# Гольдгейм, Самуил

Симон Бернфельд

Гольдгейм, Самуил -- еврейский теолог и выдающийся вождь еврейского реформационного движения в 19 в. 1806--1860). Получив обычное в ортодоксальной среде религиозное воспитание, Г. вырос, не ознакомившись ни с европейским языком, ни со светскими науками. Зато он с самых ранних лет отличался как прекрасный знаток Талмуда. После женитьбы (жена Г., обладавшая кое-какими светскими знаниями, научила мужа немецкому языку) он ревностно отдался самообразованию. Разведясь впоследствии с женой, Гольдгейм без гимназической подготовки отправился в Пражский университет пополнить свои знания. В литературе и в науке, даже в науке иудаизма, Г. ничем особенным не отличался. Он остался практическим теологом и стремился использовать свои талмудические познания в качестве раввина. В 1836 году Г. был приглашен в качестве раввина и проповедника во Франкфурт-на-Одере; местная община была умеренно либеральной, и Г. также придерживался сначала этого направления. Много забот Г. посвятил религиозному воспитанию юношества. В своих реформац. стремлениях он был сначала довольно умеренным и находил, что надо щадить по возможности чувства ортодоксов и не следует начинать с радикальных перемен в области общественного богослужения. В это время Г., не будучи натурой боевой, был далек от реформационных стремлений А. Гейгера (см.). Даже увлекшись впоследствии крайним реформат. течением, он по возможности избегал всяких резкостей, что часто сказывалось в его официальной деятельности в Мекленбурге, а затем в Берлине. В Мекленбург-Шверине вел. герцог Франц-Фридрих, хотя и средневековый автократ в своих прочих стремлениях, выказал, однако, склонность к реформам в синагоге. Вследствие этого нужен был раввин, придерживающийся современных взглядов. Выбор пал на Г., который успел составить себе имя хорошего проповедника. В 1840 г. Г. вступил в отправление своих обязанностей и немедленно занялся организацией образовательного дела, находившегося в весьма плачевном состоянии. Служебное положение Г. в Мекленбурге оказалось очень затруднительным. Большинство местных евреев было против реформ; даже самые невинные новшества встречали оппозицию. Г. не желал пользоваться своей формальной властью, хотя правительство энергично поддерживало его. Постепенно, однако, он становился все более радикальным в своих реформистских начинаниях. На первом съезде раввинов в Брауншвейге (1844) он играл первенствующую роль, так как Гейгер прибыл только к концу. На конгрессе во Франкфурте (в 1844 г.) он уже часто расходился с Гейгером. Теоретическое обоснование системы Г. дал в сочинении "Ueber die Autonomie der Rabbiner" (1843), в котором он последовательно, не останавливаясь перед крайними выводами, развил требование радикального преобразования иудаизма путем отказа от исторического прошлого и удаления из еврейской религии всех национальных элементов; отказаться надлежало и от универсального характера иудаизма. Более всего Г. подчеркивал политическое значение реформы, стараясь придать германскому еврейству национально-немецкий характер. При этом он -- неизвестно, по недоразумению или искажая преднамеренно, -- распространял известное изречение Самуила в Талмуде (Баба Кама, 113б) "государственный закон обязателен и для евреев" и на религиозную область. Установленный в Мишне принцип, что всякое религиозное предписание, связанное с землей, относится только к Палестине (Кидд., 1, 9), он толковал в том смысле, что все религиозные предписания, имеющие политический или национальный характер, действительны лишь для Палестины и ныне должны быть отменены. Это относится, по мнению Гольдгейма, также к запрету работать в субботу, ибо евреи живут в государствах, законы которых не признают субботнего отдыха. Евреи не должны отказываться от государственных должностей под тем предлогом, что не желают нарушать святости субботы. Они обязаны посвящать свои силы государству и ради этого отказаться от соблюдения субботы. Всякий раз, как религиозная жизнь евреев вступает в конфликт с гражданской, евреи обязаны жертвовать религиозными постановлениями. Те же взгляды Г. развивал относительно брачного права. Заключение и расторжение брака должно происходить согласно государственным законам. Более всего Г. стремился к тому, чтобы расширить права женщины в деле развода. В своей работе "Маamar ha-Ischut" (появившейся уже после его смерти, в 1861 году) Г. с большим диалектическим искусством защитил свою точку зрения. К этому времени в Берлине возникло "Общество реформы", устроившее реформированный храм, где богослужение приняло почти совершенно протестантский характер. Общество предложило Г. место проповедника, которое тот после некоторого колебания принял (в 1846 г.). Даже его ближайшие единомышленники нашли этот шаг Г. чересчур рискованным. Между тем община все более эволюционировала в своем реформационном рвении. Так как по субботам храм пустовал, то торжественное богослужение стали устраивать в воскресенье (вскоре исключительно по воскресным дням). Древнееврейский язык был почти совсем устранен. По внешности служба также приблизилась к протестантскому богослужению. Нельзя утверждать, чтобы все происходило по инициативе Г. Скорее он уступал лишь давлению своей общины. Для всех новшеств он находил, впрочем, обоснование в талмудической диалектике. Оправдание реформ он пытался дать в своих сочинениях "Das Religiöse und Politische in Judenthum" (1845) и в "Geschichte der Entstehung und der Entwicklung der jüdischen Reformgemeinde in Berlin" (1857). Энергичной борьбы за реформу Г., однако, не вел. Когда он умер, в еврейской берлинской общине началась полемика по поводу того, что его похоронили среди раввинов и других евр. ученых. Михаил Закс энергично протестовал против оказания такого почета покойному реформатору. -- Ср.: Ritter, Geschichte der jüdischen Reformation, III, Berlin, 1885; Bernfeld, Toldoth ha-Reformation, 1900. С. Бернфельд.7.


Еврейская энциклопедия Брокгауза и Ефрона, т. 6: Гадассий -- Данте, стлб. 642--644