# "Здравствуй, дорогой Аркадий!"

Яков Гальский

Аверченко А.Т. Собрание сочинений: В 14 т. Т. 11. Салат из булавок

М.: Изд-во "Дмитрий Сечин", 2015.


## Яков Гальский


## "ЗДРАВСТВУЙ, ДОРОГОЙ АРКАДИЙ!"


ПРЕДСЕДАТЕЛЬ СОВЕТА

НАРОДНЫХ КОМИССАРОВ Р.С.Ф.С.Р.

ВЛАДИМИР ЛЕНИН


Москва

Кремль Красновитая палата.

28 июля 1921 г.

Здравствуй дор<о>гой {Документ публикуется в полном соответствии с оригиналом, с сохранением особенностей написания. -- В. М.} Аркадий!

Спасибо за письмишко.

Вот уж не ждал весточки.

Мы все здесь думали, что тебе давно проломал голову какой-нибудь ревнивый крымский муж, -- потому что ты нащет баб всегда был ходок большой руки.

Когда мы сбросили белых в море, Луначарский посылал за тобой в Крым специлаьный вагон, но тебя не нашли.

Стыдно Аркаша после такого долгого перерыва сразу гадости писать.

Ты, милый, совершенно не осведомлен!

У нас жизнь совсем не плоха, и все то, что пишут ваши эмигрантские газеты, страшный вздор.

Голода, например, нет никакого.

У вас пишут: голодает 25.000.000.

Ну, что за миллионы.

Ты же сам знаешь, что благодаря дороговизне все теперь на миллионы считать приходится.

Ты ведь в Крыму за свою книгу -- 12 ножей нам в спину -- получил авторского гонорару 1.000.000 руб., а на цену мирного времени это не больше 500 рублей.

Вот и выходит: пишется 25.000.000, а выговаривается 12.500.

Потом, как вы раздули голодовки в тюрьмах.

Стыдитесь товарищи.

Ведь арестованные не хотели есть просто потому, что боялись пополнеть.

-- Нет, -- говорят, -- моциону, сидишь много, нужна диета.

А вы -- голодовка.

И напрасно ты думаешь, что я не могу гулять без охраны.

Вчера только ходил от Красновитой палаты до Комиссар-- Колокола и Комиссар-Пушки, выбирал место для своего памятника и совершенно без охраны ходил.

Больше тебе скажу, -- меня окружила толпа рабочих и шла все время за мной с криками: "да здравствует III Интернационал, да здравствует наш обожаемый Ильич".

Когда вернулся в Красновитую, видел, как наш душка Дзержинский раздавал им всем деньги, -- очевидно, за верность Революции.

Каждому дали фунта по три новых ленинок, а ты говоришь у нас денег нет.

Так вот как ты пробрался из Питера, -- через Унечу.

Жаль, жаль, -- не знали.

Мы бы тебя конечно не выпустили, нам очень не хватает твоего светлого дарования.

Луначарский приготовил было тебе уютный кабинетик для работы, тебе в нем умиралось бы, ах, что я говорю, -- жилось бы очень хорошо.

Относительно ЦИК'а скажу тебе откровенно, что на него теперь не особенно цыкнешь -- уж очень обнаглела публика, каждый в Троцкие метит.

Вообще же я согласен с тобой, что мне нужно отдохнуть немного где-нибудь на курорте.

Но, как поедешь.

Придется инкогнито -- боюсь народных восторгов.

Уж на что русские совмужики спокойный народ, а и то на днях задушили в своих объятиях трех комиссаров.

Те приехали вскрывать так называемые мощи -- "сушенного архиерея", как говори<т>ся; делалось это в целях "раскрепощения крестьянских умов от растлевающего влияния духовенства".

Ну, население, благодарное за такую о нем заботливость бросилось к автомобилю и буквально задушили в своих объятиях всех троих.

Это русские, а французы, испанцы, итальянцы -- эти поэкспансивнее будут, не говоря уже о наших эмигрантах.

Приедешь за границу -- смотришь и помнут от радости.

Лева тоже этого опасается, -- он ведь не менее меня популярен и в Совроссии и за границей.

Но, если все будет идти так как сейчас, то чувствую, что придется съездить куда-нибудь.

Мы верно в одно время поедем и я и Лева и Анатолий и Зиновьев -- компанией веселее и преферансик можно составить; встретимся с тобой, будем играть с выходящим.

Напрасно ты, Аркашенька, уехал.

Посмотрел бы, что мы с Питером сделали.

Помнишь за границей все твердили о городах-садах.

Твердили, твердили и ни с места.

А мы в эти четыре года Питер в такой сад обратили, что любо-дорого.

Невский -- просто Булонский лес, только без деревьев, а травы и цветочков -- сколько угодно, хоть букеты собирай.

Не город, а сплошная дача.

Приезжай, Аркашенька.

Мы тебе на границу вагончик вышлем удобненький, -- чтоб тебя в пути не беспокоили вагончик пошлем специальный -- с решеточками и доедешь прекрасно до Москвы или до Питера -- куда захочешь.

Будешь у нас называться ГЛАВКОМЮМ или НАРКОМСМЕХ -- это, как тебе понравится, нам не жалко.

Для тебя реквизнем твою питерскую квартирку или попросим Золотое Сердце Дзержинского и он отведет тебе в Москве комнатку -- у него есть такие специально "для одиноких" -- преудобненькие; не будет свободной -- выведем кого-нибудь в расход.

Комиссар товарищ Хайкина, когда прочла твое письмо, -- расплакалась:

-- Вот, говорит, не знала, я бы его, голубчика... я бы ему красавчику... уж он был бы у меня доволен...

А чем ты был бы доволен, так и не сказала, очевидно что-то женское у нее к тебе.

Думаю, что влюбилась баба.

Приезжай, братец, -- она невредненькая.

На этот счет у нас вообще лафа и если бы мне годков тридцать с плеч, я доказал бы тебе, что я не хуже Людовика и что тоже насчет Монтеспан не подгадил бы.

Но старость не радость: геморой, поясницу ломит и катар желудка мучает.

Это я в эмиграции желудок себе испортил.

Ты Аркашенька поостерегись -- у вас за границей кормят препаршиво, только и умеют ден<е>жки брать, я то <ты> з<н>аю, не одни брюки по заграничным кафе и биргалкам просидел.

За предложение денег -- большое тебе спасибо.

Мне валюта теперь очень нужна, особенно ввиду того, что может явиться необходимость поездки куда-нибудь на отдых за границу.

Наши-то деньги за границей плохо ходят -- всё происки мировых империалистов.

Лир десять вышли.

Но высылай не прямо мне, а по адресу: DEUTSCHLAND, BERLIN, S.О. Lausitzer str. 44/IV Hern Alexander WOLOSCHIN, а он уже перешлет мне с оказией.

Прости, что не поцеловал Троцкого, как ты просил -- боюсь нос откусит, он у нас такой темпераментный.

Кланяйся Керенскому, скажи, что за его проделки в России мы уже не сердимся, а за его работу за границей собираемся заочно наградить его орденом Красного Знамени.

Целуй Айседору Дункан, Ллойд Джорджа и Кудиша, если его уже выпустили.

Надесь скоро увидеть твою коммунопротивную физиономию.

С коммунистическим приветом

Вл. Ленин <имитация подписи>


## КОММЕНТАРИИ


Печатается впервые по анонимной машинописной рукописи, представленной в архиве А.Т. Аверченко (РГАЛИ. Ф.32. Оп.2. Ед.хр.15. Л. 4-6) и помеченной 28 июля 1921 г. Письмо представляет собой юмористический ответ "Ленина" на фельетон Аверченко "Приятельское письмо Ленину от Аркадия Аверченко", опубликованный в "Зарницах" (No 15) 10 июля 1921 г. Есть основания предполагать авторство сатириконца Аркадия Сергеевича Бухова, жившего в то время в Каунасе. Документ интересен и тем, что он предвосхитил настоящий ответ В.И. Ленина Аркадию Аверченко -- статью "Талантливая книжка" (Правда, 22 ноября 1921, No 263).

Красновитая палата. -- Пародийное обыгрывание названия Грановитая палата.

...за свою книгу -- 12 ножей нам в спину... -- Т.е. "Дюжина ножей в спину революции" (1920, 1921).

...до Комиссар-Колокола и Комиссар-Пушки... -- Пародийное обыгрывание названий Царь-пушки и Царь-колокола.

Каждому дали фунта по три новых ленинок... -- Пародийное обыгрывание народного названия денежной единицы 1917 г. -- "керенки".

...и Лева и Анатолий... -Л.Д. Троцкий и А.В. Луначарский.

...все твердили о городах-садах... А мы в эти четыре года Питер в такой сад обратили, что любо-дорого. -- Впервые идея города-сада была описана в книге Э. Говарда "Города-сады будущего" (1898). Автор предлагал новую градостроительную концепцию, предусматривавшую органичное сочетание свойств города и деревни. О том, что в 1921 г. на запущенном Невском проспекте росла трава, вспоминали Анна Ахматова, Ирина Одоевцева, Вера Лурье и другие.

Будешь у нас называться ГЛАВКОМОМ или НАРКОМСМЕХ.. -- То есть Главнокомандующий юмором или Народный комиссар смеха.

Для тебя реквизнем твою питерскую квартирку... -- Аркадий Аверченко в 1913-1918 гг., вплоть до отъезда из Петрограда, жил по адресу: ул. Троицкая (ныне Рубинштейна), 15/17 кв. 203.

...по заграничным... биргалкам просидел... -- Биргалка -- просторечное название пивной.

...Alexander WOLOSCHIN, а он уже перешлет мне с оказией. -- С Александром Волошиным (1886-1960), офицером Русской армии барона Врангеля, ставшим драматическим артистом, Аверченко впервые работал еще в севастопольском театре "Гнездо перелетных птиц". Летом 1923 г. Аверченко выступал вместе с Волошиным в Сопоте. Впоследствии Волошин стал известным актером Голливуда (играл под именем Алекс Волошин).

Целуй Айседору Дункан,... Кудиша, если его уже выпустили. Айседора Дункан (1877-1927) -- знаменитая американская танцовщица. Осенью 1921 г. открыла в Москве собственную школу танца. Кудиш Бронеслав Юльевич (1894-1937) -- в описываемое время возглавлял советскую делегацию Внешторга в Константинополе.