# Всеобщая история. Г. Вебера. Пер. Андреева. Том седьмой

Николай Гаврилович Чернышевский

Всеобщая исторія. Г. Вебера. Пер. Андреева. Томъ седьмой. Громадное сочиненіе Вебера отвѣчаетъ весьма существеннымъ потребностямъ читающей публики. Для всѣхъ, занимающихся исторіей, въ особенности для преподавателей, крайне важно имѣть подъ руками довольно подробное и связное изложеніе событій; болѣе широкій кругъ обще-образованныхъ людей едва ли будетъ слѣдить за многотомнымъ сочиненіемъ на всемъ пространствѣ его изложенія, но за то получитъ возможность познакомиться съ тѣми или другими интересующими эпохами, справиться по важнѣйшимъ историческимъ вопросамъ. Собственно говоря, "средній" Веберъ такъ же необходимъ, какъ и пространный, и весьма полезно было бы издать вновь руководство, переведенное Коршемъ и вышедшее, повидимому, изъ продажи. Понятно, однако, что сокращенная обработка можетъ замѣнить пространную только для общаго ознакомленія съ ходомъ исторіи.

Имѣя, прежде всего, въ виду дать сводъ провѣренныхъ свѣдѣній по исторіи, Веберъ нисколько не стремился къ оригинальности пониманія или художественности изложенія. Попытка Ранке показала, что даже обработка всемірной исторіи можетъ принять характеръ оригинальный и обойтись безъ компилятивности, но такая постановка дѣла объясняется, съ одной стороны, исключительнымъ дарованіемъ автора, съ другой же -- ограниченіемъ изложенія, которое касается только существеннѣйшихъ фактовъ, мало затрогиваетъ исторію учрежденій и совершенно обходитъ исторію хозяйственно-юридическую. Веберъ ставилъ свою задачу скромнѣе и полнѣе, а разрѣшаетъ ее въ общемъ очень добросовѣстно и удовлетворительно. Только что вышедшій седьмой томъ даетъ полную возможность судить и о преимуществахъ, и о недостаткахъ работы. Онъ обнимаетъ XIII вѣкъ въ исторіи Германіи и Италіи и доводитъ исторію Англіи и Франціи до столѣтней войны. Главное вниманіе обращено на внѣшнюю исторію, связанную съ судьбой царствующихъ династій. Но, кромѣ того, вставленъ отдѣлъ о культурѣ XIII вѣка, трактующій о литературѣ и искусствѣ данной эпохи; въ связи съ исторіей папства довольно обстоятельно сказано о средневѣковыхъ ересяхъ; особая глава посвящена итальянской культурѣ XIV вѣка и т. п. Такимъ образомъ, факты духовной жизни занимаютъ значительное мѣсто въ изложеніи. Наименѣе удовлетворительнымъ въ данномъ случаѣ намъ показался отдѣлъ о схоластикѣ,-- характеристики Дунса Скотта и Ѳомы Аквинскаго оставляютъ желать весьма многаго. Затѣмъ поражаетъ отсутствіе особаго отдѣла, посвященнаго правовому движенію. XIII вѣкъ особенно замѣчателенъ въ исторіи потому, что онъ разрываетъ съ основными Положеніями феодальнаго порядка, но эта важная сторона его объясняется только въ связи съ переворотомъ, который совершался подъ вліяніемъ римскаго Права въ юриспруденціи. Дѣятельность Людовика IX или Эдуарда I непонятна, если отдѣлить ее отъ работы судей и учителей права. Отдѣльныя коротенькія замѣчанія объ Etablissements de St Louis и Брайтонѣ не пополняютъ этого существеннаго пробѣла: о такихъ дѣятеляхъ, какъ Ацо, Пьеръ де-Фонтенъ и Бомануаръ не упоминается вовсе.

И со стороны изученія законодательства и общаго правоваго состоянія приходится отмѣтить пробѣлы, особенно замѣтные относительно Франціи и Англіи. Въ исторіи Генриха II составляетъ полный контрастъ детальное изображеніе борьбы съ Бекегомъ и нѣсколько строкъ о судахъ: между тѣмъ, вся позднѣйшая исторія англійскаго права связана съ реформами этого времени. Особенно слабо вышла исторія Эдуарда I, главный смыслъ которой совсѣмъ не въ войнахъ съ Шотландіей, Уэльсомъ и Франціей, а въ обширной и всесторонней дѣятельности въ соціальной области. Статутъ Quia emptores, напр., прекращаетъ развитіе феодализма въ англійскомъ землевладѣніи,-- о немъ не сказано совсѣмъ. Сотенные списки даютъ любопытную картину англійскаго общества конца XIII вѣка: на нихъ есть только намеки, да и то не точные. Все это весьма важные недостатки, и, тѣмъ не менѣе, сочиненіе Вебера, все-таки, представляется въ настоящее время самою удовлетворительной изъ обработокъ всеобщей исторіи. Для исторіи государства въ его наиболѣе видныхъ учрежденіяхъ, для исторіи мысли и ея главнѣйшихъ представителей -- оно даетъ массу цѣнныхъ, прочно установленныхъ въ наукѣ фактовъ. Для изученія же болѣе трудныхъ вопросовъ и интимныхъ сторонъ исторіи, если можно такъ выразиться, нельзя обойтись безъ спеціальной литературы.

Русскій переводъ очень хорошъ: и точенъ, и легко читается. Переводчикъ присоединилъ къ седьмому тому небольшой экскурсъ о расахъ, за которымъ должно послѣдовать разъясненіе другихъ капитальныхъ историческихъ понятій. Цѣль этого живо написаннаго очерка показать, насколько ошибочны очень еще распространенныя представленія о расахъ, какъ объ исконныхъ и неподатливыхъ подраздѣленіяхъ человѣчества. Такой взглядъ является источникомъ всевозможныхъ заблужденій, потому что стереотипныя фразы объ ограниченности того или другаго племени, о его особыхъ свойствахъ и склонностяхъ освобождаютъ отъ необходимости искать историческаго объясненія фактовъ.


"Русская Мысль", кн.X, 1887