# По поводу одной "исторической справки"

Василий Яковлевич Богучарский-Яковлев

## По поводу одной "исторической справки". Замѣтка.


По исторіи русскаго освободительнаго движенія въ его болѣе далекомъ и не столь далекомъ прошломъ въ настоящее время создалась уже обширная литература. Въ частности вниманіе историковъ этого движенія привлекалъ и вопросъ о происхожденіи, издававшейся (въ 1881--88 годахъ въ Женевѣ, газеты "Вольное Слово" и личности ея перваго редактора Мальшинскаго. По этому вопросу существуютъ различныя мнѣнія, и потому всякая, исходящая изъ компетентныхъ источниковъ, фактическая по немъ справка получаетъ особую цѣнность. Такою именно цѣнностью могла бы обладать, напечатанная въ послѣдней книжкѣ "Русскаго Богатства", "историческая справка" г-жи Прибылевой, такъ и называющаяся: "-- О "Вольномъ Словѣ" и роли въ немъ Мальшинскаго",-- если-бы "справка" эта не вызывала цѣлаго ряда весьма серьезныхъ возраженій противъ ея точности.

Г-жа Прибылева изъ области своихъ личныхъ по этому поводу воспоминаній разсказываетъ слѣдующее:

"Въ 1880 году (курсивъ здѣсь и далѣе мой), именно въ первой его половинѣ, въ одномъ изъ засѣданій "Исполнительнаго комитета" А. Д. Михайловъ сдѣлалъ докладъ на основаніи свѣдѣній, полученныхъ отъ Клѣточникова, что министерство внутреннихъ дѣлъ при помощи III Отдѣленія выработало проектъ основанія въ Женевѣ газеты для борьбы съ революціонерами. Этотъ органъ долженъ былъ держаться строго конституціоннаго направленія, а главной задачей его является борьба съ терроромъ. Для осуществленія плана въ Женеву командированъ агентъ III Отдѣленія, фамилія котораго называлась, но которую я не припомню. Нѣсколько позже, но все еще въ 1880 году, Клѣточниковъ сообщилъ, что названіе правительственнаго органа въ Женевѣ будетъ "Вольное Слово", и что лицо, посланное для изданія газеты, ведетъ переговоры съ М. П. Драгомановымъ, приглашая его стать главнымъ сотрудникомъ, а можетъ быть и редакторомъ проектируемаго органа. Тотчасъ послѣ этого сообщенія комитетомъ, было отправлено письмо Драгоманову съ предупрежденіемъ о томъ, что "Вольное Слово" будетъ правительственнымъ органомъ, который основывается съ цѣлью бороться съ революціоннымъ движеніемъ, и что комитетъ узналъ о переговорахъ, которые съ нимъ, Драгомановымъ, ведутся изъ того же источника, изъ котораго было узнано о роли и значеніи "Вольнаго Слова". Предполагалось, что это послѣднее обстоятельство послужитъ въ глазахъ Драгоманова доказательствомъ вѣрности сообщенія комитета. Одновременно было отправлено письмо къ П. Л. Лаврову съ тѣмъ же извѣщеніемъ; ему сообщалось также о письмѣ къ Драгоманову".

Драгомановъ,-- разсказываетъ далѣе г-жа Прибылева,-- отвѣтилъ, что сообщеніямъ комитета онъ "не придаетъ никакой цѣны, и признаетъ за собою право дѣйствовать по собственному усмотрѣнію". Тогда со стороны комитета "была сдѣлана еще о, дна попытка воздѣйствовать на Драгоманова черезъ П. Л. Лаврова, которая осталась также безрезультатной, и затѣмъ дѣло было предоставлено собственному теченію. Такимъ образомъ сообщенія Клѣточникова и оповѣщенія о нихъ, исходившія отъ комитета, служили первоисточникомъ тѣхъ взглядовъ на "Вольное Слово", которые установились въ эмигрантской средѣ еще ранѣе, чѣмъ газета стала выходить въ свѣтъ".

По поводу имѣющихся данныхъ, что издатель "Вольнаго Слова" велъ переговоры о газетѣ съ Лавровымъ, который, хотя и отказался принятъ самъ въ ней участіе, но рекомендовалъ въ качествѣ сотрудника ея П. В. Аксельрода, г-жа Прибылева пишетъ:

"Узнаемъ мы это изъ письма М. П. Драгоманова. Но естественно предположить, что Мальшинскій, желая скрыть отъ послѣдняго отрицательный результатъ своихъ переговоровъ съ Лавровымъ, увѣрилъ М. П. Драгоманова въ томъ, что Петръ Лавровичъ рекомендовалъ ему П. Б. Аксельрода. Доказать это или опровергнуть за смертью Лаврова невозможно" {"Русское Богатство" 1913 г., мартъ, стр. 211--215.}.

Весь разсказъ этотъ, исходящій отъ лица, безусловная искренность котораго не можетъ, конечно, подлежать ни малѣйшему сомнѣнію, заставляетъ, тѣмъ не менѣе, усумниться въ томъ,-- точно ли сохранила память г-жи Прибылевой все то, что разсказано въ вышеприведенныхъ строкахъ ея воспоминаній?

Занимаясь много исторіей того очень сложнаго политическаго момента въ Россіи въ началѣ 80-хъ годовъ, когда возникло между прочимъ, и "Вольное Слово", я имѣю возможность установить вполнѣ точно нѣсколько датъ и фактовъ, съ воспоминаніями г-жи Прибылевой расходящихся.

По этимъ воспоминаніямъ выходитъ, что въ 1880 году къ министерствѣ внутреннихъ дѣлъ при содѣйствіи III Отдѣленія былъ выработанъ не только планъ изданія заграницею для борьбы съ революціоннымъ движеніемъ конституціонной газеты, но также, въ томъ же году агентъ III Отдѣленія уже велъ переговоры объ изданіи газеты съ Драгомановымъ, не повѣрившимъ предупрежденію комитета о цѣляхъ, съ которыми ставится газета., и что, опять таки въ томъ же году, (комитетъ предупредилъ о планахъ III Отдѣленія также и Лаврова.

Между тѣмъ вполнѣ установленные факты говорятъ слѣдующее:

Мальшинскій появился заграницею для изданія газеты уже послѣ событія 1-го мирта, 1881 года и лишь тогда началъ вести переговоры о газетѣ съ Лавровымъ и Драгомановымъ.

Въ No 54 "Общаго Дѣла" за 1883 годъ была опубликована секретная полицейская "записка о противоправительственныхъ сообществахъ не столь вредныхъ", изъ которой, при всей несостоятельности ея во многихъ отношеніяхъ, однако, совершенно ясно слѣдуетъ, что дѣло съ "Вольнымъ Словомъ" стало вестись лишь въ 1881 году.

Существуютъ и другія тому доказательства: и понынѣ здравствуютъ въ Парижѣ близкіе Драгоманову лица, участвовавшія въ "Вольномъ Словѣ" и знавшія лично тогда Мальшинсікаго, В. А. и А. В. Гольштейнъ., которымъ хорошо извѣстно, что Малынинскій познакомился съ Драгомановымъ только въ 1881 году, а на глазахъ наборщика "Вольнаго Слова", тоже нынѣ здравствующаго въ Женевѣ, А. М. Ляхоцкаго произошла и первая встрѣча Драгоманова съ Мальшинскимъ. Эта встрѣча состоялась непосредственно передъ выходомъ перваго нумера "Вольнаго Слова", вышедшаго, какъ извѣстно всякому, съ этой газетой знакомому, въ августѣ 1881 года.

Но можетъ быть въ воспоминаніяхъ г-жи Прибылевой простая ошибка въ датѣ, и, если перенести содержаніе ея разсказа съ 1880 на 1881 годъ, то все остальное никакихъ уже недоумѣній возбуждать не будетъ. Опять таки нѣтъ, ноо г-жа Прибылева совершенно опредѣленно говорить, ято о планѣ министерства внутреннихъ дѣлъ и Ш Отдѣленія сдѣлалъ докладъ въ одномъ изъ засѣданій исполнительнаго комитета, на основаніи сообщеній Клѣточникова, А. Д. Михайловъ, что комитету стало затѣмъ извѣстно, въ основаніи кообщеній того же Клѣточникова, какъ самое названіе предположенной газеты ("Вольное Слово"), такъ и фактъ будто-бы уже имѣвшихъ тогда же мѣсто переговоровъ о газетѣ агента Ш Отдѣленія съ Драгомановымъ, вслѣдствіе чего опять таки тогда же были посланы комитетамъ, выясняющія закулисную сторону дѣла съ газетой, письма Драгоманову и Лаврову.

Между тѣмъ и Клѣточниковъ и Михайловъ были арестованы еще до событія 1 марта (Клѣточниковъ -- 28 января 1881 года {См. процессъ 20 народовольцевъ, стр. 39.}, а Михайловъ -- 28 ноября 1880 г. {Ibid стр. 8.}), а переговоры, о которыхъ идетъ рѣчь, имѣли мѣсто уже послѣ "того событія.

Мальшинскій велъ переговоры съ Драгомановымъ въ то время, когда Клѣточінивова уже не было на свободѣ. Какъ же Клѣточниковъ могъ сообщать объ этихъ переговорахъ?

Но и далѣе.

Прежде чѣмъ сойтись съ Драгомановымъ, Мальшинскій несомнѣнно пытался сойтись съ Лавровымъ {Объ этой попыткѣ говорится въ вышеупомянутой полицейской "Запискѣ". О томъ же разсказывалъ самъ Лавровъ одному изъ нынѣ здравствующихъ извѣстнѣйшихъ народовольцевъ, а послѣдній разсказывалъ о томъ же въ письмѣ ко мнѣ.}. Столь же несомнѣнно, что, отказавшись самъ отъ участія въ газетѣ, Лавровъ рекомендовалъ Мальшинскому въ качествѣ сотрудника П. Б. Аксельрода, который на этомъ основаніи и принялъ участіе въ "Вольномъ Словѣ". Могло-ли бы это произойти, если бы Лавровъ имѣлъ отъ комитета предупрежденіе о полицейскомъ происхожденіи газеты? Но г-жа Прибылева подвергаетъ сомнѣнію самый фактъ рекомендаціи Лавровымъ П. Б. Аксельрода въ качествѣ сотрудника газеты. Она склонна думать, что это была выдумка Мальшинскаго. "Доказать это или опровергнуть,-- прибавляетъ г-жа Прибылева,-- за смертью Лаврова невозможно". Нѣтъ, вполнѣ возможно, ибо, не говоря уже о совершенно достовѣрномъ свидѣтельствѣ по этому поводу Драгоманова въ томъ письмѣ его, о которомъ упоминаетъ сама г-жа Прибылева, фактъ сотрудничества П. Б. Аксельрода въ "Вольномъ Словѣ" не составлялъ въ средѣ эмигрантовъ никакого секрета, и, слѣдовательно, и Лавровъ, и другіе эмигранты не могли же бы не указать П. Б. Аксельроду на происхожденіе газеты, въ которой онъ участвуетъ, если-бы они сами были объ этомъ увѣдомлены комитетомъ.

Между тѣмъ этого не было, и вышелъ П. Б. Аксельродъ изъ газеты опять таки не въ силу какихъ-либо относительно ея предупрежденій, а потому, что разошелся съ редакціей по вопросамъ принципіальнаго характера. Но зачѣмъ, впрочемъ., доказательства косвенныя, когда въ письмѣ ко мнѣ самъ П. В. Аксельродъ прямо пишетъ, что сотрудникомъ "Вольнаго Слова" онъ сталъ по рекомендаціи Драгоманова и Лаврова {Вотъ относящаяся сюда выписка изъ письма ко мнѣ П. Б. Аксельрода: "съ Мальшинскимъ я видѣлся всего раза два. Такъ какъ меня рекомендовали ему Драгомановъ и Лавровъ, къ которымъ онъ обратился съ просьбой указать постояннаго сотрудника для веденія отдѣла о рабочемъ движеніи, и такъ какъ они же мнѣ совѣтовали принять это предложеніе, то я и не считалъ нужнымъ болѣе оправляться на счетъ Мальшинскаго. Совѣтъ Драгоманова и Лаврова являлся для меня безусловной гарантіей того, что во главѣ новаго заграничнаго органа стоитъ политически чистоплотная личность". (Рѣдкость личныхъ свиданій Мальшинскаго съ П. Б. Аксельродомъ объясняется тѣмъ, что первый жилъ тогда въ Женевѣ, а второй въ Цюрихѣ, откуда и присылалъ свои статьи о рабочемъ движеніи, для помѣщенія ихъ въ "Вольномъ Словѣ").}.

И если со стороны Драгоманова, не взирая на всю его полнѣйшую безупречность и безукоризненность, все же, благодаря особенностямъ его воззрѣній, характера и положенія въ эмиграціи, еще можно допустить отвѣтъ на предупрежденіе комитета, гласившій, что этому предупрежденію онъ, Драгомановъ, "не придаетъ никакой цѣны", то ко стороны Лаврова не обратить вниманія на предупрежденіе комитета, если-бы таковое стало ему извѣстно,-- дѣло совершенно невозможное. Между тѣмъ, по разсказу т-жи Прибылевой, послѣдняя попытка воздѣйствовать на Драгоманова въ томъ смыслѣ, чтобы заставить его повѣрить серьезности предупрежденія относительно газеты, была сдѣлана комитетомъ черезъ Лаврова, и, слѣдовательно, самъ то Лавровъ дѣйствовалъ уже въ этомъ дѣлѣ рука Объ руку съ комитетомъ. И, вдругъ, тотъ же Лавровъ не только не. прогоняетъ отъ себя то самое лицо, являющееся къ нему по тому самому дѣлу, относительно котораго онъ имѣетъ отъ комитета столь точныя свѣдѣнія, но вступаетъ съ этимъ лицомъ въ разговоры,-- мало того, содѣйствуетъ ему въ постановкѣ газеты рекомендаціей въ сотрудники П. В. Аксельрода, совѣтуетъ послѣднему внять на себя въ газетѣ веденіе отдѣла... Газета, повторяю, стала выходить съ августа 1881 года, предупрежденіе относительно ея Лавровъ, по словамъ г-жи Прибылевой, имѣлъ еще въ 1880-мъ, и все-таки Лавровъ оказалъ услугу постановкѣ этой газеты! Возможно ли допустить подобный совершенно невѣроятный образъ дѣйствій со стороны Лаврова въ этомъ дѣлѣ и не вѣрнѣе ли предположить, что здѣсь просто неточность памяти г-жи Прибылевой?..

Далѣе.

Говоря, что описываемые ею факты происходили въ 1880 году, г-жа Прибылева прибавляетъ, что первое извѣстіе объ этихъ фактахъ было получено комитетомъ "въ первой половинѣ" того же года.

Извѣстное письмо Желябова къ Драгоманову написано также въ 1880 году. Желябовъ говоритъ въ немъ, что пишетъ "по порученію товарищей". Изъ комментаріевъ Драгоманова при опубликованіи имъ этого письма видно, что оно было переслано "съ оказіей", и, слѣдовательно, Желябовъ мотъ говорить болѣе или менѣе свободно. И, дѣйствительно, въ письмѣ Желябовъ называетъ псевдонимъ народовольца, черезъ котораго Драгомановъ долженъ, былъ дать отвѣтъ по одному дѣлу, описываетъ положеніе вещей въ Россіи въ 1880 году, обращается къ Драгоманову съ нѣсколькими серьезными просьбами и т. д. я ни однимъ словомъ не обмолвливается о такихъ важныхъ обстоятельствахъ, о которыхъ, по словамъ г-жи Прибылевой, комитету стало извѣстно еще въ первой половинѣ 1880 года, и о которыхъ комитетъ тогда-же поспѣшилъ послать предупрежденія Драгомашову и Лаврову...

И затѣмъ, если извѣстіе о "Вольномъ Словѣ", какъ о предпріятіи, затѣваемомъ III Отдѣленіемъ, было получено въ 1880 году отъ Клѣточникова и въ глазахъ комитета, никакому сомнѣнію неподлежало, то почему комитетъ не опубликовалъ это въ "Народной Волѣ", какъ публиковалъ онъ имена многихъ тайныхъ агентовъ III Отдѣленія, получая свѣдѣнія о нихъ отъ того же Клѣточникова, и тѣмъ не предупредилъ возможности невольнаго участія въ полицейскомъ предпріятіи революціонеровъ? Мало того: въ "Календарѣ Народной Воли", въ изданіи котораго принималъ непосредственное участіе Лавровъ, прямо говорится, что направленныя противъ Мальшинскаго обвиненія "не были ни разу обставлены несомнѣнными доказательствами" {"Календарь Народной Воли". Справочный отдѣлъ, стр. 171.}. И опять таки: возможно ли, чтобы Лавровъ и другіе издатели "Календаря" напечатали это, если-бы въ ихъ распоряженіи находились тѣ, исходившія отъ Клѣточникова, свѣдѣнія, о которыхъ разсказываетъ въ своихъ воспоминаніяхъ г-жа Прибылева? Вѣдь въ то время ("Календарь" вышелъ въ 1883 году) находились заграницей члены комитета г. Тихомировъ и М. Н. Олавенникоіва, жившіе въ 1880 г. въ Россіи и принимавшіе въ дѣлахъ комитета такое видное участіе. Неужели и они до такой степени ничего не знали объ источникѣ свѣдѣній касательно издателя "Вольнато Слова", о которыхъ разсказываетъ г-жа Прибылева, что могли. вопреки столь категорическому извѣщенію комитета, напечатать въ "Календарѣ" строки, гласящія о недостаточной обоснованности обвиненій противъ Мальшинскаго?.. Можно-ли это допустить?..

Но и это еще не все: теперь можно видѣть, что у издателей "Календаря" были и фактическія основанія для того, чтобы выразиться относительно издателя "Вольнаго Слова" такъ сдержанно, какъ это они сдѣлали. Дѣло въ томъ, что тотъ же Клѣточниковъ составилъ списокъ агентовъ Ш Отдѣленія, и передалъ его революціонерамъ. Этотъ списокъ сохранился заграницею и донынѣ и черезъ того лѣтъ послѣ изданія "Календаря" печатался по частямъ въ заграничномъ "Быломъ". Въ этомъ спискѣ фамиліи Мальшинскаго нѣтъ, обстоятельство, которое, безъ сомнѣнія, было извѣстно и издателямъ "Календаря". Всей же истины объ издателѣ "Вольнаго Слова" они, конечно, не знали сами, чѣмъ и объясняется тонъ ихъ о немъ замѣтки.

Такимъ образомъ, если-бы дѣло было такъ, какъ разсказываетъ о немъ г-жа Прибылева, то не только совершенно необъяснимъ фактъ рекомендаціи Мальшинскому Лавровымъ П. В. Аксельрода, но пришлось бы допустить, что о предупрежденіяхъ Клѣточникова и дѣйствіяхъ на основаніи этихъ предупрежденій комитета не знали ничего ни Желябовъ, ни Оловенникова, ни г. Тихомировъ. Есть ли въ этомъ хоть какая-нибудь вѣроятность?...

По всѣмъ этимъ даннымъ точность событій въ томъ видѣ, въ какомъ сохранились онѣ въ памяти г-жи Прибылевой, не можетъ не возбуждать очень сильныхъ сомнѣній. Надо думать, что тугъ дѣло шло о другомъ лицѣ и другомъ предпріятіи, а не о "Вольномъ Словѣ" и не о Мальшинскомъ. Такое предположеніе согласуется и съ нѣкоторыми фактами, имѣющими нѣкоторое сходство съ тѣми, о которыхъ разсказываетъ г-жа Прибылева, и имѣвшими мѣсто именно въ 1880 году, но это, видимо, совсѣмъ иное дѣло, а не дѣло съ Мальшинскимъ.

Что касается Мальшинскаго, то онъ уѣхалъ заграницу для изданія газеты лишь въ 188.1 г., и издавалъ онъ ее не въ качествѣ агента III Отдѣленія, кѣмъ онъ не былъ, а по порученію особой группы лицъ, принадлежавшихъ къ Св. Дружинѣ, но преслѣдовавшихъ конституціонныя цѣли. Выдавалъ себя Мальшинскій при этомъ за члена Земскаго Союза. Онъ несомнѣнно обманывалъ тогда заграницею другихъ лицъ, выдавая себя не за то, чѣмъ онъ является въ дѣйствительности, но агентомъ полиціи онъ, тѣмъ не менѣе, не былъ. Никакихъ переговоровъ въ 1880 году онъ съ Драгомановымъ не велъ, находился тогда все время въ Россіи и состоялъ до конца года ближайшимъ сотрудникомъ одной, издававшейся въ Петербургѣ, газеты (послѣдній номеръ ея вышелъ 31 декабря 1880 года), фактическимъ издателемъ которой былъ П. П. Демидовъ князь Санъ-Донато, сдѣлавшійся послѣ событія 1-го марта 1881 года однимъ изъ главарей Св. Дружины. Вотъ тогда то и отправился Мальшинскій заграницу. Но объ этихъ обстоятельствахъ я упоминаю здѣсь лишь вскользь,-- подробная рѣчь о нихъ у меня будетъ въ свое время въ особой работѣ. Цѣль же настоящей замѣтки лишь нѣсколько критическихъ замѣчаній по поводу "исторической справки" г-жи Прибылевой и только.


В. Богучарскій.


"Современникъ", кн. IV, 1913