ Ривкеле къ себѣ, пытается ей заглянуть въ глаза). Ты мнѣ скажи... правду скажи... я тебѣ говорю: въ лицо мнѣ посмотри! Прямо въ лицо! Еще ты... (Старается смотрѣть ей въ лицо, которое Ривкеле глубоко прячетъ въ платокъ)

САРА. Почему ты платка съ головы не снимешь? Въ комнатѣ въ платкѣ? (Срываетъ платокъ, Ривкеле подается, прячетъ лицо въ кофточку)

ХОЗЯИНЪ (кричитъ). Ты скажи мнѣ теперь... Я ничего тебѣ не сдѣлаю... Открыто скажи... тутъ на мѣстѣ...

РИВКЕЛЕ (пряча лицо въ кофточку). Я не знаю...

ХОЗЯИНЪ (кричитъ). Ты не знаешь... не знаешь..? Кто же знаетъ? Какъ это не знаешь... Правду скажи, правду...

РИВКЕЛЕ (вырываясь изъ рукъ хозяина). А мамѣ можно было? Меня они раввиншей хотятъ сдѣлать... Я все знаю... (Прячетъ лицо въ руки и опирается на стѣну) Бейте меня, мнѣ все равно! Бейте меня!

ХОЗЯИНЪ. А! (Рветъ на себѣ одежды. Сара подбѣгаетъ къ дочери и хочетъ ее бить, онъ отбрасываетъ Сару и прячетъ за собой дочь) Ее оставь... (Захватываетъ двумя пальцами ея тонкую шею) Если бы я такъ тебѣ голову скрутилъ, лучше было бы для тебя и для меня тоже. (Садится блѣдный на стулъ, тяжело дыша. Ривкеле опускается на землю, громко плачетъ. Долгая пауза. Сара кружится по комнатѣ, видно, что она не знаетъ за что ей взяться. Послѣ долгаго молчанія, она беретъ метлу, какъ бы крадучись, и мететъ, потомъ подходитъ къ Ривкеле, поднимаетъ ее съ земли за руку, отводитъ въ ея комнату. Хозяинъ блѣденъ, сидитъ неподвижно)


CAPA И ХОЗЯИНЪ.


САРА (выходитъ изъ комнаты Ривкеле, подбѣгаетъ къ хозяину, хватаетъ его за руку, просительно). Янкель, опомнись, вспомни Бога, кто долженъ знать что-нибудь? Успокойся. Ривкеле замужъ пойдетъ. Еще все хорошо будетъ. (Хозяинъ молчитъ. Пауза)

САРА. Надѣнь на себя кафтанъ, сейчасъ придутъ. Кто долженъ что-нибудь знать.


(Хозяинъ упорно молчитъ)


САРА (приноситъ кафтанъ хозяина, шляпу, надѣваетъ на него, онъ не противится). Такое несчастіе, такое несчастіе, иди, предвидь все (Одѣвъ хозяина, она оправляетъ на себѣ платье, приводитъ все въ порядокъ, бѣжитъ въ комнату Ривкеле, слышно, какъ она тамъ что-то приказываетъ. Снова вбѣгаетъ) Уже потомъ съ тобой расчитаются. (Осматривается вокругъ, все ли въ порядкѣ, говоритъ какъ бы къ себѣ) Теперешнія времена... Взрости дѣтей! ой, ой! (На лѣстницѣ слышны восходящіе шаги, Сара подбѣгаетъ къ хозяину, трясетъ его за рукавъ)

САРА. Они идутъ... вспомни Бога, Янкель, все еще можетъ бытъ хорошо, кто долженъ что-нибудь знать. (Приготовляетъ стулья. Входитъ ребъ Эле и незнакомый еврей. Сара прячетъ волосы подъ парикъ, принимаетъ гостей)

РЕБЪ ЭЛЕ. Доброе утро!

САРА. Доброе утро и добрый вамъ годъ! Добро пожаловать... (Нѣсколько смущенно подаетъ стулья и проситъ сѣсть)

РЕБЪ ЭЛЕ (весело). Гдѣжъ отецъ невѣсты? (Ищетъ глазами хозяина)

САРА (улыбаясь хозяину). Янкель, что-жъ ты не показываешься? (Подвигаетъ стулъ ближе къ Янкелю. Гости здороваются съ Янкелемъ и садятся)

РЕБЪ ЭЛЕ (жестикулируетъ руками). Приступимъ сейчасъ же къ сути. (Обращаясь къ незнакомому еврею, указывая на хозяина) Этотъ еврей хочетъ съ вами породниться, у него чистая еврейская дѣвушка, такъ онъ хочетъ ей дать въ мужья ученаго, на всемъ готовомъ.

НЕЗНАКОМЫЙ ЕВРЕЙ. Очень пріятно...

ХОЗЯИНЪ (встаетъ). Да, господа, чистая еврейская дѣвушка, чистая...

РЕБЪ ЭЛЕ (обращаясь къ гостю). Пятьсотъ рублей наличными онъ хочетъ дать сейчасъ же при помолвкѣ, кромѣ подарковъ жениху. На всемъ готовомъ держать, какъ родного сына. (Capa подаетъ къ столу водку съ закуской)

НЕЗНАКОМЫЙ ЕВРЕЙ. Собственно мое добро мнѣ нечего хвалить. Еще два года ученья и онъ можетъ быть раввиномъ.

РЕБЪ ЭЛЕ. Это мы знаемъ... Его будутъ беречь здѣсь, какъ глазъ во лбу... Чего ему захочется, все будетъ имѣть. Учиться дни и ночи сможетъ годами...

ХОЗЯИНЪ (указывая на комнату Ривкеле). Тамъ въ той комнатѣ будетъ онъ сидѣть и изучать святую тору... У меня чистая еврейская дочь... (Входитъ въ комнату Ривкеле и силой выводитъ за руку дочь, еще не одѣтую и растрепанную, указывая на нее) Эта чистая еврейская дѣвушка... замужъ пойдетъ за вашего сына... будетъ чистыхъ еврейскихъ дѣтей имѣть, какъ всякая дочь еврея... (Сарѣ) Что, нѣтъ? (Дико смѣется гостю) Да, да, братъ! Чистая еврейская женщина будетъ! Моя жена подведетъ ее подъ вѣнецъ... въ подвалѣ... (Показываетъ рукой внизъ) туда... въ подвалъ... Чѣмъ въ чужомъ мѣстѣ, лучше ужъ у отца. (Тащитъ Ривкеле за волосы къ двери) Внизъ, въ подвалъ ступай...

САРА (дико подбѣгая). Караулъ, люди, онъ съ ума сошелъ... (Хочетъ вырвать Ривкеле изъ его рукъ, хозяинъ отталкиваетъ ее, продолжаетъ тянуть Ривкеле за волосы)

ХОЗЯИНЪ. Въ подвалъ... внизъ... (Вытолкнулъ ее прочь и вышелъ за нею)


(За сценой слышенъ плачь Ривкеле)


НЕЗНАКОМЫЙ ЕВРЕЙ (изумленно и испуганно). Что это такое?

РЕБЪ ЭЛЕ (киваетъ ему, тянетъ за рукавъ и указываетъ на дверь, гость все еще стоитъ изумленно, оба уходятъ. Пауза)

ХОЗЯИНЪ (входя и таща за руку ребъ Эле). Свою тору возьми съ собой... Она мнѣ не нужна...


ЗАНАВѢСЪ.


Сборникъ товарищества "Знаніе" за 1907 годъ. Книга девятнадцатая


OCR Бычков М. Н.