# Буль де неж

Аркадий Тимофеевич Аверченко

Аверченко А.Т. Собрание сочинений: В 14 т. Т. 11. Салат из булавок

М.: Изд-во "Дмитрий Сечин", 2015.


## БУЛЬ ДЕ НЕЖ


Могу сказать: посчастливилось мне. Повезло!

Я вчера видел такую штуку, которую едва ли кому удастся увидеть.

Зрелище столь же редкое, как если бы кто-нибудь подсмотрел любовные объятия влюбленного тигра и тигрицы в индийских джунглях...

Я видел своими собственными глазами, как повышаются цены!

Это нужно понять! Не то, что чувствовал повышение цен, ощущал на своей шкуре, нет! Я именно видел физически глазами, как повышаются цены!

Совершенно два разных ощущения.

Ведь есть же огромная разница между тем, что вы, скажем, прочитали в газетной хронике заметку петитом о том, что "в районе Рудольфовой горы нашли труп неизвестного мужчины с резаной раной на горле" -- и тем, что вы бы

сами, своими глазами, видели, как произошло это убийство: как убийца повалил несчастного на землю, как навалился ему на грудь, как, тяжело дыша, шарил у себя в кармане матросский ножик, как зубами раскрыл его и как стал медленно пилить лезвием по горлу, в котором что-то клокотало и пульсировало...

В первом случае -- пробежали вы сухую заметку ленивыми глазами, прихлебнули из стакана полуостывший чай и, сейчас же забыв о трупе "с резаной раной на горле". переползли глазами на "отсутствие в городе воды".

А во втором случае -- вы целую ночь не будете спать! Бам все время будут мерещиться полузакатившиеся глаза зарезанного, белые зубы под темными усами, открывающие лезвие ножика, трепыханье истекающего кровью тела -- мало ли что!

Так и я -- не спал почти целую ночь, а? Подумать только -- своими собственными глазами видел, как повышаются цены!

Было это так: подхожу я вчера к лимонадной будке выпить стакан сельтерской с сиропом, каковая несложная комбинация вот уже неделю стоит 60 рублей.

Впереди меня какой-то господин медленно тянул из стакана тот же самый напиток, выпил, спросил "сколько?". получил в ответ "шестьдесят" -- и стал расплачиваться...

А с другой стороны подошел человек с пучком шнурков для ботинок.

-- Почем шнурки? -- спросил я.

-- 340 за пару.

-- Ого! Многовато! Хозяин, дайте мне стаканчик с сиропом.

Я выпил, спросил машинально -- "сколько?" -- хотя прекрасно знал, что шестьдесят... И вот тут-то произошло это необычайное, потрясающее событие, тут-то и представилось моим изумленным глазам зрелище, о котором я говорил выше...

На мой вопрос угрюмый хозяин, лицом очень напоминавший того, выдуманного мной убийцу-матроса, помолчал, потом переглянулся с мокроносым мальчишкой, гнездившимся в глубине будки и в это момент вяло перемывавшим в помоях чистые стаканы... Переглянулись они и показалось мне, что какая-то зеленая искорка перескочила из одних глаз в другие.

Судя по последствиям взглядов, первый из них гласил:

-- А что если я этому фрукту ахану сразу сто -- не закричит он?

Второй взгляд мокроносого мальчишки ответил:

-- А что с ними, чертями, церемониться?!!.. Валяй!

И свершилось!!

-- С вас сто рублей, -- холодным тоном, в котором сквозила некоторая неуверенность, произнес убийцевидный хозяин.

Тр-рах! Ну, клянусь вам, я своими глазами видел, как повышаются цены на предметы нашего обихода.

И мне до слез сделалось обидно, что это так просто... А я-то воображал, что люди собираются на какие-то свои сельтерско-лимонадные заседания, что у них идут ожесточенные дебаты, что читаются доклады о необходимости повышения ставок на сиропную воду -- с цифрами и диаграммами в руках, что все голосуют за и против, и что необходимость повышения выносится большинством голосов, на основании железной необходимости и полной безвыходности положения.

А тут... так просто!

Человек с лицом убийцы переглянулся с мокроносым мальчишкой -- и на тебе! Я от этого взгляда обеднел на 40 рублей.

Хоть бы в этот момент разносчик лимонада подал хозяину какую-нибудь записку, хоть бы жена подбежала к нему и шепнула что-нибудь на ухо, хоть бы гром грянул или дождик пошел в это момент -- все-таки, хоть некоторое основание.

А то -- переглянулись -- и на тебе! Подойди я двумя минутами раньше -- я был бы богаче на 40 рублей.


* * *


После меня пил воду продавец шнурков. Выпив, вынул из кармана шестьдесят рублей, положил на прилавок, но хозяин возразил уже очень уверенно:

-- Еще сорок!

-- За что?! Вчера же стоило 60, -- завопил менее застенчивый, чем я, продавец шнурков.

-- Как за что? А вы знаете, почем теперь овес, почем одна подкова?

Это соображение до сих пор никому не приходило в голову -- да, вероятно, и самому лимонадчику.

-- Причем тут овес?!

-- А вы думаете, мы воду на спине таскаем? Лошадь с фабрики развозит. Что это у вас? Шнурки? Почем?

Разносчик шнурков покосился на меня и сказал:

-- 410.

-- Тьфу, черт! Да ведь ты только что говорил этому господину -- 340?!

-- Какому? Вот этому?! Да я и не о тех шнурках говорил. А эти 410.

Подошел еще один прохожий.

-- Почем шнурки?

Цена уже оформилась и закостенела:

-- 410.

-- Что так дорого?!

-- А вы знаете, почем теперь овес? А подковы?


* * *


И покатилось...

Разозленный на дороговизну прохожий пришел к себе в магазин и поднял цены на нитки, молочница, покупавшая нитки, тоже разозлилась, колбасник, покупавший молоко, тоже обиделся...

Прямо-таки, страшно подумать, сколько завтра будет стоить яйцо.


* * *


А повесить бы своевременного сельтерского хозяина с убийцевидным лицом -- никакой бы этой катавасии и не было.

А мокроносого мальчика -- высечь.


## КОММЕНТАРИИ


Впервые: Юг России, 1920, 3 мая, No 29 (222). Печатается впервые по тексту газеты.