# Летучие голландцы

Аркадий Тимофеевич Аверченко

Аверченко А.Т. Собрание сочинений: В 14 т. Т. 11. Салат из булавок

М.: Изд-во "Дмитрий Сечин", 2015.


## ЛЕТУЧИЕ ГОЛЛАНДЦЫ


## I


Сначала надо описать пейзаж:

Унылого вида вал за Перекопом... Растительности никакой, кроме нескольких запыленных кустиков чертополоха и "драконова зуба"... Песок и пыль, жара, побелевшее от угрюмого зноя небо и -- безмолвие.

На фоне этого пейзажа -- жанр: группа разноколиберно одетых людей с чемоданами в руках, саками и мешками за плечами.

Их сопровождает офицер с револьвером в руках.

Дойдя до "зоны", офицер командует "стоп!", вынимает шашку и, привязав на острие ее платок, поднимает кверху это известное всему миру сооружение.

В передовой линии красных -- сенсация.

-- Глянь-ко, товарищи! Никак белогвардейцы сдаются!

Экстренно вызванный красный офицер с двумя солдатами вразвалку приближается к размахивающей белым флагом группе.

Увидев его, "белый" офицер опускает шашку, прикладывает руку к козырьку и тут же незаметным движением засовывает свою золотую часовую цепочку в глубь кармана тужурки.

-- Сдаетесь? -- спрашивает "красный" офицер.

-- Мм... не совсем. Вот их сдаем. Наш Главнокомандующий делает вам царский подарок: вся дюжина -- люди, жаждущие советской власти и восхвалявшие социалистический рай. А мы никого не неволим: если они находят, что лучше у вас -- пусть идут к вам.

-- Милости просим, -- кланяется красный офицер. -- Мартынов, Козолуп, берите их вещи.

-- Нет, зачем же... Мы сами понесем.

-- Нет, у нас уж такой порядок. Тащи, Мартынов.

-- Позвольте!.. Тут у меня ценные вещи, белье!

-- Тащи!!

И вся группа быстро движется на север: впереди несутся Мартынов и Козолуп с чемоданами в руках, за ними, испуская жалобные крики, трусцой бегут "апологеты советской власти", за ними -- красный офицер, облегчивший-таки одного из дюжины на небольшой сак и теперь торопливо на ходу в него заглядывающий...

Русский офицер снимает с шашки платок, утирает им горячий лоб и поворачивает к себе, на юг.

Солнце печет.


## II


Через неделю -- тот же пейзаж: то же солнце, желтый вал, пески, пыль, чертополох, бледное от зноя небо...

И даже жанр тот же, только шиворот-навыворот: с севера приближается группа штатских людей разнокалиберно одетых под предводительством красного офицера с револьвером в руке.

И как на прошлой неделе -- белый офицер -- так теперь красный вынимает шашку, нацепляет на нее платок, энергично машет.

С юга показывается белый офицер с двумя солдатами, приближается...

-- А что, братцы? В чем дело? Сдаетесь?

-- Слушайте, кого вы нам прислали на прошлой неделе? Получайте обратно: все тут до единого.

-- А что?

-- Вы знаете, это не по-соседски: говорили, что посылаете большевиков, а подсунули публику всю сплошь с острым помешательством.

-- Да что вы? А у нас они казались нормальными!

-- Какое! С первого же дня стали заговариваться. Вдруг ни с того ни с сего один как заорет: "Вся власть советам!". Каким советам? Что такое? При чем тут Советы? А он мне в ответ: "Товарищи, защищайте завоевания революции!". Прямо с ума спятил. Мы его на работу ставим -- у нас теперь обязательная десятичасовая трудовая повинность -- а он ко мне с восьмичасовым рабочим днем пристает: какой такой восьмичасовой день? В чем дело?! Никто ничего не понимает! Так они... Знаете, что выкинули? Прибавки 100 проц, потребовали. Посмеялись мы, посмеялись, но однако думаем, все-таки гости, все-таки по своей воле к нам притащились -- дали прибавку. И можете себе представить -- через четыре дня -- опять 100 проц, прибавки! Мы их, конечно, в шею, а они, -- глядь! -- профессиональный союз организовали да забастовку и ахнули! Это у нас-то, в Советской России! "Мы, говорят, защищаем завоевания революции!". Посмотрел их наш фабричный врач, исследовал, "да они, говорит, сумасшедшие!". Ну тут мы и решили погнать их к вам обратно. Что ж вы нам подмоченный товар шлете? Нехорошо. Забирайте!

-- А где же наши чемоданы? -- угрюмо спросил один из "дюжины". -- Верните вещи!

-- Слышите? Заговариваться стали. И глаза какие-то мутные.

-- Ну, вы... Пойдем, что ли?.. -- устало сказал "южный" офицер. -- Надоели вы мне хуже горькой редьки!

Повел.


* * *


А в штабе был большой крик.

-- Зачем вы их опять привели? Зачем приняли?.. Кто вас на это уполномочил? Ведите обратно! На кой черт они тут!

-- Ну, вы... Пойдем обратно, -- вздохнул офицер. -- Наказание мне с вами!

Повел обратно. Повел на новое место, где его еще не знали.

Довел до "зоны", вызвал красных, сплавил с рук и, с облегчением вздохнув, быстрыми шагами удалился.

А через неделю опять с севера показалась группа, ведомая красным офицером, опять был подъем платка, вызов белого офицера, опять...


* * *


Одним словом, "есть в народе слух ужасный", что на нейтральной зоне появилась дюжина "летучих голландцев", которые так и бродят с юга на север и с севера на юг -- и Господь за их глупость на всю жизнь предопределил им, как легендарному "Летучему голландцу", мотаться туда и обратно -- с юга на север, с севера на юг.

Страшная, зловещая легенда, но она со дня на день может превратиться в быль.


## КОММЕНТАРИИ


Впервые: Юг России, 1920, 17 мая, No 40 (233). Печатается по тексту газеты.

И мая 1920 г. генерал Врангель приказом установил новое административное наказание: "Высылка в Советскую Россию лиц, изобличенных в явном сочувствии большевизму, в непомерной личной наживе на почве тяжелого экономического положения края и пр.". Введение этой меры обосновывалось тем, что тюрьмы были переполнены, их едва хватало на уголовных преступников, а политических предполагалось отправлять за границы Крыма, за Перекоп.

Унылого вида вал за Перекопом... -- Перекопский (Турецкий) вал -- памятник фортификации эпохи турецкого владычества в Крыму. В наши дни длина его составляет 8475 м, ширина у основания -- более 15 м, высота от дна рва -- 18-20 м.