# Злоумышленник

Антон Павлович Чехов

А. П. Чехов


## Злоумышленник


Полное собрание сочинений и писем в тридцати томах

Сочинения том четвертый. 1885-1886

М., "НАУКА", 1984

Scan: Ershov V. G., 28.03.2006

Read&Check: sad369 (10.04.2006)

Перед судебным следователем стоит маленький, чрезвычайно тощий мужичонко в пестрядинной рубахе и латаных портах. Его обросшее волосами и изъеденное рябинами лицо и глаза, едва видные из-за густых, нависших бровей, имеют выражение угрюмой суровости. На голове целая шапка давно уже нечесанных, путаных волос, что придает ему еще большую, паучью суровость. Он бос.

-- Денис Григорьев! -- начинает следователь. -- Подойди поближе и отвечай на мои вопросы. Седьмого числа сего июля железнодорожный сторож Иван Семенов Акинфов, проходя утром по линии, на 141-й версте, застал тебя за отвинчиванием гайки, коей рельсы прикрепляются к шпалам. Вот она, эта гайка!.. С каковою гайкой он и задержал тебя. Так ли это было?

-- Чаво?

-- Так ли всё это было, как объясняет Акинфов?

-- Знамо, было.

-- Хорошо; ну, а для чего ты отвинчивал гайку?

-- Чаво?

-- Ты это свое "чаво" брось, а отвечай на вопрос: для чего ты отвинчивал гайку?

-- Коли б не нужна была, не отвинчивал бы, -- хрипит Денис, косясь на потолок.

-- Для чего же тебе понадобилась эта гайка?

-- Гайка-то? Мы из гаек грузила делаем...

-- Кто это -- мы?

-- Мы, народ... Климовские мужики, то есть.

-- Послушай, братец, не прикидывайся ты мне идиотом, а говори толком. Нечего тут про грузила врать!

-- Отродясь не врал, а тут вру... -- бормочет Денис, мигая глазами. -- Да нешто, ваше благородие, можно без грузила? Ежели ты живца или выполозка на крючок сажаешь, то нешто он пойдет ко дну без грузила? Вру... -- усмехается Денис. -- Чёрт ли в нем, в живце-то, ежели поверху плавать будет! Окунь, щука, налим завсегда на донную идет, а которая ежели поверху плавает, то ту разве только шилишпер схватит, да и то редко... В нашей реке не живет шилишпер... Эта рыба простор любит.

-- Для чего ты мне про шилишпера рассказываешь?

-- Чаво? Да ведь вы сами спрашиваете! У нас и господа так ловят. Самый последний мальчишка не станет тебе без грузила ловить. Конечно, который непонимающий, ну, тот и без грузила пойдет ловить. Дураку закон не писан...

-- Так ты говоришь, что ты отвинтил эту гайку для того, чтобы сделать из нее грузило?

-- А то что же? Не в бабки ж играть!

-- Но для грузила ты мог взять свинец, пулю... гвоздик какой-нибудь...

-- Свинец на дороге не найдешь, купить надо, а гвоздик не годится. Лучше гайки и не найтить... И тяжелая, и дыра есть.

-- Дураком каким прикидывается! Точно вчера родился или с неба упал. Разве ты не понимаешь, глупая голова, к чему ведет это отвинчивание? Не догляди сторож, так ведь поезд мог бы сойти с рельсов, людей бы убило! Ты людей убил бы!

-- Избави господи, ваше благородие! Зачем убивать? Нешто мы некрещеные или злодеи какие? Слава те господи, господин хороший, век свой прожили и не токмо что убивать, но и мыслей таких в голове не было... Спаси и помилуй, царица небесная... Что вы-с!

-- А отчего, по-твоему, происходят крушения поездов? Отвинти две-три гайки, вот тебе и крушение!

Денис усмехается и недоверчиво щурит на следователя глаза.

-- Ну! Уж сколько лет всей деревней гайки отвинчиваем и хранил господь, а тут крушение... людей убил... Ежели б я рельсу унес или, положим, бревно поперек ейного пути положил, ну, тогды, пожалуй, своротило бы поезд, а то... тьфу! гайка!

-- Да пойми же, гайками прикрепляется рельса к шпалам!

-- Это мы понимаем... Мы ведь не все отвинчиваем... оставляем... Не без ума делаем... понимаем...

Денис зевает и крестит рот.

-- В прошлом году здесь сошел поезд с рельсов, -- говорит следователь. -- Теперь понятно, почему...

-- Чего изволите?

-- Теперь, говорю, понятно, отчего в прошлом году сошел поезд с рельсов... Я понимаю!

-- На то вы и образованные, чтобы понимать, милостивцы наши... Господь знал, кому понятие давал... Вы вот и рассудили, как и что, а сторож тот же мужик, без всякого понятия, хватает за шиворот и тащит... Ты рассуди, а потом и тащи! Сказано -- мужик, мужицкий и ум... Запишите также, ваше благородие, что он меня два раза по зубам ударил и в груди.

-- Когда у тебя делали обыск, то нашли еще одну гайку... Эту в каком месте ты отвинтил и когда?

-- Это вы про ту гайку, что под красным сундучком лежала?

-- Не знаю, где она у тебя лежала, но только нашли ее. Когда ты ее отвинтил?

-- Я ее не отвинчивал, ее мне Игнашка, Семена кривого сын, дал. Это я про ту, что под сундучком, а ту, что на дворе в санях, мы вместе с Митрофаном вывинтили.

-- С каким Митрофаном?

-- С Митрофаном Петровым... Нешто не слыхали? Невода у нас делает и господам продает. Ему много этих самых гаек требуется. На каждый невод, почитай, штук десять...

-- Послушай... 1081 статья уложения о наказаниях говорит, что за всякое с умыслом учиненное повреждение железной дороги, когда оно может подвергнуть опасности следующий по сей дороге транспорт и виновный знал, что последствием сего должно быть несчастье... понимаешь? знал! А ты не мог не знать, к чему ведет это отвинчивание... он приговаривается к ссылке в каторжные работы.

-- Конечно, вы лучше знаете... Мы люди темные... нешто мы понимаем?

-- Всё ты понимаешь! Это ты врешь, прикидываешься!

-- Зачем врать? Спросите на деревне, коли не верите... Без грузила только уклейку ловят, а на что хуже пескаря, да и тот не пойдет тебе без грузила.

-- Ты еще про шилишпера расскажи! -- улыбается следователь.

-- Шилишпер у нас не водится... Пущаем леску без грузила поверх воды на бабочку, идет голавль, да и то редко.

-- Ну, молчи...

Наступает молчание. Денис переминается с ноги на ногу, глядит на стол с зеленым сукном и усиленно мигает глазами, словно видит перед собой не сукно, а солнце. Следователь быстро пишет.

-- Мне идтить? -- спрашивает Денис после некоторого молчания.

-- Нет. Я должен взять тебя под стражу и отослать в тюрьму.

Денис перестает мигать и, приподняв свои густые брови, вопросительно глядит на чиновника.

-- То есть, как же в тюрьму? Ваше благородие! Мне некогда, мне надо на ярмарку; с Егора три рубля за сало получить...

-- Молчи, не мешай.

-- В тюрьму... Было б за что, пошел бы, а то так... здорово живешь... За что? И не крал, кажись, и не дрался... А ежели вы насчет недоимки сомневаетесь, ваше благородие, то не верьте старосте... Вы господина непременного члена спросите... Креста на нем нет, на старосте-то...

-- Молчи!

-- Я и так молчу... -- бормочет Денис. -- А что староста набрехал в учете, это я хоть под присягой... Нас три брата: Кузьма Григорьев, стало быть, Егор Григорьев и я, Денис Григорьев...

-- Ты мне мешаешь... Эй, Семен! -- кричит следователь. -- Увести его!

-- Нас три брата, -- бормочет Денис, когда два дюжих солдата берут и ведут его из камеры. -- Брат за брата не ответчик... Кузьма не платит, а ты, Денис, отвечай... Судьи! Помер покойник барин-генерал, царство небесное, а то показал бы он вам, судьям... Надо судить умеючи, не зря... Хоть и высеки, но чтоб за дело, по совести...


## ПРИМЕЧАНИЯ


Впервые -- "Петербургская газета", 1885, N 200, 24 июля, стр. 3, отдел "Летучие заметки", с подзаголовком: (Сцепка). Подпись: А. Чехонте.

Включено в сборник "Пестрые рассказы", СПб., 1886; печаталось во всех последующих изданиях сборника.

Вошло в издание А. Ф. Маркса.

Печатается по тексту: Чехов, т. III, стр. 5-9.


Правка рассказа при переизданиях была небольшой. Для "Пестрых рассказов" был лишь снят подзаголовок; во втором издании сборника Чехов трижды поправил реплики Дениса Григорьева, заменяя просторечную форму литературной ("надо" вместо "надыгь" и т. п.), две стилистические поправки внес для десятого издания и семь -- для собрания сочинений.

В заметке "Сюжет рассказа "Злоумышленник"" В. А. Гиляровский рассказывал о встрече с Чеховым в подмосковном дачном местечке Краскове и о знакомстве с крестьянином Никитой Пантюхиным (Хромым), "великим мастером по ловле налимов", который использовал гайки вместо грузил:

"А. П. старался объяснить Никите, что отвинчивать гайки нельзя, что из-за этого может произойти крушение поезда, но это было совершенно непонятно мужику:

-- Нешто я все гайки-то отвинчиваю? В одном месте одну, в другом -- другую... Нешто мы не понимаем, что льзя, что нельзя!" ("Чеховский юбилейный сборник", изд. И. Д. Сытина, М., 1910, стр. 369-370).

В критическом обозрении Л. Е. Оболенского "Обо всем" рассказ "Злоумышленник" отнесен к числу наиболее удачных и характерных рассказов Чехова: "Мелкие штрихи, иногда в одно слово, рисуют и быт и обстановку так ясно, что вы только удивляетесь этому уменью -- свести в один крохотный фокус все необходимые детали, только самое необходимое, а в то же время взволновать и чувство ваше и разбудить мысль: в самом деле, вглядитесь глубже в этого следователя и в этого мужика, ведь это два мира, оторванные от одной и той же жизни; оба русские, оба в существе не злые люди, и оба не понимают друг друга. Подумайте только над этим, и вы поймете, какая глубина содержания в этом крохотном рассказике, изложенном на двух с половиной страницах" ("Русское богатство", 1886, N 12, стр. 171).

К. Арсеньев в статье "Беллетристы последнего времени" отметил: "В "Злоумышленнике" чрезвычайно живо обрисован крестьянин, сделавшийся преступником сам того не зная и не понимая" ("Вестник Европы", 1887, N 12, стр. 770).

Известен отзыв Л. Н. Толстого: ""Злоумышленник" -- превосходный рассказ... Я его раз сто читал. Тоже судьи" ("Из дневника Д. П. Маковицкого".. Запись 1 марта 1906 г. -- ЛН, т. 68, стр. 874).

Об отношении Л. Н. Толстого к рассказу писал также французский переводчик Дени Рош: "Л. Н. вспоминал, в частности, рассказ, озаглавленный "Злоумышленник". Он считал его одним из шедевров Чехова" (ЛН, т. 75, М., 1965, кн. 2, стр. 28).

Отзыв Л. Н. Толстого о "Злоумышленнике" был сообщен Чехову И. Л. Толстым; письмо И. Л. Толстого к Чехову -- в т. III наст, изд., стр. 537.

По воспоминаниям Горького, Толстой восхищался "изящной правдою приемов письма" Чехова и ставил в пример молодым литераторам "такие превосходные и глубокие вещи Чехова, каковы: "Тиф", "Душечка", "Припадок", "Злоумышленник", "Дуэль" и многие другие" ("М. Горький и А. Чехов. Переписка, статьи, высказывания". М., 1951, стр. 161).


При жизни Чехова рассказ был переведен на болгарский, венгерский, немецкий, сербскохорватский, словацкий и чешский языки.