# Добронравов Л. М.: биографическая справка

Леонид Михайлович Добронравов

ДОБРОНРАВОВ Леонид Михайлович [псевд. Л. Фонич; 5(17).7. 1887, Кишинёв --25.5.1926, Париж], прозаик, драматург, публицист. Сын губ. секр., в 1897 ставшего священником. Учился в Пе-терб. духовной сем. (1901--07), на юридич. ф-тах Юрьев. (1907--08) и Петерб. (1908--12) ун-тов. Через отца был связан "с духовенством, и притом высшим: архиереи, митрополиты, синодские чиновники, Победоносцев, Саблер в литургии познания его были огромны, бывал он по монастырям и в кельях, и в архиерейских покоях" (Ремизов, с. 259). Печататься начал в 1909 в ж. "Рус. паломник": "ист. справка" "Царь и патриарх" (No 7) и рассказ "В поисках правды вечной" (No 45). Очерки и рассказы Д. печатались в ж. "Ист. вест.", "Светоч" (1911), "Солнце России" (1912--16), "Волны" (1913), "Отечество", "Вершины" (1914--15), "Нива" (1916) и др., статьи (с 1914) -- в газ. "Бирж, вед.", "День", "Речь".

Кратковрем. лит. известность принес Д. его ром. "Новая бурса" ("Заветы", 1913, No 6--10; отд. изд.-- СПб., 1913), написанный по собств. восп. о семинарии с юношеской болью от кричащей дисгармонии между идеалом правосл. святости и реальным обликом священников и "бурсаков". Публикация романа (как и "Бурсы" И. Г. Шадрина), совпавшая с 50-летием со дня смерти Н. Г. Помяловского, дала критикам повод для ист.-социологич. сопоставлений его с "Очерками бурсы" последнего. Обычно, как, напр., В. П. Кранихфельдом (СМ, 1914, No 2), подчеркивалась -- при неизменности пед. системы -- выросшая за полвека степень "сознательности" семинаристов, хотя И. Н. Игнатов писал о "болезненно, неправильно, уродливо" развитом у них чувстве личного достоинства и отказывался решать, "к лучшему или худшему изменилась психика рус. человека" (РВед, 1913, 5 окт.), а Л. Ф. Пантелеев полагал, что картина, рисуемая Д., далеко превосходит "безотрадностью" то, что "поведал Помяловский" ("Речь", 1913, 6 окт.; см. также: А. К. -- СевЗ, 1914, No 5). Стилистически нейтральный (если не считать продиктованной мат-лом, "домашней" любовью к Н. С. Лескову и в общем поверхностной опоры на "бурсацкую" лексику), роман почти не рассматривался с худож. т. зр., что, видимо, смутило Д. и вызвало кризис его писательства.

В 1920 он вспоминал: "писалось легко, но легкость эта не удовлетворяла", недоставало "простоты", отвечающей "божеств, происхождению" слова -- носителя истины. В 1914 он по совету Р. В. Иванова-Разумника познакомился с А. М. Ремизовым, и этой встречей ("три часа дали мне столько, сколько я не мог получить... за три года") датировал начало "сознат. своей лит. работы". В ученичестве у Ремизова он усматривал определяющий признак "молодой группы "Заветов"" (Е. И. Замятин, M. M. Пришвин и др.), к ней причислял и себя, хотя тяготел скорее к манере И. А. Бунина, к-рого, наряду с Ремизовым, считал лучшим стилистом своего времени (см.: "Бессарабия", Кишинев, 1920, 25 июня).

С 1914 Д. становится своим в лит.-худож. кругах Петербурга: певец-любитель, он приятельствует с Ф. И. Шаляпиным (см. очерк Д. о нем: "Ты царь -- живи один!" -- "Аргус", 1916, No 4), в 1915 входит в лит. к-т при т-ре Л. Б. Яворской, бывает у В. В. Розанова и Ф. Сологуба, среди его знакомых -- Л. Н. Андреев, А. С. Балагин, А. А. Измайлов и др. Потрясенный началом 1-й мировой войны, Д. вскоре осознает ее в качестве ист. кануна: "Два года войны многое изменили до неузнаваемости ... породили новые слова, новые отношения и, кажется иногда, создали совсем новых людей" (СМ, 1916, No 9, ч. 2, с. 129). В пов. "Действительный статский советник" ("Совр.", 1915, No 2, 3, 5) одинаково терпят духовное крушение и крупный петерб. чиновник, и его сын, правдоискатель и бунтарь. Поиск нравств. и религ. "оправдания" войны с т. зр. будущего [внутр. тема рассказов Д. в ж. "Голос жизни" (1915)] обусловил его сближение с 3. Н. Гиппиус [см. его восп. о ней: "Бессарабия", 1920, 24, 26 авг.] и участие в петрогр. Религ.-филос. об-ве, где он выступал, по словам возражавшего ему А. В. Карташёва, с позиций "абсолютной бесцерковности" и "псевдохрист. индивидуализма" (см.: Карташёв, с. 12). Рассказы Д. в его сб. "Горький цвет" (П., 1915) резко заострены против правосл. духовенства, однако, как точно заметил М. Левидов, "чувство гнева чуждо ему, чувство, делающее старое новым" ("Летопись", 1915, декабрь, No 1, с. 389; см. также рецензии А. Дермана: РВед, 1916, 27 янв.; "Рус. зап.", 1916, No 3). Тогда же Д. писал большой роман из студенч. жизни (не сохр.; см. его письма Д. Бедному и А. Г. Горнфельду -- ЦГАЛИ, ф. 377, оп. 1, No 57; ф. 155, оп. 1, No 304). Его духовно напряженное состояние чувствуется в цикле "Провинциальных очерков" (СМ, 1916, No 9--12; 1917, No 1, 7--9; рец.: Не-Буква <И. М. Василевский> -- ЖЖ, 1916, No 44), написанных гл. обр. по мат-лам уездной и губ. прессы (в No 11 неск. страниц вымараны цензурой).

Февр. революцию 1917 Д. принял с энтузиазмом (см. его яркие "записки" о рев. Петрограде -- СМ, 1917, No 2--3: статьи в "Аргусе", 1917, No 6--7, в т.ч. "А. Ф. Керенский"), приветствовал возможность церк. реформ ("Церковь и республика", П., 1917; ст. "Церковь и гос-во" -- СМ, 1917, No 7--9). Как страстный патриот, к тому же чуждый парт, политике, он, сочувствуя плехановцам, все более непримиримо выступал в газ. "Единство" (1917, 1 апр. ... 6 июля) против пораженч. агитации большевиков, двусмысленной полит, линии Исполкома Петрогр. совета (см.: "Известия", 1917, 13 июля), безответственной, на его взгляд, "пробольшевист." позиции М. Горького (к-рый впоследствии, сообщая С. Н. Сергееву-Ценскому о смерти Д., назвал его "человеком бесталанным и неумным" -- Горький, XXX, 20; см. также: Архив Горького, XIV, 429), А. Н. Бенуа и др. В июле Д. совм. с Г. А. Алексинским выпустил два номера еженед. "Без лишних слов", к-рые целиком поев, поддержке кампании Врем, правительства по обвинению В. И. Ленина и др. большевиков в "измене". Резолюция ЦК с.-д. орг-ции "Единство" признала несовместимым участие Д. в еженед. и газ. "Единство" (см.: "Единство", 1917, 10 авг.) и с июля он в ней не печатался. В сентябре -- октябре входил в состав участников предполагавшейся газ. "Час" под ред. Б. В. Савинкова.

Гл. лит. замыслом последних 10 лет жизни Д. был его ром. "Черноризец", начатый, вероятно, в 1915. Насколько позволяют судить фрагмент, опубл. в сб. "В год войны. Артист солдату" (П., 1915), и восп. Ремизова, в романе Д. предполагал на широком фоне рус. церковности ("архиереи, митрополиты, мантии, митры, золото, драгоценные камни, лампады, колокола" -- Ремизов, с. 261) как-то разрешить мучит, личную тему своего отношения к церкви. Уезжая во время Гражд. войны в Кишинёв, он оставил рукопись в Петрограде, и она пропала. В Кишинёве он сотрудничал в газ. "Бессарабия" (рассказы, ром. "Побежденные" [отд. изд.-- Кишинёв, 1921], путевые заметки, восп., театр, рец.), написал драму "Товарищ Потяев" и комедии "Маркиза", "Проказница", "Последний сеанс" (все -- Кишинёв, 1921), к-рые ставились в местных т-рах, писал по-румынски в газетах Бухареста. В 1924, переехав в Париж (где заведовал лит. отд. в газ. "Родная земля"), взялся за роман заново и (вспоминал Ремизов) "когда-то в "Заветах" приходил читать. Называлось "Князь века", не "Черноризец". Тогда Добронравову было тридцать лет и у него был хороший голос -- баритон, а теперь под сорок, и голос пропал. Я слушал, но поправлять не мог -- в сорок не переделываются... Там был "Черноризец", теперь "Князь века" -- "беллетристика" -- очень "красиво"-- какие эпитеты, образы!" (Ремизов, с. 262). Опубл. "Князь века" не был.

Д. умер от скоротечной чахотки, в нищете; похороны оплатило румын, пр-во.


Изд.: [Рассказы]. Из лит. наследия. Публ. З. Трифунович.-- "Нов. журнал", Н.-Й., 1988, No 172--73.

Лит.: Блок. Зап. кн. (ук.); Карташев А. В., Реформа, реформация и исполнение церкви, П., 1916; Ипполит Удушьев (Иванов-Разумник Р. В.), Взгляд и нечто.-- В кн.: Совр. лит-ра, Л., 1925, с. 155; Пильский П., Л. Добронравов.-- В его кн.: Затуманившийся мир, Рига, 1929; Ремизов А. М., "Заветы".-- В его кн.: Встречи, Париж, 1981; Ровесник "серебряного века". ("Записки" Б. А. Садовского). Публ. С. В. Шумихина.-- В кн.: ВсП, в. 6, М., 1988, с. 130. + Некрологи, 1926: ПН, 28 мая; "Возрождение", Париж, 28 мая; "Дни", Париж, 28 мая; "Руль", Берлин, 30 мая; "Сегодня вечером", Рига, 31 мая. Альм, и сб-ки (1,2); Фостер.

Архивы: ИРЛИ, ф. 256, оп. 1, No 82; Р. III, оп. 2, No 1621 (письма А. М. Ремизову и др.); ГПБ, ф. 124, No 1521, 1522 (письма А. М. Ремизову и Э. П. Юргенсону), ф. 814, No 51 (письма Д. В. Философову); ЦГА Молд. ССР, ф. 792, оп. 1, No 10; ЦГИАЛ, ф. 14, оп. 3, д. 52 900 [студенч. дело; справка Н. Г. Жуковой].


К. М. Поливанов, А. В. Чанцев.


Русские писатели. 1800--1917. Биографический словарь. Том 1. М., "Советская энциклопедия", 1989