# Послесловие к публикации "Новонайденное стихотворение А. С. Пушкина. Послание к А. И. Тургеневу"

Петр Иванович Бартенев

## Петр Иванович Бартенев


## Послесловие к публикации "Новонайденное стихотворение А. С. Пушкина. Послание к А. И. Тургеневу"


Эти до сих пор неизвестные стихи Пушкина найдены в бумагах покойного князя Петра Андреевича Вяземского, в его "Остафьевском Архиве", в конверте, на котором рукою князя Павла Петровича Вяземского означено: "Пушкин А. И. Тургеневу -- Послание". Хотя стихи сохранились не в подлинной рукописи, а в современном списке, в котором лишь немногие слова (напечатанные здесь курсивом) вписаны Пушкиным, но принадлежность их Александру Сергеевичу не подлежит сомнению: в них как живой изображён Александр Иванович Тургенев, столь известный читателям по отзывам современников и по многим его письмам в "Русском Архиве".

Стихи Пушкина молоды, но уже не лицейские. Они написаны через четыре месяца после того, как он покинул царскосельские хранительные сени. В конце августа 1817 года Пушкин, зачисленный на службу в Министерство Иностранных дел, которым заведывал тогда приятель Карамзина, граф Каподистрия (через три года потом заботливо справлявшийся о нём в письме к Инзову), приехал в Петербург из села Михайловского, и для него началась светская, шумно-холостая жизнь, черты которой изображены им в первой песне "Евгения Онегина". Тогдашние произведения его полны страстью. Недаром он поставил эпиграфом к первому собранию своих стихотворений слова Проперция: Actas prima canat veneres (в первоначальном возрасте воспевается любовь)[562].

Осенью 1817 года, всего 18-ти лет от роду, он явился в заседание "Арзамаса", где получил (конечно, от Жуковского) прозвище "Сверчок": "спрятанный в стенах Лицея, прекрасными стихами подавал он оттуда свой звонкий голос" (Вигель, Записки, изд. "Р. Архива", V, 51). Он приветствовал Арзамасцев остроумными стихами. Шутливо отговариваясь от труда, Пушкин, однако, внял попечительно-дружеским напоминаниям А. И. Тургенева и вскоре занялся первою своею поэмою, "Русланом и Людмилою". Лёгкий и несколько насмешливый тон этого послания не противоречит сердечному уважению Пушкина к истинно-доброму человеку, который некогда привёз его из Москвы[563] и определил в Лицей, был крёстным отцом второго его сына Григория Александровича и, наконец, отвёз его прах в Святые Горы для вечного успокоения.


## Примечания


"РА". 1895. No 12. С. 499--500.

Послание написано 8 ноября 1817 г. См.: ПСС.-- Т. 2.-- С. 40.

[562] Эпиграф имел и продолжение: extrema dumultus (в более позднем -- смятение) (лат.) -- Сост.

[563] Из Москвы Пушкина привёз не Тургенев, а В. Л. Пушкин.