# Рассуждения о свободе, равенстве, братстве

Аркадий Тимофеевич Аверченко

Аверченко А.Т. Собрание сочинений: В 14 т. Т. 11. Салат из булавок

М.: Изд-во "Дмитрий Сечин", 2015


## РАССУЖДЕНИЯ О СВОБОДЕ, РАВЕНСТВЕ, БРАТСТВЕ


...Я пожал большевику руку, угостил его папиросой и, чокнувшись с ним бокалом, продолжал:

-- Нет, что ни говори, а мне ваш большевизм нравится. Как-то все теперь проще и справедливее сделалось... Одним словом, именно как говорится: свобода, равенство, братство.

-- Вот именно, -- подтвердил он, благосклонно кивнув головой.

-- Ну да. Над Россией взошла розовая заря и по этому фону вы начертали твердой рукой: свобода, равенство, братство.

-- Да, это мы можем.

-- Да, ей-Богу! Возьмем, прежде всего, -- свободу... Раньше, когда царил гнет, связывающий все движения несчастных граждан -- как все было сложно, как трудно... Скажем -- захотели вы поехать из Петербурга в Севастополь... Черт его знает, сколько хлопот и стеснений. Иди на вокзал, подходи к окошечку, бери билет первого класса с плацкартой... впрочем, кажется, больше ничего не надо было. А теперь как просто: захотел поехать из Петербурга хотя бы в Москву -- легче легкого!

Возьми только выписку из домой книги, снимись у фотографа, отправляйся с этими документами в комиссию по разгрузке, там тебе дадут бумажку, с которой ты отправляешься в местный совдеп, который рассмотрит твою письменно изложенную просьбу о выезде и если мотивы окажутся основательными -- тебя направят прямо в комиссариат твоего района. Там приложили штемпель, выдали свидетельство -- и ступай себе с Богом к коменданту вокзала. Постоял в очереди, дали тебе квиток на право взять билет, стал опять в очередь перед кассой и готово. Можно и ехать. Если, конечно, поезда на эту неделю для случайных пассажиров не отменены... Просто! Не то, что раньше, когда была волокита.

-- Вы... как-то странно хвалите, -- промямлил большевик, и взор его омрачился.

-- Ничего не странно! Мне ваша система свободы нравится, и я громко заявляю это. А равенство? Ну-ка, укажите мне пример, чтобы раньше при полицейском гнете было такое равенство? Человек, скажем, хотел иметь десять комнат -- он имел десять комнат! Другой человек покупал хлеб и мясо -- и ел и то и другое. Статский советник мог купить то же, что и землекоп! Разве это равенство? Вот теперь равенство так равенство! Статский советник выбрасывается из квартиры, а его место занимает семья красноармейца Кузьмы Мордастова. Вот это равенство! А еда? Ежели ты профессор -- получай в день селедку без хлеба, а если ты парикмахер, стоящий на советской платформе, -- на тебе полфунта хлеба и мяса с куриным яйцом в придачу. Постукиваешь ты слесарным молотком по железу -- твои дети получают молоко, а играешь на пианино в кинематографе -- твои дети получают рахит. Служишь ты комиссаром совдепа -- к твоим услугам пышный автомобиль, генерал ты -- к твоим услугам такой же пышный катафалк! Вот это равенство, черт его передери!..

-- Однако, это... я не понимаю... Вы так хвалите, как будто ругаете.

-- Да ведь от восторга, голубчик! Единственно от восторга. Такие слова: Свобода! Равенство! Дух захватывает. А братство? Все братья! Скажем, один брат красноармеец, а другой саботажник -- городской учитель, отказывающийся учить детишек святым заповедям Троцкого. И что же? Раз братство -- ничего не поделаешь: ставит первый брат второго к стенке да и того...

Мой собеседник встал, застегнулся на все пуговицы и сказал обиженным, ледяным голосом:

-- Я вижу, что вы просто надо мной смеетесь...

-- Смеюсь?! -- зарычал я. -- Да разве же ты не видишь, холодный каменный болван, что я уже полчаса как плачу?!


## КОММЕНТАРИИ


Впервые: Приазовский край, 1918, 12 (25) декабря, No 218. Печатается впервые по тексту газеты.