# Игра природы

Михаил Афанасьевич Булгаков

## Михаил Булгаков. Игра природы


А у нас есть железнодорожник с фамилией Врангель...

(Из письма рабкора)


Дверь, ведущую в местком станции М., отворил рослый человек с усами, завинченными в штопор. Военная выправка выпирала из человека.

Предместком, сидящий за столом, окинул вошедшего взором и подумал: "Экий бравый"...

-- А вам чего, товарищ? -- спросил он.

-- В союз желаю записаться, -- ответил визитер.

-- Тэк-с... А вы где работаете?

-- Да я только что приехал, -- пояснил гость, -- весовщиком сюда назначили.

-- Тэк-с. Ваша как фамилия, товарищ?

Лицо гостя немного потемнело.

-- Да фамилия, конечно... -- заговорил он, -- фамилия у меня... Врангель.

Наступило молчание. Предместком уставился на посетителя, о чем-то подумал и вдруг машинально ощупал документы в левом кармане пиджака.

-- А имя и, извините, отчество? -- спросил странным голосом.

Вошедший горько и глубоко вздохнул и вымолвил:

-- Да, имя... ну, что имя, ну, Петр Николаевич.

Предместком привстал с кресла, потом сел, потом опять привстал, глянул в окно, с окна на портрет Троцкого, с Троцкого на Врангеля, с Врангеля на дверной ключ, с ключа косо на телефон. Потом вытер пот и спросил сипло:

-- А скудова же вы приехали?

Пришелец вздохнул так густо, что в предместкоме шевельнулись волосы, и молвил:

-- Да вы не думайте... Ну, из Крыма...

Словно пружина развернулась в предместкоме.

Он вскочил из-за стола и мгновенно исчез.

-- Так я и знал! -- кисло сказал гость и тяжко сел на стул.

Со звоном хлопнул ключ в дверях. Предместком, с глазами, сияющими как звезды, летел через зал 3 класса, потом через 1-й класс и прямо к заветной двери. На лице у предместкома играли краски. По дороге он вертел руками и глазами, наткнулся на кого-то в форменной куртке и ему взвыл шепотом:

-- Беги, беги в месткоме дверь покарауль! Чтоб не убег!..

-- Кто?!

-- Врангель!..

-- Сдурел!!

Предместком ухватил носильщика за фартук и прошипел:

-- Беги скорей, дверь покарауль!..

-- Которую?!

-- Дурында... Награду получишь!..

Носильщик выпучил глаза и стрельнул куда-то вбок... за ним -- второй.

Через три минуты у двери месткома бушевала густая толпа. В толпу клином врезался предместком, потный и бледный, а за ним двое в фуражках с красным верхом и синеватыми околышами. Они бодро пробирались в толпе, и первый звонко покрикивал:

-- Ничего интересного, граждане! Попрошу вас очистить помещение!.. Вам куда? В Киев? Второй звонок был. Попрошу очистить...

-- Кого поймали, родные?

-- Кого надо, того и поймали, попрошу пропустить...

-- Деникина словил месткомщик!..

-- Дурында, это Савинков убег... А его залопали у нас!

-- Я обнаружил его по усам, -- бормотал предместком человеку в фуражке, -- глянул... Думаю, батюшки -- он!

Двери открылись, толпа полезла друг на друга, и в щели мелькнул пришелец...

Глянув на входящих, он горько вздохнул, кисло ухмыльнулся и уронил шапку.

-- Двери закрыть!.. Ваша фамилия?

-- Да Врангель же... да я ж говорю...

-- Ага!

Форменные фуражки мгновенно овладели телефоном.

Через пять минут перед дверьми было чисто от публики и по очистившемуся пространству проследовал кортеж из семи фуражек. В середине шел, возведя глаза к небу, пришелец и бормотал:

-- Вот, твоя воля... замучился... В Херсоне водили... в Киеве водили... Вот горе-то... В Совнарком подам, пусть хоть какое хочут название дадут...

-- Я обнаружил, -- бормотал предместком в хвосте, -- батюшки, думаю, усы! Ну, у нас это, разумеется, быстро, по-военному: р-раз -- и на ключ. Усы -- самое главное...


* * *


Ровно через три дня дверь в тот же местком открылась и вошел тот же бравый. Физиономия у него была мрачная.

Предместком встал и вытаращил глаза.

-- Э... вы?

-- Я, -- мрачно ответил вошедший и затем молча ткнул бумагу. Предместком прочитал ее, покраснел и заявил:

-- Кто ж его знал... -- забормотал он... -- гм... да, игра природы... Главное, усы у вас, и Петр Николаевич...

Вошедший мрачно молчал...

-- Ну что ж... Стало быть, препятствий не встречается... Да... Зачислим... Да, вот, усы сбили меня...

Вошедший злобно молчал.


* * *


Еще через неделю подвыпивший весовщик Карасев подошел к мрачному Врангелю с целью пошутить.

-- Здравия желаю, ваше превосходительство, -- заговорил он, взяв под козырек и подмигнув окружающим, -- ну, как изволите поживать? Каково показалось вам при власти Советов и вообще у нас в Ресефесере?

-- Отойди от меня, -- мрачно сказал Врангель.

-- Сердитый вы, господин генерал, -- продолжал Карасев, -- у-у, сердитый. Боюсь, как бы ты меня не расстрелял. У него это просто, взял пролетария...

Врангель размахнулся и ударил Карасева в зубы так, что с того соскочила фуражка.

Кругом засмеялись.

-- Что ж ты бьешься, гадюка перекопская? -- сказал дрожащим голосом Карасев. -- Я шутю, а ты...

Врангель вытащил из кармана бумагу и ткнул ее в нос Карасеву. Бумагу облепили и начали читать:

..."Ввиду того, что никакого мне проходу нету в жизни, просю мне роковую фамилию сменить на многоуважаемую фамилию по матери -- Иванов..."

Сбоку было написано химическим карандашом "удовлетворить".

-- Свинья ты... -- заныл Карасев. -- Что ж ты мне ударил?

-- А ты не дражни, -- неожиданно сказали в толпе. -- Иванов, с тебя магарыч!


---------------------------------------------


"Гудок", 13 сентября 1924 г.