# Комедия без заглавия

Николай Александрович Добролюбов

Водевиль в одном действии.

Добролюбов Н. А.


Комедия без заглавия.


Водевиль в одном действии.


Действующие лица:

Андрей Герасимович Гипотский.

Варвара Павловна -- его жена.

Иван Павлович Саблин -- её брат, офицер.

Семен Флегонтович Скоморохов -- друг Гипотского, капитан.

Валериан Григорьевич Кумский -- молодой человек.

Филипп -- слуга Скомороховых.

Алексей -- слуга Гипотских.


Действие происходит в доме Гипотского в Петербурге.


Меблировка скромная, но с претензией на роскошь.


I.


Гипотский и Скоморохов.


Гипотский. Да, да, любезный друг, положение мое самое отчаянное!

Скоморохов. Вот уже полчаса, как я приехал, и уже устал, слушая твои возгласы о твоем отчаянном положении, а между тем никак не могу добиться, что у тебя за курьез такой.

Гипотский. Да чего тут добиваться! Вот я говорю, что я несчастнейший человек в мире.

Скоморохов. Да почему же, черт возьми!

Гипотский. Как почему? Как же ты назовешь человека, который ни днем, ни ночью не знает покоя?

Скоморохов. Отчего же ты не знаешь покоя, черт тебя возьми?

Гипотский. Вот оттого, что я беспрестанно томлюсь между любовью и ненавистью, между дружбой и недоверчивостью, между искренностью и коварством, между...

Скоморохов. Да скажешь ли ты, наконец, в чем дело?

Гипотский. Вот в том-то и дело, чтобы спасти мою жизнь.

Скоморохов. Терпение мое лопнуло! Прощай! (Берет в руки шляпу).

Гипотский (вырывая у него шляпу). Так ты мне не друг, так ты не хочешь спасти мою жизнь?

Скоморохов (не выпуская из рук шляпы). Говори скорее, в чем дело, а то я уйду.

Гипотский. А вот я прошу у тебя совета. Сделай милость, скажи, что мне теперь делать?

Скоморохов. Теперь тебе надобно скорее и безо всяких отступлений рассказать мне, в чем дело.

Гипотский. А вот в чем дело. Ведь ты знаешь, что я недавно уезжал отсюда

по делам...

Скоморохов. Ну, да обокрали, что ль, тебя?

Гипотский. Хуже.

Скоморохов. Приколотили вдобавок?

Гипотский. А вот еще хуже.

Скоморохов. Так что же случилось?

Гипотский. А вот что: как я уезжал...

Скоморохов. Тысячу раз говорил уж об этом, черт возьми! уезжал... уезжал...

Ну, уезжал, что ж дальше?

Гипотский. А вот что: как я уезжал, так на одной...

Скоморохов. Опять! Прощай! Не могу больше слушать. (Идет к двери).

Гипотский (останавливая его). Нет, погоди.

Скоморохов. Да говори же скорее.

Гипотский. А вот сейчас. Так вот я там на одной станции встретил молодого человека, разговорился с ним и наконец узнал, что он брат моей дражайшей супруги.

Скоморохов. Так неужели это тревожит тебя?

Гипотский. А вот погоди. Я его звал к себе в гости, он обещался. После того мы расстались как добрые приятели: он пошел в одну сторону, я в другую.

Скоморохов. Пошел? Как пошел?

Гипотский. Так, просто: ногами. Встал да и пошел.

Скоморохов. Да неужели он шел пешком?

Гипотский. Пошел, то есть к своему экипажу.

Скоморохов. А! Так бы и сказал. Ну, что уж дальше?

Гипотский. Представь же мое положение! Приезжаю домой и что же вижу: незнакомый человек сидит подле моей жены и очень нежно с нею разговаривает.

Скоморохов. Ну да что же? Не хочешь ли ты меня взять в секунданты? Я готов.

Гипотский. Помилуй, что ты! Помилуй! образумься, ведь этак я смогу убить своего шурина! (Про себя). Драться! Хорош парень! Когда я боюсь смотреть на дуло пистолета.

Скоморохов. Шурина. Как шурина? Разве этот молодой человек...

Гипотский. Брат моей дражайшей половины, чтоб ему ни дна ни покрышки.

Скоморохов. Ну, так о чем же ты беспокоишься? Неужели ты ревнуешь ее к брату?

Гипотский. Не то, совсем не то. А вот где беда-то! Братец-то, который со мной встретился, вовсе не походил на того, который со мной встретился.

Скоморохов. Ха-ха-ха! Как же это так?

Гипотский (вдруг вскочив со стула). Как? Ты смеешься над моим отчаянным положением. Тебя забавляет мое бедствие? Ты мне поплатишься за это! Я обратился к тебе как к другу, призвал тебя, чтоб ты посоветовал мне, а ты вот... о, Иуда!

Скоморохов. Не горячись! Не горячись! Я рассмеялся совсем не над тобою, а над твоим выражением. Ну, подумай-ка, что ты сказал.

Гипотский (опять садясь). О, я совсем схожу с ума, если уже не сошел, ну то есть я хотел сказать -- теперешний-то братец вовсе не похож на того, с которым я встретился на станции.

Скоморохов. Та-та-та! Теперь все как на ладони. Ну, давно бы так и сказал.

Гипотский. А вот видишь ли теперь, что мое положение...

Скоморохов. Погоди, в чем же теперь дело? Ты, стало быть, подозреваешь, что этот братец питает к твоей супруге немного небратскую любовь.

Гипотский. А вот так угадал.

Скоморохов. Погоди. Далее... Дело в том, что ты думаешь, что этот брат не брат, а просто...

Гипотский. А вот ты просто золотой человек! Угадал! Угадал! Все угадал.

Скоморохов. Только? Больше ничего?

Гипотский. Ровно ничего, но согласись, что...

Скоморохов. Так. Только не беспокойся, я все обделаю.

Гипотский. Друг ты мой! Орест! Пилад! А вот так утешил! (Бросается ему на шею).

Скоморохов. Погоди же, погоди! отстань! Ай, ты меня удушишь! (Высвобождается из объятий Гипотского).

Гипотский. Да ведь это от порыва братских чувств.

Скоморохов. Черт бы тебя взял и с твоими порывами братских чувств, а вот заботься-ко лучше, как остепенить порывы братских чувств этого братца, самозванца.

Гипотский. А вот ты ведь уж обещал мне...

Скоморохов (смеясь). А как бы ты меня задушил, кто бы стал...

Гипотский. Ну, перестань же, не сердись, друг мой! А вот моя Варенька всегда так ко мне ласкается...

Скоморохов. То-то и улетел рассудок-то твой за тридевять земель, в тридесятое царство. Признаюсь, от такой ласки сам Илья Муромец пошатнулся бы физически и морально! Ну, да что с тобой толковать-то, скорее к делу! Еще никто не знает здесь о моем приезде?

Гипотский. А вот еще пока никто, кроме моего Алексея, да он, если нужно, будет нем, как рыба, век словечка не вымолвит.

Скоморохов. Не нужно так много: день, много два нужно нам, чтоб возвратить себе прежнее спокойствие. Но кто-то идет. Уйдем отсюда.

Гипотский. Вот это они. Ух! Сердце обливается кровью.


Уходят.


II.


Варвара Павловна и Кумский.


Варвара Павловна. Право, очень выгодная выдумка.

Кумский. Разве вы, кузина, можете что-нибудь нехорошо выдумать?

Варвара Павловна. Если вы мне будете льстить, так я буду вам за то мстить.

Кумский. Вам никто не может льстить, прелестная кузина, потому что всякая похвала вам будет ниже действительности. Одна бесподобная выдумка назвать меня своим братцем дает вам право на уважение всего человечества.

Варвара Павловна. Да перестанете ли вы, шалун? Я, право, рассержусь.

Кумский. О нет. Вы не рассердитесь за справедливость! И я не перестану: я буду всякому встречному рассказывать об вашем превосходном уме. Что может быть лучше этого? Я сижу у вас во время отсутствия вашего мужа. Он меня не знает; я его в глаза не видал. Я сижу у вас: вдруг, откуда ни возьмись, приезжает ваш муж, которого мы ждали через две недели. Явная погибель ожидает вас и меня. Но вы, не теряя присутствия духа, бросаетесь ему на шею, душите его в ваших объятиях и, когда прошли первые порывы радости, которой, впрочем, я никогда не желал бы чувствовать, берете меня за руку и рекомендуете (как) вашего брата. Признаюсь, мне никогда не пришло бы в голову такое чудесное средство.

Варвара Павловна. Это произвел совсем не ум, а любовь.

Кумский. О, как я вам благодарен!

Варвара Павловна. Вы только рассыпаетесь в комплиментах, а не подумаете об деле.

Кумский. О каком же, прелестная сестрица?

Варвара Павловна. Ведь надобно же как-нибудь поддерживать эту мистификацию.

Кумский. Уж об этом потрудитесь похлопотать вы сами. (Про себя). Тут дело может кончиться пулей, а я ее боюсь, как черта.

Варвара Павловна. А вы уж будто мне и не поможете?

Кумский. Помилуйте, что же я могу выдумать? Вы с своим превосходным умом можете, кажется, и не прибегать к посторонней помощи. Впрочем, кажется, дело уже сделано; остается только пользоваться сделанным.

Варвара Павловна. Ах, какие вы! Да муж мой все подозревает: ну, если он вздумает потребовать доказательств! Что тогда?

Кумский. Тогда... Так я лучше поскорее уеду. (Про себя). Я найду красотку получше тебя.

Варвара Павловна. Ах, полноте!

Кумский. Ну, если ваш муж меня убьет разве...


III.


Те же и Гипотский.


Гипотский. Здравствуй, душечка, здравствуй!

Кумский и Варвара Павловна (вместе). Как ваше здоровье? Где это ты пропадал? Мы тебя уж искали, искали...

Гипотский. Слава Богу-с; покорнейше вас благодарю. (Жене). Я, душечка, да я, я, кажется, все дома был. (Про себя). Беда. Она знает все.

Варвара Павловна. Ты всегда дома, а поглядишь, так тебя и нет, (тихо) чему я, впрочем, очень рада.

Кумский (так же тихо). Кто же будет не рад отсутствию такого камчадала! (Вслух). Да. А нехорошо, что вы оставляете одну вашу прекрасную супругу, а мою сестру.

Вера Павловна. Как? Подозрение? Фи!..

Гипотский. Помилуйте, я совершенно уверен... А вот... Чу! там что-то зашумело. Должно быть, кто-нибудь приехал. (Уходит).


IV.


Варвара Павловна и Кумский.


Кумский. Кто бы это такой? Кажется, некому!

Варвара Павловна. Это, должно быть, Иван. Он давно обещается приехать к нам. Однако там что-то очень шумят. Пойду, посмотрю. (Уходит).


V.


Кумский один.


Кумский. Ах, как она мне надоела! Отвязаться бы от нее поскорее. Ведь, черт возьми, писала, что мужа не будет, я и приехал сдуру-то. А теперь того и гляди, что вызовет на поединок. Отказаться будет противно правилам чести, а он меня непременно убьет, потому что у меня при виде пистолета или обнаженной шпаги всегда ужасно дрожат руки. Впрочем, там, кажется, ругаются. Что это за сварливый гость такой приехал?


VI.


Кумский, Гипотский, Скоморохов (переодетый) и Варвара Павловна.


Варвара Павловна (с сердцем кричит). Помилуйте, это разбойничество, это денной грабеж! Знаете ли вы, милостивый государь, чему подвергаются за присвоение чужого имени?

Скоморохов (хладнокровно). Разве вы, сестрица, виновны в таком уголовном преступлении и боитесь меня? Не бойтесь -- я не пущу в огласку, если бы вы и в самом деле это сделали.

Кумский (про себя). Сестрица, что это значит? Ай! Ай!

Варвара Павловна. Не я, сударь, а вы бессовестно называетесь чужим именем.

Скоморохов. Я виноват, сударыня, столько же, сколько и вы, только наоборот. (Тихо Гипотскому). Что ж ты? Не принимай и ты меня, видишь -- подозревают.

Гипотский (притворно сердясь). Да, да, милостивый государь, а вот и я скажу, по какому это вы случаю сюда втерлись. А вот пьяны, что ли, вы?

Скоморохов (тихо). Прекрасно, продолжай. (Громко). Как? Я пьян? Вы меня бесчестите, милостивый государь, извольте справиться в моем полку. Всякий скажет, что трезвее меня нет ни одного офицера во всей дивизии.

Гипотский. Да вот вы, милостивый государь, вы... Вы приняли чужое имя. Что это за шутка?

Скоморохов. Я вас спрашиваю о том же, милостивый государь, что это за шутка. Пьяны, что ли, вы?

Гипотский. Милостивый государь, вы забываетесь, извольте идти вон.

Скоморохов. Сами вы, сударь, забываетесь или забываете. Не сами ли вы звали меня к себе три недели тому назад?

Гипотский (смешавшись). Да... я... вот я... я ничего не помню. (Тихо жене). Как быть-то, душка, ведь это он самый?

Варвара Павловна (громко). Врешь, это твое умничанье; ты рад поверить всякому встречному больше, нежели жене.

Скоморохов. Я -- встречный?! Так вот же вам доказательство. Помнишь, мы за чаем поменялись с тобой стаканами?

Гипотский.. А вот помню точно, только вот не помню, с тобой ли.

Скоморохов (подходит к окну и кричит). Филька!

Слышен голос: "Чего изволите, ваше благородие?"

Скоморохов (кричит в окно). Принеси из кибитки мой дорожный погребец. Живо! (Им). И я вам докажу, что я ваш братец и званый гость.

Варвара Павловна. Посмотрим ваши доказательства. (Тихо Кумскому). Что ж вы не вступаетесь за свои права? Это ваше дело.

Кумский (тихо Варваре Павловне). Да нет, я лучше уеду.

Варвара Павловна. Попробуйте-ка. Я прямо скажу, что вы волочились за мной в отсутствии мужа и что я показывала к вам вид благосклонности и удерживала вас для того, чтобы обличить вас и рассказать все мужу.

Кумский (про себя). Попался! От нее станется. (Ей тихо). Хорошо: я побранюсь немного.

Варвара Павловна. Не немного, а сильнее бранитесь.

Скоморохов. Вот и мой денщик.


VII.


Те же и Филипп (с погребцом в руках).


Филипп. Куда, ваше благородие, прикажете поставить?

Скоморохов. Вот сюда, на стол.

Филипп (ставит на стол погребец). А больше ничего не нужно, ваше благородие?

Скоморохов. Нет, ничего. Когда нужно будет, я позову.

Филипп. Слушаю, ваше благородие. (Уходит).


VIII.


Прежние, кроме Филиппа.


Скоморохов (вынимает из погребца стакан и показывает им). Вот видите ли, что это стакан точно такой же, как у вас?

Варвара Павловна. Это, точно, похоже на наши стаканы, однако же -- это могло быть случайно.

Скоморохов. Да у меня только один этакой-то.

Варвара Павловна (с смущением). Так вы... вы, может быть, вы... Купили нарочно такой стакан.

Скоморохов. Да кой черт скажет мне, какие у вас стаканы-то! Да вот на нем и ваш вензель, видите ли: А. Г. -- Андрей Гипотский.

Варвара Павловна (еще более смущенная.) В таком случае... я не знаю. (Тихо Кумскому).

Что вы стоите? Вступайтесь.

Кумский (громко). Теперь, милостивый государь, позвольте и мне попросить у вас удовлетворения за то, что вы осмелились принять мое имя.

Скоморохов. Я сам хотел сию минуту просить вас о том же.

Кумский (про себя). Беда моя! Убьет. (Ему). То есть в чем же, за что же, милостивый государь? Разве я вас задевал?

Скоморохов. О, милостивый государь, вы отняли у меня сестру, и я хочу, в свою очередь, опять ее у вас, отправивши вас в Елисейские поля.

Кумский. Как-с? В Васильевские поля-с?.. Разве на Васильевский остров-с?.. Я очень рад-с... (Тихо Варваре Павловне). Я не в силах больше: пощадите.

Варвара Павловна (тихо). Вижу, что вы олух. (Громко). Довольно, господа! Я в этом случае не верю никаким фальшивым именам, а верю чувствам своего сердца. (Кумскому). Вы, кузен, подайте мне руку. (Скоморохову). А вас, милостивый государь, прошу покорно вон.

Скоморохов (с притворным бешенством). Как? Меня вон? Меня? Меня вон? О, я задыхаюсь от злобы! (Тихо Гипотскому). Что ж? Она его приняла, прими и ты меня!

Варвара Павловна. Я думаю, вы задыхаетесь, что не удалось вам обмануть нас.

Гипотский (нетвердым голосом, но стараясь храбриться). Хорошо, милостивые государи и государыня. Вы?.. Я в этом случае своими глазами... Я верю собственноручному свидетельству моих глаз, что это мой почтеннейший шурин.

Мы на станции, я знаю,

Невзначай сошлись,

Приказали дать нам чаю,

Вместе напились,

А потом вот разболтались.

Я его спросил:

Вот куда, мол, отправлялись?

Он заговорил,

Что к сестре вот на побывку

Из полку идет,

А бутылочку наливки

Осушил вперед.

Вот потом... о, восхищенье!

О, наливка, о, кураж!

Мы нашли с ним объясненье.

Что родня он твой и наш.

Варвара Павловна. Не знаю, чьи чувства безошибочнее -- зятя или тестя? Что касается до меня, то я объявляю, что решительно не признаю своим братом этого пришлеца.

Гипотский. Я думаю... Однако ж...

Варвара Павловна. Никаких " однако ж". Пойдемте отсюда, братец!

Кумский. Пойдемте, милая сестрица.

Гипотский. А вот что касается до меня, то вот я признаю его, только его, своим зятем.

Варвара Павловна. Как вам угодно. (Уходит с Кумским).


IX.


Скоморохов и Гипотский.


Скоморохов. Ха-ха-ха-ха! Какая комедия! Право, это очень смешно! Ха-ха-ха!

Гипотский. А вот тебе смешно, а мне так не до смеху. Ведь мне теперь житья не будет.

Скоморохов. Полно! Полно! Даю палец на отсечение, что больше трех дней ни в каком случае не проживет здесь этот братец.

Гипотский. А вот, так ты подозреваешь, что...

Скоморохов. Даже совершенно уверен. Ты, я думаю, заметил, в каком он был смущении от моего неожиданного приезда и стакана, который я показал.

Гипотский. А вот точно... Ведь ты хорошо выдумал назваться ее братом. Хоть они теперь и не верят этому, да все-таки -- за стыд голова гинет, авось уедет.

Скоморохов. Непременно. Впрочем, я нашел в жене твоей достойного противника. Как она хитра и бесстыдна! Это удивительно!

Гипотский. А вот если это правда?

Скоморохов. Не может быть! Это будет какой-то гордиев узел.

Гипотский. Ох! Хоть бы поскорее распутать-то его! А то вот я тебе говорил, что я томлюсь между дружбой и ненавистью, между любовью и...

Скоморохов. Ну, начал... Пойдем-ко лучше выпьем да закусим. Уж, кажется, адмиральский час пробил. Это зальет наше горе.

И приятно и любезно

Русское вино.

Для здоровья мне полезно

И крепко оно.

Я люблю вино простое

Более всех вин;

И шампанское донское

Не сравнится с ним.

То хоть пенится игриво,

Да в нем толку нет,

В том и имя даже лживо,

Даже самый цвет

Об заклад готов я биться,

Что в Шампаньи всей

Винограду не родится

Сотой доли той,

Что в Европе выпивают

Тех шампанских вин;

Все за истину считают

Призрак лишь один.

То ли дело водка наша:

В ней забвенье бед.

Есть хоть вина ее краше,

Но здоровей нет.

Ну так выпьем поскорее

Водочки лихой,

С ней нам будет веселее,

Друг любезный мой.

Так-то-то. Что призадумался? А?

Гипотский (вздохнув). Так... Что-то взгрустнулось. Пойдем.


Уходят.


X.


Алексей (входит, держа в руках трубку и табак). Что бы это такое попритчилось? Кой черт, прости господи, их расстроил. Приехали два брата: одного барин не принимает, другого барыня из дому гонит. Черт, прости господи, их разберет. Барин-то, вишь, часа полтора держал другого братца у себя в кабинете. Насилу выпустил с сестрой-то повидаться. Что они там делали, черт их знает, прости господи. Только видно, что пакости, прости Господи. Вишь барыня-то словно какая бешеная, прости Господи, -- чуть было все глаза братцу-то не выдрала. Вот тебе, бабушка, и Юрьев день. А однако, пойти... Чай, дожидаются... Да вот и они сами...


XI.


Входит Кумский -- бледный, растрепанный.


Алексей. Вот-с, сударь, трубка-с.

Кумский. Не нужно... Убирайся к черту!

Алексей. Страшно-с... Боюсь-с...

Кумский. А оплеухи не боишься?

Алексей. Нет-с... Как не бояться-с... Мы люди подневольные-с... Да все-таки-с... И черта-то страшно-с...

Кумский. Пошел вон, говорят тебе, скотина!

Алексей. Слушаюсь. (Про себя). Экой медведь!


Уходит.


XII.


Кумский (один). Это ужасно! Это подло! Это низко! Заманить человека в западню! Грозить все рассказать мужу! Да я ее! Муж! Муж! Что мне муж! Я его подстрелю, как тетерева! Он не уйдет от меня! О, я на все готов в своем бешенстве! Сейчас же иду вызвать его на дуэль! Дуэль на смерть! Пистолеты в плоть... У меня не дрогнет рука! Я убью его! Убью себя! И, наконец, убью ее!


XIII.


Варвара Павловна (входит и слышит последние слова). Желала бы посмотреть, как вы убьете меня после своей смерти.

Кумский. А! Вы говорите, что моя смерть уже определена. Ваш муж уже все приготовил. Но не думайте убежать от моего мщения! Вы теперь в моих руках! Я вас убью, убью своими руками.

Варвара Павловна. Ах, как это неблагородно! Знаете ли, что все мои слова были просто испытание, каково вы меня любите! Ах! Теперь я вижу, что ваша любовь далеко уступает моей. Вы могли усомниться во мне.

Кумский. Вы, сударыня, так искусно обманывали своего мужа, что я имел полное право ожидать от вас того же и себе.

Варвара Павловна. Ах, неблагодарный! И вы могли, и ты мог сравнить себя с моим мужем! Разве ты не понимаешь, что ты для меня все... Что для тебя я готова пожертвовать жизнью? Вот мужчины!

О, вы не знаете, как сильно

Умеют женщины любить,

Как в их душе любовь обильна,

Как им любить псе то ж, что жить.

О, вы не знаете страданий,

Какие терпим мы тогда,

Когда предмет своих желаний

Из рук теряем навсегда!

Так знай же ты, па что решиться

Способна женская любовь:

Она в вражду уж превратится,

И я пролью твою здесь кровь.

Кумский. Да что это такое, сударыня? Вы хотите играть мною, что ль? Не на того напали. Мне уже надоело все это. Я нынче же уезжаю. (Уходит скоро).


XIV.


Варвара Павловна (одна). Вот мужчины. Люби их, ласкай, теряй для них спокойствие, подвергай опасности свое честное имя, а они? Они? О, это ужасно! Это тигры, это крокодилы! (Плачет). И они еще обвиняют нас! Да тут поневоле разлюбишь, после такого милого обхождения. И он еще напоминает мне неверность к мужу! А для кого все это? Не для него ли? Ах! (Плачет). Нет, нужно все рассказать мужу, нынче же. Ах, вот и он! Как я боюсь!


XV.


Входит Гипотский.


Гипотский (про себя). Слава Богу, она одна. (Ей, с иронией). А вот где же ваш милый братец, как вы его называете?

Варвара Павловна. (с смущением). Ах, я не знаю... Что мне до него за дело?

Гипотский (с радостью). Как? А, так вы вот наконец уверились...

Варвара Павловна (про себя). О Боже! (Ему). Я... Я говорю об том братце, который с вами.

Гипотский (печально). А! А вот я спрашивал о том, который с вами.

Варвара Павловна. А об нем я только хотела сейчас поговорить с вами.

Гипотский. Что же такое? (Про себя). Как она присмирела! Это странно! Дай-ка я буду строже! (Ей). Что же вы не говорите, сударыня?

Варвара Павловна (с живостью). Да я дожидаюсь, мой друг... Ты о нем-то думал, кажется.

Гипотский. (нежно). Кто это тебе сказал, друг мой? Я... Я и не думал об чем-нибудь думать. Ну, говорите.

Варвара Павловна. Точно, я было хотела...

Да, я тебе сказать хотела...

Гипотский

А вот скажи поскорей.

Bарвара Павловна

Но я сказать... начать не смела...

Гипотский

Не бойся. Будь вот посмелей!

Варвара Павловна

Но я не помню, я забыла...

Гипотский

Ну, завтра скажешь...

Варвара Павловна

(с живостью)

Нет, сейчас...

Гипотский

Так что ж? Скорей бы говорила.

Вот лучше все покончить враз.

Варвара Павловна

Но ты рассердишься... я знаю...

Гипотский

Нет, нет... Не бойся ничего!

Варвара Павловна

Нет, нет... Ужо уж после чаю...

Гипотский

А вот не знаю, для чего...

Варвара Павловна. Да как... я не знаю... я теперь так расстроена этими двумя братьями...

Гипотский (про себя, с радостью). А вот она, штука-то! (Ей). Что же такое?

Варвара Павловна. Да так... Я не могу понять... Впрочем, мне нужно идти... (Уходит).


XVI.


Гипотский, потом Кумский.


Гипотский. Вот что значит совесть-то неспокойна! Сейчас вот и присмирела! И я вот стал подобрее. Да, а вот я теперь приму ее в ежовые рукавицы.

Кумский (входит). Фу, черт возьми! Там она, тут он, а здесь этот! Право, нынче же уеду. Нет, черт возьми, ни за что не поеду в гости к хорошенькой женщине без ведома мужа. Право же, не поеду. А то еще, неровно, на дуэль вызовут, черт возьми!

Гипотский (про себя). Как он дико смотрит. Ну, вот так и хочет съесть. Это ужасно! Непременно вызовет. Беда! Убьет. Однако ж не надо показывать вида. Авось! Ведь на авось мужик репу сеял, да хороша уродилась. Смелей, господин Гипотский, смелей! (Кумскому). Что такое вы, милостивый государь, все... как бы вот это сказать... черкаетесь!

Кумский. А вам-то что за дело, милостивый государь?.. Я, кажется, не с вами говорю?

Гипотский (про себя). Ай, ай, как вот он ощетинился! (Кумскому). Да ведь, милостивый государь, я... Я ведь вам, кажется, прихожусь не чужим.

Кумский. Да, черт бы вас взял и с вашей-то родней! Вы меня не принимаете: так что же мне, кланяться, что ли, вам? Ведь я не из куска хлеба приехал к вам...

Гипотский (про себя). А про дуэль вот ни слова. Дай-ко вот я его пугну. (Ему). А вот вы, милостивый государь, того... что-то очень вот забываетесь. Ведь я вот того... Я вот в своем доме, я вот вас прикажу...

Кумский. Что? Что ты прикажешь? Говори, несчастный! Иначе я тебя убью.

Гипотский (про себя). Ах, вот беда! (Кумскому). Я то есть вот хотел вот сказать,

что не прикажу, а то есть попрошу вот вас замолчать.

Кумский. А, вы хотели сказать, чтобы я замолчал, -- это другое дело. (Про себя). А я было испугался: думал, что он примет вызов.

Гипотский. Так что ж вот вы, милостивый государь, -- ведь я вот... (Про себя). Черт знает, что... С пахвей сбился.


XVII.


Варвара Павловна (входит и, не примечая их, говорит). Ах, любовь к нему борется во мне с чувством стыда! Я, право, не знаю, что делать! (Увидев их). Ах, они тут! Не слыхали ли они? Нет... кажется, не слыхали... Или вы, кажется, помирились; мне это очень приятно.

Кумский. Да, помирились, как бы не так! (Тихо, Варваре Павловне). Препоручаю вам хлопотать за меня. (Громко). Нет, кузина, он все-таки мне не верит. Впрочем, я уйду. Переговорите между собой. (Уходит).


XVIII.


Гипотский. А вот скажи, пожалуйста, душенька, -- ужели он, в самом деле,

брат твой?

Варвара Павловна (про себя). Что мне ему сказать... (Ему). Ах, душенька, как же ты требуешь от меня, чтобы я узнала, брат ли это мой? Ты сам знаешь, что я уже шесть лет не видалась с ним.

Гипотский. Вот по крайней мере как ты думаешь.

Варвара Павловна. Я думаю, что это мой брат.

Гипотский. Отчего ж вот этот, а не тот?

Варвара Павловна. Да мой брат должен быть гораздо моложе того.

Гипотский. А вот мне кажется, что в армии-то можно и состариться. Одним порохом можно так обкуриться, что вот будешь совершенный арап. А этот молокосос-то, которого ты называешь своим братом, и шпаги-то носить не умеет и такой вот совершенный трус, каким вот не подобает быть честному офицеру.

Варвара Павловна (про себя). Ах, да -- он, точно, служит секретарем в какой-то

палате.

Гипотский (про себя). А вот я ее убедил, совершенно убедил. (Ей). А вот что же ты, душенька, не отвечаешь?

Варвара Павловна. Я не знаю, что это такое за чудо, что все навязываются ко мне в братья. (В полголоса). Явится ли же наконец настоящий мой брат?!


XIX.


Те же и Саблин.


Саблин входит при последних словах Варвары Павловны.


Саблин. Я здесь, прелестная сестрица, -- что вам угодно?

Я здесь; особою своей

К вам в гости из полка являюсь.

В передней я прибил людей

И вам насильно представляюсь.

Скажите, что за подлецы

Меня сюда к вам не пускали,

И что ж сказали мне глупцы?

Что много нас они видали,

Что двое здесь уже гостят,

Зовутся братьями твоими,

И что за дерзость отомстят

Мне оба шпагами своими.

Что тут у вас за кутерьма?

Я ничего не понимаю.

Иль все они сошли с ума,

Иль я родии своей не знаю.

Я оттолкнул их от себя

И с ног свалил, как надлежало.

Пошел сюда обнять тебя,

Дорогу сердце показало.

Дайте же мне обнять вас, мои любезные родственники. Здравствуйте, Андрей Герасимович! Здравствуй, сестра! Да что же вы стоите? Или и вы хотите меня выгнать? А?

Варвара Павловна. Я не знаю, что вы хотите сказать...

Саблин. Ты? Удивительно! А ты, кажется, очень хорошо понимала прежде не только слова, но даже и жесты своего любезного Валериньки? А? Ну, да то дело прошлое. Кто старое помянет, тому глаз вон. Здравствуйте! (Варвара Павловна отворачивается). Ну, вот ты и рассердилась.

Гипотский. Удивительная оказия! Три брата на одного! Штука!


XX.


Те же, Алексей, потом Филипп, вместе.


Алексей (вбегает). Где этот сумасшедший, прости Господи? Точно какой леший, прости господи, прибежал; никаких резонов не слушает, толкнул меня, инда мне небо с овчинку показалось, прости Господи. Батюшка барин! Прикажите, сударь, выгнать его, прости Господи. Еще смеет братом называться, да я его...

Филипп. Сего числа, ваше благородие, прибежал какой-то молодец, должно быть, он, ваше благородие, нарушил общественное благочиние, наделал гвалту, нанес обиду вашему слуге и мне; он то есть, ваше благородие, меня толкнул, да так толкнул, что я, ваше благородие, ударился головой об другую, то есть противоположную, стенку-с. Да, ваше благородие, мой господин, капитан Скоморохов, всего его шпагой исколет...

Варвара Павловна (про себя). Эдакой скот! Ну, теперь все пропало.

Гипотский. Да вот, перестанете ли вы кричать-то?

Алексей

(про себя)

Оно, конечно, наше дело,

Хоть бы холопское оно...

Однако я скажу всем смело,

Что тут уж больно мудрено.

Кажись, чего бы тут таиться.

Когда бы чисто было все.

Нет -- этак делать не годится:

Добра не выйдет никогда.

Мне ничего не вверил барин,

Зато лакей все рассказал.

Теперь я знаю, что за парень

Вот здесь-то с барином кричал.

Беда ведь это -- ездить, право,

С болтливым этаким слугой.

Лишь стоит выспросить лукаво,

Все разболтает парень мой.

Саблин. Как бы ни так. Разве я его не исколю?


XXI.


Скоморохов и Кумский.


Скоморохов. Что тут у вас за крик? Не еще ли братец приехал?

Кумский (про себя). И уехать-то спокойно не дадут.

Саблин. Ба, ба, ба!.. Валеринька Кумский! Какими судьбами? Здравствуй, брат... Сколько лет, сколько зим!

Гипотский. Кумский! Прежняя любовь моей жены! Вот тебе и раз!

Варвара Павловна. Ах, беда! Лучше во всем признаться...

Кумский. Ах, это вы... я очень рад вас видеть... я здесь по делам.

Саблин. Ну да, по делам; я вижу, что не по пустякам: ваш брат не ездит попусту, (тихо) а особенно к молодым женщинам.

Кумский (тихо). Пощадите!

Саблин. Хорошо. (Про себя). Впрочем, тут выйдет славная штука! Помолчу до времени.

Скоморохов. Объясните мне, пожалуйста, что это значит? Я ничего не понимаю.

Гипотский. Да чего вот тут объяснять! Один-то, уж наверное, приехал с преступными намерениями; он еще и прежде любил мою жену...

Кумский (Саблину). Защитите, по старой дружбе...

Скоморохов. Так дай-ко я выгоню из него любовь-то. (Кумскому). Милостивый государь! Вы бесстыдно воспользовались чужим именем и в отсутствие мужа...

Саблин (перебивая Скоморохова). А вы, милостивый государь, сами не то же ли делали? Вы по какому праву назвались чужим именем?

Скоморохов. Я имел побуждения гораздо благоприятнейшие, нежели этот господин.

Саблин. Сделайте милость, покажите мне эти причины. (Тихо Варваре Павловне). Я не могу защищать.

Варвара Павловна. Сделайте милость.

Скоморохов. Мне поручил это человек, который имеет право.

Саблин. Уж не над моим ли именем? (Тихо Варваре Павловне). Я исполню твою просьбу, но поклянись мне, что никогда более не увидишь Кумского.

Варвара Павловна (тихо Саблину). Клянусь.

Скоморохов. Я еще не имею чести знать вашего имени.

Саблин. Оно: Иван Павлович Саблин.

Скоморохов. Вы уже третий называетесь этим именем.

Саблин. Это мое настоящее имя.

Скоморохов. Докажите.

Саблин. Ах боже мой, да чего тут доказывать? Ведь я не диссертацию пишу, точно ли мое имя Саблин. Сестра н зять признают -- и довольно.

Скоморохов. Так вы его признаёте братом?

Варвара Павловна. Да, признаём.

Гипотский. А вот признаём, решительно признаём.

Скоморохов. Чудак! А не говорит. В таком случае я прошу у вас извинения, Иван Павлович.

Кумский. Слава Богу! Кажется, кончено.

Скоморохов. А вас я опять-таки спрошу, почему вы присвоили себе чужое имя?

Кумский (про себя). Опять-таки! Этакой дьявол! (Громко). Я, милостивый государь, имею те же причины, какие и вы.

Скоморохов. Какие же? Разве и вам кто-нибудь поручил это?

Кумский (тихо Саблину). Сделайте милость, помогите.

Саблин. Да, и ему также было поручено. Я вам расскажу это:

На бале встретился я с ним,

О старине заговорился;

Я говорил с ним, как с родным,

И об сестре осведомился.

Он ничего об ней не знал,

Над прежней страстью я смеялся,

Но видеть он ее желал

И в этом мне тогда признался,

Я, смеху ради, предложил

Под видом брата к ней пробраться,

Снести поклон ей поручил

И именем моим назваться.

Он случаю был очень рад --

Мое исполнил порученье.

Сюда приехал он как брат

И моего ждал возвращенья.

Видите ли теперь, что он имел право присвоить себе чужое имя.

Скоморохов. Теперь все ясно, все понимаю и прошу у вас всех извинения. (Гипотскому). Так что же ты жаловался?

Гипотский. Да вот, почем же я знал, что дело-то такого роду?

Саблин (Варваре Павловне и Кумскому, тихо). Каково отделал?

Варвара Павловна. О, благодарю, благодарю вас!

Кумский. Вы мой спаситель!

Саблин. Только сейчас же уезжайте отсюда.

Кумский. Непременно.

Гипотский. Ну, господа, дело вот кончилось весьма приятным образом; теперь все вы можете гостить здесь, сколько вам угодно.

Кумский. Нет уж, меня увольте, Андрей Герасимович.

Гипотский. Почему? Разве вот вам здесь скучно?

Кумский. Совсем не то. Мне здесь очень приятно, но у меня есть много дел, не терпящих отлагательства.

Гипотский. Нет уж, вот как хотите, а останьтесь.

Кумский. Очень бы рад, но это решительно невозможно, и я сейчас же еду.

Гипотский. Ну, не смею больше удерживать.

Варвара Павловна. Наконец у меня нашелся один настоящий брат, а то было три вдруг.

Саблин. Да, только те были братья по расчету.

Гипотский. Впрочем, мне не очень-то нравились эти братья по расчету, не знаю, как публике.

Помилуй, ныне все родня,

Когда в тебе нужду имеют;

Раз было дело у меня:

У нас дела решать умеют;

Тотчас вот справки навели

И приговор определили,

Мне подписать вот поднесли,

Но вот меня не убедили.

Тогда, поверишь ли, со мной

В родство просители вступили, --

Тот брат, тот внук, тот дядя мой;

Ну, совершенно с ног вот сбили.

Когда же дело я решил,

И от родства все отказались,

И он, быть может, поступил,

Как те вот люди поступали.

Ты на родство вот не гляди:

Нас обмануть совсем не трудно;

Назвался братом -- и поди:

Изобличить его вот трудно.


Конец.


1849 г.


Впервые -- ГИХЛ, VI, стр. 587--601. Печатается по автографу ИРЛИ.

Источник текста:

Добролюбов Н. А. Собрание сочинений в 9-и томах. Т. 8. М.-Л. "Художественная литература", 1964 г. С. 99 - 100, 312 -- 327, 637, 643 - 644.