# Дядя Митяй и дядя Минай

Аркадий Тимофеевич Аверченко

Аверченко А.Т. Собрание сочинений: В 14 т. Т. 11. Салат из булавок

М.: Изд-во "Дмитрий Сечин", 2015


## ДЯДЯ МИТЯ И ДЯДЯ МИНАЙ


Для всего мира существует одна для всех Библия и одно Евангелие -- переведенные на все как есть языки. Их свято чтут, а иногда даже гадают по ним.

Скажем, пропал у матери сын без вести. И она ищет утешения в святой книге. Раскрывает наугад на первой попавшейся странице и вдруг читает:

-- "Сын мой изгибл бѣ и обрѣтеся".

И сладкий бальзам изливается в сердце измученной матери.

Раздумывает ли племянник о том, ехать ли ему с визитом к богатому дяде или нет раскрывает наудачу книгу и читает:

-- "Аз был болен и вы не посетили меня". Значит -- надо ехать.


## * * *


В этом смысле у нас, русских, есть своя Библия, которая всегда дает ответ на всякий поставленный вопрос.

Это -- Гоголь.

И в дни тревог, сомнений, смятений и беспокойства -- он всегда может дать точный, правдивый ответ.

Помню, когда после февральской революции собрался первый совет рабочих и солдатских депутатов, я, обеспокоенный таким быстрым "углублением" революции, открыл однажды наудачу Гоголя и сразу наткнулся на ответ:

"Что это за скверный город! Только где-нибудь поставь какой-нибудь памятник или просто забор -- черт их знает, откудова и нанесут всякой дряни".

Тут же я загадал насчет личности Керенского, которого тогда все на руках носили. Открыл на другом месте -- прочел:

"Эх, вы! Сосульку, тряпку приняли за важного человека".

Вот я теперь сижу и думаю:

-- Что же будет с нашей бедной Россией? Куда доскачет эта гоголевская тройка, "бойкая, необгонимая"? Вот мы все ждем помощи от союзников -- сегодня надеемся на Англию, завтра на Францию, а там опять обращаем свои жаждущие взоры на туманную Англию.

Хлопочут они около России целыми днями, говорят о русских делах в своих парламентах, но не знаем мы -- будет ли из этого толк?

Поставят ли они снова русскую тройку на настоящую дорогу?

Русский пророк! Дай ответ...

Беру толстый-претолстый том Гоголя -- совсем Библия для мятущегося русского человека -- раскрываю его на первом попавшемся месте, читаю:

-- Страница 613. "Все, не исключая и самого кучера, опомнились и очнулись только тогда, когда на них наскакала коляска с шестериком коней и почти над головами их раздалась брань и угрозы чужого кучера...".

Ну, что ж... пожалуй, подходящее. Шестерик коней, так неожиданно наскакавший на бедного разиню русского Селифана -- не большевики ли это? Тот же наглый наскок, тот же скандал:

"Селифан почувствовал свою оплошность... (Ну, еще бы! крепок русский человек задним умом), но так как русский человек не любит сознаться, что виновен, то тут же вымолвил он, приосанясь:

-- А ты что так расскакался? Глаза-то свои в кабаке заложил, что ли?

Вслед за тем он принялся отсаживать назад бричку, чтобы высвободиться из чужой упряжи, но не тут-то было, все перепуталось. Лошади несколько попятились назад и потом опять сшиблись, переступивши постромки.

На такую сумятицу успели, однако ж, собраться мужики из соседней деревни...

(Вот они, союзники наши, вот она -- Франция и Англия -- так сочувствующие нам, бедным, запутавшимся).

А дальше я буду цитировать замечательные строки уже без перерыва, потому что нельзя перебивать осененного благодатью вдохновенного пророка:

"...Участие мужиков возросло до невероятной степени. Каждый наперерыв совался с советом:

-- Ступай, Андрюшка, проведи-ка ты пристяжного, что с правой стороны, а дядя Митяй пусть сядет верхом на коренного! Садись, дядя Митяй!

Сухощавый и длинный дядя Митяй взобрался на коренного коня и сделался похожим на деревенскую колокольню... Кучер ударил по лошадям, но не тут-то было, ничего не пособил дядя Митяй.

-- Стой, стой, -- кричал сердобольный чужой народ. -- Садись-ка ты, дядя Митяй, на пристяжную, а на коренную пусть сядет дядя Миняй!

Дядя Миняй с бородой черной как уголь, с охотою сел на коренного, который чуть не пригнулся под ним до земли.

-- Теперь дело пойдет! -- кричали окружающие. -- Накаливай, накаливай его! Пришпандорь кнутом вон того, того, солового, что он горячится, как корамора!

Но, увидевши, что дело не шло и не помогло никакое накаливанье, дядя Митяй и дядя Миняй сели оба на коренного, а на пристяжного посадили Андрюшку.

Наконец, кучер, потерявши терпение, прогнал и дядю Митяя и дядю Миняя, и хорошо сделал, потому что от лошадей пошел такой пар, как будто бы они отхватали не переводя духа станцию. Он дал им минуту отдохнуть, после чего они пошли сами собою".


## * * *


Сколько мудрости в одной книге!

Поистине это русская Библия.

А что касается лично меня, то я счастлив только одним: что на всю эту путаницу с двумя тройками -- не подошел немец-управитель из соседнего села.

Он бы так распутал, что, пожалуй, не досчитались бы русские ездоки кое-чего из збруи, да и сама тройка, пожалуй, превратилась бы в пару.

Знаем мы этих самых.


## КОММЕНТАРИИ


Впервые: Таврический голос, 1919, 25 декабря (7 января), No 123 (273). Печатается впервые по тексту газеты.

"Что это за скверный город! -- Слова Городничего из комедии Н.В. Гоголя "Ревизор" (1836).

"Эх, вы! Сосульку, тряпку приняли за важного человека" -- Аверченко продолжает цитировать комедию "Ревизор".

"Все, не исключая и самого кучера..." -- Цитируется поэма Н.В. Гоголя "Мертвые души" (1842).