# Русский академик о войне: Беседа с И. А. Буниным

Ст Энъ

И. А. Бунин: Новые материалы. Вып. I

М., "Русский путь", 2004.

OCR Ловецкая Т. Ю


Писатель-академик, москвич <так!> И. А. Бунин много путешествовал по ближневосточным странам, на которых ныне, ввиду кровавых событий, сосредоточено всеобщее внимание1.

Древние провинции Малой Азии, классическая Греция и в особенности столица Турции, Стамбул, манили к себе писателя и хорошо им изучены за время многократных посещений2.

Путевые впечатления, картины восточного загадочного быта нашли поэтическое отражение в его "Тени птицы"3.

Поэтому из современных писателей, так близко, воочию соприкасавшихся с различными народностями, подвластными Турции, следует считать И. Бунина да еще А. М. Федорова4.

Вот почему интересно будет привести мнение о происходящих на Балканах событиях, принадлежащее не военному, не политическому деятелю5, а писателю, художнику. Тем более, что русская литература всегда отличалась исключительною чуткостью и гуманным отношением.

-- Не касаясь происходящей войны как таковой, -- сказал в беседе с нашим сотрудником И. А. Бунин, -- я могу рассказать только о своих личных впечатлениях, вынесенных от встреч с турками.

Балканский вопрос настолько старый, запутанный и сложный, что не в краткой беседе его можно исчерпать.

На основании собственных наблюдений и всего того, что приходилось слышать, кажется, что приписываемая туркам жажда крови и обвинения их в особенных зверствах довольно преувеличены.

Что касается знаменитой армянской резни, то все мы знаем, как и кем она была устроена6.

Встречаясь с турецкими офицерами, солдатами и просто рабочими, я всегда выносил самое лучшее впечатление. Народ мягкий, доверчивый, стремящийся к культуре7.

Такие же мнения я слышал и от других лиц.

Например, от афонских русских монахов я постоянно слышал самые добрые отзывы о турках.

Наконец, в Палестине, в этой колыбели христианства, казалось бы, должно существовать вполне естественное раздражение и предубеждение против турок, так как в их власти находятся главные святыни христианства.

И все-таки я слышал от православного духовенства жалобы и нарекания на греков, арабов и др., за исключением только турок.

Равным образом таковыми же были мои наблюдения и в Египте.

Это, конечно, не значит, что я желаю им победы в происходящей войне.

Я вообще никому не желаю победы, потому что я противник всякой войны. Я против того, чтобы один народ хватал за горло другого.


-- -- --

Печатается по: Ст. Энъ. Русский академик о войне: Беседа с И. А. Буниным // Раннее утро. 1912. No 242 (7846). 20 октября. С. 5.


1 Речь идет о начале Первой Балканской войны (1912--1913).

2 Кроме вышеупомянутых путешествий (см. примеч. 8 к No 2, примеч. 1 к No 5, примеч. 3 к No 6, примеч. 27 к No 12), в апреле 1909 г. Бунин побывал еще в Афинах и Константинополе по дороге с Капри в Одессу (см.: Бабореко. С. 135; Муромцева-Бунина В. Жизнь Бунина. С. 444--445).

3 "Тень птицы" -- цикл путевых очерков, озаглавленный Буниным по названию первого из них, посвященного посещению Константинополя в 1907 г. (см. примеч. 27 к No 12; В. Н. Бунина считает, что в бунинском очерке "все из впечатлений его пребывания в Константинополе в 1903 году"; Муромцева-Бунина В. Жизнь Бунина. С. 225). Позднее этот цикл публиковался Буниным также и под заглавием "Храм солнца".

4 О Федорове см. примеч. 19 к No 2. "Восточное амплуа" Федорова, у которого, как и у Бунина, есть переводы из Саади (см.: Литературное наследство. Т. 84. Кн. 1. С. 223), сонет "Гробница Рахили" (Современный мир. 1909. No 8. Отд. I. С. 182) и путевые очерки о Палестине, со временем заметно раздражало Бунина. Когда Телешов сообщил Бунину, что Федоров предлагает путевой очерк о Палестине для сборника "Друкарь", в котором Бунин как раз собирался опубликовать свою "Иудею", он советовал Телешову отказать Федорову, "верно, плохи эти Вифлеемы и Гробницы -- спешная, неискренняя работа; попроси-ка простой рассказ; и не бойся -- в другое место не отдаст, нету его, этого другого места, хоть и торопит он с ответом" (Литературное наследство. Т. 84. Кн. 1. С. 586--587; ср. также письмо Бунина Нилусу от 23 января 1911 г.; РАЛ. MS. 1066/4089).

В "шуточном портрете" Федорова 1916 г. отмечалось, между прочим, что этот "Вице-Бунин" так же, как и настоящий, плавает по морям, но Бунина все же "переплыть" не может (Флит Б. Д. (Незнакомец) Галерея современников: Шуточные портреты // Журнал журналов. 1916. No 16. С. 12).

5 До появления публикуемой здесь заметки о ситуации на Балканах на страницах газеты высказывались как раз военные и политики; см.: Военные о войне: По телефону от нашего с<анкт>-петербургского корреспонд<ента> // Раннее утро. 1912. No 222 (7824). 27 сентября. С. 3; В. А. Маклаков о Балканах: Беседа // Раннее утро. 1912. No 224 (7826). 29 сентября. С. 2.

6 Имеются в виду события, предшествовавшие геноциду 1915 г.: скорее всего, подавление в 1909 г. младотурками волнений в Адане, когда правительственными войсками было убито около 30 000 армян.

7 Сходные оценки содержатся и в "Тени птицы": "Сколько красивых, умных и энергичных мужских лиц, особенно среди турок из простонародья, из провинций, с берегов моря! Сколько гордых и приветливых глаз!" (Бунин И. Собр. соч. Т. 3. С. 324).

В. Н. Бунина пишет, вспоминая их пребывание в Константинополе в 1907 г., что Бунин "восхищается всем турецким, а византийское его раздражает" (Муромцева-Бунина В. Жизнь Бунина. С. 305).