# Империализм священный и империализм буржуазный

Николай Александрович Бердяев

## Н. А. Бердяев


## ИМПЕРИАЛИЗМ СВЯЩЕННЫЙ И ИМПЕРИАЛИЗМ БУРЖУАЗНЫЙ


I


Идея империи -- одна из древних идей человечества. В ней воплощалась окрыленная мечта о сверхнациональном, всемирном единстве человечества. По идее, империя может быть только одна, и единственная истинная империя -- imperium Romanum1. Христианский мир унаследовал от древнего мира идею Римской империи и признал ее священной. Империя не есть национальное государство, она сверхнациональна по идее, и совпадение ее с тем или другим национальным государством было лишь обычным замутнением чистой идеи в эмпирическом и историческом. А Священная Римская империя есть нечто вроде платоновской идеи. Она владела лучшими умами человечества и направляла волю самых могущественных. Идея теократической империи на протяжении всей западно-европейской истории боролась с идеей теократического папства. И там и здесь было священно притязание на всемирное господство и всемирное единство. Римская империя поистине сыграла огромную роль в создании единства человечества, в осознании самой идеи единого человечества. Римская империя дала христианской церкви природно-историческую основу единства человечества и потому она имеет право именоваться священной. И Священная Римская империя продолжает свое идеальное, оторванное от реального географического центра бытие вплоть до XIX века. От идеального существования Священной Римской империи, потерявшей уже всякую реально-историческую основу, трудно было отказаться человечеству, как от символа своего всемирного единства, не допускающего распадения европейского человечества на атомы. Великая идея эта прикреплялась эмпирически то к Германии, то к Австрии. Священная Римская империя была формально упразднена в 1806 году2, и жалким отпрыском ее осталась Австрийская империя Габсбургов, бывших римских императоров. Это было делом великого Наполеона, который мечтал об основании новой всемирной империи, империи гения и сверхчеловека. XIX век стоит под знаком окончательного образования национальных государств и национального самосознания народов. Единство человечества сознается уже духовно, вне прикрепленности к телу всемирной империи. Сверхчеловечески-гениальные притязания Наполеона создать реальную всемирную империю были последним притязанием священного империализма на Западе. Всемирная империя Наполеона не была национальным государством, и Наполеон, победив императора австрийского и русского, почитавших себя наследниками первого Рима и второго Рима, притязал быть единственным наследником Римской империи. Крах Наполеона был крахом священного, империализма вообще -- в нем идея священной всемирной империи достигла последнего предела и перешла в свою противоположность. После наполеоновских войн начались национально-освободительные войны и движения. Империализм не исчезает в XIX и XX веках, но принимает совершенно новую форму, перерождается из империализма священного в империализм буржуазный и тесно связывается с национальным государством. В XIX веке на всемирность и на священность претендует международный социализм, интернационал.


II


Буржуазный империализм есть вырождение древний идеи империи, перерождение ее в жажду материального господства национального государства в мире и над миром. Империализм XX века есть борьба нации за великодержавное положение в мировых отношениях. Империализм не есть уже стремление к всемирному, сверхнациональному единству, к священному универсализму, -- он есть лишь стремление нации быть великой и величайшей державой на суше и на море. Это борьба за политическое и экономическое господство, за рынки, за морскую торговлю -- дарвинизм в социологии. От imperium Romanum не остается ничего, кроме профанированного имени. Буржуазный империализм есть своекорыстное притязание национально-государственного партикуляризма на господство универсальное, и цели его достигаются через хищение и порабощение.

В идее Римской империи была поистине священная задача, священная мечта о всеединстве в исторической жизни человечества. Этой священности не осталось в буржуазном империализме, расцветшем в капиталистическую эпоху. Нынешние империалистические вожделения -- это свободная конкуренция капиталистических обществ. Одна из главных причин нынешней мировой войны -- конкуренция буржуазного империализма Германии с буржуазным империализмом Англии, борьба за господство на море. Англия первая явила собой образец чисто буржуазного империализма, нашедшего своего блестящего выразителя в Чемберлене. Это империализм капиталистического господства Англии в мире, империализм по преимуществу морской и колониальный, выставляющий свою цивилизаторскую миссию, но совершенно свободный от священной мечты средневековья о всемирной империи. Так характерно для духа нового времени, что время это признает существование нескольких и многих империй, которые конкурируют между собой. Новое время с его капиталистическим хозяйством заменило империалистический монизм средневековья империалистической множественностью. Священной может быть лишь одна империя. Многие империи могут быть лишь буржуазными. Но и буржуазный империализм, за которым всегда просвечивается экономическая подкладка, может быть разным и может разно оцениваться. Империализм английский имеет явные преимущества перед империализмом германским. Англии, по естественному ее положению, более дано быть великой империалистической державой, господствующей на море, чем Германии. Английский империализм менее насильнический, более либеральный, и он может быть терпим. Германия как великая империя менее счастливая страна, чем Англия, ей на роду написан несчастный удел. Тайна безобразия и нестерпимости германского империализма скрыта в том, что Германии не дано естественно, по природно-историческому предназначению быть великой империей и что потому свои империалистические притязания она может осуществлять лишь путем страшных насилий и хищений, путем слишком нестерпимой для мира неправды. Империализм германский, в отличие от английского -- консервативный и роковым образом милитаристический. Чудовищный и нестерпимый милитаризм есть существенное и неотъемлемое свойство германского империализма, угрожающее для всего мира и изобличающее неестественность и непризванность Германии как великой империи. Тот факт, что объединение Германии, в котором совершалась некая правда, привело к противоестественному росту милитаристического империализма, был роковым для Германии и привел к духовному ее падению и нравственному вырождению, сказавшемуся в эту войну. Германский народ, которому написано было в книге судеб быть народом "мыслителей и поэтов", но не написано было создать великую империю, стал одержимым жаждой буржуазно-империалистического мирового господства. Утолить эту жажду можно было лишь через развитие противоестественного милитаризма, вооружавшего весь мир и весь мир державшего в крайнем напряжении. Этого нет в более счастливом английском империализме. Явно, что Германия силится и пыжится быть не тем, чем ей предназначено быть. Нынешняя страшная война, ответственность за которую падает на Германию, вполне должна быть оправдана с точки зрения империалистических притязаний Германии. И если притязания неизбежно и оправданно ведут к таким страшным насилиям, то значит, в притязаниях этих есть коренная неправда и ложь. Германия, как великая и величайшая империя, господствующая в мире, может продолжать свое существование лишь хищением чужих земель и колоний и лишь перманентным поддержанием милитаризма. Сокрушить угрозу германского милитаризма можно, лишь сокрушив империалистическую мощь Германии. Все народы мира не могут согласиться на то, чтобы Германия была величайшей империей, так как существование этой величайшей империи есть угроза для мира, насилие над миром и неправда в мире.


III


Некогда варвары-тевтоны получили от Рима идею империи. Античная идея всемирной империи и христианская идея единства человечества растворилась в варварской германской крови. Получилось очень сложное и смешанное историческое образование, именуемое Священной Римской империей, но оторванное от Рима. Германцы всегда смешивали всемирную империю со своим местным королевством, они налагали на империю печать национального партикуляризма. Так было в старой Германии, жившей под властью средневековой идеи империи. После реформации окончательно выяснилась органическая чуждость германцам идеи империалистического универсализма. Немцы в сущности хотели национального германского государства и своего национально-германского монарха и долгое время лишены были национально-германского единства и национально-государственной мощи. Сан римского императора перешел к Габсбургам и идея Священной Римской империи, совершенно свободная от географического центра и от всякой локальности, прикрепилась по странной иронии судьбы к Австрии. К единству и могуществу Германия была приведена Пруссией, которая всего менее могла быть названа центром германизма и население которой не было чисто германским. Земли эти некогда принадлежали литовцам и славянам и все значительное в истории германского духа не тут совершалось. Если само Прусское королевство может быть названо parvenue3 в семье германских государств, то империя Гогенцоллернов уж окончательно -- parvenue. Лучшие германцы протестуют против гегемонии Пруссии. Империализм Гогенцоллернов окончательно не имеет в себе ничего священного, никаких связей со священными традициями, он -- насквозь буржуазный, насквозь национально-партикулярный, а не универсальный. Германская империя есть профанация священной идеи империи, окончательное ее перерождение в буржуазное национальное государство XIX и XX веков. В духе Германской империи сказалась неуниверсальная, национально-партикулярная природа германцев. Притязания Германской империи на мировое господство есть притязание буржуазное, а не священное, жажда порабощения, а не всемирного соединения. Священная империя по своей идее -- не государство, не монархия, не национальное единство, а единство всечеловеческое, всемирная власть. Идея империи -- не монархического, а республиканского (в антично-римском смысле) происхождения, и титул императора -- республиканский титул. Юлий Цезарь -- дитя республики, ставшей мировой, а не национальной монархии. Монархическая власть всегда партикулярного, местного, землевладельческого происхождения. Наполеон и был последним западным императором в античном и всемирном, сверхнациональном и сверхгосударственном смысле слова. Его империя была стилизацией античной империи, и его императорская власть была такой же республиканской, как и власть Юлия Цезаря. Новейшая Германская империя не имеет никакого стиля империи, в ней нет универсального духа. Это империя лжеимянная -- национальная монархия, резко немецкая, со своекорыстно-хищническими инстинктами. Deutschland über alles4 -- не может быть лозунгом империи, для которой важнее всего единство мира и человечества. Германский национальный империализм неизбежно должен угнетать и насиловать национальные индивидуальности, как и индивидуальности человеческие, -- он хочет, чтобы Германия была всем и все было Германией. Германская империя -- вечный враг освобождения национальностей. Недаром она всегда находится в таком подозрительном единении с Турцией. Современный империализм неизбежно имеет наклонность к господству, он не выносит индивидуального бытия более слабых народов.

Великая, предназначенная миссия России -- быть защитницей угнетенных национальностей, освободительницей народов. И в эту мировую войну миссия эта должна до конца раскрыться. Буржуазный империализм с его духом своекорыстия чужд России и русскому народу. Все насильническое в России было наносным, не подлинно русским. Германия, Австрия и Турция -- вечные враги свободы и самостоятельности народов, вечное насилие над национальной индивидуальностью. После этой великой войны буржуазный империализм переживет кризис к смерти и ложно присвоенные имена будут сброшены. Мировое единство человечества будет окончательно осознанно духовно, вне всякой материальной скованности. Россия является носительницей всемирного духа, сверхнационального универсализма, который только и соединим с бытием национальных индивидуальностей. В священном империализме была заложена идея всемирного братства. Но она должна быть окончательно освобождена от материального господства, должна дать свободную жизнь индивидуальностям человеческим. Шелуха священного империализма спадает, и в этом великая правда процесса секуляризации. Всемирный дух ушел из старых форм, он не вмещается в исторические тела, он свободен от всякой материальности. Все исто- рически-телесное ограничено, партикулярно и не может претендовать на всемирную власть. Эту освобождающую правду должна нести в мир Россия.


## КОММЕНТАРИИ


Биржевые ведомости. 1914, No 14476, 5 ноября.

1 Римская империя (лат.).

2 См. прим. 2 на с 1064.

3 См. прим. 9 на с. 1065.

4 "Германия превыше всего!" (нем.) -- слова из "Песни о Германии" А.Г. Гофмана фон Фаллерслебена ( 1796-1874), написанной в 1841 г. и впоследствии ставшей гимном немецких националистов. Упоминает ее и Гитлер в "Майн Кампф", рассказывая историю своего "боевого крещения" (как раз во Фландрии в октябре 1914 г.). См.: Фест И.К. Гитлер. Биография. Пермь, 1993, т. 1, с. 121.

Ницше по поводу этой популярной уже в его время песни замечает: ""Deutschland, Deutschland über alles" -- я боюсь, что это было концом немецкой философии..." (Ницше Ф. Сочинения в 2-х тт. М., 1990, т. 2, с. 589).