# Несколько слов о польском вопросе

Петр Яковлевич Чаадаев

## П. Я. Чаадаев. Несколько слов о польском вопросе


Оригинал находится здесь: Сайт партии "Яблоко"


Вслед за подавлением польского восстания главные виновники его нашли

убежище во Франции. Пользуясь малой осведомленностью этой страны в

отношении истории и современного состояния Польши, они без труда смогли

изобразить свое безумное предприятие заслуживающим не только прощения, но

еще и похвалы.

Удивительное дело. Там так мало знакомы даже с географическим

положением Польши, что один из выдающихся членов палаты депутатов в одно из

заседаний предложил самым серьезным образом послать в защиту восставших

поляков флот в порт Поланген, и это предложение было принято почтенными

слушателями без смеха. Речи, произнесенные недавно в национальном собрании

в пользу поляков, свидетельствуют о столь же великом невежестве и в самом

польском вопросе, как таковом. Ввиду этого скажем в немногих словах, как

представляется этот вопрос беспристрастному и хорошо осведомленному уму.


1. Когда новое государство, образованное многочисленными славянами,

подчиненными Руссам (aux Russes) или варягам, и ставшее впоследствии

обширной русской империей, было утверждено в царствование Ярослава; оно

включало в себя все пространство между Финским заливом на севере и Черным

морем на юге, Волгой на востоке и левым берегом Немана на западе.

Пограничная линия, отделявшая тогда русских от их соседей-поляков,

пролегала по равнинам, тянущимся вдоль левого берега Немана, в местности,

где мы находим города Августово, Седлец, Люблин, Ярослав, и тянулась по

течению реки Сан до подножия Карпатских гор. Это та самая линия, которая и

в наши дни на деле размежевывает обе народности - русскую и польскую.

Население к востоку от этой линии говорит на русском наречии и принадлежит

к греческой церкви, население на запад от нее говорит по-польски и

принадлежит к римскому исповеданию.


2. Поляки составляют лишь одну ветвь великой славянской семьи. Они в

старину составляли и теперь еще составляют население немногочисленное.

Знаменитая польская республика в пору наивысшего своего могущества была

государством, состоящим из нескольких народностей, из них русские в

областях, носивших название: Белоруссии, Малороссии, составляли главную

часть. Это русское население, присоединенное к республике, соединилось с

поляками лишь под условием пользоваться всеми национальными правами и

свободой, права эти были за ними упрочены знаменитыми pacta conventa. Эти

права и привилегии с течением времени были грубо отброшены Польшей и

постоянно попирались среди самых возмутительных религиозных преследований.

Вследствие этих-то жестоких страданий русские области отделились от

республики и соединились с семьей славянских народов, которая приняла имя

Всероссийской Империи (по-французски: L'Empire de toutes les Russes). Это

отделение, начавшееся с 1651 года и законченное в конце XVIII в., было

неизбежным последствием ошибок притеснительного правительства, нетерпимости

римского духовенства и вполне естественной тяги этой части русского народа

свергнуть иго иноземцев и вернуться в лоно собственной народности.


3. После отпадения русских племен настоящая Польша, или, как ее тогда

называли, Polska coronna, предоставленная своим силам и лишенная

возможности составить независимое государство, досталась в добычу Австрии и

Пруссии. Император Наполеон вновь соединил ее и создал из нее Варшавское

Великое Княжество, которое затем приняло деятельное участие в войне против

России 1812 года. После того, как русская армия овладела княжеством в 1813

г., император Александр большую часть его присоединил к своим владениям под

именем Царства Польского. Однако же и после присоединения к России силой

оружия с краем этим вовсе не обращались, как с завоеванным. На всем

пространстве нашей обширной империи русские и поляки пользуются одинаковыми

правами. Поляк вступил через это соединение в среду того обширного союза

славянских народов, который составляет империю, и этим самым стал

пользоваться многими преимуществами, которые естественно вытекают из

принадлежности к сильному государству.


4. Западным областям старой Польши, присоединенным затем к немецким

государствам, пришлось испытать иностранное воздействие в такой степени,

что польское население оказалось там в меньшинстве и с каждым днем все

больше растворяется в толще германского племени; так дело обстоит в

Силезии, в Померании и в части великого княжества Познанского.


5. В областях, присоединенных к Российской империи (не входящих в

состав Царства Польского) и называвшихся раньше Литвой, Белоруссией и

Малороссией, поляки составляют приблизительно пятидесятую часть всего

населения. Остальные почти сплошь русские. Эти последние хранят еще свежую

память о насилиях, выпавших на долю их отцов при польском владычестве, и

питают к своим господам, пережитку прежнего строя, такую ненависть, что

спасением своим они отчасти обязаны русскому правительству. Среди областей,

составляющих часть Австрийской империи, восточная часть Галиции, некогда

носившая название Червонная Русь и придерживающаяся греческого церковного

обряда, почти целиком сохраняет свою народность, и поляки там далеко не

пользуются сочувствием коренного населения: остальная часть, где

господствует римский церковный обряд, почти совсем онемечена.


6. В случае соединения прежних польских земель в одно такое целое, где

поляки оказались бы в большинстве, составилось бы таким образом государство

с населением никак не более 6-7 миллионов и в нем оказались бы вкрапленными

в большом числе немцы и евреи.

Восстановление независимой Польши, с таким составом населения,

окруженной большими и сильными державами, если бы это и оказалось в данный

момент осуществимым, не давало бы поэтому никакого ручательства в

длительном существовании. Мысль присоединения к этому царству областей,

бывших когда-то польскими, с населением ныне онемеченным и вошедшим уже в

состав немецкого союза, была бы и несправедливой и неосуществимой.

Расчленять Россию, отрывая от нее силою оружия западные губернии,

оставшиеся русскими по своему национальному чувству, было бы безумием.

Сохранение их, впрочем, составляет для России жизненный вопрос. В случае,

если бы попытались осуществить этот план, она в тот же час поднялась бы

всей массой, и мы стали бы свидетелями проявления всех сил ее национального

духа. И по всей вероятности, губернии эти сами всеми силами воспротивились

бы этому, как в силу передаваемых по наследству воспоминаний о перенесенном

ими продолжительном угнетении, так и вследствие многих смежных интересов,

связывающих их с империей.


7. Против отторжения нынешнего Царства (польского) с целью превращения

его в ядро новой независимой Польши, даже и при содействии этому со стороны

нескольких европейских государств, стал бы возражать не один просвещенный

поляк, в убеждении, что благополучие народов может найти свое полное

выражение лишь в составе больших политических тел и что, в частности, народ

польский, славянский по племени должен разделить судьбы братского народа,

который способен внести в жизнь обоих народов так много силы и

благоденствия.


8. Надо, наконец, вспомнить, что первоначально Российская империя была

лишь объединением нескольких славянских племен, которые приняли свое имя от

пришедших Руссов (Russes), как нам это сообщает Нестерова летопись, и что

ныне еще это все тот же политический союз, обнимающий две трети всего

славянского племени, обладающий независимым существованием и на самом деле

представляющий славянское начало во всей его неприкосновенности. В

соединении с этим большим целым поляки не только не отрекутся от своей

национальности, но таким образом они ее еще более укрепят, тогда как в

разъединении они неизбежно попадут под влияние немцев, поглощающее

воздействие которых значительная часть западных славян уже на самих себе

испытала.