# К 120-летию со дня рождения А. М. Горького

Андрей Иванович Чарушников

Сообщение на заседании Секции "Книга и графика" Ленинградского Дома учёных им. М. Горького АН СССР в марте 1988 г.

## Андрей Иванович Чарушников. К 120-летию со дня рождения А. М. Горького


Сообщение на заседании Секции "Книга и графика" Ленинградского Дома учёных им. М. Горького АН СССР в марте 1988 года


## Предисловие


Перебирая вновь бумаги отца, наткнулся на несколько страничек в одной из папок, ранее мне не попадавшихся, читаю:

Из плана работы Секции "Книга и графика" Ленинградского Дома учёных им. М. Горького АН СССР на март 1988г.:

Вторник,29 марта

К 120-летию со дня рождения А.М. Горького

Горьковские места в Петрограде -- Ленинграде.

Сообщение кандидата исторических наук К. И. Логачева.

Горьковские материалы в собраниях членов Секции.

Выступают и показывают:

Кандидат технических наук, Лауреат Государственной премии А.Я. Аронсон,

Инженер И. К. Григорьев,

Кандидат философских наук, доцент В. А. Петрицкий,

Член Союза журналистов СССР А. И. Чарушников.

Чтение афоризмов из произведений А. М. Горького.

Члены группы афористики.

Однодневная выставка по теме заседания.

Малый лекционный зал. Начало в 19 часов

И далее шёл текст доклада, который был подготовлен отцом к 120-летию со дня рождения Горького и, читая его, невольно подумалось, что этот доклад был подготовлен ровно 30 лет назад, а в этом 2018 году М. Горькому отмечалось уже 150-летие со дня рождения. Эти прошедшие годы во многом меняли отношение общества к Горькому как личности. Ещё не так давно это был "Буревестник революции", превращённый в памятник. Но наступила эпоха разоблачений былых святынь и поиска на них скандальных фактов. Этими фактами и пытались разрушить воздвигнутый памятник, при этом, не принимая во внимание, на какое сложное время приходилась его жизнь, и которому также были свойственны, как и любому человеку, сомнения, ошибки, заблуждения, которые, несомненно, в силу значимости личности, влияли на жизни многих людей, оставляя им неоднозначную память о себе.

Но личность этого человека, его мировоззренческие колебания, через которые он прошёл на рубеже XIX и XX веков, и при этом, состоявшись, как автор произведений с революционной тенденцией, лично близкий социал-демократам и находившийся в оппозиции царскому режиму будет всегда в памяти народной, оставаясь одним из самых значительных и известных в мире русских писателей и мыслителей.

И просматривая доклад, подготовленный 30 лет назад к юбилейному дню: 120-летию Максиму Горькому одним из членов Секции "Книга и графика" Ленинградского Дома учёных, подумалось не предавать его забвению, поскольку в нём отмечаются сведения и детали в некоторой степени малоизвестные, а значит, будут интересны, интересующимся этой тематикой.


В. А. Чарушников


Кемерово, июнь, 2018.


## К 120-летию со дня рождения А. М. Горького


Я не ставил целью собирание -- коллекционирование -- книг А. М. Горького, а также книг о Горьком. Но, конечно, работа над историей издательства, выпустившего в конце 1890-х годов первые книги Алексея Максимовича, потребовала ознакомления со многими материалами, связанными с его именем, с его первыми издателями. Достаточно сказать, что я работал в 11-ти архивах Ленинграда, Москвы, Кирова, Калуги, а также Отделе Рукописей ГБЛ. Результат этой работы -- публикация моей статьи "Издатель А.П. Чарушников. /К истории издательства "С. Дороватовский и А. Чарушников"/ в 51-ом томе сборника "Книга. Исследования и материалы" /Издательство "Книга", Москва, 1985/. Статья эта нашла положительный отклик ряда горьковедов. В ней кратко говорится об истории выхода в свет первых книг М. Горького -- в марте-апреле 1898 года изданы два тома "Очерков и рассказов", в октябре 1899 года эти два тома вышли вторым изданием, к ним добавлен третий том. Так составилось первое трёхтомное Собрание сочинений М. Горького, которое, как говорили в те далёкие годы, ввело его в большую литературу, он стал признанным писателем с мировым именем.

Товарищи, выступавшие здесь, уже показывали эти томики первых книг Алексея Максимовича. Я покажу лишь один, который заслуживает внимания тем, что является как бы библиографической редкостью: это третий том "Очерки и рассказы", выпущенный в свет в октябре 1899 года. На титульном листе указано -- "Второе издание". Это ошибка, так как третий том указанное издательство -- "С. Дороватовского и А. Чарушникова" - вторым изданием не выпускало. Ошибка эта, видимо, типографского происхождения, невнимательности типографского корректора. Дело в том, что в этой типографии (типография Т-ва "Народная польза". СПБ, Коломенская ул., собств. дом No 39) одновременно печатались и готовились к выходу в свет три тома "Очерков и рассказов" - первый и второй тома вторым изданием и третий том первым изданием. Это, конечно, и могло породить путаницу и на титульном листе третьего том, как и на первых двух, поставили помету об втором издании. Сколько экземпляров третьего тома вышло в свет с такой очень досадной ошибкой сказать, конечно, невозможно (Кстати сказать, в моём собрании книг этого издательства имеется экземпляр третьего тома, на титуле которого такой ошибки нет). Возможно, в такой ошибке повинен и издатель С. П. Дороватовский, который занимался непосредственно техническими делами по изданию книг Горького. В связи с этим напомню высказывание Владимира Александровича Поссе, принимавшего живое участие в судьбе Горького. В своей мемуарной книге "Мой жизненный путь" (М.-Л., 1929) он вспоминает весну 1898 года: "... к этому времени появились давно жданные два скромных сереньких томика его "Очерков и рассказов". Первым шёл "Челкаш". ... К сожалению, с внешней стороны издание оставляло желать очень многого: плохая бумага и, главное, довольно много опечаток. До сих пор не могу простить себе, что я положился на Дороватовского и не продержал последней корректуры. Дороватовский, человек очень занятой, передал технику издания и чтение последней корректуры Николаю Матвеевичу Глаголеву, самонадеянному юноше.

Но как бы то ни было, очерки были изданы, и вместе с тем Горький прорвался к славе. Успех "Очерков и рассказов" Горького был огромный, ошеломляющий". Речь здесь идёт о первых двух томах книг Горького, вышедших в свет в марте-апреле 1898 года. (Цитирую по корректурным гранкам книги В. А. Поссе "Мой жизненный путь", хранящихся в Отделе рукописей ГБЛ, шифр: Ф. 369. 401. 8).

Теперь несколько слов о книгах, посвящённых Горькому. Как я уже говорил, я не ставил целью собирать книги Горького (за исключением, конечно, его первых книг) и книги о нём. Но если попадались издания, представляющие некий библиофильский интерес (на мой взгляд, естественно), я их брал. Вот некоторые из них (Возможно, об отдельных таких изданиях здесь уже шла речь).

1. Иван Странник. Максим Горький. Критико-биографический этюд. Перевод с французского Н. Васина. Издание книгопродавца Максима Васильевича Клюкина. Дозволено цензурою. Москва, 18 января 1903 года. 48 страниц. Обер-полицмейстер Москвы, небезызвестный Трепов, сообщал департаменту полиции и московскому губернатору в своём обширном докладе, что книгопродавец М. В. Клюкин наряду с другими прогрессивными издателями распространяет тенденциозную литературу. Кто скрылся под псевдонимом "Иван Странник"? Это Анна Митрофановна Аничкова, жена профессора Е. А. Аничкова, писательница, сотрудничала в русских и французских периодических изданиях (Словарь Масанова, том 3, стр. 143,т. 4, стр. 38). Книга эта представляет двойной, на мой взгляд, интерес. Во-первых, она свидетельствует о большом внимании французских читателей к творчеству Горького уже в начале его известности как писателя -- Иван Странник рассуждает только о тех рассказах, которые были помещены в первых книгах Алексея Максимовича; во-вторых, перевод этой работы Странника с французского на русский говорит и об огромном интересе русской общественности к творчеству Горького, о котором к тому времени вышли в свет уже обстоятельные работы -- оригинальные на русском языке, такие, как скажем, работа Андреевича "Книга о Максиме Горьком и А. П. Чехове" с приложением автобиографии Горького и портретов Горького и Чехова, а также других изданий и публикаций в русской периодической печати. В связи с этим небезынтересна и книга Владимира Феофиловича Боцяновского (1869 -- 1943) "Максим Горький. Критико-биографический этюд", отпечатанная в типографии А. С. Суворина в Петербурге в 1901-ом году. В этой книге в сноске на странице 28-ой помещён перечень, - конечно, тоже не полный, - -публикаций о Горьком и об его произведениях. Перечень этот занимает почти страницу петитом.

"Андреевич" -- это псевдоним Соловьева Евгения Андреевича. Следует сказать, что издательство "С. Дороватовского и А. Чарушникова" в апреле 1899 года -- значит вскоре по выходе в свет первых двух томов "Очерков и рассказов" -- заключило с Е. А Соловьевым договор, по которому Соловьев обязывался написать статью по предварительному названию "Писатели современники. (Характеристика). М. Горький". Статья предполагалась в 5 -6 листов печатных (по 35 тысяч знаков на листе), гонорар по 100 рублей за лист. Рукопись должна быть сдана к 1-му января 1900 года. Намечался тираж брошюры этой в 10000 экземпляров, была даже составлена расходная смета по изданию брошюры. На договоре -- подпись Соловьева (Документ хранится в Архиве Горького, Москва). Но Соловьев обязательство своё не выполнил, издательство рукопись не получило. Работу Андреевича "Книга о Максиме Горьком и А. П. Чехове", изданную в 1900 году, Алексей Максимович в следующем году -- 1901-ом -- подарил в числе других книг Нижегородской общественной библиотеке.

2. Вот книга М. Горького, представляющая библиофильский интерес. Это его пьеса "Последние". Впервые она была опубликована в мае 1908 года в 22-ом сборнике "Знание". А эта книга -- первое отдельное издание этой пьесы, осуществлённое "Театральным и книжным издательством русских авторов Ивана Павловича Ладыжникова" в Берлине также в том же 1908 году. Книга издана, конечно, на русском языке, тираж, к сожалению, не указан. Представляет интерес рекламное объявление на 4-ой странице обложки, в котором перечислены русские авторы, произведения которых выпустило в свет издательство И. П. Ладыжникова. В числе этих авторов первым указан М. Горький, перечислены 19 его книг, в том числе роман "Мать", пьесы "Дети солнца", "Варвары", "Враги", "Дачники", очерки "9-ое января", "Русский царь" и другие. В числе других авторов названы Е. Чириков, Семён Юшкевич, Леонид Андреев, Скиталец, -- все они, как известно, в те годы были в близком окружении Алексея Максимовича. К сожалению, в энциклопедическом словаре "Книговедение" нет статьи об издательстве Ивана Павловича Ладыжникова в Берлине, есть лишь несколько строчек о нём в статье о самом И. П. Ладыжникове, в которой сказано только, что издательство было создано им по поручению ЦК РСДРП.

3. Любопытна и вот эта книжица: Илья Груздев. Максим Горький. Жизнь и работа. Госиздат, М. -- Л., 1928, 40 страниц, тираж 30000 экземпляров, цена 10 копеек. Любопытна она тем, что издана, несомненно, к 60-летию Горького, причём следует отметить, что в этом же году немецкое прогрессивное издательство "MalikFerlag", которое осуществляло издание Собрания сочинений Горького в переводе на немецкий язык, по рекомендации Горького издало в качестве дополнительного тома книгу Ильи Груздева "Жизнь Горького". Последнее обстоятельство свидетельствует о благожелательном отношении Алексея Максимовича к своему биографу.

4. Вот ещё книжица Ильи Груздева: "М. Горький. Краткий биографический очерк. 1868 -- 1936". На первой странице форзаца в траурной рамке портрет Горького, под ним подпись; "18 июня 1936 г., в 11 ч. 10 м. утра, в Горках, под Москвой, умер великий русский писатель и борец за победу Коммунизма АЛЕКСЕЙ МАКСИМОВИЧ ГОРЬКИЙ". В книге 71 страница, тираж 25000 экземпляров, цена 25 копеек. Хочу обратить внимание на быстроту, с которой была издана книга. Горький умер утром 18-го июня, на другой же день 19 июня, рукопись была сдана в набор, а уже на следующий день -- 20-го июня -- набранный и сброшюрованный текст был подписан к печати. Видимо, уже 21-го июня часть тиража поступила в продажу в московских книжных магазинах. Эта книга -- первая посмертная книга о Горьком. Изданная без малого 52 года назад, она, конечно, имеет, на мой взгляд, известное библиофильское значение.

5. Конечно, этими книгами не исчерпывается моя "Горьковская полка". Можно назвать такие издания: четырёхтомник Института русской литературы (Пушкинский дом) "М. Горький. Материалы и исследования" (1934 -- 1951); некоторые тома (3 -- 7, 14) подготовленные к печати Институтом Мировой литературы (Москва) "Архив Горького"; другие книги, посвящённые исследованию жизни и творчества Алексея Максимовича. Для меня представляет интерес сборник статей о Горьком А. В. Луначарского, изданный к 70-летию Горького /"Художественная литература", М., 1938/, работы Н. Пиксанова "Горький и фольклор" /"Художественная литература", Ленинград, 1935/ и "Горький -- поэт" /"Художественная литература", Ленинград, 1940/, двухтомник "Личная библиотека А. М. Горького в Москве" /"Наука", Москва, 1981/, "Горький в Петербурге -- Ленинграде" И. Эвентова /Лениздат, 1956/, ну и, конечно, кое-что другое. Кстати сказать, в прошлом году получил горестную весть из Москвы: из мемориального музея А. М. Горького похищены более ста книг из его библиотеки.

Прихватил я с собой сюда и сборник, выпущенный "Советским писателем" в 1938 году (Москва), видимо, к 70-летию Алексея Максимовича "Горький в Самаре". Рассказы, фельетоны, воспоминания". Сборник составлен бригадой Куйбышевского отделения Союза советских писателей под общей редакцией М. О. Чечановского. Книга напоминает мне далёкие теперь годы -- такую я купил в Комсомольске-на-Амуре в 1939 году, когда начал собирать свою первую библиотеку. В 1946 году, в связи с переездом в город Кемерово, сдал эту библиотеку в книжный магазин в городе Благовещенске. До этого библиотека моя побывала со мной и в Экимчане -- районном центре Селемджинского района Амурской области, где редактировал районную газету. В то время этот район считался районом крайнего севера. И вот в Ленинграде в одном из букинистических магазинов я впервые увидел такой же экземпляр и, конечно, сразу же взял его, - память молодости. Об этом, в общем, несомненно, хорошем сборнике надо сделать такое замечание. В его конце помещены две с половиной страницы воспоминаний "депутатки райсовета А. Бакониной" -- "Революционный воспитатель рабочих". В сборнике "Максим Горький в Самаре", изданном к его столетию Куйбышевским книжным издательством в 1968 году, отмечено, что эти воспоминания искажают правду, говорится, что "К сожалению, на эти воспоминания сочла возможным сослаться даже академическая "Летопись жизни и творчества А. М. Горького".

Несколько слов о фактах, которые, возможно, связаны с изданием первых книг М. Горького в конце 1890-х годов. Эти факты в какой-то степени могут ответить на вопрос, почему Александр Петрович Чарушников согласился на предложение А. В. Поссе издать очерки и рассказы Горького, хотя отлично знал, что передовые прогрессивные издательства (А. М. Калмыкова, О. Н. Попова, М. Н. Семёнов) отказались "печатать Горького". Дело в том, что об Алексее Пешкове -- М. Горьком -- он знал раньше, -- до предложения Поссе, -- был наслышан об его судьбе.

В. Г. Короленко: Горький познакомился с ним ещё зимой 1889 году в Нижнем-Новгороде. Короленко много помогал ему советами и сношениями с редакциями журналов и газет. В своей автобиографии Горький писал, что обязан Владимиру Галактионовичу тем, что попал в большую литературу, что Короленко очень много сделал для него, многое указал, многому научил. Эти факты говорят о том, что Короленко верил в талант Алексея Максимовича, внимательно следил за его творчеством, судьбой и в любом случае старался ему помочь.

Вот ксерокопия статьи Андрея Степановича Деренкова "Из воспоминаний о великом писателе". Первая её публикация в сборнике "М. Горький в воспоминаниях современников" (ГИХЛ, М., 1955). Кто такой Деренков вы, конечно, знаете -- это владелец лавочки и конспиративной библиотеки в Казани, у которого жил и работал Алексей Пешков, будущий Горький. Деренков вспоминает: "В одну декабрьскую ночь мы вдруг узнали, что наш Максимович стрелялся и находится в больнице на Покровской улице. Мы старались узнать подробности. Но узнали только то, что полиция нашла у Алексея Максимовича какую-то записку. Это обстоятельство, прежде всего, повлекло ликвидацию моей библиотеки. Часть книг мой брат Иван отдал Чарушникову, другую часть книг взял Михаил Антонович Ромась в Красновидово, где они потом сгорели. Остальные книги разобрали члены нашего кружка" (стр. 83).

В указателе имён этого сборника дано такое пояснение к странице 83-ей, на которой Деренков упоминает Чарушникова -- "Чарушников А. П.", то есть "Александр Петрович", ставший впоследствии издателем Горького. Конечно, очень соблазнительно признать этот факт за действительность -- как же, будущий первый издатель Горького был настолько близок к Деренкову и к его окружению, что ему была доверена часть нелегальной библиотеки. К сожалению, на мой взгляд, это не так и вот почему. Александр Петрович в Казани не жил, и если и бывал в ней, то только накоротке по служебным своим разъездам по волжским городам, а заезжая в Казань мог встречаться только с братом своим Иваном Петровичем (будущим моим отцом). Его же брат Иван Петрович в те годы постоянно жил в Казани, учился в Казанском университете, был известен в казанских народническо-революционных кружках и по свидетельству своих товарищей являлся организатором и идейным руководителем революционного движения в Казани. О нём как видном деятеле революционных кружков Казани, инициаторе создания подпольной типографии, в которой был отпечатан нелегальный сборник "Социальный вопрос", им редактируемый, рассказывают его товарищи в статье "Воспоминания из жизни народнических кружков в Казани", опубликованной в журнале "Каторга ссылка" в книге 10/71/ в 1930 году.В "Казанском медицинском журнале" в NoNo 5-6 (май-июнь) за 1930 год помещены воспоминания врача Петра Филипповича Кудрявцева, в том числе и об И. П. Чарушникове, о котором он в частности пишет, что Чарушников, уезжая из Казани "передал мне все материалы и дела местной организации партии "Народной воли". (стр. 520). К этому можно добавить, что П. Ф. Кудрявцев привёл Алексея Пешкова осенью 1885 года к Деренкову, познакомил его с ним и по его рекомендации Алексей стал жить у Деренкова. Суммируя все эти факты можно с уверенностью сказать, что Иван Петрович хорошо знал крендельную лавочку Деренкова, его самого, его окружение, события внутрикружковой жизни, ему, конечно, был известен и Алексей Пешков, и его попытка самоубийства. Естественно, что при ликвидации нелегальной библиотеки брат Деренкова передал часть книг ему -- Ивану Петровичу Чарушникову, а не Александру Петровичу, как помечено это в указателе имён названного выше сборника "М. Горький в воспоминаниях современников".

Будущий издатель Горького, несомненно, знал из рассказов своего брата Ивана о необычайной судьбе неординарного казанского юноши Алексея Пешкова. И надо сказать, что Короленко знал обоих братьев Чарушниковых, так, в конце 1884 года В. Г. Короленко возвращался из сибирской ссылки в Нижний-Новгород вместе с братом Илларионом Галактионовичем, они по пути в Нижний заехали в Казань. Но поскольку за братьями Короленко полиция внимательно следила, сохранилась полицейская переписка начальников Казанского и Нижегородского жандармских управлений. Начальник Казанского губернского жандармского управления в письме от 28-го января 1885 года просит своего коллегу, что если в Нижнем Новгороде обнаружат В. Г. Короленко, то немедленно обыскать его и арестовать. При этом он сообщает, что "по имеющимся сведениям, оба брата Короленко в городе Казани проживали вместе в квартире студента Казанского университета Ивана Петровича Чарушникова и 2-го сего января выехали в город Нижний Новгород с целью открыть какую-то мастерскую" ("Сибирские страницы жизни и творчества В. Г. Короленко". Издательство "Наука", сибирское отделение, город Новосибирск, 1987 год, стр.194). А от Короленко, с которым Александр Петрович был в близких дружеских отношениях со времён их ссылки в городе Глазове, с которым он встречался и в последующие годы, был наслышан о литературной работе и произведениях Горького, уже публиковавшихся в толстых столичных журналах и знал об его благожелательном отношении к Горькому. Всё это вместе взятое и определило быстрое решение Александра Петровича издать рассказы и очерки молодого Горького.

В воспоминаниях Адама Егоровича Богдановича, жившего одновременно с Горьким в Нижнем Новгороде, близко с ним подружившегося, почти ежедневно бывавшего у него (жена Богдановича Александра Волжина -- родная сестра Екатерины Волжиной, жены Горького), в его воспоминаниях говорится о некоторых фактах выхода в свет первых книг Горького. Богданович пишет: "Поссе случайно встретил своего знакомца А. П. Чарушникова, инспектора какого-то страхового общества ("Северного страхового общества" -- А. Ч.) и предложил ему заняться издательством, начиная с издания рассказов молодого автора, который, несомненно, будет иметь успех. Тот заявил, что был бы не прочь, но ввиду того, что его должность разъездная, ему надо приискать компаньона (А. Богданович. "Страницы из жизни Максима Горького", Минск, "Наука и техника" 1965, стр. 29). Естественно, что при этом разговоре называлось и имя молодого автора -- М. Горький. А за время подыскания компаньона, будущий издатель мог навести и справки о молодом авторе у того же Короленко, восстановить в памяти рассказы брата Ивана о казанском Алексее Пешкове; познакомиться с опубликованными в столичных журналах рассказами Горького, а также с теми, которые были на руках А. В. Поссе, получившего их от Алексея Максимовича, с мнением о них Поссе, известного в то время журналиста.

О том, как был найден А. П. Чарушниковым "сидячий" компаньон и было создано новое издательство специально для выпуска в свет первых книг М. Горького, написано в статье "Идейное издательство", опубликованной при жизни указанных в ней лиц, в журнале "Жизнь для всех", No 7 за 1910 год. В статье В. А. Поссе пишет, что получив отказ печатать Горького от всех прогрессивных в то время петербургских издательств, он "зашёл к одному старому знакомому С. П. Дороватовскому, у которого в это время в гостях был москвич А. П. Чарушников. Оба они стояли далеко от издательского мира. Я с горечью рассказал им о своих неудачах с устройством издания рассказов М. Горького. Выслушав меня, А. П. Чарушников обратился к С. П. Дороватовскому с вопросом: "А не издать ли нам с Вами рассказы Горького?". Дороватовский согласился и через несколько минут мне были вручены 500 рублей для передачи Горькому...".

Через несколько недель появились два тома рассказов Горького, и вместе с тем "основалось" новое издательство -- "С. Дороватовского и А. Чарушникова". То же самое написано В. А. Поссе и в его мемуарной книге "Мой жизненный путь", изданной в 1929 году.

В литературе, посвящённой Горькому, в частности об его первых издателях, говорится, что Александр Петрович Чарушников "общественный деятель". Формулировка эта крайне неопределённа и туманна, к общественным деятелям относили и явно реакционных деятелей, скажем того же Суворина и других монархистов. Поэтому следует кратко сказать об А. П. Чарушникове. Средства к жизни ему давала многолетняя работа в "Северном страховом обществе", в котором он проработал более тридцати лет, и благодаря трудолюбию, организаторским способностям, опыту прошёл все ступеньки от младшего помощника инспектора до главного инспектора отдела. Но вместе с тем он и после ссылки в Глазов (освобождён в 1882 году) не порывал связей с прогрессивными кругами, был связан с людьми, находящимися под надзором полиции за антиправительственную деятельность. Его имя стало известно и пользовалось уважением в широких кругах московской радикальной интеллигенции. Об этом говорит такой факт. В Москве в конце 1890-х годов было создано "Общество взаимопомощи лиц интеллигентных профессий" (его Устав утверждён Министерством внутренних дел 3-го июня 1898 года). Цель общества -- конечно, не рекламированная -- пропаганда передовых, революционных идей, пропаганда среди рабочих. Департамент полиции, естественно, начал следить за деятельностью Общества, за его членами и выявил, что из 1093-х членов 457 являются состоящими под надзором полиции за антиправительственную деятельность. Членами совета Общества были избраны Луначарский Платон Васильевич (брат Луначарского Анатолия Васильевича), которого департамент полиции считал представителем МК РСДРП, Красин Герман Борисович, заместитель председателя Совета, другие социал-демократы; в числе кандидатов Совета состояли Александр Петрович Чарушников, Красина Екатерина Васильевна, Лев Павлович Никифоров и другие "известные департаменту полиции". Членом Общества был и Иван Петрович Чарушников. Во второй половине 1899 года в Общество проник известный провокатор Евно Азеф. Вскоре Общество было запрещено департаментом полиции. Последнее ликвидационное собрание членов Общества, которое проводил П. В. Луначарский, состоялось 20-го августа 1901 года.

Следовательно характеристика А. П. Чарушникова как "общественного деятеля" верна, но деятельность его протекала в русле прогрессивных идей того времени и завоевала уважение радикальных кругов столицы, социал-демократов -- будущих большевиков.


А. И. Чарушников


14 марта 1988 г.

Ленинград.


--------------------------------------------------


Источник: Машинописный текст от марта 1988 года.

Отпечатал: В. А. Чарушников, июнь, 2018 г.