# Наследник Мак-Гулишей

Фрэнсис Брет-Гарт

The Heir of Mc Hulishes.

Текст издания: журнал "Вѣстникъ Иностранной Литературы", No 12, 1893.

НАСЛѢДНИКЪ МЭКЪ-ГУЛИШЕЙ.

Новый разсказъ Бретъ Гарта.

(Въ двухъ частяхъ).


## ЧАСТЬ I.


Консулъ Сѣверо-Американскихъ Соединенныхъ Штатовъ въ портовомъ городѣ Сентъ-Кентигернѣ, въ Шотландіи, сидѣлъ одинъ одинехонекъ въ обычномъ полумракѣ своего офиціальнаго помѣщенія. Однако, часы, выглядывавшіе съ темной стѣны на подобіе блѣдной луны въ туманѣ, показывали ровно полдень; но день былъ зимній, пасмурный и свѣтъ еле пробивался сквозь слои густого тумана. Насколько можно было разсмотрѣть при такомъ скудномъ освѣщеніи, комната представляла обычные признаки дѣловой конторы. Помимо ихъ по стѣнамъ виднѣлись еще кое-какіе предметы, какъ-то: "Морскіе уставы" и "Постановленія адмиралтейства" въ темныхъ переплетахъ, установленные на особой полкѣ; двѣ олеографіи съ изображеніемъ океанскихъ пароходовъ на всѣхъ парахъ, въ сильнѣйшемъ ракурсѣ и съ явной наклонностью побѣдить всѣ преграды. Далѣе висѣли въ рамкахъ гравированные портреты Линкольна и Уашингтона, смутные и призрачные, какъ и подобаетъ покойникамъ. Передъ окномъ, которое приходилось почти вровень съ тротуаромъ, то и дѣло проходили темные силуэты мужчинъ и женщинъ съ молитвенниками въ рукахъ и съ выраженіемъ глубокаго унынія на лицахъ: они казались порожденіемъ тумана, который тотчасъ же и поглощалъ ихъ обратно. Глядя на эту печальную процессію консулъ вдругъ вспомнилъ, что вѣдь и онъ грѣшенъ: день былъ воскресный и слѣдовательно ему вовсе не подобало сидѣть въ консульствѣ.

Но не успѣлъ онъ порядкомъ проникнуться сознаніемъ своего окаянства, какъ въ домѣ послышался звонокъ и вслѣдъ затѣмъ на лѣстницѣ раздалось шарканье ногъ. Свѣтъ отъ топившагося камина, очевидно, былъ замѣченъ съ улицы и послужилъ путеводною звѣздой для какого-нибудь матроса, можетъ быть даже и пьянаго, но во всякомъ случаѣ снабженнаго американскими документами.

Сообщивъ своей физіономіи приличную случаю строгость, консулъ поспѣшно вышелъ въ сѣни. Сидѣть у себя въ конторѣ въ воскресенье и ровно ничего не дѣлать еще ничего, но надо же показать, что въ такіе дни нельзя приходить по дѣлу.

Онъ отперъ дверь и въ нее тотчасъ же вошелъ человѣкъ среднихъ лѣтъ, который сопровождалъ и даже отчасти подталкивалъ впередъ другого, помоложе и болѣе робкаго. Ни тотъ, ни другой не были похожи на матросовъ, но судя по грязноватому платью далеко не моднаго фасона ихъ можно было принять за младшихъ шкиперовъ, отпущенныхъ погулять на берегъ. Войдя въ сѣни, они направились прямо въ контору и старшій мимоходомъ произнесъ только:-- Американскаго консула разыскиваемъ, здѣсь вѣдь консульство должно быть?

-- Да, консульство здѣсь,-- сказалъ хозяинъ этихъ мѣстъ очень сухо,-- и я самъ консулъ, но только...

-- Ладно, ладно!-- прервалъ его посѣтитель, спокойно проходя дальше и растворяя дверь конторы, въ которую онъ втащилъ за собою и товарища.

-- Ну, вотъ!-- продолжалъ онъ, указывая застѣнчивому юношѣ на стулъ и не обращая никакого вниманія на консула: -- Вотъ мы теперь въ родѣ какъ въ Америкѣ. Садитесь-ка! Мы здѣсь подъ американскимъ флагомъ и значитъ, что хотимъ, то и дѣлаемъ.

Тѣмъ не менѣе, оглянувшись вокругъ, онъ какъ будто нѣсколько разочаровался: очень возможно, что онъ ожидалъ встрѣтить тутъ другую обстановку, а можетъ быть и совсѣмъ иной климатъ.

-- Я полагаю,-- заговорилъ консулъ какъ можно мягче,-- что вы пожелали меня видѣть по какому нибудь важному и неотложному дѣлу; потому что, вѣроятно, вы знаете, что по воскресеньямъ обыкновенно консульское присутствіе закрыто. Я и самъ здѣсь сегодня совершенно случайно...

-- Такъ вы не здѣсь живете?-- спросилъ посѣтитель съ оттѣнкомъ неудовольствія въ голосѣ.

-- Нѣтъ.

-- Потому, значитъ, мы и флага не видали вчера, когда ходили разыскивать свое консульство! Насъ направили сюда, но я говорю Малькольму: нѣтъ, говорю, это не тутъ; иначе прежде всего намъ бросился-бы въ глаза полосатый флагъ со звѣздами. А вы, должно быть, флагъ-то держите на томъ домѣ, гдѣ сами проживаете?

Консулъ съ улыбкою объяснилъ, что и надъ своей квартирой тоже не распускаетъ флага, и что вообще эти національные значки выставляются въ консульствахъ только въ годовщину какихъ нибудь національныхъ торжествъ.

-- Стало быть, вы, хоть и консулъ, а не можете здѣсь дѣлать того, на что у насъ въ Штатахъ всякій негръ имѣетъ право? Вотъ до чего довели! Ну, однако, я не думалъ, чтобы вы-то, Джекъ, поддались имъ такъ скоро.

Услыхавъ, что его назвали по имени, консулъ быстро оглянулся на посѣтителя и пристально посмотрѣлъ ему въ лицо. Черезъ минуту безмолвнаго созерцанія онъ вдругъ вспомнилъ цѣлую картину: туманъ какъ будто внезапно разсѣялся и ему представилось, что онъ съ этимъ человѣкомъ стоитъ на склонѣ холма, на дальнемъ западѣ; на сто миль кругомъ сіяетъ ослѣпительное солнце, воздухъ сухъ и прозраченъ, а лазоревый сводъ неба осѣняетъ цѣлую треть материка, гдѣ въ теченіе шести мѣсяцевъ въ году стоитъ лѣтняя погода... Воспоминаніе промелькнуло какъ молнія и послѣ этого окружающая туманная атмосфера показалась ему еще гуще и мрачнѣе. Консулъ съ чувствомъ протянулъ руку посѣтителю.

-- Васъ-ли я вижу, Гарри Кестеръ!-- сказалъ онъ съ короткимъ смѣхомъ, перешедшимъ въ легкій вздохъ.-- Я было не узналъ васъ сначала, въ этой полутьмѣ.

И консулъ съ любопытствомъ обернулся на другого, робкаго гостя, ожидая, повидимому, признать въ немъ еще одного пріятеля.

-- А я васъ сразу призналъ,-- сказалъ Кестеръ,-- хотя мы не видались съ тѣхъ самыхъ поръ, какъ мы съ вами вмѣстѣ работали на Скоттовомъ поселкѣ. Это было уже десять лѣтъ назадъ. А, вы на него смотрите!-- продолжалъ онъ, замѣтивъ, куда направляются взгляды консула.-- Объ немъ-то я и пришелъ потолковать съ вами. Это, видите-ли, Мэкъ-Гулишъ, настоящій, заправскій Мэкъ-Гулишъ!

Онъ пріостановился, чтобы посмотрѣть, каковъ будетъ эффектъ такого заявленія. Но имя Мэкъ-Гулиша, повидимому, нисколько не взволновало консула, который сталъ лишь пристальнѣе приглядываться въ молодому человѣку, въ ожиданіи дальнѣйшихъ разъясненій.

Юноша былъ на видъ лѣтъ двадцати, съ очень бѣлой кожей, блѣдными глазами красновато-каряго оттѣнка, съ темно-рыжими волосами и овальнымъ лицомъ, бѣлымъ и розовымъ, какъ у восковой куклы; особенность этого лица состояла въ томъ, что нижняя челюсть вдругъ сильно съуживалась и подбородокъ отступалъ назадъ.

-- Н-да,-- продолжалъ Кестеръ,-- я-бы долженъ сказать, по настоящему, что онъ единственный Мэкъ-Гулишъ. Онъ прямой наслѣдникъ, да еще царской крови: онъ изъ тѣхъ Мэкъ-Гулишей, которыхъ одного имени было достаточно въ былыя времена, чтобы поднять цѣлую кучу народу и обагрить кровью цѣлый городъ. Да, боевой народъ были въ старину эти Мэвъ-Гулиши, что и говорить. Небось, никакихъ прокламацій, ни военной музыки у нихъ въ то время неводилось, но стоило только кличъ кликнуть -- и мигомъ вокругъ него собирались молодцы. Они для него готовы были поставить ребромъ послѣдній доллеръ, отдать послѣдній зарядъ пороху... вотъ только пороху-то, въ то время, пожалуй еще у нихъ не водилось. Такъ вотъ какіе были порядки у этихъ Мэкъ-Гулишей. А Малькольмъ -- послѣдній представитель ихъ рода, и лицомъ вышелъ точь въ точь въ своихъ родичей.

Какъ ни смѣшна была эта выходка, консулъ не могъ отдѣлаться отъ смутнаго сознанія, что наружность молодого человѣка ему знакома и онъ дѣйствительно уже не разъ видалъ ее въ разное время на различныхъ историческихъ картинахъ. То было лицо самодовольнаго, бездарнаго и малодушнаго фата, изъ-за котораго гибло множество сильныхъ, даровитыхъ и благородныхъ натуръ, добровольно связавшихъ съ нимъ свою судьбу и раздѣлявшихъ его безсмысленную участь; лицо человѣка слабаго, которому мужество и красота не только собою жертвовали всецѣло, но вовлекали въ свою погибель и многое множество другихъ, менѣе цѣнныхъ силъ и добродѣтелей.

Сознавая въ душѣ, какъ все это плохо вяжется съ унылой процессіей благочестивыхъ шотландцевъ, тянувшейся мимо оконъ ради соблюденія субботняго дня, и съ повитыми туманомъ "Морскими уставами", чинно стоявшими на полкѣ, консулъ постарался улыбнуться какъ можно любезнѣе и сказалъ:

-- Но едва-ли нашъ юный другъ захочетъ теперь испытать чарующую силу своего имени въ здѣшней сторонѣ: времена-то ужь не тѣ!

-- Пожалуй, что и такъ,-- снисходительно замѣтилъ Кестеръ.-- А впрочемъ, дружище, между нами сказать, мало-ли какіе могутъ выпадать случаи въ этихъ монархическихъ государствахъ! У насъ за моремъ, конечно, другое дѣло. Но вотъ Малькольмъ затѣмъ и пріѣхалъ, чтобы вступить во владѣніе титуломъ и помѣстьемъ, которые ему слѣдуетъ получить по наслѣдству.

Физіономія консула вытянулась. Увы! опять та же старая, знакомая исторія; безконечныя повторенія и варіаціи на эту тему извѣстны ему чуть-ли не съ дѣтства и надоѣли еще тамъ, на далекой родинѣ. Онъ вспомнилъ, какъ одинъ разъ, въ дикой глуши рудокопнаго поселка, одинъ изъ товарищей сказалъ ему, указывая на другого:-- Еслибы добиться истинной-то правды, вотъ этотъ человѣкъ сидѣлъ бы теперь въ пурпуровой мантіи по правую руку отъ англійской королевы!

А все дѣло было въ томъ, что джентльменъ, которому сулили столь блистательную судьбу, былъ дѣйствительно очень похожъ лицомъ на членовъ царствующей ганноверской фамиліи, но переносилъ это обстоятельство съ замѣчательной твердостью и терпѣніемъ, чѣмъ и приводилъ въ изумленіе сотоварищей. Но главное -- въ качествѣ офиціальнаго лица консулъ испыталъ не мало передрягъ съ подобными претендентами. По временамъ ему казалось, что добрая половина земельныхъ имуществъ и громкихъ титуловъ англійской знати по праву должна перейти въ руки различныхъ оборванцевъ изъ республиканской Америки, которые почему-то до тѣхъ поръ воздерживались отъ предъявленія своихъ правъ; выходило такъ, какъ будто британскіе дворяне, вступая во владѣніе своими помѣстьями и титулами, первымъ дѣломъ поспѣшали спровадить въ Америку всѣхъ своихъ ближайшихъ родственниковъ, а потомъ старались позабыть объ ихъ существованіи. Сколько разъ ему приходилось терпѣливо выслушивать претензіи на болѣе или менѣе высокія положенія въ обществѣ: эти претензіи излагались передъ нимъ на всѣ лады, и въ видѣ сложныхъ, замысловатыхъ комбинацій, и въ трогательной простотѣ; претенденты относились къ своему дѣлу большею частію живо и весело, случалось, что и отказывались отъ него съ тѣмъ-же веселымъ духомъ; но въ большинствѣ случаевъ дѣло кончалось тѣмъ, что консулъ снабжалъ своего кліента нѣкоторымъ количествомъ доллеровъ и такимъ образомъ давалъ возможность наслѣднику милліоннаго состоянія переплыть обратно океанъ на палубѣ какого нибудь каботажнаго судна и возвратиться въ свое демократическое убѣжище. Бывали и болѣе честолюбивые -- или менѣе искренніе -- экземпляры, которыхъ иначе не удавалось успокоить, какъ давъ имъ рекомендательное письмо въ Лондонъ, въ департаментъ герольдіи; но за то этимъ письмомъ они обыкновенно удовлетворялись вполнѣ и отправлялись въ столицу, гдѣ послѣ многихъ хлопотъ и мытарствъ уплачивали какія-то пошлины и налоги и за то имѣли удовольствіе возвращаться къ себѣ въ Бостонъ или въ Нью-Іоркъ съ запасомъ кое-какой рухляди, которую предки ихъ забыли захватить съ собою, въ Новый Свѣтъ, либо не захотѣли обременять себя лишнимъ хламомъ, въ своемъ стремленіи какъ можно скорѣе стать гражданами республики.

Какъ бы то ни было, все это было довольно однообразно и успѣло порядкомъ надоѣсть консулу; притомъ ему казалось особенно досаднымъ, что такую обузу взваливаетъ на него хорошій пріятель, который могъ бы понять всю нелѣпость этого предпріятія.

-- Вы, безъ сомнѣнія, обращались уже за совѣтомъ къ какому нибудь адвокату тамъ, на родинѣ?-- сказалъ консулъ, подавляя вздохъ,-- да и здѣсь, знаете, прежде всего вамъ придется посовѣтоваться съ лицами, которые были бы знакомы съ шотландскими судебными порядками. Но, можетъ бытъ, вы уже все это продѣлали?

-- Н-нѣтъ,-- отвѣчалъ Кестеръ весело.-- Да чего, вѣдь еще двухъ мѣсяцевъ не прошло съ тѣхъ поръ, какъ я въ первый разъ увидѣлъ Малькольма. Нечаянно и попалъ-то къ нему на ферму близь городка Менъ-Корнльвиля, въ Кентукки. А онъ и его предки живутъ на этой фермѣ ужь чуть ли не сто лѣтъ. Сто лѣтъ, шутка сказать! Вѣдь это значитъ съ тѣхъ самыхъ поръ, какъ они переселились въ Америку. Мы разговорились на этотъ счетъ, показалъ онъ мнѣ старинную фамильную Библію, вотъ такую же большущую, да и такую же ветхую, какъ эта,-- при этихъ словахъ Кестеръ приподнялъ со стола изрядно-подержанную консульскую Библію,-- я самъ видѣлъ въ ней всѣ записи и прочее; ну и свою исторію онъ мнѣ разсказалъ подробно; вотъ мы и пріѣхали.

-- А съ законниками вы такъ и не совѣтовались?-- спросилъ консулъ въ испугѣ.

-- Мэкъ-Гулишъ никогда не имѣлъ дѣлъ съ законами!-- раздался вдругъ неожиданно тонкій, почти женскій голосъ:-- На скалистыхъ вершинахъ Гленъ-Крэнви водружалъ онъ знамя своихъ предковъ, либо съ зубчатыхъ стѣнъ замка Крэгидуррахъ подымалъ воинственный кличъ: Гулишъ ду, айро! И весь кланъ сбѣгался на его голосъ, потрясая воздухъ своими криками. Вотъ какъ это дѣлалось въ прежнія времена. И молодцы собирались вокругъ него и стояли за него грудью!

Застѣнчивый молодой человѣкъ не то произнесъ, не то продекламировалъ эту рѣчь съ такимъ серьезнымъ восторгомъ, что даже заключительныя слова въ его устахъ не отзывались пошлостью.

-- Н-да, вотъ значитъ какъ у нихъ дѣла-то дѣлались,-- сказалъ Кестеръ, откидываясь на спинку стула и одобрительно глядя на юношу.-- И я ужь право не знаю, не лучше-ли будетъ и теперь устроить что нибудь въ этомъ родѣ?

Консулъ безнадежно таращилъ глаза то на одного, то на другого. Ему всегда казалось вѣроятнымъ, что подобная манія можетъ переходить въ настоящее умопомѣшательство, и касательно молодого человѣка онъ уже не сомнѣвался, что мозги у него не въ порядкѣ. Но какъ объяснить странную фантазію и ни съ чѣмъ несообразный проектъ старшаго изъ собесѣдниковъ? Консулъ очень хорошо помнилъ, что Гарри Кестеръ былъ всегда человѣкъ практическій, здравомыслящій рудокопъ, которому нѣкоторая наклонность къ рискованнымъ приключеніямъ золотопромышленника не помѣшала составить себѣ значительное состояніе, благодаря хладнокровію, расчетливости и умѣнью пользоваться благопріятными случайностями. И все таки этотъ человѣкъ, очевидно, подпалъ вліянію своего сумасброднаго товарища и вѣритъ его бреднямъ, хоть и кажется все такимъ же разсудительнымъ и спокойнымъ увальнемъ, какъ и прежде.

-- И вы дѣйствительно оба переплывали океанъ,-- заговорилъ консулъ сдержаннымъ голосомъ,-- и явились сюда съ одной фамильной Библіей въ рукахъ, да съ нѣсколькими устными преданіями, и разсчитываете пробудить этимъ какой-то феодальный энтузіазмъ, котораго, можетъ быть, никогда и не бывало нигдѣ, исключая романовъ; и такими-то средствами вы намѣрены добиться правъ на помѣстья, давнымъ давно утвержденныя закономъ за другими лицами, и вѣроятно даже по закону неподлежащія отчужденію... Да нѣтъ, не можетъ быть. Я не такъ понялъ. Вѣроятно, вы совсѣмъ не то хотѣли сказать?

-- Да нѣтъ-же, то самое,-- сказалъ Кестеръ, лѣниво кивая головою.-- Только не совсѣмъ такъ, какъ вы излагаете. Напримѣръ, вы думаете, что только мы двое этимъ заинтересованы? А нѣтъ, дружище, насъ цѣлый синдикатъ.

-- Синдикатъ?-- повторилъ консулъ.

-- Какъ-же,-- продолжалъ Кестеръ,-- въ составъ его вошла половина парней съ Орлинаго поселка, да еще двое сосѣдей Малькольма, тоже фермеровъ въ Кентукки; все шотландцы, такой-же, какъ и онъ, чистой породы. Вы вѣдь знаете, что округъ Мекъ-Коркль сплошь населенъ старинными выходцами изъ Шотландіи; они и по сю пору пресвитеріянцы, всѣ до одного. Къ слову сказать, и тѣ молодцы, что съ Орлинаго поселка вошли въ синдикатъ, тоже шотландскаго происхожденія... отчасти, по крайней мѣрѣ. Да и я чуть-ли тоже не шотландской породы... Или ирландской?-- прибавилъ онъ задумчиво.-- Такъ что, видите-ли, насчетъ мѣстнаго духа вы можете быть спокойны. Кому же и понимать шотландскій духъ, какъ не шотландцамъ-же?

-- Позвольте узнать, -- сказалъ консулъ, все еще усиливаясь держать себя прилично,-- что вы теперь намѣрены предпринять?

-- Мы-то?-- молвилъ Кестеръ, опять разваливаясь на стулѣ.-- А вотъ посмотримъ. Помните, какъ мы съ вами обработывали мексиканскіе-то участки у Сѣверной развилины? Еще тогда эти чумазые вздумали себѣ присвоить все рѣчное побережье, потому что въ верховьяхъ нашли золотоносную жилу. А мы тогда выбрали ясную лунную ночку, отправились тихимъ манеромъ, повытащили всѣ ихъ пограничные знаки, да и поставили свои собственные. Помнится, и вы тогда были съ нами въ компаніи.

-- Такъ вѣдь то было у насъ на родинѣ,-- подхватилъ консулъ внезапно оживляясь,-- и все таки было довольно опрометчиво сдѣлано, хоть и происходило въ такихъ глухихъ мѣстахъ, гдѣ еще никакой цивилизаціи не было. Но вы, я надѣюсь, понимаете, что было-бы чистымъ безуміемъ затѣвать что-либо подобное здѣсь!

-- Вотъ невидаль!-- протянулъ Кестеръеще лѣнивѣе.-- Вы хотите, чтобы все дѣлать по конституціонному? А помните времечко, когда намъ съ вами не понравились порядки, установленные въ Пуэбло, и мы пошли да и основали свой городъ -- Эврику, согнали туда мексиканцевъ, да кое-кого изъ рудокоповъ, заставили ихъ тотчасъ избрать городского голову и старшинъ, повернули городъ вдоль залива Хуаниты, да и ну отгораживать по берегу отдѣльные участки на продажу? Вы тогда, помнится, были у насъ дѣлопроизводителемъ. А теперь, кто-же мѣшаетъ напримѣръ Дику, Мекъ Грегору и Джою Гамильтону (они оба въ настоящее время въ Египтѣ, по Нилу плаваютъ), кто имъ мѣшаетъ, говорю, явиться сюда и проводить Малькольма въ замокъ его предковъ? Или, напримѣръ, почему-бы Уоллесу и Бэрду, которые отправились посмотрѣть итальянскія озера, не заѣхать сюда на пути домой; а Уатсонъ, Муръ, Тимли тоже могли-бы изъ Парижа прикатить сюда, присоединиться къ нашимъ молодцамъ и помочь Малькольму водвориться на старомъ пепелищѣ, да еще кутнуть хорошенько на новосельѣ! Да наконецъ и весь синдикатъ въ полномъ составѣ могъ-бы собраться на островкѣ Кельпи -- тамъ, у западныхъ береговъ -- на могилахъ Малькольмовыхъ праотцевъ и тамъ окончательно обдѣлать дѣла со всѣмъ кланомъ?

-- Въ такомъ случаѣ напрасно вы мнѣ все это сказали,-- возразилъ консулъ, сохраняя серьезный видъ, но смутно чувствуя, что это можетъ быть ошибка съ его стороны.-- Если я, въ качествѣ стараго друга, не съумѣлъ заставить васъ отказаться отъ такого безразсуднаго предпріятія, то въ качествѣ американскаго консула на мнѣ лежитъ обязанность немедленно предупредить объ этомъ нашего посланника и, можетъ быть, даже дать знать мѣстнымъ властямъ. И будьте увѣрены, что такъ именно я и поступлю.

Но, къ удивленію, Кестеръ вдругъ подался впередъ съ самымъ довольнымъ видомъ и горячо пожалъ ему руку.

-- Еще-бы, старый дружище! Я вѣдь на это разсчитывалъ. Я даже напередъ предсказывалъ Малькольму, какъ вы станете дѣйствовать. Вамъ иначе и нельзя поступить, само-собой разумѣется. А съ нашей-то стороны было-бы опять-таки довольно низко, если-бы мы васъ совсѣмъ обошли: надо-же и вамъ въ нашей игрѣ сыграть свою партію. Потому что, видите-ли, когда вы подымете всю эту кутерьму и предупредите всѣхъ кого слѣдуетъ, кланъ-то и узнаетъ, въ чемъ дѣло, и зашевелится. А для насъ это лучше чѣмъ афиши разсылать.

-- Ну, не слишкомъ надѣйтесь на это средство!-- сказалъ консулъ съ нервнымъ смѣхомъ.-- Впрочемъ, авось дѣло не дойдетъ до такихъ печальныхъ крайностей! Лучше приходите-ка ко мнѣ обѣдать, оба вмѣстѣ, и мы съ вами обсудимъ тогда единственный пунктъ, достойный обсужденія въ вашемъ предпріятіи, а именно -- насколько законны ваши претензіи. Тогда и разскажете мнѣ всю исторію, потому что, по правдѣ говоря, я вѣдь ровно ничего еще не знаю.

-- Жалко, Джекъ, но вамъ никакъ нельзя этого сдѣлать,-- сказалъ Кестеръ, въ первый разъ заговорившій серьезно.-- Мы, видите-ли, напередъ рѣшили въ другой разъ къ вамъ не заходить. Мы не хотимъ васъ компрометировать.

-- Ну, это ужь мое дѣло,-- возразилъ консулъ сухо, но вдругъ, совершенно мѣняя тонъ, онъ схватилъ Кестера за руки обѣими руками и сказалъ очень задушевно:-- Вотъ что, Гарри, я все еще не хочу вѣрить, что ваша затѣя серьезна, но объ одномъ буду просить васъ настоятельно: обѣщайте мнѣ, что больше не сдѣлаете ни одного шага, не спросясь совѣта у законниковъ. Сейчасъ я дамъ вамъ рекомендательное письмо къ одному моему пріятелю, чрезвычайно свѣдущему по части законовъ: онъ человѣкъ практическій, дѣловой, и притомъ самый настоящій шотландецъ, не менѣе типическій, чѣмъ тѣ, о которыхъ вы упоминали. Изложите ему дѣловую сторону вашего предпріятія, только дѣловую, пожалуйста!.. И, если я не ошибаюсь, онъ дастъ вамъ такой отвѣтъ, изъ котораго вы ясно увидите, какое безуміе надѣяться на благопріятный исходъ дѣла, основываясь на какихъ-то тамъ историческихъ преданіяхъ или на чувствѣ партійной солидарности.

Не дожидаясь возраженій, консулъ поспѣшно сѣлъ къ письменному столу и написалъ нѣсколько строкъ къ одному изъ своихъ пріятелей, мѣстному магнату. Когда онъ передалъ готовое письмо Кестеру, этотъ взглянулъ на адресъ и, показывая конвертъ своему юному товарищу, спросилъ:

-- Та же самая фамилія, кажется?

-- Та самая,-- отвѣтилъ мистеръ Мэкъ-Гулишь.

-- Вы съ нимъ знакомы?-- спросилъ консулъ, очевидно, удивленный.

-- Нѣтъ, не мы; а одинъ изъ парней съ Орлинаго поселка съ нимъ пріятель. Такъ что, во всякомъ случаѣ, мы бы съ нимъ повидались. Но я пожалуй согласенъ съ вами, что лучше ничего не предпринимать, покуда не переговоримъ съ нимъ. Такъ и сдѣлаемъ. Ну прощайте, дружище. Всего хорошаго!

Посѣтители пожали руку консулу и ушли. Консулъ стоялъ у окна и долго смотрѣлъ имъ вслѣдъ; но они вскорѣ потонули въ туманѣ, какъ настоящія тѣни прошлаго.


* * *


На другое утро туманъ превратился въ очень осязательный, частый дождикъ, который принялъ почти горизонтальное направленіе, а потому ухитрялся падать не только поверхъ зонтиковъ, но промачивалъ ихъ и сбоку, и снизу, такъ что злополучные пѣшеходы, бѣжавшіе мимо оконъ консульства, пытались держать свои зонтики во всевозможныхъ направленіяхъ. Въ дверь постучались и вошелъ клеркъ.

-- Сэръ Джемсъ Мекъ-Фэнъ желаетъ васъ видѣть. Можете-ли вы его принять?

Консулъ кивнулъ головой и сказалъ: -- Просите его сюда.

Это былъ тотъ самый магнатъ, къ которому онъ писалъ наканунѣ: человѣкъ талантливый и ученый, отчасти даже педантъ, натура крупная, но очень осторожная и дальновидная; пріятный собесѣдникъ, снисходительный и любезный въ обществѣ, но не поддававшійся никакимъ вліяніямъ и чуждый всякихъ чувствительныхъ усложненій. Консулъ встрѣчался съ нимъ въ самыхъ разнообразныхъ кругахъ и зналъ, что въ разныхъ правленіяхъ и комитетахъ онъ всегда отличался здравомысліемъ и твердостью, на митингахъ политическаго характера произносилъ самыя убѣдительныя и строго-логическія рѣчи; въ церкви держалъ себя серьезно и пристойно, а на публичныхъ обѣдахъ бывалъ веселъ и шутливъ и даже, нѣсколько попозже вечеромъ, не прочь былъ кутнуть съ пріятелями и предаваться нѣкоторымъ лирическимъ изліяніямъ. Случилось, что однажды, поздно вечеромъ, они вмѣстѣ возвращались домой съ такой попойки и при этомъ дѣлали нѣсколько преувеличенныя усилія къ тому, чтобы совершенно твердо держаться на ногахъ. И все таки, когда Мекъ-Фэнъ скрылся наконецъ за весьма почтенной дверью своего благоприличнаго жилища, консулъ ни минуты не сомнѣвался въ томъ, что на слѣдующее утро изъ той-же двери выйдетъ искусный практикъ и вполнѣ порядочный человѣкъ.

-- Ну и денекъ нынче выпалъ,-- сказалъ сэръ Джемсъ, методично снимая перчатки.-- Въ такую погоду не манитъ разгуливать по улицамъ.

-- Вы, конечно, получили мое рекомендательное письмо?-- сказалъ консулъ, когда они достаточно наговорились о погодѣ.

-- О, какъ-же.

-- И видѣлись съ этимъ джентльменомъ?

-- Да.

-- И какое-же ваше мнѣніе касательно его претензій?

-- Славный мальчикъ, этотъ Малькольмъ; очень симпатичный типъ,-- сказалъ сэръ Джемсъ, неожиданно впадая въ конфиденціально-восторженный тонъ.-- Вѣроятно, и вамъ тоже онъ очень понравился? Да, удивительно какъ долго сохраняются эти родовыя черты въ семьяхъ, выселяющихся за предѣлы своей родины. Странная, должно быть, тоже и ваша страна, служащая такъ сказать разсадникомъ однородныхъ типовъ, и благопріятствующая сохраненію не только индивидуальныхъ чертъ, присущихъ роду, но также и старинныхъ вѣрованій; въ теченіе столькихъ лѣтъ они не мѣняли вѣроисповѣданія; да и прежнія повѣрья уцѣлѣли, и все это иногда такъ удивительно жизненно! Да... А этотъ Штатъ Кентукки, гдѣ у него помѣстье, вѣдь какая это богатѣйшая область! Да, чрезвычайно интересны и поучительны для меня его разсказы о мѣстности, которую они называютъ "Синія травы", и о томъ, какое тамъ у нихъ замѣчательное скотоводство. Словомъ, я вамъ очень благодаренъ, другъ мой, за вечеръ, проведенный не только пріятно, но и съ пользой.

-- А о своихъ претензіяхъ развѣ онъ съ вами не говорилъ?

-- Какже, какже. А этотъ Кестеръ, тоже: какая широкая натура, и презабавный собесѣдникъ! Вы съ нимъ, оказывается, закадычные друзья? Онъ мнѣ поразсказалъ таки довольно удивительныя вещи о томъ, что вы оба тамъ продѣлывали въ прежнія времена. Да, сэръ, признаюсь, не ожидалъ я услышать такихъ штукъ насчетъ многоуважаемаго американскаго консула въ Сентъ-Кентигернѣ!-- И откинувшись на спинку своего кресла, сэръ Джемсъ съ улыбкою посмотрѣлъ на офиціальнаго представителя Соединенныхъ Штатовъ.

Консулу показалось, что онъ начинаетъ понимать смыслъ этой уловки.

-- Такъ вы, значитъ, считаете претензіи мистера Мэкъ Гулиша пустяшными?-- сказалъ онъ.

-- Я этого не говорю.

-- Но въ самомъ дѣлѣ, неужели вы полагаете, что стоитъ серьезно относиться къ претензіи, основанной на фамильной Библіи и на фамильномъ сходствѣ?

-- И этого я не говорилъ, дружокъ мой.

-- Вирлемъ, можетъ быть, съ вами онъ былъ болѣе откровененъ, чѣмъ со мной; или же вамъ самимъ извѣстны какіе нибудь факты, подтверждающіе справедливость его притязаній.

-- Нѣтъ.

Очевидно, гость не былъ расположенъ въ сообщительности. Но консулъ изъ всего слышаннаго вывелъ заключеніе, что теперь можно со спокойною совѣстью оставить это дѣло въ его рукахъ: съ своей стороны онъ ему высказалъ свои воззрѣнія. Однако онъ рѣшился вести дѣло начистоту.

-- Я не знаю,-- началъ консулъ,-- говорилъ-ли вамъ юный Мэкъ-Гулишъ о томъ, что онъ сильно разсчитываетъ произвесть особый эффектъ, появившись лично среди арендаторовъ, и даже кажется надѣется доказать свои права, возбудивъ энтузіазмъ въ кланѣ. Мнѣ показалось, что у него обо всемъ этомъ какія-то преувеличенныя представленія; онъ просто, должно быть, нахваталъ ихъ изъ какихъ нибудь романовъ, въ родѣ того, какъ донъ-Кихотъ, начитавшійся книгъ о рыцарствѣ. Онъ, повидимому, вѣритъ въ существованіе феодальныхъ инстинктовъ, въ преданность клановъ, въ возможность какихъ-то горныхъ возстаній на феодальный ладъ. Себя самого онъ считаетъ, кажется, чѣмъ-то въ родѣ мѣстнаго принца Чарли, и по моему онъ ей-Богу такой-же сумасшедшій какъ и тотъ.

-- А почему бы ему не вѣрить въ свое родное, прирожденное?-- воскликнулъ сэръ Джемсъ, внезапно повышая голосъ и отъ плавной, осторожной рѣчи переходѣ въ самый вольный и горячій тонъ.-- Мэкъ-Гулиши стояли во главѣ клана-то еще до открытія Америки! А сколько разъ они до тѣхъ поръ успѣли побывать за рубежемъ, знаете-ли вы это? Если кровное родство и преданность роду что нибудь значутъ на свѣтѣ, странно было-бы, еслибы онъ не нашелъ отклика! И я вамъ откровенно скажу, другъ мой, у насъ въ горной Шотландіи много есть такого, чего не снилось вашимъ романистамъ, не исключая даже и Вальтера Скотта... Ну, да онъ, впрочемъ, былъ горожанинъ, родомъ изъ Эдинбурга, такъ гдѣ-же ему... Вы не погнѣвайтесь на меня за это, но мы съ вами никогда не сговоримся на счетъ принца Чарли. Когда нибудь я вамъ могу поразсказать на счетъ этого милаго юноши гораздо больше и толковѣе того, что вы найдете у пристрастныхъ историковъ. А до тѣхъ поръ, другъ мой, совѣтую вамъ въ разговорахъ съ шотландцами воздерживаться отъ такихъ словъ и не обнаруживать вашихъ южныхъ предразсудковъ.

Такой взрывъ энтузіазма со стороны осмотрительнаго и обычно сдержаннаго сановника чрезвычайно изумилъ консула и показался ему довольно забавнымъ; однако, онъ рѣшился не поддерживать разговора въ этомъ направленіи и снова перевести его на дѣловую почву.

-- Мнѣ будетъ очень пріятно какъ можно точнѣе познакомиться съ исторіею принца Чарли,-- сказалъ онъ улыбаясь,-- но въ настоящую минуту меня болѣе занимаетъ его прототипъ.... если вы позволите мнѣ такъ выразиться?... Потому что, пока онъ не получитъ своихъ новыхъ титуловъ и должностей, вѣдь онъ все еще американскій гражданинъ и, какъ таковой, имѣетъ полное право на мое покровительство; я даже отвѣчаю за него передъ гражданами Великобританіи. Такъ вотъ, дорогой другъ мой, скажите-же мнѣ, существуетъ ли въ мірѣ какое либо имущество, земля или сколько нибудь значительный титулъ, на которые онъ можетъ заявить свои права, наконецъ, гдѣ все это находится, какъ называется, изъ чего состоитъ? Просвѣтите меня, ради Бога, вѣдь я ровно ничего объ этомъ не вѣдаю и ничего даже понять не могу.

Сэръ Джемсъ тотчасъ принялъ вновь свою осторожную и медлительную манеру и сказалъ, расправляя перчатки:-- Да, да, какже; есть тамъ въ Баллохбринки старинный боръ, въ которомъ дичь водится; туда же принадлежитъ часть озера Лохъ-Филлибега въ Кэрнгомширѣ, да островъ Кельни, по ту сторону Моровершира. Какже, какже; земли довольно будетъ, если очистить ее отъ арендаторовъ, да выгнать мелкихъ овцеводовъ. Тогда будетъ помѣстье хоть куда.

Консулъ вытаращилъ глаза.-- Выгнать овцеводовъ и арендаторовъ?-- повторилъ онъ въ изумленіи.-- Да развѣ они не принадлежатъ въ клану, не преданы Мэкъ-Гулишамъ?

-- Мэкъ-Гулишей тамъ ужь сколько лѣтъ не видали!-- сказалъ сэръ Джемсъ медлительно,-- они того и гляди, ужь и жгли его тамъ, въ видѣ чучелы.

-- Однако,-- сказалъ консулъ,-- вѣдь это довольно скверно для наслѣдника. Причемъ-же тутъ будетъ "очарованіе его личнаго присутствія?"

-- Ну, не знаю,-- возразилъ сэръ Джемсъ очень осторожно,-- при такихъ обстоятельствахъ, знаете-ли, семейство могло бы оказаться уступчивѣе относительно его.

-- Семейство?-- повторилъ консулъ.-- Значитъ, онъ пойдетъ на сдѣлку съ ними?

-- Я хочу сказать, что они охотнѣе отступятся отъ своихъ правъ въ его пользу, за приличное вознагражденіе, конечно; для нихъ-же лучше, если онъ заплатитъ деньги имъ, а не истратитъ ихъ на судебныя издержки. Члены синдиката все вѣдь люди состоятельные, неправда-ли? И притомъ можетъ случиться, что здѣшніе Мэкъ-Гулиши не откажутся обмѣнять свои права на земли въ Кентуки. Тамъ тоже земля недурная, гдѣ синія-то травы растутъ.

Консулъ смотрѣлъ на своего собесѣдника такъ пристально, что въ глазахъ сэръ Джемса мелькнулъ веселый огонекъ и онъ чуть-чуть улыбнулся; тогда и консулъ тоже улыбнулся. Оба начинали понимать другъ друга и смутно ощутили отъ того нѣкоторое облегченіе.

-- О, какже!-- сказалъ сэръ Джемсъ, не торопливо натягивая перчатку,-- славный мальчикъ этотъ Малькольмъ; и похвальный у него инстинктъ, побудившій его возвратиться въ страну своихъ предковъ и пытаться занять ихъ прежнее положеніе. И знаете что, милѣйшій консулъ, я замѣчаю, что очень многіе изъ вашихъ соотечественниковъ дѣлаютъ тоже... Да, ваша страна -- несомнѣнно великая страна, и тамъ у васъ безспорно и прогрессъ, и гражданская свобода, и религіозная терпимость, да.... Но, какъ хотите, а Бёрнсъ правъ, говоря, что у васъ въ крови тоска по старому пепелищу. Отличная вещь тоже, когда и денегъ много для такихъ цѣлей, и деньги притомъ бросаются не зря, а распредѣляются умненько... До свиданья. Э, да я и забылъ, что пришелъ пригласить васъ въ обѣду: у меня будетъ Малькольмъ, и этотъ вашъ мистеръ Кестеръ и Ватсонъ.... онъ тоже участвуетъ въ синдикатѣ, а я встрѣчалъ его прежде заграницей. Впрочемъ, я еще напишу вамъ записку и дамъ знать, когда именно состоится этотъ обѣдъ.

Консулъ вспомнилъ, что Кестеръ говорилъ объ одномъ изъ молодцовъ съ Орлинаго Поселка, знакомыхъ съ сэръ Джемсомъ. Очевидно, это и есть Ватсонъ. Онъ опять улыбнулся, но на этотъ разъ сэръ Джемсъ отвѣчалъ ему улыбкой другого сорта и съ любезнымъ видомъ распрощался съ нимъ.

Консулъ, все еще продолжая улыбаться, наблюдалъ за солидной фигурой многоуважаемаго гостя, проходившей мимо его окна, и затѣмъ воротился на свое мѣсто у письменнаго стола. Онъ чувствовалъ значительное облегченіе. То, что ему казалось дикой выходкой неразумныхъ соотечественниковъ, отъ которой можно было опасаться еще кое-какихъ международныхъ усложненій и непріятныхъ хлопотъ, оказывалось просто на-просто денежной спекуляціей: послѣдствія могли быть и неособенно красивы, но повидимому съ обѣихъ сторонъ участники предпріятія не отличались деликатностью чувствъ и одни другихъ стоили. Однако, ему казалось все таки вѣроятнымъ, что на этотъ разъ всѣ выгоды очутятся на сторонѣ дѣловитаго шотландца, а соотечественники его окажутся менѣе дальновидными. Но это ужь ихъ дѣло; консулъ понималъ, что если хоть однимъ словомъ намекнуть объ этомъ Кестеру, тотъ непремѣнно обидится.

Мысль о томъ, какъ преданные арендаторы сожигали изображеніе мистера Мэвъ-Гулиша, и увѣренность, что прозаическіе доллеры свободной Америки окажутся въ ихъ средѣ гораздо дѣйствительнѣе поэтическаго появленія юнаго наслѣдника, послужили къ немалому увеселенію насмѣшливаго консула. Онъ рѣшительно не взлюбилъ этого неоперившагося птенца Мэкъ-Гулишей и досадовалъ не мало за то, что ему удалось какимъ-то необъяснимымъ способомъ обойти умнаго Кестера. А впрочемъ, вѣдь и самъ практическій сэръ Джемсъ до нѣкоторой степени попался въ ту же ловушку! А что если и въ самомъ дѣлѣ этотъ мнимый идеалъ феодальной бездарности, это привилегированное ничтожество окажется вознесеннымъ на какой-нибудь высокій постъ соединенными усиліями американскихъ республиканцевъ и тупоголовыхъ шотландскихъ раскольниковъ, одинаково отуманенныхъ свыше влажною мягкостью шотландской атмосферы? Вѣдь это было бы изъ рукъ вонъ забавно! Такія соображенія нѣкоторое время сильно развлекали консула, но на помянутый выше обѣдъ онъ такъ и не попалъ, за недосугомъ. Позднѣе, впрочемъ, онъ слышалъ, что этотъ обѣдъ сошелъ блистательно, что послѣ обѣда присутствующіе хоромъ пѣли шотландскія баллады, а при возглашеніи тостовъ за здоровье Кестера и Малькольма соблюдались "горные обычаи". Онъ слышалъ также, что сэръ Джемсъ пригласилъ Кестера и Малькольма погостить раннею весною въ его помѣстьѣ, въ Озерной области. Но ни о ходѣ Малькольмова дѣла, ни о какихъ относящихся до того подробностяхъ консулъ ничего больше не слыхалъ, и никто не могъ сообщить ему по этому поводу ни малѣйшихъ свѣдѣній: ни въ мѣстныхъ газетахъ, ни даже въ клубахъ города Сентъ-Кентигерна объ этомъ не говорилось. А такъ какъ и лицъ, заинтересованныхъ въ дѣлѣ, онъ также не встрѣчалъ, то вся затѣя представлялась ему не иначе какъ отрывкомъ изъ юмористическаго разсказа. По временамъ онъ даже соображалъ, не было-ли въ этомъ предпріятіи какого-либо иного, посторонняго смысла, судя потому, что оно не имѣло ровно никакихъ послѣдствій. Иначе какъ объяснить, что этотъ синдикатъ, состоявшій изъ людей очень богатыхъ, не съумѣлъ купить такого незначительнаго имѣнья, тогда какъ на свои средства онъ несомнѣнно былъ въ состояніи пріобрѣсть и гораздо болѣе цѣнное помѣстье. Къ чувствительнымъ разглагольствованіямъ Малькольма консулъ не имѣлъ ни малѣйшаго довѣрія. Стало быть, все это имѣло иную подкладку и при томъ такую, которая, быть можетъ, и членамъ синдиката не была извѣстна.

Но насталъ наконецъ день, когда консулу показалось, что онъ понялъ, въ чемъ дѣло. Изъ одной изъ лучшихъ городскихъ гостинницъ принесли ему письмо съ крупной монограммой на конвертѣ и на бумагѣ. Въ письмѣ значилось, что нѣкая миссъ Керкби, проѣздомъ въ Эдинбургъ, желала бы видѣть консула завтра утромъ и проситъ его назначить ей время, когда она можетъ застать его дома; но такъ какъ времени у ней очень мало, она сочла бы себя крайне обязанной, если-бы консулъ соблаговолилъ самъ пріѣхать къ ней въ гостинницу. Хотя она и соотечественница, но имя ея врядъ-ли ему такъ хорошо извѣстно, какъ имена ея "старинныхъ" друзей, Гарри Кестера эсквайра и сэра Малькольма Мэкъ-Гулишъ. Прочитавъ эти слова, консулъ слегка удивился: судя по титулу, можно было заключить, что Малькольмъ успѣлъ добиться, чего хотѣлъ и выигралъ свою тяжбу. Впрочемъ, консулъ не помнилъ, чтобы съ помѣстьемъ, котораго добивался Мэкъ-Гулишъ, связанъ былъ титулъ, оправдывающій приставку псэръ", скорѣе можно было предположить (если дѣло не касалось какого-нибудь совсѣмъ другого Мэкъ-Гулиша), что прелестная корреспондентка, подобно большинству своихъ соотечественницъ, хотя и высоко цѣнитъ титулы, имѣетъ о нихъ довольно смутныя понятія.

Онъ рѣшился на этотъ разъ отступить отъ обычнаго распредѣленія своего времени и тотчасъ отправиться къ ней съ визитомъ, доказывая этимъ свою патріотическую готовность подчиняться волѣ каждой американки, какъ того требуетъ этикетъ его родины.

Она приняла его нѣсколько свысока, какъ будто приноровляясь къ обычаямъ страны, въ которой царствуетъ столь разительное неравенство сословій. Она была молода, хороша собой, одѣта со вкусомъ, но ея женская приспособляемость не успѣла измѣнить ея голоса и говора: то и другое было несомнѣнно юго-западнаго происхожденія и какъ только она заговорила, такъ и стала гораздо естественнѣе и проще.

-- Вотъ это мило, что вы сами пришли, потому что мнѣ ужасъ какъ не хотѣлось отправляться къ вамъ въ консульство. Я, знаете ли, южанка, и притомъ не примиримая; до вашего правительства мнѣ никакого дѣла нѣтъ, я его не признавала, и не намѣрена признавать. Я, кажется, съ самой войны ниразу не бывала подъ американскимъ флагомъ. Такъ что, знаете, у меня нѣтъ никакихъ бумагъ, ни документовъ мнѣ не нужно свидѣтельствовать, ни паспортовъ; и я не стану у васъ просить ни покровительства, ни рекомендаціи. Видите, я сразу хотѣла быть съ вами вполнѣ откровенна и не скрывать своихъ воззрѣній.

Трудно передать, какъ бойко и вмѣстѣ граціозно эта хорошенькая дѣвушка сказала свою рѣчь, непріязненныя слова которой смягчались ея веселымъ тономъ и заразительнымъ чистосердечіемъ. Консулъ выслушалъ ее, внутренно посмѣиваясь и говоря себѣ, что все это вѣроятно напускное, заранѣе заученное и не разъ уже повторенное. Ему извѣстно было, что во время возмущенія Южныхъ Штатовъ и тотчасъ послѣ войны многіе обитатели юга и отчасти юго-запада Сѣверной Америки искали убѣжища въ Англіи и, открыто исповѣдуя недовольство своимъ правительствомъ, тѣмъ самымъ пытались завоевать себѣ почетное положеніе въ англійскомъ обществѣ, стараясь выставить себя притомъ невинно пострадавшими и даже изгнанниками; но консулъ никакъ не думалъ, чтобы до настоящаго времени уцѣлѣли еще охотники прибѣгать къ такой уловкѣ, тѣмъ болѣе, что она давно утратила всякій смыслъ. Онъ попробовалъ въ шутливой формѣ доказать практическую непримѣнимость подобной точки зрѣнія, сказалъ, что война ужь давнымъ давно прекратилась, что съ тѣхъ поръ югъ окончательно примирился съ сѣверомъ, что они даже успѣли свыкнуться съ своимъ единствомъ и что онъ, консулъ, считаетъ себя законнымъ представителемъ не только Кентукки, но также и Нью-Іорка.

-- Вотъ, напримѣръ, ваши друзья,-- прибавилъ онъ улыбаясь,-- мистеръ Кестеръ и мистеръ Мэкъ-Гулишъ, повидимому, ни на минуту не усомнились въ этомъ фактѣ.

-- Ну, я этими вопросами не занимаюсь,-- возразила она смѣясь,-- до сихъ поръ я все жила въ Парижѣ и только теперь мама, которая отдыхаетъ теперь тамъ на верху, привезла меня въ Англію, такъ только, ради развлеченія. Но я думала, что Малькольмъ съ вами въ постоянныхъ сношеніяхъ изъ-за дѣла о помѣстьѣ.

Консулъ улыбнулся.-- Ага,-- сказалъ онъ,-- такъ значитъ я могу надѣяться получить отъ васъ свѣдѣнія объ этомъ дѣлѣ, потому что я вѣдь не знаю, удалось ли ему получать утвержденіе въ правахъ наслѣдства.

-- Какъ!-- воскликнула дѣвушка съ искреннимъ удивленіемъ,-- я только что хотѣла васъ разспросить объ этомъ. Онъ думаетъ, что вамъ-то все извѣстно.

-- Я ужь два мѣсяца ровно ничего не слыхалъ про это дѣло,-- отвѣчалъ консулъ,-- но такъ какъ въ вашемъ письмѣ упоминалось о "сэръ Малькольмѣ", я изъ этого заключилъ, что его претензія удовлетворена. Впрочемъ, мнѣ извѣстно, что даже и въ такомъ случаѣ онъ бы не сталъ "сэръ Малькольмъ", такъ что я подумалъ, что вы имѣли въ виду другое лицо.

-- Ну такъ лордъ Малькольмъ что-ли,-- я, по правдѣ сказать, никогда не умѣю прицѣплять этихъ титуловъ какъ слѣдуетъ.

-- И не лордъ, и не сэръ; это помѣстье не даетъ права ни на какіе титулы,-- сказалъ консулъ.

-- А развѣ онъ тогда не будетъ лэрдомъ такимъ-то и такимъ-то?

-- Лэрдомъ -- точно; но это совсѣмъ не титулъ, а просто шотландское выраженіе. Это вовсе и не похоже на "лорда".

Молодая дѣвушка съ нескрываемымъ изумленіемъ смотрѣла на него во всѣ глаза. Губки ея подергивались отъ сдержаннаго смѣха.-- Вы увѣрены въ этомъ?-- сказала она.

-- Совершенно увѣренъ,-- отвѣчалъ консулъ съ легкимъ раздраженіемъ, но неужели вы въ самомъ дѣлѣ не знаете, въ какомъ положеніи теперь это дѣло?

Но миссъ Керкби, все еще озадаченная какими-то смѣшными соображеніями, сказала:-- Подождите минутку. Я сбѣгаю къ мамѣ и посмотрю, не можетъ-ли она сойти внизъ. Она тоже очень желала васъ видѣть.

Она пріостановилась, подумала немного и спросила: -- Такъ значатъ жена шотландскаго лэрда ни въ какомъ случаѣ не будетъ называться леди такая-то?

-- Нѣтъ, если она сама по себѣ не леди, выходя замужъ за лэрда, она никакого титула не получитъ.

Дѣвушка разсмѣялась, кивнула головой и убѣжала. Консулъ, находя эту дѣловую бесѣду довольно занятной, хотя чрезвычайно странной, терпѣливо дожидался возвращенія своей собесѣдницы. Наконецъ она пришла нѣсколько запыхавшись, но очевидно очень чѣмъ-то довольная, и сказала:-- Мама скоро придетъ.-- Потомъ, пристально глядя на консула своими ясными глазами, она лукаво спросила:

-- Часто вы видаете Малькольма?

-- Я его одинъ разъ только видѣлъ.

-- А что вы о немъ думаете?

Консулъ отвѣчалъ, что въ такое короткое время не успѣлъ составить себѣ никакого мнѣнія.

-- А можете вы себѣ вообразить, что я чуть-чуть не сдѣлалась его невѣстой?

Консулъ опять долженъ былъ повторить, что не имѣлъ времени вообразить, какое счастье выпало на долю Малькольма.

-- Я знаю, что вы думаете,-- сказала дѣвушка беззаботно,-- вы думаете, что онъ помѣшанный. Но это мнѣ теперь все равно; наша помолвка разстроилась.

-- Надѣюсь, не потому разстроилась, что вы сомнѣваетесь въ успѣхѣ его дѣла?

Она небрежно пожала плечиками.-- Нѣтъ, дѣло его вѣроятно хорошо кончится. Синдикатъ-то вѣдь собралъ сто тысячъ доллеровъ залогу. Одна мама двадцать тысячъ вложила, такъ ужь Кестеръ обязанъ постараться, чтобы все было какъ слѣдуетъ. Впрочемъ, у нихъ и такъ все идетъ хорошо, поговариваютъ даже, что тамъ предлагаютъ полюбовную сдѣлку. А Малькольмъ все таки помѣшанный, и еслибы съ противной стороны не пошли на уступки, синдикату пришлось-бы совсѣмъ плохо. Ну какже не помѣшанный, коли онъ даже не зналъ, что у Мэкъ-Гулишей накакихъ правъ на титулъ нѣтъ.

-- Такъ вы полагаете, что онъ заблуждался на счетъ своихъ родственниковъ?

-- Нѣтъ, не то; но онъ вздумалъ доказывать свое родство такими глупостями! Вѣдь онъ увѣрилъ товарищей, что можетъ завоевать себѣ положеніе съ бою, что называется. У него была даже мысль "поднять горцевъ" въ свою пользу, ну, знаете, какъ тамъ, въ романѣ... или на картинѣ, что-ли, ужь не знаю право... И эти глупые мальчишки, въ томъ числѣ и Кестеръ, думали, что это будетъ очень весело и выйдетъ потѣха. Къ счастью, маму вдругъ что-то озарило и она велѣла Ватсону написать обо всемъ этомъ письмо къ одному его хорошему знакомому, мистеру... какъ бишь его? Мэкъ... Мэкъ Фэнь, который очень вліятельный человѣкъ.

-- Это вѣроятно сэръ Джемсъ Мэкъ Фэнь,-- подсказалъ консулъ,-- вотъ онъ баронетъ, имѣетъ право на титулъ. Ну, и что-же онъ отвѣтилъ?

-- О, онъ написалъ очень дѣльное письмо,-- отвѣчала молодая дѣвица, очевидно пріятно пораженная тѣмъ, что у Ватсона такой титулованный пріятель,-- по его мнѣнію, едвали можно сомнѣваться въ томъ, что если американскій Мэкъ-Гулишъ пожелаетъ получить во владѣніе помѣстья своихъ предковъ, то это легко будетъ устроить, употребивъ только нѣкоторый капиталъ. Онъ даже предложилъ свои услуги для веденія дѣла; вотъ это и есть та полюбовная сдѣлка, о которой они толкуютъ теперь. Но онъ ни словечкомъ не упомянулъ о томъ, что изъ всего этого нельзя выкроить никакого "лорда" Мэкъ-Гулиша.

-- Онъ, вѣроятно, полагалъ, что въ качествѣ гражданъ свободной Америки вы равнодушны къ подобнымъ вещамъ,-- сказалъ консулъ сухо.

-- Это не причина, чтобы не пользоваться ими въ случаѣ, если онѣ намъ принадлежатъ, или разъ, что мы за нихъ деньги платимъ,-- возразила молодая дѣвица довольно запальчиво.

-- Значитъ, измѣненіе вашихъ личныхъ отношеній къ мистеру Мэкъ-Гулишу послужило причиною къ тому, что вы имѣете такъ мало свѣдѣній касательно хода его дѣлъ и степени ихъ успѣшности?

-- Да, пожалуй; но вѣдь онъ-то ничего не знаетъ объ этомъ измѣненіи, потому что мы его не видали съ пріѣзда сюда; а между тѣмъ говорятъ, что онъ навѣрное здѣсь, только скрывается.

-- Зачѣмъ же онъ скрывается?

Молодая дѣвушка повела своими красивыми бровями.

-- Онъ, вѣроятно, думаетъ, что такъ будетъ таинственнѣе. Я же вамъ говорила, что онъ помѣшанный!

И она такъ простодушно разсмѣялась при этомъ, такъ очевидно не понимала, что такое обстоятельство можетъ набросить тѣнь и на ея собственную особу, что консулъ тоже улыбнулся.

-- По всему видно, что ваше сердце труднѣе разбить, чѣмъ вашу помолвку,-- сказалъ онъ.

-- Да, таки не легко... А вотъ и мама идетъ. Послушайте-ка,-- продолжала она, внезапно обратившись къ нему съ умоляющимъ и ласковымъ видомъ: -- если она станетъ приглашать васъ поѣхать съ нами къ сѣверу, пожалуйста соглашайтесь. Ну, пожалуйста, я васъ прошу. Поѣдете? Это будетъ такъ весело!

-- Къ сѣверу?-- вопросительно повторилъ консулъ.

-- Ну, да, имѣніе смотрѣть. А вотъ и мама.

Вошла особа, менѣе подвижная и забористая, но такая же красивая и нарядная. Послѣдовала церемонія представленія, послѣ чего старшая дама, обращаясь въ дочкѣ, сказала томно:

-- Бѣги къ себѣ наверхъ, милка, пока я буду говорить о дѣлахъ съ этимъ джентльменомъ.

И когда дѣвушка со смѣхомъ ушла, мамаша слегка зѣвнула и, лѣниво поднявъ глаза на консула, проговорила:

-- Вы побесѣдовали съ моей Эльси?

Консулъ сознался, что имѣлъ это удовольствіе.

-- Она привыкла болтать все, что вздумается,-- сказала миссисъ Кернби усталымъ голосомъ,-- но сердце у ней доброе и она довольно разумна, хоть и вѣтрена. Съ тѣхъ поръ, какъ ея отецъ скончался, она мной командуетъ,-- прибавила она съ усмѣшкой, и помолчавъ немного продолжала:-- И вѣроятно она успѣла ужь объявить вамъ о своей помолвкѣ съ молодымъ Мэкъ-Гулишемъ?

-- Да; но она сказала, что эта помолвка не состоится.

Миссисъ Керкби подняла брови съ облегченнымъ видомъ.-- Во всякомъ случаѣ,-- сказала она,-- это было не болѣе какъ ребячество съ ихъ стороны. Они росли вмѣстѣ въ Мэкъ-Коркльвилѣ, вѣдь онъ ей приходится троюроднымъ братомъ... ну, и наговорилъ ей какого-то вздору насчетъ своего знатнаго происхожденія, утверждая, что онъ старшій въ родѣ Мэкъ-Гулишей. Конечно, у ней воображеніе разыгралось... Кестеру, вѣроятно, удастся выхлопотать пайщикамъ какой-нибудь дивидендъ; до сихъ поръ, по крайней мѣрѣ, онъ еще ни въ одной денежной спекуляціи не ошибался. Но помимо этого врядъ-ли можно ожидать какого-нибудь толку отъ этого предпріятія. Мнѣ пришло въ голову съѣздить съ Эльси посмотрѣть это имѣніе, и я хотѣла попросить васъ сопровождать насъ. Эльси вамъ ничего не говорила?.. Да, но я знаю, что ей это было бы очень пріятно... да и мнѣ также.

Несмотря на то, что все это говорилось лѣниво и какъ будто вскользь, въ тонѣ ея было все-таки что-то такое искреннее и серьезное, что консулъ заинтересовался ею. Къ тому же его собственное любопытство по отношенію къ этому странному дѣлу было настолько возбуждено, что онъ радъ былъ случаю удовлетворить его. Ему даже начинало казаться, не напрасно-ли онъ съ перваго слова заподозрилъ свою хорошенькую землячку въ эгоизмѣ и тщеславіи. Самъ онъ такъ давно не бывалъ въ Америкѣ, что можетъ быть ужь потерялъ способность понимать соотечественниковъ, утратилъ духовную связь съ ними. А все-таки онъ чувствовалъ, что откровенная независимость и дерзкая отвага такихъ людей какъ Кестеръ несравненно ближе и родственнѣе его американской душѣ, чѣмъ суетная мелочность и почти рабская покладливость женщинъ. Или, быть можетъ, причиною такой покладливости является просто женская безхарактерность, съ которой ни республиканское происхожденіе, никакое воспитаніе ничего не могутъ подѣлать? Тѣмъ не менѣе консулъ любезно улыбнулся.

-- Но, насколько я слышалъ, помѣстья эти не въ одномъ мѣстѣ, а разсѣяны на довольно далекія пространства,-- сказалъ онъ.

-- О, мы намѣрены съѣздить только на островъ Кельни, потому что тамъ развалины стариннаго замка. Эльси хочется его видѣть.

Консулъ подумалъ, что экскурсія можетъ быть интересной и сказалъ:

-- Непремѣнно поѣдемте посмотрѣть замокъ. Я съ величайшимъ удовольствіемъ готовъ вамъ сопутствовать.

Такой скорый и рѣшительный отвѣтъ повидимому пробудилъ томную даму изъ ея апатіи, она стала не такъ разсѣянна и заговорила болѣе оживленно и довѣрчиво; упомянула о маніи Малькольма, которую готова была признать и за пунктъ помѣшательства, и за твердое убѣжденіе; въ сущности это ей было безразлично и консулъ вскорѣ убѣдился, что ея прикосновенность къ претензіямъ Мэкъ-Гулиша коренилась единственно въ неопытности балованной женщины, которая отъ нечего дѣлать ищетъ чѣмъ бы себя занять. Онъ обѣщалъ зайти къ ней на слѣдующій день, устроить все что нужно для предполагаемой поѣздки, и откланялся.

На пути домой ему пришлось проходить черезъ одинъ изъ большихъ публичныхъ скверовъ Сентъ-Кентигерна въ тотъ часъ, когда рабочій народъ обоего пола расходится съ фабрикъ и заводовъ по домамъ.

Видъ этихъ жалкихъ процессій никогда не представлялся ему ни живописнымъ, ни отраднымъ, но бывали дни, когда это зрѣлище однообразной, безъисходной нищеты, съ болѣзненными лицами и безнадежными глазами, производило на него особенно сильное впечатлѣніе. Онъ вспомнилъ, какъ дикъ и безобразенъ показался ему въ началѣ видъ несчастныхъ женщинъ и дѣвушекъ, бѣгавшихъ босикомъ по грязной мостовой въ холодномъ туманѣ мрачныхъ улицъ, и какъ его душа, воспитанная въ сѣверо-американскихъ понятіяхъ о значеніи и достоинствѣ слабѣйшаго пола, возмущалась такими порядками. Съ теченіемъ времени его воспріимчивость значительно притупилась и мало по малу какъ будто обросла такой же грубой кожей, какая была на босыхъ ногахъ видѣнныхъ имъ женщинъ, такъ что онъ началъ уже относиться къ этому зрѣлищу съ мѣстной точки зрѣнія, т. е. съ точки зрѣнія людей исправно обутыхъ и обезпеченныхъ.

Случилось, что именно въ этотъ вечеръ многіе изъ работниковъ мужского пола усилили обычную солидность своего внѣшняго вида значительной дозой спиртныхъ напитковъ, что придавало имъ выраженіе какого-то восторженнаго остолбенѣнія. Консулъ не разъ замѣчалъ эту особенность въ пьяницахъ города Сентъ-Кентигерна. Эти люди проходили мимо его по одиночкѣ, безмолвно и сосредоточенно, точно созерцали какое нибудь смутное видѣніе и безшумно плавали въ волнахъ шотландскаго тумана, разбавленнаго шотландскою водкой. Нѣкоторые шли группами, также молчаливо прижимаясь другъ въ другу и пошатываясь на ходу, безъ всякихъ признаковъ веселья, взаимной пріязни, даже участія, съ тупыми равнодушными лицами, остановившимся взглядомъ и развихленными, автоматически движущимися членами. Было что-то странное и сверхъестественное въ безрадостномъ характерѣ этихъ товарищескихъ группъ, въ тоскливомъ одиночествѣ этихъ глазъ, безцѣльно уставленныхъ въ пространство... Какъ вдругъ онъ увидѣлъ двухъ мужчинъ, стремившихся ему навстрѣчу подъ вліяніемъ того же опьяненія, болѣе похожаго на отраву, и былъ пораженъ сходствомъ одного изъ нихъ съ какимъ-то знакомымъ ему лицомъ; но гдѣ, когда, при какихъ обстоятельствахъ онъ его видѣлъ, не могъ припомнить. Что это за знакомые, самодовольные глаза, что за лицо, смѣсь тщеславія, заносчивости и мечтательности, порожденной не то опьяненіемъ, не то иной формой безнадежнаго безумія?.. Консулъ обернулся и пошелъ за этимъ человѣкомъ, стараясь припомнить, кто бы это былъ, или угадать по его спутнику, къ какому классу общества онъ принадлежитъ. Спутникъ, судя по наружности, похожъ былъ на мелкаго торговца, болѣе смышленнаго, но и болѣе матеріальнаго типа чѣмъ его товарищъ. Но консулъ, какъ ни бился, не могъ припомнить, гдѣ онъ его встрѣчалъ, и когда пьяная пара повернула въ переулокъ, онъ тоже медленно повернулся и пошелъ своею дорогой. Но не успѣлъ онъ сдѣлать нѣсколькихъ шаговъ, какъ память вернулась къ нему и онъ вдругъ догадался, что человѣкъ, поразившій его своимъ сходствомъ съ какимъ-то знакомымъ лицомъ, былъ никто иной какъ Малькольмъ Мэкъ-Гулишъ.


## ЧАСТЬ ВТОРАЯ.


Путешествіе на островъ Кельни было ничто иное какъ рядъ пересадокъ изъ коляски въ вагонъ, изъ вагона въ почтовую карету, изъ почтовой кареты на пароходъ и т. д. Консулъ былъ уже знакомъ съ этою дорогой, какъ и большинство цивилизованнаго міра, такъ какъ въ нѣкоторыя времена года оказывалось, что всѣ на свѣтѣ ѣдутъ чрезъ Сентъ-Кентигернъ, что онъ представляетъ собою нѣчто въ родѣ узла, связующаго всѣ пути земного шара; можно было подумать, что это такой пунктъ, въ которомъ волею или неволей должны были сталкиваться туристы, наполнявшіе собою мѣстныя гостинницы и оглядывавшіе другъ друга, кто съ завистью, а кто и съ сознаніемъ своего превосходства. Любознательные путешественники, стремившіеся полюбоваться на историческія скалы Ватеффа, встрѣчаясь на пути съ партіей возвращавшихся оттуда, пронзительно всматривались въ ихъ лица, какъ бы желая выпытать у нихъ тайну полученныхъ впечатлѣній; а эти, въ свою очередь, взирали на нихъ съ насмѣшливымъ сожалѣніемъ, или съ невозмутимымъ спокойствіемъ.

Консулу было извѣстно, что какъ желѣзныя дороги такъ и пароходы въ этихъ мѣстахъ устроены превосходно, ибо кто же не знаетъ, что праведные обитатели Сентъ-Кентигерна издавна славятся передъ Господомъ какъ великіе мастера по части стальныхъ и желѣзныхъ издѣлій, такъ что искусство ихъ, вмѣстѣ съ особенностями ихъ говора, прогремѣло и за дальними морями. Зналъ онъ также, что земля, служившая основаніемъ для всѣхъ этихъ превосходныхъ каравансараевъ, изобилуетъ медомъ и мармеладомъ, а манна -- въ формѣ вкуснѣйшихъ бисквитовъ и вафель -- ниспадаетъ обильно повсюду, не исключая пустыннѣйшихъ утесовъ и косогоровъ, устланныхъ верескомъ. Ему было небезъизвѣстно, что путь ихъ пролегаетъ чрезъ мѣстности большею частію унылыя и неприглядныя, обнаженная пустынность которыхъ нерѣдко принимается неопытными городскими туристами за величіе природы; но съ другой стороны онъ зналъ, что суровость этихъ видовъ нерѣдко смѣнялась дикою прелестью лѣсистыхъ долинъ, густая растительность которыхъ, перепутанная нѣжными мѣстными вьюнками, не имѣетъ ничего общаго съ веселой уютностью англійскихъ сельскихъ пейзажей, съ которыми, однако, ее нерѣдко смѣшиваютъ, да еще взводятъ на нее обвиненіе въ прилизанности.

Въ день отъѣзда изъ Сентъ-Вентигерна шелъ дождь; впрочемъ, и на другой день, и на третій онъ продолжалъ идти, съ мѣстной точки зрѣнія порывами, а на посторонній взглядъ, напримѣръ, сквозь запотѣлыя окна вагоновъ, или съ мокрой палубы пароходовъ казалось, что въ каждую данную минуту гдѣ-нибудь да идетъ дождикъ: то по долинѣ онъ сѣялся косыми полосами, то срывался съ вершины горъ, то длинными прядями возникалъ изъ свинцовой глубины озера. Почтовая карета, лѣпившаяся по склонамъ холмовъ, то и дѣло ныряла, то въ дождевую тучу, то вонъ изъ нея, и зонтики то поспѣшно раскрывались, то опять захлопывались, непромокаемые плащи наскоро накидывались и снова убирались, между тѣмъ какъ рѣдкіе лучи солнца, пронизывая толщу облаковъ отъ времени до времени гнались за экипажемъ и исчезали на поворотахъ извилистой дороги. При спускѣ съ горъ подымался вѣтеръ, который срывалъ шляпы съ пассажировъ, бурлилъ въ лужахъ, производилъ истерическій переполохъ въ озерахъ, превращалъ получасовую переправу въ бурное плаваніе и серьезно затруднялъ прибытіе въ крошечнымъ пристанямъ. И надъ всѣмъ этимъ стояла всепроницающая сырость, сквозь которую пейзажи, рисовавшіеся на темно-сѣромъ фонѣ небесъ, переходившемъ иногда въ желѣзно-сизый, были похожи на рисунокъ грифелемъ на аспидной доскѣ и отчасти стертый мягкою ладонью. Иногда яркій лучъ солнца, освѣщая отдаленную группу лиственницъ, напоминалъ улыбку сквозь рѣсницы, омоченныя слезами.

Миссъ Эльси запрятала свои ножки подъ непромокаемый плащъ.

-- Если бы мнѣ пришлось оставаться здѣсь подольше,-- сказала она печально,-- у меня навѣрное выросли бы перепонки на ногахъ, какъ у гусей. Мы точно съ Арарата спускаемся, тотчасъ послѣ того какъ потопъ прекратился.

Миссисъ Керкби замѣтила, что еслибы солнце захотѣло дѣлать свое дѣло и согласилось-бы только хорошенько, по христіански, посвѣтить хоть нѣсколько минутъ, то можно-бы разсмотрѣть мѣстность получше.

Консулъ намекнулъ тогда, что любители шотландской природы находятъ въ этомъ ея главную прелесть. Они говорятъ, что именно эти туманные эффекты и ставятъ здѣшніе виды куда выше всѣхъ яркихъ пейзажей, которыми мы такъ любуемся и которые, по сравненію съ ихъ благословенною страною, больше похожи на хромолитографіи.

-- Здѣшніе туманы, можетъ быть, тѣмъ и хороши, что изъ за нихъ не видать, какая тутъ бѣдная природа,-- сказала Эльси.

Консулъ замѣтилъ, что трудно судить о нейзажѣ, когда дальнихъ плановъ не видно. Что же касается до того, чтобы солнце свѣтило по христіански, то надо принять въ разсчетъ мѣстныя понятія о христіанствѣ.

-- Да, грѣхъ сказать, чтобы эти виды были веселые или блестящіе. Я теперь начинаю понимать, почему земляки Малькольма проповѣдывали такую смертельную скуку въ Мэкъ-Коркльвилѣ. Если они не больше раза въ годъ видятъ небо, не мудрено, что они имѣютъ о небесахъ такія превратныя понятія. Здѣсь нѣтъ ни одного холма, а они еще величаютъ ихъ горами! ни одного холма, вершина котораго вылѣзала бы за предѣлы облаковъ, ими же порождаемыхъ.

Дамское остроуміе рѣдко бываетъ безкорыстно. Консулъ, справедливо полагая, что миссъ Эльси не даромъ расточаетъ свои блестки, обвелъ глазами пассажировъ, въ надеждѣ угадать, кого именно она имѣетъ въ виду, и точно: на дальнемъ концѣ противуположнаго сидѣнья имѣлся джентльменъ, который держалъ себя очень скромно, но несомнѣнно прислушивался съ большимъ интересомъ. Это былъ человѣкъ еще молодой, молчаливый, по складу лица, по осанкѣ и по одеждѣ рѣзко отличавшійся отъ остальныхъ пассажировъ, и навѣрное англичанинъ, притомъ свѣтскій, типичный посѣтитель клубовъ и общественныхъ собраній.

Въ костюмѣ почти каждаго изъ остальныхъ пассажировъ замѣтно было стремленіе приноровиться къ мѣстнымъ обычаямъ: такъ, одинъ былъ въ пестрой клѣтчатой юбкѣ, другой -- прямо изъ Бирмингема ѣхалъ съ обнаженными колѣнками, которыя не успѣли ни загорѣть, ни обвѣтриться; даже американка Эльси нарядилась въ какой то восхитительный шотландскій токъ; одинъ молчаливый незнакомецъ носилъ безукоризненный дорожный костюмъ изъ сѣраго твида и все въ немъ, отъ изящной шапочки до щегольскихъ башмаковъ со штиблетами, изобличало порядочнаго человѣка изъ южной Англіи. Раза два къ нему обращались съ вопросами, на которые онъ отвѣчалъ низкимъ и пріятнымъ голосомъ, а на вздорныя рѣчи молодой дѣвушки не говорилъ ни слова, и только взглядывалъ на нее спокойно и сдержанно.

Они проѣзжали черезъ темно-бурую ложбину, по глубокому дну которой бѣжалъ свѣтло-бурый ручей, мѣстами пѣнившійся на подобіе чернаго пива. По ту сторону ложбины подымался каменистый бугоръ, съ разбросанными по немъ пятнами чахлой растительности, что дѣлало его похожимъ на полусгнившую шкурку какого нибудь громаднаго допотопнаго звѣря. На самой унылой части этого пустыннаго склона возвышались развалины башни и обвалившіяся зубчатыя стѣны.

-- Что могло побудить этотъ народъ строиться въ такомъ мѣстѣ?-- воскликнула миссъ Эльси.-- Бѣдность еще могла бы служить оправданіемъ; но вѣдь тутъ жили старинные военачальники, важные люди... Какая охота возводить себѣ замки въ такихъ обиженныхъ Богомъ захолустьяхъ, никогда не пойму!

-- А знаете, вѣдь они и въ самомъ дѣлѣ были бѣдны съ теперешней точки зрѣнія, и строились тутъ совсѣмъ не на показъ, а скорѣе ради самозащиты... Или даже для охраны своего скота... вотъ какъ у васъ въ Техасѣ строютъ ранчи... или для загона стадъ послѣ набѣговъ,-- Покрайней мѣрѣ, я такъ слыхалъ; не правда ли, господа, вѣдь такова была собственно цѣль подобныхъ построекъ?-- и проговоривъ это, англичанинъ вѣжливо обвелъ глазами своихъ спутниковъ, какъ бы желая провѣрить точность своихъ свѣдѣній касательно мѣстныхъ обычаевъ.

-- Какіе такіе набѣги?-- подхватила миссъ Эльси съ оживленіемъ:-- Ахъ, это вѣрно тѣ пограничные набѣги, отъ которыхъ они отбивались въ старину! Я ужасно любила читать про эти битвы.

-- Нѣтъ, знаете, я думаю, что это были набѣги иного сорта,-- сказалъ англичанинъ съ разстановкой,-- отсюда до границы, видите-ли, довольно далеко, такъ что битвы-то у нихъ были просто со своими-же земляками, сосѣдями, у которыхъ они отбивали скотъ... то есть, собственно говоря, воровали... Они вѣдь этимъ часто занимались. Но вы, вѣроятно, читали обо всѣхъ этихъ продѣлкахъ... Американцы, знаете-ли, вообще ужасно много читаютъ и слывутъ у насъ великими знатоками по исторической части.

-- Что-жь, вѣдь эти набѣги нерѣдко дѣлались съ цѣлью воротить свое-же, награбленное добро,-- отозвался одинъ изъ пассажировъ, кровный шотландецъ.

-- Ну, знаете, я не думаю, чтобы они слишкомъ трудились разбирать, которая скотина своя, а которая чужая,-- сказалъ англичанинъ.

Но тутъ миссъ Эльси перебила ихъ, заговоривъ о замкахъ вообще и выразила пламенное желаніе -- даже лучшую мечту своей жизни -- увидѣть тотъ замокъ Макбета въ Гламисѣ, гдѣ умерщвленъ былъ король Дунканъ. На это англичанинъ все въ томъ-же почтительномъ тонѣ замѣтилъ, что умерщвленіе короля Дункана навѣрное произошло совсѣмъ не тамъ, и что если даже предположить, что Шекспиръ не самъ выдумалъ эту исторію (что тоже очень возможно), она должна была произойти дальше въ сѣверу, именно въ Кавдорѣ.

-- А у васъ въ Америкѣ,-- прибавила онъ шутливо,-- открыли недавно, что и самого Шекспира никогда не было.

Это замѣчаніе вызвало цѣлый фейерверкъ остроумія со стороны молодой дѣвушки, и разговоръ принялъ такой интересный оборотъ, что послѣ остановки наслѣдующей станціи молодой человѣкъ устроился такъ, чтобы сидѣть поближе въ ней. Предметомъ бесѣды опять были развалины, и миссъ Эльси сообщила ему, что они ѣдутъ осматривать нѣчто въ этомъ родѣ на островѣ Кельни. Прирожденная осторожность -- а можетъ быть, просто воспоминаніе о способѣ дѣйствій Кестера -- побудило консула знакомъ попросить молодую особу быть посдержаннѣе. Но англичанинъ при ея словахъ только поднялъ брови и выразилъ на своемъ лицѣ не то сожалѣніе, не то насмѣшку.

-- Ну, не думаю, чтобы вамъ тамъ понравилось,-- сказалъ онъ.-- Мѣстность отвратительная, ничего нѣтъ кромѣ камней и воды, еще хуже чѣмъ здѣсь, и вдобавокъ почти никогда не видать материка, хотя онъ всего за одну милю оттуда. Жаль, право, что вамъ навязали туда билеты... вѣроятно, это коммиссіонеры виноваты; они ни передъ чѣмъ не останавливаются, лишь-бы содрать съ туристовъ побольше денегъ. А я могу васъ увѣрить, что тамъ совершенно нечего смотрѣть и не стоитъ туда отправляться.

-- Но тамъ развалины древняго замка,-- сказала изумленная миссъ Эльси.-- Это старинное помѣстье...

Но тутъ консулъ посмотрѣлъ на нее такъ значительно, что она умолкла.

-- Въ прежнія времена дѣйствительно было нѣчто... нѣчто въ родѣ той постройки для загона краденаго скота, на которую мы съ вами давеча любовались, тамъ... на косогорѣ,-- сказалъ англичанинъ,-- но тамошніе рыбаки давно ужь повалили стѣны, растаскали камни и настроили себѣ изъ нихъ лачуги..

-- Какъ же они смѣли!-- воскликнула молодая дѣвушка съ негодованіемъ,-- вѣдь это нетолько поруганіе святыни, но просто... просто кража!

-- Да, это прямое расхищеніе имущества; они ограбили хозяина, все равно, что стащили его деньги,-- съ томною брезгливостью промолвила миссисъ Керкби.

Такое проявленіе хозяйскаго негодованія заставило консула улыбнуться, а отвѣтъ англичанина показался ему еще забавнѣе.

-- Значитъ, они грабятъ прежнихъ грабителей, и употребляютъ свою добычу, знаете-ли, гораздо съ большею пользой, чѣмъ тѣ употребляли; и во всякомъ случаѣ, въ настоящее время они умнѣе пользуются этимъ имуществомъ нежели настоящіе хозяева, которымъ эти развалины ужь ровно ни на что не годятся.

-- А живописность, а воспоминанія, освященныя временемъ, вы ихъ ни во что не ставите?-- протянула миссисъ Керкби съ нѣкоторымъ любопытствомъ.

-- Воспоминанія...-- молвилъ англичанинъ,-- онѣ могли-бы имѣть цѣну только для семейства; но врядъ-ли эти фамильныя воспоминанія имѣютъ въ себѣ что-либо священное или хотя бы только пріятное. Что до живописности, увѣряю васъ, что развалины эти до-нельзя безобразны: время не смягчило ихъ очертаній, а только разрушило зданія; тамъ, гдѣ-бы слѣдовало быть вьющимся растеніямъ, ползучимъ травамъ, которыя обыкновенно такъ украшаютъ руины, тамъ ровно ничего не растетъ и видишь только одно голое безобразіе. Я не понимаю, кому пришло въ голову направить васъ туда, потому что, вообще говоря, американцы довольно взыскательны на этотъ счетъ и неохотники смотрѣть всякую дрянь.

-- Мы слышали объ этихъ развалинахъ отъ одного знакомаго,-- сказалъ консулъ съ притворною небрежностью.-- Мнѣ кажется, что и этой причины достаточно, чтобы оправдать такое пріятное путешествіе.

-- По всей вѣроятности, вашъ знакомый или самъ ошибся, либо его кто нибудь обманулъ,-- сказалъ англичанинъ вѣжливо,-- а впрочемъ, можетъ быть, вы будете иного мнѣнія; да и я,-- прибавилъ онъ задумчиво,-- столько лѣтъ уже не бывалъ тамъ... Я хотѣлъ только сказать, что могъ бы показать вамъ нѣчто гораздо болѣе живописное за нѣсколько миль отъ моего имѣнія въ Глостерширѣ, и притомъ отъ желѣзной дороги не такъ далеко. Вотъ что,-- продолжалъ онъ съ любезной обстоятельностью и какъ-бы нерѣшительно выбирая выраженія,-- если вамъ когда нибудь случится быть неподалеку отъ Одри Эджъ, и вы соблаговолите дать мнѣ знать объ этомъ, я бы съ большимъ удовольствіемъ показалъ наши диковинки вамъ и вашимъ друзьямъ.

Часъ спустя, достигнувъ одной изъ желѣзнодорожныхъ станцій, отъ которой имъ приходилось ѣхать въ разныя стороны, незнакомецъ простился съ ними и миссъ Эльси, которая было примолкла за послѣднее время, снова обрѣла способность къ болтовнѣ.

-- Вотъ это мнѣ нравится!-- воскликнула она.-- Онъ ни разу не объявилъ намъ своего имени и даже карточки не оставилъ! Я желаю знать, что же это такое? Можетъ быть, у нихъ въ Англіи считается, что такъ надо приглашать гостей? Онъ думаетъ, что мы такъ и бросимся розыскивать его Одри Эджъ... и еще кто его знаетъ, не жену-ли его такъ зовутъ?.. и станемъ разспрашивать, кто онъ такой. Могъ бы онъ, кажется, хоть фамилію свою объявить, если... если ему точно хотѣлось оказать намъ любезность.

-- Могу васъ увѣрить, что онъ былъ вполнѣ чистосердеченъ и думаетъ, что пригласилъ васъ въ гости,-- сказалъ консулъ улыбаясь.-- Одри Эджъ, по всей вѣроятности, какое нибудь очень извѣстное помѣстье, а самъ онъ довольно знатный человѣкъ. Вотъ почему онъ и не распространялся объ этомъ.

-- Ну, какъ вамъ угодно, а я туда не поѣду,-- объявила миссъ Эльси.

-- Вы имѣете полное право и ѣхать, и не ѣхать,-- отвѣчалъ консулъ просто.

Миссъ Эльси слегка вздернула носикъ. Тѣмъ не менѣе еще не успѣли они отъѣхать отъ станціи, какъ она объявила ему, что станціонный смотритель, разговаривая съ незнакомцемъ, называлъ его "ваше сіятельство", а одинъ изъ пассажировъ говорилъ, что это лордъ Донкастеръ.

-- Что-же это доказываетъ?

-- Доказываетъ, что я права,-- отвѣчала молодая дѣвушка очень рѣшительно,-- и что онъ приглашалъ насъ только ради приличія.

Солнце уже закатилось, когда они подъѣхали къ живописной и благоустроенной гостинницѣ, которая возвышалась надъ рыбачьей деревушкой, расположенной какъ разъ насупротивъ острова Кельпи. Гостинница представляла разительную противуположность кривой и узкой улицѣ, состоявшей изъ унылыхъ и неудобныхъ каменныхъ лачугъ; не меньшій контрастъ представляли между собою щеголеватые путешественники, только что прибывшіе съ парохода, и тѣ загорѣлые, грубо одѣтые деревенскіе жители, которые разсматривали ихъ съ выраженіемъ суровой независимости и съ сознаніемъ своей высшей правоты передъ Богомъ.

По мѣрѣ того, какъ новопріѣзжіе сходили на берегъ и направлялись къ гостинницѣ, а носильщики везли за ними багажъ на низкихъ дрогахъ, вся процессія принимала видъ приличнаго похороннаго поѣзда, чему особенно способствовали мрачныя лица глазѣвшихъ на нее обывателей. Позади ихъ, при блѣдномъ свѣтѣ сѣверныхъ сумерекъ, воды залива сверкали оловяннымъ блескомъ, но берега чернѣли обычной траурной каймой всѣхъ приморскихъ мѣстностей Шотландіи. Низкія гряды облаковъ стояли надъ холоднымъ моремъ; очертаній острова Кельпи вовсе не было видно.

Но внутренность гостинницы, художественно отдѣланной по послѣдней модѣ, изящно меблированной, съ веселыми картинами по стѣнамъ, казалась насмѣшкой надъ унылою мѣстностью и голыми утесами, среди которыхъ она стояла. На площадкѣ передъ террасой видна была попытка устроить бесѣдку; результаты вышли очень плачевны: вазы для растеній стояли пустыя, скульптура почернѣла, а желѣзная мебель была на ощупь такая-же холодная и скользкая, какъ наружныя стѣнки парохода.

-- Завтра утромъ будетъ хорошая погода и отсюда пойдетъ лодка на островъ Кельпи; въ развалинахъ устраивается пикникъ,-- доложилъ швейцаръ консулу и его прелестнымъ спутницамъ, пока они, стоя у окна въ веселыхъ сѣняхъ отеля, безнадежно смотрѣли на окружающіе виды.

Пикникъ въ священныхъ развалинахъ Кельпи.... Консулъ замѣтилъ, что обѣихъ дамъ передернуло и онѣ гнѣвно выпрямились, слыша о такомъ дерзкомъ нарушеніи правъ и привилегій, которыя, по желанію, могли считать за свои собственныя. Онъ взглядомъ напомнилъ имъ о соблюденіи осторожности.

-- Развѣ развалины Кельпи публичная собственность и туда в_с_я_к_і_й можетъ ѣздить, кому вздумается?-- спросила миссъ Эльси высокомѣрно.

-- Нѣтъ, только наша гостинница содержитъ перевозъ и раздаетъ билеты; по полкроны съ человѣка,-- пояснилъ швейцаръ.

-- А хозяева.... Мэкъ-Гулиши -- дозволяютъ это?

Швейцаръ посмотрѣлъ на нихъ удивленно, но съ вѣжливымъ сожалѣніемъ. Онъ былъ красивый юноша высокаго роста, широкоплечій и мощный, и отличался какой-то искренней учтивостью и пріятностью манеръ, хотя говорилъ съ сильнѣйшимъ акцентомъ.

-- О, какже!-- сказалъ онъ ободрительно улыбаясь,-- хозяева не станутъ васъ безпокоить, Я сейчасъ пойду узнаю, есть-ли билеты на завтра.

Какой-то старичекъ, который въ эту минуту изучалъ росписаніе поѣздовъ на стѣнѣ, обратился къ нимъ по уходѣ швейцара и сказалъ съ разстановкой:

-- Вы должно быть не здѣшніе, не знаете, что швейцаръ Дональдъ тоже изъ Мэкъ-Гулишей?

-- Что-о?-- воскликнула изумленная Эльси.

-- Мэкъ-Гулишъ онъ, да, изъ той-же фамиліи. Онъ прямой потомокъ тѣхъ Мэкъ-Гулишей, что жили на Кельпи. Отличный малый, и для гостинницы сущій кладъ.

Миссъ Эльси поспѣшила поднести платокъ къ лицу, чтобы скрыть свою улыбку, а мать ея съ тревожнымъ участіемъ спросила:-- Неужели они такъ обѣднѣли?

-- Про него нельзя сказать, что онъ бѣденъ, сударыня,-- возразилъ старичекъ со свойственною его землякамъ осторожностью.-- Ему много даютъ на чай, награждаютъ часто, да еще процентъ онъ получаетъ съ каждаго билета, ну и набираетъ порядочно. У него навѣрное ужь кое-что въ банкѣ лежитъ.

Предсказаніе Дональда Мэкъ-Гулишъ насчетъ погоды оправдалось вполнѣ: утро настало ясное, солнечное; въ назначенное время большая лодка наполнилась пассажирами, корзинами съ провизіей и отправилась къ острову Кельпи. Къ этому времени наши дамы стали уже снисходительнѣе относиться къ своимъ дорожнымъ спутникамъ; миссъ Эльси перестала даже смѣяться при мысли о томъ, что швейцаръ Дональдъ могъ бы сдѣлаться ея родственникомъ, и очень весело щебетала: -- Знаете, сегодня утромъ до завтрака я имѣла съ нимъ длинный разговоръ и теперь я все узнала. Оказывается, что ихъ цѣлыя сотни, этихъ Мэкъ-Гулишей, и тутъ по берегу разсѣяны, и въ разныхъ другихъ мѣстахъ.... Только ни одинъ изъ нихъ не живетъ на Кельпи, да никто и не собирается тамъ жить. А вѣдь онъ гораздо больше похожъ на лэрда, на старшину клана, чѣмъ нашъ Малькольмъ? Знаешь, мама, если когда нибудь случится, что станутъ выбирать главу фамиліи, я непремѣнно подамъ голосъ за Дональда.

-- Ахъ, Эльси, какой вздоръ ты болтаешь!-- сказала миссисъ Беркби съ томнымъ упрекомъ.-- Надѣюсь, по крайней мѣрѣ, что ты ему ничего не разсказывала про синдикатъ? Слава Богу, что помѣстье-то хоть не здѣсь, а гдѣ-то въ другомъ мѣстѣ.

-- Нѣтъ, нѣтъ! Мнѣ кельнеръ сказывалъ, что всѣ эти прелести, которыя намъ подавали за завтракомъ, привозятъ Богъ знаетъ откуда! На островѣ кажется совсѣмъ ничего нѣтъ, и никогда не было. Нечего сказать, пріятно должно быть всякое утро изъ за каждой чашки молока отправляться за три мили по морю!

Дѣйствительно, на безплодныхъ скалахъ, которыя вскорѣ начали воздыматься надъ холодными волнами, было мало признаковъ растительности. Нѣсколько низкорослыхъ деревцевъ и кустовъ, извороченныхъ и скрученныхъ на подобіе виноградныхъ лозъ, ютилось вокругъ четырехугольной башни и обвалившихся стѣнъ угловатаго, неправильнаго зданія, въ мрачной тѣни котораго эти кусты тоже имѣли видъ вавихъ-то обломковъ.

-- Точно обгорѣлый костяной заводъ,-- молвила миссъ Эльси, обозрѣвая замокъ критическимъ окомъ.-- Я бы не удивилась, если бы оказалось, что Мэвъ-Гулиши для того и строили эту башню, чтобы пережигать кости; тамъ на материкѣ вѣдь этого нельзя было бы дѣлать, потому что для сосѣдей слишкомъ непріятно.

Тѣмъ не менѣе, когда лодка причалила въ маленькой бухтѣ, миссъ Эльси одна изъ первыхъ прыгнула на прибрежныя гальки и храбро переступая своими изящными ножками, обутыми въ хорошенькія, но совсѣмъ не приличныя случаю туфельки, благополучно миновала спутанные комки морскихъ водорослей, полосу мокраго песку и груды скользкихъ камешковъ; за такое геройство рѣшительно можно было простить ей ея суетность. Нѣсколько минутъ они лѣзли вверхъ по довольно крутому берегу и очутились передъ проломомъ въ стѣнѣ, чрезъ который можно было свободно проникнуть внутрь развалинъ. Онѣ состояли изъ небольшого пространства, углубленнаго на подобіе блюдечка и обнесеннаго остатками стѣнъ; первоначальный планъ внутренняго устройства почти изгладился, а вмѣсто пола повсюду зеленѣла травка, которая сохранялась подъ защитой этихъ стѣнъ, въ родѣ того, какъ на противулежащемъ материкѣ подъ защитой утесовъ кое-какая растительность уцѣлѣла отъ губительныхъ морскихъ вѣтровъ. Среди камней торчало нѣсколько блѣдныхъ цвѣточковъ на такихъ чахлыхъ и длинныхъ стебляхъ, какъ будто они выросли въ сыромъ подвалѣ. Первое, что бросалось въ глаза и до нѣкоторой степени придавало жизненность зрѣлищу, были обрывки газетной бумаги, бутылки изъ-подъ пива и содовой воды, старыя жестянки отъ консервовъ, оклеенныя ярко раскрашенными картинками, пустые патроны -- остатки прежнихъ пикниковъ или охотничьихъ пиршествъ; но самыя стѣны до того почернѣли отъ времени и выкрошились подъ вліяніемъ непогодъ, что консулу поневолѣ вспомнилось критическое опредѣленіе миссъ Эльси, заявившей, что онѣ похожи на обгорѣлый заводъ. Башня была внутри утыкана нечистоплотными гнѣздами чаекъ, со стѣнъ ея, точно лохмотья стараго платья, свѣшивались клочки мховъ и лишайниковъ, а съ верхней площадки открывался самый унылый видъ на рыбачью деревню. Рѣдкія хижины, разсѣянныя по берегу, были сложены изъ камней, натасканныхъ изъ развалинъ, а кровли ихъ состояли изъ разнокалиберныхъ деревянныхъ досокъ и бревенъ, дошедшихъ до крайней степени гнилости. Изъ низкихъ трубъ валилъ густой дымъ отъ тлѣющаго торфа и проносясь мимо развалинъ наполнялъ ихъ запахомъ сушеной рыбы.

-- Я сейчасъ видѣла нѣчто въ родѣ плана прежняго замка,-- сказала миссъ Эльси съ веселымъ оживленіемъ.-- Вообразите, въ немъ не было ни одной комнаты просторнѣе нашей спальни въ гостинницѣ, и не во всѣхъ комнатахъ были окна. Предки Малькольма находили кажется, что если продѣлать въ стѣнѣ щелку въ два дюйма ширины и въ два фута длины, то этого за глаза довольно для освѣщенія. И не удивительно, что нѣкоторые не выдержали, да и уплыли въ Америку. Да, кстати! Какъ вы думаете, кого я сейчасъ встрѣтила?.. пріѣхалъ изъ гостинницы на собственномъ катерѣ, единственно за тѣмъ, чтобы повидаться съ моей мамой!..

-- Малькольмъ?.. Да нѣтъ, не можетъ быть,-- сказалъ консулъ.

-- Нѣтъ, не Малькольмъ,-- возразила миссъ Эльси, поджимая губки.-- Мистеръ Кестеръ, вотъ кто! Онъ теперь тамъ, на берегу, толкуетъ съ мамой о дѣлахъ. Но они придутъ, когда закуска будетъ готова.

Консулъ вспомнилъ романическій планъ, восторженно изложенный Кестеромъ въ сумракѣ консульской резиденціи въ Сентъ-Кентигернѣ, оглянулся на прозаическихъ туристовъ, собравшихся поглазѣть на развалины, на кучку приземистыхъ рыбаковъ, стоявшихъ поодаль, на неприглядные обломки вокругъ -- и разсмѣялся. Взглянувъ на миссъ Эльси, онъ замѣтилъ, что она пристально на него смотритъ.

-- Вы вѣдь знаете мистера Кестера?-- спросила она.

-- Какъ же, мы съ нимъ старые пріятели, еще въ Калифорніи познакомились.

-- Я такъ и думала; а мнѣ показалось, что онъ какъ будто смутился, когда узналъ, что и вы здѣсь.

И точно, черезъ нѣсколько минутъ, когда онъ вмѣстѣ съ миссисъ Керкби подошелъ къ нимъ, онъ имѣлъ видъ совсѣмъ смущенный, какъ будто ему было не то немножко смѣшно, не то просто неловко. Въ концѣ концовъ возбужденіе, вызванное рѣзкостью морского воздуха, взяло верхъ надъ непріятностями окружающей обстановки и маленькое общество вскорѣ принялось за ѣду, отъ души наслаждаясь прелестью новизны и удовлетвореніемъ своего здороваго аппетита отборными яствами. Влажная атмосфера пропитывала сыростью салфетки и скатерти, оказывая нѣкоторое вліяніе даже и на провизію; поднявшійся вѣтеръ обвѣвалъ стѣны, свисталъ въ щеляхъ и подымая съ полу обрывки бумаги и всякій соръ, крутилъ ихъ въ воздухѣ, но наша компанія, не взирая ни на что, пила, ѣла и веселилась, какъ ни въ чемъ не бывало. Къ концу трапезы оба джентльмена встали и отошли къ стѣнѣ, чтобы закурить сигары.

-- Вамъ, вѣроятно, все извѣстно касательно Малькольма?-- сказалъ Кестеръ послѣ неловкаго молчанія.

-- Любезный другъ,-- отвѣчалъ консулъ съ оттѣнкомъ нетерпѣнія,-- мнѣ ровно ничего неизвѣстно о немъ, и поpa-бы вамъ, кажется, это понять.

-- Я думалъ, что в_а_ш_ъ д_р_у_г_ъ, сэръ Джемсъ, разсказалъ вамъ,-- продолжалъ Кестеръ, значительно подчеркивая слова.

-- Я ужь два мѣсяца въ глаза не видалъ сэръ Джемса.

-- Ну такъ я вамъ скажу, что Малькольмъ совсѣмъ свихнулся. Онъ и прежде былъ не въ своемъ умѣ, а теперь и вовсе рехнулся. Да, сэръ; шотландская водка и вашъ пріятель сэръ Джемсъ окончательно свернули ему голову. Съ того самаго обѣда у сэръ Джемса, онъ точно сбѣсился. Вскочилъ на столъ и ну откалывать какой-то танецъ съ мечомъ или съ копьемъ что ли, Богъ его знаетъ, и визжать громче всякихъ трубъ; а остальные за нимъ, да всѣ вмѣстѣ... Знаете, Джекъ, я и самъ, бывало, не промахъ, и думалъ, что знаю что значитъ пускать дымъ коромысломъ; но это, что мы съ вами въ старину продѣлывали, сущіе пустяки въ сравненіи съ тѣмъ, что у нихъ было. И во-первыхъ, всѣ были пьяны какъ стельки, но остальные-то проспались, и опять ничего, а онъ тутъ и погибъ. Они на другой же день были люди какъ люди, такіе же хладнокровные и осторожные какъ обыкновенно; а его пришлось цѣлую недѣлю продержать взаперти, а потомъ и пошло...

-- Но вѣдь это не мѣшаетъ его претензіи идти своимъ порядкомъ?

-- Ну, какая же охота кликать кличъ и обращаться къ клану съ воззваніемъ, когда только одинъ заинтересованный отъ этого на стѣны лѣзетъ.

-- Это не бѣда, коли у него дѣйствительно есть законныя права.

-- Для него-то не бѣда, а синдикату отъ этого плохо приходится,-- мрачно проговорилъ Кестеръ,-- когда на его кличъ стали сбѣгаться мелкіе лавочники, да фабричный народъ, все изъ того же клана; потому что, надо вамъ сказать, въ здѣшней сторонѣ, куда ни швырни камень, непремѣнно попадешь въ Мэкъ-Гулиша, тутъ мы и увидали, что онъ для насъ совершенно излишнее украшеніе и ни къ чорту не годится. Вотъ мы его взяли, посадили на пароходъ и отправили восвояси.

-- А какъ же съ помѣстьемъ-то?

-- О, это все ужь сдѣлано,-- отвѣчалъ Кестеръ все также уныло.-- Мы пошли на полюбовную сдѣлку, какъ выражается сэръ Джемсъ. Это значитъ, что мы получили во владѣніе гдѣ-то тамъ, на сѣверѣ, земельный участокъ, съ правомъ стрѣлять тамъ сколько угодно; оно тѣмъ хорошо, что сколько ни стрѣляй никого не ушибешь, потому что тамъ ни домовъ, ни деревьевъ, ни единой живой души не встрѣтишь; еще досталась намъ земельная дача такого же сорта, но на берегу моря, въ здѣшнихъ мѣстахъ: тутъ живутъ какіе-то озорники, называемые огородниками, и съ ними что ни шагъ, то гвалтъ и тяжба. И наконецъ, вотъ это самое мѣсто, глухое и смирное хоть куда, но съ правомъ жечь кости, ловить рыбу, выжигать торфъ, словомъ дѣлать все то, чего не дозволяется въ людныхъ и приличныхъ мѣстахъ. Всѣ эти угодья обошлись синдикату только во сто тысячъ доллеровъ, на половину чистыми деньгами, на половину лугами и пастбищами въ Техасѣ и Кентукки. Но за то мы выиграли дѣло.

-- Съ чѣмъ васъ и поздравляю,-- сказалъ консулъ.

-- Спасибо.-- Нѣсколько минутъ Кестеръ молча попыхивалъ своей сигарой.-- А сэръ Джемсъ Мэкъ Фэнъ замѣчательный человѣкъ.

-- О да,-- сказалъ консулъ.

-- Недюжинный человѣкъ и мастеръ своего дѣла. Ни съ какой стороны подъ него булавки не подсунешь. Все знаетъ какъ свои пять пальцевъ, и со всѣми знакомъ. Такъ вѣдь?

-- Я думаю, что такъ.

-- И въ церковныхъ дѣлахъ навѣрное тоже силенъ? Никогда не даетъ промаха, ни на выборахъ, ни на частныхъ митингахъ? И вѣроятно не замѣнимъ какъ президентъ или директоръ какихъ нибудь правленій, и вездѣ первенствуетъ, не правда ли?

-- По всей вѣроятности.

-- На третейскомъ судѣ или въ судебной камерѣ -- ему честь и мѣсто: сиди да звони въ колокольчикъ. А финансисты, я думаю, передъ нимъ падаютъ ницъ и преклоняются. Теперь, поди, онъ чуть ли не полъ-Шотландіи прибралъ къ рукамъ.

Консулъ полагалъ, что сэръ Джемсъ повсемѣстно пріобрѣлъ репутацію очень опытнаго и искуснаго дѣльца во всѣхъ коммерческихъ вопросахъ и, по слухамъ, нажилъ довольно значительное состояніе.

-- Еще-бы! А я все думаю, дорого-ли онъ возметъ, чтобы побывать въ Америкѣ и дать нѣсколько уроковъ нашимъ молодцамъ?-- продолжалъ Кестеръ въ задумчивомъ благоговѣніи.-- На Скотсриверѣ было у насъ два -- три человѣка, да еще китаецъ одинъ, которыхъ мы считали первостатейными пройдохами; но въ сравненіи съ нимъ, всѣ они были все равно, что несмышленные младенцы. А ужь я, какъ попался!.. Послушайте, Джекъ, въ тотъ день, какъ я приходилъ къ вамъ въ консульство, не замѣчали вы, чтобы у меня въ волосахъ сѣно торчало?

Консулъ отвѣчалъ смѣясь, что никакихъ такихъ признаковъ сельской простоты и невинности въ ту пору не замѣтилъ.

-- А вотъ подите-же, оплошалъ! Однимъ словомъ, какъ ворочусь домой -- баста, никогда больше не сунусь въ спекуляцію иностранными цѣнностями. Если кто-нибудь явится въ консульство и спроситъ Гарри Кестера, скажите, что вы меня не знаете. Да это и правда. А вотъ что, Джекъ, сдѣлайте дружбу, постарайтесь оправдать меня передъ ней.

-- Передъ миссъ Эльси?

Кестеръ съ глубокимъ сожалѣніемъ посмотрѣлъ на консула.

-- Нѣтъ; передъ миссисъ Кернби, разумѣется. Поняли?

Консулу показалось, что онъ понялъ и постигъ наконецъ тайну странной спекуляціи, затѣянной Кестеромъ. Но, подобно большинству теоретиковъ, строящихъ свою теорію на основаніи единичнаго факта, черезъ нѣсколько мѣсяцевъ онъ возъимѣлъ поводъ усомниться въ правильности своихъ выводовъ.

Онъ гостилъ въ большомъ деревенскомъ домѣ у одного изъ своихъ богатыхъ знакомыхъ, за многія мили отъ тѣхъ мѣстъ, гдѣ происходили только что описанныя событія; они успѣли даже значительно поблекнуть въ его памяти, особенно съ тѣхъ поръ, какъ его земляки окончательно уѣхали изъ Сентъ-Кентигерна. Однажды, позднимъ вечеромъ, сидя у камина въ билліардной, онъ курилъ, когда къ нему подошелъ одинъ изъ молодыхъ людей, также гостившихъ въ этомъ домѣ.

-- Я ужь догадался за обѣдомъ, что вы меня не узнали,-- сказалъ онъ.

Голосъ былъ низкій, пріятный, говоръ медлительный и какъ будто знакомый. Взглянувъ на говорившаго, консулъ увидѣлъ, что это одинъ изъ новопріѣзжихъ гостей, съ которымъ онъ, при давешнемъ представленіи другъ другу, успѣлъ лишь обмѣняться неопредѣленной улыбкой, а имени не разслышалъ. Притомъ въ этомъ домѣ царствовала большая непринужденность и гостямъ предоставлено было самимъ знакомиться между собою. Впрочемъ, онъ вспомнилъ, что за обѣдомъ этотъ самый джентльменъ раза два поглядывалъ на него съ застѣнчивой, но ласковой сдержанностью.

-- Вы видаете такое множество всякаго народа,-- сказалъ молодой человѣкъ,-- а еще здѣсь принято никого отдѣльно не знакомить, и всѣ себя держутъ такъ одинаково, что трудно отличать одного отъ другого... Ужасно сбивчиво, не правда-ли? Вотъ этимъ-то вы, американцы, и отличаетесь отъ насъ, и вотъ почему ваши женщины такъ обворожительны, знаете, такъ оригинальны. Мы съ вами вмѣстѣ ѣхали въ одной почтовой каретѣ, въ Шотландіи, помните? Дождь лилъ какъ изъ ведра, но было очень весело. Вы не разслышали моего имени? Донкастеръ.

Консулъ тотчасъ припомнилъ и узналъ въ немъ тогдашняго спутника. Они обмѣнялись рукопожатіями. Англичанинъ вытащилъ изъ кармана своей курильной куртки короткую трубку и придвинулъ себѣ кресло къ огню, поближе къ консулу.

-- Да-а,-- продолжалъ онъ, методически набивая свою трубку -- дочка-то, миссъ Керкби, была удивительно мила, такъ свѣжа, натуральна, такъ знаете ли невинна, и въ тоже время бойкая такая, остроумная. Какъ она тогда отдѣлывала шотландскіе-то виды передъ шотландскими спутниками, помните? И вѣдь совершенно вѣрно было это все сказано! Она можетъ быть и теперь здѣсь, съ вами?

Въ глазахъ англичанина свѣтилось столько искренней, неожиданной симпатіи, что консулъ чистосердечно выразилъ ему свое сожалѣніе по поводу того, что обѣ дамы уѣхали обратно въ Парижъ.

-- А я-бы съ удовольствіемъ прокатилъ ихъ отсюда въ Одри Эджъ. По желѣзной дорогѣ это даже совсѣмъ не далеко. Тогда въ Шотландіи я ихъ приглашалъ, но онѣ, вѣроятно, предпочли что ни будь другое... Вы имъ скажите, однако, что у меня тамъ сестры живутъ, что это помѣстье старинное, и далеко не изъ плохихъ, знаете-ли. Можетъ быть вы возметесь написать имъ объ этомъ? Или мнѣ сообщите ихъ адресъ.

Консулъ такъ и сдѣлалъ, прибавивъ къ адресу нѣсколько пріятныхъ подробностей насчетъ ихъ положенія и состоянія (о синдикатѣ онъ не упомянулъ), о которыхъ зналъ черезъ Кестера. Лордъ Донкастеръ выслушалъ съ большимъ интересомъ и малу по малу перешелъ въ конфиденціально-задушевный тонъ.

-- Вы, конечно, по обязанностямъ службы, видаете великое множество своихъ соотечественниковъ и, я полагаю, между ними встрѣчаются типы не менѣе разнообразные чѣмъ между англичанами, это само собой разумѣется! Между ними, знаете ли, бываютъ такіе, что ужасно топорщутся и хлопочутъ, какъ бы имъ занять положеніе повиднѣе, да какъ бы отличиться, и прочее; а попадаются вотъ и такіе какъ эти ваши знакомыя: вполнѣ независимыя, естественныя и простыя.

Онъ пріостановился и нѣсколько минутъ курилъ молча, потомъ вынулъ трубку изъ-рта, разсмѣялся и сказалъ:

-- Мнѣ хочется разсказать вамъ одинъ забавный случай. У меня было тутъ одно дѣло съ вашими земляками. Я вовсе не хочу этимъ набрасывать тѣнь на американцевъ вообще и даже не думаю, чтобы тутъ было что либо типично-американское, такъ что вы пожалуйста не примите моихъ словъ въ такомъ смыслѣ. Были у меня въ Шотландіи кое-какія угодья, по правдѣ сказать неважныя, но нашлись вдругъ такіе американцы, которые подъ предлогомъ отдаленнаго родства вздумали заявлять на нихъ претензіи. Можетъ быть, въ ихъ заявленіи и была нѣкоторая доля правды, но тамъ у васъ въ Сентъ-Кентигернѣ есть одинъ законовѣдъ... Вы можетъ быть слыхали о немъ: сэръ Джемсъ Мэкъ Фэнъ? Ну вотъ, онъ мой повѣренный по дѣламъ и очень умный, очень толковый человѣкъ. Получаю отъ него письмо: пишетъ, что эти претенденты только того и добиваются, чтобы имъ отдали одно родовое помѣстье, со всѣми привилегіями и съ правомъ носить мѣстную фамилію. Но всего страннѣе то, что самъ-то истецъ оказался совсѣмъ невозможнымъ субъектомъ, не то юродивый, не то бѣсноватый, а дѣло вели за него очень смышленные люди изъ западныхъ штатовъ, и вообразите, цѣлый синдикатъ! Ну, я за это имѣніе не очень держался, потому что каждый годъ приходилось ухлопывать на него кучу денегъ на поддержку, да на тяжебныя дѣла, а между тѣмъ сэръ Джемсъ -- свѣтлая голова и великій знатокъ по этой части!-- намекнулъ мнѣ, что можно предложить имъ полюбовную сдѣлку и сбыть эти угодья за приличную цѣну. И, можете себѣ представить, это ему удалось. Но я понять не могу, ради чего хлопотали ваши-то земляки? Охота въ этомъ краю гораздо хуже, чѣмъ у васъ на родинѣ, доходовъ никакихъ оттуда извлечь нельзя; на что имъ понадобились эти привилегіи, скажите на милость!

-- Я кажется слышалъ про это дѣло,-- сказалъ консулъ, внимательно глядя въ лицо своему собесѣднику,-- но, если не ошибаюсь, этотъ молодой человѣкъ, истецъ то-есть, считалъ себя единственнымъ законнымъ наслѣдникомъ и представителемъ рода.

Англичанинъ всталъ, наклонился къ каминной рѣшеткѣ и сказалъ, медленно выколачивая золу изъ трубки:

-- Ну это, знаете ли, совсѣмъ ни съ чѣмъ несообразно.

Потомъ выпрямился и, стоя передъ огнемъ во всемъ своемъ величавомъ спокойствіи и болѣе чѣмъ когда либо похожій на завзятаго англичанина, прибавилъ съ разстановкой:

-- Титулъ Донкастера перешелъ ко мнѣ, видите ли, отъ роднаго дяди, а самъ я единственный и прямой наслѣдникъ одной шотландской фамиліи, и помѣстья у меня всѣ въ Шотландіи. Хотя я, собственно, можетъ быть и не похожъ на шотландца, потому что мы, знаете ли, давно живемъ въ Англіи, но самъ я тамошній и моя фамилія собственно -- Мэкъ-Гулишъ.


"Вѣстникъ Иностранной Литературы", No 12, 1893