# Наталья Гончарова

Михаил Осипович Цетлин

## Амари


## Наталья Гончарова


Очерк М. Цетлина "Наталья Гончарова" был написан для книги "The Soul of Russia" (London, 1916), в подготовке которой принимала участие его жена Мария Самойловна. Жившая в это время с мужем в Париже на положении политэмигрантов, она отвечала за российскую сторону -- подбор и комплектование книги текстами русских авторов. В содружестве с английскими коллегами в книге представлен цвет российской интеллигенции -- крупнейшие деятели русской культуры серебряного века: не только известные поэты и писатели, но и видные ученые. Среди них мы находим и имя Цетлина, выступившего, как обычно, под псевдонимом Амари.

Данный книжный проект задумывался как гуманная антимилитаристская акция: доходы от издания должны были пойти на нужды гражданского российского населения, пострадавшего от Первой мировой войны. В качестве редактора книгу готовила к печати Уинфрид Стефенс (Winifred Stephens; 7-1944), известная английская переводчица с французского, владевшая одновременно и русским языком. До этого Стефенс издала аналогичную "Book of France", первое издание которой (5000 экземпляров), как писала М.С. Цетлина И.Ф. Стравинскому 20 января (2 февраля) 1916 г., "было распродано в течение четырнадцати дней и теперь распродается второе" [Стравинский И.Ф. Переписка с русскими корреспондентами: Материалы к биографии <В 2-х томах>. Т. 2. М.: Композитор, 2000. С. 355].

Об авторском составе "The Soul of Russia" дает представление приводимый ниже проспект:

"The Soul of Russia" is the title of a volume to be published in the autumn by mess[ieu]rs Macmillan&Co under the editorship of Miss Winifred Stephens, Editor of "The Book of France". The book will a cover design by Leon Bakst, and illustrations in colour after Bilibin, Goncharova, Larionov, Roerich, Stelletsky, and others. It will contain contributions by K. Balmont, Maurice Baring, Arnold Bennett, Harold Begbie, St. John Brooks, Brussov, Budistchev, G.K.. Chesterton, M.A. Czaplicka, Dioneo, N. Jarintsova, Karcev, Kovalevsky, Kupemik, O. Metchnikoff, Milyukov, Rosa Newmarch, Netta Peacock, Potapenko, Rimsky-Korsakov, Gippius, Sologub, Robert Steele Stravinsky, Z. Shklovsky, Paul Vinogradoff, Seton Watson, Hagberg Wrigh^ and others. The Russian contributions have been rendered into English by expert translators. Illustrators, writers, translators, and editor have freely gjVen their services, and the publishers will hand over all profits to the President of the Union of the Russian County Councils or Zemstvos for distribution among the victims of the war.

Перевод: "Душа России" -- таково название книги, которая выйдет из печати осенью в издательстве г-на Макмиллана и Кo под редакцией г-жи Винифред Стефенс, которая редактировала "Книгу о Франции". Для обложки книги будет использована картина Леона Бакста [На обложке воспроизведена "Стрела союзников" Л. Бакста, метафорически воплощающая тему войны: дракон, который символизирует германскую военщину, пронзен стрелой союзнических сил], а в ней самой собраны цветные иллюстрации <И.> Билибина, <Н.> Гончаровой, <М.> Ларионова, <Н.> Рериха, <Д.> Стеллецкого и др. В готовящемся издании участвуют: К. Бальмонт, Морис Баринг, Арнольд Беннет, Гарольд Бегбье, Ст. Джон Брукс, <В.> Брюсов, <А.> Будищев, Г.К. Честертон, М.А. Заплицка, Дионео <И. Шкловский>, Н. Жаринцова, <Н.> Кареев, Ковалевский [Очевидно, говорится об академике М.М. Ковалевском (1851-1916), который умер как раз накануне и, по-видимому, не успел представить обещанного материала], <Т. Щепкина->Куперник, О. Мечникова, <П> Милюков, Роза Ньюмарш, Нетта Пикок, <И.> Потапенко, <Н.> Римский-Корсаков, <З.> Гиппиус, <Ф.> Сологуб, Роберт Стил, <И.> Стравинский, 3. Шкловский, Павел Виноградов, Сетон Ватсон, Хагберг Райт и др. Тексты русских писателей даны в переводах на английский, выполненных известными переводчиками. Художники, писатели, переводчики и редактор трудились для этой книги безвозмездно, все доходы от нее будут переданы издателями председателю Союза российских губернских советов или земств для распределения между жертвами войны [См. также описание книги "The Soul of Russia" в статье современного исследователя: Давидсон А.Б. Образ Британии в России XIX и XX столетий // Новая и новейшая история. 2005. No 5].

Среди известных деятелей русской культуры, в этот список не попавших, но являющихся авторами "The Soul of Russia", следует назвать А. Волынского ("Толстой и Достоевский"), А. Кони ("Война в творчестве Пушкина"), А. Куприна ("Русская фабрика в военное время"), в проспекте также нет имени М.О. Цетлина, представленного, как было сказано выше, очерком "Наталья Гончарова".

Хорошо известно, что Цетлины были связаны с Н. Гончаровой и Ларионовым теснейшими дружескими узами, о чем будет сказано далее, в послесловии к книге. Очерк Цетлина предназначался, судя по всему именно для книги "The Soul of Russia" и, насколько известно, никогда не печатался на русском языке (его перевод на английский осуществлен Adeline Lister Kaye). В саму книгу включены иллюстрации двух эскизов Гончаровой: Шемаханской царицы (к балету "Золотой петушок") и Садко (оба из коллекции Цетлиных). Очерк преследовал цель представить английской аудитории русскую художницу, поэтому в нем как бы изначально не предполагалась какая-то аналитическая глубина или сообщение сведений, выходящих за жанровые рамки "первого знакомства". Тем не менее, как представляется, есть все основания напомнить об этом тексте современному читателю. Предлагаем обратный перевод очерка с английского языка на русский [В недатированном письме к М.С. Цетлин М.Ф. Ларионов писал: "...благодарю еще раз за книгу. Нат<алья> Сер<геевна> тоже благодарит, а также благодарит Мих<аила> Осип<овича> за статью, но она все отдельно в своем письме напишет" (цит. по: Марков Анатолий. "Я люблю усталый шелест старых писем, дальних слов..." // Библиофилы России: Альманах. Т. 2. М.: Любимая Москва, 2005. С. 190)].


## Наталья Гончарова


Ни одно женское имя не появляется в истории живописи до XVIII века и даже, за некоторым исключением, вплоть до сегодняшнего дня. Виже-Лебрен, эта элегантная портретистка, привлекающая женским кокетством и материнством; Роза Бонер, чьей наследницей явилась импрессионистическая школа живописи; мисс Касса и Берта Морисот; Мария Башкирцева, так рано ушедшая; обладающая выразительной творческой мощью русская женщина-скульптор Голубкина, еще несколько менее талантливых имен -- и этим список исчерпывается.

Правда, созданные женщинами художественные ценности несопоставимы с тем, что предлагает этот скудный перечень. Он не учитывает многих невидимых и неизвестных, кто украшает, расцвечивает, вплетает новые нити в непрерывно ткущийся ковер искусства. Тех, кто своим поэтическим вдохновением повышает и совершенствует художественный уровень жизни. Вовсе не лишено значения то, что в наши дни серой и однообразной униформы мужчин именно женская одежда сохраняет понятие о красоте. Но для живого роста хрупкого цветка индивидуального вдохновения необходимы благоприятные обстоятельства -- свежий воздух свободы и размах творческой инициативы. В этом прекрасному полу почти полностью было отказано.

Наталья Гончарова одна из немногих женщин, которая благодаря своей богатой индивидуальности, а также настойчивой и упорной работе достигла духовной независимости.

Она родилась в 1881; ее отец, архитектор по профессии, принадлежал к старинному роду, чьи предки во времена Петра Великого были среди зачинателей российского предпринимательства. Тетка ее отца была женой великого русского поэта Пушкина, а мать -- из известной семьи священнослужителей Беляевых. До 11-летнего возраста Наталья постоянно жила в деревне и навсегда сохранила любовь к природе и отвращение к толпе. С раннего детства она любила рисовать, но только позднее обнаружились ее художественные способности. После школы она изучала историю и даже медицину, но, почувствовав, где лежит ее истинное призвание, поступила в московскую Школу рисования и зодчества. Там она проучилась три года, достигла блестящих успехов в классе кн. П. Трубецкого и по окончании получила медаль. В Школе познакомилась с художником Михаилом Ларионовым, который в будущем серьезно повлиял на ее художественное развитие.

Между 1900 и 1912 гг. Наталья Гончарова создала огромное количество скульптурных и живописных работ, а также множество иллюстраций. Как всякий большой художник она одарена богатейшим творческим даром и в смысле его многосторонности, и в отношении продуктивности. Она шагала по нескончаемой дороге учеников и искателей. Но даже в своем ученичестве подлинный талант оказывается оригинальным -- его опыты зачастую удачны и почти всегда интересны. Гончарова, впитавшая много разных художественных впечатлений, была предельно строга, тщательна и анатомически точна в своих пристрастиях. Она воспринимала и постигала только то, что соответствовало ее требовательной и ищущей натуре. Русские иконы, византийская мозаика, древнерусская живопись и деревянные фигурки Христа, Брейгель-старший, Эль Греко, Барбизонская школа, Сезанн, Гоген, Анри Руссо и Пикассо -- все повлияли на нее. Она, равно как и Ларионов, работала в разных манерах и стилях -- даже в духе кубистов, футуристов и лучистое. И все, что производила в эти годы, делалось с предельной серьезностью. Временами это бывало что-то наивное, стилизация лубка, однако ее руку всегда выдавало неизменное чувство формы и цветовой гармонии. Она обладает врожденным и совершенно уникальным даром органичного и необычайно счастливого смешения религиозного чувства, веры в Христа и почти языческой радости от ощущения светозарно-солнечного жизненного празднества. Когда смотришь на ее картины, испытываешь подлинно восторженное изумление от сочетания смиренной веры в Бога с почти безудержным ликованием ребенка.

Я не стану останавливаться детально на ее картинах, они мало известны английской публике. Кроме того, их обсуждение привело бы к тому, что пришлось бы затронуть многие дискуссионные вопросы современного искусства, которые не могут быть адекватно рассмотрены в ограниченных рамках этой статьи.

В последние годы Наталья Гончарова захвачена работой в новой для себя сфере. Результаты этой работы на Западе известны больше -- я имею в виду ее деятельность как театрального художника.

До нынешнего времени искусство драмы и живопись были почти полностью разобщены. Театральные декорации в большинстве случаев выполнялись не художниками, а простыми декораторами, положение стало меняться лишь недавно, после того как Дягилев достиг впечатляющих результатов в своих экспериментах, сочетающих сценическую декорацию и живопись в оперных и балетных mise en scene.

Любители искусства знакомы с его работой, так же как с театрально-художественными опытами Бакста, Бенуа, Головина, Рериха и др. Громадные возможности этой формы искусства привлекли Наталью Гончарову. По ее собственному признанию первым обнаружившим в ней талант художника-декоратора был Михаил Ларионов, он и посоветовал сосредоточить свою энергию в этом направлении.

Как это всегда бывает у крупной творческой личности, театральные замыслы Гончаровой, несмотря на их новизну, подчинены определенной традиции, корни которой уходят в глубокую почву русской национальной культуры. Недаром она принадлежит столь славному роду и детство свое провела в деревне. И не просто в деревне, а в атмосфере русских крестьянских образов, с ранних лет оставивших в ней неизгладимый след. В Тульской губернии, откуда она родом, женщины до сих пор носят пестрые, многокрасочные одежды, украшенные старинной вышивкой и национальным орнаментом. Там можно слышать русские песни и легенды, сложенные в незапамятные времена. Наследницей всего этого и стала Наталья Гончарова. Чтобы вооружить художника такой безошибочной остротой зрения и точностью кисти, требуется неустанная, кропотливейшая работа многих поколений. Как если бы декоративные чувства миллионов ее безымянных сестер очистились и трансформировались в плавильном огне индивидуального творческого гения, найдя в ней свое высшее выражение.

То, что Гончарова избрала для себя путь оформителя балетных спектаклей, обернулось большой удачей для театра. Не пытаясь как-то оценивать достижения современного сценического искусства, следует вместе с тем признать высокую значимость его проблематики и целей. Театр, обладая собственными специфическими условиями, устанавливает определенные границы проявлению безграничной свободы, и, как результат этого, Наталья Гончарова, оставаясь в своей сценографии подлинным художником, очаровывает даже тех, кто не испытывает особенного восторга от ее кубистических и футуристических работ. Во всех ее mise en scene мы обнаружим единство непритязательной простоты и глубоких познавательных синтезов, так же, как и присутствие неповторимого художественного "я". Ее краски лучезарны и богаты многообразными оттенками, линии просты, но заключают в себе внутреннюю силу.

Первым театральным успехом Гончаровой стали комедия Гольдони "Веер" и "Свадьба Зобеиды" Гофмансталя, поставленные в Москве. На сцене оживали Венеция XVIII века и чарующая прелесть Востока. Наряду с тщательным изучением старинных миниатюр и костюмов ее работа представляла результат неукротимой фантазии. Когда некоему известному критику довелось увидеть один-единственный костюм из "Веера", он, не скрывая раздражения, заявил: "Этого не может быть, это какой-то анахронизм!" Но потом, когда перед ним предстал весь спектакль в целом, с костюмами и декорациями, мнение его в корне изменилось. На сцене был явлен живой дух старинной Венеции, и этот критик признал, что-то, что он счел ошибкой или анахронизмом, было сделано намеренно и что найденные Гончаровой образы в единстве сценического ансамбля были абсолютно непогрешимы против истины. То же случилось в "Золотом петушке" ("Coq d'Or") и "Садко".

В "Золотом петушке" Гончарова демонстрирует полет своего удивительного воображения, основанного на глубоком знании предмета. Зрители, подобно детям, внимающим волшебной сказке, забывают обо всем на свете и переносятся в иную страну, где растут необычайные деревья, цветут причудливые цветы, а люди носят ослепляющие своей яркостью одежды. У кого-то из зрителей учащенно бьется сердце, кто-то затаил дыхание, а кто-то находится во власти исключительного эмоционального порыва...

Это и есть эффект подлинного искусства, способного подчинять всё окружающее своей непреклонной воле. Те, кто видел "Золотой петушок", никогда не забудут его оригинального юмора: единую униформу Дадонова воинства или деревянного коня, на которого царь взбирается с помощью лестницы.

<...>

Наталья Гончарова находится лишь в начале своего пути, обещающего впереди еще немало новых творческих открытий.