# Самоцветный быт

Михаил Афанасьевич Булгаков

Из моей коллекции.

## Михаил Булгаков. Самоцветный быт


Из моей коллекции


Все правда, за исключением последнего: "прогрессивный аппетит".


## 1. В волнах азарта


Знакомый журналист сообщил мне содержание следующего документа:

Гражданину директору казино

Капельмейстера 3.


## Заявление.


Имею честь заявить, что в Вашем уважаемом Монако я проиграл: бесценные мои наследственные золотые часы, пять тысяч рублей дензнаками 23 г. и 16 инструментов вверенного мне духового оркестра, каковой вследствие этого закрылся 5 числа.

Ввиду того, что я нахожусь теперь в ожидании пролетарского суда за несдачу казенного обмундирования, выразившегося в гимнастерке, штанах и поясе, прошу для облегчения моей участи выдать мне хотя бы три тысячи.

На заявлении почерком ошеломленного человека написано: "Выдать".


## 2. Средство от застенчивости


Лично я получил такую заметку, направленную из глухой провинции в редакцию столичной газеты:

"Товарищ редактор, пропустите, пожалуйста, мою статью или, проще выразиться, заметку с пригвождением к черной доске нашего мастера Якова (отчество и фамилия). Означенный Яков (отчество и фамилия) омрачил наш международный праздник работницы 8 марта, появившись на эстраде в качестве содокладчика как зюзя пьяный. По своему состоянию он, не читая содоклада, а держась руками за лозунги и оборвав два из них, лишь улыбался бесчисленной аудитории наших работниц, которая дружно, как один, заполнила клуб.

Когда заведующий культотделом спросил у Якова о причине его такого позорного выступления, он ответил, что выпил перед содокладом от страха, ввиду того, что он с женским полом застенчив. Позор Якову (отчество и фамилия). Таких застенчивых в нашем профессиональном союзе не нужно".


## 3. Сколько Брокгауза может вынести организм


В провинциальном городишке В. лентяй-библиотекарь с лентяями из местного культотдела плюнули на работу, перестав заботиться о сколько-нибудь осмысленном снабжении рабочих книгами.

Один молодой рабочий, упорный человек, мечтающий об университете, отравлял библиотекарю существование, спрашивая у него советов о том, что ему читать. Библиотечная крыса, чтобы отвязаться, заявила, что сведения "обо всем решительно" имеются в словаре Брокгауза.

Тогда рабочий начал читать Брокгауза. С первой буквы А.

Чудовищно было то, что он дошел до пятой книги (Банки -- Бергер).

Правда, уже со второго тома слесарь стал плохо есть, как-то осунулся и сделался рассеянным. Он со вздохом, меняя прочитанную книгу на новую, спрашивал у культотдельской грымзы, засевшей в пыльных книжных баррикадах, "много ли осталось?". В пятой книге с ним стали происходить странные вещи. Так, среди бела дня он увидал на улице В., у входа в мастерские Бана Абуль Абас-Ахмет-Ибн-Магомет-Отман-Ибн-Аль, знаменитого арабского математика в белой чалме.

Слесарь был молчалив в день появления араба, написавшего "Тальме-Амаль-Аль-Хисоп", догадался, что нужно сделать антракт, и до вечера не читал. Это, однако, не спасло от 2-х визитов в молчании бессонной ночи -- сперва развитого синдика вольного ганзейского города Эдуарда Банкса, а затем правителя канцелярии малороссийского губернатора Дмитрия Николаевича Бантыш-Каменского.

День болела голова. Не читал. Но через день двинулся дальше. И все-таки прошел через Банювангис, Бньюмас, Бомньер-де-Бигир и через два Боньякавало, человека и город.

Крах произошел на самом простом слове "Барановские". Их было 9: Владимир, Войцех, Игнатий, Степан, 2 Яна, а затем Мечислав, Болеслав и Богуслав.

Что-то сломалось в голове у несчастной жертвы библиотекаря:

-- Читаю, читаю, -- рассказывал слесарь корреспонденту, -- слова легкие: Мечислав, Богуслав, и, хоть убей, -- не помню -- какой кто. Закрою книгу -- все вылетело. Помню одно: Мадриан. Какой, думаю, Мадриан? Нет там никакого Мадриана. На левой стороне есть 2 Баранецких. Один господин Адриан, другой Мариан. А у меня Мадриан.

У него на глазах были слезы.

Корреспондент вырвал у него словарь, прекратив пытку. Посоветовал забыть все, что прочитал, и написал о библиотекаре фельетон, в котором, не выходя из пределов той же пятой книги, обругал его безголовым моллюском и барсучьей шкурой.


## 4. Иностранное слово "мотивировать"


На Н... заводе в провинции нэпман совместно с администрацией отвоевали у рабочего квартиру, зажав его с семьей в сыром и вонючем подвале.

Бедняга долго барахтался в сетях юридических кляуз, пока, наконец, не пришел в отчаяние и не написал в московскую газету послание, предлагая "заплатить последнее", лишь бы его напечатать.

Газета письмо напечатала. Через две недели пришло второе:

"Не знаю, как Вас и благодарить. Дали квартиру. Только администрация мотивировала меня разными словами в оправдание своих доводов, как кляузника".


## 5. "Работа среди женщин"


Ответственный работник из центра, прямо с поезда сорвавшись, обрушился в провинциальное учреждение типа просветительного.

-- Как, товарищ, у вас работа среди женщин? -- скороговоркой грянул столичный, типа -- Time is money.

-- Ничего, -- добродушно ответил ему провинциальный, безответственный, беспартийный, дыхнув самогонкой, -- у нас насчет этого хорошо. Я с третьей бабой живу.


## 6. Р.У.Р


-- Мы вам не Рур, -- было написано на плакате.

-- Российское Управление Романовых, -- прочитала моя знакомая дама и прибавила: -- Это остроумно. Хотя, вообще говоря, я не люблю большевистского остроумия.


## 7. Курская аномалия


-- А много ее действительно, -- спросил квартхоз, возвращая мне газету, -- или так, очки втирают? Ежели много, можно было бы англичанам продать...

-- Вот именно, -- согласился я, -- пускай подавятся!


## 8. Прогрессивный аппетит


Подоходный налог. Одного обложили в 10 миллиардов. Срок 10-го числа в 4 час. дня. Он 9-го утром принес деньги и не протестовал и не подавал заявлений. Молча уплатил.

-- Мы его мало обложили, -- смекнул инспектор и обложил дополнительное 100 миллиардов. Срок 15-го, 4 час. дня.

14-го в 10 ч. утра принес.

-- Эге-ге! -- сказал инспектор.

Обложили в триллион. 20-го, 4 час. дня.

20-го в 4 час. дня обложенный привез на ломовике печатный станок.

-- Печатайте сами, -- сказал он растерянно.

Анекдот сочинен московскими нэпманами, изъязвленными налогом.


---------------------------------------------


Впервые: "Накануне" (литературное приложение), 15 июля 1923 г.