# Ч. Ветринский. T. Н. Грановский и его время. Исторический очерк

Василий Евграфович Чешихин

Ч. Вѣтринскій. T. Н. Грановскій и его время. Историческій очеркъ. Москва. 1897 г. Ц. 1 р. 60 к. Новый трудъ о Грановскомъ и его времени не можетъ не возбудить живѣйшаго интереса. Личность Грановскаго принадлежитъ къ числу немногихъ, имя которыхъ пробуждаетъ благоговѣйное вниманіе въ друзьяхъ и противникахъ, какъ чистѣйшій символъ чистѣйшей нравственной красоты. И чѣмъ дальше уходимъ мы отъ того времени, когда среди пустыни, какую представляла тогдашняя общественная жизнь, возвышалась одинокая фигура "гражданина-идеалиста", тѣмъ выше, свѣтлѣе и благороднѣе, можно сказать, величавѣе представляется личность Грановскаго.

Передъ рядами многихъ поколѣній

Прошелъ твой свѣтлый образъ; чистыхъ впечатлѣній

И добрыхъ званій много сѣялъ ты,

Другъ Истины, Добра и Красоты.

Многое и до сихъ поръ сближаетъ насъ съ Грановскимъ и его временемъ, и та "безпредметная" тоска, которая уложила его въ безвременную могилу, такъ же понятна намъ и такъ же жгуча, какъ и въ его дни, когда одинъ изъ ближайшихъ его друзей писалъ въ смертной истомѣ: "Поймутъ ли, оцѣнятъ ли грядущіе люди весь ужасъ, всю трагическую сторону нашего существованія? А между тѣмъ, наши страданія -- почка, изъ которой разовьется ихъ счастье. Поймутъ ли они, отчего мы -- лѣнтяи, отчего ищемъ всякихъ наслажденій, пьемъ вино и проч.? Отчего руки не поднимаются на большой трудъ? Отчего въ минуту восторга не забываемъ тоски? О, пусть они остановятся съ мыслью и съ грустью передъ камнями, подъ которыми мы уснемъ, -- мы заслужили ихъ грусть!". "Насъ убиваютъ пустота и безпорядокъ въ прошедшемъ, какъ въ настоящемъ -- отсутствіе всякихъ общихъ интересовъ",-- эти слова Грановскаго и теперь не потеряли для насъ значенія. До сихъ поръ, какъ и въ его дни, только литература объединяетъ людей, даетъ нѣкій высшій смыслъ ихъ жизни, и для многихъ вопль Бѣлинскаго -- "умру на журналѣ и въ гробъ велю положить подъ голову книжку "О. З." -- находитъ живой отголосокъ въ сердцахъ...

Вполнѣ, поэтому, своевременна книга г. Чешихина (Вѣтринскаго), и какъ новый трудъ о Грановскомъ заслуживаетъ вниманія и горячаго сочувствія читателей. Есть масса воспоминаній о Грановскомъ, разсѣянныхъ въ произведеніяхъ лучшихъ вашихъ писателей, но спеціально ему посвященныхъ работъ крайне мало. Біографія г. Станкевича была до сихъ поръ единственной. Написанная въ шестидесятыхъ годахъ, она не потеряла и теперь своего значенія, хотя до извѣстной степени устарѣла, такъ какъ явилось за это время много новыхъ данныхъ, необходимыхъ для лучшаго пониманія времени Грановскаго и освѣщенія его личности. Во всякомъ случаѣ, она нуждается въ значительныхъ дополненіяхъ, что и сдѣлано г. Чешихинымъ (Вѣтринскимъ).

Переходя къ оцѣнкѣ его труда, слѣдуетъ отмѣтить живое отношеніе автора къ своей работѣ, что еще усиливаетъ интересъ къ его книгѣ. Есть личности, къ которымъ нельзя относиться съ мертвящимъ безпристрастіемъ, и авторъ правъ, говоря, что ему чуждо "позорное и недостойное историка безпристрастіе, въ которомъ видно только отсутствіе участія къ предмету разсказа". Но г. Чешихинъ далекъ и отъ слащаво-панегиристическаго тона, такъ непріятно поражающаго читателя въ большинствѣ работъ нашихъ присяжныхъ біографовъ. Прекрасно изучивъ всѣ печатные матеріалы, касающіеся Грановскаго и его времени, г. Чешихинъ даетъ живую и умно написанную характеристику Грановскаго и крайне интересный очеркъ московскихъ литературныхъ кружковъ, сгруппировавшихся около него. Внутренняя жизнь ихъ, идеи, волновавшія тогдашнее общество, друзья и враги Грановскаго,-- все это умѣло сгруппировано и объединено личностью послѣдняго. Автору не достаетъ лишь художественнаго таланта, чтобы оживить красками нарисованную имъ картину, вслѣдствіе чего послѣдняя нѣсколько блѣдна. Слогъ г. Чешихина сухъ и холоденъ, и большая заслуга автора, что, сознавая этотъ недостатокъ, онъ нигдѣ не силится дать болѣе, чѣмъ можетъ. Въ общемъ книга его читается съ неослабнымъ интересомъ, и ее смѣло можно рекомендовать всѣмъ, интересующимся сороковыми годами, какъ полезное и необходимое руководство въ изученіи эпохи, для которой г. Чешихинъ взялъ крайне удачно эпиграфомъ слова Тимона Аѳинскаго Шекспира: "Не бываетъ времени на столько бѣдственнаго, чтобы человѣкъ не могъ быть честенъ".


"Міръ Божій", No 3, 1897