# Стихотворения

Григорий Анатольевич Блох

Два голоса ("Скажи мне, вечный часовой...")

Песочные часы ("Достались мне от деда по наследью...")

Встреча ("В садах одной из городских окраин...")

Счастье ("Собрав обеда барского объедки...")

Григорий Блох (Тюрсев) Стихотворения "Мы жили тогда на планете другой...": Антология поэзии русского зарубежья. 1920-1990: В 4 кн. Кн. 1 М., "Московский рабочий", 1995. Два голоса Песочные часы Встреча Счастье ДВА ГОЛОСА Скажи мне, вечный часовой, Зачем, откуда ты? - "Я искра Силы мировой, Зарница девственно живой Любви средь темноты". Кругом лишь мрак, и нет любви, И смертью живы мы! - "В морях пролившейся крови Мечту далекую лови, Как свет в окне тюрьмы". Мечта - обман, погаснет свет, И все, что живо, прах! - "Кто знает счет предвечных лет? Что было, будет или нет В кружащихся мирах?" Миры - бесцельная игра Слепых, ненужных сил! - "Пройдет земных ночей пора, Безумец тот, кто до утра Свой факел погасил". Скажи, куда же голос твой Ведет из темноты? - "Не кончен час сторожевой, Я только вечный часовой И смены жду, как ты". ПЕСОЧНЫЕ ЧАСЫ Достались мне от деда по наследью Старинные песочные часы... Сатурн унылый, размахнувшись медью Наполовину сломанной косы, Стоит над потускневшею оправой Пред девушкой, держащею весы... Что хочет он скосить? Какой забавой Потешить ненасытный голод свой? А девушка с улыбкою лукавой Что хочет взвесить слабою рукой? Застыли оба в вечном напряженьи, Вперив незрячий взор перед собой, А времени бесшумное движенье, Пересыпая струйкою песок - Бездушный прах минувшего мгновенья! - Спешит распутать скомканный моток Всей нашей жизни, странной и бесцельной, Спешащей, как стремительный поток, В туман морей, густой и беспредельный... ВСТРЕЧА В садах одной из городских окраин, Где в час заката легче дышит грудь, Мне встретился гулявший мирно Каин. Он сел со мной немного отдохнуть И говорил, поникнув головою: "Так жить нельзя! Зовет нас новый путь, Мы вслед пойдем за новою звездою, Мы цепи зла, как нити, разорвем, И, окропив весь мир водой живою, Мы будем жить заботой лишь о нем! Пред нами светлый океан свободы, Любовь нам будет кормчим и рулем, И близок час! Пусть тяжки будут роды, - Грозой желанной сохнущей земле Несут расцвет бушующие воды, Я чую день, видна заря во мгле!.." Но я исполнен был тоски и скуки И видел лишь помету на челе И кровью брата облитые руки... СЧАСТЬЕ Собрав обеда барского объедки, Напялив шубу с барского плеча, Иной готов поверить сгоряча, Что случаи такой удачи редки! Судьба, подол брезгливо засуча, Швыряет часто стертые монетки, И, лишь остыв, мы видим напоследки, Что светит нам не солнце, а свеча- Объедки мысли, чувства, настроенья, Поношенных восторгов умиленья - Не все ль равно? Ты мог или хотел Добиться счастья лишь такого сорта, - Благодари скорей за свой удел Иль ангела-хранителя, иль черта!.. БЛОХ Григорий Анатольевич (псевд. Григорий Тюрсев; 1867, г. Могилев на Днепре - 31 января 1927, Ницца). С 1870 г. жил в Вильно, где окончил гимназию. Позже переехал в Петербург. Окончил юридический факультет Петербургского университета; одновременно получил диплом Петербургской консерватории по классу виолончели. Стихи начал писать еще в гимназии, позже печатался в "Вестнике Европы" и "Новостях". В последнем из названных журналов Г. Блох по окончании университета был музыкальным критиком, а затем и фактическим редактором. В начале 1890-х гг. издал книгу о композиторе Кавосе, однако вскоре отошел от литературы, стал крупным предпринимателем-промышленником. Стихи качал писать вновь и всерьез в 1918 г. Двумя годами позже в Выборге, под псевдонимом Григорий Тюрсев, он выпустил сборник стихотворений. В последующие годы Блох-Тюрсев много писал, печатал не только оригинальные стихи, но и переводы (Петрарка, Шекспир). В его единственную, вышедшую в эмиграции (посмертно) книгу были включены стихи 1918-1926 гг. БИБЛИОГРАФИЯ: "Стихотворения" (Париж, 1927).