# Крещение

Николай Иванович Барсов

Крещение -- первое из христианских таинств, принимаемое всеми христианскими веро-исповеданиями и сектами, хотя и не в одинаковом смысле, и знаменующее собой вступление в состав церковного общества. Погружению в воду или обливанию у всех почти народов древности -- халдеев, финикиян, египтян, персов, отчасти у греков и римлян -- усвоялось особое значение, в смысле не только физического, но и нравственного очищения. По словам Макробия, у римлян обмывали новорожденных в воде в восьмой или девятый день по рождении, при чем нарекали им имя (Подробнее см. Migne, "Encyclopédie théologique", т. VII, под словом baptême). Как особое сакраментальное установление, К. существовало, по свидетельству многих писателей, у евреев, незадолго до появления христианства, именно в период после-маккавейского восстановления культа, для так называемых "прозелитов врат" (см.); оно заменяло для них обрезание. Даже у природных последователей Моисеева закона оно существовало некоторое время, как "утверждение обрезания", его дополнение. Наконец, оно упоминается в числе мистерий секты ессеев, у которых совершалось с особенными тайными церемониями. -- Упоминая об этой чисто внешней аналогии культовых обрядов разных народов с христианским водным крещением, большинство исследователей отказывается, однако, находить генетическое соотношение между ними. На почве христианства установлению собственно христианского таинства крещения предшествовало "крещение Иоанново" -- Иоанна Предтечи (см., Деян. XIX, 4), который, проповедуя иудеям грядущего Мессию, крестил в Иордане приходивших к нему и самого И. Христа (см. Крещение Господне). Когда именно учреждено собственно христианское К., об этом существуют между богословами различные мнения. Некоторые (блаж. Августин) думают, что слова евангелия: сам Иисус не крестил, но ученики его (Иоан. III, 22, IV, 1--2), указывают на установление христианского К., совершавшегося апостолами по уполномочению от И. Христа; другие относят начало его к беседе И. Христа с Никодимом (Иоан. III),третьи -- ко времени послания И. Христом на проповедь семидесяти апостолов (Лук. X). На основании евангельской параллели между деятельностью Предтечи и деятельностью И. Христа (Mф. III, 1--2, 5--6; Луки VIII, 29--30) большинство богословов думает, что во время земной жизни И. Христа учениками его совершалось еще К. Иоанново, а христианское К. было установлено лишь словами, сказанными И. Христом к апостолам перед вознесением Его на небо: "идите и научите все народы, крестя их во имя Отца и Сына и св. Духа" (Матф. XXVIII, 19; Марк. XVI, 16). При апостолах крещению предшествовало наставление вере в И. Христа. Самое К. совершалось через погружение в воду, что видно из названия его (βάπτισμα), а также из К. вельможи царицы Кандакийской апост. Филиппом. У апост. Павла К. называется также баней (λουτρόν) возрождения. Во времена послеапостольские взрослые приготовлялись к К. через оглашение. Оглашаемые (κατειχουμένοι) разделялись на три степени. Первую степень составляли "слушающие" (άκούοντες, audientes), т. е. заявившие о желании вступить в церковь и получившие право входа в храм для слушания св. Писания и поучений. Оглашаемые второй степени, "припадающие" или "преклоняющие колена" (προσπίπτοντες, genuflectentes, orantes), имели право присутствовать в храме в продолжение всей литургии оглашенных. Третью степень оглашенных составляли "требующие" (competentes), т. е. готовые принять К. Им сообщалась важнейшая часть христианского учения -- о Св. Троице, о церкви и т. д. Перед Пасхой желавшие принять К. вносили свои имена в список крещаемых (о чем говорит IV-й карфагенский собор). В Риме это обыкновенно делалось за 40 дней до К., после чего оглашенным усвоялось название избранных -- electi; они облекались во власяницу, появлялись между людьми не иначе, как с закрытым лицом, соблюдали суровый пост. В четвертое воскресенье поста -- у латинян, во второе -- у греков им назначались новые, христианские имена, после чего они исповедовались. Перед самой Пасхой они изучали символ веры и молитву Господню и подвергались заклинаниям, что вместе носило название скрутиций (Scrutitia). Оглашение обыкновенно продолжалось два года, иногда более (для бывших жрецов -- три года), иногда -- менее. Иногда оглашенные откладывали крещение до последних дней жизни, чтобы умереть свободными от грехов (так было, напр., с Константином Вел.). Церковь, вообще говоря, не одобряла "отлагающих К.". Совершителями К. торжественного (большого числа крещаемых) были обыкновенно сами епископы. Обычным в древности временем совершения торжественного К. было "навечерие" Пасхи и Пятидесятницы. Местом К., во времена гонений на христианство, были реки, ручьи и т. п., причем нет указаний на то, чтобы совершался, предварительно К., особый чин освящения воды. Со времени Константина Вел. К. происходило в баптистериях -- бассейнах воды, устроенных в особых зданиях или при самом храме. О том, что К. совершалось только через погружение, письменные памятники свидетельствуют единогласно (на Востоке -- до VIII в. включительно, на Западе -- до VI в.). Существовало ли в древней церкви, хотя в исключительных случаях, К. через обливание и окропление -- это спорный вопрос церковной археологии. Непосредственно после погружения на Западе пресвитер помазывал чело крещаемого священным елеем, а епископ возлагал ему на главу покрывало (chrismale, velamen misticum); затем его облекали в белую льняную одежду. Носившие ее назывались λευκειμονώντες, in albis incidentes. На Западе ее носили восемь дней; в Египте ее сохраняли до самой смерти, надевая ее в более торжественные моменты жизни и перед самой смертью. На новокрещенного возлагался иногда венок из цветов, из миртовых или пальмовых листьев; в Африке, кроме того, ему надевали на руку перстень, по подобию евангельского блудного сына; по некоторым известиям, новокрещенному давались особые благословенные туфли. В некоторых церквах если не сам епископ, то пресвитер или диакон умывал и утирал ноги крещенного по выходе его из воды. С светильниками в руках новокрещенные шли процессией из крещальни в храм, где причащались св. Тайн; после того им давали вкушать меда, смешанного с молоком, в знак вступления их в церковь, как в некую новую "обетованную землю, кипящую медом и млеком". Мученики, над которыми церковь не имела возможности совершить К. водное, считались крещенными в самом акте мученичества; это называлось "крещением кровью". В Азии и Африке еретиков, обращавшихся к церкви, перекрещивали, в Риме же довольствовались возложением на них рук епископом. Позже установлено перекрещивать только тех еретиков, которые крещены были не во имя Отца и Сына и Св. Духа. Тяжко больных и заключенных в тюрьмах крестили через обливание или окропление. К. младенцев еще со времен апостольских составляет бесспорный догмат церкви. По общему учению православия и католичества, К. есть таинство, в котором крещаемый, с произнесением слов: "крещается во имя Отца и Сына и св. Духа", Божиею благодатию очищается от всякого греха и соделывается оправданным и освященным. К., как духовное рождение, не повторяется, если один раз совершено правильно. Однократное погружение, которым крестили еретики (евномиане и др.), не признается за К. Протестантство считает К. лишь внешним символом даруемого человеку, независимо от его воли, прощения грехов. По Кальвину и Цвингли, К. -- простой "знак божественной благодати, удостоверяющий верующих в божественных обетованиях". Анабаптисты, отвергающие К. младенцев, считают К. за аллегорический знак возникающей и развивающейся независимо от него духовной жизни христианина. Социниане учат, что К. не есть орудие благодати, преподаваемой верующим, а простой обряд, совершаемый лишь для того, чтобы отличить христианина от нехристиан. В православной церкви взрослого (с 7 лет) крестят не иначе, как по научении вере или оглашении; что касается младенцев, то забота о научении их вере возлагается на восприемников. До К. взрослых нехристиан над ними совершается, в притворе церкви, три оглашения. В случае смертной опасности для крещаемого, К. совершается по сокращенному чину; если нет при этом священника, позволяется совершать К. мирянину (под условием, чтобы он был православный, понимал смысл таинства, не был двоеженцем и не совершил тяжкого греха), через погружение или обливание, но под непременным условием произнесения слов: "крещается во имя Отца и Сына и св. Духа". В случае выздоровления крещенного сокращенным способом, священник дополняет К. чтением всех опущенных молитв, положенных по полному чинопоследованию таинства. Имя крещаемому младенцу предоставляется выбирать его родителям; крещаемые взрослые выбирают его сами; если выбор предоставляется священнику, то он обязан выбирать имя святого, ближайшего, по времени празднования, ко дню рождения крещаемого, и не должен выбирать имени неудобного для произношения, во избежание его искажения. Запрещается давать одно и то же имя двум детям одних родителей; в западных губерниях запрещается давать имена католических святых. Если, по ошибке, дано ребенку имя, не соответствующее его полу и ошибка замечена уже после К., младенца приобщают св. Тайн и во время причащения священник произносит его должное имя, о чем отмечается в метрической книге. Вода для К. должна быть не холодная (принимается к сведению совет медиков о том, чтобы температура ее была в 24%--26% Реомюра), без примесей и не может быть ни заменяема другой жидкостью, ни разбавляема другой водой (напр. богоявленской). К. должно быть совершаемо в церкви, на дому же -- лишь в самых крайних случаях. Детей-подкидышей предписывается крестить, если бы даже при подкинутии их и имелась записка, с означением что младенец крещен, но без указания -- кем. Дети от смешанных браков, если один из супругов -- православный, должны быть крестимы по православному обряду. Крещаемые евреи крестят обязательно с собой и детей до 7 лет: с отцом крестятся сыновья, с матерью -- дочери. Иноверцы, имеющие более 14 лет, могут быть крещены и без согласия родителей. Восприемниками (см. VII, 281)не могут быть явные грешники, монашествующие и совершенные невежды; восприемничество заочное воспрещается; при К. младенца мужского пола довольно одного восприемника, женского -- одной восприемницы. Разрешается крестить в одной и той же воде нескольких младенцев. Подробнее см. "Чинопоследование крещения" по православному обряду в богослужебной книге "Требник". Ср. Алмазов, "История чинопоследований крещения и миропомазания" (Казань, 1884); Chardon, "Histoire des sacrements" (в изд. Миня, "Cursus completus Theologiae", t. XX); Reiches, "De baptismatis origine et necessitate..." (Геттинг., 1816); иером. Амвросий, "Таинство крещения по чину православной церкви" ("Странник" 1864).


Н. Б.


Крещение (этнографич.). Совершение таинства св. Крещения сопровождается на Руси пиром (крестины), к которому приглашаются знакомые и родственники. В Великороссии бабка угощает отца окрещенного младенца крестильной кашей или кр. сбитнем -- смесью соли, перца, хрена и т. п. Отец, для общей потехи, морщась ест, а затем платит бабке деньги. В Волынской и Подольской губ. кладут на порог избы топор и горящие уголья; на них должны наступить кумовья, идя крестить ребенка в церковь. Кума берет в карман иголку и краюшку хлеба, что служит доброй приметой для будущего благосостояния младенца. В тех же губ. весьма охотно идут в восприемники незаконнорожденного младенца, так как, по поверью, у такого крестного отца будет хороший скот и хозяйство; веревку, служившую при этом поясом, берегут как целебное средство. В Уманском у. Киевской губ. кумовья, прежде чем нести дитя крестить, расстилают кожух и кладут на него отцовские штаны, если родился мальчик, а если девочка -- рубаху матери; сверху кладут ребенка, качают его, бросают на кожух деньги и затем идут в церковь. Кожух и деньги служат предзнаменованием счастья. В Малороссии крестины празднуются или сейчас после К., или несколько дней спустя; гости оделяют деньгами бабку и новокрещенного. По окончании угощения кумовья подносят отцу житную квитку (букетик) и житную водку; жито здесь служит символом доброго житья. Ср. П. П. Чубинский, "Труды этнографическо-статистической комиссии в зап.-русском крае" (СПб. 1872--77); Хр. Ящуржинский, "Поверья и обрядности родин и крестин" ("Киевск. Старина" 1893, No VII).


Энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона, т. XVIa (1895): Коялович -- Кулон, с. 734--736