# История России в рассказах для детей. Сочинение Александры Ишимовой

Виссарион Григорьевич Белинский

В. Г. Белинский


История России в рассказах для детей. Сочинение Александры Ишимовой


Собрание сочинений в девяти томах

М., "Художественная литература", 1979

Том четвертый. Статьи, рецензии и заметки. Март 1841 -- март 1842


ИСТОРИЯ РОССИИ В РАССКАЗАХ ДЛЯ ДЕТЕЙ. Сочинение Александры Ишимовой. Санкт-Петербург. 1841. В тип. Е. Фишера. В 8-ю д. л. В трех частях. В I -- 377, во II -- 366, в III -- 426 стр.


Едва успела выйти в свет последняя (шестая) часть "Истории России" г-жи Ишимовой, -- как уже является второе издание всего сочинения1. Причина такого успеха двоякая: у нас мало даже каких-нибудь, не только удовлетворительных историй России, доведенных до конца2, а "История" г-жи Ишимовой доведена до смерти Александра Благословенного;3 потом, рассказ г-жи Ишимовой до того картинен, жив, увлекателен, язык так прекрасен, что чтение ее истории есть истинное наслаждение -- не для детей, которым чтение истории, какой бы то ни было, совершенно бесполезно, потому что для них в ней нет ничего интересного и доступного, -- а для молодых, взрослых и даже старых людей. Говоря о "Русской истории для первоначального чтения" г. Полевого, мы уже замечали, что обращения автора к "милым маленьким читателям" только портят сочинение, которое хорошо само по себе4. История не существует для "детей": она возможна только для возникающего сознания5, которому становится возможным отвлеченное представление о народе, государстве и человечестве, как идеальных личностях. Тем менее может быть интересна и понятна для детей частная история, чуждая общих элементов, с странными именами и действительностию, нисколько не похожею на современную. И не у дитяти закружится голова от непроходимой чащи Ростиславов и Мстиславов, от междоусобных браней, чуждых общего значения...

Что касается до недостатков в "Истории" г-жи Ишимовой, их не может не быть довольно уже потому, что русская история совершенно не обработана фактически и не озарена светом истинного уразумения в своем значении и характере. Доселе у нас меряют ее не русским аршином, а европейским футом: оттого она остается для нас более загадкою, чем для иностранцев. Так, например, наши историки и знать не хотят об исторической перспективе, о которой первый заговорил на Руси г. Каченовский6. Для них первый период русской истории от предполагаемого Рюрика до Ярослава так же ясен, как период от Екатерины Великой до наших дней, -- и они излагают его с такою же подробностию, как будто бы дело шло, например, о царствовании Александра Благословенного, как будто бы они сами жили во времена Рюриков, Олегов, Игорей и Святославов и все бывшее в ту эпоху видели собственными глазами. Оттого у них эти полумифические тени, эти полуисторические призраки говорят, чувствуют и действуют то как Карл Великий, то как наши современники, а общественные отношения (в то время, когда едва был зародыш общества и совсем не было общества7), представляются им столько же определенными и ясными, как последние известия в "Journal des Debats" {"Газете прений" (франц.). -- Ред.}. Удельную систему наши историки смешивают с феодальною, тогда как между первою и последнею гораздо меньше сходства, чем между готическою и китайскою архитектурою.

Вследствие всего этого у наших историков нет гармонии и соответственности между частями повествования. История России до Петра Великого у них всегда обширнее последующей истории до наших дней, тогда как история до Петра Великого должна относиться к истории этого величайшего монарха, как предисловие или введение в сочинение относится к самому сочинению. Первый период, до Ярослава, должен состоять в отрывочных, бессвязных известиях византийских историков и вообще в указаниях из чуждых источников: из туземных же свидетельств должны упоминаться только те, которые не противоречат иностранным и подтверждаются ими. Идея удельного периода русской истории должна быть не чем иным, как идеею расширения России вовне, -- и только те факты должны быть изложены (да и то как можно короче), которые могут служить к уяснению этой идеи. Идея татарского периода России есть идея начала централизации России около Москвы, возникновение Московского государства, сплочение России через чувство общего бедствия, изменение народного характера в пользу азиатского элемента жизни. Четвертый период выражает собою усилие русского племени стать государством, укрепиться в определенных гражданских формах, мимо всякого движения идеи и органического развития. Царствование Петра есть начало русской истории как государства, начало зиждительное, органическое, из которого должны произойти события веков, а может быть, и тысячелетий...8

Теперь мы должны сделать замечание о недостатке собственном "Истории" г-жи Ишимовой: это отсутствие колорита, которым бы отличалось одно царствование от другого. По "Истории" г-жи Ишимовой, царствование Анны Иоанновны ничем не ниже царствования Петра Великого, и характеры этих венценосцев равно велики; а царствование Елизаветы Петровны ничем не ниже царствования Екатерины Великой. Правда, г-жа Ишимова не только не говорит этого, но, напротив, осыпает особенными похвалами Петра и Екатерину; но непосредственное впечатление ее рассказа не дает чувствовать никакой разницы между упомянутыми монархами и монархинями.

Впрочем, несмотря на это, "История" г-жи Ишимовой -- важное приобретение для русской литературы: так богато сочинение ее другими достоинствами, между которыми первое место занимает превосходный рассказ и прекрасный язык, обличающие руку твердую, опытность литературную, основательное изучение предмета, неутомимое трудолюбие. Рассказ есть одно из главнейших достоинств историка: мало того, чтоб верно излагать факты и события, -- надо, чтоб эти факты и события непосредственно запечатлевались в уме и воображении читателя, а глаза его видели не одни буквы, но и картины. В этом отношении г-жа Ишимова обладает необыкновенным талантом.

Второе издание книги Ишимовой, вместо прежних шести частей, вышло в трех, четко, опрятно и красиво отпечатанных компактно (сжато): это большая выгода и для покупателей.


ПРИМЕЧАНИЯ


СПИСОК СОКРАЩЕНИЙ


В тексте примечаний приняты следующие сокращения:

Анненков -- П. В. Анненков. Литературные воспоминания. М., Гослитиздат, 1960.

Белинский, АН СССР -- В. Г. Белинский. Полн. собр. соч., т. I-XIII. М., Изд-во АН СССР, 1953-1959.

ГБЛ -- Государственная библиотека им. В. И. Ленина.

Герцен -- А. И. Герцен. Собр. соч. в 30-ти томах. М., Изд-во АН СССР, 1954-1966.

ГИМ -- Государственный исторический музей.

ГПБ -- Государственная Публичная библиотека СССР им. М. Е. Салтыкова-Щедрина.

ИРЛИ -- Институт русской литературы (Пушкинский дом) АН СССР.

КСсБ -- В. Г. Белинский. Сочинения, ч. I-XII. М., Изд-во К. Солдатенкова и Н. Щепкина, 1859-1862 (составление и редактирование издания осуществлено Н. X. Кетчером).

КСсБ, Список I, II... -- Приложенный к каждой из первых десяти частей список рецензий Белинского, не вошедших в данное издание "по незначительности своей".

ЛН -- "Литературное наследство". М., Изд-во АН СССР.

Панаев -- И. И. Панаев. Литературные воспоминания. М., Гослитиздат, 1950.

ПР -- позднейшая редакция III и IV статей о народной поэзии.

ПссБ -- В. Г. Белинский. Полн. собр. соч., под ред. С. А. Венгерова (т. I-XI) и В. С. Спиридонова (т. XII-XIII), 1900-1948.

Пушкин -- А. С. Пушкин. Полн. собр. соч. в 10-ти томах. М.-Л., Изд-во АН СССР, 1962-1965.

ЦГИА -- Центральный Государственный исторический архив.


История России в рассказах для детей. Сочинение Александры Ишимовой... Впервые -- "Отечественные записки", 1841, т. XIX, No 11, отд. VI "Библиографическая хроника", с. 16-17 (ц. р. 31 октября; вып. в свет 1 ноября). Без подписи. Авторство -- ПссБ, т. XII, с. 294-296, 532-533, примеч. 23.

А. О. Ишимова -- детская писательница, за литературными опытами которой в 1836-1837 гг. следил Пушкин; адресат его последнего письма, написанного за несколько часов перед дуэлью.


1 На выход VI части "Истории России в рассказах для детей..." в первом издании критик откликнулся рецензией в No 1 "Отечественных записок" за 1841 г.

2 "История государства Российского" Н. М. Карамзина и "История русского народа" Н. А. Полевого прервались на описании событий, предшествовавших "смутному времени" (рубеж XVI-XVII вв.).

3 Александр I умер 19 ноября 1825 г.

4 См.: наст. изд., т. 1, с. 478.

5 Концепция исторического прогресса (как, например, она изложена в статьях "Россия до Петра Великого") представлялась критику недоступной детскому уму.

6 Здесь, как и в статьях "Россия до Петра Великого", критик ссылается на авторитет М. Т. Каченовского, который пришел к выводу о примитивности общественного строя Киевской Руси, а также о приблизительности научных представлений о ней (см. примеч. 11 к указанной статье).

7 Имеется в виду Полевой, который ввел формулы "нормандский феодализм" и "семейный феодализм" применительно к домонгольскому периоду русской истории.

8 См. статью "Россия до Петра Великого" -- наст. т., с. 7-63.


А. Л. Осиповат и Л. С. Пустильник