# В водовороте революции

Федор Ильич Дан

"За два года". Сборникъ статей изъ "Искры". Часть первая.


## Въ водоворотѣ революціи. (3 февраля 1905 г. No 86.)


Говорятъ, наступило затишье... Говорятъ даже, что революція девятаго января окончилась неудачей, что теперь надо ждать другой, побѣдоносной революціи... Странное затишье... Странное пониманіе революціи.

Быстрое разложеніе и ломка верхушки правительственнаго механизма; отказъ принять депутацію рабочихъ вчера, фабрикація на заказъ подобія такой депутаціи сегодня; генералъ-губернаторъ и министерство ежовыхъ рукавицъ, смѣняющее министерство "довѣрія" и одновременно слухи о близкомъ созывѣ земскаго собора; обыскъ -- дѣйствительный или предполагаемый -- для характеристики господствующаго настроенія это почти безразлично -- у предсѣдателя комитета министровъ, и настойчивыя стремленія этого хитроумнаго Улисса бюрократіи возможно шире оповѣстить весь міръ о своей "невиновности" въ кровопролитіи 9 января; совѣщаніе министра финансовъ съ промышленниками, гдѣ ихъ, почти приставивъ ножъ къ горлу, "убѣждаютъ" сдѣлать рабочимъ тѣ ничтожныя уступки, которыя, по мнѣнію правительства, прольютъ цѣлительный бальзамъ на нанесенныя абсолютизмомъ кровавыя раны; административная скачка по дорогѣ къ "реформамъ", причемъ промышленники, которыхъ вчера силой гнали къ уступкамъ, сегодня призываются "ограждать" интересы рабочихъ въ вопросѣ о государственномъ страхованіи, а прелюбодѣю мысли Суворину и мракобѣсу Мещерскому вручается судьба свободы печати, при благосклонномъ участіи соглашающихся покрывать вою эту грязь своими именами генераловъ отъ либерализма -- Кони, Арсеньева и Стасюлевича. Вотъ неполная картина того шквала, который все переворачиваетъ въ правительственныхъ верхахъ. А внизу? Общественныя и сословныя учрежденія, все съ большей и большей настойчивостью и опредѣленностью заявляющія свои освободительныя требованія; публичное выраженіе симпатій жертвамъ девятаго января и негодованія убійцамъ; заявленіе московскихъ промышленниковъ; пресса, не смотря на висящій надъ ней дамокловъ мечъ бѣлаго террора, говорящая подчасъ такимъ языкомъ, какой не часто встрѣчался и въ разгарѣ министерской "весны"; солдаты, убивающіе офицеровъ, которые приказывали стрѣлять въ народъ; стачечная гражданская война, охватившая чуть не половину Россіи; и кровь, кровь, цѣлыми потоками проливаемая борющимся пролетаріатомъ...

И это -- затишье? Это -- неудачный конецъ революціи? Нѣтъ, это сама революція, не кончившаяся, а только начавшаяся, революція съ ея неизбѣжными омѣнами приливовъ и отливовъ, революція, проявляющаяся то въ мелкихъ партизанскихъ стычкахъ, то въ длительныхъ обходныхъ движеніяхъ, то въ прямой, фронтальной аттакѣ на врага. И только мысль, привыкшая скользить по поверхности, только мысль не умѣющая охватить весь колоссальный фактъ соціально-политическаго переворота, какимъ является революція, во всей его полнотѣ, и цѣпляющаяся за отдѣльные "блестящіе" эпизоды, только мысль сторонняго наблюдателя и диллетанта революціи можетъ продиктовать представленіе о какомъ то первомъ "настоящемъ" натискѣ пролетаріата, который будто бы еще только "предстоитъ".

Не къ "веснѣ", и не къ "теплому времени", и не къ какимъ инымъ орокамъ должна соціалдемократія "готовиться", а сейчасъ, немедленно должна вложить въ уже совершающуся революцію весь политическій и организаціонный капиталъ, накопленный ею. И только въ процессѣ непосредственнаго и всесторонняго участія въ революціи будетъ этотъ капиталъ затрачиваться производительно, будетъ возрастать съ головокружительною быстротою. Конечно, всѣ предположенія говорятъ за то, что -- и, быть можетъ, не разъ еще -- повторится генеральная битва по всему фронту между абсолютизмомъ и поднявшимся народомъ. Но смѣшно и нелѣпо пытаться заранѣе точно опредѣлить и назначить время этого сраженія въ зависимости отъ того, какъ начертили мы наши военные "планы". Исторія всегда умѣла опутать чертежи любого Архимеда, перехитрить самаго хитраго стратега и застать "врасплохъ" того, кто не готовъ былъ въ любую минуту грудью встрѣтить врага. Не пріурочивая свою дѣятельность ни къ какому опредѣленному "моменту", и не подчиняя ее всецѣло подготовкѣ опредѣленной формы "натнока", ооціалдемократія должна расположить свои силы такъ, чтобы быть всегда по возможности болѣе готовою и къ "натиску", и къ партизанскимъ стычкамъ, и въ затяжвымъ обходнымъ операціямъ.

И само собою разумѣется, что во всѣхъ "боевыхъ" эпизодахъ, революціонная по самому существу своему, соціалдемовратія должна стоять въ первыхъ рядахъ борющагося народа. Ооціалдемократія должна сдѣлать все, что въ ея силахъ, чтобы пролетаріатъ не оказался снова безоружнымъ и беззащитнымъ передъ лицомъ врага; она должна въ день кровавыхъ битвъ указать исходъ революціонному чувству народа, планомѣрно направлять боевую энергію массъ на самые слабые пункты вражескихъ укрѣпленій; своею бодростью, смѣлостью и отвагой она должна увлекать въ рѣшительное наступленіе поднявшуюся толпу. Но, становясь во главѣ народа, силой завоевывающаго себѣ свободу и дезорганизующаго ряды враговъ, ооціалдемократія съ тѣмъ большей настойчивостью и зоркостью должна имѣть въ виду главную цѣль свою -- охрану классовыхъ интересовъ пролетаріата, не только въ смыслѣ напоминанія ему великихъ конечныхъ цѣлей его, но и въ смыслѣ самостоятельности участія его въ освободительной борьбѣ сегодняшняго дня.

Пусть горячѣе течетъ кровь въ жилахъ, пусть чаще бьется охваченное гнѣвомъ и радостною надеждою сердце, пусть злобно сжимаются кулаки! Тотъ не революціонеръ, въ комъ не дрожатъ напряженно всѣ фибры души въ эти великіе историческіе дни. Но пусть не кружится голова! Тотъ не политическій дѣятель, тотъ -- не слуга пролетаріата, кто въ минуту высшаго душевнаго подъема теряетъ изъ виду ту путеводную звѣзду, которая яркимъ свѣтомъ свѣтила соціалдемократія на всемъ протяженіи ея пути, кто сбивается съ дороги именно тогда, когда пролетаріату нужнѣе всего его служба.

И сегодня, какъ и вчера, какъ и завтра, ооціалдемократія не можетъ оставить ни на минуту своей критической работы.

Опираясь на классовые интересы пролетаріата, выдвигая эти интересы на первый планъ во всѣхъ стадіяхъ революціонной борьбы, соціалдемократія будетъ тѣмъ самымъ мощно двигать впередъ самое революцію. И, конечно, въ этой работѣ ее не остановятъ лицемѣрные крики о "рекламѣ для своей фракціи", исходящіе со стороны тѣхъ, кого весь развертывающійся ходъ историческихъ ообытій бьетъ по лицу. Соціалдемократія -- не торговая фирма, не бойко торгующая лавочка, а великій историческій принципъ, освѣщающій всю совокупность современныхъ политическихъ, соціальныхъ и экономическихъ отношеній и дающій въ руки пролетаріата ключъ, который съ наименьшимъ трудомъ и наименьшими жертвами отворитъ ему завѣтныя двери, ведущія въ царство свободы. Если исторія "рекламируетъ" этотъ принципъ, мы съ глубокою радостью привѣтствуемъ эту "рекламу". Мы "воспользуемся" ею для того, чтобы еще и еще разъ указать пролетаріату на необходимость классовой организаціи, классовой политики, классовой самостоятельности и самодѣятельности.

Въ мрачную эпоху 80-хъ годовъ, послѣ крушенія надеждъ борцовъ Народной Воля, посреди всеобщей растерянности и отчаянія, возвысила свой голосъ руоская соціалдемократія, чтобы сказать, что нарождается, что народился уже классъ, которому суждено въ борьбѣ за свое освобожденіе оовободить всю страну отъ поэора деспотизма. Съ борьбой этого класса неразрывно связала соціалдемократія свое дѣло. Сквозь отрой ожесточенныхъ нападокъ, недовѣрія, криковъ объ "узости", "нетерпимости", "сектанствѣ" несла она красное знамя классовой борьбы пролетаріата, какъ единственный залогъ свободы. Поореди трусливаго ожиданія неожиданныхъ милостей сверху, она одна хранила вѣру въ революцію. Посреди метанія отъ одного чудодѣйственнаго средства борьбы въ другому, она одна хранила вѣру въ борьбу народныхъ массъ.

Въ рядѣ долгихъ, упорныхъ битвъ росло классовое сознаніе и закалялся революціонный духъ рабочаго класса. Жертва всѣхъ видовъ гнета и эксплуатаціи, пролетаріатъ гордо могъ заявить, что его классовыя требованія одни только не носятъ на себѣ печати классовой ограниченности, что, ставя себѣ конечною цѣлью освобожденіе всего человѣчества, онъ и въ каждомъ этапѣ своей борьбы несетъ свободу для всѣхъ. И въ день 9-го января передъ всѣмъ міромъ пролетаріатъ выступилъ, какъ передовой борецъ, несущій въ дѣло освобожденія не только свою физическую силу, но и свои демократическіе лозунги, передъ которыми отнынѣ безповоротно должны стушеваться тѣ робкія, предательскія рѣшенія вопроса о свободѣ, которыя старался продиктовать народу классовый эгоизмъ имущихъ.

Революція началась, и она будетъ совершаться во имя созыва Всенароднаго Учредительнаго Собранія, во имя демократіи. Послѣ 9-го января вопросъ о полномъ народовластіи изъ области тѣхъ "утопическихъ" мечтаній, которыя такъ охотно клеймятъ люди, принимающіе свою близорукость за трезвость мысли, вопросъ о народовластіи всталъ на очередь дня. И съ радостнымъ чувствомъ сѣятеля, послѣ долгой и упорной работы видящаго первые всходы своего посѣва, соціалдемократія можетъ смотрѣть на тотъ размахъ политической мысли, который обнаружили петербургскіе пролетаріи. Не изъ легальныхъ газетъ, не изъ земскихъ резолюцій, не изъ либеральныхъ рѣчей на банкетахъ вышелъ тотъ лозунгъ Всенароднаго Учредительнаго Собранія и всеобщаго, равнаго, прямого и тайнаго голосованія, который сдѣлало своимъ петербургское движеніе. Соціалдемократія одна { Этотъ лозунгъ выдвинутъ былъ еще женевскимъ "Соціалдемократомъ" по случаю голода 1891--1892 г.} несла его рабочему классу, и, не руководя петербургскимъ движеніемъ организаціонно, она въ значительной степени руководила имъ политически.

"Было бы въ высшей степени опасно, если бы мы, полагаясь на возможность для насъ непосредственнаго организаціоннаго руководства всей многомилліонной массой пролетаріата, не оцѣнили въ полной мѣрѣ первостепенной важности укрѣпленія элементовъ нашего политическаго руководства рабочимъ классомъ" -- писали мы 10 мѣсяцевъ тому назадъ {"Грядущій кризисъ", Искра No 63.} и можемъ еще съ большей силой повторить это теперь, когда рѣчь идетъ не о движеніи одного только пролетаріата, а о движеніи всенародномъ.

Не упуская изъ виду необходимости расширять свой организаціонный базисъ и даже настаивая на ней, мы все же такъ мало дорожимъ "рекламой" для своей фракціи, что открыто признаемся: движеніе стотысячныхъ массъ, хотя бы непосредственно руководимыхъ не нами, но несущихъ наши политическіе лозунги, для насъ несравненно цѣннѣе таинственныхъ операцій самыхъ ортодоксальныхъ "неуловимыхъ" кружковъ конспираторовъ. Потому что мы вѣримъ въ революціонность рабочихъ массъ и вѣримъ, что логика политическаго положенія толкнетъ, въ концѣ концовъ, эти массы и въ партійную организацію. И, наоборотъ, мы не вѣримъ въ сомнительно-ортодоксальную алхимію "штаба спѣвшихся и подготовленныхъ руководителей", который, опираясь на одно слѣпое "довѣріе" массы, приведетъ ее въ царство народной свободы.

Съ этой позиціи насъ, конечно, не столкнутъ тѣ революціонныя мухи-поденки, фантазія которыхъ тѣмъ необузданнѣе витаетъ въ области всевозможнаго прожектерства, чѣмъ менѣе связаны онѣ въ дѣйствительности съ революціонной партіей) съ революціоннымъ народомъ, съ революціоннымъ движеніемъ.

Оружіе! Захватъ государственнаго банка! Порча желѣзныхъ дорогъ!-- вотъ "едва ли не самые настоятельные вопросы теперь"" вопятъ картонные герои, для которыхъ одною формою "возстанія" исчерпываются всѣ проблемы, выдвигаемыя передъ соціалдемократіей русской революціей. Да, нужно оружіе, нужно при соотвѣтствующихъ обстоятельствахъ портить желѣзныя дороги, нужно захватывать государственный банкъ, и нужно даже вести просто "революціонную" агитацію, когда не можешь, или не умѣешь, вести агитаціи соціалдемократической. Но и съ оружіемъ и со всякими захватами лучше всего справляются тѣ, кто не такъ громко бряцаетъ саблей въ своемъ воображеніи, для кого и оружіе и возстаніе есть лишь необходимое средство для несравненно болѣе сложной и глубокой пѣли. Соціалдемократія будетъ усиленно работать и надъ разрѣшеніемъ техническихъ вопросовъ борьбы, но она будетъ помнить, что въ дни революціи, когда развязывается вѣковой узелъ общественно-политическихъ отношеній и рѣшаются будущія оудьбы страны, ьсамымъ настоятельнымъ" вопросомъ является для васъ вопросъ о политической позиціи рабочаго класса, и что только въ сваей съ этой политической работой могутъ быть дня соціалдемократіи разрѣшены и вопросы техническіе.

Не впадая въ уныніе и разочарованность въ дни затишья, не увлекаясь авантюрами въ дни общественнаго подъема и возбужденія, старалась идти соціалдемократія въ своей многолѣтней работѣ. Въ событіяхъ послѣдняго времени она слишкомъ ясно почувствовала свое духовное родотво и связь съ рабочей массой, слишкомъ наглядно увидѣла воплощеніе въ плоть и кровь своего дѣла, чтобы эти событія еще больше не укрѣпили соціалдемократію въ слѣдованіи по тому вѣрному пути, на который она стала. Какъ Антей, черпавшій свою силу отъ прикосновенія въ землѣ, росла и крѣпла партія каждый разъ, какъ могучій подъемъ пролетарской борьбы приводилъ ее въ соприкосновеніе съ мощными пластами рабочихъ массъ.

Можно ли сомнѣваться, что изъ всколыхнувшей милліонныя массы революціонной бури она выйдетъ окрѣпшей и усилившейся до неузнаваемости? Вѣдь, каждый день современной революціонной борьбы вливаетъ свѣжую кровь въ жилы соціалдемократіи. Уже теперь партія настолько чувствуетъ свою органическую связь съ пролетаріатомъ, что, вопреки мнѣнію тов. Парвуса, не отъ "такта" пары -- другой интеллигентовъ зависятъ ея судьбы. Прошло то время, когда партія могла распасться, не выдержавъ тѣхъ желѣзныхъ тисковъ, въ которые пыталась заковать ее бюрократическая фантазія революціонныхъ администраторовъ. Полтора года тяжелой борьбы и упорной работы не прошли даромъ. Широкіе кадры рабочихъ тѣсно, кровно связаны со своей партіей, и партія можетъ съ гордостью сказать всѣмъ, кто вздумалъ бы грозить ей "расколомъ": раскола быть уже не можетъ, можетъ быть только совершенно безразличное для партіи откалываніе отъ нея ничтожныхъ групзъ, ничего не дающихъ партіи, ничѣмъ не связанныхъ ни съ нею, ни съ дѣломъ рабочаго класса.

Революція началась. Революція ставитъ передъ нами колоссальныя политическія задачи, какія не стояли еще ни передъ одной партіей въ мірѣ. Соціалдемовратія, партія рабочаго класса, одна можетъ взять на себя бремя разрѣшенія этихъ задачъ. Силы дороги, ихъ нельзя расточать безплодно. Пусть же всѣ соціалдемократы, всѣ, кто чувствуетъ огромную отвѣтственность, налагаемую званіемъ выразителя пролетарокихъ интересовъ, пусть всѣ сплотятся для дружной, совмѣстной работы! Пусть коллективная мысль партіи неустанно работаетъ надъ рѣшеніемъ всѣхъ вопросовъ революціи, и пусть народныя массы на каждомъ шагу своей революціонной борьбы видятъ во главѣ себя, въ рядахъ своихъ соціалдемократа. Петербургскіе товарищи показали первый примѣръ: соціалдемократъ, неустанно агитирующій, соціалдемократъ, идущій въ первыхъ рядахъ народнаго шествія, соціаддемовратъ -- первымъ умирающій на баррикадѣ!

Вотъ путь, по которому соціалдемократія должна идти!


Ф. Данъ.