# С-ков. У И. А. Бунина: (Интервью)

Иван Алексеевич Бунин

И. А. Бунин: Новые материалы. Вып. I

М., "Русский путь", 2004.

OCR Ловецкая Т. Ю

На днях Киев посетил и выступил чтецом на студенческом вечере1 один из молодых, довольно видных писателей нашего времени, принадлежащий к литературной группе, в рядах которой числятся: Ан. Чехов, М. Горький, Л. Андреев, Скиталец -- И. А. Бунин, автор целого ряда рассказов и стихотворений, помещавшихся на страницах лучших наших журналов2.

Воспользовавшись кратковременным пребыванием поэта в Киеве, мы поинтересовались узнать его взгляды на современные литературные вопросы и с этою целью решили, как говорится, "проинтервьюировать" петербургского <так!> гостя.

В 5 часов вечера, в воскресенье3, мы были у поэта, в квартире проф. И. В. Лучицкого4. И. А. Бунин пригласил нас в кабинет. Заняв места, мы приготовились к "атаке". Начался разговор с шаблонных вопросов: откуда писатель прибыл, сколько раз был в Киеве, как ему нравится город5.

-- Я только что из Москвы; виделся там с Горьким6 и получил от него приглашение посетить его в Нижнем Новгороде7, куда автор "Мещан" скоро уезжает8.

И разговор завязался о Горьком.

-- Да вам, вероятно, неизвестно о декламаторском таланте нашего писателя, -- сказал г. Бунин. -- Мы и сами не предполагали его до чтения пьесы "На дне", которую Горький лично прочел в одном из наших литературных собраний9. Таких собраний у нас несколько10, и одни из них -- "понедельники"11 -- происходят у Леонида Андреева. Там собирается весь наш кружок, в том числе и Шаляпин12. Сюда впервые Горький привез свою рукопись и заявил себя весьма талантливым чтецом.

-- А скажите, Иван Алексеевич, как вам нравятся "Мещане" и чем объясняется неудовлетворенность автора постановкой пьесы на московской сцене13?

-- Что касается меня лично, то "Мещан" я нахожу пьесой замечательной, умной, интересной. А вот большая публика, так та меня поражает своей странностью: она способна 5 часов сряду слушать музыку, а посмотреть серьезную пьесу у нее терпения не хватает. Так и "Микаэль Крамер" провалился14. На этот же раз, при первой постановке пьесы, публика вдобавок была так взвинчена слухами об архихудожественной отделке нового театра, что ожидала чего-то особенного от этого первого спектакля, к которому и предъявила чрезмерные требования15. Зато "На дне", могу предсказать, будет иметь успех несомненный16.

-- Скоро ли появится в печати эта пьеса?

-- Да, скоро, очень скоро. Уже готовы даже обложки книги. Выйдет пьеса в одной книге с "Мещанами" и составит, таким образом, 6-й том сочинений Горького17.

Далее разговор зашел о близком Горькому лице, г. Шаляпине.

-- Возмущаются, -- заметил Иван Алексеевич, -- тем, что Шаляпин назначил огромные цены на свой бенефис18. А того не хотят знать, сколько благотворительствует этот артист. Да и цены высоки только на первые ряды и ложи19, так как Шаляпин знает, что посетители этих мест -- гг. Карзинкины, Морозовы20 -- вышвыривают деньги.

-- Скажите, Иван Алексеевич, как Л. Андреев, что его здоровье, почему он не был в Киеве на студенческом вечере?

-- Андреев чувствует некоторое недомогание21. Впрочем, ведь обещание свое он отчасти выполнил: прислал рассказ "Иностранец", который и был прочитан артистом Булатовым22 на вечере. Вы слыхали, знаете этот рассказ?

-- Да.

-- "Иностранец" скоро появится в печати. Кажется, в декабрьской книжке "Русского богатства"23.

-- -- --

Печатается по: С-ков. У И. А. Бунина: (Интервью) // Киевская газета. 1902. No 328. 27 ноября. С. 3.

На сегодняшний день это самое раннее из выявленных интервью Бунина.


1 23 ноября 1902 г. в зале Купеческого собрания в Киеве состоялся студенческий вечер в пользу недостаточных студентов университета св. Владимира. Согласно газетному отчету, "гвоздем вечера" было чтение нового рассказа Л. Андреева "Иностранец"; далее было отмечено, что "довольно популярный поэт Бунин прочел несколько своих стихотворений, вызвав единодушный восторг публики" (Студенческий вечер // Киевская газета. 1902. No 326. 25 ноября. С. 2).

2 К этому времени, помимо многочисленных журнальных и газетных публикаций и отдельных изданий перевода "Песни о Гайавате" Г. Лонгфелло, Бунин выпустил уже целый ряд сборников оригинальных произведений: Стихотворения 1887--1891 гг. Орел, 1891 (Приложение к газете "Орловский вестник"); "На край света" и другие рассказы. СПб., 1897; На край света. Кастрюк: Рассказы. СПб., 1897 (Народная и детская библиотека); Под открытым небом: Стихотворения. М., 1898 (Библиотека "Детского чтения"); Стихи и рассказы. М., 1900 (Библиотека "Детского чтения"); Листопад: Стихотворения. М., 1901; Полевые цветы: Сборник стихотворений и рассказов для юношества. М., 1901; Велга: Северная легенда. М., 1901; Рассказы. Т. 1. СПб., 1902; Новые стихотворения. М., 1902.

3 Т.е. 24 ноября 1902 г.

4 Лучицкий Иван Васильевич (1845--1918) -- историк, либеральный политический деятель. Один из редакторов "Сборника в пользу недостаточных студентов университета св. Владимира", изданного в 1895 г. в Петербурге.

5 См. в этой связи письмо Бунина А. М. Федорову 1897 г.: "Похлопочите насчет Киева. Клянусь Вам, нет лучше города на земле! Люди, кажется, дрянь, но сам город, -- нечто упоительно милое и изящное" (Бунин И. Письма 1885--1904. С. 238).

6 В ноябре 1902 г. Бунин часто встречался с Горьким в Москве. Так, 5 ноября Бунин и Горький присутствовали на премьере "Власти тьмы" Л. Н. Толстого в Художественном театре (см.: ЛЖТ. Вып. 1. С. 410; Бабореко. С. 86); ср. также дневниковую запись В. Брюсова: "Юргис Балтрушайтис был в понедельник у Андреева. Там были все великие: Скиталец, Горький, Шаляпин, Бунин etc.." (Брюсов В. Я. Дневники 1891--1910. М., 1927. (Записи прошлого). С. 123).

7 Бунин воспользовался этим приглашением лишь в следующем году; он посетил Горького в Нижнем Новгороде, по-видимому, в конце мая (см.: Бунин И. Письма 1885--1904. С. 427--428) и в октябре 1903 г. (см.: Бабореко. С. 91).

8 Горький вернулся в Нижний Новгород 6 декабря 1902 г.; 11 декабря он отправился обратно в Москву (см.: ЛЖТ. Вып. 1. С. 416--417).

9 Чтение "На дне" в исполнении автора состоялось 29 сентября 1902 г. на квартире у Леонида Андреева в Москве; см. записку Л. Андреева Бунину того же дня: "Приехал Максимыч и сегодня вечером читает у меня свою драму. Приходи обязательнейше и скажи о том же Юлию <старшему брату Бунина, Ю.А. Бунину. -- Д.Р.>. Будет Шаляпин!" (Литературное наследство. Т. 72. С. 498; см. также: Телешов Н. Записки писателя. С. 102--103; Муромцева-Бунина В. Жизнь Бунина. С. 211).

Вопреки утверждениям некоторых мемуаристов, это не было первым публичным чтением пьесы "На дне": впервые Горький читал свою пьесу 6 сентября 1902 г. в помещении Общества любителей искусства и литературы в Москве перед артистами Художественного театра (см.: ЛЖТ. Вып. 1. С. 398--399).

10 На рубеже веков Бунин принимал активное участие в литературной жизни Москвы, Одессы и Санкт-Петербурга, посещая литературные и художественные кружки самых разных направлений.

Говоря о литературных собраниях, Бунин, несомненно, в первую очередь имел в виду заседания московской литературной "Среды" (1899--1916), происходившие в то время в доме писателя Н. Д. Телешова (см., например: Телешов Н. Записки писателя. С. 23--24, 37--69 и др.; Белоусов И. Ушедшая Москва. С. 232--248 и др.; Муромцева-Бунина В. Жизнь Бунина. С. 184--187; Белый А. Начало века. М., 1990. (Литературные воспоминания). С. 402--404; Вересаев В. Собр. соч. Т. 4. С. 438--439, 470; Т. 5. С. 398--400; Зайцев Б. Собр. соч. Т. 6. С. 24, 39, 50; Скиталец. С. 540--551). В письме Шаляпину от 13 ноября 1901 г. Бунин так характеризовал собрания "Среды": "Дорогой Федор Иванович, позволь тебе напомнить, по общей просьбе моих товарищей, к которой, конечно, от всей души присоединяюсь и я, -- о твоем обещании посетить наш завтрашний вечер. Мы, т.е. небольшая компания пишущих, собираемся так еженедельно (по средам) на квартире Ник<олая> Дмитр<иевича> Телешова (Чистые пруды, дом Терехова) для небольших чтений, разговоров и скромной выпивки, и все будем чрезвычайно рады тебе" (Бунин И. Письма 1885--1904. С. 392); см. также примеч. 10 к No 11.

Кроме того, в Москве Бунин в то время бывал и в Литературно-художественном кружке (о нем см., например: Телешов Н. Записки писателя. С. 24--33; Зайцев Б. Собр. соч. Т. 6. С. 36--41; Белый А. Указ. соч. С. 231--239; Вересаев В. Собр. соч. Т. 4. С. 349--355), на вечерах в доме Рыбаковых, "где собирались "декаденты" и "декадентки", с Бальмонтом во главе" (Муромцева-Бунина В. Жизнь Бунина. С. 211; см. также мемуарный очерк Б. Зайцева "Молодость -- Иван Бунин"; Зайцев Б. Собр. соч. Т. 6. С. 45--46), на литературных вечерах у Брюсова, на редакционных "вторниках" издательства "Скорпион" (см.: Брюсов В. Я. Указ. соч. С. 59, 90, 106) и др.

11 На "понедельники" Леонид Андреев приглашал наиболее близких себе по литературно-эстетическим взглядам писателей -- участников "Среды", которая к тому времени представляла уже довольно многолюдное и внутренне разнородное литературное объединение.

Исследователи по-разному датируют возникновение андреевских "понедельников": А. Нинов, ссылаясь на неопубликованные воспоминания Ю. А. Бунина, приурочивает их к сезону 1901/02 г. (см.: Нинов А. М. Горький и Ив. Бунин. С. 149), а В. Шакуров, опираясь на письмо И. А. Белоусова к Е. П. Гославскому от 9 октября 1902 г., к 1902/03 г. (см.: Шакуров В. А. Леонид Андреев и "Среда" // Романтизм: (Теория, история, критика). Казань, 1976. С. 169).

12 Присутствие певца на литературном вечере у Л. Андреева 11 ноября 1902 г. указано предположительно в "Летописи жизни и творчества Ф. И. Шаляпина" (см.: Летопись жизни и творчества Ф. И. Шаляпина: В 2 кн. 2-е изд., доп. Кн. 1: 1873--1909. М., 1988. С. 231).

13 Горький не раз называл "Мещан" скучной пьесой и в частной переписке -- см., например, письма Л. Андрееву (Литературное наследство. Т. 72. С. 162) и К. Пятницкому (Горький М. Собр. соч. Т. 28. С. 272), -- и публично; об исполнении Художественного театра, однако, он отзывался положительно: "<...> по-моему, скучища страшная. Я был на репетиции -- тоска. Высидеть трудно". <...> При этом Горький признает, что исполнение артистами Художественного театра превосходно" (Соломин С. <Стечькин С. Я.> М. Горький о "Мещанах" М. Горького // Биржевые ведомости. 1902. No 297. 31 октября. С. 2).

14 Премьера пьесы Г. Гауптмана "Микаэль Крамер" в Художественном театре состоялась 27 октября 1901 г. Газетные рецензии были довольно сдержанны: ""Микаэль Крамер" по самому своему существу вряд ли способен иметь в театре шумный успех. <...> Говорили, что К. С. Станиславский, сделавший чудо в "Штокмане", делает в "Крамере" второе чудо, и сулили триумф. Этого не получилось вчера. Был успех, приличный, достаточный, может быть, -- даже прочный. Но ничего общего с той восторженной бурей, какую не раз видел зрительный зал Художественного театра" (Новости дня. 1901. No 6601. 28 октября. С. 2).

15 Первый сезон Художественного театра в Камергерском переулке, в собственном помещении, перестроенном на средства С. Т. Морозова и оформленном по проекту Ф. О. Шехтеля, открылся 25 октября 1902 г. московской премьерой "Мещан". Критика отзывалась о спектакле разочарованно: "Художественный театр открылся вчера очень торжественно, но не очень успешно.

Для тройного торжества -- дебюта Горького, новоселья и начала сезона -- энтузиазма и шума не хватило. Был только скромный, так называемый "средний" успех. И рукоплескали больше вообще, за прошлые заслуги, чем за данный спектакль. Это чувствовалось. <...> Зрительная зала была заметно разочарована. Даже самые непреклонные поклонники этого театра в антрактах несколько смущенно улыбались, восторгались робко и хвалили с оговорками. Все ждали большего. Ждали от союза Художественного театра с пьесою Максима Горького впечатлений ослепительно ярких и захватывающе сильных. Их не было. Моментами прокрадывался злейший враг спектакля -- тягучая скука. Сцена переставала, как в 3-м акте, владеть залою; внимание впадало в дрему. <...> На сцене пьеса Горького показалась менее интересной, чем при первом знакомстве с нею через книгу. Она побледнела содержанием, сузилась в своем общем большом смысле, который выходит далеко за рамки "мещанского жанра", а здесь был в них замкнут крепко-накрепко. То, что в "Мещанах" сильнее всего, что дало им тьму поклонников, эти мощные звуки настраивающейся жизни -- звучали слабо, глушимые деталями жанра, иногда отличными, правдивыми, иногда утрированными или мелочными, иногда -- и лживыми или неприятными. И нужного впечатления не было. Аккорд не прозвучал и не отдался в сердцах" (В Художественном театре // Новости дня. 1902. No 6962. 26 октября. С. 2).

16 Премьера "На дне" в Художественном театре состоялась 18 декабря 1902 г. Предсказание Бунина оправдалось вполне: "Художественный театр пережил вчера один из прекраснейших своих вечеров. Он навсегда останется золотою строкою в летописи этого театра.

Пьеса Максима Горького имела успех, для обозначения размеров которого приходится употреблять самые сильные выражения. Успех колоссальный, совершенно исключительный. И его одинаково заслужили и самая пьеса, и ее сценическое воплощение.

Конечно, громадная популярность автора не осталась без доли влияния, придала успеху особенную яркость. И когда, после первого же действия, показался на подмостках Горький, зрительная зала встретила своего любимца беспримерною овациею. И каждое появление автора на сцене вызывало эту восторженную бурю, все нараставшую в силе. А Горький, одетый в свой обычный костюм, стоял перед воспламененною толпою смущенный, робкий, с растерянною улыбкою, с растерянными глазами, нервно подергивая руками, нервно поправляя падающие на лоб пряди русых волос, стараясь уйти поскорее с этих тысяч впивающихся в него глаз. Особенно сильны были овации после 3-го акта, когда актеры отошли назад и оставили автора одного на авансцене, и по окончании спектакля. Десятки раз раздвигался занавес, и стон стоял в зале, не желавшей расходиться. <...> Давно уже не приходилось сидеть в Художественном театре с таким большим удовольствием, с таким неомраченным художественным удовлетворением. И если у "Мещан" театр многое отнял, то "Дну" многое прибавил, и Горькому уже не придется любезно брать на себя чужую вину..." (Новости дня. 1902. No 7016. 19 декабря. С. 3--4).

Бунин поделился свежими впечатлениями о премьере горьковской пьесы в интервью Корнею Чуковскому (см. No 2 настоящей публикации): ""Дно" нравится автору гораздо больше, чем "Мещане", он вообще возлагает на свою новую пьесу большие надежды, так что овации приняты были им как нечто "в порядке вещей", сам он после постановки пьесы был сумрачен, печален и замкнут, хотя исполнение очаровало его. Ничего художественнее нельзя себе представить. Артисты превзошли самих себя. Особенно хорош был Москвин в роли "странника"" (Чуковский К. И. Наши гости // Одесские новости. 1902. No 5843. 28 декабря. С. 3; Литературное наследство. Т. 84. Кн. 1. С. 360; Чуковский К. Собр. соч. Т. 6. С. 289). Подробнее см. предисловие к настоящей публикации.

17 Шестой том Собрания сочинений Горького издательства "Знание", содержащий пьесы "Мещане" и "На дне", вышел лишь в сентябре 1903 г.. Утверждение Бунина о том, что обложки этого тома были готовы уже в ноябре 1902 г., позволяет предположить, что "Знание" специально задержало его выпуск, чтобы не повредить коммерческому успеху отдельных изданий "На дне", которые вышли в декабре 1902 г. за границей и в январе 1903 г. в России (Горький М. На дне жизни: Картины. Четыре акта. Мюнхен, 1902; Горький М. На дне: Картины. Четыре акта. СПб., 1903).

18 3 декабря 1902 г. на сцене Большого театра в Москве в бенефис Шаляпина шла опера А. Бойто "Мефистофель" (см.: Летопись жизни и творчества Ф. И. Шаляпина. Кн. 1. С. 233--234). После спектакля писатели преподнесли певцу приветственный адрес, подписанный Л. Андреевым, Буниным, Горьким, Скитальцем, Телешовым, Чириковым и др. (Бунин И. Письма 1885--1904. С. 454--455; воспроизведение адреса см.: Литературное наследство. Т. 72. С. 167), а поклонники -- множество подарков, среди которых, как отмечали газеты, была и "шкатулка с двумя грандиозными флаконами новых духов под названием "Шаляпин"" (Бенефис Ф. И. Шаляпина // Русское слово. 1902. No 334. 4 декабря. С. 3).

Высокие цены на бенефис Шаляпина горячо обсуждались в прессе: "Вокруг шаляпинского бенефиса было поднято слишком много шума, к существу самого художественного праздника имеющего очень мало отношения. Непомерно взвинченные цены, загородившие вход на праздник тем, у кого не водится бешеных денег; газетная возня с этими сверхценами, психопатические негодования по поводу упреков за них, кликушеские выкрики "noli tangere!" <"не трогать!" -- лат.> <...> Все это окружило бенефис Ф. И. Шаляпина малосимпатичною атмосферою. Досадный звон торжища на торжестве искусства" (Сегодняшнее торжество // Новости дня. 1902. No 7000. 3 декабря. С. 3).

Скиталец, вспоминая шаляпинский бенефис, приводит в своих мемуарах куплеты, которые распевались тогда в Москве от имени Шаляпина:


Я на первый бенефис

Сто рублей за вход назначил,

Москвичей я одурачил:

Деньги все ко мне стеклись!

Мой великий друг Максим

Заседал в бесплатной ложе,

"Полугорьких" двое тоже

Заседали вместе с ним!

(Скиталец. С. 604).


Под "полугорькими" подразумевались, очевидно, Скиталец и Л. Андреев (см.: Литературное наследство. Т. 72. С. 164; по поводу ложи Горького см. также письмо О. Л. Книппер-Чеховой А. П. Чехову от 4 декабря 1902 г. и его ответ от 9 декабря: Ольга Леонардовна Книппер-Чехова: В 2 ч. Ч. 1. М., 1972. С. 137--138, 143).

19 Ср.: "Афиша на бенефис Ф. И. Шаляпина вышла с анонсом о том, что "все билеты проданы". Между прочим, афиша дает некоторый материал и для толков относительно цен. Цены на ложи бенуара и бельэтажа возвышены в десять раз против обычно возвышенных оперных цен в Большом театре; ложи 2-го яруса -- в пять раз; на ложи остальных ярусов -- в четыре и три раза. Цена кресел ближайших рядов возвышена в четыре раза, дальнейших рядов -- в три раза. Равно в три раза возвышены цены и всех остальных мест, только цена на задние места галереи возвышена в два раза против обычно возвышенных цен. <...> При указанной расценке сбор должен достигнуть 15 тыс. руб." (Новости дня. 1902. No 6990. 23 ноября. С. 3).

20 Бунин называет представителей крупных торгово-промышленных и купеческих династий -- Савву и Сергея Тимофеевичей Морозовых и Александра Андреевича Карзинкина, известных меценатов дореволюционной России.

Карзинкин вместе с Н. Д. Телешовым, женатым на сестре Карзинкина, Елене Андреевне, принимал деятельное участие в издании бунинского сборника "Новых стихотворений", вышедшего ранее, в 1902 г., в Москве (см. переписку Бунина с Телешовым: Литературное наследство. Т. 84. Кн. 1. С. 534--548). О Карзинкине см. также позднейшие воспоминания Бунина: "Я получил от него <Чехова. -- Д.Р.> коротенькое письмецо: упрек, что я не послал ему своих "Новых стихотворений", которые были изданы A. A. Карзинкиным -- большим любителем поэзии и моим другом -- в старинном стиле" (Бунин И. A. О Чехове: Незаконченная рукопись. Нью-Йорк, 1955. С. 92).

21 "Некоторое недомогание" Андреева -- явный эвфемизм Бунина. Авторское чтение рассказа "Иностранец" на студенческом вечере в Киеве было сорвано властями: на запрос генерал-губернатора Киева Ф. Ф. Трепова о благонадежности Андреева московский обер-полицеймейстер Д. Ф. Трепов ответил 17 ноября 1902 г. телеграммой: "Андреев неблагонадежен" (Литературное наследство. Т. 72. С. 203; телеграмма воспроизведена на стр. 205).

22 См. характеристику сценического амплуа артиста Ивана Федоровича Булатова: "И. Ф. Булатов -- фат и любовник -- старый знакомый одесской публики, и о нем много распространяться не приходится. Блестящий исполнитель так называемых салонных ролей. <...> Карьера г. Булатова, кроме Москвы, где он служил у Корша, протекала в крупнейших городах России -- 5 сезонов в Киеве, 3 в Одессе, в Новочеркасске, в Ростове, в Риге" (Ч-ов. Труппа Д. И. Басманова: (Окончание) // Одесский листок. 1912. No 207. 6 сентября. С. 5).

23 Рассказ Леонида Андреева "Иностранец" действительно был опубликован в декабрьском номере журнала "Русское богатство" за 1902 г. (Отд. I. С. 51--64; см. также примеч. 31 к No 2).