# История одного наступления

Аркадий Тимофеевич Аверченко

Аверченко А.Т. Собрание сочинений: В 13 т.

Т. 10. В дни Содома и Гоморры

М.: Изд-во "Дмитрий Сечин", 2017.


## ИСТОРИЯ ОДНОГО НАСТУПЛЕНИЯ


Вот что было бы на войне, если бы армия воевала по принципам газеты "Правда" и по разумению тов. Зиновьева.

Разведчики донесли своему командиру, что неприятель обнажил весь свой участок, оттянув все войска на другой фронт.

Когда командир сообщил эту радостную весть в штаб армии, командующий армией подпрыгнул до потолка, а вернувшись вскорости на землю, сказал одно только слово:

-- Наступление!

Господи, что тут такое сделалось!.. Забегали адъютанты, запрыгали писаря, зазвонили телефонисты -- такой веселый кавардак заварился, что розы в сердце расцветали:

-- Наступление! Мы переходим в наступление!!!

-- Могу оказать предпочтение 1126-му полку, -- распорядился командующий. -- Объявите ему радостную весть: он первый начнет наступление! Это великая, историческая честь, но пусть другие полки не обижаются -- им тоже предстоит славная работа. Наступление начать завтра на рассвете.


. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .


Ночью прискакал в штаб на взмыленной лошади полковой адъютант:

-- Господин генерал! К сожалению, на рассвете полк выступить не может...

-- По-че-му?!!

-- Полковой комитет собрался для обсуждения целесообразности наступления, и резолюция ожидается только к десяти часам утра.

Генерал ласково улыбнулся, запустил руку в свои густые седеющие волосы и, отделив часть их для неизвестной цели, стряхнул несколько прядей на пол.

-- Хорошо, -- благожелательно сказал старый служака. -- Подождем десяти часов утра.


* * *


В десять часов утра на еще более взмыленной лошади прискакал еще более взмыленный адъютант.

-- Победа! -- закричал он. -- Наступательная тенденция в полковом комитете победила. Решено подчиниться вашему буржуазному требованию.

-- Слава богу! -- облегченно вздохнул вояка. -- Значит, уже пошли?

-- Положим, что не пошли. Сейчас полковой комитет передал свою резолюцию на усмотрение батальонных комитетов. Батальонные комитеты собираются, чтобы обсудить эту буржуазную резолюцию, и, если ничего не помешает, то батальонная резолюция будет вынесена завтра к 12 часам дня.

Генерал с тихой радостью покачал головой и, запустив ласково обе руки в свою полуседую шевелюру, отделил от общей массы несколько прядей волос.

Небрежно стряхнув их, благосклонно сказал:

-- С такой рассудительной армией воевать одно удовольствие!

-- Кому удовольствие? -- бестолково спросил адъютант.

-- Ясно, кому... -- благосклонно усмехнулся генерал, издав зубами очень мелодичный музыкальный звук.


* * *


Ровно в полдень на другой день в штаб прилетел взмыленный адъютант на такой взмыленной лошади, что долго не могли разобрать, где кончается лошадь и начинается адъютант.

-- Есть еще Бог на небе! -- хрипло крикнул он, подбегая к генералу. -- Полная победа по всей линии!! И батальонные комитеты ничего не имеют против наступления, хотя эта война, по их глубокому убеждению, и навязана нам империалистами и банкирами.

-- Да в наступление-то пошел полк или нет!!! -- спросил генерал, шутливо поднеся кулак к носу адъютанта.

-- Теперь уж наступление не за горами... Батальонные комитеты препроводили свои резолюции ротным комитетам, а те... Осторожнее, господин генерал. Тут у меня как раз шея...


* * *


Была тихая погожая осень.

Уже листья окрасились пурпуром и багрянцем, уже солнце не жарило, а тихо ласкало землю кроткими лучами, уже нежная паутинка медленно летала в посвежевшем воздухе, уже... Ну, да, один словом, хорошо было, черт его передери!

По усыпанным опавшими листьями дорожкам бешено, безумно неслось что-то, до того покрытое мылом, что издали казалось, будто целая мыльная фабрика сошла с ума и несется куда-то, вывернувшись наизнанку...

Но нет! Это была не мыльная фабрика. Это был наш знакомый взмыленный адъютант на взмыленной лошади. Эту пару уже хорошо знали в окрестностях, и даже местные жители собирались образовать анонимную компанию для добывания и выделки мыла из этого мыльного комка.

Однако вернемся к нашему адъютанту.

Свалившись с лошади и выбравшись с трудом из густого облака мыльной пены, адъютант ворвался в помещение штаба и еще с порога крикнул генералу:

-- Ура! От имени организованного 1126-го полка поздравляю вас с наступлением! Сегодня утром на общеполковом митинге решено идти в наступление большинством 5127 голосов, против 327 и 14 воздержавшихся.

Генерал радостно улыбнулся, поднес руки к своей голове, пошарил пальцами по ее совершенно голой поверхности и, не найдя для себя пищи, обратил пристальное и благосклонное внимание на пышную шевелюру молодого адъютанта.

-- Не смейте этого делать! -- вскричал напуганный адъютант. -- Я нахожу ваш поступок контрреволюционным!

Успокоившись, деловито спросил:

-- Когда прикажете наступать?

Генерал вынул из кармана бумагу и ласково ткнул ее адъютанту под нос:

-- На, собака! Понюхай, чем пахнет!

На бумаге было написано:

"Команда разведчиков доносит, что тот слабый участок, на который весной предполагалось наступление, снова занят вражеской артиллерией и пехотой, вернувшейся с другого фронта. Возведены новые сильные укрепления"...


* * *


Вот что было бы, если бы вся доблестная армия работала "по Зиновьеву"...

К счастью она работает "по Керенскому"!..


## КОММЕНТАРИИ


Впервые: Барабан. 1917. No 11.

1 марта 1917 г. Петроградский Совет рабочих и солдатских депутатов под председательством И. Чхеидзе, А. Керенского, М. Скобелева и при активном участии Нахамкеса, Шляпникова и пр. выпустил знаменитый Приказ No 1, положивший, по мнению множества мемуаристов, начало развалу армии и крушению государственного строя новой России. Среди пунктов этого приказа был следующий: "4. Приказы военной комиссии Государственной Думы следует исполнять только в тех случаях, когда они не противоречат приказам и постановлениям Совета Рабочих и Солдатских Депутатов". Таким образом, все командование армией было парализовано, и она фактически поступила под контроль центральных и местных Советов солдатских депутатов.