# Стихотворения

Аркадий Сергеевич Бухов

Что я написал бы, если бы он умер

Вспомните! Юбилейное

Пародия. ("Ломоносов в шампанском! Ломоносов в шампанском!..")

Письмо к редактору

Трагедия кубизма. Критическое стихотворение

Вспомните! Юбилейное

Приятный собеседник. Набросок желчью

А. С. Бухов Стихотворения ---------------------------------------------------------------------------- Мелочи жизни. Русская сатира и юмор второй половины XIX - начала XX в. М., "Художественная литература", 1988. (Классики и современники, Рус. классич. лит.) ---------------------------------------------------------------------------- Содержание Что я написал бы, если бы он умер Вспомните! Юбилейное ЧТО Я НАПИСАЛ БЫ, ЕСЛИ БЫ ОН УМЕР Ты в жизни шел походкой робкой, Не видя часто в ней ни зги. Под черепной твоей коробкой Лежали мертвые мозги. А жизнь-то вся, как на бумаге, До заключительной строки: Ни героической отваги, Ни созидающей тоски... На "нет" - ты отвечал: "не надо", На крик,- согнувшись в три дуги, С улыбкой ласкового гада Лизал послушно сапоги. Любовь считал пустой затеей И убежденья - пустяком, Ища свой хлеб и лбом и шеей, На четвереньках и ползком. Одет хоть скромно, но прилично (Где надо - смокинг, где - сюртук), Ты жил ведь, собственно, отлично Проворством языка и рук. Вот умер... Что ж... Мы все там будем... Мы все свершим загробный путь: Когда-нибудь да надо людям От скучных будней отдохнуть... Но я хотел бы для порядка Тебе в могилу кол вогнать: Боюсь, тебе там станет гадко И ты вернешься к нам опять... ВСПОМНИТЕ! Юбилейное Много вас, в провинциальной тине Утопивших грустно имена, Все еще питается доныне Распыленным прахом Щедрина. Много вас, с повадкой хитрой, волчьей, Под цензурным крепким колпаком Подбирает капли едкой желчи, Оброненной умным стариком. Ваш читатель ласковей и проще, Чем у нас,- он любит простоту, Но устал: от гласных и от тещи И от нравов граждан Тимбукту... Знаю я, когда сосед - Европа, Тяжело перо переломить, Между строчек с запахом Эзопа Щедриным исправника громить... Тяжело потертые словечки Доставать из пожелтевших книг, Старый смех топить в газетной речке, Потеряв свой собственный язык. Так-то так... А все-таки берете, В тине душ бессилье затая: Щедриным, друзья мои, живете, Щедриным питаетесь, друзья... Мы - рабы одной каменоломни, Что зовется - русская печать, И теперь одно лишь слово - вспомни! - Мне собрату хочется сказать... Вспомни, брат, того, кто нам когда-то Дал слова, какие знал один... . . . . . . . . . . . . . . . . И услышу отповедь собрата: "Что пристал? Я сам себе - Щедрин". Аркадий Сергеевич Бухов (1889-1937) Словно оттого, что родился в год смерти Щедрина и Минаева, с успехом писал и прозу, и стихи. До революции активно сотрудничал в "Сатириконе" и других журналах, после революции - в "Крокодиле" и других журналах. В 1914 году, призванный в армию, был признан "политически неблагонадежным". В 1937 году был арестован, посмертно реабилитирован. Вспомните! - Напечатано в номере "Нового Сатирикона", посвященном 25-летию со дня смерти Щедрина. Тимбукту - древний город в Африке. А. С. Бухов Пародия Муза пламенной сатиры: Русская стихотворная сатира 1880-1910-х годов М., "Современник", 1990.- (Сельская б-ка Нечерноземья). ПАРОДИЯ Если бы... (Кусочек литературного фельетона) Недавно исполнившееся стопятидесятилетие со дня смерти Ломоносова осталось почти незамеченным. Писали об этом немного и немногие. Если бы мы обратились к Игорю Северянину с предложением высказаться по поводу литературного значения Ломоносова, маститый поэт, мы не сомневаемся, ответил бы; стихами: Ломоносов в шампанском! Ломоносов в шампанском! Удивительно вкусно, свежо и остро... Весь я в чем-то ужасном, крикливо мещанском, Но рукою привычной я берусь за перо. Я к поэзии прошлой отношусь, как к химере. Что писал Ломоносов - ужасно старо. Ломоносов - в малаге, Ломоносов - в мадере! С ананасом в желудке? - вот это остро. 1915 А. С. Бухов --------------------------------------------------------------------------- Поэты "Сатирикона" Библиотека поэта. Большая серия. Второе издание. М.-Л., "Советский писатель" --------------------------------------------------------------------------- СОДЕРЖАНИЕ Биографическая справка 186. Что я написал бы, если бы он умер 187. Письмо к редактору 188. Трагедия кубизма. Критическое стихотворение 189. Вспомните! Юбилейное 190. Приятный собеседник. Набросок желчью Аркадий Сергеевич Бухов родился в 1889 году. Учился он в Казанском университете. За участие в студенческих волнениях был выслан на Урал (в Кочкарь). Первая книга Бухова - статьи о Блоке и М. Кузмине "Критические штрихи" (Казань, 1909). В 1910-х годах он написал много юмористических рассказов, опубликованных в книгах: "Пять миниатюр" (СПб., 1914), "Тихие неприятности" (Пг., 1915), "Жуки на булавках" (Пг., 1915), "Точка зрения" (Пг., 1916), "Разговор с соседом" (Пг., 1918). В 1914 году Бухов был призван в армию, где служил вольноопределяющимся, но, как "политически неблагонадежный", был переведен в маршевую роту, а впоследствии - демобилизован. Бухов сотрудничал в "Сатириконе" и "Новом Сатириконе", редактировал "Синий журнал", помещал стихи и рассказы в "Солнце России", "Всемирной панораме", "Журнале журналов" и других изданиях. Иногда печатался под псевдонимом: Аркадий Братский. В 1918 году Бухов эмигрировал в Литву; в Каунасе он в течение ряда лет редактировал газету "Эхо". В 1927 году писатель вернулся в Советский Союз. Сотрудничал в журналах "Чудак", "Бегемот", "Безбожник" и в "Литературной газете". В 30-х годах был приглашен М. Кольцовым в "Крокодил", где печатался вплоть до 1937 года и выполнял обязанности заведующего литературным отделом. Написал множество сатирических памфлетов, фельетонов и водевилей, частью не опубликованных. В их числе: "Извините" (Л., 1928), сатирический роман "История трех святых и некоторых посторонних" (М., 1930), "Дневник Ильи Пророка" (М., 1931) и др. В 1931 году был издан роман-памфлет Бухова "Черное кольцо". В 1937 году по необоснованному политическому обвинению был арестован. Умер в 1946 году. Посмертно реабилитирован. 186. ЧТО Я НАПИСАЛ БЫ, ЕСЛИ БЫ ОН УМЕР Ты в жизни шел походкой робкой, Не видя часто в ней ни зги. Под черепной твоей коробкой Лежали мертвые мозги. А жизнь-то вся, как на бумаге, До заключительной строки: Ни героической отваги, Ни созидающей тоски... На "нет" - ты отвечал: "не надо", На крик, - согнувшись в три дуги, С улыбкой ласкового гада Лизал послушно сапоги. Любовь считал пустой затеей И убежденья - пустяком, Ища свой хлеб и лбом, и шеей, На четвереньках и ползком. Одет хоть скромно, но прилично (Где надо - смокинг, где - сюртук), Ты жил ведь, собственно, отлично Проворством языка и рук. Вот умер... Что ж....Мы все там будем Мы все свершим загробный путь: Когда-нибудь да надо людям От скучных будней отдохнуть... Но я хотел бы для порядка Тебе в могилу кол вогнать; Боюсь, тебе там станет гадко И ты вернешься к нам опять... <1912> 187. ПИСЬМО К РЕДАКТОРУ В душе омерзительно сиро, Всё выела жуткая моль, Но просит редактор сатиру... Смеяться? Ну что же: изволь... ----- На днях у границы болгарской В какой-то веселенький миг Был в виде котлеты иожарской Изрублен столетний старик. Старуху гранатой убило, Да что ей - слепа итлуха... Вот смеху-то, смеху-то было: Желудок распорот... Ха, ха! Какой-то помещик на юге Комический выявил,пыл: Под смех трехрублевой подруги Двух старых евреев убил. Кричал он: "Я всех бы их в груде Кромсал и не чуял греха!" Посмейтесь же, добрые люди! Ну, что же, редактор: ха-ха! В провинции власть без поблажки, Там метод решительный мил: Профессор сидел в каталажке За то, что он паспорт забыл. Ученого хлебом кормили С водой, а водица плоха... Спасибо еще, не побили. Редактор! Ну что же: ха-ха! ----- Мучительно наше сегодня, Где всё - наболевший вопрос; Редактор, не будьте же сводней Сатиры и искренних слез. Смеяться нетрудно, но верьте, Что жизнь - не пустой балаган И в жуткой процессии смерти Противно пускаться в канкан... <1913> 188. ТРАГЕДИЯ КУБИЗМА КРИТИЧЕСКОЕ СТИХОТВОРЕНИЕ Рыдала девушка о брате. . . . . . . . . . . . . . Ты понял миг и воплотил: Поставил окуня в квадрате И кубом бок ему закрыл. Замазал небо острым клином, Вбил абажур от лампы в нос И, сделав подпись гуталином, К друзьям на выставку повез. Пришел туда же критик строгий, Угрюм, начитан и сердит. Порывшись в новом каталоге, Нашел он: "Женщина грустит". "Грустит... - подумал он, - однако Зачем же зонтик вместо глаз? А на бровях сидит собака И ест отточенный алмаз? Зачем на ухе - точно глыбы Каких-то розовых камней, А самый облик - в форме рыбы, И восемь ромбов жмутся к ней?! Зачем у ней фонарь под носом?! Фонарь и нос... Фонарь... Зачем?" Он приставал к тебе с вопросом, Но ты молчал, красиво-нем. Стемнело. Выставку закрыли. И опустел печально зал... Как лошадь загнанная, в мыле, Усталый критик познавал: "Зачем здесь рыба?.. и в квадрате?! Что должен куб обозначать?!" И рвал он волосы и платье, Не в силах смысла разгадать... Рыдал - и не было ответа. Когда ж забрезжил свет вдали, К крыльцу подъехала карета: В больницу критика свезли... И там, в припадке истеричном, Кричал он, ужасом объят: "Хочу быть смелым и кубичным!! Зачем, зачем я - не квадрат?!!" <1913> 189. ВСПОМНИТЕ! ЮБИЛЕЙНОЕ Много вас, в провинциальной тине Утопивших грустно имена, Всё еще питается доныне Распыленным прахом Щедрина. Много вас, с повадкой хитрой, волчьей, Под цензурным крепким колпаком Подбирает капли едкой желчи, Оброненной умным стариком. Ваш читатель ласковей и проще, Чем у нас, - он любит простоту, Но устал: от гласных и от тещи И от нравов граждан Тимбукту... Знаю я, когда сосед - Европа, Тяжело перо переломить, Между строчек, с запахом Эзопа, Щедриным исправника громить... Тяжело потертые словечки Доставать из пожелтевших книг, Старый смех топить в газетной речке, Потеряв свой собственный язык. Так-то так... А всё-таки берете, В тине душ бессилье затая: Щедриным, друзья мои, живете, Щедриным питаетесь, друзья... Мы - рабы одной каменоломни, Что зовется - русская печать, И теперь одно лишь слово - вспомни! - Мне собрату хочется сказать... Вспомни, брат, того, кто нам когда-то Дал слова, какие знал один... . . . . . . . . . . . . . . . . . И услышу отповедь собрата: "Что пристал? Я сам себе - Щедрин". <1914> 190. ПРИЯТНЫЙ СОБЕСЕДНИК НАБРОСОК ЖЕЛЧЬЮ Мысли - как трамвайные билетики, Жалкие, от станции до станции. Говорит он много об эстетике, О Бодлере, Ницше и субстанции. Весь такой он чуткий и мистический, Весь такой он нежный и лирический. Не люблю его я органически, Я при нем страдаю истерически. Сколько он со мной ни разговаривал, Сколько ни прикладывал старания, - Никогда его не переваривал, И на то имею основания. Я смотрю: за черепной коробкою Этой тли природою положена Смесь трухи с изжеванною пробкою И какой-то слизью переложена. Ничего другого. Ни горения, Ни сердечных взрывов, ни сомнения, Ни тоски, ни страсти, ни мучения... Человек? Нет: недоразумение. От портного - брюки с заворотами, От брошюр - солидные суждения, От кого-то - фразы с оборотами, От себя - лишь ужас вырождения. Лучше жить пустыми небылицами, Углубиться в мерзость запустения, Чем возиться с этими мокрицами... ----- Плюнь на них - хоть в этом утешение. <1915> ПРИМЕЧАНИЯ Условные сокращения, принятые в примечаниях "В тылу" - Е. Венский, "В тылу", СПб., 1916. Г. П. Потемкин, "Герань", СПб., 1912. ГПБ - Рукописный отдел Государственной публичной библиотеки им. M. E. Салтыкова-Щедрина (Ленинград). ДП - В. Князев, "Двуногие без перьев", СПб., 1914. КЗ - В. Горянский, "Крылом по земле", Пг., 1915. МД - В. Горянский, "Мои дураки", Пг., 1915. МК - Евг. Венский, "Мое копыто. Книга великого пасквиля. Литературные шаржи, карикатуры, пародии, памфлет", СПб., 1910. МК-2 -то же, изд. 2-е, СПб., 1911. НС - "Новый Сатирикон". ПД - Рукописный отдел Института русской литературы (Пушкинского дома) АН СССР. ПК - В. Князев, "Первая книга стихов", Пг., 1919. С - "Сатирикон". СЛ - П. Потемкин, "Смешная любовь", СПб., 1908. СП - В. Князев, "Сатирические песни", СПб., 1910. ЦГАЛИ - Центральный государственный архив литературы и искусства (Москва). ЦГИАЛ - Центральный государственный исторический архив СССР (Ленинград). А. БУХОВ 186. С, 1912, No 46, с. 8. 187. НС, 1913, No 9, с. 3. Обращено к А. Т. Аверченко, см. о нем с. 5. 188. С, 1913, No 19, с. 10. Написано по случаю открытия художественной выставки "Бубновый валет" в Петербурге, состоявшегося 4 апреля 1913 г. (см. "Вечернее время", 1913, 4 апреля). 189. НС, 1914, No 17, с. 5, в номере, посвященном 25-летию со дня смерти М. Е. Салтыкова-Щедрина (1826-1889). 190. НС, 1915, No 27, с. 5. Бодлер Шарль (1821-1867) - французский поэт-модернист. Ницше - см. прим. 36. Мерзость запустения - выражение Салтыкова-Щедрина.