# Золотой кубок

Петр Акимович Драгоманов

## ЗОЛОТОЙ КУБОКЪ.


Пикардская легенда.


(Изъ Mercure des Salons.)


Въ Пикардіи жилъ-былъ когда-то добрый рыцарь, по имени Гюгъ де Гамашъ.

Гюгъ возвращался изъ Палестины, гдѣ пробылъ онъ пять лѣтъ, подвизаясь противъ Магомета и Термагана, оставивъ на произволъ судьбы жену, дѣтей и вассаловъ; но это въ сіе время было обязанностію каждаго порядочнаго человѣка.

Одинъ, быстро мчался онъ на своемъ конѣ, желая поскорѣе прибыть къ родному пепелищу. Наступившая ночь застигла его при въѣздѣ въ лѣсъ Антильскій.

Объ этомъ лѣсѣ носилась недобрая молва: говорили, что въ немъ обитали люди, съ которыми не всякому охота знакомиться, и что сатана не разъ уже проказилъ въ немъ; но Гюгъ или не думалъ., или не слишкомъ заботился о томъ.

Едва рыцарь проѣхалъ шаговъ сто по лѣсу, какъ вдругъ сквозь стоны вѣтра, шумѣвшаго въ вѣтвяхъ деревъ, услыхалъ прелестные звуки гармонической музыки. Онъ подъѣхалъ ближе; огни горятъ изъ за древесныхъ чащь, и звуки скрыпки и рожка сливаются съ чьими-то веселыми голосами.

Гюгъ вошелъ въ прогалину лѣса, тотчасъ открывшуюся передъ нимъ, и взорамъ его представились въ нѣсколькихъ шагахъ возвышающіяся башни замка. Блескъ ста факеловъ украшалъ цвѣтныя стекла оконъ; пѣсни и шумный хохотъ отзывались въ ушахъ рыцаря.

Гюгу захотѣлось ѣсть, да и пора было; притомъ же странствующіе рыцари того времени ѣли и пили, какъ вообще всѣ люди, и славное общество рыцарей еще далеко было отъ того вѣка перерожденія, когда послѣдній изъ нихъ, Донъ-Кихотъ Ламанхскій, питался воздухомъ и водою Гвадіаны.

"Да здѣсь я, кажется, не видалъ прежде замка; правда и то, что въ пять лѣтъ много воды уйдетъ!" -- подумалъ Гюгъ -- и затрубилъ въ рожокъ.

"Ба, ба! кто еще ночью къ намъ жалуетъ? Войдите, войдите, господинъ; здѣсь очень рады гостямъ, въ которыхъ, правду сказать, и нѣтъ недостатка."

Тотчасъ подъемный мостъ опустился и черный карликъ ввелъ рыцаря въ залу пиршества.

Общество было многочисленно. Много было Бароновъ, въ плащахъ, блестящихъ златомъ; много дѣвъ съ очаровательными взорами; -- на первомъ мѣстѣ за столомъ сидѣла дама чудесной красоты и близь нея стоялъ порожній стулъ.

Никогда еще столь пышный ужинъ не поражалъ взоровъ рыцаря; объ одномъ только онъ призадумался: не смотря на то, что тогда была пятница, передъ нимъ стояли на столѣ множество Фазановъ, куропатокъ, павлиновъ съ прекрасными хвостами, свиньихъ головъ, хребтовъ дикихъ козъ; но ни одного блюда не было постнаго.

"Милости просимъ, рыцарь," сказала прекрасная дама ласковымъ голосомъ, "мы васъ ожидали!" -- и указала ему рукой на порожній стулъ, стоявшій возлѣ нее.

Сиръ Гамашъ повиновался, и вѣжливо поблагодаривъ за дѣлаемый ему пріемъ, расположился читать свое bénédicité.

Не знаемъ, что было тогда на умѣ у прекрасной дамы; но брови ея ужасно сморщились, черныя зѣницы помутились и бросали пламенныя искры.

Однако жъ она скоро оправилась и сказала Гюгу "Рыцарь! прежде нежели начнете ужинать, я увѣрена, что вы не откажете выпить за мое здоровье изъ этаго кубка?"

Она поднесла ему золотой кубокъ, драгоцѣнной и рѣдкой работы.

Выпуклая рѣзьба испещряла всю окружность кубка; фигуры представляли адское празднество тѣхъ демоновъ съ козлиными ногами, которымъ покланялись языческіе рыцари Рима и Греціи.

Гюгъ замѣтилъ взоръ дамы: холодный потъ разлился по всѣмъ его членамъ; но онъ, укрѣпясь всею твердостію духа, одною рукою взялъ кубокъ, а другою сдѣлалъ большое знаменіе креста.

Рыканія, свистъ, ужасный визгъ, раздались въ то же мгновеніе: замокъ, со всѣми гостями своими, исчезъ, и Сиръ Гюгъ очутился близь пустой прогалины лѣса, съ золотымъ кубкомъ въ рукѣ. Множество блудящихъ огней, перепрыгивая, вылетѣло изъ лѣса.

Сиръ Гюгъ съ умиленіемъ возблагодарилъ Небо, избавившее душу его отъ погибели; въ ту же ночь пошелъ къ Настоятелю Францискановъ Сен-Квентенской обители и вручилъ ему страшный золотой кубокъ, для употребленія онаго на богоугодныя дѣла. Желаніе его было выполнено -- и золотой кубокъ быль столь полезенъ православію, что долго послѣ того служилъ добрымъ пастырямъ предметомъ разговоровъ въ ихъ назидательныхъ бесѣдахъ.


П. Др--въ.


"Гирлянда", No 4, 1831