# Нумизматические Факты Грузинского Царства, князя Михайла Баратаева...

Михаил Петрович Баратаев

Нумизматическія Факты Грузинскаго Царства, князя Михайла Баратаева. Documents numismatiques du Royaumede Georgia. 1844 г. Санктпетербургъ. Въ тип. Императорской Академіи Наукъ. Въ 4-ю д. л. 500 стр.; XII таблица монетъ и медалей.

Князь Баратаевъ, членъ Королевскаго Датскаго Общества Сѣверныхъ Антикваріевъ, хорошо извѣстенъ въ кругу нумизматовъ своимъ "Нумизматическимъ Альбомомъ" и тѣмъ, что онъ нашелъ способъ получать металлическіе снимки съ монетъ и медалей, совершенно-схожіе съ оригиналами не только въ-отношеніи въ чекану, но и въ-отношеніи къ цвѣту металла. Вслѣдъ за этимъ изобрѣтеніемъ, весьма-важнымъ для нумизматовъ, потому-что оно даетъ возможность распространять нумизматическія рѣдкости въ вѣрныхъ копіяхъ между учеными и любителями,-- онъ представляетъ теперь "нумизматическіе факты" исторіи своей родины.

"Кому", говоритъ краснорѣчивый авторъ Фактовъ: "какъ не туземцамъ предлежитъ священная обязанность приподнять ту родную, таинственную чадру, которая столь долговременно скрывала отъ взора иноплеменныхъ не только дивные красоты Грузіи, но и уцѣлѣвшіе подъ этимъ непроницаемымъ покровомъ неискаженные факты многовѣковой жизни ея?" Дѣйствительно, если сами Грузины не пріймутся дружно за разработку своей исторіи, то Европа едва ли скоро узнаетъ ее. Мы, Русскіе, не можемъ похвалиться большими заслугами въ этомъ отношенія, и все, что сдѣлано въ послѣднее время для ознакомленія ученаго свѣта съ грузинской литературой и исторіей, принадлежитъ преимущественно трудолюбивому иностранцу, члену нашей Академіи! Грузинскіе историки, Вахтангъ и Вахуштій, до-сихъ-поръ не переведены ни на одинъ изъ европейскихъ языковъ; показанія ихъ не свѣрены съ показаніями историковъ византійскихъ и мусульманскихъ,-- и много еще предстоятъ работъ предварительныхъ для составленія вѣрной исторіи Грузіи.

Къ числу этихъ необходимыхъ для исторіи трудовъ принадлежатъ "Нумизматическіе факты князя Баратаева. Грузинскія монеты и медали до-сихъ-поръ были извѣстны весьма-мало. Писалъ о нихъ мимоходомъ г. академикъ Френъ, разбирая нумизматическія сокровища Академіи Наукъ. Писалъ о нихъ г. академикъ Броссе, единственный покуда труженикъ нашъ по части грузинской исторіи и литературы; но труды этихъ ученыхъ не могли имѣть надлежащей полноты, потому-что они не имѣли подъ рукою довольно-полныхъ коллекціи. Князю Баратаеву, нумизмату-аматеру, какъ онъ называетъ самъ себя, принадлежитъ честь перваго, по-возможности, полнаго собранія и обнародованія нумизматическихъ памятниковъ Грузіи.

Извѣстно, что грузинская исторія, подобно всѣмъ другимъ исторіямъ, начинается. съ незапамятныхъ временъ; по едва-ли всѣмъ извѣстно, что жизнь Грузіи, какъ царства, начинается съ третьяго столѣтія до Г. X., съ Фарнаваза, основателя династіи, которая, слившись съ домомъ Арзакидовъ, господствовала въ Грузіи до конца третьяго столѣтія по Рожествѣ Христовомъ. Ни одного нумизматическаго памятника не дошло до насъ, по-крайней-мѣрѣ до-сихъ-поръ не извѣстно, отъ этихъ отдаленныхъ временъ. Древнѣйшія грузинскія монеты относятся къ династіи сассанидской, при основателѣ которой, Миріанѣ, къ началѣ четвертаго столѣтія, утвердилось въ Грувіи христіанство. Книга г. Баратаева представляетъ вамъ монеты двухъ царей этой династіи: Стефаноса II, царствовавшаго отъ 639 до 663 г. по P. X., и Джованшира, съ кончиною котораго прекратилась за престолѣ грузинскомъ, въ 787 г., династія Сассанидовъ. Эти монеты весьма-важны, потому-что, свидѣтельствуя о существованія Грузинскаго Царства и церковныхъ грузинскихъ письменъ въ седьмомъ и восьмомъ столѣтіи, онѣ опровергаютъ извѣстное мнѣніе смѣлаго оріенталиста, который, основываясь на однѣхъ догадкахъ, утверждалъ, что вѣроятная исторія Грузіи начинается не ранѣе двѣнадцатаго столѣтія, и что сказанія грузинскихъ историковъ о царяхъ и событіяхъ до этого вѣка -- чистыя сказки. Кромѣ этихъ монетъ, въ отдѣлѣ монетъ сассанидскихъ, въ сборникѣ князя Баратаева, помѣщены еще монеты, приписываемыя Вахтангу I, Гургъ-Аслану, жившему въ половинѣ пятаго столѣтія. Этотъ разрядъ монетъ князь Баратаевъ называетъ хосрояно-иверійскимъ, или грузило-сассанидскимъ, потому-что онѣ, принадлежатъ государямъ династіи сассанидской и по формѣ штемпелей своихъ имѣютъ сходство съ древними монетами Персовъ, извѣстными подъ именемъ сассанидскихъ.

Такъ-какъ мы пишемъ эту статью не для нумизматовъ, которые, если еще не знакомы, то, безъ сомнѣнія, поспѣшатъ познакомиться съ "Нумизматическими Фактами", то, не вдаваясь въ подробности, исчислимъ только разряды, на которые князь Баратаевъ дѣлитъ свое обозрѣніе грузинскихъ монетъ. Второй разрядъ составляютъ монеты грузино-византійскія, названныя такъ потому, что штемпель ихъ заимствовавъ отъ монетъ, извѣстныхъ нумизматамъ подъ именемъ греческо-византійскихъ. Тутъ помѣщены монеты, принадлежащія пяти царямъ изъ династіи Бакратіанъ, заступившей мѣсто сассанидской, и равными отраслями своими занимавшей престолъ Грузіи до присоединенія ея въ Россіи въ 1801 г. Третій разрядъ составляютъ монеты, за которыхъ имена царей и титулы ихъ изображены грузинскими и арабскими буквами. Послѣднія монеты этого разряда принадлежатъ царю Димитрію II, царствовавшему отъ 1272 до 1289 г. и за благородное пожертвованіе своею жизнію для спасенія отечества прозваннаго Жертвователемъ-Собою. Съ этого времени до начала восьмнадцатаго вѣка нѣтъ монетъ съ именами царей грузинскихъ, и не ранѣе, какъ съ царевича Бакара (1716-1719) начинается опять рядъ этихъ монетъ, который продолжается до царствованія Георгія XIII (1800 г.) и составляетъ четвертый разрядъ. Этимъ разрядомъ оканчивается книга князя Баратаева. Въ предисловіи онъ обѣщаетъ еще три разряда, въ пятомъ и шестомъ будутъ помѣщены чеканенныя въ Тифлисѣ монеты иноплеменныхъ государей, господствовавшихъ надъ Грузіей монгольскихъ хановъ, персидскихъ шаховъ, турецкихъ султановъ и пр., и эти монеты будутъ служить объясненіемъ, почему въ другихъ разрядахъ, въ-продолженіи многихъ лѣтъ, не видно монетъ съ именами царей грузинскихъ. Послѣдній, седьмой разрядъ, составятъ монеты, чеканенныя въ Тифлисѣ русскимъ правительствомъ. Надѣемся, что князь Баратаевъ исполнитъ свое обѣщаніе, и любители нумизматики и грузинской исторіи поддержать трудъ его.

Князь Баратаевъ не могъ представить совершенно-полнаго обозрѣнія монетъ грузинскихъ, потому-что его коллекція не представляла ему всѣхъ нужныхъ для того данныхъ. Вѣроятно, много еще нумизматическихъ сокровищъ скрывается подъ спудомъ у туземцевъ, которые не понимаютъ всей ихъ важности, и "Нумизматическіе Факты", составляя и въ настоящемъ своемъ видѣ драгоцѣнное пріобрѣтеніе для нумизматовъ, можетъ-статься, принесутъ еще ту пользу, что заставятъ Грузиновъ не скрывать отъ свѣта старинныя монеты и медали, перешедшія къ нимъ отъ дѣдовъ и прадѣдовъ, и, съ другой стороны, могутъ повести къ тому, что въ коллекціяхъ записныхъ нумизматовъ откроются грузинскія монеты, оставшіяся необъясненными по незнанію грузинскихъ письменъ. Написанная на трехъ языкахъ,-- русскомъ, французскомъ и грузинскомъ,-- книга князя Баратаева вызываетъ къ дѣятельности всѣхъ нумизматовъ въ Россіи, въ Грузія и за границей.

Кромѣ полнаго, подробнаго и точнаго описанія монетъ, эта книга заключаетъ въ себѣ свѣдѣнія объ исторіи Грузіи вообще и особенно о тѣхъ періодахъ, къ которымъ относится нонеты. За каждымъ разрядомъ слѣдуютъ примѣчанія, приложенія, думы и пр. Тутъ вся сокращенная исторія Грузіи по туземнымъ источникамъ. Любопытны думы о трехъ грузинскихъ алфавитахъ, о разности лѣтосчисленій, о трехъ историческихъ именахъ Грузіи и пр. Но, отдавая полную справедливость добросовѣстному и патріотическому труду автора, вы желали бы, чтобъ онъ, продолжая трудъ свой, позаботился о языкѣ, которому не достаетъ простоты и ясности. Самъ авторъ добродушно сознается въ это" недостаткѣ и говоритъ въ предисловія:

"Въ годы, въ которые только-что поступаютъ въ ученики школъ, и обучаются чтенію гражданской печати, я уже носилъ отличительные знаки печати воиновъ на груди моей, въ замѣнъ удачныхъ рукоприкладствъ на челѣ враговъ рукописными письменами предковъ моихъ. Они, вписанныя на живомъ пергаминѣ чела иноземца рукою русскою, стали понятными и памятными для всѣхъ иноплеменныхъ языковъ, попробовавшихъ состязаться съ православнымъ языкомъ святыя Руси.-- Вотъ въ какомъ приготовительномъ училищѣ или классѣ обучался я и писать, и вникать въ понятія объ исторіи, и въ часы досуга отъ всемірной заниматься и частными, не то чтобъ изучать ихъ или компилировать изъ нихъ, но, какъ бы это сказать, заводить ихъ иногда и вмѣшиваться, нерѣдко и съ успѣхомъ, въ чужія исторіи. Гусаръ не опасался критики, бывъ всегда наготовѣ зашищать лихо свои экспромтно-полуисторическія выходки.-- Было время, но!... но оно протекло быстро. Увы! подшибло оно крыло полета моего и отбросило инвалидомъ за ряды храбрыхъ сотоварищей моихъ. Свинецъ, вбитый въ меня, опустилъ меня долу и подавилъ всею тяжестью своею... Живу! но уже статскимъ, дѣйствительно статскимъ!... и обритые усы заставили меня постигнуть историческую эмблему обритой головы Сампсона... Вершина моей, сравнявшись съ цвѣтомъ развѣсистаго султана, бывало осѣнявшаго ее, указала, что наступилъ часъ мириться съ врагами. Нечего дѣлать!... началъ ухаживать и за перомъ. Но скоро ли свыкнешься съ этой антипатіей старослуживыхъ, частенько выставлявшей, какъ-бы на зло, лихія продѣлки ихъ на-выворотъ?"

Изданіе книги превосходное; рисунки монетъ и медалей сдѣланы какъ-не-льзя-болѣе отчетливо; вообще книга князя Баратаева достойна занять мѣсто въ самой великолѣпной библіотекѣ, и мы надѣемся видѣть въ скоромъ времени ея продолженіе.


"Отечественныя Записки", No 1, 1846