# Легенда старого замка

Евгений Николаевич Чириков

Драматическая фантазия в четырех действиях.

Евгеній Чириковъ.


Легенда стараго замка.


Драматическая фантазія въ четырехъ дѣйствіяхъ.


ДѢЙСТВУЮЩІЯ ЛИЦА:


Принцъ, владѣлецъ замка.

Буль, карликъ.

Фрогъ, шутъ.

Зоргетта, его сестра.

Гуртадо, іезуитъ.

Сеньоръ Рено, Сеньоръ Кардіо, Сеньоръ Педріо, Сеньоръ Сильвіо -- Вассалы, приближенные принца, члены "Высокаго Собранія".

Дама бубенъ, Дама червей, Дама пикъ, Дама трефъ -- Дамы въ маскахъ, члены "Высокаго Собранія".

Дама съ Лиліей.

Поэты.

Габріо, женихъ Зоргетты.


Слуги, музыканты, кавалеры, дамы, рыцари


ДѢЙСТВІЕ ПЕРВОЕ.


Старый замокъ. Комната шута Фрога: сводчатый потолокъ, одно готическое окно съ цвѣтными стеклами; на стѣнахъ -- принадлежности шутовской профессіи: маски, костюмы. бубенъ и др.; за красной не доходящей до потолка занавѣской -- уголокъ Зоргетты: тамъ она чутко спитъ передъ утромъ. Шутъ заснулъ на покрытомъ шкурою креслѣ въ дурацкомъ костюмѣ съ испачканнымъ бѣлилами лицомъ; въ откинутой рукѣ его колпакъ съ бубенчиками. Шутъ стонетъ и плачетъ во снѣ. Въ окно смотритъ наступающее утро; фонарь на столѣ догораетъ желтымъ пятномъ. Глухо звучитъ на башнѣ колоколъ, Зоргетта вскакиваетъ и, полуодѣтая, озабоченно выглядываетъ изъ-за занавѣски.


Зоргетта. Бѣдный Фрогъ! Онъ такъ усталъ отъ этихъ празднествъ, что вторую ночь спитъ не раздѣваясь... Даже не смылъ съ лица бѣлила... (Выходитъ и грустно смотритъ на спящаго брата) Жаль будить, а надо... Фрогъ!.. Фрогъ! Проснись: уже звонитъ на башнѣ колоколъ! Бѣдный Фрогъ... Словно мертвый... Фрогъ! Тебя душитъ кошмаръ! Проснись! Фрогъ! Фрогъ!

Фрогъ (просыпаясь). Кто?.. а?.. Ахъ, это ты, Зоргетта... Дай мнѣ еще немного поспать!..

Зоргетта. Но на башнѣ уже билъ колоколъ!.. Фрогь!

Фрогъ. Билъ колоколъ... Такъ скоро... а-а!..

Зоргетта. Ты плакалъ и стоналъ... Ты теперь каждую ночь стонешь, Фрогъ... Я боюсь, что ты не совсѣмъ здоровъ...

Фрогъ (поднявъ руку и увидя дурацкій колпакъ, сердито бросаетъ его въ сторону и, поднявшись, сладко потягивается). Тяжелые сны снятся теперь у насъ въ замкѣ!.. Мнѣ приснилось... (оглядывается по сторонамъ) Мнѣ приснилось, будто бы я сдѣлался принцемъ, владѣтелемъ этого стараго замка, и былъ такимъ добрымъ, что не могъ вѣшать своихъ враговъ...

Зоргетта. У тебя, Фрогъ, доброе сердце...

Фрогъ. Вотъ положеніе!.. Не могъ подписать приговоръ, а сеньоры заставляли... (Тушитъ фонарь) Отлично, что я никогда не буду принцемъ!.. Вчера, когда ты уходила изъ замка, въ сѣверныя ворота проскользнула безумная женщина въ лохмотьяхъ и съ проклятіями кричала что-то о Красной Смерти и грозила въ окна костлявыми кулаками...

Зоргетта. Женщина пришла изъ долины?

Фрогъ. Да. Вышелъ большой переполохъ среди кавалеровъ и дамъ. Гости разбѣжались по комнатамъ, дамы начали кричать... Принцъ разгнѣвался и приказалъ повѣсить безумную женщину въ лохмотьяхъ и перекинутъ трупъ ея на веревкѣ черезъ стѣну на устрашеніе бушующей черни...

Зоргетта. Что сталось съ нашимъ добрымъ Принцемъ! Злой духъ овладѣлъ его сердцемъ... Я буду каждый день молиться, чтобы Св. Дѣва размягчила его сердце... И за принцессу я буду молиться... чтобы Принцъ снова полюбилъ ее, какъ прежде...

Фрогъ. При свѣтѣ факеловъ вѣшали безумную женщину въ лохмотьяхъ... Веселенькое зрѣлище!.. Вѣроятно, отъ этого мнѣ и снился такой сонъ... Теперь, Зоргетта, y насъ нѣтъ принцессы!..

Зоргетта. Нѣтъ принцессы?! Что ты говоришь, Фрогъ! Куда же она...

Фрогъ. Принцъ приказалъ аббату Гуртадо расторгнуть брачные узы...

Зоргетта. Какъ?.. Развѣ это можно?..

Фрогъ. Теперь въ нашемъ замкѣ стало все можно... все!

Зоргетта. Несчастная принцесса!.. Она, вѣрно, рыдаетъ... и некому ее утѣшитъ... Если бы я могла ее утѣшить!..

Фрогъ. Она хохотала!.. Ты не вѣришь?.. Они оба хохотали... Принцесса сейчасъ же переодѣлась, скрыла свое лицо подъ маской и смѣшалась съ гостями... Теперь она играетъ съ кавалерами въ прятки и въ жмурки, какъ самая обыкновенная дама... Даже я не могъ вчера узнать ее среди играющихъ... Ахъ, какъ хочется спать!.. За одинъ часъ сна я, кажется, отдалъ бы весь остатокъ своей жизни... Впрочемъ теперь это -- невыгодная сдѣлка: люди мрутъ, какъ осенью мухи, и трудно соблазнить смерть нашей жизнью...

Зоргетта. Тсс!.. Я слышу шаги въ корридорѣ ... (Оба на мгновеніе затихаютъ.)

Фрогъ. Говорятъ, что страшная болѣзнь...

Зоргетта. Тсс! Какъ ты, Фрогъ, неостороженъ... Вѣдь Принцъ запретилъ говорить объ этомъ въ замкѣ?..

Фрогъ. Подъ страхомъ смерти онъ запретилъ говорить о смерти... И вчера за это поплатилась смѣлая вѣщунья изъ-подъ горъ, та, которую повѣсили... И всю ночь никто не говорилъ о страшной болѣзни, но всѣ о ней думали...

Зоргетта. Тише, Фрогъ! Могутъ подслушать и тогда... (Идетъ къ двери и плотнѣе закрываетъ ее.)

Фрогъ. Смерть перестала пугать насъ. Кругомъ ходитъ она и косить людей, какъ траву... A человѣкъ боится только того, что онъ очень рѣдко видитъ, a еще больше -- того, чего онъ никогда не видитъ. (Потягивается.)

Зоргетта. Ты не высыпаешься которую уже ночь!..

Фрогъ. До вторыхъ пѣтуховъ играли вчера кавалеры и даны въ жмурки... отмѣнная игра! Сеньоръ Рено умѣетъ угодить Принцу... Каждый день онъ придумываетъ что-нибудь новенькое... Санъ дьяволъ уступилъ бы ему въ изобрѣтательности...

Зоргетта. Ты даже спишь въ этихъ... дурацкихъ тряпкахъ... Иди, омой лицо и руки... Твое лицо и руки въ краскѣ, Фрогъ!.. (Идетъ за занавѣску.)

Фрогъ. Хорошо имѣть чистое лицо и чистыя руки. Говорятъ,-- что это большущая добродѣтель!.. (Идетъ за занавѣску. Слышенъ плескъ воды и разговоръ за занавѣской.) Когда вчера вѣшали женщину въ лохмотьяхъ за дурныя вѣсти, принесенныя его изъ-за стѣнъ замка, она смѣялась...

Зоргетта (съ ужасомъ). Она смѣнлась?

Фрогъ. Смѣялась. Сама надѣла себѣ на шею веревку и закричала Принцу: "до скораго свиданія!" Зоргетта! Ты льешь воду на полъ!..

Зоргетта. Что сталось съ нашимъ добрымъ Принцемъ? Я каждый день буду молиться...

Фрогъ. Принцъ поблѣднѣлъ и махнулъ рукой, чтобы злую вѣщунью поскорѣе вздернули къ справедливымъ небесамъ... (Выходитъ съ полотенцемъ и отирается.) A ты поздно вернулась съ долины? (Зоргетта у занавѣски.)

Зоргетта. Поздно...

Фрогъ. Видѣла своего Габріо?

Зоргетта. Видѣла... Онъ худой... блѣдный... и не поетъ больше своихъ веселыхъ пѣсенъ... Боже мой, что тамъ у нихъ дѣлается!.. Тамъ умираютъ каждый день, каждый часъ. Уже и въ нашихъ мѣстахъ стали умирать... Я боюсь за Габріо... О, какъ я боюсь за Габріо!.. Страшная болѣзнь...

Фрогъ. Сто лѣтъ тому назадъ, говорятъ, приходила уже къ намъ эта болѣзнь...

Зоргетта. Ее называютъ тамъ Красной Смертью... Сперва нестерпимо болитъ голова, потомъ черезъ кожу просачивается каплями кровь... На лицѣ, на груди, на всемъ тѣлѣ... И люди умираютъ, не успѣвши помолиться и очиститься отъ грѣховъ...

Фрогъ. Очистить человѣка отъ грѣховъ, Зоргетга, такъ же трудно, какъ вычерпать поганое море.

Зоргетта. Говорятъ, что въ долинахъ по ночамъ ходитъ кто-то высокій -- высокій, весь въ бѣломъ... ходитъ тихо и спокойно, словно ищетъ чего-то, и тамъ, гдѣ онъ проходитъ, остаются груды мертвыхъ... Какой-то слѣпой старикъ ходитъ по слѣдамъ Красной Смерти... хоронитъ мертвыхъ и... утѣшаетъ живыхъ...

Фрогъ. A мы живемъ и каждый день играемъ въ замкѣ... Откуда пришелъ слѣпой старикъ?

Зоргетта. Этого никто не знаетъ... Странный старикъ... (Очень таинственно.) Знаешь, что говоритъ онъ людямъ, этотъ слѣпой старикъ?

Фрогъ. Иногда слѣпые видятъ больше зрячихъ.

Зоргетта. Онъ говорить, что... (Оглянувшись по сторонамъ, говоритъ съ дѣтскимъ ужасомъ.) Онъ говоритъ, что Красная Смерть будетъ ходить по нашей землѣ, пока не проберется сюда, въ замокъ, и...

Фрогъ. Ну!

Зоргетта. И не поцѣлуетъ нашего Принца... И тамъ... тамъ перестали любить нашего Принца и... ждутъ... тамъ всѣ ждутъ, когда нашъ Принцъ... Тсс!.. Кажется, кто-то стоить y двери...

Фрогъ. Людямъ всегда надо ждать... Что-же, и принцы родятся для того, чтобы умереть. Смерть не разбираетъ, какъ называются обреченные... Ей все равно, Зоргетта...

Зоргетта. Тамъ голодъ... Забросили поля и виноградники, бѣгутъ въ горы... Говорятъ, что въ замкѣ сеньора Рено тоже была Красная Смерть, и тамъ не осталось ни одного живого человѣка. И жена, и дѣти, и все слуги въ замкѣ... умерли... A сеньоръ здѣсь веселится съ Принцемъ! Какъ это странно и непонятно!.. (Дверь пріотворяется, заглядываетъ Іезуитъ, аббатъ Гуртадо; Зоргетта пугается.) Нельзя! Нельзя! Я не совсѣмъ одѣта...

Гуртадо. Это, дитя мое, ложный стыдъ...

Зоргетта. Нельзя же, аббатъ!.. (Скрывается за занавѣской, Ггртадо входитъ.)

Фрогъ. Ахъ, это вы -- аббатъ... Такъ рано?..

Гуртадо. Первые люди въ раю первоначально не знали стыда... Стыдъ явился, дитя, послѣ... потомъ... Когда придетъ время, узнаешь... все узнаешь...

Фрогъ. Извините, аббатъ, я не могу принять благословенія: y меня нечистыя руки...

Гуртадо. Молитвою смывается съ души человѣческой всякій грѣхъ, a нечистыя руки -- это совсѣмъ не грѣхъ... Тутъ достаточно одного мыла, Фрогъ!.. (Благословляетъ Фрога; тотъ изображаетъ умиленіе.)

Фрогъ. А женщину въ лохмотьяхъ, которую вчера повѣсили на стѣнѣ замка, вы, аббатъ, не забыли благословитъ?

Гуртадо. Конечно!

Фрогъ. И дали ей отпущеніе грѣховъ?

Гуртадо. Конечно, конечно!.. Въ этомъ нельзя отказывать даже закоренѣлымъ разбойникамъ... Достаточно вспомнить того разбойника, который...

Фрогъ. О, вы такъ добры, аббатъ! такъ добры!..

Гуртадо. Развѣ это доброта? Я только исполнялъ волю...

Фрогъ. Вы хотите сказать, что эта доброта вамъ ничего не стоитъ?

Гуртадо. Не такъ, другъ мой... Я говорю, что... Впрочемъ, оставимъ богословскіе споры!..

Фрогъ. Вы очень добры, аббатъ! По вашей протекціи не мало грѣшниковъ попало уже въ рай... особенно женщинъ! (Они смѣются; выходить Зоргетта и застѣнчиво кланяется Гуртадо.)

Гуртадо. Подойди, дитя, поближе: я тебя благословлю...

Зоргетта. Вы такъ добры, аббатъ! Вы каждый день благословляете меня... (Принимаетъ благословеніе.)

Фрогъ. И даже по нѣскольку разъ на дню!..

Гуртадо. Теперь страшные дни. Мы всѣ ходимъ по краю могилы. Надо быть готовыми всякій день, всякій часъ, каждую минуту... Отходя ко сну, мы не знаемъ, проснемся заутра или нѣтъ...

Зоргетта. Правда, аббатъ, что всѣ кавалеры, дамы и рыцари, съѣхавшіеся въ нашъ замокъ, отходя ко сну, прощаются другъ съ другомъ, какъ съ покойникомъ?

Фрогъ. Почти какъ съ покойникомъ...

Гуртадо. Сонъ, дитя мое, символъ смерти... Теперь сонъ пріобрѣтаетъ особенное значеніе, ибо онъ можетъ совпасть со сномъ вѣчности. И потому надо уходить въ постель примиреннымъ со всѣми спутниками жизни, какъ бы ложась на одръ смерти...

Фрогъ. Ваши мертвецы, аббатъ, всю ночь бродятъ, какъ принкдѣнія, по темнымъ корридорамъ и закоулкамъ замка и... такъ усердно и трогательно исполняютъ ваши совѣты, что сама смерть стыдливо прикрылась бы саваномъ, если бы она случайно наткнулась на...

Зоргетта. Здѣсь всѣ теперь цѣлуются: кавалеры и дамы... Мнѣ бываетъ стыдно, когда я увижу вдругъ... Вчера вечеромъ, когда я шла по нижнему корридору... (Потупилась и замолчала.) Какъ все это странно... Добрый аббатъ! Вчера я была въ долинѣ....

Гуртадо. Лучше бы туда не ходить...

Зоргетта. Если бы знали, что тамъ дѣлается!.. Впрочемъ, Принцъ не велитъ объ этомъ говорить...

Гиртадо. Надо смириться. Небо посылаетъ людямъ свое испытаніе. Мало, дитя, молиться.

Зоргетта. Я каждый день буду молиться... каждый день. Я буду молиться за тѣхъ, кто живетъ въ долинѣ, чтобы небо пожалѣло ихъ... Добрый аббатъ! Если бы вы знали!.. Тамъ умираютъ безъ всякой помощи... Отъ умирающаго всѣ бѣгутъ и бросають его на произволъ судьбы... Тамъ умираютъ безъ напутствія... Если бы вы, дорогой аббатъ, пошли къ нимъ и утѣшили!..

Гуртадо. Я трижды ходилъ туда и вразумлялъ ожесточенныхъ въ несчастіи... Въ тупости своей и невѣжествѣ, они преисполнены злобы и мстительности. Они требуютъ отъ меня хлѣба, не понимая, что я могу дать хлѣбъ только духовный... Послѣдній разъ они едва не побили меня камнями и я едва спасся...

Зоргетта. Они несчастны, аббатъ! Они лишились разсудка отъ горя, страха и отчаянія... Я буду молиться за нихъ каждый деньги и буду просить Св. Дѣву смягчить ихъ озлобленныя сердца... Добрый аббатъ! Ихъ смущаетъ наша жизнь въ замкѣ: тамъ каждый день плачутъ и умираютъ, а у насъ въ замкѣ каждый день музыка... все музыка, все игры, все забавы... Быть можетъ, это грѣшно, добрый аббатъ?

Гуртадо. Но и отчаяваться, дитя, тоже большой грѣхъ. Все равно: будемъ-ли мы здѣсь плакать или будемъ смѣяться, -- мы безсильны помочь въ такомъ несчастіи, какъ моровая язва... и не можемъ помѣшать этимъ страшной болѣзни свирѣпствовать въ долинахъ. Уныніе ослабляетъ духъ, a мы обязаны съ твердостью встрѣчать всѣ ниспосылаемыя небомъ испытанія... A музыка... Что, дитя мое, музыка?.. Она поддерживаетъ въ насъ бодрость и прогоняетъ уныніе духа...

Фрогъ. Особенно, когда музыкѣ помогаютъ танцы и игривыя забавы!..

Зоргетта. Не могу понять... Не могу... Я пойду, Фрогъ, готовить завтракъ... До свиданія, аббатъ! (Присѣдаетъ и уходитъ.)

Гуртадо. Будь счастливо, дитя!.. Ну, Фрогъ, теперь мы одни. Мнѣ надо поговорить съ вами, добрый Фрогъ...

Фрогъ. Насъ двое, но мы одни. A стѣны -- каменныя. Я вижу, что аббатъ посѣтилъ шута не только для того, чтобы оказать ему честь...

Гуртадо. Это само собою разумѣется, дорогой Фрогъ. Но кромѣ этого, я имѣю къ какъ маленькую просьбу... Видите-ли, въ чемъ дѣло... Грѣхъ сидитъ въ насъ отъ рожденія, во всѣхъ насъ безъ исключенія...

Фрогъ. Душа къ небу, a плоть къ землѣ.

Гуртадо. Совершенію вѣрно, какъ вѣрно и то, что душа безъ плоти можетъ быть мыслима только въ загробномъ мірѣ...

Фрогъ. Вы, аббатъ, говорите прямо. Теперь время такъ дорого, что его нельзя тратитъ на проповѣди.

Гуртадо. Совершенно вѣрно. Когда человѣкъ знаетъ, что жизнь его очень непрочна и каждый день, каждый часъ можетъ оборваться на самомъ интересномъ мѣстѣ, -- онъ спѣшитъ совершить какъ можно скорѣе все, что онъ сдѣлалъ бы въ теченіе... бытъ можетъ всей своей жизни...

Фрогъ. Вы, вѣроятно, говорите, аббатъ, о добрыхъ дѣлахъ?!

Гуртадо. О добрыхъ дѣлахъ говорить не будемъ. Это само собою разумѣется. Я началъ съ того, что всѣ люди рождаются во грѣхѣ, переходящемъ въ насъ отъ прародителей...

Фрогъ. Эге-ге! Вы начали, аббатъ, съ сотворенія міра. Это очень далеко. Я боюсь, что мы никогда не кончитъ. (Оба смѣются.) Я, аббатъ, понялъ! Вы хотите сказать, что вамъ хочется забрать впередъ всѣ грѣхи, которые предопредѣлено вамъ сдѣлать въ теченіе всей жизни?..

Гуртадо. Кажется, -- вы поняли...

Фрогъ. Вы хотите, аббатъ, чтобы дьяволъ открылъ вамъ неограниченный кредитъ? Вамъ онъ повѣритъ!..

Гуртадо. Вы любите, Фрогъ, всякую мысль доводить до абсурда...

Фрогъ. Если дьяволъ повѣрилъ какому-то поктору Фаусту, то вамъ-то, уважаемый аббатъ, было бы странно не повѣрить!..

Гуртадо. Хорошо, хорошо... Я знаю, что вы, Фрогъ, остроумны... Поговоримъ о дѣлѣ... Скажите мнѣ, милый Фрогъ, кто была та дама, которая передала мнѣ черезъ васъ записочку? Вы вѣдь все знаете!.. Дамы отъ васъ ничего не скрываютъ...

Фрогъ. Самая обыкновенная женщина. У ней, аббатъ, двѣ руки и двѣ ноги, какъ и y васъ, аббатъ, a теперь это въ нашемъ замкѣ самое главное... Лица скрыты масками, и не въ лицахъ теперь дѣло...

Гуртадо. Скажите мнѣ ея имя!.. Фрогь! Окажите мнѣ эту услугу!..

Фрогъ. Аббатъ!.. Вамъ извѣстно, что Принцъ уничтожилъ имена данъ и кавалеровъ, замѣнивъ ихъ ежедневно смѣняемыми названіями цвѣтовъ, птицъ, звѣрей. Вчера эта дама называлась Лиліей, a какъ она будетъ называться сегодня, -- я не знаю...

Гуртадо. Мнѣ, какъ отцу всѣхъ здѣсь живущихъ, нужны имена, даваемыя при рожденіи... Я молюсь о здравіи и... долженъ...

Фрогъ. Устройте, аббатъ, новыя святцы, которыя бы соотвѣтствовали нашимъ порядкамъ въ замкѣ...

Гуртадо. Скажите, по крайней мѣрѣ, въ какой части замка и въ какомъ корридорѣ гоститъ эта дама?..

Фрогъ. И этого не могу сказать. У шута, аббатъ, теперь столько тайнъ, что если онъ въ одно прекрасное время раскроетъ ихъ, люди омерзѣютъ другъ другу... Грѣгь, аббатъ, сладокъ только своей тайной... Отнимите у грѣха тайну и останется... Вы понимаете, аббатъ, что останется?..

Гуртало. Говоря между нами, я подозрѣваю, что Лилія прячетъ нашу принцессу... Я боюсь какъ бы не вышло какихъ-нибудь непріятностей потомъ...

Фрогъ. Если я выдамъ секретъ Лиліи, почему бы я не могъ выдатъ ваши, аббатъ, секреты?.. Едва-ли гости предполагаютъ, что утромъ вы отпускаете имъ грѣхи, a ночью, сбросивъ свою одежду, превращаетесь въ рыцаря и, прикрывъ свое лицо маской, волочитесь и...

Гуртадо. Вы, Фрогъ, очень наблюдательны... Имѣйте въ виду, что объ этомъ знаемъ только мы двое!..

Фрогъ. И еще кое-кто... Вѣроятно, это извѣстно еще... третьему...

Гуртадо. Никому болѣе! Вы будете отвѣтственны, если объ этомъ узнаетъ третье лицо...

Фрогъ. Вы забыли, аббатъ, о Богѣ!.. Онъ-то вѣроятно знаетъ...

Гуртадо. Ахъ, Богъ!.. Ну, конечно, конечно! Это само собою разумѣется... Такъ вы не скажете мнѣ... это окончательно? Быть можетъ, вы мнѣ, по крайней мѣрѣ, дадите кое-какія нити... маленькія нити!.. Я постараюсь самъ раскрыть, что мнѣ нужно...

Фрогъ. Могу.

Гуртадо. И прекрасно! Больше я отъ васъ ничего и не требую... Одну ниточку!..

Фрогъ. Вы, аббатъ, каждый день отпускаете кавалерамъ и дамамъ грѣхи... Когда сегодня эта дама придетъ къ вамъ каяться, дьяволъ подтолкнетъ васъ въ поясницу... Вѣдь, вы въ отличныхъ отношеніяхъ какъ съ небомъ, такъ и съ адомъ!..

Гуртаю. Вы все шутите, Фрогъ...

Фрогъ. Шутъ долженъ всегда только шутить...

Гуртадо. И всетаки я буду проситъ у васъ одной маленькой услуги... Вы мнѣ должны оказать эту услугу... Быть можетъ, наступитъ часъ, когда и я буду вамъ, Фрогъ, полезенъ...

Фрогъ. Вы намекаете на тотъ часъ, когда я буду нуждаться въ послѣднемъ отпущеніи грѣховъ? и въ вашей протекціи для проникновенія въ лоно Авраама?..

Гуртадо. Нѣть. Это само собою разумѣется... Я говорю объ услугахъ, связанныхъ съ жизнью здѣсь въ замкѣ... Видите-ли... мнѣ необходимъ вашъ костюмъ!..

Фрогъ. Вамъ? мой костюмъ?!.. Мой шутовской костюмъ?

Гуртадо. Да, я думаю, что вы, Фрогъ, умѣете хранить чужія тайны... Въ этомъ я только сейчасъ убѣдился. И потому я буду говоритъ съ вами прямо... почти прямо... Въ вашемъ костюмѣ я могу узнать Лилію поближе...

Фрогъ. Поближе?.. почти поближе или совсѣмъ поближе?

Гуртадо. Вы, Фрогъ, пользуетесь теперь въ замкѣ такимъ довѣріемъ дамъ, что... иногда невольно завидуешь вамъ... Вы... однимъ словомъ, наступитъ такой моментъ, когда мнѣ необходимо на часокъ-другой дѣлаться шутомъ...

Фрогъ. Вы, аббатъ, думаете, что это легко?

Гуртадо. Да, разумѣется! Мнѣ необходимъ только какой нибудь изъ вашихъ костюмовъ... Вы ничѣмъ не рискуете, a между тѣмъ...

Фрогъ. Однако, если объ этомъ узнаетъ Принцъ, я кое-чѣмъ рискую... головой, напримѣръ!..

Гуртадо. Надѣйтесь на мое покровительство. Я гарантирую вамъ жизнь, насколько она въ рукахъ человѣческихъ...

Фрогъ. О, вы, аббатъ, постоянно говорите, что наша жизнь -- въ рукахъ Провидѣнія!.. Но между небомъ и вами, аббатъ, въ одинъ прекрасный день выйдетъ какое-нибудь разногласіе, и я вынужденъ буду явиться туда для личныхъ объясненій...

Гуртадо. Если бы я могъ дать вамъ, Фрогъ, какія нибудь напутственныя гарантіи, кромѣ честнаго слова, я не задумался бы! Но вы сами знаете, что теперь здѣсь, въ замкѣ, я не ниѣю ничего, кромѣ честнаго слова!.. Да, скажите, что значатъ въ наши дни матеріальныя гарантіи? Съ сегодняшняго дня замокъ нашъ будетъ запертъ, и всякая связь между внѣшнимъ міромъ, -- тѣлеснымъ, конечно, a не духовнымъ, -- будетъ порвана... Мы очутимся какъ бы на дикомъ островѣ, предоставленные самимъ себѣ... Одежда и пища -- вотъ все, что намъ нужно изъ міра вещественнаго...

Фрогъ. Отлично! Вы дадите мнѣ, аббатъ, одинъ изъ вашихъ костюмовъ взамѣнъ моего! Кто знаетъ? Быть можетъ, наступитъ такой моментъ, когда мнѣ на часокъ-другой необходимо будетъ сдѣлаться аббатомъ? Вотъ видите: вы и задумались...

Гуртадо. Это неудобно... Лучше сказать -- это, пожалуй, не совсѣмъ удобно...

Фрогъ. Почти неудобно?.. A мнѣ это было бы лучшей гарантіей, чѣмъ ваше честное слово. Честное слово... Гм!.. Нѣтъ, дайте лучше свой костюмъ: тогда, если раскроется мое преступленіе, я смогу раздѣлитъ его съ вами, аббатъ. A когда ничтожный преступникъ имѣетъ товарищемъ высокаго, то даже величайшее преступленіе становится ничтожнымъ...

Гуртадо. Да, да... Все это такъ... Но, пожалуй, это не совсѣмъ удобно... А, впрочемъ... Обѣщайте мнѣ, Фрогъ, пользоваться моей одеждой въ исключительныхъ случаяхъ!..

Фрогъ. Въ совершенно исключительныхъ!

Гуртадо. Очень рѣдко...

Фрогъ. Очень рѣдко... Бытъ можетъ, только одинъ разъ...

Гуртадо. Только одинъ рать... Что же... это, пожалуй, и не такъ неудобно, мнѣ кажется... какъ можетъ... какъ могло бы показаться...

Фрогъ. Это почти удобно!..

Гуртадо. И затѣмъ... костюмъ, Фрогъ, это -- видимость... Но всякая видимость скрываетъ за собою невидимость.

Фрогъ. Ну, еще бы!.. (Хохочетъ.)

Гуртадо. Позвольте! Вы не такъ поняли. Я хочу сказать, что наша одежда иногда становится символомъ невидимости...

Фрогъ. Вы боитесь, аббатъ, что я буду ставить въ неловкое положеніе вашу видимость?

Гуртадо. Вы можете позабытъся и...

Фрогъ. Опозоритъ вашу невидимость?.. Будьте покойны: я отлично понимаю, что аббатъ не долженъ кувыркаться, напримѣръ...

Гуртадо. Вы меня поняли...

Фрогъ. Давно уже!..

Гуртадо. Въ такомъ случаѣ я согласенъ...

Фрогъ (встаетъ). Вотъ мои костюмы! Ихъ очень иного... Выбирайте, аббатъ!

Гуртадо. Лучше мы запремъ двери... (Идетъ и запираетъ дверь.) Всегда лучше нмѣть дверь запертой... (Подходитъ къ костюмамх) Да y васъ очень много костюмовъ!.. Очень много!.. Вы ихъ постоянно мѣняете... потому одинъ можно взятъ, не дѣлая вамъ стѣснсній и не навлекая подозрѣній...

Фрогъ. Никакихъ стѣснсній! (Разсматриваетъ костюмъ.) Вотъ клоунъ, вотъ дьяволъ, пѣтухъ...

Гуртадо. A этотъ, мохнатый?

Фрогъ. Это -- большая обезьяна... Вотъ къ нему -- хвостъ и маска.

Гуртадо. Это, знаете, оригинально!..

Фрогъ. Это совершенно оригинально и очень забавно... (Снимаетъ костюмъ.)

Гуртадо. Боюсь, что мы съ вами не одинаковаго роста. Вы немного ниже меня...

Фрогъ. Да, я несомнѣнно ниже васъ. Костюмъ просторный... Не пожелаете-ли примѣритъ?

Гуртадо. А, пожалуй... Это не лишнее... (Примѣряетъ костюмъ съ помощью Фрога.)

Фрогъ. Это прекрасный костюмъ Если орангутангъ не можетъ быть аббатомъ, то аббатъ можетъ бытъ имъ! (Оба смѣются.)

Гуртадо. Вы большой шутникъ, Фрогъ!..

Фрогъ. Впору, аббатъ, совершенно впору! Можно подумать, что этотъ костюмъ шили именно на ваше преподобіе!.. (Стукъ въ дверь, Аббатъ пугается и торопится снять костюмъ, при чемъ теряетъ четки и кожаный мешечекъ.)

Гуртадо (тихо). Заверните этотъ костюмъ... Я пришлю къ вамъ съ карликомъ свою одежду, a вы мнѣ... эту!.. Хорошенько заверните... и скажите, что тугъ мое вымытое бѣлье. Понимаете? (Опять стукъ въ дверь),

Фрогъ (идетъ отпирать). Все понимаю! Прекрасно понимаю... (Впускаетъ Зоргетту съ блюдомъ и сосудами; Зоргетта едва сдерживаетъ слезы.) Ты плакала? о чемъ?

Гуртадо. О чемъ, дитя мое? Это -- грѣшно...

Зоргетта. Все пропало! Раньше можно было хотъ уходить изъ замка, a теперь и этого нельзя. Не выпускаютъ больше. Подняли всѣ мосты и заперли всѣ ворота... (Съ прорвавшимся слезами убѣгаетъ за занавѣску.)

Гуртадо. Дитя мое! Этого требуетъ благоразуміе! Принцъ хочетъ сохранить всѣмъ намъ побольше жихзни. Уходящіе и возвращающіеся могутъ занести въ замокъ страшную болѣзнь.

Зоргетта (за занавѣской). Мнѣ все равно! все равно...

Фрогъ. Не плачь, Зоргетта! Ты знаешь, что плакать въ замкѣ запрещено. (Завертываетъ костюмъ обезьяны.)

Зоргетта. Мнѣ все равно, все равно...

Гуртадо. Развѣ у ней что-нибудь осталось тамъ, за стѣной? отецъ? мать?

Зоргетта (за занавѣской). Все! все тамъ! Я не увижу больше Габріо!.. Никогда... никогда...

Фрогъ. У ней тамъ -- женихъ, аббатъ...

Гуртадо. Молись, Зоргетиа! Сердца любящихъ другъ друга черезъ молитву обрѣтаютъ сладостное соединеніе между собою въ пресвятомъ сердцѣ! (Шепчетъ что-то на ухо Фрогу и тихо выходитъ изъ комнаты)

Фрогъ. Отлично, аббатъ!.. (Къ Зоргеттѣ.) Нельзя, Зоргетта, плакать...

Зоргетта. Габріо, Габріо!.. (Фрогъ идетъ за занавѣску и утѣшаетъ тамъ Зоргетту.) Нѣтъ, нѣтъ... меня не удержатъ ни стѣны, ни люди... Я уйду къ нему... пусть меня выпустятъ... И если нельзя вернуться, a останусь тамъ и никогда не вернусь...

Фрогъ (за занавѣской). A я останусь одинъ? да?

Зоргетта (за занавѣской). Фрогъ! Милый Фрогъ! Развѣ я виновата, что люблю Габріо больше тебя? Попроси Принца выпустить меня!.. Я тамъ останусь... съ нимъ... Что?.. Красная Смерть?!. Я не боюсь Красной Смерти! Мнѣ все равно, все равно...


Въ дверяхъ появляется карликъ Буль съ большимъ сверткомъ подъ мышкой и съ цвѣткомъ въ рукѣ. Нѣкоторое время онъ стоитъ неподвижно, удивленный слезами Зоргегты.


Буль. Зоргетта плачетъ... и мое сердце начинаетъ плакать...

Зоргетта (за занавѣской). Я не боюсь... Я уйду къ нему! Если меня не выпустятъ, (появляется у занавѣски) я вскарабкаюсь на стѣны и спрыгну... брошусь со стѣны!.. Пусть я разобьюсь! пусть! Но зато, если я останусь жива, я увижу Габріо!

Буль. Зоргетта, ты плачешь...

Зоргетта (обернувшись, раздраженно). Зачѣмъ ты пришелъ? Уйди!.. Я не хочу тебя видѣть! Я не хочу, чтобы ты смотрѣлъ на меня! (Выходитъ изъ-за занавѣски Фрогъ.)

Буль. Здравствуйте, Фрогъ! Я принесъ простыни аббата Гуртадо. (Кладетъ свертокъ.) Эти простыни отъ аббата, a вотъ этотъ красивый цвѣтокъ я принесъ тебѣ, Зоргетта... Это отъ меня... Этотъ цвѣтокъ былъ на груди y нашей принцессы... Возьми этотъ красивый цвѣтокъ и перестань плакать...

Фрогъ (беретъ свертокъ). Простыни аббата... грязныя простыни... Отлично. A вотъ этотъ свертокъ ты отдашь аббату: тутъ чистыя простыни для его преподобія.... (Уноситъ свертокъ Буля за занавѣску.)

Буль. Возьми же, Зоргетта, цвѣтокъ! Ты отдашь его тому, кого любишь!..

Зоргеттa. Ужъ не думаешь-ли ты, что я тебѣ отдамъ этотъ цвѣтокъ? (Подбѣгаетъ и вырываетъ изъ руки Буля цвѣтокъ.)

Буль. Нѣтъ, я знаю, что ты любишь Габріо... Но это не можетъ мѣшать мнѣ любить тебя. Я иногда вижу во снѣ, что и ты меня любишь, -- и этого съ меня достаточно. Во снѣ люди любятъ сильнѣе и красивѣе... И я очень счастливъ.

Зоргетта. Отстань!

Буль. Я опятъ видѣлъ этой ночью сонъ, что ты меня любишь...

Зоргетта. Никогда этого не будетъ, никогда!

Буль. Отдай цвѣтокъ Габріо! Мнѣ все равно. Мнѣ только хочется, чтобы ты улыбалась.


Изъ-за занавѣски выходитъ Фрогъ, одѣтый полишинелемъ; замѣтивъ на полу четки и мѣшечекъ, поднимаетъ ихъ.


Фрогъ. Эге-ге! Аббатъ растерялъ всѣ свои инструменты! (Подаетъ четки карлику.) Это ты отдашь аббату Гуртадо вмѣстѣ съ чистыми простынями...

Буль. Отдамъ. Безъ этого инструмента аббатъ будетъ обсчитывать небо поклонами... (Разсматриваетъ мѣшечекъ.) Это -- пустой кошелекъ... Здѣсь нѣть ни одной монеты...

Фрогъ. Теперь, Буль, не нужны деньги. Здѣсь все дають даромъ...

Буль. Рѣшительно все, Фрогь.

Фрогъ. И, стало бытъ, можно сдѣлаться, наконецъ, безсребренникомъ.

Буль. Все даютъ даромъ... Вы знаете, Фрогь, сколько съѣстныхъ припасовъ, фруктовъ, винъ, козлятъ, барановъ и всякой всячины привезено въ замокъ?.. На цѣлый годъ!

Фрогъ. Я пойду, Зоргетта, къ сеньору Рено... Ты не плачь...

Буль. Въ замкѣ нельзя плакать... Если услышатъ, то... (Фрогъ уходитъ. Зоргетта отираетъ слезы.) Не плачь, Зоргетточка!

Зоргетта. Убирайся! Слышишь? (Топаетъ ногой.)

Буль. Я кое-что тебѣ скажу, и ты улыбнешься...

Зоргетта. У тебя нѣтъ такихъ словъ, которыя могли бы дать мнѣ радость...

Буль. Есть...

Зоргетта. Подняли мосты, заперли всѣ ворота... всѣ ворота заперли. Я влѣзу на стѣны и спрыгну... И пусть Я разобьюсь... (Опять начинаетъ плакать.)

Буль (приближается). Послушай, что я тебѣ скажу... Я тебѣ открою стѣны... И ты свободно пройдешь.. Подъ горой, гдѣ бьетъ родникъ и растутъ кусты терновника, въ стѣнѣ образовался проломъ... Вода размыла цементъ, и камни обвалились... Тамъ свободно можно пролѣзть... Только одинъ я знаю это мѣсто, оно скрыто кустами терновника... Я случайно открылъ это мѣсто... (Зоргетта поднимаетъ голову и улыбается.) Вотъ видишь: на твоемъ лицѣ скользитъ улыбка!..

Зоргетта. Ты говоришь правду?

Буль. Развѣ я могъ бы тебя обмануть? Я не могу тебя обманывать: въ твоихъ глазахъ -- мое небо... Однажды я убѣжалъ изъ замка и искалъ, гдѣ бы мнѣ спрятаться отъ опьяненнаго виномъ Принца... и я нашелъ это нѣсто... Я покажу его тебѣ, и ты будешь тайно уходить изъ замка и видѣтъся съ Габріо... Вотъ видишь: ты уже смѣешься!..

Зоргетта. Ты мнѣ покажешь сегодня же!.. ceгодня же!.. Когда придетъ ночь, ты стукни ко мнѣ въ окно... Хорошо? (Беретъ Буля за руку и говоритъ, какъ съ любимымъ братомъ.) Ты знаешь: я очень люблю Габріо! Я не могу жить безъ Габріо... Я должна видѣть его хоть одинъ только разъ въ день!..

Буль. Ночью я стукну тебѣ въ окно... Ты выйдешь въ садъ...

Зоргетта. Какой ты добрый, Буль! Я буду за тебя молиться... каждый день молиться... За Фрога, за Габріо и за тебя!.. Хочешь?

Буль. Я... я хотѣлъ бы, чтобы ты... хотя одинъ только разъ въ жизни увидѣла меня во снѣ...

Зоргетта. Хорошо, хорошо!.. Я непремѣнно постараюсь увидать тебя во снѣ... Ты ужасно славный и смѣшной... Хочешь, я тебѣ подарю что-нибудь на память? Что бы тебѣ подарить?! (Озирается и не находить.) Хочешь: y меня есть серебряная сережка? (Вынимаетъ изъ уха серьгу.)

Буль. Это очень много!

Зоргетта. Нѣтъ, нѣтъ!.. Возьми! Ты думаешь, что мнѣ жаль? Пожалуйста, возьми! Для Габріо мнѣ ничего не жаль...

Буль. Ты мнѣ подари что-нибудь, что тебѣ было бы не жалко для меня! Дай мнѣ вотъ этотъ золотой волосъ, упавшій съ твоей головы!..

Зоргетта. Гдѣ? какой?

Буль. Здѣсь... Вотъ онъ! (Снимаетъ волосъ съ плечъ Зоргетты.)

Зоргетта. Волосъ?! (Звонко смѣется.) Мой волосъ? Ты ужасно смѣшной... и добрый!.. Бери, если хочешь...

Буль (вынимаетъ изъ кармана костяную палочку). Я смотаю его на слоновую кость и буду каждый день смотрѣть на этотъ золотой волосъ изъ твоей головы!.. У тебя золотые волосы... Ни у одной дамы въ замкѣ нѣтъ такихъ удивительныхъ волосъ... ни y одной, Зоргегта!.. (Слышны трубы.) Чу!.. Принцъ пробудился, a я здѣсь... Опять будетъ бить... Прощай!.. Какъ я счастливъ!.. (Убѣгаетъ.)

Зоргетта. Взялъ мой волосъ... Зачѣмъ ему мой волосъ! Смѣшной... Ну, пусть его возьметъ одинъ волосъ... одинъ волосокъ, a всѣ эти волосы... (распустивъ волосы, качаетъ опущенною головою) Всѣ эти волосы я отдамъ Габріо!.. моему милому Габріо! (Вдали звучатъ арфы.) Принцъ открылъ глаза... Онъ всегда, засыпая и пробуждаясь, слышитъ музыку... (Дѣлается грустной.) Гдѣ теперь мой Габріо? Мой Габріо?..


ЗАНАВѢСЪ.


ДѢЙСТВІЕ ВТОРОЕ.


Спальня принца. Принцъ лежитъ въ альковѣ, на высокой кровати, утопая въ подушкахъ и шелковыхъ покрывалахъ. На высокомъ креслѣ брошенъ цвѣтокъ -- бѣлая лилія. Около кресла -- бѣленькій башмачекъ. Вдали играютъ на aрфахъ, привѣтствуя пробужденіе принца, который сладко потягивается и улыбается: онъ что-то вспоминаетъ.


Принцъ. Буль!.. Эй ты, уродъ! (Изъ-подъ кровати вылѣзаетъ карликъ и съ покорностью останавливается около кресла.) Когда ушла отъ меня дама?

Буль. Какъ только ты захрапѣлъ, какъ медвѣдь, дана вспорхнула, какъ птичка, и вылетѣла изъ двери... Это было на разсвѣтѣ...

Принцъ. На разсвѣтѣ, говоришь?

Буль. На разсвѣтѣ, ваша свѣтлость! (Поднимаетъ башмачекъ). A вотъ и перышко изъ хвоста этой пугливой птички, которая никогда еще не слышала, какъ храпятъ принцы...

Принцъ. На разсвѣтѣ... Да, на разсвѣтѣ сладко спится... (Пауза.) Понравилась тебѣ эта дама? Желалъ бы ты, уродъ, побыть на моемъ мѣстѣ?..

Буль. Ноги ея мнѣ очень понравились, ваша свѣтлость!

Принцъ. Дуракъ!..

Буль. Не сердись, свѣтлость! Изъ-подъ кровати я могъ увлечься только ногами этой прелестной незнакомки... (Принцъ смѣется.) A что касается твоего вопроса: желалъ бы я побытъ на твоемъ мѣстѣ? -- это очень щекотливый вопросъ...

Принцъ. Говори!.. Не стѣсняйся!.. Желалъ бы?

Буль. Объ этомъ ты узнаешь, если въ то время, какъ эти покои навѣститъ новая дама, помѣстишься подъ кроватью...

Принцъ (хохочетъ). У тебя довольно безпокойное жилище! ..

Буль (увидалъ на креслѣ лилію). Лилія! Бѣлая, какъ снѣгъ, лилія! (Хватаетъ цвѣтокъ и нѣжно цѣлуетъ его.) Цвѣтокъ прелестной дамы! Онъ -- мой! мой! Онъ разсказываетъ о чистой душѣ въ чистомъ тѣлѣ...

Принцъ. Дай сюда!

Буль. Не дамъ! Онъ мой! мой! Ты изомнешь его въ своей постели...

Принцъ. Отдай, дуракъ!

Буль. Не отдамъ. Цвѣтокъ -- мой!.. A тебѣ достаточно башмака! (Бросаетъ башмачокъ на постель и прячется съ цвѣткомъ подъ кроватью; Принцъ раздражается.)

Принцъ. Дай сюда цвѣтокъ! Слышишь?..

Буль. Полѣзай ко мнѣ!..

Принцъ. Вылѣзай! (Снимаетъ со стѣны хлыстъ и склоняется съ кровати.) Я изобью тебя, какъ собаку! (Старается ударить карлика.)

Буль. Ой -- ой!.. Ты меня убѣдилъ... Я вылѣзу, вылѣзу... Отдамъ тебѣ цвѣтокъ!.. (Выползаетъ изъ-подъ кровати и подаетъ лилію Принцу.) Бѣдный цвѣтокъ!.. (Принцъ разсматриваетъ лилію.) Осторожнѣе, свѣтлость!.. Не мни его!..

Принцъ (бросивъ лилію на полъ). На!.. наслаждайся!..

Буль (подходитъ къ лиліи и притворно плачетъ надъ нею). Бѣдный, измятый цвѣтокъ! Раньше ты былъ похожъ на тонкую, блѣдную Зоргетту, a теперь... я наплачу въ сосудъ слезъ и опущу въ него твой стебель: можетъ быть, ты оживешь отъ моихъ слезъ... (Поднимаетъ и цѣлуеть лилію.) Я тебя вымою слезами и подарю Зоргеттѣ...

Принцъ. Ты, уродъ, очень часто говоришь о Зоргеттѣ. Должно быть ты...

Буль. Я каждый день вижу ее во снѣ...

Принцъ. Во снѣ?.. Гм... Это немного...

Буль. О, если бы и она видѣла меня каждый день во снѣ!..

Принцъ. Это очень забавно... Быть можетъ, ты хочешь чего-нибудь наяву, a не только во снѣ?.. (Карликъ отмахивается рухами.) Ничего не хочешь?! Ну, вотъ что... Прикажи принести мнѣ вина и винограда... Погоди!.. вина и винограда! И позови сеньора Рено!..

Буль (уходя). Бѣдный, измятый цвѣтокъ...

Принцъ (разсматриваетъ башмачекъ и улыбается). Сладко спится на разсвѣтѣ... Маленькая нога... Ничего не помню... словно сонъ предъ разсвѣтомъ... (Слуги вносятъ вино и виноградъ, молча кланяются и встаютъ, неподвижно ожидая чего-то; Принцъ ѣсть виноградъ и пьетъ вино.) Кто изъ васъ умѣетъ говорить?.. (Слуги отрицательио качаютъ головами.) Отлично! Будьте нѣмы, какъ рыбы! Вамъ достаточно слушать и понимать, что приказываютъ... (Слуги склоняютъ головы.) Если кто-нибудь изъ васъ вспомнитъ, что y него во рту болтается языкъ, -- я прикажу вырвать его!.. Скажите это всемъ сервамъ! Слышите? (Слуги склоняютъ головы.) Съ сегодняшняго дня для васъ устанавливается постоянная одежда: вы будете носить костюмы обезьянъ... Старшій изъ васъ будетъ имѣть хвостъ, остальные -- безъ хвоста!.. Поняли? (Слуги склоняютъ головы.)


Входитъ Сеньоръ Рено. Принцъ дѣлаетъ жестъ рукою, a слуги, пятясь, уходятъ.


Сеньоръ Рено (почтительно кланяясь издали). Новый день, ваша свѣтлость!..

Принцъ. Наши ночи, сеньоръ, интереснѣе дня...

Сеньоръ Рено. Новая ночь, ваша свѣтлость!.. (Подходитъ къ постели.) Довольны-ли, ваша свѣтлость, вчерашней игрой въ жмурки?

Принцъ. Отличная игра. Ваша изобрѣтательность, сеньоръ, заслуживаетъ поощренія: жалую васъ кавалеромъ Ордена Зеленой Лягушки!.. (Рено преклонятся, и оба начинаютъ весело хохотать, переходя на дружескій тонъ.) Отличная игра!.. И дамы, кажется, остались довольны...


Входитъ карликъ; остановившись у окна, онъ восхищенно любуется волосомъ Зоргетты.


Сеньоръ Рено. Ты поймалъ-таки Лилію?

Принцъ. Поймалъ... и вотъ видишь? (Показываетъ башмачекъ; къ Булю.) Уродъ!.. (Карликъ не слышитъ.) Послушай!.. ты! что ты тамъ дѣлаешь?

Сеньоръ Рено (громко). Буль! (Карликъ вздрагиваетъ и испуганно прячетъ волосъ Зоргетты.) Что ты тамъ прячешь?..

Буль. Ничего... совершенно ничего не прячу.

Принцъ. Поди сюда! (Карликъ подходитъ.) Что ты спряталъ? Покажи!

Будь. Я прячу мое счастье...

Принцъ. Счастье?.. Должно бытъ, оно очень маленькое, если умѣщается въ карманѣ...

Буль. Нѣтъ! Оно необъятно, какъ небо и земля вмѣстѣ!..

Принцъ. Покажи!

Буль. Не покажу! Ты не увидишь... все равно...

Принцъ. Покажи!

Буль. Ты украдешь мое счастье...

Принцъ. Дуракъ! Развѣ принцы были когда-нибудь ворами?!

Сеньоръ Рено. Буль! Твое упрямство...

Буль. Принцы никогда не бываютъ ворами, они всегда остаются принцами...

Сеньоръ Рено. Буль! Покажи его свѣтлости свое счастье!.. Слышишь, Буль?!

Буль. Хорошо... я покажу... Но вы будете смѣяться... (Вынимаетъ волосъ, намотанный на костяную палочку.) Вотъ мое счастье!.. (Сеньоръ Рено беретъ палочку и, пожавъ плечами, подаетъ Принцу.)

Принцъ. Что это?.. волосъ? Это волосъ женщины? Чей же это волосъ? Золотистый, тонкій и мягкій, какъ нить шелковичнаго червя...

Буль. Ради Бога, осторожнѣе, ваша свѣтлость!.. ради Бога!

Принцъ. Это забавно... Однако, гдѣ ты, уродъ, досталъ этотъ женскій волосъ?.. Это, можетъ быть, волосъ вчерашней дамы, ушедшей отсюда на разсвѣтѣ?..

Буль. Нѣть... Такихъ волосъ не имѣетъ ни одна дама въ замкѣ... Я видѣлъ во снѣ бѣлаго ангела съ золотыми волосами и выдернулъ этотъ волосъ изъ его головы...

Принцъ. Во снѣ?.. Ага! догадываюсь.. Это волосъ Зоргетты?! Да? (Карликъ упрямо молчитъ.) Неужели у ней такіе прекрасные волосы?! Посмотри, сеньоръ!..

Сеньоръ Рено. У Зоргетты чудные волосы... (Разсматриваетъ волосъ.) Да, это, должно быть, ея волосы... (Передаетъ Принцу.)

Принцъ. Необыкновенные волосы... Они похожи на золотую паутину... Такъ это волосъ Зоргетты? Видѣлъ я ее?.. Не помню... Она очень красива? Уродъ! Что же ты молчишь?.. Странно, что я не видалъ Зоргетты...

Сеньоръ Рено. Ты видѣлъ ее три года тому назадъ. Ты забылъ...

Принцъ. Забылъ...

Сеньоръ Рено. Однажды мы съ тобой возвращались съ охоты и встрѣтили на дорогѣ, близъ замка, дѣвочку -- подростка лѣтъ двѣнадцати такъ...

Принцъ. Постой, постой!.. Припоминаю... Мы тогда убили дикую козу?..

Сеньоръ Рено. Этого я не помню... Мы ее встрѣтили... Ты тогда еще любовался ея волосами, погладилъ ее по головкѣ п поцѣловалъ...

Принцъ. Помню, помню!.. Она расплакалась...

Сеньоръ Рено. Да... Ты далъ ей золотую монету...

Принцъ. Ага! Такъ это и была Зоргетта? Теперь я понимаю, почему ты, уродъ, каждый день видишь во снѣ Зоргетту!.. (Смѣется.) Подари мнѣ этотъ золотой волосъ!..

Буль. Не подарю.

Принцъ. Дуракъ! Въ такомъ случаѣ я возьму его безъ твоего разрѣшенія!

Буль (плачетъ.) Хорошо... возьми... Я тебѣ дарю его, потому что принцы никогда не бываютъ ворами...

Принцъ (швырнувъ палочку). Не плачь, дуракъ! возьми! На головѣ Зоргетты очень много волосъ! (Принцъ и Рено смѣются. Карликъ поднимаетъ волосъ и, радостно улыбаясь, отираетъ слезы.) У вчерашней дамы волосы были тоже очень большіе... похожіе на этотъ... Послушай, уродъ, ты непремѣнно узнай, кто была эта дана!..

Буль. Я не могу узнать... Ты самъ разрѣшилъ всѣмъ гостямъ носить маски, a когда дамы прячутъ свои лица подъ масками, ихъ очень трудно различатъ...

Сеньоръ Рено (разсматривая башмачокъ). Развѣвало съѣстъ вкусное блюдо и надо непремѣнно знать, какъ оно называется?

Буль. Всѣ сеньоры клялись дамамъ никогда не снимать съ нихъ масокъ, a развѣ твое приказаніе не равносильно тому, что ты снимаешь?

Принцъ. Мнѣ вовсе не интересно знать ея имя... Не все ли мнѣ равно? Я только не хочу терять эту даму изъ виду и понимаешь... Я хочу надѣтъ на ея ножку вотъ этотъ башмачекъ...

Буль (беретъ башмачекъ). Я видѣлъ только ноги. Я не могу узнать всю даму... Маленькія, красивыя ноги! Онѣ были какъ точеная слоновая кость. (Любуется башмачкомъ.) Маленькій башмачекъ! Онъ не больше вашей перчатки, сеньоръ! Ихъ было два... два братца, два бѣленькихъ братца... Одинъ убѣжалъ, a этотъ не успѣлъ... Они никогда больше не увидятъ и не обнимутъ другъ друга! (Ставитъ башмачекъ между двумя рыцарскими сапогами). Посмотрите. Сеньоръ Рено, что случилось съ этимъ маленькимъ башмачкомъ! (Притворно плачетъ.) A раньше этотъ маленькій, бѣленькій башмачекъ бѣгалъ по синимъ дорожкамъ неба!.. (Принцъ и Рено смѣются.)

Принцъ. Надѣюсь, что н ты, сеньоръ, остался доволенъ вчерашними жмурками?

Сеньоръ Рено. Не совсѣмъ... Душа моя тяготѣла къ красному Маку, a слѣпыя руки поймали чайную Розу... Я отпустилъ ее безъ выкупа...

Принцъ. Ты еще разъ доказалъ свое безкорыстіе!

Сеньоръ Рено. Вчера было слишкомъ много розъ.

Принцъ. Тѣмъ лучше.

Сеньоръ Рено. Не совсѣмъ такъ... Сеньоръ Кардіо, какъ проницательный хозяйственный человѣкъ, выбралъ себѣ бутонъ пунцовой Розы (смѣется), и былъ наказанъ, жестоко наказанъ за свою жадность!.. Сегодня утромъ онъ нашелъ на своей подушкѣ длинный сѣдой волосъ!..

Принцъ. Длинный сѣдой волосъ! (Оба неудержимо хохочутъ.)

Сеньоръ Рено. Сѣдой волосъ! И теперь онъ мраченъ, какъ обманутый любовникъ!..

Принцъ. Почему Сеньоръ Кардіо и другіе медлятъ докладами? Уродъ! Скажи всѣмъ совѣтникамъ, что я принимаю съ докладами! (Карликъ уходитъ.) Длинный сѣдой волосъ!... A ты, сеньоръ, встрѣчаешь эту... Зоргетту?

Сеньоръ Рено. Рѣдко. Дня три тому назадъ я встрѣтилъ ее въ корридорѣ...

Принцъ. Ну! Хороша?

Сеньоръ Рено. Я не думалъ, что ты такъ плохо знаешь о тайныхъ кладахъ, спрятанныхъ руками Венеры въ твоемъ собственномъ замкѣ...

Принцъ. Удивительные волосы... Въ женскихъ волосахъ есть что-то щекочущее, возбуждающее въ душѣ сладкую тревогу. Я люблю зарывать руку въ распушенныхъ волосахъ женщины... Почему бы не допустить Зоргетты къ участію въ нашихъ играхъ?

Сеньоръ Рено. Ока прячется въ своей комнатѣ за занавѣской, a когда проходитъ мимо оконъ, то со страхомъ поднимаетъ взоръ и, опуская его, торопится поскорѣе скрыться отъ людей... Это -- дикая коза...

Принцъ. Я люблю охоту на дикихъ козъ!..


Входятъ Сеньоръ Кардіо и карликъ Буль.


Сеньоръ Кардіо. Новый день, ваша свѣтлость! (Склоняется предъ Принцемъ и затѣмъ здоровается съ Рено.)

Принцъ. И новая ночь, сеньоръ!..

Буль. Длинная-длинная ночь, какъ волосъ изъ хвоста сивой лошади!.. (Кардіо подозрительно взглядываетъ въ сторону Буля; тотъ стушевывается.)

Принцъ. Почему вы, сеньоръ, такой мрачный?.. Все-ли благополучно въ порученномъ, вамъ хозяйствѣ? Не истощаются-ли наши запасы вина и меда? Не съѣли-ли гости всѣхъ барашковъ и козочекъ? Не поѣли-ли крысы хлѣба въ нашихъ амбарахъ?..

Сеньоръ Кардіо. Все благополучно, ваша свѣтлость. Запасовъ хватитъ болѣе, чѣмъ на годъ.

Принцъ. Въ такомъ случаѣ зачѣмъ такое мрачное лицо?..

Сеньоръ Кардіо. Ваша свѣтлость! У насъ въ замкѣ спасаются девяносто девять дамъ и... и только сорокъ два кавалера...

Принцъ. Что отсюда слѣдуетъ?.. Изъ дамъ нельзя схѣлать кавалеровъ!..

Сеньоръ Кардіо. Этого, конечно, нельзя сдѣлать, ваша свѣтлостъ, но...

Принцъ. И не стоитъ дѣлать, если бы даже было можно.

Сеньоръ Кардіо. И не стоить. Но вотъ въ чемъ оборотная сторона дѣла: когда всѣ женщины надѣли маски, онѣ всѣ, рѣшительно всѣ, почувствовали въ себѣ играющаго амура... A между тѣмъ...

Принцъ. Развѣ это имѣетъ какое-нибудь отношеніе къ порученному вамъ, сеньоръ, хозяйству?..

Сеньоръ Кардіо (смущенъ). Конечно, это въ сущности не мое дѣло, но я...

Принцъ. A если такъ, то что же васъ, сеньоръ, заставляетъ говоритъ о дамахъ?

Сеньоръ Кардіо. Я забочусь только объ интересахъ вашей свѣтлости... При такомъ порядкѣ даже Принцъ не гарантированъ отъ непріятностей. Въ числѣ 99 женщинъ естъ нѣсколько... довольно-таки пожилыхъ... Раньше въ играхъ принимали участіе только молодыя, a теперь y меня есть основаніе думать... даже утверждать, что даже очень почтенныя особы увлеклись... и не хотятъ отставать отъ молодежи..,

Сеньоръ Рено. Всѣ празднества, игры и забавы въ замкѣ поручены его свѣтлостью исключительно мнѣ, a потому ваше усердіе, Сеньоръ Кардіо, врывается въ область моей компетенціи. Если будетъ угодно его свѣтдости, я передамъ вамъ свои полномочія, но...

Принцъ. Въ силу объявленной иною милости, всѣ гости замка считаются теперь молодыми. A потому, ваши претензіи, Сеньоръ Кардіо, совершенно неумѣстны.


Входятъ сеньоры Педріо и Сильвіо.


Сеньоръ Педріо. Сеньоръ Сильвіо. Новый день, ваша свѣтлость!..


Привѣтствуютъ Принца и здороваются съ синьорами.


Принцъ. Имѣете, сеньоры, доложить мнѣ что-нибудь?

Сеньоръ Педріо. На разсвѣтѣ къ стѣнамъ замка придвинулась снова толпа бушующей черни. При помощи неба и храбрыхъ рыцарей, мы отбили нападеніе на южныя ворота. Когда дерзкіе сервы, какъ бараны, одинъ за другимъ поскакали въ ровъ, я внезапно наполнилъ его водою...

Принцъ. Вы, сеньоръ, храбры и находчивы, что именно и требуется для начальника замка. Благодарю васъ !

Сеньоръ Педріо. Во избѣжаніе такихъ нападеній, я приказалъ именемъ вашей свѣтлости запереть всѣ ворота, поднятъ мосты, наполнитъ рвы водою до самаго верха и не оставлять сторожевыхъ башенъ...

Принцъ. Это очень благоразумно.

Сеньоръ Педріо. Теперь всякое общеніе съ долинами прекращено. Теперь буйствующая чернь...

Принцъ. Отлично! отлично!.. Вы, сеньоръ, слишкомъ много говорите о черни. Дѣлайте свое дѣло такъ же успѣшно, какъ это дѣлали до сихъ поръ, но не вдавайтесь въ особенныя подробности...

Сеньоръ Педріо. Слушаюсь, ваша свѣтлость. Я думалъ, что шумъ толпы и звонъ нашего оружія встревожилъ сонъ вашей свѣтлости и хотѣлъ объяснить...

Принцъ. Знайте свое дѣло и, пожалуйста, сеньоръ, ничего не объясняйте. Объясняйте, что нужно рыцарямъ и стражѣ, которыми вы распоряжаетесь... Ну, a вы, сеньоръ Сильвіо, что имѣете сказать мнѣ?..


Педріо отходитъ грустный, Силвіо приближается.


Сеньоръ Сильвіо. Вчера ночью, когда ваша свѣтлость, изволили поймать Лилію и удалились съ нею во внутренніе покои, -- поэтъ Зорелло пропѣлъ столь грустную пѣсню, что нѣкоторыя изъ дамъ утратили спокойствіе духа. Грусть на нѣкоторое время овладѣла всѣмъ обществомъ, и мнѣ большого труда стоило вернуть его къ прежнему веселью и непринужденности... Столь дерзостный поступокъ поэта Зорелло...

Принцъ. Распорядитесь, чтобы поэты и музыканты прониклись нашей общей радостью... Никакой грусти!.. Исключите Зорелло изъ потомъ и запишите его въ шуты!..

Сеньоръ Сильвіо. Это, ваша свѣтлость, уже сдѣлано... A затѣмъ именемъ вашей свѣтлости мною отдано распоряженіе, чтобы поэты не сочиняли, a пѣвцы не пѣли стиховъ, рождающихъ печаль, чтобы музыканты не играли грустныхъ мелодій, a ученые не дѣлали мрачныхъ открытій и предсказаній...


Входитъ Фрогъ.


Фрогъ (кланяется). Дуракъ вашей свѣтлости привѣтствуетъ Принца и его мудрыхъ совѣтниковъ!.. У васъ -- несчастіе! Очень веселенькое, сеньоры!..

Принцъ. Говори!..

Фрогъ. Поэтъ Зорелло бросился съ южной башни въ ровъ, не пожелавъ надѣтъ шутовского платья...

Принцъ. Сеньоръ Сильвіо! Назначьте поэтомъ кого-нибудь... изъ молодыхъ сеньоровъ...

Фрогъ. Затѣмъ я пришелъ напомнить вашей свѣтлости, что сегодня засѣданіе Высокаго Собранія, и четыре избранныхъ отъ дамъ совѣтницы ожидаютъ разрѣшенія войти...

Принцъ. Но я еще не всталъ... я въ постели!..

Фрогъ. Я говорилъ объ этомъ высокимъ дамамъ, но они изволяли передать, что Принцъ можетъ засѣдать лежа!..

Буль. Въ лежачемъ положеніи принцамъ приходятъ въ голову самыя оригинальвыя мысли...

Фрогъ. Высокія даны просятъ еще напомнить, что онѣ надѣются на скромность кавалеровъ, членовъ Высокаго Собранія, которыхъ просятъ быть, какъ всегда, въ маскахъ... Это не относится къ его свѣтлости, къ аббату и ко мнѣ.

Принцъ. Аббатъ Гуртадо свободенъ?

Фрогъ. Только сейчасъ аббатъ изволили дать отпущеніе девяносто девятой дамѣ...

Принцъ. Позови аббата и принеси для сеньоровъ маски... Пусть слуги принесутъ побольше винъ и фруктовъ. Вино освобождаетъ насъ отъ особой церемонности, a сеньорамъ сообщаетъ остроту мысли.

Фрогъ. Слушаюсь. (Идетъ къ двери, его догоняетъ Буль).

Буль. Добрый Фрогъ! Передайте отъ меня эту лилію Зоргеттѣ! Очень прошу васъ сдѣлатъ мнѣ это удовольствіе !

Фрогъ (беретъ лилію). Отдамъ! Ты надоѣлъ намъ со своей любовью, какъ пискливый комаръ на закатѣ солнца... (Выходитъ.)


Появляются слуги съ винами и фруктами. Буль распоряжается ими, приготовляя столъ для собранія. Сеньоры тихо бесѣдуютъ между собою. Входитъ аббатъ Гуртадо: свѣжъ, веселъ, потираетъ руки.


Гуртадо. Да ниспошлетъ небо его свѣтлости свои райскія радости! Новый радостный день!

Принцъ. И главное, аббатъ, скоро новая радостная ночь!

Гуртадо. Премудро устроенъ міръ видимый: день смѣняется ночью, и день и ночь имѣютъ свои радости... Благословляя день, нельзя не благословить и ночи! Новая ночь, ваша свѣтлостъ!.. (Здоровается съ сеньорами, благословляя ихъ направо и налѣво. Сеньоры окружаютъ аббата. Въ это время Буль оправляетъ постель Принца.)

Буль. Здѣсь хаотично... всѣ взбудоражено, ваша свѣтлость. Можно подумать, что здѣсь была буря...

Гуртадо. Сеньоры! Изъ кавалеровъ только одинъ приходилъ сегодня ко мнѣ за отпущеніемъ грѣховть! Только одинъ! Это былъ Сеньоръ Кардіо... (Кланяется Кардіо, тотъ очень доволенъ.) Зато дамы были сегодня аккуратнѣе, чѣмъ когда-либо: всѣ 99 очистились отъ грѣха... Не послужитъ-ли это вамъ, сеньоры, укоромъ?..


Всѣ смѣются, кромѣ Кардіо, окружаютъ тѣснѣе аббата, а тотъ разсказываетъ имъ вполголоса что-то чертовски интересное.


Сеньоръ Рено. Я думаю, аббатъ, что, выслушивая эти восхитительные грѣхи, похожіе на фантазію пьянаго Вакха, очень трудно оставаться спокойнымъ и благочестивымъ, чего требуетъ ваше высокое призваніе?.. (Смѣются.)

Сеньоръ Кардіо (недовольно). Не слѣдуетъ однако забывать, что тайны, ввѣряемыя вамъ гостями, безразлично -- кавалерами или дамами -- должны строго охраняться и не подлежатъ нашему разсмотрѣнію.


Шумъ неяснаго протеста со стороны другихъ сеньоровъ.


Гуртадо. Сеньоръ! Что такое грѣхъ?! Во грѣхѣ рождаемся, во грѣхѣ умираемъ...

Буль. Тамъ опятъ говорятъ, ваша свѣтлость, о грѣхахъ, a между тѣмъ молчатъ о добродѣтеляхъ!..

Принцъ. Сеньоръ Кардіо!.. Вы очень добродѣтельны, a между тѣмъ на вашихъ подушкахъ попадаются женскіе волосы!..


Общій хохотъ.


Буль. Но они, сеньоры, сѣдые!.. Добродѣтельные!..


Смѣхъ.


Принцъ. Сдѣлайте, аббатъ, поясненіе къ понятію о грѣхѣ!

Гуртадо. Сеньоры! почтеннѣйшіе сеньоры! Всѣ грѣхи давно на землѣ сдѣланы... Никакимъ грѣхомъ человѣкъ теперь не удивляетъ небо! Современникамъ остаются только повторенія, мелочи, детали, подробности, и въ этомъ отношеніи люди, современные люди, заслуживаютъ поощренія: грубый грѣхъ они смягчаютъ, некрасивый грѣхъ украшаютъ, a красивый дѣлаютъ прекраснымъ... Если принять во вниманіе, почтенные сеньоры, что человѣкъ не можетъ не грѣшитъ, то нельзя отрицать, что онъ яѣлаеть все возможное для своихъ слабыхъ силъ на землѣ... И мы говорили здѣсь именно объ этомъ... Гдѣ, кто и когда -- украсилъ грѣгъ, мы этого не касается, a потоку никакихъ тайнъ не обнажаемъ... Такія бесѣды дѣлаютъ насъ мудрыми, предохраняютъ отъ грубости и внушаютъ стремленіе къ прекрасному, красивому, идеальному, отрывая насъ такимъ образомъ отъ міра вещественнаго и перенося въ область міра идеальнаго, духовнаго...


Поклонъ сеньорамъ. Тѣ вздыхаютъ. Фрогъ приноситъ маски для сеньоровъ.


Фрогъ. Ваша свѣтлость, высокія дамы ожидаютъ позволенія войти!

Принцъ. Если сеньоры не имѣютъ препятствій,-- пусть даны пожалуютъ!

Фрогъ. Сеньоры! почтенные сеньоры! Вотъ -- маски!..


Раздаетъ маски: Рено -- маску лисы, Кардіо -- свиньи, Педріо -- козла и Сильвіо -- осла; сеньоры надѣваютъ маски.


Буль. Одинъ мудрецъ всегда достаточно мудръ, a какъ только соберется ихъ много...

Принцъ. Что ты, уродъ, бормочешь?

Буль. Я говорю, что тайный другъ и тайный совѣтникъ вашей свѣтлости долженъ занятъ свое мѣсто... (Лѣзетъ подъ кровать.)


За дверью слышны женскіе голоса. Аббатъ дѣлается строгимъ и кроткимъ; сеньоры охорашиваются. Фрогъ раскрываетъ дверь и пропускаетъ дамъ, членовъ Высокаго Собранія; дамы -- въ маскахъ, въ костюмахъ: одна дама бубенъ, другая -- червей, третья -- трефъ, и четвертая -- пикъ. Сперва дамы подходятъ къ аббату за благословеніемъ, затѣмъ приближаются къ постели Принца и манерно присѣдаютъ, склоняя головки; послѣ онѣ дѣлаютъ общій поклонъ сеньорамъ.


Принцъ. Прелестныя дамы! Прошу васъ выпить сперва вина и поѣсть фруктовъ, a затѣмъ мы приступимъ къ дѣлу. (Сеньоры наливаютъ чаши, ухаживаютъ за дамами; Принцъ поднимаетъ кубокъ.) Да здравствуетъ жизнь! И да здравствуютъ прелестныя незнакомки, прячущія свою красоту подъ масками!.. (Шумъ восторга). Теперь прелестныя дамы и благородные сеньоры, подниметъ кубки за свѣтлыя радости нашихъ темныхъ ночей!.. Сколько бы ихъ не дало намъ небо, -- онѣ ваши!.. (Шумъ восторга. Фрогъ разставляетъ у стола кресла; всѣ четыре дамы окружаютъ аббата и весело тараторятъ съ нимъ, мѣшая другъ другу.) Прошу дамъ и сеньоровъ занятъ свои мѣста! Открываю засѣданіе Высокаго Собранія!


Разсаживаются вокругъ стола, при чемъ дамы чередуются съ сеньорами; аббатъ сидитъ посрединѣ стола межъ межъ Дамъ бубенъ и червей.


Сеньоръ Рено (встаетъ и говоритъ вкрадчиво и слащаво). Сегодня мы должны поговоритъ объ устройствѣ ближайшихъ празднествъ. Однако, чтобы Высокое Собраніе не уклонялось въ своихъ разговорахъ и сужденіяхъ отъ нашихъ правилъ жизни, я напомню имъ въ краткихъ чертахъ. Высокимъ Собраніемъ постановлено: гости замка должны забыть о томъ, что дѣлается за стѣнами замка!

Сеньоры и дамы. Забыть!

Сеньоръ Рено Забытъ о томъ, что есть иной міръ, кромѣ нашего замка; для насъ другого нѣтъ!

Сеньоры и дамы. Нѣтъ!..

Сеньоръ Рено. Мы должны забыть о всѣхъ старыхъ богахъ и поклоняться новымъ: красотѣ, радости бытія и утѣхамъ любви!..


Встаетъ аббатъ и кротко замѣчаетъ.


Гуртадо. Прошу Высокое Собраніе дополнить это небольшой вставочкой. Необходимо употребить слово "небо"!


Тихое совѣщаніе между членами.


Дама бубенъ. Зачѣмъ небо? какое небо?

Дама червей. Аббатъ Гуртадо лучше насъ знаетъ, зачѣмъ небо... Пусть аббатъ объяснитъ!

Дана трефъ. Аббатъ правъ!.. Я не понимаю, почему здѣсь игнорировано небо?..

Дама пикъ. Необходимо вставить... Я требую этого отъ имени всѣхъ вѣрующихъ дамъ!..

Сеньоръ Рено. Высокое Собраніе проситъ аббата указать, куда вставить небо?

Гуртадо. Въ началѣ или... въ концѣ!.. Это существеннаго значенія не имѣетъ. Я предложилъ бы сказать такъ: "забыть о всѣхъ старыхъ богахъ, кромѣ тѣхъ, которые угодны небу".


Шумъ одобренія.


Сеньоръ Рено. На основаніи дарованной его свѣтлостью милости, гости замка объявлены молодыми, a потому изъ нашего языка должны быть исключены слова: печаль, болѣзнь, старостъ и смерть... Всѣ мы прежде всего -- молоды!

Сеньоры и дамы. Молоды!

Сеньоръ Рено. Сколько бы ни отпустило намъ справедливое небо жизни, мы должны прожить ее шумно и весело, какъ весело и шумно бѣжитъ весною радостный ручей среди мягкихъ ковровъ зеленой травы и душистыхъ цвѣтовъ, не помышляя о томъ, что наступитъ зной, и высушитъ землю, и земля въ жадности своей выпьетъ послѣднія капли веселыхъ струй... Жизнь состоитъ изъ мгновеній и пусть каждое мгновенье будетъ полнымъ!

Сеньоры и дамы. Каждое мгновеніе!

Сеньоръ Рено. Мы хотимъ провести жизнь въ восторгахъ и утѣхахъ, упиваясь красотой и радостью бытія... Мы хотимъ стряхнуть съ себя всѣ тягости земли и всѣ условности нашей прежней жизни, мѣшавшія намъ расправить крылья и взлетѣть къ голубымъ небесамъ нашихъ новыхъ боговъ! Будемъ пить нектаръ жизни полными чашами! Да здравствуетъ жизнь!..


Шумный восторгъ. Звенятъ кубки, звучитъ смѣхъ и радостные голоса. Дамы цѣлуются другъ съ другомъ. Замѣтивъ это, Принцъ улыбается.


Гуртадо. Братья и сестры! Сеньоры и дамы!.. Будемъ, какъ дѣти!.. Будемъ, какъ птицы и какъ дѣти!

Дама бубенъ. Высокое Собраніе!.. Я просила бы тоже о маленькой вставочкѣ: я думаю, сеньоры, что изъ условностей надо оставитъ только красивыя.

Дама червей. Я съ этимъ не согласна, сеньоры: по моему мнѣнію, всякая условность некрасива... Не надо никакихъ условностей... Аббатъ сказалъ: "будемъ, какъ дѣти"! A дѣти не знаютъ условностей...

Гуртадо. Прелестная Дама червей!.. Вы меня не совсѣмъ вѣрно поняли... Лучше сказать -- немножко не поняли... Чувство красоты и стремленія ко всему идеальному подскажутъ намъ, что слѣдуеть сохранить и что отбросить...

Дама трефъ. Дайте полную свободу! Пустъ всякій пользуется правомъ считать условностью то, что онъ самъ считаетъ!

Дама пикъ. Не понимаю васъ, дамы и сеньоры... Нѣкоторыя условности не только красивы, но и полезны... Одежда, напримѣръ?.. Нельзя же, сеньоры и дамы, признать одежду... условностью...

Дама червей. A почему бы и не признать?.. Венера и Аполлонъ не нуждались въ костюмахъ... Я прошу голосовать этотъ вопросъ!..


Шумъ и споръ.


Сеньоръ Рено. Членовъ Высокаго Собранія, согласныхъ признать одежду излишней условностью, прошу встать. (Самъ садится. Встаютъ только двое: Дама червей и Сеньоръ Педріо.) Вы, аббатъ, сидѣли, если не ошибаюсь?

Гуртадо. Я воздержался... Меня прошу не считать!..

Сеньоръ Рено. Ваше мнѣніе, Принцъ?

Принцъ. Постановимъ такъ: одежда признается условностью, считаться съ которой не обязательно!..

Сеньоръ Кардіо. Объ этомъ предметѣ слѣдовало бы подумать и подумать... Легко объявить правило, но надо же его обосновать... Правда, первые люди ходили безъ одежды, но насколько мнѣ извѣстно, это было только до грѣхопаденія! Между тѣмъ какъ y насъ... Я полагалъ бы, что аббатъ обязанъ высказаться, a не воздерживаться въ такихъ важныхъ вопросахъ...

Гуртадо. Да, я почитаю теперь нужнымъ высказаться. Дѣйствительно, первые люди ходили нагими только до грѣхопаденія, (Къ Кардіо) но ceньоръ, какъ истннно вѣрующій, не долженъ забывать, что всѣ гости, какъ кавалеры, такъ и дамы, имѣютъ возможность ежедневно очищаться отъ грѣховъ. A если это такъ...

Дама червей. Я вполнѣ согласна съ аббатомъ!..

Гуртадо. А если это такъ, то спрашивается: чѣмъ отличался первый человѣкъ, до грѣхопаденія, отъ современнаго человѣка, только-что получившаго отпущеніе грѣховъ?..

Дама бубенъ. И все-таки первые люди украшали себя поясами изъ листьевъ!

Дама червей. Сдѣлайте одолженіе! Это предоставляется вкусу!..

Дама пикъ. Странный вкусъ!.. Къ счастью, въ Высокомъ Собраніи нашлась только одна Венера и одинъ Аполлонъ!..

Дама червей. Напротивъ, это очень печально...

Дама трефъ. Дайте каждому полную свободу!.. Венера, какъ бы ее ни одѣли, всегда останется Венерой!..

Сеньоръ Рено. Прекрасныя дамы и сеньоры! Мы уклонились... (Шумъ и споръ стихаютъ) Нашъ ученый, философъ и поэтъ, сеньоръ въ ослиной маскѣ, имѣетъ сдѣлать новое предложеніе!

Сеньоръ Сильвіо. Члены Высокаго Собранія!.. Какъ здѣсь было сказано, мы будемъ ловить каждый мигъ жизни. Въ годины такихъ ужасныхъ испытаній, какое ниспослано намъ небомъ, люди живутъ усиленнымъ темпомъ... Въ одинъ день они могутъ пережить больше, чѣмъ могли ранѣе пережить въ десятки лѣтъ... Всѣ наши мысли и всѣ чувства въ такихъ случаяхъ работаютъ съ небывалой быстротой и силою... Это именно соображеніе и побуждаетъ меня предложить Высокому Собранію отмѣнить обычное исчисленіе времени и ввести новое: пусть каждый часъ нашей жизни будетъ отнынѣ считаться у насъ въ замкѣ сутками, каждыя сутки -- мѣсяцемъ, каждый мѣсяцъ -- годомъ и т. д. При такомъ исчисленіи времени мы будемъ легче осваиваться съ условіями нашей необычной жизни и взаимныхъ отношеній... Нѣкоторыя изъ дамъ, напримѣръ, видимо, до сихъ поръ недостаточно освоились съ установленными нами быстротечными браками... Нѣкоторымъ кажется сомнительной любовь на одинъ день... Но что такое время?.. Наука знаетъ такіе виды мотыльковъ, которые живутъ только одни сутки и на протяженіи этого кусочка времени переживаютъ цѣлую вѣчность, полную, красивую; и жизнь этимъ мотылькамъ кажется столь же продолжительной, какъ и намъ...

Дама червей. Для людей, привыкшихъ смотрѣть на жизнь, какъ на календарь съ буднями и праздниками,-- это, пожалуй, не лишнее...

Дама пикъ. При вашемъ новомъ исчисленіи очень скоро состаришься!

Сеньоръ Сильвіо. О, нѣтъ! Совершенно обратно.. При новомъ исчисленіи, только въ 200 лѣтъ человѣкъ будетъ считаться совершеннолѣтнимъ!..

Сеньоры. Величайшее открытіе!..

Дама пикъ. А то время, которое мы всѣ прожили до сихъ поръ, какъ будетъ считаться?..

Сеньоръ Сильвіо. Высокое Собраніе! Я предложу считать всѣхъ живущихъ въ замкѣ какъ бы новорожденными и начинать счетъ жизни съ того дня, когда мы сюда съѣхались. Это будетъ только необходимымъ толкованіемъ къ дарованной его свѣтлостью милости, объявляющей всѣхъ насъ молодыми!..

Сеньоры. Это величайшее открытіе!..

Дамы. Мы согласны!..

Дама пикъ. Отъ имени всѣхъ женщинъ высказываю вамъ, принцъ, нашу горячую признательность!

Принцъ. Я очень радъ! Очень! Все, что могу, я готовъ сдѣлать для васъ...

Сеньоръ Рено. Какое наказаніе, ваша свѣтлость, полагали бы назначать лицамъ, нарушающимъ выработанныя Высокимъ Собраніемъ правила новой жизни?

Принцъ. Для сеньоровъ обыкновенное: висѣлицу... а для дамъ... что-нибудь полегче! (Продолжительное изумленное молчаніе) Я пошутилъ!

Дама бубенъ. Не надо некрасивыхъ наказаній. Души многихъ изъ насъ наполнились сумерками, когда была повѣшена на стѣнѣ женщина въ лохмотьяхъ и болталась тамъ отъ вѣтра... Крикъ черныхъ вороновъ надъ трупомъ прогонялъ изъ души радость бытія... Это некрасиво... этого не надо...

Дама червей. По моему мнѣнію, всякое наказаніе некрасиво и безполезно... Не надо никакихъ наказаній.

Фрогъ. Высокое Собраніе! Осмѣлюсь вставить свое слово! Нѣтъ спора: висѣлица -- наказаніе очень хорошее, исправляетъ людей отмѣнно, но она имѣетъ одну слабую сторону: всѣхъ исправленныхъ она отправляетъ на небо, а тамъ и безъ того большое и хорошее общество... Надо придумать наказаніе красивое и полезное...

Сеньоръ Сильвіо. А главное -- гуманное...

Фрогъ. И самое гуманное! Самое гуманное!.. Я предложилъ бы устроить въ замкѣ "Комнату Чернаго молчанія"!.. (Удивленіе Собранія) Дѣло, видите ли, въ томъ, что, когда люди говорятъ о старости, о болѣзни, о смерти и тому подобныхъ вещахъ, то имъ бываетъ больше смѣшно, чѣмъ грустно, но когда они объ этомъ думаютъ,-- бываетъ очень грустно... А заставить человѣка думать, если, разумѣется, онъ способенъ этимъ заниматься,-- всего легче въ полномъ уединеніи. Вотъ я и предлагаю устроить для этого уединенія "Комнату Чернаго Молчанія": обить одну изъ залъ съ верху до низу черной матеріей, поставить тамъ вновь изобрѣтенные сеньоромъ Сильвіо для новаго исчисленія времени часы,-- они очень похожи на могильный памятникъ, а ихъ бой напоминаетъ похоронный благовѣстъ,-- и увѣнчать эти часы человѣческимъ черепомъ. Эту комнату надо освѣтить чрезъ окно изъ корридора темно-краснымъ свѣтомъ и сажать туда на ночь ослушниковъ, порознь и, въ худшемъ случаѣ, двухъ кавалеровъ или двухъ дамъ, ибо, если мы посадимъ живую даму съ живымъ кавалеромъ на ночь хотя бы даже въ склепъ на кладбищѣ, они сумѣютъ ни о чемъ не думать...


(Общій смѣхъ и одобреніе)


Дамa червей. Въ чемъ же ты усматриваешь пользу этого наказанія? Я согласна, что это наказаніе красиво, но съ оговоркой: только при полномъ одиночествѣ! Если двѣ дамы ночью -- смѣшны, то два кавалера еще болѣе... А гдѣ есть смѣшное, тамъ нѣтъ красиваго!..

Фрогъ. Я сказалъ: "въ худшемъ случаѣ, двухъ кавалеровъ или двухъ дамъ"! А польза несомнѣнна: провинившійся, проведя ночь въ такой обстановкѣ и вернувшись въ кругъ веселыхъ друзей, почувствуетъ себя какъ бы воскресшимъ изъ мертвыхъ и удвоятъ свои игривыя наклонности!..


(Общій шумъ одобренія)


Принцъ. Сеньоръ Рено! Потрудитесь приготовить къ предстоящимъ праздникамъ "Комнату Чернаго Молчанія"... Фрогъ и сеньоръ въ ослиной маскѣ помогутъ въ этомъ... А теперь пора поговорить о новыхъ празднествахъ... По нашему новому исчисленію въ субботу исполнится ровно годъ съ тѣхъ поръ, какъ мы съѣхались въ замкѣ, соединенные жаждою бытія въ одну тѣсную семью... Я желалъ бы этотъ день, а по нашему счисленію -- мѣсяцъ,-- отпраздновать съ подобающей торжественностью и особенной пышностью, устроивъ рядъ веселыхъ и остроумныхъ развлеченій и райскихъ игръ... Но прежде я хотѣлъ бы выслушать дамъ, чтобы наши планы совпали съ ихъ ожиданіями...

Дама бубенъ (застѣнчиво). Дамамъ понравилась, напримѣръ, вчерашняя игра въ жмурки... Онѣ просили бы повторить ее!.. Лично я не настаиваю, но меня просили передать...

Дама червей. Къ этому я могу прибавить кое-что. Почему только кавалеры ловятъ дамъ? Гдѣ логика?.. Уже если сеньоры ввѣряются слѣпому счастію, то позвольте и дамамъ воспользоваться этимъ удовольствіемъ... Будемъ чередоваться: одинъ разъ слѣпые кавалеры ловятъ зрячихъ дамъ, а въ другой разъ слѣпыя дамы -- зрячихъ кавалеровъ... Пусть каждый изъ насъ ловитъ самъ свое счастіе!..

Дама трефъ. Нѣкоторыя дамы предлагаютъ игру въ прятки... Дамы прячутся -- кавалеры ищутъ, кавалеры прячутся -- дамы ищутъ. Разумѣется, съ выкупомъ...

Дама пикъ. Многія дамы просятъ устроить розыгрышъ вашей свѣтлости въ лотерею!

Дама червей. И пусть та, которой выпадетъ выигрышъ, въ этотъ день будетъ называться принцессой!..

Принцъ. Я очень польщенъ этимъ предложеніемъ, но, къ сожалѣнію, долженъ отказаться, такъ какъ имѣю другіе планы, мѣшающіе мнѣ поступить въ розыгрышъ... Я предложу ознаменовать предстоящія празднества... свадьбой моего карлика Буля съ сестрою шута Зоргеттой! (Общій восторгъ) Уродъ по уши влюбленъ въ Зоргетту, и надо сдѣлать, наконецъ, его счастливымъ. Пусть всякій уродъ узнаетъ, что такое женщина!


(Смѣхъ и радость. Фрогъ пораженъ, но овладѣваетъ собою)


Фрогъ. Охъ, какъ это занятно!.. Это дѣлаетъ честь находчивости принца! (Къ принцу) Дуракъ вашей свѣтлости проситъ разрѣшенія сказать слова два-три!

Принцъ. Говори!..

Фрогъ. Если всякій уродъ долженъ познать, что такое женщина, то и всякая женщина должна познать, что такое уродъ. Это очень занятно. Не лучше ли, прекрасныя дамы, разыграть урода въ лотерею?..

Дама червей. Отлично. Это не мѣшаетъ свадьбѣ...

Фрогъ. Высокое Собраніе! Зоргетта обручена уже!..

Дама червей. Это ничего не значитъ: аббатъ дастъ разрѣшеніе на новое обрученіе, если тебѣ и Зоргеттѣ кажется это необходимымъ.

Дама бубенъ. Быть можетъ, Зоргетта будетъ плакать, и ея слезы испортятъ нашъ праздникъ... Слезы маленькаго несчастія -- некрасивы... Не надо, чтобы кто-нибудь въ замкѣ плакалъ!..

Фрогъ. Совершенно такъ, прекрасная дама! Отъ слезъ краснѣютъ глаза и пропадаетъ блескъ ихъ... Высокое Собраніе!..

Принцъ. Всѣ, живущіе въ замкѣ, должны порвать со всѣмъ, что находится за его стѣнами. Всѣ радости мы должны теперь находить только въ замкѣ... Гдѣ живетъ женихъ Зоргетты?

Фрогъ. Тамъ... не въ замкѣ... (Съ отчаяніемъ) Высокое Собраніе! Зоргеттѣ не хватаетъ цѣлыхъ двухъ мѣсяцевъ до того возраста, когда дѣвушкамъ разрѣшается вступать въ бракъ!

Гуртадо. Не печалься, сынъ мой! Суббота наступить черезъ трое старыхъ сутокъ, и по нашему новому исчисленію времени Зоргеттѣ исполнится въ субботу шестнадцать лѣтъ и одинъ мѣсяцъ!..

Фрогъ. Высокое Собраніе!..

Принцъ. Замолчи! Если ты скажешь еще хоть одно только слово, я... Не забывай, что я не только могу выдать Зоргетту замужъ за урода, но на правахъ сеньора могу оставить ее до утра вотъ здѣсь! (Указываетъ на свою постель, даны вздыхаютъ) Поди позови сюда Зоргетту!...

Фрогъ. Небо и принцъ все могутъ сдѣлать... совершенно все! И небо всегда хочетъ того, чего хочетъ принцъ. Покоримся небу! Дуракъ вашей свѣтлости преклоняется предъ мудростью его свѣтлости...


(Уходитъ; принцъ въ волненіи пьетъ вино, дамы -- шепчутся. Неожиданно подъ кроватью раздается хныканье Буля. Всѣ переглядываются, недоумѣваютъ и улыбаются, слышно жалобное обращеніе: "Высокое Собраніе"! -- и карликъ вылѣзаетъ изъ-подъ кровати; всѣ неудержимо хохочутъ)


Принцъ. Радуйся, Буль: скоро мы тебя женимъ на Зоргеттѣ!

Буль (со слезами). Ваша свѣтлость! Высокое Собраніе!... Я не хочу жениться!..

Дама червей. Ты вѣдь никогда еще не женился?..

Буль (радостно). Никогда! Никогда! Избави небо, чтобы я...

Дама червей. Ты не имѣешь объ этомъ понятія...

Буль. Никакого понятія, высокая дама! Совершенно никакого!

Дама червей. А если не имѣешь понятія, то не можешь и говорить: "хочу" или "не хочу"... Когда ты поймешь, тогда... Вѣдь ты любишь Зоргетту?

Буль. Очень! И потому не хочу на ней жениться...


(Общій смѣхъ)


Принцъ. А я хочу, чтобы ты женился!

Буль. Но тогда я перестану видѣть Зоргетту во снѣ!

Дама пикъ. Въ этомъ, дурачокъ, тогда не будетъ никакой надобности!...

Буль. Высокое Собраніе!


(Плачетъ, какъ маленькій ребенокъ; всѣ смѣются. Фрогъ вводитъ смущенную Зоргетту, всѣ стихаютъ. Принцъ, приподнявшись въ постели, жадно озираетъ дѣвушку съ золотистыми волосами; сеньоры слегка приподнимаются на мѣстахъ и съ любопытствомъ смотрятъ на Фрога и Зоргетту)


Фрогъ (Зоргеттѣ). Поклонись его свѣтлости! (Зоргетта ищетъ глазами принца и, встрѣчая за столомъ звѣриныя маски сеньоровъ, пугается и жмется къ брату) Не бойся!.. Это настоящіе люди! Самые настоящіе люди, а вовсе не свиньи и ослы, какими они тебѣ кажутся... Они въ маскахъ!..


Занавѣсъ.


ДѢЙСТВІЕ ТРЕТЬЕ


Комната шута Фрога. За окномъ ночь. Вѣтеръ изрѣдка шумитъ высокими деревьями стараго парка. Фрогъ сидитъ у стола въ тяжеломъ раздумьѣ. Зоргетта и Габріо -- на полу на шкурѣ. Габріо -- въ лохмотьяхъ, изнуренный, странный какой-то, напоминаетъ загнаннаго волка; глаза его горятъ и кажутся изумительно большими, движенія порывисты и рѣчь пропитана злобой и ожесточеніемъ. На лицѣ Зоргетты то восхищенная улыбка, то печаль, то растерянность.


Габріо. Какъ мы живемъ?... Голодные, мы бродимъ вокругъ вашихъ каменныхъ стѣнъ и подбираемъ остатки пищи, выбрасываемые изъ замка... Какъ собаки! Кости, корки, объѣдки, клочки зловоннаго мяса... Все подбираемъ... Иногда попадаются гнилые фрукты... Это наше лакомство...

Зоргетта. Когда же небо сжалится надъ вами? когда?

Габріо. Оно слышитъ только васъ... И всѣ эти отбросы мы должны воровать, потому что на сторожевыхъ башняхъ и днемъ, и ночью -- стража: она поражаетъ стрѣлами всякаго, кто неосторожно приближается къ стѣнамъ, влекомый запахомъ гнилой пищи... Мы живемъ, какъ собаки, какъ бродячія собаки!..


(Зоргетта прячетъ лицо въ лохмотьяхъ и не слышно плачетъ)


Зоргетта. Какъ страшно шумитъ въ саду вѣтеръ...

Фрогъ. Когда вѣтеръ дуетъ съ долины, смрадъ наполняетъ и дворъ, и садъ замка... Принцъ приказалъ построить вокругъ всего замка стекляныя галлереи, чтобы окна не раскрывались во дворъ... И все-таки, когда поднимается сильный вѣтеръ, въ залахъ замка пахнетъ покойникомъ... Въ галлереяхъ горятъ курильницы съ ароматной смолой...

Габріо (злобный смѣхъ). Это хорошо... это очень хорошо!.. Въ водѣ, которой наполнены рвы вокругъ вашего замка, плаваютъ вздутые синіе трупы... Только смрадомъ своимъ они могутъ безпокоить благородныхъ сеньоровъ и прекрасныхъ дамъ!.. Это хорошо... это очень хорошо! И въ поляхъ валяются неубранныя тѣла пораженныхъ Красной смертью... Вороны стаями кружатся на поляхъ и летятъ въ ваши сады... и поютъ вамъ, каркаютъ вамъ о Красной смерти...

Фрогъ. Какъ вы перебрались черезъ ровъ?.. Я сидѣлъ здѣсь, и мое сердце разрывалось отъ тревоги... Я думалъ, что ты, Зоргетта, не вернешься больше...

Зоргетта. Я едва не задохнулась, Фрогъ, отъ смрада... (Ласкается къ Габріо) Мы съ тобой уйдемъ далеко-далеко!.. (Къ Фрогу) Я вспомнила, что мы съ тобой не простились, и не могла уйти... И мы пришли... поцѣловать тебя въ послѣдній разъ... Кто знаетъ?.. Быть можетъ... Мы вѣдь уйдемъ далеко, Фрогъ, очень далеко...

Габріо. Куда уйдемъ?.. Вездѣ ходитъ Красная смерть...

Зоргетта. Какъ мы несчастны, Габріо! Какъ мы несчастны! Что намъ дѣлать, Габріо?.. Я каждый день молюсь и все надѣюсь, что Св. Дѣва осѣнитъ мою голову и подскажетъ намъ, что мы должны дѣлать и куда уйти, чтобы можно было любить другъ друга... Я каждый день молилась и постоянно думала о тебѣ, мой милый Габріо!

Габріо. Обо мнѣ... вспоминала обо мнѣ...

Зоргетта. А ты часто вспоминалъ меня?..

Габріо. Я?.. Иногда вспоминалъ...

Зоргетта. Рѣдко вспоминалъ?..

Габріо. Иногда темной ночью я подползалъ почти къ самому рву, садился на пригоркѣ и смотрѣлъ... смотрѣлъ, какъ мигаютъ огни въ окнахъ вашего замка. Веселые огни?.. Только у васъ въ замкѣ свѣтились такіе веселые огни... словно звѣзды въ сказочномъ городѣ... гдѣ живутъ одни счастливые... (со слезами въ голосѣ, сжимая кулаки) одни счастливые!

Зоргетта. Габріо! Габріо!.. Перестань... Не безпокой своего сердца... (Ласкается къ Габріо, онъ отстраняетъ ея руку)

Габріо. Иногда я слышалъ, какъ вашъ колоколъ звонилъ, призывая васъ къ молитвѣ... и тогда я, Зоргетта, бросался на землю, рыдалъ и терзалъ землю руками и хотѣлъ, безумно хотѣлъ, чтобы земля затряслась... чтобы огонь вырвался изъ ея утробы и проглотилъ васъ... всѣхъ васъ! всѣхъ...

Зоргетта. И меня?.. И меня?..

Габріо (послѣ угрюмой паузы). Да... всѣхъ, Зоргетта... И тебя!..

Зоргетта. И меня!.. Ты меня переставалъ любить?.. меня?..

Габріо. Злоба клокотала въ груди, какъ вода въ котлѣ подъ огнемъ... Всю душу и все тѣло заливала одна злоба, и моя любовь тонула въ ней... Злоба была необъятная, великая, какъ у дьявола... и любовь убѣгала, пугалась этой злобы... Я грызъ землю зубами и проклиналъ все... все проклиналъ...

Зоргетта. Габріо! Габріо! Какъ ожесточилось твое доброе сердце!..

Габріо. Да... Потомъ, когда злоба утихала, возвращалась моя любовь... Твой образъ вставалъ передъ моими глазами въ ночной темнотѣ, и я слабѣлъ, дѣлался, какъ ребенокъ. Я выбиралъ въ темнотѣ одинъ огонекъ изъ всѣхъ огней замка и долго, не отрываясь, смотрѣлъ на этотъ огонекъ... Мнѣ казалось, что этотъ огонекъ свѣтитъ вотъ въ этомъ окошкѣ, въ твоемъ окошкѣ... И я смотрѣлъ, смотрѣлъ, смотрѣлъ... Начинали катиться слезы, огонекъ начиналъ расплываться въ большое свѣтлое пятно... и вдругъ въ свѣтломъ ореолѣ этого огонька я ловилъ профиль твоего личика, твоей грустно склоненной головки... (нѣжно гладитъ Зоргетту по головѣ) вотъ этой золотой головки!..


(Зоргетта бросается къ нему на шею, и долго они молчатъ, слившись въ объятіи)


Фрогъ. Заперта ли у насъ дверь?


(Габріо и Зоргетта разрываются, Фрогъ идетъ въ двери и, убѣдясь, что она заперта, возвращается)


Зоргетта. Я каждый день думала о тебѣ, молилась за тебя... каждый день!

Габріо. Здѣсь у васъ молятся?.. Это хорошо, это очень хорошо! Вы здѣсь можете молиться?.. (Послѣ паузы) О чемъ вы просите небо? Кто у васъ Богъ?..

Фрогъ. Габріо! Ты жестокъ... ты не долженъ говорить такъ съ Зоргеттой и со мной...

Зоргетта. Габріо! Габріо! Ты ропщешь на Бога... Не надо! Не надо!.. Что съ тобой сдѣлалось?.. Ты такъ любилъ нѣжныя слова и любилъ молиться... Помнишь: мы каждый праздникъ встрѣчались въ церкви!.. А теперь ты...

Габріо. Любилъ... Да, я любилъ молиться... И теперь иногда я блуждаю вокругъ ограды той маленькой церкви, въ которой мы съ тобой въ первый разъ увидали другъ друга и въ которой потомъ молились вмѣстѣ...

Зоргетта. Какъ было хорошо! Какъ было хорошо намъ съ тобою!

Габріо. Теперь тамъ не служатъ мессы... Опустѣла маленькая церковь... Только голуби воркуютъ попрежнему на колокольнѣ и, задѣвая крыльями колоколъ, напоминаютъ о замолкшемъ благовѣстѣ... Только голуби...

Зоргетта. Бѣлые и синіе голуби... милые голуби!..

Габріо. Всѣ вымерли вокругъ или бѣжали въ горы... И маленькій домикъ добраго патера стоитъ, какъ гробъ, въ которомъ похоронено все, что прошло... Какъ гробъ...

Зоргетта. У тебя горитъ лицо... Ты сталъ опять румянымъ, какъ прежде... Такимъ румянымъ ты дѣлался всякій разъ, когда мы встрѣчались съ тобой тамъ, около маленькой церкви... А вотъ теперь ты поблѣднѣлъ!.. Что съ тобою?..

Габріо. Закружилась голова... Можетъ быть, отъ воспоминаній... У меня въ ушахъ воркуютъ голуби и слышится звонъ... вотъ точно такой же звонъ, какой производятъ голуби, задѣвая крыльями колоколъ нашей маленькой церкви...

Зоргетта. Ты блѣдный... ты... здоровъ... да? да?

Фрогъ. Выпей, Габріо, вина... Я налью тебѣ стараго вина. Ты очень волнуешься... Встань!.. Я дамъ тебѣ вина...


(Габріо встаетъ, мгновеніе остается неподвижнымъ, сжимаетъ руками голову, потомъ идетъ къ столу и дрожащей рукою наливаетъ кубокъ. Пьетъ съ жадностью)


Габріо. Очень хорошо!.. Прекрасное пьютъ у васъ вино! (Ставить кубокъ)

Зоргетта. У тебя дрожатъ руки... Быть можетъ, ты все еще голоденъ? Хочешь, я дамъ тебѣ меду съ хлѣбомъ и кусокъ козлятины?..

Габріо. Не надо, Зоргетта. Не хочу ни меда, ни козлятины... Я чувствую только злобу и жажду... страшную жажду... Налей мнѣ, Фрогъ, еще этого прекраснаго вина!


(Пьетъ вино. Зоргетта съ любовью смотритъ на него)


Зоргетта. Мы возьмемъ съ собою этого вина...

Фрогъ. Когда вы будете бѣжать отсюда,-- вамъ надо взять съ собою шкуру и запасъ провизіи... Хорошо прихватить и вина... На горахъ холодно, и можно долго блуждать, прежде чѣмъ набредете на логовище людей...

Габріо. Ночью они прячутся въ ущельяхъ и землянкахъ. Не зажигаютъ огней. Ужасомъ переполнены ихъ сердца ночью: все мерещится имъ призракъ Красной смерти, блуждающій по землѣ въ бѣлой одеждѣ, испачканной кровью... Въ ужасѣ многіе видятъ его по ночамъ...

Зоргетта. Одна служанка говорила мнѣ, что стража южной башни видѣла Красную смерть подъ стѣнами нашего замка... Она -- высокая-высокая... Тихо шагала по ту сторону рва, наклонялась и вылавливала изъ воды тѣла утопленниковъ... Потомъ будто бы она перешагнула очень легко ровъ и посмотрѣла вверхъ на башню... (Встрепенулась, бѣжитъ къ окну) Кажется, стучитъ Буль... (Смотритъ въ окно) Какая черная ночь!.. Вѣтеръ гонитъ по небу тучи, и онѣ клубятся, какъ волны бушующаго моря... Нѣтъ... мнѣ почудилось... Страшно будетъ, Габріо, пробираться въ такую темную ночь на горы...

Фрогъ. Зато легче перебраться черезъ ровъ, ускользнуть отъ бдительной стражи...

Зоргетта (подходитъ къ Фрогу). Ты проснешься завтра и тебѣ будетъ грустно, потому что завтра ты будешь уже одинъ... (Ласкаетъ Фрога) Какъ мнѣ тебя жалко! Какъ жалко! Когда принцъ узнаетъ о моемъ бѣгствѣ, онъ разгнѣвается...

Габріо. И мы будемъ плакать, что огорчили его свѣтлость!..

Зоргетта. Онъ можетъ тебѣ сдѣлать худо... И ты будешь страдать за то, что мы съ Габріо любимъ другъ друга больше, чѣмъ... тебя, Фрогъ!..

Фрогъ. Что же... мнѣ надоѣло слышать все смѣтъ и смѣхъ... Я хочу послушать, какъ стонутъ люди, и посмотрѣть, какъ они плачутъ...

Зоргетта. Но вѣдь человѣкъ не слышитъ своихъ стоновъ и не видитъ своихъ слезъ?..

Фрогъ (таинственно). Погоди, Зоргетта... Мнѣ хочется сдѣлать нѣчто... чтобы въ одинъ прекрасный день здѣсь заплакали всѣ, всѣ...

Зоргетта. Что ты задумалъ?

Фрогъ. Веселую шутку... И потому я не хочу бѣжать вмѣстѣ съ вами... Я наряжусь прекрасной дамой и постараюсь, чтобы меня поймалъ принцъ... Тогда я его поцѣлую крѣпко, крѣпко... Онъ узнаетъ, какъ любятъ шуты принцевъ... (Габріо склонилъ голову на руки,-- дремлетъ) Габріо!.. Не поддавайся сну... Скоро надо уходить...

Габріо. У меня въ ушахъ гудитъ колоколъ, и я горю, словно вся кровь кипитъ въ моихъ жилахъ... Мнѣ хочется лечь и уснуть крѣпко, какъ я спалъ когда-то послѣ охоты въ горахъ...

Фрогъ. Нельзя, Габріо... Надо быть бодрымъ, отправляясь въ опасный путь!..

Габріо. Ахъ, какъ невыносимо болитъ моя голова...

Зоргетта (тревожно). У тебя горитъ голова... Это нехорошо... А твои руки -- холодны...

Фрогъ. Это нехорошо. Ты уйдешь и оставишь мнѣ тревогу за васъ обоихъ... (Подходитъ съ виномъ) Выпей еще вина! Надо хорошенько прогрѣть тѣло... (Раздается стужъ въ дверь, всѣ пугаются. Фрогъ и Зоргетта уводятъ Габріо за зававѣску. Фрогъ выходитъ и плотнѣе задергиваетъ ее. Въ этотъ моментъ за занавѣской слышны поцѣлуи) Переставьте цѣловаться!


(Идетъ къ двери и слушаетъ, приставляя ухо; опять стукъ и чей-то голосъ: "Ha одну минутку")


Фрогъ. Ахъ, это вы, аббатъ!


(Отворяетъ дверь и впускаетъ аббата со сверткомъ)


Гуртадо. Это -- я, дорогой другъ! Я на одну минуточку... Зоргетта уже спитъ?

Фрогъ. Спитъ...

Гуртадо. Очень хорошо это, что она спитъ. Пусть спитъ побольше и набирается силъ къ празднествамъ и играмъ. Я принесъ вамъ костюмъ... Я попрошу васъ дать мнѣ другой, не такой оригинальный... попроще... Мы не разбудимъ Зоргетты?

Фрогъ. Нѣтъ. Она спитъ крѣпко. Весь день она готовилась къ свадьбѣ: все шила что-то, плела вѣнокъ и играла лентами... Она вѣдь совсѣмъ дѣвочка, аббатъ!

Гуртадо. Напрасно она безпокоится. Ей приготовленъ чудный брачный нарядъ... для обрученія... Принцъ самъ распоряжается этимъ дѣломъ... (Хлопаетъ Фрога по плечу) Теперь и на васъ, Фрогъ, посыплются милости... Понимаете?

Фрогъ. Кое-что понимаю.

Гуртадо. Принцъ уже выгналъ карлика изъ-подъ кровати... Понимаете?..

Фрогъ. Почти понимаю, аббатъ...

Гуртадо. Неужели вамъ неясно? (Шепчетъ на ухо Фрогу)

Фрогъ. Отлично! Я очень радъ породниться съ его свѣтлостью!

Гуртадо. Еще бы!

Фрогъ. Выбирайте, аббатъ, костюмъ! (Роются въ костюмахъ) Должно быть, вы намѣрены побывать на свадьбѣ моей сестры?

Гуртадо. Трудно отказать себѣ въ этомъ удовольствіи... Это будетъ необычайное зрѣлище... Принцъ просто съ ума сходитъ отъ ожиданія... Вчера мы совѣщались до третьихъ пѣтуховъ... Принцъ предложилъ устроить нѣсколько библейскихъ мистерій... Опустошили весь садъ и оранжереи... Въ синемъ залѣ будетъ устроенъ рай... Послѣ обрученія женихъ съ невѣстой будутъ изображать первыхъ людей въ раю до изгнанія... Поэты заняты сочиненіемъ хвалебныхъ гимновъ, музыканты -- мелодіями къ мистеріямъ и маршемъ въ честь новобрачныхъ. Приказано зарѣзать сто козлятъ, не знавшихъ грѣха... Это будетъ изумительно!..

Фрогъ. Выбирайте!.. Принцъ знаетъ, что вы примете участіе?..

Гуртадо. Нѣтъ. Только будемъ знать мы съ вами и еще третье лицо... Мнѣ таки удалось узнать ту даму... Помните?.. Она тоже знаетъ... и больше никто... Это что за костюмъ?

Фрогъ. Это костюмъ пѣтуха! Очень хорошій костюмъ... Я его еще ни разу не надѣвалъ...

Гуртадо. Пѣтухъ? хм... это очень забавно... Отлично! Давайте пѣтуха! Почему у васъ такое утомленное лицо? Вамъ тоже надо пораньше лечь въ постель... Вы все возитесь съ "Комнатой Чернаго Молчанія?"...

Фрогъ. Да, сегодня весь день...

Гуртадо. Такъ я возьму пѣтуха... И понятно, что вы утомились... Ну, спите!.. Сегодня въ замкѣ всѣ легли рано, и только въ голубомъ залѣ еще постукиваютъ обойщики... Тамъ будутъ работать всю ночь... Спокойной ночи, счастливый Фрогъ!.. Такъ я возьму пѣтуха... (Завертываетъ костюмъ)

Фрогъ. Вотъ къ нему дудочка: она кричитъ, какъ пѣтухъ, сзывающій курочекъ... Жаль, спитъ Зоргетта... Я не могу вамъ покричать пѣтухомъ...

Гуртадо. Ничего... Не безпокойтесь... Я сумѣю это, сумѣю... (Прощается, оба идутъ къ двери и здѣсь останавливаются) Сегодня страшный вѣтеръ... И это очень некстати... Смрадъ пробивается въ галлереи, а изъ галлерей забирается черезъ щели въ окнахъ въ залы... Это очень безпокоитъ сеньора Рено.


(Уходитъ. Фрогъ запираетъ дверь)


Фрогъ. Онъ ушелъ... этотъ обязательный человѣкъ... Онъ захотѣлъ еще побыть пѣтухомъ, этотъ любознательный человѣкъ... А ты, Габріо, нарядишься аббатомъ и прекрасно уведешь свою невѣсту... Какъ гудитъ вѣтеръ! (Подходитъ къ окну. Вѣтеръ глухо шумитъ деревьями; въ этомъ шумѣ плаваетъ одна жалобная нотка) Словно плачетъ кто-то... Что вы тамъ замолчали? Зоргетта!

Зоргетта (на занавѣской). Габріо дрожитъ въ лихорадкѣ и все зябнетъ, а между тѣмъ онъ весь -- какъ огонь. У него на лбу горячія капли пота, а онъ зябнетъ... Милый, милый, дай, я согрѣю тебя своими поцѣлуями...

Габріо (за занавѣской). Къ моему лицу словно прикасаются раскаленнымъ желѣзомъ, и твои поцѣлуи кажутся холодными, какъ прикосновеніе льдины...

Зоргетта (за занавѣской). Габріо! Милый Габріо! Что же дѣлать?!

Фрогъ. Скоро долженъ прійти карликъ и вывести васъ за стѣны, а ты, Габріо... (подходитъ къ занавѣскѣ) не поддавайся, Габріо, лихорадкѣ! Встань и стряхни хворь, а то она заберетъ тебя въ руки...

Зоргетта (на занавѣской). Встань, мой любимый, мой бѣдный Габріо!.. Нѣтъ... онъ не можетъ встать... Онъ стонетъ... Фрогъ!.. Фрогъ! Что намъ дѣлать?! (Стукъ въ окно; Фрогъ идетъ къ окну и, закрывшись отъ свѣта руками, смотритъ. Зоргетта появляется у занавѣски съ испуганнымъ лицомъ) Фрогъ! Онъ стонетъ!.. Онъ молчитъ... Онъ не слышитъ меня.

Фрогъ. Тамъ стучалъ Буль... Пора идти... (Видитъ на щекахъ Зоргетты кровь и вздрагиваетъ) Что у тебя на лицѣ?.. въ чемъ твое лицо?.. Ты... облилась виномъ?

Зоргетта (коснувшись своего лица, смотритъ на руку). Фрогъ! Что это? Мнѣ кажется, что это...

Фрогъ. Тсс!.. (Съ ужасомъ смотрятъ другъ на друга) Ты прижималась къ лицу Габріо?.. (За занавѣской тяжелый, глухой стонъ Габріо) Слышишь?.. Не ходи туда! (Хватаетъ ее за руку и отстраняетъ отъ занавѣски) Туда нельзя тебѣ ходить! (Хватаетъ свѣтильникъ и идетъ за занавѣску, Зоргетта стоитъ неподвижно съ испугомъ въ глазахъ. Выходитъ изъ-за занавѣски Фрогъ на цыпочкахъ) Молчи!.. Пришла... Красная смерть...

Зоргетта. Пришла?.. (Остается неподвижной)

Фрогъ. Пришла...


(Стукъ въ окно. Фрогъ хватаетъ свѣтильникъ и дѣлаетъ имъ какіе-то знаки въ окно)


Зоргетта. Габріо... Онъ...


(Опускается на полъ и беззвучно рыдаетъ, вздрагивая плечами)


Фрогъ. Тише... Онъ... еще... живъ... (Стукъ въ дверь Фрогъ подходитъ и тихо спрашиваетъ: "ты, Буль?" потомъ впускаетъ карлика и снова запираетъ дверь) Ты опоздалъ...

Буль. Нѣтъ... Но необходимо торопиться: я три раза стучалъ въ окно... Что съ ней? она плачетъ?

Фрогъ. Тсс! (Отводитъ Буля въ сторону и шепчетъ) Габріо... (шепчетъ очень тихо) понимаешь?

Буль. Габріо?!

Фрогъ. Красная смерть... (Подходитъ къ Зоргеттѣ, Зоргетта плачетъ громче) Нельзя намъ плакать... Ради Габріо перестань плакать!..

Буль. Сеньоръ Рено ходитъ въ корридорахъ... Если онъ услышитъ твой плачъ, мы всѣ пропали...

Зоргетта (встаетъ и хочетъ идти за занавѣску, Фрогъ удерживаетъ). Габріо! Мой Габріо! Пустите меня къ Габріо! Я не боюсь Красной смерти...

Буль. Послушай, Зоргетта... Если хочешь, убѣжимъ... Я проведу тебя въ горы...

Зоргетта (вырывается). Не хочу!.. Пустите! Ради Бога пустите... Умоляю васъ!


(Опускается на колѣни и вдругъ ослабѣваетъ, падаетъ и плачетъ потихоньку. Громкій стукъ въ дверь. Фрогъ задергиваетъ занавѣску, мечется по комнатѣ; Буль жмется въ уголъ. Голосъ за дверью: "отопри!" Фрогъ отпираетъ,-- входитъ Сеньоръ Рено; карликъ притворно хохочетъ заглушая всхлипываніе Зоргетты)


Сеньоръ Рено. Кто здѣсь плачетъ?

Буль. Но здѣсь, сеньоръ, и смѣются! Здѣсь и плачутъ, и смѣются!

Сеньоръ Рено. Это ты, Зоргетта, оскорбляешь принца своими слезами? (Зоргетта не поднимаетъ головы) О чемъ она плачетъ?

Фрогъ. Всѣ дѣвушки, сеньоръ, передъ свадьбой плачутъ. Должно быть, жениться куда пріятнѣе, чѣмъ выходить замужъ. Ничего не подѣлаешь... Она вѣдь, сеньоръ, совсѣмъ молоденькая... Съ ней нельзя ничего подѣлать... Для нея никакіе законы...

Буль. Сеньоръ, она плачетъ, потому что ей не нравится женихъ, иными словами -- я! Она говоритъ, что не хочетъ любить урода... Но принцъ приказалъ мнѣ быть счастливымъ, а приказанія его свѣтлости должны исполняться свято, какъ заповѣди!..

Сеньоръ Рено (къ Фрогу). Успокой Зоргетту: скажи, что она никогда не познаетъ любви урода!

Буль. Эге! Это уже недобросовѣстно, сеньоръ! (Притворно плачетъ)

Сеньоръ Рено. Скажи, что она очень понравилась его свѣтлости, и онъ...

Буль. И онъ прогналъ уже меня изъ-подъ кровати..

Сеньоръ Рено (къ Фрогу). Ты кончилъ "Комнату Чернаго Молчанія"?

Фрогъ. Почти кончилъ, сеньоръ! Я только-что вернулся съ работы и опять скоро отправлюсь... Осталось только постлать черный коверъ и поставить мраморные часы...

Сеньоръ Рено. Отлично! Первую ночь послѣ свадьбы ты, уродъ, проведешь въ этой комнатѣ, чтобы тебѣ никто не мѣшалъ думать о своемъ счастіи! (Къ Фрогу) А черепъ для часовъ найденъ?

Фрогъ. Нѣтъ... Не знаю, что и дѣлать!.. Никто въ замкѣ съ той поры, какъ его заперли, не умеръ...

Сеньоръ Рено. Его свѣтлость настаиваетъ, чтобы часы были увѣнчаны черепомъ.

Буль. Вамъ нуженъ черепъ? Нѣтъ ничего проще, сеньоръ! Спросите, кому изъ сеньоровъ голова кажется лишней! Зачѣмъ непремѣнно голову? (Сеньоръ Рено сдѣлалъ сердитое лицо) Въ самомъ дѣлѣ, сеньоръ...

Сеньоръ Рино. Не лишняя ли она тебѣ, уродъ?.. Смотри, голубчикъ...

Буль. Жениху, пожалуй, можно обойтись и безъ головы, но вотъ въ чемъ дѣло: нельзя помѣщать среди благородныхъ дамъ, рыцарей и сеньоровъ черепъ неблагороднаго происхожденія... Въ самомъ дѣлѣ, сеньоръ: въ саду есть фамильный склепъ владѣтелей этого замка... Если принцу нельзя еще обойтись совсѣмъ безъ головы, то его родителямъ это можно.

Сеньоръ Рено. Однако, ты, уродъ, будь поосторожнѣе!..

Буль. Сеньоръ, не все ли равно мертвецамъ? О чемъ имъ еще думать?! Къ чему имъ голова?

Фрогъ. Покойнаго родителя его свѣтлости, пожалуй, неудобно тревожить, но какихъ-нибудь далекихъ родственниковъ... бабушку или дѣдушку... или еще лучше прадѣдушку -- можно побезпокоить...

Буль. Это еще лучше! По черепу дѣдушки будетъ виднѣе, что голова принадлежала свѣтлости... Разрѣшите, сеньоръ, воспользоваться!

Сеньоръ Рино. Гм... Приказаніе принца необходимо исполнить... Пожалуй, придется воспользоваться фамильнымъ склепомъ... Только я прошу васъ зря не тревожить высокихъ покойниковъ... Надо поаккуратнѣе...

Фрогъ. Мы, сеньоръ, будемъ очень аккуратны! Мы будемъ почтительны къ высокимъ покойникамъ!.. Такъ вы разрѣшаете, сеньоръ?

Сеньоръ Рено. Ничего не подѣлаешь... (Подходитъ и Зоргеттѣ) Кажется, уснула?!.

Фрогъ. Уснула, сеньоръ! Это у ней съ дѣтства: бывало, сломается у ней игрушка, она плачетъ-плачетъ и уснетъ отъ огорченія крѣпкимъ сномъ...

Сеньоръ Рено. У ней разстегнулось платье... Это хорошо... (Нагибается и поправляетъ платье)

Буль (тихо). Сеньоръ, я не выбиралъ васъ своей посаженной матерью!..

Сеньоръ Рено (серьезно). Не надо, чтобы она плакала. Завтра принцъ увидитъ у ней заплаканные глаза, и ему будетъ это очень непріятно, очень! Не надо огорчать принца.

Фрогъ. Она успокоилась, сеньоръ! А завтра, какъ взойдетъ солнышко, она раскроетъ глаза и засмѣется... Она совсѣмъ дѣвочка, сеньоръ!..

Сеньоръ Рено. Завтра пусть она вымоется въ розовой водѣ... Я пришлю ей кувшинъ розовой воды и любимыхъ духовъ принца...


(Уходитъ. Фрогъ въ пріоткрытую дверь прислушивается къ удаляющимся шагамъ сеньора Рено, Буль становится на колѣняхъ надъ спящей Зоргеттой)


Буль. Моя милая, бѣдная Зоргетта!.. (Потихоньку плачетъ) Моя святая невѣста съ золотыми волосами!..

Фрогъ (дѣлаетъ недовольные жесты, Буль поднимается, стираетъ слезы). Перестань!

Буль. Я не буду, Фрогъ, не буду...

Фрогъ. Что дѣлать съ Габріо?..

Буль. Не знаю, Фрогъ, не знаю... Лучше, если бы мы всѣ, всѣ трое, перестали жить...

Фрогъ. А они?.. Нѣтъ, Буль, я не согласенъ...

Буль. Завтра она... завтра она... Что съ ней будетъ завтра?.. съ моей невѣстой?.. (Оба нѣкоторое время молчатъ)

Фрогъ. Надо вынести отсюда Габріо... Я думаю, что можно воспользоваться склепомъ... Спрятать тамъ его, въ склепѣ...

Буль. Съ высокими покойниками?..

Фрогъ. Теперь это не трудно сдѣлать... Мы отправимся за черепомъ и...

Буль. Развѣ Габріо пришелъ затѣмъ, чтобы познакомиться съ высокими покойниками?.. Нельзя обижать Габріо... Пусть онъ тоже пируетъ на свадьбѣ у своей невѣсты!.. Понимаешь? Пусть оба жениха, живой и мертвый, пируютъ на ея свадьбѣ... Мы его спрячемъ въ замкѣ...

Фрогъ. Ты думаешь спрятать его въ замкѣ?!

Буль. Да. Мы его спрячемъ въ "Комнатѣ Чернаго Молчанія"... (Слышенъ отдаленный шумъ, тревога, шаги въ корридорахъ, звонъ оружія. Фрогъ и карликъ пугаются) Тсс! Что такое?


(Фрогъ смотритъ въ окно, Буль -- въ пріотворенную дверь)


Фрогъ. Въ замкѣ тревога... Тамъ бѣгаютъ съ зажженными факелами!..

Буль. Бѣгутъ рыцари... Что-то случилось? Погоди, надо узнать, что случилось... Запри дверь! (Выходитъ Фрогъ смотритъ въ дверь. Тревога доносится сильнѣе. Вѣтеръ шумитъ на окномъ, и въ его шумѣ слышны обрывки тревожныхъ голосовъ и глухой звонъ колокола. Фрогъ то у окна, то за занавѣской. Стукъ въ дверь. Фрогъ осторожно отпираетъ, входитъ Буль) Опять голодные сервы собрались около южныхъ воротъ... На южной башнѣ пылаетъ красный факелъ... Слышишь?

Фрогъ. Тревожный колоколъ... И всѣ погибнутъ... опять всѣ погибнутъ... (Оба смотрятъ въ окно, шепчутся)

Буль. Теперь очень легко пронести Габріо... Сеньоры Педріо и Рено оба тамъ, на южной башнѣ... У тебя есть простыня?

Фрогъ. Мы обернемъ его въ простыню, а сверху покроемъ чернымъ ковромъ... Понимаешь?

Буль. Да...

Фрогъ. И пронесемъ въ "Комнату Чернаго Молчанія"...


(Фрогъ хватаетъ свѣтильникъ, и оба идутъ за занавѣску, тамъ они возятся съ тѣломъ Габріо. Изъ-за занавѣски выходитъ на цыпочкахъ Буль, отворяетъ дверь и прислушивается; онъ возвращается, около занавѣски появляется Фрогъ)


Буль. Тихо... Только въ дверномъ узорѣ у аббата свѣтится огонекъ...

Фрогъ. Это скверно: аббатъ можетъ выйти и помѣшать.

Буль. Аббатъ, должно быть, отпускаетъ кому-нибудь грѣхи... А когда онъ занимается этимъ дѣломъ, онъ ничего не слышитъ. Какъ глухарь на току...


Оба скрываются за занавѣской и скоро волокомъ вытаскиваютъ изъ комнаты тѣло Габріо, завернутое поверхъ простыни въ черный коверъ. Долгая пауза. Бьетъ колоколъ башенныхъ часовъ полночь. Слышенъ отдаленный и приближающійся шумъ голосовъ рыцарей, въ радостномъ настроеніи возвращающихся съ побѣды у южныхъ воротъ. Зоргетта пробуждается, приподнимается на локтѣ и смотритъ вокругъ блуждающимъ взоромъ.


Зоргетта. Это былъ страшный сонъ... Только сонъ... Фрогъ! Фрогъ! Это былъ сонъ? Габріо! Мы проспали! Бьетъ полночь!


(Вскакиваетъ, бѣжитъ за занавѣску, и оттуда вырывается крикъ ужаса и отчаянія)


Занавѣсъ.


ДѢЙСТВІЕ ЧЕТВЕРТОЕ.


Пиръ въ старомъ замкѣ. Сводчатые залы освѣщаются чрезъ цвѣтныя стекла оковъ огнями пылающихъ въ галлереяхъ курильницъ, отчего залы кажутся разноцвѣтными. На сценѣ темно-желтый залъ съ однимъ окномъ въ правой стѣнѣ; изъ этого зала три раскрытыхъ тяжелыхъ двери: въ лѣвой стѣнѣ -- въ невидимый зрителю зеленый залъ, а въ задней стѣнѣ -- въ "Комнату Чернаго Молчанія" и въ голубой залъ. Изъ голубого зала перспектива многочисленныхъ комнатъ. "Комната Чернаго Молчанія", вся черная, освѣщается невидимымъ темно краснымъ колеблющимся свѣтомъ; чрезъ раскрытую дверь видны часы въ формѣ мраморнаго памятника, увѣнчанные черепомъ, очень медленно отбивающіе маятникомъ удары; бой этихъ часовъ напоминаетъ далекій благовѣстъ треснувшаго колокола.


Сегодня въ числѣ игръ и забавъ назначена свадьба Зоргетты и Буля. Всѣ дамы и кавалеры въ маскахъ и причудливыхъ маскарадныхъ костюмахъ: цвѣты, животныя, птицы, домино, фигуры картъ; слуги одѣты обезьянами, только одна изъ которыхъ имѣетъ хвостъ; сеньоры, члены Высокаго Собранія -- въ маскахъ II-го дѣйствія. Принцъ, Зоргетта и Буль -- безъ масокъ. Фрогъ въ костюмѣ полишинеля. Аббатъ Гуртадо тайно присутствуетъ въ костюмѣ пѣтуха.


При открытіи занавѣса въ желтомъ залѣ -- пусто; въ голубомъ суетятся слуги-обезьяны: тамъ готовятъ столы для пиршества; откуда-то издали доносится хаотическій шумъ голосовъ и смѣха. Изъ зеленаго зала быстро выходятъ, словно выпархиваютъ, дама бубенъ и дама червей. Оглядѣвшись, онѣ въ волненіи дѣлятся своими тайнами.


Дама бубенъ. Кто бы могъ быть этотъ петухъ?.. Онъ неотступно ходитъ за мной...

Дама червей. Я думаю, что это шутъ... (Тревожно оглядывается по сторонамъ)

Дама бубенъ. Шутъ?.. Едва ли... Онъ слишкомъ тонокъ для такихъ остротъ!


(Приподнявъ маски, шепчутся и смѣются; обѣ очень красивы и молоды)


Дама червей. Я не могу найти аббата...

Дама бубенъ. Развѣ онъ здѣсь?.. Ай-ай-ай!.. (Грозитъ пальчикомъ)

Дама червей. Тсс!.. (Обѣ опускаютъ маски) Онъ обѣщалъ...

Дама бубенъ. Вотъ какъ?! (Опять шепчутся и смѣются) Пѣтухъ сказалъ, что изъ всѣхъ курочекъ онъ... (Шепотъ, смѣются) Шутъ? Развѣ принцъ разрѣшилъ ему участвовать въ играхъ?

Дама червей. Еще бы! Сегодня онъ сдѣлается зятемъ его свѣтлости!..

Дама бубенъ. Чувствуете, какъ здѣсь скверно пахнетъ?.. Здѣсь смрадно...

Дама червей. Да... Почему это?.. (Часы въ "Комнатѣ Чернаго Молчанія" бьютъ 11; дамы вздрагиваютъ, настораживаются, жмутся другъ къ другу и съ испугомъ смотрятъ по направленію этой комнаты) Какъ странно бьютъ часы?..

Дама бубенъ. Странно... Свѣтъ дрожитъ тамъ по стѣнамъ, и кажется, что въ черной комнатѣ кто-то прячется... Мнѣ страшно...

Дама червей. Уйдемъ... Я боюсь этой комнаты...


Быстро уходятъ, оглядываясь назадъ, словно боятся, что ихъ кто-то догонитъ. Пробѣгаетъ изъ зеленаго зала пѣтухъ, кричитъ въ дудочку: "ко-ко-ко"! догоняетъ дамъ и любезничаетъ съ ними, скрываясь въ амфиладѣ комнатъ. Слуги-обезьяны протягиваютъ по полу золотистую дорожку изъ голубого зала въ зеленый; обезьяна съ хвостомъ повелѣваетъ; всѣ они говорятъ жестами и мимикой. Изъ зеленаго зала идутъ сеньоры Рено и Кардіо въ своихъ маскахъ, оба хлопотливы и озабочены.


Сеньоръ Рено. Смрадъ! Ужасный смрадъ... и здѣсь особенно!..

Сеньоръ Кардіо. Вѣтеръ... Сегодня, какъ нарочно, страшный вѣтеръ съ юга!

Сеньоръ Рено. И все-таки странно... Можетъ быть, гдѣ-нибудь разбиты стекла?

Сеньоръ Кардіо. Я два раза обошелъ всѣ галлереи...

Сеньоръ Рено. Такъ не забудьте: они прослѣдуютъ изъ розовыхъ залъ чрезъ зеленую, желтую и голубую въ круглую золотую комнату... Здѣсь принцъ благословляетъ жениха съ невѣстой...

Сеньоръ Кардіо. Помню!

Сеньоръ Рено. Изъ круглой комнаты шествіе слѣдуетъ обратно въ голубой и отсюда уже въ синій залъ. Здѣсь новобрачные представятъ жизнь въ раю до грѣхопаденія... Синій залъ готовъ?..

Сеньоръ Кардіо. Совершенно! Болѣе ста пальмъ и все, что было въ оранжереѣ изъ цвѣтущихъ растеній... Бассейнъ наполненъ, зеленый гротъ обвитъ виноградомъ...

Сеньоръ Рено. Позаботьтесь въ зеленомъ гротѣ посадить даму, чтобы раздѣть Зоргетту.

Сеньоръ Кардіо. Это сдѣлано.

Сеньоръ Рено. Ну, а затѣмъ -- общія райскія игры во всѣхъ залахъ замка. Гости удаляются. Уродъ -- въ "Комнату Чернаго Молчанія"... Одна невѣста остается въ раю послѣ изгнанія... Понимаете?

Сеньоръ Кардіо. Не трудно понять, сеньоръ!

Сеньоръ Рено. Объ общихъ играхъ я позабочусь самъ!


Расходятся: Рено идетъ въ зеленый залъ, Кардіо -- въ голубой, гдѣ онъ поучаетъ слугъ и распоряжается около столовъ. Вдали звучитъ свадебный маршъ... онъ все ближе и громче; выскакиваетъ Сеньоръ Педріо въ козлиной маскѣ; оглядѣвъ путь, онъ оборачивается и идетъ задомъ, словно командуетъ солдатами; затѣмъ открывается свадебное шествіе: впереди Зоргетта подъ руку съ принцемъ; за ними Буль, одѣтый сказочнымъ королемъ, несетъ длинный шлейфъ своей невѣсты; затѣмъ дамы, члены Высокаго Собранія, кавалеры и дамы въ маскарадныхъ костюмахъ. Проходя мимо "Комнаты Чернаго Молчанія", всѣ тревожно озираются на эту комнату и выказываютъ безпокойство. Позади всѣхъ -- музыканты, управляемые сеньоромъ Сильвіо. Когда шествіе скрывается въ голубомъ залѣ,-- изъ зеленаго выходитъ дама въ маскѣ съ бѣлой лиліей на груди. Она пріостанавливается, оглядывается и замедляетъ шагъ. Съ крикомъ "ко-ко-ко!" выскакиваетъ изъ зеленаго зала пѣтухъ и, схвативъ даму подъ руку, влечетъ въ голубой залъ.


Дама съ лиліей. Никто не догадывается...

Пѣтухъ. Когда будутъ играть въ жмурки, я найду васъ въ розовыхъ залахъ, въ лѣвомъ углу за колоннами...

Дама съ лиліей. Я распущу нитку, которую привяжу къ крайней колоннѣ... Слышите, какъ я дрожу?..


(Исчезаютъ въ голубомъ залѣ)


Фрогъ (выходя изъ голубого зала). Пѣтухъ отлично знаетъ свое дѣло... (Вынимаетъ изъ-подъ полы одежду аббата) Если аббатъ можетъ быть пѣтухомъ, почему бы мнѣ не быть аббатомъ?..


(Прячется въ "Комнатѣ Чернаго Молчанія", гдѣ поверхъ своего костюма надѣваетъ одежду аббата. Изъ зеленаго зала идетъ Сеньоръ Рено, за нимъ поэтъ 1-й въ птичьей маскѣ, съ развѣвающимися по плечамъ кудрями, со сверткомъ бумаги въ рукахъ)


Сеньоръ Рено. Я уже вамъ сказалъ: ничего грустнаго! Ничего печальнаго!..

Поэтъ 1-й. Но иногда, сеньоръ, въ печали -- большая радость, а въ радости -- большая печаль!..


(Быстро идетъ изъ зеленаго зала другой поэтъ, безъ кудрей)


Сеньоръ Рено (поэту 1-му). Это абсурдъ. Это... однимъ словомъ, совѣтую вамъ не читать вашего дифирамба...


(Поэтъ 1-й печально отстаетъ отъ сеньора Рено, а поэтъ 2-й подобострастно наклоняется)


Поэтъ 2-ой. Только два слова!


(Сеньоръ Рено пріостанавливается)


Сеньоръ Рено. Говорите скорѣй! Мнѣ некогда...

Поэтъ 2-ой. Только два слова! Я написалъ стихи... Если читать ихъ слѣва направо, то выходитъ счастливымъ карликъ Буль, а если читать справа налѣво, то -- принцъ...


(Изъ голубого зала идетъ озабоченный Сеньоръ Педріо)


Сеньоръ Рено. Читайте сзади напередъ. (Идетъ; поэтъ за нимъ)

Поэтъ 2-ой. Я понимаю, сеньоръ... Но...

Сеньоръ Педріо (къ Рено). Не видали, сеньоръ, аббата? Его свѣтлость требуетъ аббата, а его нигдѣ не могутъ найти...

Поэтъ 2-ой. Я понимаю, сеньоръ... Но дѣло въ томъ, что...

Сеньоръ Рено (къ поэту 2-му). Вы видите,-- я занятъ... (Поэтъ отступаетъ; Рено говоритъ съ Педріо) Быть можетъ, аббатъ у себя въ кельѣ?.. Зачѣмъ понадобился аббатъ?

Сеньоръ Педріо. Зоргетта требуетъ аббата... Безъ аббата она не принимаетъ обручальнаго кольца.

Сеньоръ Рено. Пошлите въ корридоры нижнихъ залъ: аббатъ любитъ слушать музыку издали.


(Педріо идетъ въ зеленый валъ, Рено въ голубой; поэтъ 2-ой не отстаетъ и говоритъ, шагая слѣдомъ за Рено)


Поэтъ 2-ой. Я отлично понимаю... Но какъ отнесется къ этому его свѣтлость?..

Сеньоръ Рено (раздраженно). Обратитесь къ сеньору Сильвіо!.. Это вопросъ его компетенціи... Вы читали свои стихи сеньору Сильвіо?


(Пріостанавливаются)


Поэтъ 2-ой. Читалъ, сеньоръ!..

Сеньоръ Рено. Ну, и что же? Понравились ему ваши стихи?

Поэтъ 2-ой. Онъ восхищенъ!

Сеньоръ Рено. Съ которой стороны? (Идетъ; поэтъ за нимъ)

Поэтъ 2-ой. Съ обоихъ концовъ!.. У сеньора Сильвіо огромный художественный вкусъ, но у него... У васъ, сеньоръ, кромѣ вкуса, много такта... У сеньора Сильвіо -- только вкусъ, а у васъ, сеньоръ... у васъ, сеньоръ, и вкусъ, и тактъ, и что угодно...


(Оба скрываются въ голубомъ залѣ)


Сеньоръ Педріо (идетъ изъ зеленаго зала, ему навстрѣчу изъ голубого идетъ дама пикъ). Нигдѣ нѣтъ... Это странно, это очень странно... (Почти сталкивается съ дамой пикъ) Виноватъ, высокая дама!

Дама пикъ. Высокій сеньоръ!.. Скоро начнется представленіе въ синей залѣ?

Сеньоръ Педріо. Необходимъ аббатъ... Принцъ приказалъ отыскать аббата, но мы не можемъ найти его... А между тѣмъ Зоргетта упрямится и не принимаетъ безъ аббата обручальнаго кольца...


(Фрогъ, въ костюмѣ аббата, выглядываетъ изъ "Комнаты Чернаго Молчанія")


Дама пикъ. Ужасно упрямая дѣвченка!.. Пусть Фрогъ уговоритъ ее, дурочку!

Сеньоръ Педріо. Фрогъ скачетъ пѣтухомъ и... ничего не хочетъ знать... Онъ такъ счастливъ, что...

Дама пикъ. Еще бы!.. (Сеньоръ Педріо, поклонившись, бѣжитъ въ голубой залъ. Дама пикъ поправляетъ маску и открываетъ лицо: она старуха. Фрогъ выходитъ изъ "Комнаты Чернаго Молчанія". Дама пикъ вскрикиваетъ отъ неожиданности и прячетъ лицо подъ маской) Ахъ, это вы, аббатъ!.. Какъ вы меня испугали!

Фрогъ. Простите, высокая дама... (Благословляетъ даму пикъ)

Дама пикъ. Васъ ищутъ... Васъ требуетъ принцъ, аббатъ... И вы надѣли маску?..

Фрогъ. Я -- человѣкъ кельи, высокая дама... Вы понимаете, что служителю неба здѣсь лучше скрыть лицо свое.

Дама пикъ. Я люблю, когда вы отпускаете грѣхи... Вы -- такой добрый, такой добрый... Вы отлично понимаете человѣческія слабости, и съ вами такъ легко, такъ легко!..

Фрогъ. Сегодня я думаю начать отпущеніе грѣховъ сейчасъ же послѣ представленія въ синемъ залѣ... Какъ только послѣдуетъ изгнаніе изъ рая, я удалюсь и отдамъ себя въ распоряженіе грѣшниковъ...

Дама пикъ (кокетливо). И грѣшницъ?

Фрогъ. Да... и грѣшницъ, конечно...

Дама пикъ. Я приду къ вамъ... первая... Хотите, я приду къ вамъ нѣсколько раньше?.. Мнѣ бы хотѣлось побыть наединѣ съ вами подольше... Съ вами такъ легко, пріятно... Хотите?..

Фрогъ (подчеркивая). Я буду счастливъ побесѣдовать съ вами наединѣ...


(Изъ голубого зала идетъ Сеньоръ Педріо)


Дама пикъ (оглянувшись, шепчетъ). Ждите, ждите меня!..


(Жметъ Фрогу руку и торопливо идетъ въ зеленый залъ)


Сеньоръ Педріо. Аббатъ! Что вы съ нами дѣлаете?.. Я ищу васъ по всему замку...

Фрогъ. Что вамъ надобно, сынъ мой?

Сеньоръ Педріо. Принцъ желаетъ, чтобы вы надѣли кольца жениху и невѣстѣ...

Фрогъ. Развѣ Высокое Собраніе не считаетъ это совершенно излишней условностью?

Сеньоръ Педріо. Принцъ желаетъ, чтобы вы обручили.


(Брачное шествіе, подъ звуки свадебнаго марша, появляется въ голубомъ валѣ)


Фрогъ. Это дѣлаетъ честь его свѣтлости... Онъ никогда не забываетъ о небесахъ...

Сеньоръ Педріо. Идемте же, аббатъ!..


(Быстро идутъ въ голубой залъ. При появленіи аббата музыка обрывается, смѣняясь шумомъ и привѣтствіями обрадованныхъ гостей; въ шумѣ звучитъ диссонансомъ плачъ Зоргетты, которую стараются утѣшить принцъ и пѣтухъ: принцъ гладитъ Зоргетту по волосамъ, пѣтухъ скачетъ и поетъ "ку-ку-реку". Фрогъ кланяется принцу и отстраняетъ пѣтуха)


Фрогъ. Пѣтухъ! Отойди въ сторону!.. Не пришло еще время твое, и пока здѣсь требуется аббатъ, только одинъ аббатъ...


Пѣтухъ въ изумленіи отходить; онъ смущенъ и и обезкураженъ появленіемъ своего двойника. Смѣхъ, шумъ... Гости толпятся, окружаютъ принца, жениха съ невѣстой и Фрога, и только по взрывамъ смѣха можно догадаться, что Фрогъ дѣлаетъ тамъ, въ срединѣ толпы, что-то необычайное. Изъ зеленаго зада пробѣгаютъ слуги-обезьяны, торопливо проходитъ заинтересованная шумомъ дама пикъ и видитъ въ дверяхъ "Комнаты Чернаго Молчанія" призракъ Красной смерти въ бѣлой испачканной кровью простынѣ, съ красной полумаской за лицѣ, съ оскаленными зубами. Дама пикъ вскрикиваетъ отъ ужаса и бѣжитъ въ голубой залъ, роняя съ лица маску. Тамъ, въ голубомъ залѣ, она въ нервномъ возбужденіи разсказываетъ что-то гостямъ, но гости такъ поглощены происходящимъ обрученіемъ, что мало слушаютъ. Призракъ Красной смерти выходятъ изъ дверей "Комнаты Чернаго Молчанія" и тихо и спокойно движется цо направленію къ зеленому валу; тамъ онъ исчезаетъ... Изъ голубого зала идутъ подъ руку дама бубенъ и дама червей, оживленно и интимно разговаривающія о чемъ-то.


Дама бубенъ. Но раньше аббатъ былъ такъ скроменъ... Это уже немного некрасиво... Я чувствовала, какъ горитъ у меня подъ маской лицо...

Дама червей. Скромность... Какая скромность?.. Зачѣмъ?..

Дама бубенъ. Принцу не понравилась эта выходка. Я видѣла, какъ онъ нахмурился. (Изъ голубого вала идетъ смущенный пѣтухъ) Тише! Пѣтухъ идетъ! (Обѣ сдержанно смѣются) Фрогъ, Милый Фрогъ! (Беретъ пѣтуха подъ руку и отводитъ въ сторону) Шепни аббату, что я люблю только красивые грѣхи...

Пѣтухъ. Милыя курочки... (Раздается свадебный маршъ; шествіе направляется изъ голубого зала въ зеленый) Идутъ! Идутъ!


(Появляется Сеньоръ Педріо)


Дама червей. Сеньоръ! Теперь въ синій залъ?

Сеньоръ Педріо. Да, въ рай!..


Обѣ дамы становятся въ сторонкѣ и затѣмъ присоединяются къ шествію. Пѣтухъ съ крикомъ "ку-ку-реку" исчезаетъ въ зеленомъ залѣ. Шествіе движется въ зеленый залъ подъ звуки свадебнаго марша; когда шествіе скрывается, слуги-обезьяны, объясняясь жестами и мимикой, прокрадываются туда же. Маршъ все дальше, дальше, смолкаетъ. Въ желтомъ залѣ полная тишина. Часы бьютъ 12; изъ голубого зала движется призракъ Красной смерти... Онъ идетъ опятъ въ зеленый залъ. Когда призракъ исчезаетъ въ зеленомъ залѣ, оттуда выбѣгаетъ нѣсколько слугъ-обезьянъ, взволнованныхъ, сильно жестикулирующихъ; въ голубомъ залѣ появляется нѣсколько испуганныхъ гостей и посреди нихъ дама пикъ безъ маски, растрепанная... Слуги скрываются въ голубомъ задѣ, и здѣсь продолжается мимическій разговоръ между ними и испуганными гостями. Очень далеко звучитъ музыка: въ синемъ залѣ началось представленіе; музыка разсказываетъ о райскихъ блаженствахъ первыхъ людей, потомъ о грѣхопаденіи ихъ и вдругъ рѣзко обрывается, смѣнившись тревожнымъ гуломъ толпы. Изъ зеленаго зала медленно движется призракъ


Красной смерти и направляется въ "Комнату Чернаго Молчанія", гдѣ онъ сливается съ бѣлымъ мраморомъ часовъ. Все сильнѣе шумъ въ залахъ замка. Гости въ смятеніи: нѣкоторые видѣли Краскую маску. Кавалеры и дамы безпорядочно бѣгаютъ по всѣмъ заламъ, при встрѣчѣ шепчутся между собою, пугливо озираются. Въ фигурахъ и движеніяхъ -- испугъ и растерянность. Изъ зеленаго зада выбѣгаетъ дама съ Лиліей и дама съ Розой, за ними Сеньоръ Педріо.


Сеньоръ Педріо. Успокойтесь! Ради Бога успокойтесь!.. Это глупая шутка!.. Только глупая шутка!..


(Дамы убѣгаютъ. Изъ голубого зала бѣжитъ Сеньоръ Кардіо)


Сеньоръ Кардіо. Я не видалъ, я ничего не видалъ... Никакой Красной маски я не видалъ.

Сеньоръ Педріо. Говорятъ, она вышла изъ Черной комнаты... Двѣ дамы видѣли ее въ зеленомъ залѣ... Принцъ приказалъ схватить дерзкаго сеньора... Такія шутки...


(Изъ зеленаго зала бѣгутъ въ смятеніи кавалеры и дамы)


Кавалеры и дамы (страшнымъ шопотомъ). Видѣли! Видѣли!.. Видѣли!

Сеньоръ Педріо. Сеньоры! Дамы! Остановитесь!


Кавалеры и дамы бѣгутъ безъ оглядки. Сеньоръ Кардіо, поддавшись общей паникѣ, бѣжитъ за ними. Изъ зеленаго зала выскакиваютъ пѣтухъ и сеньоръ Рено, старающіеся остановить бѣгущихъ мимо нихъ дамъ и кавалеровъ... У нѣкоторыхъ спали съ лицъ маски и обнажили полныя ужасомъ лица. Появляется принцъ съ обнаженнымъ мечомъ, за нимъ выходитъ спокойный Фрогъ въ одеждѣ аббата)


Принцъ. Это малодушіе! Остановитесь!.. Сеньоръ Педріо! Введите стражу!..


(Мимо бѣгаютъ въ ужасѣ гости, нѣкоторыя изъ дамъ плачутъ, цѣпляются за Фрога)


Сеньоръ Педріо. Сеньоры! Сейчасъ выйдетъ стража, и мы сорвемъ маску съ дерзкаго гостя!.. (Изъ зеленаго зада съ дикимъ крикомъ пробѣгаетъ дама пикъ, и ужасъ ея передается всѣмъ, кромѣ Фрога) Сейчасъ войдетъ стража!


Торопливо идетъ въ голубой залъ, за нимъ -- принцъ, Рено и пѣтухъ. Фрогъ остается. Тревога перешла въ отдаленные залы. На сценѣ стихаетъ. Фрогъ осторожно высматриваетъ что-то, заглядывая въ зеленый залъ, дѣлаетъ какіе-то знаки руками; къ нему выбѣгаютъ полуодѣтая Зоргетта и Буль въ костюмѣ сказочнаго короля; Фрогъ пріоткрываетъ лицо, Зоргетта узнаетъ его и вскрикмваетъ отъ радости.


Зоргетта. Ты, Фрогъ?!.

Фрогъ. Да, это я, Зоргетта!.. Бѣгите за стѣны и скажите, что Красная смерть пришла поцѣловать нашего принца!..

Буль. Принцъ... онъ...

Фрогъ. Онъ еще живъ... но скоро онъ будетъ лежать съ раскрытымъ ртомъ и удивленно смотрѣть тусклыми глазами въ лицо страшной гостьи!.. Сбрось, Буль, со своей головы картонную корону!.. Оставь ее нашему принцу... (Будь сбрасываетъ корону и мантію сказочнаго короля) Бѣгите и ведите сервовъ: здѣсь можно теперь хорошо покушать!.. (Буль и Зоргетта намѣреваются бѣжать черезъ голубой залъ, Фрогъ останавливаетъ ихъ) Сюда! Черезъ Черную комнату! (Зоргетта и Буль бѣгутъ въ "Комнату Чернаго Молчанія" и болѣе уже не появляются) Теперь остался одинъ женихъ, одинъ мертвый Габріо... Онъ привелъ свою новую невѣсту!.. Хорошую гостью привелъ онъ имъ на свадьбу!..


(Изъ зеленаго зала пробѣгаетъ дама съ Лиліей; увидя Фрога, она цѣпляется за его одежду)


Дама съ Лиліей. Аббатъ!.. Молитесь за васъ... Тамъ... тамъ умеръ сеньоръ... одинъ сеньоръ... Тамъ... Красная смерть...


(Въ голубомъ залѣ шумъ и звонъ оружія: принцъ, сеньоръ Педріо и стража идутъ съ обнаженными мечами въ желтый залъ, отсюда въ зеленый. Дама съ Лиліей бѣжитъ за ними; изъ голубого зала бѣгутъ поэты, музыканты, сеньоры Кардіо, Сильвіо, Рено, всѣ высокія дамы... За ними слуги. Принцъ, увидя Фрога, кричитъ)


Принцъ. Аббатъ Гуртадо!.. Успокойте Зоргетту!..


Всѣ скрываются въ зеленомъ залѣ. Изъ голубого появляется призракъ Красной смерти и медленно идетъ въ "Комнату Чернаго Молчанія". Тамъ онъ исчезаетъ. На сценѣ тихо, только часы удивительно громко отбиваютъ тяжелымъ маятникомъ и слышно, какъ гдѣ-то очень далеко кричатъ люди... Изъ перспективы залъ движется стража съ принцемъ и сеньорами, отыскивая Красную маску, звенитъ оружіемъ. Въ дверяхъ "Комнаты Чернаго Молчанія" появляется призракъ Красной смерти и неподвижно стоитъ со скрещенными на груди руками....Принцъ первый видитъ призракъ.


Принцъ. Онъ здѣсь!..


(Желтый залъ наполняется сеньорами и дамами; среди нихъ и пѣтухъ)


Сеньоръ Педріо (къ призраку). Сеньоръ! Именемъ его свѣтлости требую снять съ лица маску! (Призракъ неподвиженъ) Оставьте, сеньоръ, глупыя шутки!.. (Дамы боязливо прячутся за стражу, готовыя разбѣжаться каждый моментъ) Сеньоры и дамы! Успокойтесь!


(Пѣтухъ выбѣгаетъ впередъ, къ призраку, и свиститъ въ пѣтушью дудочку. Испугъ проходить, дамы нервно смѣются, подбадривая другъ друга)


Принцъ (поднявъ мечъ). Я тебя заставлю снять маску!..


Хочетъ ударить мечомъ, призракъ простираетъ руку, и принцъ падаетъ, словно пораженный молніей. Крикъ ужаса среди гостей, они бѣгутъ во всѣ стороны. Призракъ тихо сходитъ съ порога и медленно идетъ въ голубой залъ, и слѣдующій и тѣ, кто встрѣчается на его пути, падаютъ и корчатся въ судорогахъ. Изъ зеленаго зала Фрогъ тащитъ за ноги мертваго пѣтуха, изъ-подъ костюма котораго видна одежда аббата. Выбѣгаютъ сеньоры и дамы съ разныхъ сторонъ и, падая на колѣни передъ Фрогомъ, со слезами просять его.


Дамы. Аббатъ! Молитесь! Молитесь!.. Небо услышитъ васъ!

Фрогъ. Небо?.. (Старается стащить съ аббата костюмъ пѣтуха)

Дамы. Аббатъ! Аббатъ! Что вы дѣлаете! Молитесь, аббатъ...

Фрогъ (сдернувъ съ аббата костюмъ пѣтуха). Просите его!.. Вотъ онъ, вашъ защитникъ! (Дергаетъ аббата за ногу) Аббатъ! Молитесь! Окажите протекцію!..


Окружающіе въ ужасѣ смотрятъ на Фрога. Фрогъ сдергиваетъ съ себя верхнюю одежду и, оставшись въ балахонѣ полишинеля, неистово хохочетъ, потрясая въ рукѣ костюмъ аббата. Всѣ окружающіе въ паникѣ бѣгутъ и ползутъ отъ него, куда попало. Вдали слышатся крики и стоны умирающихъ. Фрогъ хохочетъ, и гулкое эхо повторяетъ его дикій хохотъ въ опустѣвшихъ залахъ)


Занавѣсъ.


Сборникъ Товарищества "Знаніе" за 1907 годъ. Книги пятнадцатая и шестнадцатая