# Письма к В. И. Иванову

Валериан Валерианович Бородаевский

## Письма В. В. Бородаевского к В. И. Иванову


1.


2 марта 1909

с. Петропавловка65


Глубокоуважаемый и дорогой Вячеслав Иванович,

только что вернулся домой и согласно нашему договору, сделав маленькую <вивисекцию?> ненапечатанным стихам, из которых посылаю Вам II.66 По поводу некоторых вещей мне хотелось бы с Вами поговорить и высказать свое сомнение.

"В музее"67 (IV). Эта вещь была мною исключена, так как я не был уверен, удалось ли мне сколько-нибудь справиться с необычным для лирика сюжетом. Ясно ли развитие темы и заключительные строки: круговая порука человеческой совести, ответственность лица за грех целого? Ваше мнение по этому вопросу было бы мне чрезвычайно ценно. "Зыбкое утро сощурило взор"68 (V) стоит и падает вместе с пьесой "в Музее", которую эта вещь дополняет (дополняет ли?).

"Лет ястребов я следил" (VI) -- из области оккультизма, вещь едва ли понятная, если не снабдить подходящим эпиграфом из Papus'a,69 либо Peladan'a,70 либо еще кого-нибудь, осведомленного о таинственной роли вещих -- <нрзб.>

"Летчик" -- посылаю только для Вас: эта вещь опасна в цензурном отношении. Написана она в той же форме, что и "Колеса" и первоначально предназначалась сопутствовать этим "Колесам". Здесь картина милитаризма и его судьбы.

Некоторыми строками я решительно недоволен ("вздувал им геенну", кажется, плохо, не правда ли? Остальное, кажется, туманно). Пьесы от I до VI включительно примыкают к первому отделу книжки, остальные -- ко второму. Не знаю, как найдете Вы эти последние.

"Возле елки" я ценю за форму, но так <как> издать "Идиллические"71 оначило бы, говорить о любви юной, а не младенческой, я не нашел, куда эту пьесу прикинуть: она нарушала внутреннюю связь стихотворений.

"Вечер" (XI) показался мне балластом.

Вот и все пока. Вашему суду, дорогой Вячеслав Иванович, предстоит решить судьбу этих вещей. -- В книжке я натолкнулся на многие опечатки, о знаках препинания уже пока не говорю. Отмечу некоторые: стр. 23 (Чьи-то; напечатано чьи-то; смотрятся -- напеч. смотрятсо).

Не находите ли Вы, что той же пьесе было бы лучше разбить восьмую строчку таким образом:

-- Выйдешь-ли?..

-- Канул...

Что дало бы ощущение впечатления паузы, оттеняющей внутренний процесс колебания?

Стр. 30. строка 13. Напечатано "равняясь" вместо "ровняясь".

Стр. 41, строка 2. "Я крался с ней..." Не лучше ли "Я крался к ней".72 Пожалуйста, пробежите всю страничку.

Стр. 54, стр. 10. Напечатано "в руке", не лучше ли "в руках", ибо в одной руке удержать хлыст и том безбожный тяжело хрупкому созданию?

Опечатки оглавления -- <нрзб.>:

Степные "виари" -- вместо вихри

Слышу я тихие "стужк" -- вместо стуки

"Иъ" дороги -- вместо С дороги.

Много я думал в дороге и сейчас думаю о нашей встрече и о той исключительной интимной близости, которую я, человек в личных отношениях замкнутый, почувствовал к Вам.

И как мне грустно, что эта встреча была так мимолетна, и душе моей не дано было прочно основаться возле Вашей... Впрочем, это кажется, больше мнительность и боязнь потерять полученное, чем довод разума. -- Здесь я радуюсь тому, что нашел своих -- жену и сына -- здоровыми и благополучными и занялся приведением в порядок дел, несколько задержанных моим отсутствием, -- увы, дела главным образом внешние, на которые приходится смотреть как на послушание. Хватило бы сил на внутренне свое устроение!

Когда-то свидимся?

Крепко жму Вашу руку и шлю мой искренний привет многоуважаемой Марие Михайловне.73

Сердечно Вас любящий и преданный

Валериан Бородаевский.

Московско-Киевс.-Воронеж, ж. дороги, ст. Кшень.74


2.


16 марта 1909


Глубокоуважаемый Вячеслав Иванович,

с нетерпением ждал от Вас весточки и, не дождавшись, пишу. Спешу обратить Ваше внимание на некоторые ошибки и опечатки, замеченные мною, в дополнение к присланными ранее. Главное, на стр. 68, где поставлено "черпаем влагу" вместо "черпаем воду", что нарушает рифму (воду-свободу). На стр. 59 "напоследок" написано в два слова вместо одного. На стр. 52 строка 9: думаю надо поставить ударение под вторым слогом "грозовые", так можно читать, иначе с нарушением ритма. На стр. 48 строка 12 -- не лучше ли слово "суеверен" заменить другим -- "легковерен", более благозвучным, хотя и менее <нрзб.>? Это -- на Ваше решение.

На следующей странице прилагаю одно забытое стихотворение,75 которое (если одобрите) могло бы заменить цикл "идиллических".

Очень хотелось бы прочесть Ваше предисловие и видеть книжечку в корректуре. У меня мысль об эпиграфе (ко всей книге) из Баратынского76 -- это до другого, впрочем, письма.

Крепко жму Вашу руку и шлю искренний привет многоуважаемой Марие Михайловне.

Преданный Вам и любящий Валериан Бородаевский.

С. Петропавловка. (Письмо мое из Тима77 посылаю оказией. Адрес -- все тот же).

P.S. Разрешите ли посвятить Вам <нрзб.> стр. 39: "Над пустынными полями"78 устанавливающую мою связь с Вами, как с моим "Крепким"?79


3.


27 мая 1909

Ст. Кшень.


Глубокоуважаемый и дорогой Вячеслав Иванович,

еще раз позвольте поблагодарить Вас от всего сердца за высокохудожественное предисловие, которое лучше всей книги.80 Здесь хочу я сказать несколько слов в оправдание моей телеграммы о пропусках.

"В этом византийстве духа возродится весь золотой и багряный хмель... и весь фанатизм ересиархов-иконоборцев".81 Это очень сильно и красочно, и я боюсь, слишком сильно и красочно для предисловия. Хотя самая мысль, кажется, верна, читатель, пожелавший найти доказательства в книге, едва ли добрался бы до них.

Большая поправка-выпуск: "Но он не из легиона до... ересиархов-иконоборцев", включал в себя меньшую, содержат указание на мнительность автора по отношению к красоте и поэзии (совершенно верное указание), опять-таки едва ли подтверждается какой-либо из пьес и, думаю, для читателя, следовательно, преждевременна.

Вот и все, что я мог бы выразить. Как бы Вы ни поступили в этом вопросе, я ни на чем не настаиваю, вполне полагаясь на ваш вкус.

Вся статья -- великолепна и не знаешь, какому месту отдать предпочтение. Еще раз примите мою благодарность за Ваш труд и хлопоты и передайте сердечную признательность глубокоуважаемой Марие Михайловне за ее дорогую помощь. Мое пребывание в деревне затянется, и потому прошу Марью Михайловну прислать на Кшень двадцать экземпляров книги и отправить по экземпляру в редакцию и лицам, о которых я писал. Дополнительные расходы возмещу по указанию.

Приветствую Вашу семью.

Искренне преданный и любящий

Валер. Бородаевский.


4.


Б/а. [ок. 1-3 сент. 1909?]


Глубокоуважаемый и дорогой Вячеслав Иванович,

чтобы не отвлечься чем-нибудь другим, посылаю Вам двое стихов с переделками.82 Не знаю, одобрите ли. В "Дубе" (3-я строка с конца) можно бы, вместо "воспримешь", поставить "оденешь" -- не знаю, что сноснее. Вставки подчеркнуты карандашами. В "Веках" можно последнюю строку замкнуть еще и так: "да кликов алчущих не минет"* -- вместо единственного числа.

По рассеянности сделал надписи на обложках книжек, а не на первом листе! <В> прилагаем<ых> экземпляра<х>, пожалуйста, взгляните <на> тот, который я Вам надписал вчера (т. е. сегодня! -- Е. Г.), а вчерашний бросьте.

Собираюсь выехать нынче. Мой искренний привет Марии Михайловне, Михаилу Алексеевичу83 и всем Вашим.

Преданный и любящий, Валериан Бородаевский.

* ударение бесспорно, ибо у Пушкина: "15 лет уж скоро минет"84.


5.


6 сентября 190985


Глубокоуважаемый и дорогой Вячеслав Иванович, сижу в очаровательной Вологде и, как буриданов осел, влекусь мечтой по желдорожному (так! -- Е. Г.) пути на Архангельск и по водному на В<еликий> Устюг. Здесь в самом деле хорошо, есть что посмотреть, особенно храм.86 Всем Вашим искренний мой привет.

Преданный и любящий Валер. Бородаевский.


6.


23 октября 1909


Дорогой Вячеслав Иванович,

в виду письма из деревни пришлось внезапно приблизить мой отъезд и, к моему сожалению, я не успел даже попрощаться с Вами и еще поговорить. Так как предполагал быть у Вас 23-го. Еду в 11 ч. вечера с Севастопольским поездом 22-го.

Крепко Вас целую, приветствую Марию Михайловну, Веру Константиновну87 и Михаила Алексеевича.

Любящий и преданный Вал. Бородаевский.

Не откажитесь передать 2 экземпляра моей книжки гг. К. А. Сюннербергу88 и Гюнтеру89.


7.


14 апреля 1910


Христос Воскресе, дорогой Вячеслав!

сердечно поздравляем тебя со Светлым Праздником и лобызаем трижды. Хотя сейчас много весенних забот -- разгар посева -- однако о Башне часто вспоминаю и даже тоскую иногда.90 Все мне кажется, что осталось много недоговоренного, может быть самого важного. Из Петербурга известий не получаю почти никаких, разве по газетам кой о чем знаю: реферат Бердяева91 и твоя речь,92 успех балета Михаила Алексеевича.93

С нетерпением ожидаю выхода "Cor Ardens" и крепко уповаю, что ты не забудешь прислать мне твою книгу.

Крепко целую <нрзб.>

Жена целует женскую половину Башни и приветствует мужскую, а я всем бью челом.

Искренне любящий и преданный Валериан Бородаевский.


8.


29 июня <1910>


Большое, сердечное спасибо, дорогой Вячеслав, за <нрзб.>; голос твой прозвучал мне как призывная труба, хотя, увы, я могу только встрепенуться на призыв, но не полететь... Поле заполонило всего; земля ревнива и крепко держит в объятиях -- завтра начинаем уборку хлеба, спутанного бурями, прибитого дождями (разгул стихий был из ряду вон), и все усилия мысли и воли направлены в эту сторону.

Правда, <нрзб.> работа теперь, после недавней кончины отца94 не дает задумываться над тяжелыми вопросами...

Поздравляю тебя от души с профессорской кафедрой;95 как жаль, что я не могу быть твоим слушателем! С нетерпением буду ждать "Rosarium";96 когда-то появится? Послание Юрия Никандровича97 нас умилило: какое мастерство и свобода!

Буду писать ему и Михаилу Алексеевичу сегодня же, отдельно каждому; Юрия Никандровича собираюсь благодарить за то еще, что вдохновили башню на писание стихов. Марья Михайловна дала нам приятную надежду, что, может быть, Вера Константиновна к нам заедет. Как это было бы хорошо!

Твой крестник -- веселый розовый бутуз, мой любимец. Так, как я априорно решил, что в нем больше прекраснодушия, чем в Диме, озорство и фантазия которого растут с каждым днем.

Крепко целую тебя и прошу меня не вычеркивать из памяти. Жена шлет дорогому куму свой сердечный привет.

Любящий и преданный, Валериан Бородаевский.


9.


Вячеслав Иванов -- Валериану Бородаевскому98


21 января 1911


Дорогая Маргарита Андреевна и Валериан Валерианович,

не знаю, как благодарить вас за то, что как родные уютили вы и приветили странниц; вы подарили им целый капитал здоровья и жизнерадостности, как вы подарили им, конечно, и одно из поэтичных и живых воспоминаний на грядущие дни.

Мне было <нрзб.> Это, впрочем, сам -- мне очень жаль, милый Валериан, что вы не заехали еще в Петербург. Я был бы очень обрадован твоими строками. Мне хотелось бы обменяться с тобой мнениями и, при случае, стихами.

Дорогая Маргарита Андреевна, Вам <нрзб.> и хозяйке, особенное спасибо за девочек от любящего Вас обоих Вячеслава Иванова.


10.


<19 февраль 1911>


Дорогой Вячеслав, я очень надеюсь видеться с тобой в Москве99, где ты будешь читать о Вл. Соловьеве, а я -- слушать тебя, если позволят обстоятельства.100

Что сказать о нас? Ваши барышни, вероятно, набросали картину нашей зимней спячки, которую и столичным гостям, пожалуй, расшевелить трудно. Проснемся весной, если не окончательно замерзнем. Мороз до -- 24 С.

Пишется не особенно. Читаю Гюисманса, и отдельные страницы перечитываю дважды, так это для меня поучительно.

В Москве надеюсь наговориться с вами. Виделся я там с Бердяевым и Булгаковым -- очень было приятно.

Крепко целую тебя и сердечно кланяюсь всем обитателям Башни. Жена шлет свой искренний привет и целует дам. Любящий тебя Валер. Бородаевский.


11.


26 апреля 1911


Поэты роскошной Пальмиры!

(Я с грустью шептал ей: прости...)

Пусть Ваши согласные лиры

Застряли на долгом пути, --

Оне победили пространство,

И вот -- полногласно звучат

И будят мое окаянство

С тоской оглянуться назад,

К године, мелькнувшей так быстро,

Когда управляли душой

То нега манящего систра, (?)

То грозный и гулкий гобой; (!?)

И Вы из заоблачной башни,

(Где страж так огромен и строг),

Сходили на пир мой домашний,

Вкушали крестильный пирог...

Сердечное спасибо дорогим Вячеславу и Михаилу Алексеевичу101 за чудесное послание;102 курятник все еще обуглен, а вот насчет того, чтобы <зачеркн.> куры, этим не грешим: лиловатое стекло настраивает строго...

Как проведешь лето, Вячеслав?103 Едет ли Михаил Алексеевич на Волгу104 и заедет ли к нам по пути?

Леонтьевские материалы коплю понемногу.105 Стихов пишу мало. Крепко целую Вас; жена (и кума) шлет свой сердечный привет. Любящий Вал. Бородаевский.

P.S. В злодейском студенческом журнале106 зачем-то разрубили мои александрейцы на двустишия -- вышло капризно.


12.


19 августа 1911


Дорогой Вячеслав,

давно не писал тебе и винюсь и каюсь; однако причина у меня была уважительная: обычные сложные счеты с природой! Тонкое коварство стихий, с которыми приходилось бороться землеробу (не без хитрости) -- утомляет и, пожалуй, деморализует: начинаешь понимать пружины крестьянской (или вообще деревенской) психики, где сплетены фатализм и лукавство и тяготение к мирам иным, хотя бы и при помощи алкоголя...

Но довольно об этом. Мне было радостно прочесть, что ты занят жизнью Гете107 и расширяешь твой Rosarium. Какие пути привели тебя к работе о Гете, не знаю (ты об этом не пишешь), но сколько у тебя должно быть созвучных струн с ним и как должно быть ценно твое исследование!

Читал ли ты рецензию Брюсова о Твоей Книге108 и о мусагетском сборнике,109 где он и меня довольно кисло похвалил за "хорошо сделанные" стихи.no A вот посланные в "Русскую мысль" (по его же приглашению) стихи он с зимы что-то не печатает: вероятно не одобрил.

Леонтьев мой (два пути) закис, а взялся я было за него горячо -- да вот все стихии и хозяйство мешают.

Пишу тебе в Питер, так как, думаю, ты уже вернулся с дачи.

Кума шлет тебе и всей Башне сердечный привет, а я тебя вдобавок крепко целую.

Любящий тебя сердечно, Валериан Бородаевский.

Твой крестник, очень милый бутуз, веселого и добродушного нрава, забирает все симпатии дома, ибо Дима становится заправским разбойником.


13.


12 февраль 1912


Дорогой Вячеслав,

собирался написать тебе длинное письмо. Но, питая основательную надежду лично видеться примерно через неделю, уступаю своей писательской лени. А пока крепко целую тебя и шлю изображение моего древнего и скромного Курска.111 Жена и я шлем Башне свой сердечный привет.

Искренно любящий тебя Валериан Бородаевский.


14.


16 марта 1912


Дорогой Вячеслав,

сегодня утром приехал восвояси. Спешу уведомить о состоянии дорог.112 Доехал я благополучно, в санях, хотя были метели (в логах), довольно рискованные: снег пропитанный водой. Можно надеяться, что (как я и думал) недели через 2 установится приличный колесный путь.

Мы оба -- жена и я, будем рады, если Вера Константиновна приехала бы к нам погостить. Вопрос о <пристройке к> старой усадьбе может быть решен осмотром на месте, лицом, которое стало бы в нем жить. В этом флигеле годны всего две комнаты, кроме кухни. Напасть в том, что каждая комната имеет отдельный вход со двора, являясь изолированными: строено, вероятно, для сварливых хозяев.

Итак, будем ждать вестей, а вместе с тем и приезда Веры Константиновны.

Маргарита шлет всем твоим сердечный привет. Крепко целую тебя и бью челом башне.

Любящий тебя Валериан Бородаевский.

P. S. Когда дороги установятся, пришлем телеграмму.


15.


9 октября 1913


Дорогой Вячеслав, только что приехал из Орла, где был по делам несколько дней и очень был обрадован твоим письмом.113 Еще раз большое спасибо за помощь для вторжения в "Русскую мысль". "Деревня" им видно больше потрафила, чем "Мистика". Жаль только, что "Икону" отставили (если не отсрочили на какое-либо будущее). От души радуюсь за Тебя, что ты сразу вошел в Москву, как свой (пожалуй, как недостающее звено некой цепи, говоря высоким стилем?)п* и даже со старыми друзьями (каков "трудный" Брюсов) ладишь. Очень будет приятно повидать Бальмонта, которого ни разу не встречал (у тебя, конечно, ведь я надеюсь осенью добраться до Москвы!) Братья мои съехались115 и мы завтра начнем решать судьбу нашей Кшени. Пока ничего не выяснено. Итак, "Скорпион" от новых стихов отвращается, видно, поэты набили ему оскомину. В Тиме116 еще однажды (2-й раз) <нрзб.> на выборы, где была снова, уже блистательная победа -- но и снова же жалоба и возможность новой кассации. Гордо говорю:

Здесь натиск пламенный, а там

Отпор суровый,

Пружин... гражданственности новой ("К вельможе").117

"Острота пик" хочу подвергнуть очистке и сортировке и тогда вышлю. Как только жизнь даст возможность, напишу еще что-нибудь, а сейчас охватила грубыми лапами и не дает вздохнуть свободно.

Сердечно целую тебя и ручку Вере Константиновне. Крестника лобызаю. Дамам кланяюсь.

Любящий тебя деревенский меланхолик, он же "мизо-поэт".

В. Бородаевский.


16.


5 октября 1915


Почтовое отд. Воскресенское,

Курской губ. Тимского уезда.


Дорогой Вячеслав,

давно мы с тобой не виделись, такова моя судьба -- на краткие дни вырываться из деревенских и земских объятий; быть в октябре в Питере и спешить домой на Земские собрания... Пришлось курьером проскочить через Москву.

Надеюсь в эту зиму еще повидаться с Тобой и о многом потолковать. С поэзией я еще не покончил, с антропософией также, -- однако и то и другое выкристаллизовывается во мне по-иному. Новых стихов у меня пока немного, но есть мечты о новом. Слыхал в Питере, что у тебя готова книга поэзии -- вдохновение этого лета.118 Очень хочется послушать. Сологуб читал мне интересные пьесы119 -- но твои для меня имеют особую, я бы сказал, интимно-заклинательную силу.

Охладел ли я к антропософии? Да, если понимать таковую, как особую международно-немецкую секту, нет -- если взять ее шире "в духе и в истине". Оккультизм индийский и средне-европейский, русская церковная мистика и многое другое в какой-то сокровенной глубине духа складываются в нечто новое и свое, от чего легко не откажешься; во всяком случае от такого отказа я дальше, чем когда бы то ни было.

Посылаю письмо Алексею Ник<олаевичу> Толстому,120 пожалуйста, передай ему и уговори ехать; знаю его "тяжелый подъем" и не особенно верю в его приезд, но был бы счастлив повидаться с ним и его лирической половиной.121 Адреса его не знаю и потому письмо шлю через твои руки.

Крепко тебя обнимаю и целую руки Веры Константиновны. Привет всей твоей семье! Каков-то мой крестник -- творит ли музыку? Маргарита сердечно кланяется.

Искренно любящий тебя

Валериан Бородаевский.


17.


б/д


Глубокоуважаемый Вячеслав Иванович, Будьте добры, не откажите передать моему посланному, в котором часу мне можно будет Вас посетить. Дела призвали меня в СПб, откуда, вероятно, придется проехать за границу. Искренне преданный Вам Валериан Бородаевский.


18.


Телеграммы:


7.03.1913


Grands remerciements impossible en famille viendrai plus tard. Borodaevski.122


<13.06.1913>


Venez attendons fixez heure arrive étions absents Borodaewski123 --


## Приложение 1.


M. M. Замятнина -- M. A. Бородаевской.124


24 июля 1910 г. Суббота.

Башня.


Дорогая Маргарита Андреевна,

письма Ваши, конечно, получены. Не писала Вам отчасти и потому, что мы все пока еще сидим в той же позиции, т. е. и Вяч<еслав> Ив<анович>, и Мих<аил> Ал<ексеевич>, и я на башне; только правда Юр<ий> Ник<андрович>125 съездил за это время в Бобровку126 (им<ение> Рачинских) и теперь, вернувшись, живет не у нас, а у зятя своего -- Каратыгина, и у нас только засидевшись ночует иногда, а приезжает к нам всегда к вечернему чаю, т. е. в первом часу ночи; сейчас же, конечно, все три поэта справляются о написанном багаже друг у друга, ну, и идет чтение стихов и пение глинкинск<их> и даргомыжск<инских> романсов (ведь Юр<ий> Ник<андрович> много поет). Последнее время, когда мы бываем одни втроем, то по вечерам, после музыки Мих<аила> Алекс<еевича> (играет он в большинстве случаев Бетховена или Моцарта) Вяч<еслав> Ив<анович> читает по-французски Шахерезаду.128

Днем Мих<аил> Ал<ексеевич> усиленно переводит Фьа-мету129 и пишет балет, а Вяч<еслав> Ив<анович> сидит с 4-х часов дня за примечаниями своими к Дионису. 13о Ночью Вяч<еслав> Ив<анович> <в> это время тоже пишет стихи. С 1-го июня он написал 40 стихов, так что образуется скоро целая книжечка; Все мы упрашиваем его и уговариваем издать отдельно эти стихи, а не присоединять к большой и без того его книге "Cor Ardens", кот<орая> не знаю когда выйдет осенью, т. к. за лето из Москвы не имеем об ней никакого слуху и корректур, меж тем, как все сдано Вяч<еславом> Ив<ановичем> в "Скорпион" еще в апреле.131

Не знаю ответила ли Вам Вера на ваше письмо, если Вы ей писали в Афины, и не знаю, получила ли даже она его, т. к. она уже не заезжала в Афины обратно, а проехала из Патраса прямо в Италию во Флоренцию уже вдвоем с Мейерхольдом;132 там Мейерхольд пробыл с нею дня три, четыре, а затем вернулся в деревню к своим, а Вера, пробыв еще одна во Флоренции дней 8, поехала к нашим друзьям Греневским, которые теперь живут на своей вилле в Ментоне и у них будет ждать Вячеслава. Таким образом, решив не возвращаться в Россию пока, Вера и не смогла к вам приехать. Своей поездкой Вера очень довольна.

Вячеслав Иванов думает уже теперь выехать из Петербурга приблизительно через неделю, т. е. или в самом конце июля, или в самом начале августа, только как наладится набор печатания его примечаний, корректуры уже будут ему посылаться за границу, в Рим, где он думает преимущественно поселиться на то время, пока будет за границей; но он должен будет вместе с Верой обязательно вернуться к 15 октября, т. к. оказалось, что это крайний срок, до которого его отпустили с Раевских курсов,133 а теперь он уже не вольная птица.

Таким образом, надо думать, что в августе башня до сентября опустеет, т.к. и Мих<аил> Ал<ексеевич> сбирается поехать на несколько недель к сестре в Окуловку,134 там после 15 авг<уста> предполагается свадьба Ауслендера.135 Я тоже куда-нибудь уеду недели на три, пока Лидии не надо будет возвращаться. Ей, Лидии, очень хорошо у Аничковых136 и они настаивают, чтобы она пробыла у них до конца лета, т.е. пока они не вернутся сами в сентябре. Я за нее очень счастлива, она там наслаждается настоящей русской деревней, пишет, как ездит верхом на мужском седле, возит на палках сено и т. д. Мы здесь за это время живем сравнительно очень не людно. Дня на два останавливался у нас Аничков, приезжал из Боровичей, иногда заходит обедать из "Аполлона" Евг. Ал. Зноска-Сборовский137 да изредка показывается на горизонте Еумилев, он теперь человек женатый и сидит больше дома.138 Хотя правда мечтает вместе с женой в недалеком будущем поехать не то морем во Владивосток, не то через Самарканд в Китай. Вчера он обедал и затем читал две песни своей лиро-эпической поэмы "Открытие Америки".139 Кроме перечисленных изредка забегает Ивойлов,140 да заходил наш большой друг Ельчанинов,141 давний член Религ<иозно>-Фил<ософского> Общ<ества>, москвич, только на лето он здесь.

Вяч. Ив. страшно торопится работать, чтобы смочь скорее поехать и потому с башни буквально совсем не спускается, ни разу не гулял. Я же за исключением зубн<ого> докт<ора>, у которого чинила зубы, для прогулки спускалась лишь раз, но зато чудно: на паровом моторе ездила с Тернавцевым142 в прошлое воскресенье на парусные гонки в море. Было замечательно, и красиво, и интересно, и морским воздухом старалась надышаться.

Что касается Мих<аила> Ал<ексеевича>, то он все же чаще гораздо выходит в мир. Два раза в неделю обязательно в "Аполлон", а затем иной раз или в Павловск к Сборовским, там три недели гостил Ауслендер у своей невесты, или в Царское к Гумилевым или наконец на Вас<ильевский> Остр<ов> к Судейкиным. Ал<ександра> Ник<олаевна> Чеботаревская в Мерекюле143 у Сологубов на Финском заливе. Кажется, добросовестный протокол посылаю Вам, Маргарита Андреевна, дорогая.

Мы здесь всей душой присоединяемся к Вашей печали, по поводу смерти отца Валериана Валериановича. Напишите, если удосужитесь, словечко, как теперь вам обоим живется.

Все-таки до рождества, надеюсь, что вы оба загляните к нам в Питер и мы повидаемся.

Когда будет карточка Павлика, пришлите крестному. Которая няня теперь у него? А что Дима, много ли раз удалось ему проскочить в кабинет к Валер<иану> Валер<иановичу>?

Крепко целую Вас. Сердечный привет Валериану Валериановичу.


М. Замятнина.


-----


65 Имение Петропавловка, расположенное неподалеку от родового поместья Бородаевских -- Кшени в Курской губернии, принадлежало супруге Бородаевского -- Маргарите Андреевне.

66 Бородаевский издал свою первую книгу стихов небольшим тиражом (100 нумерованных экземпляров), вероятно, на собственные средства: Бородаевский В. Страстные свечи. Стансы. СПб.: Печатное искусство, 1909. Критика как бы и не заметила первой книги Бородаевского, более того, в разделе "Книги того же автора", помещенном в составе сборника "Уединенный дол", первая книга не упомянута вовсе. Издание, осуществленное под началом Вяч. Иванова было тем же по составу, но с дополнениями и некоторыми перестановками: так, вереятно, по совету Вяч. Иванова Бородаевский объединил стихи в циклы, руководствуясь жанровым принципом; в сборник были добавлены новые стихотворения.

67 "В музее" ("Зародыши людей! Примите мой привет...") (Бородаевский В. Страстные свечи.С. 42).

68 Из перечисляемых далее в письме стихотворений в сб. "Стихотворения: Элегии, оды, идиллии" вошли следующие: "Колеса" ("Сон молнийный духовидца...") (ранее также в сб. "Страстные свечи"); "Возле елки" ("В шумной зале, где играя...").

69 Папюс (Papus; наст, имя: Gérard Encausse, 1865-1916) -- французский оккультист, гипнотизер, один из самых известных популяризаторов герметических доктрин, ред. журналов "Initiation" (1888-1910), "Le Voile d'Isis" (1890-1898) и др. В период 1901-1906 годов несколько раз приезжал в Россию, где был принят Николаем II.

70 Пеладан Жозефин (Josefin Peladan, 1859-1918) -- французский писатель, автор романов и многочисленных работ по оккультизму; участвовал в возрождении мистического общества розенкрейцеров "Rose-Croix"; автор философских работ о сущности искусства: "La dernière leèon de Léonard de Vinci" (1904), "Le secret des Troubadours (De Parsifal à Don Quichotte)" (1906); Автор труда "Происхождение и эстетика трагедии" (Origine et esthétique de la tragédie. Paris, 1905).

71 Речь идет о разделе "Идиллическое" в сб. "Страстные свечи", куда стихотворение "Возле елки" не было включено.

72 Опечатка не была исправлена, см.: "Я крался с ней по дремлющим покоям" (Бородаевский В. Стихотворения: Элегии, оды, идиллии. С. 59).

73 Замятнина Мария Михайловна (1865-1919) -- близкий друг семьи Вяч. Иванова. Бородаевский написал Замятниной несколько писем относительно издательских дел, связанных со сборником "Стихотворения", который поначалу, видимо, предполагалось назвать "Стансы": "Глубокоуважаемая Марья Михайловна! Будьте добры, не откажите сообщить мне, в каком положении находится издание моего сборника "Стансы", переданного мною 26 февраля Вячеславу Иванову" (РГБ. Ф. 109. Карт. 13. Ед. хр. 69. Л. 1).

74 Упоминаемое в письмах местечко Кшень -- не только железнодорожная станция, но и деревня Кшень, поблизости от которой находилось родовое поместье Бородаевских и река с таким же названием.

75 Среди писем Бородаевского текста указанного стихотворения не сохранилось.

76 К книге нет эпиграфа из Баратынского.

77 Тим -- уездный город Курской губернии.

78 В сб. "Стихотворения: Элегии, оды, идиллии" посвящено Вяч. Иванову (с. 34), тогда как в сб. "Страстные свечи" этого посвящения нет.

79 В контексте стихотворения "крепкий" -- метафорическое именование Христа:

Над пустынными полями видится

В облачках серебристая лествица.

До меня ли Любовь унизится? Ты ли,

Крепкий, грядешь из-за месяца?

80 О том же писал в своей рецензии Н. Гумилев: "К книге приложено предисловие Вячеслава Иванова, великолепное по стилю и образам и являющееся примером того, какой должна быть критика по Уайльду: углубляющей данный предмет и дающей ему очарованье, какого он, может быть, не имеет" (Гумилев Н. Письма о русской поэзии: С. Городецкий. Русь: Песни и думы. М., 1909. В. Бородаевский. Стихотворения: Элегии, оды, идиллии. СПб, 1909. Б. Садовской. Позднее утро: Стихотворения. М., 1909 // Аполлон. 1909. No 2 (нояб.). С. 22-23).

81 Бородаевский цитирует с пропусками из предисловия Вяч. Иванова к своей книге стихов: "В этом византийце духа, мнится, еще живет и ищет вновь сказаться поздним отступникам страшного предания весь золотой и багряный хмель ослепителей-деспотов и весь мироненавистнический фанатизм ересиархов-иконоборцев" (Бородаевский В. Стихотворения: Элегии, оды, идиллии. С. 6).

82 Стихотворение "Дуб", под заглавием "Багрянородному" ("Крем-левый дуб, один ты близ опушки...") и "Века" вошли в сб. Бородаевского "Уединенный дол" (цикл "На лоне родимой земли"). Чтение этого стихотворения на Башне упоминает Вяч. Иванов в своем дневнике.

83 Т.е. Кузмину -- его встречи с В. Бородаевским отмечены в дневниках за 1909-1911 годы (см. по указ. имен в кн.: Кузмин М.А. Дневник: 1908-1915).

84 Пушкин А. С. Паж или пятнадцатый год: ("Пятнадцать лет мне скоро минет...") // Пушкин A.C. Полн. собр. соч. М.; Л., 1948. Т. 3. Кн. 1. С. 234-235.

85 Письмо на открытке с видом Прилуцкого (Спасо-Прилуцкого) монастыря близ Вологды.

86 Вероятно, речь идет о Спасо-Преображенском соборе (1503) Спасо-Прилуцкого монастыря, в XIX веке этот монастырь считался оплотом православия на севере государства. По преданию, во фресковой росписи Собора принимал участие знаменитый мастер древнерусского иконописного письма Дионисий.

87 Вера Константиновна Шварсалон (1890-1920) -- падчерица Вяч. Иванова, дочь Л. Д. Зиновьевой-Аннибал от первого брака; третья жена поэта (с 1912).

88 Сюннерберг Константин Александрович (псевд.: Эрберг; 1871-- 1942) -- поэт, художественный критик; посетитель Башни, участник Поэтической Академии.

89 Иоганнес фон Гюнтер (1886-1973) -- немецкий поэт и переводчик, также частый гость Башни. По всей видимости, знакомство Бородаевского с Сюннербергом и Гюнтером восходит к их совместному участию в Поэтической Академии Вяч. Иванова в 1909 году.

90 Зимний сезон 1909-1910 годов Бородаевские провели в Москве.

91 Вероятно, речь идет о реферате, прочитанном 13 февраля 1910 года: Бердяев H.A. Утонченная Фиваида: Религиозная драма Гюисманса//Русская мысль. 1910. No 7. С. 113-131.

92 16 марта в Москве, в Религиозно-философском обществе памяти Владимира Соловьева, Вяч. Иванов читал доклад "Красота и христианство в связи с поэзией Новалиса".

93 Вероятно, речь идет о балете М. Кузмина "Выбор невесты" (либретто 1906-1907; музыка 1910), постановка Мейерхольда (об отзывах в прессе см.: Кузмин М. Дневник: 1908-1915. С. 662, 665).

94 Валериан Осипович Бородаевский скончался 1 июня 1910 года; работал инспектором Курской мужской гимназии; обучался в Московской консерватории по классу скрипки.

95 С 1910 по 1912 год Вяч. Иванов преподавал историю древнегреческой литературы на Высших женских курсах Н.П. Раева (Вольный женский университет).

96 См. ниже в примечаниях к письму М. М. Замятниной к М. А. Бородаевской от 24 июля 1910 года.

97 Послание Ю. Верховского к Бородаевскому нам неизвестно.

98 РГБ. Ф. 218. Карт. 1349. Ед. хр. 13.

99 Бородаевский около двух месяцев провел в Москве и Петербурге. Об одном из чтений его стихов С. Бобров сообщал Андрею Белому в письме 16 апреля 1911 года: "В прошлую среду в "Мусагете" Сергей Соловьев читал статью о Дельвиге. <...> Потом читали стихи. Вяч. Иванов (хорошие стихи, но немного холодные), Бородаевский (слабо), Эллис, Любовь Столица <...> " (Письма СП. Боброва к Андрею Белому: 1909-1912/Вступ. ст., публ., коммент. К.Ю. Постоутенко // Лица: Биогр. альманах. СПб., 1992. 1. С. 158).

100 Вяч. Иванов прочел доклад "О значении Вл. Соловьева в судьбах нашего религиозного сознания" (опубл. в кн.: О Вл. Соловьеве. Сборник первый.М.: Путь, 1911) 10 февраля 1911 года на открытом заседании Московского Религиозно-философского общества, посвященном 10-летию кончины B.C. Соловьева, заседание проходило в зале Политехнического музея. Отзывы слушателей на доклад Вяч. Иванова см.: Блок в неизданной переписке и дневниках современников // Литературное наследство. М., 1982. Т. 92: Александр Блок. Новые материалы и исследования. Кн. 3. С. 379-381. В.Ф. Эрн в письме к жене, Е. Д. Эрн, сообщал о вечере 13 февраля 1911 года: "11-го вечером, все собрались у Бердяевых. <...> Вечер удался на славу, с большим внутренним содержанием, с интересными разговорами, но без споров. Меня выбрали "председателем", и я заведовал чтением поэтов. Сначала читала Аделаида Казимировна Герцык, затем Бородаевский и, наконец, Вячеслав. <...> После того, как прочли Герцык и Бородаевский, пришла Маргарита Кирилловна (в первый раз) и очень быстро освоилась с нашим обществом. <...> Л<идия> Ю<дифовна> попросила, чтобы я как председатель еще раз устроил чтение стихов Герцык и Бородаевского, и они читали второй раз, чтобы слышала их и Маргарита Кирилловна. От второго чтения стихи еще выиграли" (Взыскующие града: хроника частной жизни русских религиозных философов. С. 341-342).

101 Кузмин написал стихотворение <В альбом М. А. Бородаевской> (9 марта 1910) (Кузмин М. А. Стихотворения; Из переписки / Сост., подгот. текста, примеч. H.A. Богомолова. М., 2006. С. 54).

102 Стихотворное послание Вяч. Иванова и Мих. Кузмина (совместное?) неизвестно. Скорее всего, Бородаевский откликнулся на "Мизопоэта" Вяч. Иванова, которое вошло в "Нежную Тайну"; следовательно, это стихотворение Вяч. Иванова можно датировать серединой апреля 1911 года (в собрании сочинений поэта оно воспроизведено без даты). В пользу того, что приводимое выше послание Бородаевского написано в ответ на "Мизопоэта", свидетельствует обыгрывание в письме "лилового стекла" (ср. у Вяч. Иванова: "Чтоб за стеклом лиловым, / В покое несогретом, / Предаться богословам / И ввериться аскетам...").

103 Летом 1911 года Вяч. Иванов с семьей находился на даче. Это устанавливается по справке почтового отделения, приложенной к письму Андрея Белого к Вяч. Иванову от августа 1911 года, где, в частности, указан точный адрес его местопребывания: "Справка "15" отдела "2" округа по Таврической улице в доме No 25 к. 24 по домовой книге: г. В. И. Иванов выб<ыл> 21/II ст. Вайвара П. ж. д. дер. Каннука дача Михеля Орга. Почтальон М. Камов. 19. VIII. 1911 г."

104 По сведениям А. Бурлешина, Кузмин не посещал Бородаевского в его имении. Пользуюсь случаем поблагодарить Алексея Бурлешина за помощь в разысканиях.

105 Бородаевский занимался изучением творчества К. Леонтьева. Ср. в дневнике М. Бородаевской: "На следующий год мы встретили у В. В. Розанова К. И. Чуковского, и между ними и мужем шел оживленный разговор о Константине Леонтьеве. Муж хотел выступить в Религиозно-философском обществе с докладом "Религиозная правда Леонтьева". Был доклад и вечер прений по докладу. А у нас рукописи почему-то не осталось <...> " (цит. по кн.: Бугров Ю.А. К уединенному долу. С. 26). См. примеч. 20.

106 Бородаевский печатался в студенческом журнале "Gaudeamus" вместе с В. Пястом, М. Волошиным, С. Городецким.

107 Вяч. Иванов в это время работал над статьей "Гете на рубеже двух столетий" (История западной литературы. (1800-1910). М., 1912. Т. 1. Кн. 1. С. 143-156).

108 Сводная рецензия Брюсова, в том числе на книгу Вяч. Иванова "Cor Ardens": Брюсов В. Новые сборники стихов // Русская мысль. 1911. No 7. Отд. III. С. 20-24; То же: Брюсов В. Среди стихов: 1894-1924: Манифесты; статьи; рецензии. М., 1990. С. 341-344.

109 Ср. в письме А. Белого к A.A. Блоку от конца августа -- начала сентября 1910 года: "Книгоиздательство "Мусагет" издает альманах стихов. Желательны из Петербурга ты, Иванов, Кузмин, Бородаевский и несколько других" (Андрей Белый и Александр Блок: Переписка: 1903-1919. М., 2001. С. 367).

110 В рецензии на стихотворения Бородаевского Брюсов писал: " <...> большинство молодых поэтов питает непобедимое пристрастие к стилю парнасцев <...>. Их стихи, нередко принимающие форму сонетов,-- большею частью риторические рассуждения о каком-нибудь "муже древности", по возможности о таком, существование которого мало кому известно и имя которого дает повод для интересной рифмы. Бесспорно, мастерства (не в дурном смысле слова) достиг в этом роде Валериан Бородаевский, у которого, напр., очень хорошо сделано стихотворение "Волы священные -- Иосиф, Варсонофий"" (Бакулин В. [Брюсов В.] [Рец. на кн.:] Будущее русской поэзии: Антология.М.: Мусагет, 1911 // Русская мысль. No 8. Отд. III. С. 15-18. То же: Брюсов В. Среди стихов.С. 351).

111 Письмо на открытке с видом Курска -- общий вид с железной дороги.

112 Судя по всему, Бородаевские были осведомлены о беременности Веры Шварсалон; вероятно, Вячеслав Иванов рассматривал как один из вариантов бегства из столицы поездку к Бородаевским; о том же свидетельствуют черновые недатированные наброски к письму Веры к Маргарите Бородаевской (письмо хранится в фонде Вяч. Иванова), написанное карандашом:

"Дорогая Маргарита Андреевна!

Благодарю вас сердечно за ваше приглашение, которым я позволю себе воспользоваться. Мне очень хочется поехать к Вам, если это действительно не будет для Вас <утомительно>. Относительно времени я бы хотела выехать поскорей, но так как у нас приятна январская погода и очаровательный санный путь и так как, по-видимому, то же делается и по всей России, мне как-то уж очень не верится в то, что хорошая дорога у вас установилась.

Поэтому я все-таки попрошу Вас послать мне телеграмму, как только дорога высохнет и не будет слишком тряска, и тогда я двинусь в путь, дав вам знать об этом, как Вы мне пишете" (Шварсалон В. К. Письма к M. A. Бородаевской [Черновые] // РГБ. Ф. 109. Карт. 37. Ед. хр. 11. Л. 3-3 об.).

113 Письмо Вяч. Иванова не сохранилось, в нем, скорее всего, сообщалось о том, как он с семьей устроился в Москве. Отъезд из Кшени состоялся в середине сентября; ср. письмо М. Бородаевской к Вяч. Иванову и В. Шварсалон от 24 сентября 1913 года: "Как вы доехали, дорогие мои, все время вспоминала вас? Напишите, как довезли малыша и как нашли своих. Крепко всех целую, куму привет сердечный. Карточки его с Кейхелем вышли отлично. Любящая МБ." (РГБ. Ф. 109. Карт. 13. Ед. 67. Л. 1). Письмо на почтовой открытке было отправлено по адресу: Москва, Зубовский бульв., д. 25, кв. 9.

114 Вяч. Иванов вернулся в Москву осенью 1913 года.

115 У Бородаевского было четыре брата: Владимир, Евгений, Григорий и Александр, первые три брата избрали себе военное поприще, о последнем ничего не известно. "Когда скончалась мать Валериана (4 июня 1912 г.), то на похороны собрались все четыре сына <...> Имение Кшень осталось без владельца <...> Землю предварительно разделили на четыре части, и в уездном городе Тим у нотариуса тянули жребий, кому какая часть достанется. Усадьба с домом досталась Валериану. Это соответствовало курской традиции: дом родителей должен принадлежать младшему" (Бугров Ю.А. К уединенному долу. С. 28-29).

116 См. примеч. 77. В Римском архиве Вяч. Иванова хранится автограф стихотворения "Дремать я ехал в тихий Тим..." (21 сентября 1913 года). К тексту автором сделано пояснение: "Достопамятный человеконенавистник афинский, о коем и в Шекспировских творениях, и в Мольеровых надобная ведомость легчайше находится. Тим -- уездный город Курской губ<ернии> к которому относилось имение Петропавловка. Вячеслав Иванович ездил туда с В. В. Бородаевским на Предвыборное дворянское собрание".

117 Из стихотворения A.C. Пушкина "К вельможе".

118 Вяч. Иванов готовил сборник стихотворений, который так и не вышел в России; довольно большая часть стихотворений позднее вошла в "Свет Вечерний".

119 Семья Бородаевских была дружна с семьей Ф. Сологуба, в Рукописном отделе Пушкинского дома (ф. 289) хранится переписка Сологуба с Бородаевским; в данном случае неясно, о каких пьесах идет речь.

120 С писателем Алексеем Николаевичем Толстым семья Бородаевских была дружна еще с 1906 года, когда они, проживая в Самаре, снимали квартиру в доме A.A. Бострома -- отчима А.Н. Толстого (Бугров Ю.А. К уединенному долу. С. 15-16) А.Н. Толстому посвящен раздел "Интимные лики" в сб. Бородаевского "Уединенный дол".

121 Крандиевская Наталья Васильевна (1888-1963), поэтесса, третья супруга А. Н. Толстого с 1914 по 1935 год.

122 "Тысяча извинений невозможно семьей приеду позже Бородаевский".

123 Телеграмма отправлена в Рим из Курска: "Приезжайте ждем уточните время прибытия мы отсутствовали Бородаевский" (во французском тексте имеются неточности, обусловленные телеграфным стилем. Должно быть: "Venez attendons fixez l'heure de l'arrivée étions absents Borodaewski").

124 Письмо -- машинописная копия O.A. Мочаловой (РГАЛИ.Ф. 273. Оп. 2. Ед. хр. 14. Л. 4-5). Ср. схожее по контексту перечисляемых событий письмо Замятниной к Вере Шварсалон от 20 июля 1910 года, опубликовано: Богомолов H.A. Из "башенной" жизни 1908-1910 годов // Башня, 2006. С. 48-49.

125 Верховский Юрий Никандрович (1878-1956), поэт, историк литературы. Вместе с Бородаевским принимал участие в заседаниях Поэтической Академии; так же, как и в случае с Бородаевским, Вяч. Иванов способствовал публикации его поэтического сборника в "Орах". О дружбе Вяч. Иванова и Ю. Верховского см.: Лавров А. В. Дружеские послания Вячеслава Иванова и Юрия Верховского // Иванов -- Петербург, 2003. С. 194-204. По некоторым сведениям Ю. Верховский навещал Бородаевского в Кшени в 1916 году.

126 Бобровка -- имение, принадлежавшее A.A. и А.Г. Рачинским, находилось в Ржевском уезде Тверской губернии, по Виндавской ж. д. Там часто гостили, например, Андрей Белый, A.C. Петровский. Об этой поездке упоминается в письме М.М. Замятниной к В.К. Шварсалон от 20 июля 1910 года (Кузмин М.А. Дневник: 1908-1915. С. 672).

127 Каратыгин Вячеслав Гаврилович (псевд.: Kap., Карт; 1875-1925), музыкальный критик, композитор, педагог, основатель "Вечеров современной музыки". Был женат на сестре Ю. Н. Верховского, художнице Лидии Никандровне Верховской (1882-1919). Ср. в письме М. Замятниной к В. К. Шварсалон от 20 июля: " <...> теперь он <Верховский> у Каратыгина, и у нас иногда ночует, приезжает около часу ночи прямо к чаю, попьет, почитает стихи" (Кузмин М.А. Дневник: 1908-1915. С. 673).

128 Ср. в "Дневнике" Кузмина запись от 11 июля: "Вечером Вяч<еслав> читал "1001 ночь"" (Кузмин М.А. Дневник: 1908-1915. С. 222-223, 670-671).

129 М. А. Кузмин переводил повесть Дж. Бокаччо "Фьяметта".

130 Вяч. Иванов длительное время готовил к отдельному изданию "Эллинскую религию страдающего бога", по-видимому, предполагая ее издать в "Мусагете" (по крайней мере, эта книга долгое время значилась в каталогах издательства), затем права на издание перешли к М. В. Сабашникову, но весь тираж сгорел в 1917 году (см. об этом: Иванов Вяч. Эллинская религия страдающего бога: Фрагменты верстки книги 1917 года, погибшей при пожаре в доме Сабашниковых в Москве / Публ. Н. В. Котрелева // Эсхил. Трагедии в переводе Вячеслава Иванова. М., 1989. С. 307-350).

131 Книга "Cor Ardens" вышла в 1911 году.

132 В. К. Шварсалон ездила в научную экспедицию по Греции с группой студентов, которой руководил Ф.Ф. Зелинский. Позднее к ним присоединился В. Э. Мейерхольд (См. Кузмин M. Дневник: 1908-1915. С. 670); ср. также материалы, относящиеся к данному сюжету: Богомолов H.A. Из "башенной" жизни 1908-1910 годов // Башня, 2006. С. 47-48. О поездке Мейерхольда в Грецию и в Италию в 1910 году см. подробней: Волков H Д. Мейерхольд. М.; Л., 1929. Т. II.C. 111-114. См. также заметку о поездке Мейерхольда в газете "Обозрение театров" (Кузмин М. Дневник: 1908-1915. С. 595); отчет В. Шварсалон, подписанный ее инициалами, о посещении театра во Флоренции был опубликован: В.Ш. Футуристические драмы на флорентийской сцене; "Arena Goldoni": театр Гордона Крэга во Флоренции // Аполлон. 1910. No 9 (июль/авг.). Отд. Хроника. С. 18-20.

133 См. примеч. 95.

134 Окуловка -- имение семьи сестры М. А. Кузмина -- Варвары Алексеевны (во втором браке -- Мошкова).

135 В 1910 году С. А. Ауслендер, племянник М. А. Кузмина, женился на актрисе Надежде Александровне Зноско-Боровской (сестра Е. А. Зноско-Боровского; см. примеч. 137).

136 Аничковы Евгений Васильевич (1866-1937) и Анна Митрофановна (1868-1935). К ним в имение Жданки, расположенное недалеко от Боровичей Новгородской губернии, ездила летом 1910 года отдыхать Л. В. Иванова.

137 М.М. Замятнина ошибается в написании фамилии; речь идет о Зноско-Боровском Евгении Александровиче (1884-1954) -- драматурге, беллетристе, художественном критике, шахматном обозревателе, секретаре журнала "Аполлон" (1909-1912).

138 Н.С. Гумилев обвенчался с A.A. Горенко (Ахматовой) в Киеве 25 апреля 1910 года.

139 Поэма Н.С. Гумилева "Открытие Америки" была опубликована в "Аполлоне", в No 12 за 1910 год.

140 Ивойлов Владимир Николаевич (псевд.В. Княжнин; 1883-1942) -- поэт, литературовед. В дневниковых записях от 8 и 9 июля 1910 года Кузмин упоминает посещения им Башни: "Ивойлов читал стихи, неплохие. <...> Утром Ивойлов переписывал у меня стихи и беседовал о русских городках. Оттаял как-то" (КузминМ.А. Дневник: 1908-1915. С. 222-223).

141 Ельчанинов Александр Викторович (1881-1934) -- публицист. Ср. в "Дневнике" Кузмина запись от 23 июля: "Пришел Ельчанинов, испугавшийся, когда я подарил ему рукопись, принадлежавшую его предку какому-то" (Кузмин М. Дневник: 1908-1915. С. 226).

142 Тернавцев Валентин Александрович (1866-1940) -- чиновник особых поручений при обер-прокуроре Священного Синода; действительный член Петербургского религиозно-философского общества. См. опубликованную часть письма М.М. Замятниной к В.К. Шварсалон о катании "на моторе" (Кузмин М. Дневник: 1908-1915. С. 674-675).

143 Местечко Меррекюль (Mereküla) располагалось в окрестностях оживленного Балтийского курорта Нарва-Йыэсуу (рус. назв. Усть-Нарва), бывш. Эстляндской губернии, который находится в нескольких часах езды от Санкт-Петербурга. Здесь в конце XIX -- начале XX века отдыхали известные русские писатели, художники и музыканты: И. Репин, И. Шишкин, П. Чайковский, Ф. Стравинский, Н. Лесков, И. Гончаров и др.