# Когда мертвые встают из гробов

Михаил Афанасьевич Булгаков

## Михаил Булгаков. Когда мертвые встают из гробов


В наш век чудес не бывает

Общепризнано


Тем не менее в Кисловодске произошла история, от которой волосы встают дыбом...

Но будем рассказывать по порядку:

17 июня 1925 года на 8-й год революции на крыльцо дома No 46 по Шоссейной улице в гор. Кисловодске вышел квартирующий в означенном номере гражданин Корабчевский, бывший стрелок ЖОХРа, и громко зарыдал.

Сошлись добрые люди и стали спрашивать:

-- Корабчевский, Корабчевский, чего ты рыдаешь, бывший стрелок?

На что тот ответил.

-- Как же мне, бывшему стрелку, не рыдать, если сейчас младенец мой, Виталий, дорогой мой сыночек, помер!

Бабы завыли, стали расспрашивать:

-- Экая оказия, от чего?

-- От воспаления легких, -- сказал Корабчевский, размазывая по лицу слезы.

Посочувствовали все Корабчевскому и разошлись, а бедный папаша отправился оформлять смерть своего наследника.

И младенчик помер по всей форме.

Доказательством тому служат официальные документы.

Так, например, на бумаге со штампом горисполкома Кисловодска за No 391 от 18 июня с. г. значится:


СПРАВКА


Кисловодский стол ЗАГС сим удостоверяет, что гр. Корабчевский Виталий 9 месяцев умер 17 июня с. г. от воспаления легких. Акт записан No 163.

Подпись: завед. столом ЗАГС


Лидовский


И с подлинным тоже верно:

Счетовод минералводской учстрахкассы


(подпись: неразборчиво)


Этого мало. Он не только помер, но и погребен был. И это видно из свидетельства Кисловодского отдела записей актов гражданского состояния, где значится, что ребенок мужского пола Корабчевский Виталий погребен на братском кладбище.

Точка! Лучше помереть трудно.

И однако...

Была зловещая лунная ночь над Кисловодском через несколько дней после погребения Корабчевского-сына.

И вот шел сосед Корабчевского в самом радостном расположении духа, посвистывал, и совершенно трезвый, и видит -- стоит возле корабчевской квартиры странного вида женщина, вся в белом, а лицо у нее зеленое от луны. И на руках у нее сверток, а в свертке что-то небольшое. Подошел сосед и говорит:

-- Кто это?.. Ах, это вы, мадам Корабчевская?

А та отвечает гробовым голосом:

-- Да, я.

-- А что это у вас на руках? -- спросил сосед с удивлением.

-- А это, -- ответила женщина глухо, -- мой покойный младенчик Виталий.

-- Как Виталий? -- спросил сосед и почувствовал, что мурашки поползли у него по спине, -- ведь Виталия же вашего па-па-па-хоро-нили?

-- Да, -- ответила женщина, -- а он взял да и пришел обратно.

И в это время лунный луч скользнул по пеленочному конверту, и видит сосед, что на руках у женщины действительно Виталий, и лицо у него в зеленоватой тени тления смертного.

-- Караул! -- закричал сосед и кинулся бежать по Шоссейной улице.

Луна глядела из-за кипариса рожей покойника, и соседу чудилось, что холодные руки хватают его за штаны.

Через час наиболее смелые из кисловодцев стояли у крылечка корабчевского дома. И вышел к ним сам Корабчевский и рассказал такую историю:

-- Сидим мы с женой позавчера и вдруг слышим стук окошка, выглянули мы и чуть не померли на месте. Стоит Виталий на воздухе, не касаясь земли, и говорит: "А вот я и пришел!"

-- С нами крестная сила! -- взвыл кто-то из бабьего элемента.

-- Ну?! -- закричали мужчины.

-- Ну и больше ничего, -- ответил Корабчевский, -- пришлось его принять обратно.

В толпе началось смятение. Лица в лунном свете у всех позеленели. Но в это время луна зашла за облачко и скрыла в глубокой тьме окончание этой жуткой истории.


* * *


В редакции "Гудка" теперь у нас смятение тоже.

Кто кричит -- "Чудо!". Кто кричит -- "Ничего не понимаю", кто говорит -- "Расследовать надо!". Вообще, хоть работу бросай.

В самом деле, история ведь гробовая. Проще всего было бы предположить, что Виталий вовсе не помирал, но тогда, позвольте, на каком основании лекпом Борисов, проживающий по Николаевской ул. в д. 11, дал ему удостоверение о смерти и на каком основании учстрахкасса выдала на погребение живого человека 17 р. 10 к.?!

А может быть, он не воскресал?

Может быть, сосед наврал, может быть, фельетонист сочинил про луну и покойника?

-- Позвольте, как же не воскресал, когда сотрудник Минераловодской учстрахкассы Владимир Иванович Николаев пишет:

"Выяснилось, что никто из членов семьи указанного т. Корабчевского не умирал, что последний, заручившись документом, незаконно получил пособие на погребение".

Нет, жуткие дела творятся в городе Кисловодске!


Михаил


---------------------------------------------


"Гудок", 8 августа 1925 г.