# Осенний мелкий дождичек

Аркадий Тимофеевич Аверченко

Аверченко А.Т. Собрание сочинений: В 14 т. Т. 11. Салат из булавок

М.: Изд-во "Дмитрий Сечин", 2015


## ОСЕННИЙ МЕЛКИЙ ДОЖДИЧЕК


Знаменитая Маруся Спиридонова обратилась с письмом к своим товарищам по партии:

"Рекомендую вам при выборе между большевиками и добровольцами предпочесть последних, потому что при добровольческом режиме, как и при царском, все же возможна подпольная работа и деятельность партийных лидеров, что представляется совершенно невозможным при большевистской власти".

В "Сатириконе" во время войны была помещена такая карикатура: у дверей спальни офицера стоит денщик и изо всей силы колотит палкой по медному тазу. Горничная спрашивает:

-- Чего ты, дурак, так шумишь: ведь за дверью барин спит!

-- Я потому и стучу, чтобы его благородие спали. Они так привыкли на позициях к канонаде, что без шуму совершенно не могут спать.


* * *


Такая же привычка, очевидно, и у Маруси Спиридоновой: кончится война, большевики будут уничтожены, жизнь войдет в колею, свободный народ вздохнет свободно, парламент издаст новые разумные законы, под сенью которых все сделаются равны -- а Маруся Спиридонова все будет колотить палкой по медному тазу -- ибо это уже такая привычка, ибо это въелось в плоть и в кровь.

Сцена в участке будущего.

-- Сколько вам лет?

-- 50.

-- Как вас зовут?

-- Маруся.

-- Ваша профессия?

-- Подпольная деятельность.

-- Я спрашиваю -- что вы делаете?

-- Бомбы делаю.

-- Для чего?

-- Бросаю.

-- В кого?

-- Это уже дело второстепенное. Главное, сделать бомбу и бросить ее. А адресат не так уж важен.

-- А еще что делаете?

-- Прокламации печатаю.

-- Против кого?

-- Против засилья кровавого царизма.

-- Да ведь царизма давно нет.

-- Не понимаю, чего вы ко мне пристали! Не могу же я, чтобы моя подпольная типография зря, без работы стояла. Вот и печатаю!

Когда Маруся Спиридонова, 17-летняя гимназистка, выстрелила в губернатора Луженовского -- это было модно и имело шумный успех.

Но времена изменились, мода ушла, все носят уже не широкие платья с оборками и буфами, а узкие, гладкие -- только одна Маруся, уже старая, уже одряхлевшая Маруся -- все таскает обветшавшее, такое смешное теперь платье с линялыми оборками и порыжевшими буфами.

Хочется сказать ей:

-- Маруся, Маруся, занялась бы ты лучше каким-нибудь делом. Ведь старый уже ты человек. Нужно быть солиднее.

А Маруся в ответ:

-- Товарищи! Никакого соглашательства с буржуазией! Да здравствует авангард мировой революции! Жги помещиков, вся земля народу, долой кровавый царизм! Волга впадает в Каспийское море и лошади едят овес!

И тут же, мимоходом, бросит бомбу в мирно бредущего домой после службы чиновника контрольной палаты:

-- Смерть приспешникам и палачам отжившего царизма!

Жизнь -- прекрасная, величественная -- шумя и волнуясь, как Миссисипи во время разлива, катит все вперед и вперед свои чудные воды, а дряхлая Маруся, как подгнивший корявый сучок, торчащий у берега из тины, -- тщится остановить мощное движение водяных масс.

Убийство девочкой-гимназисткой губернатора -- это героическая сказка беззаветно-смелого детства, но когда старая женщина, заплетая детские косички, рядится в гимназическое платьице с передничком -- до чего это смешное, жалкое зрелище!

В парламенте большой парламентский день -- республиканское большинство насмерть схватилось с ответственным министерством, вся страна кипит, живет бодрой, лихорадочной жизнью, а на окраине города, в маленьком покосившемся домике сидит старая унылая женщина и одной рукой начиняет бомбы, другой -- набирает текст прокламации...

Старая спина ноет и ноет, глаза уже плохо разбирают стершийся шрифт старых свинцовых литер, динамит отсырел, в комнате трудно дышать от затхлого воздуха старых, давно уже отпечатанных и лежащих без употребления кип зажигательных прокламаций, в комнате трудно повернуться от нагроможденных всюду уже готовых бомб и адских машин -- а унылая старуха Маруся все начиняет, начиняет, все набирает, набирает...

"Подпольная деятельность"!

Какие вы все скучные человеки -- так называемые "партийные", пахнет от вас заношенным бельем, немытым телом, застаревшим табачным дымом, заношенной партийной программой и серой, промозглой, как половая тряпка, скукой


. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .


## КОММЕНТАРИИ


Впервые: Юг, 1919, 14 ноября, No 91. Печатается впервые по тексту газеты.

Фельетон был включен писателем в первое издание сборника "Дюжина ножей в спину революции" (Симферополь, 1920), впоследствии не переиздавался.

Когда Маруся Спиридонова, 17-летняя гимназистка, выстрелила в губернатора Луженовского... -- Знаменитая эсерка-террористка Спиридонова Мария Александровна (1884-1941) 16 января 1906 г. смертельно ранила советника тамбовского губернатора Г.Н. Луженовского, отличившегося в подавлении революционных выступлений 1905 г.