# Духоборы

А А Родионов

Из книги "СССР - Канада. Записки последнего советского посла"

Алексей Родионов


## ДУХОБОРЫ


Из кн.: А. А. Родионов. СССР - Канада. Записки последнего советского посла. Под ред. Б. А. Кроткова. М., "Алгоритм", 2007.

Оригинал здесь: http://www.krotov.info/lib_sec/17_r/rod/ionov.htm.


Провинция Британская Колумбия расположена на западе, на берегах Тихого океана. По природным условиям она не однородна, ибо рассечена горными хребтами; в ней можно встретить самые разнообразные климатические условия. Тихий океан приносит теплые течения и создает мягкий морской климат. В этом благодатном климате расположен город-порт Ванкувер с нежарким лотом и теплой зимой. Во внутренних районах, окруженных горами, климат континентальный. На севере провинции, например, в Смит-Ривере -- суровый.

Столицей провинции является Виктория. Там сосредоточены правительственные учреждения. Виктория принадлежит к числу наиболее самобытных городов Северной Америки. Здесь проживает много пенсионеров. Их привлекает приятный климат, обилие солнечных дней, неторопливый образ жизни. Есть неплохой театр, художественная галерея, музей. Рядом с городом расположился ботанический сад с цветами и деревьями различных климатических поясов земного шара.

Британская Колумбия богата полезными ископаемыми, а по валовой продукции является одной из ведущих в Канаде. Экономика провинции быстро развивается. Важное место в ней занимает горнодобывающая промышленность. Здесь добывается 10% природного газа, треть каменного угля, 90% молибдена, 30% свинца; добываются также медь, цинк, нефть, серебро, золото. Британская Колумбия богата кедровыми и хвойными лесами. Древесина ценных пород экспортируется в США.

Важной отраслью экономики Британской Колумбии является туризм. В 1986 году в Ванкувере проходила международная выставка "Экспо-86" и наша страна была ее участницей. В Ванкувере находится штаб-квартира советско-канадского акционерного общества "ЭМЕК-трейдинг", реализующего советские турбины для ГЭС.

В Британскую Колумбию я приехал, чтобы встретиться с русскими духоборами. Они живут в Гранд Форксе, на самом западе Канады, на приграничных с США землях.

Духоборы или духоборцы, как они себя называют, -- русская христианская община (секта), возникшая во второй половине XVII века. Уже к концу XVII века общины духоборов существовали в Тамбовской, Воронежской и Харьковской губерниях, в землях Войска Донского.

Считая себя борцами "за дух", духоборы отрицали обрядность православной церкви и ее догмы ("Иже духом Богу служим"). Мировоззрение духоборов изложено в устной "животной книге". Одним из основных догматов своей веры духоборы провозгласили принцип "не убий", что послужило для них основанием к отказу от несения воинской повинности.

Второе направление -- воспитание любви к земле предков, сохранение русскости. В 1898 году около 7400 духоборов были выдворены царским правительством из России за протест против насилия власти и за оппозицию официальной церкви.

В настоящее время духоборы проживают в основном в двух канадских провинциях -- Британской Колумбии и Саскачеване. Район их наибольшей концентрации города Гранд Форкс и Бриллиант и их окрестности.

Духоборы в Канаде -- это уникальное явление в истории человеческих судеб.

Вместе с ними я провел несколько дней, знакомясь с жизнью общины, ее руководителями, духоборческими традициями, обычаями, посещая богослужения, слупил песни духоборцев.

Когда я встретился с русскими канадцами, увидел их в работе, побывал в духоборческих домах, на меня произвели неотразимое впечатление их трудолюбие, сердечность, любезность, бережное хранение русского языка и культуры.

Первая встреча произошла в доме Веригина -- почетного председателя "Союза духовных общин Христа". Иван Иванович и его жена Лукерья Петровна пригласили меня на завтрак. Я прибыл к ним рано утром, еще не было восьми. Кроме хозяев, меня тепло встречали Илья Попов, Дмитрий Колесников, другие члены исполкома "Союза духовных общин Христа" и их жены. Я сразу оказался в кругу гостеприимных, добрых, приветливых людей. Встреча произвела на меня глубокое, волнующее впечатление. Я любовался красотой и уютом дома, где все напоминало об их родине -- России: портреты Л. Н. Толстого, других русских писателей, картины русских художников -- Шишкина, Сурикова. Я обратил внимание на столик, на котором лежали книги русских классиков, советских писателей на русском языке, а рядом стоял книжный шкаф с библиотекой. Неподалеку висело зеркало, окаймленное полотенцем с русскими кружевами.

Стол, за которым мы завтракали, был уставлен прекрасными русскими блюдами: блинами, пирогами, ватрушками, вареньем, салатами. Духоборы -- вегетарианцы.

Я сижу по правую руку Ивана Ивановича. Он -- среднего роста, тогда ему было 64 года. Одет в темно-коричневую косоворотку, подпоясан светлым, серебристого тона пояском. Лицо чистое, свежее, немного загорелое, глаза излучали доброту. Говорил он спокойно, ровно, грамотным русским языком. Никакого пустословия. В его беседе иногда встречались слова, которые в нашей разговорной речи теперь встречаются не часто: "дюже", "ужо", "давеча". Рассказывал о прошлом, что пришлось пережить, о том, как они живут сейчас, о проблемах, волнующих духоборов, в частности, о возможном их переселении на постоянное местожительство на свою Родину -- в СССР. В его словах я чувствовал врожденную одаренность и интеллигентность, широкие интересы и отклик на всемирные проблемы.

С глубоким уважением смотрел я на женщин. Духоборческие женщины всегда стояли и стоят сегодня не позади, а вместе, в один ряд с мужчинами, разделяя с ними все трудности и радости. И если есть сегодня духоборские дети, духоборческие традиции, духоборческое пение, красота, философия -- то это потому, что есть духоборческие женщины.

Социальной базой секты были однодворцы и казачество, т. е. те слои населения, для которых были характерны осознание собственной значимости и дух вольности. Утверждая, что в каждом человеке в памяти, разуме и воле присутствует Святая Троица, духоборческое учение высоко подняло личность человека, поставив его рядом с Богом. Убийство человека духоборцы рассматривали как посягательство на самого Бога. Духоборцы отвергали церковь, кресты и иконы, не признавали посредничество священников между Богом и людьми. Они считали, что государственные законы нужны только тем, кто еще не пошел по правильному пути. На основании этого властями секта считалась "особо вредной" и всегда преследовалась.

Название "духоборец" говорило само за себя. Главное оружие человека в борьбе со злом, насилием, несправедливостью и другими античеловеческими явлениями -- есть человеческий дух, его вера в божескую силу и стремление жить по законам Божьим: без войн и убийств. То есть человек может и должен все спорные проблемы решать на основе разума, а не силы.

Именно эти убеждения и привели духоборцев к тому, что 29 июня 1895 года, в День святых апостолов Петра и Павла, они в знак протеста против войн и насилия собрали все имеющееся у них оружие и публично сожгли на костре. Произошло это на территории Грузии, где они тогда жили.

Конечно, сам этот факт не мог иметь решающего влияния на происходящие войны и убийства, но духоборы этим примером убедительно показали, что, уничтожив все оружие, можно хоть что-то сделать для предотвращения войн. Наиболее убедительно об этом сказал один из участников сожжения оружия: "Вот мы и решили уничтожить его, чтобы наше оружие и другим людям не послужило во зло".

Одновременно с этим актом протеста сотни духоборцев, находящихся в армии, в знак протеста против войны отказались от оружия. Одним из первых, кто публично сделал это, был Матвей Лебедев, который служил в резервном батальоне в Елизаветполе. В день Святой Пасхи он заявил: "Воистину Христос Воскрес, и отныне мы слуги Христа, а не человеков".

Только высокомужественные, обладающие высокой духовной стойкостью люди могли совершить такие действия. Правительство сурово расправилось с участниками тех событий. Их сажали в тюрьмы, истязали, морили голодом, начались массовые ссылки в Сибирь.

Очень тяжело переживал страдания духоборов Л. Н. Толстой. Он обвинил правительство в их уничтожении.

Настойчивые действия великого писателя в защиту духоборов, неоднократные обращения к царю заставили правительство дать согласие духоборам переселиться за границу. Однако Лев Николаевич добивался не этого. Он не одобрял решение духоборов покинуть родину, убеждал их не уезжать из России. Но духоборцы не изменили своего решения, и он принимает активное участие в вопросах переселения, изыскивая на это прежде всего финансовые средства. Л. Н. Толстой передал и пользу духоборов гонорар за роман "Воскресение". Поступили пожертвования от некоторых представителей русской либеральной буржуазии. По просьбе писателя английские квакеры создали специальный переселенческий фонд.

Писатель обратился в британское консульство в Батуми и просил передать в Лондон, что духоборы являются хорошими земледельцами, прилежными тружениками и вполне подходят для целей освоения пустынных земель канадского запада.

В мае 1898 года духоборам было разрешено выселиться за границу. Шестого августа 1898 года из Батуми вышел французский пароход "Дюро", увозя на Кипр первую партию духоборов. Но несколько позднее было решено иммигрировать не на Кипр, а в Канаду. В 1899 году последовало несколько пароходных рейсов с высадкой духоборов на территории Канады.

Первая группа духоборов прибыла в Канаду в январе 1899 года на пароходе "Лейк Гурон". Вскоре последовала вторая группа на пароходе "Лейк Супериор". В апреле -- мае того же года оба этих парохода совершили еще по одному рейсу из Батума в Канаду. Путь из Грузии в Северную Америку продолжался тридцать два дня и был трудным. Об этом писал в своих дневниках помощник Л. Н. Толстого Л. А. Суллержицкий, который сопровождал русских духоборов в Канаду.

Людей, как писал Суллержицкий, мучила жестокая, продолжительная качка, которая приносила немало бед. Многие еще до переселения истощенные люди, страдая долю морской болезнью, приходили в крайне печальное состояние. В особенности жалкий вид имели женщины. Они подолгу ничего не ели. На них было страшно смотреть. Лица бледные, худые, с глубоко впавшими глазами, под которыми чернели синяки, костлявые руки с посиневшими ногтями, лоб в испарине от частой рвоты. Были дни, когда доктор буквально метался от одного больного к другому. Число больных росло с каждым днем. Госпиталь всегда был полон.

Л. А. Суллержицкий пишет: "Восьмого января вечером мы похоронили еще одну жертву сурового океана. Это уже девятый смертельный случай. Похороны были мрачные. Так плывем мы дни и ночи в этом хаосе, среди двух разъяренных стихий, не унимающихся, неумолимых, обрушивающихся на наш несчастный пароход, который под тяжелыми ударами свирепого океана, как раненое животное, беспрерывно трещит и стонет во всех своих скреплениях. Уныние начинает овладевать всеми нами.

Днем, когда пароход взлетает на вершину вала, где он, точно раздумывая, дрожа, останавливается на несколько мгновений, мы видим бесконечную пустыню, покрытую рядами пенящихся валов.

А каждый гребень -- новый исполинский удар в расшатанную, израненную грудь старого парохода. А сколько их еще за горизонтом! И мы чувствуем себя затерянными, заброшенными среди этой страшной пустыни. А ночью на нас строго и неумолимо глядит черное небо, усеянное крупными, испуганно мигающими звездами".

Двенадцатого января 1899 года в четыре часа дня пароход встал на якорь в морской гавани Галифакса. Среди громоздящихся по всему берегу высоких многоэтажных зданий торчали угрюмые заводские трубы. Из них тянулись черные полосы тяжелого дыма. С берега доносились звуки живущей земли, был слышен неясный, волнующий шум и рокот большого, многолюдного города. Мелькая белым дымком между зданиями, быстро бежал маленький, точно игрушечный поезд. Раздавались то и дело солидные гудки океанских пароходов и, шныряя между ними, весело повизгивали рабочие катера. Люди, стоящие на палубе, испытующе присматривались к городу. Кто-то сказал: "Посмотрим, как-то вы тут живете?" Другой, умиленно улыбаясь, произносит: "Вот она, Канадия!" Вопросительно глядели на землю женщины, точно спрашивая ее, что ждет здесь их детей, мужей, их самих. В глубоком молчании стоит толпа, напряженно, вдумчиво приглядываясь к новой земле, которую они так долго и жадно ждали. Океан со всеми страхами уже забыт, как тяжелый сон.

Впереди новая земля, новая жизнь и -- кто знает -- может быть, и новые страдания...

Когда 15 января 1899 года пароход пришвартовался к пристани, началась выгрузка. К пристани были поданы поезда. Багаж тут же погружался в товарные вагоны и отправлялся особым поездом.

Канадцы плотной стеной стояли по обеим сторонам дороги от парохода до вагонов. Когда на трапе появился первый духобор -- толпой овладел неистовый восторг. Всю дорогу до самого поезда ему махали руками, шапками, кричали на все голоса -- так довольны были его сильной фигурой, чистой одеждой, легкостью, с какой он нес свою тяжелую кладь, и чистым лицом -- без бороды, которую канадцы считали за признак варварства. "О, это человек! -- выделялись голоса. -- Блестящая фигура! Про этого не скажешь ничего плохого! Если они все таковы, то никогда еще таких эмигрантов Канада не видела". Смутившийся, не ожидавший ничего подобного, духоборец кланялся на все стороны с серьезным лицом, приговаривая: "Спаси, Господи!" и, должно быть, обрадовался немало, когда, наконец, попал в вагон с кожаными сиденьями и бронзовыми ручками, где его заботливо усаживал чиновник от железнодорожной компании.

За первым духоборцем пошел второй, третий -- появление каждого встречалось новым взрывом приветствий.

Но вот по трапу спустилась женщина-духоборка тоже с тюком на спине и с двумя ребятишками. Последние спокойно шли, солидно поглядывая из-под своих картузов на бушующую толпу. Тут возбуждение толпы дошло до какого-то экстаза. Поднялся сплошной шум, в котором уже ничего нельзя было разобрать. Даже толстый полисмен, вспоминал Суллержицкий, этот классический образец невозмутимости, при виде такой картины попробовал улыбнуться и раздвинул свои налитые щеки, туго стянутые ремешком каски.

При входе в пакгауз стояло несколько откупоренных бочек, наполненных мешочками с конфетами. Это дамы из Монреаля приготовили для раздачи духоборческим детям и девушкам. Нарядно одетые дамы стояли тут же, они подзывали детей к бочкам и выдавали им эти подарки. Старики, очень довольные приемом, все же неодобрительно косились на бочки. "Конечно, за прием спасибо; ну, только это совсем лишнее... К чему она -- эта конфета? Пустое дело. Мы к этому не приучены. Жаль, сколько денег потрачено. Ну, а все же спаси их, Господи! Радостно, дюже радостно...! Когда так принимают, стало быть, именно желают за братиев нас почитать".

2134 человека были разделены на пять поездов, которые отправлялись один за другим в расстоянии часа или двух. До весны все духоборцы размещались в иммиграционных домах города Виннипега (главный центр иммиграции) и других близлежащих городах.

Канадское правительство отводило приезжавшим духоборам землю на необжитых местах. Начались неимоверно тяжелые работы: раскорчевка леса, строительство жилья. Первую зиму духоборы голодали. Мужчины вынуждены были уходить на заработки в различные компании. Оставались одни женщины. Они вместо лошадей впрягались в плуги и поднимали целину. В конце концов, трудности были преодолены: были построены дома, амбары, бани, распахана земля, появились посевы.

В Канаде духоборы селились селами, как и в России, землю обрабатывали сообща, как это делали на родине. Однако это противоречило канадским законам. Земля в Канаде выдавалась в частную собственность отдельным лицам, а не коллективам. Правительство потребовало разделить землю на участки, по семьям. Это был первый серьезный конфликт между духоборами и канадским правительством.

Но, несмотря на все сложности, с которыми сталкивались русские переселенцы, в целом их жизнь и жизнь детей складывалась благоприятно. Хотя и сейчас в Канаде -- стране, фундаментом которой является частная собственность, а духоборцы стремятся к "коммунальному" образу жизни, -- встают преграды почти непреодолимые.

Тем не менее, духоборцы приложили немало усилий для сохранения своего мировоззрения, коммунального образа жизни. Им это в какой-то степени удалось.

В 1934 году канадским правительством была утверждена декларация духоборцев, в которой отображены их идеалы и условия проживания духоборцев в Канаде.

В целях сохранения единства и своего образа жизни в Канаде духоборцами была создана в 1938 году организация, которая получила название "Союз духовных общин Христа".

Сейчас духоборов в Канаде 30 тыс. человек. Основная их масса занимается сельским хозяйством и работает в лесной промышленности. Это опытные фермеры, столяры, плотники, строители. Союз и значительная часть его членов являются владельцами земельных участков. На общественные средства духоборцами построены и активно функционируют два крупных современных культурных центра, музеи духоборческой культуры, работает кооперативный магазин.

Духоборцы гордятся традиционными народными промыслами, сохранившимися здесь во всей своей красоте и неповторимости -- женщины прядут, ткут платки, расшивая их русскими узорами, мужчины занимаются резьбой по дереву, и знаменитые деревянные ложки с фирменным клеймом "Николай Денисов" пользуются большой популярностью на канадском рынке.

...По окончании завтрака, в десять часов, Иван Иванович пригласил меня в Культурный центр на богослужение.

Мы вышли из дома и остановились на минуту, ожидая машину. Перед нашим взором открылась совсем русская картина. Высокая ветвистая береза, ей, наверное, было много-много лет. Поодаль росли такие же деревья, но по возрасту моложе. Две цветочные клумбы, обложенные красным кирпичом, ухоженные. На одной из них я увидел розы, на другой -- гладиолусы. Кое-где мелькали ромашки. Мы стояли молча, вдыхая свежий, ароматный воздух. К подъезду подошла машина, за рулем которой сидела женщина. Она вышла из машины, и только тогда я узнал, что это была Лукерья Петровна. Она была также любезна и приветлива. Но в ней я увидел уже больше не русскую, а скорее всего канадскую женщину. Аккуратно одетая в светлого тона модным костюм, без головного убора, с аккуратной прической. Хоть она и не была молодой по возрасту, но в ней чувствовалась энергия. Она пригласила меня сесть на заднее сиденье, мужа посадила рядом с собой и повела машину по заданному маршруту.

Но пути я думал о той разнице в Лукерье Петровне, которая только что сидела за столом в белом платочке, а сейчас так уверенно управляет машиной. А ответ на это состоял в том, что время идет, духоборцы стремится жить так, чтобы быть в согласии с ходом событиями окружающего мира и одновременно сохранять коренные духовные ценности и убеждения, а также культурное наследие.

Мы прибыли в красивое здание современной архитектуры. Здесь собрались празднично одетые духоборы -- мужчины и женщины. На женщинах были шелковые платки белого цвета. Уже все было готово к началу богослужения. Мужчины стояли по одну сторону просторного светлого зала, женщины -- по другую. На некоторое время установилась таинственная тишина. Мужчины стояли неподвижно с наклоненной головой, со сложенными на груди руками. У женщин, стоящих напротив, белели на головах платочки, которые они придерживали в сложенных под грудью руках. Торжественное молчание перед началом молитвы казалось исполненным особого таинственного смысла. Каждый участвующий в богослужении был поглощен одной мыслью о душе, о Боге. В тишине, не нарушаемой ни одним вздохом, невозможно было шевельнуться, чтобы не нарушить глубокого созерцательного настроения. Духоборцы отрывались от всего земного, материального, и жили одним духом.

Осторожно всколыхнув воцарившийся покой, мягко пронеслись первые гармоничные звуки псалма -- такие нежные и задушевные, что трудно было понять, откуда они исходят. Казалось, само настроение приняло такую форму, чтобы еще сильнее овладеть душами людей.

Все громче и громче, все шире разрастался псалом, волнуя, захватывая людей. Уверившись в своей силе, он несется уже могучим, широким потоком, наполняя собой все существо человека. Псалом говорит о суете земного счастья, о том, что вся жизнь есть страдание, и зовет туда, где нет желаний и царит вечный разум и любовь. Порою могучие взмахи псалма становились грозными -- тогда он говорил об ужасах греха и наказания, о том, что долго не может человек пребывать на такой высоте духа, -- псалом широким вздохом, точно страдая о своем конце, заканчивался. Присутствующие слабо вздохнули и зашевелились. Теперь, переводя на более понятный язык то, что молчаливо переживалось во время пения, женский голос читает один из прекрасных духоборческих псалмов. Когда он замолк, кто-то из среды мужчин прочел другой псалом. Потом опять запел хор, и духоборцы приступили к последней части моления. Оно являлось наглядным исполнением всего высказанного в псалмах о том, что тело человека есть храм божий, в котором пребывает его дух, и что поэтому любовь и уважение к личности человека составляют лучшее средство служения Богу.

При пении псалма из толпы выходил один из духоборцев и, подойдя к кому-нибудь другому, подавал ему руку и оба кланялись друг другу три раза. Поцеловавшись, каждый из них шел к следующему, пока все не обойдут друг друга. Обойдя всех присутствующих, духоборец поворачивался к женщинам и кланялся им в пояс, на что все женщины отвечали тем же. Так же поступали и женщины. Каждая из них, обойдя женщин, кланялась мужчинам, а те ей отвечали. Когда это было окончено, псалом стихал. Мужчины и женщины кланялись друг другу в ноги со словами: "Богу нашему слава!" Моление на этом закончилось.

Иван Иванович Веригин во время богослужения находился рядом со мной. Он давал пояснения по ходу часовой церемонии, говорил, что духоборы отвергают церковные таинства, обряды, святых угодников. По их учению, иконы -- это творение человеческих рук, в них ничего нет святого, они извращают истину веры, потому что требуют поклонения мертвым изображениям. Вместо поклонения иконам духоборы провозгласили поклонение духу Христа, обитающему в каждом человеке.

Религиозное изречение о Святой Троице они истолковывают по-своему: Бог Отец у духоборов -- Память, Бог Сын у духоборов -- Ум, Бог Дух Святой -- Воля. Память, ум и воля -- все это значительно ближе к жизни, человеку. От него я многое услышал о происхождении псалмов. Значительная их часть была составлена самими же духоборцами в течение последних двухсот или трехсот лет, как, например: "Жили мы были...", "Духоборец тот...", "Будь благочестив..." и вопросно-ответные псалмы: "Что вы за люди...", "Почему вы называетесь духоборами...". Другие псалмы являются пересказом евангельского учения Христа, например: "Речит Христос ученикам своим...", "Узрев много народа...". Некоторые псалмы, взятые из Библии и Евангелия, перешли к духоборцам от дальних христианских подвижников и мучеников, начиная с апостольских времен.

Знаток музыки, проведший среди духоборцев два лета, Кеннет Пикок в своей книге "Сонгс оф Дукхоборс" пишет: "Псалмы касаются всей духоборческой жизни. Они наставляют детей духоборческой вере... дают сове ты молодежи... с псалмами совершаются обряды бракосочетания и погребения. Но более чем все это псалмы служат связью между современной культурой и далеким прошлым. Какие бы добавления ни делались к ценностям духоборческой традиции -- а их много, -- все же псалмы остаются в корне духоборческой мистики. Чувствуется, что псалмопение настолько основано для духоборческого пути жизни, что его утрата глубоко и болезненно отразится на всей духоборческой культуре. И, когда искусство псалмопения умрет, тогда умрет и духоборчество в его первобытном смысле..."

"Псалмы предсказывают грядущее, напоминают разуму о прошедшем, дают уставы для жизни, наставляют на добрые дела; и вообще являются хранилищем добрых наставлений, усердно подавая каждому то, что ему полезно. Псалмы исцеляют старые душевные раны, а новораненной душе дают немедленное облегчение, помогают болезнующим и охраняют здравствующих, они полностью излечивают болезни, какие бы они ни были, которые нападают на душу в человеческой жизни -- и все это посредством своевременного убеждения, которое вдохновляет на благородное размышление..."

В своем "Изложении миросозерцания духоборцев" историк В. Д. Бонч-Бруевич, касаясь псалмопения, говорит: "Мотивы напевов особенно отчетливо отливают настроение души коллектива, общины, народа; они впитывают в себя всю сладость и горечь, все надежды и очарования жизни коллектива, стремящейся в дальнюю горнюю высь лучшего будущего. Заунывные, рыдающие звуки духоборческих псалмов, вовлекающие постепенно все голоса, переходящие от небольшой группы первоначального хора, все ширясь и ширясь на всех поющих, на всех стоящих и взывающих, потрясающе действуют на вашу душу, отвлекают внимание от повседневности и невольно уносят вас вместе со всеми в созерцание жизни прошлой, в глубокое чувствование горя и тоски настоящей жизни..."

Духоборцы поют псалмы очень медленным, протяжным напевом, в котором с большой силой и красочностью выражаются всевозможные душевные настроения: торжественность, грусть, печаль, радость, моление, хваление. Этот напев передавался устно, на слух из поколения в поколение на протяжении сотен лет и имеет свое начало в глубокой древности. Существует предание, что напев духоборческого псалмопения берет свое начало от первых христиан. Предание это опирается на слова псалма: "Трубы громогласны позлащены красно от Иоанна Богослова, друга -- брата Христова..."

Духоборы любят песню, она глубоко вошла в их души. Слушать их -- одно удовольствие. Поют они не для публики, а для себя. Так самозабвенно, наверное, пели в старых русских деревнях женщины во время длинных "прядильных" вечеров. Много песен, которые повествуют о душевных переживаниях, рассказывают о событиях в земной жизни духоборов. Значительная часть этих песен является старинными и, насколько можно определить, некоторые из них были сочинены двести или более лет тому назад, как, например: "Уж вы горы, али мои горы...", "Орлицей я летала...", "Ой да, как далече...", "Как нельзя узнать предела...", "Удалюсь я в пустыню..." и другие.

Песни передаются устно из поколения в поколение. Духоборцы отрицают музыкальные инструменты и ноты. Они считают, что живое пение глубже и искреннее выражает чувства и душу человека.

Очень распространены у духоборцев русские песни: "Глухой неведомой тайгою", "Есть на Волге утес", "По диким степям Забайкалья". С уважением они относятся к старым революционным песням: "Вы жертвою пали", "Замучен тяжелой неволей", "Отречемся от старого мира".

С большой любовью духоборы поют советские песни: "Ой, цветет калина", "Подмосковные вечера", "Летите, голуби, летите" и многие другие.

Включены в репертуар духоборов классические песни русских поэтов, как "Вечерний звон", "Слети к нам тихий вечер", "Выхожу один я на дорогу", которые издавна поют духоборцы. Песня -- душа духоборов. Они работают и отдыхают с песней.

В РЕДАКЦИИ ЖУРНАЛА "ИСКРА"

Запомнилась мне встреча с главным редактором духоборческого журнала "Искра" Ильей Алексеевичем Поповым. Редакция размещалась в нижнем этаже небольшого административного коттеджа в двух небольших комнатах. Здесь все выглядело миниатюрно: несколько письменных столов, на которых лежали газеты, литература, поступившие письма читателей. За одним из столов -- молодая девушка на пишущей машинке заканчивала статью в очередной номер журнала. Вместе с редактором журнала здесь всего три журналиста. "Искра" у духоборцев популярна. У нее большой актив внештатных корреспондентов. Она выходит тиражом 1 тыс. экз.

Илья Алексеевич -- личность у духоборов известная и популярная. Он писатель, родился в 1921 году в фермерской семье в Саскатуне. Его отец был одним из ветеранов духоборческого движения в России, за что ссылался царским правительством в Сибирь, где пробыл в заключении 7 лет. В Канаду прибыл в 1905 году.

Илья Алексеевич невысокого роста, худой, волос на голове оставалось мало, энергичный. К людям относится доброжелательно, к нему идут по любому вопросу, и никто не остается без ответа. Попов принимает активное участие в симпозиумах, конференциях, "круглых столах" по самым сложным международным вопросам. О нем говорят, как о человеке наиболее последовательном и преданном духоборческим идеям. В его семье -- сын и дочь, пять внуков. В семье разговаривают только на русском языке. Самые младшие -- внучка и внук -- были посланы на обучение в Россию в школу Ясной Поляны.

Илья Алексеевич -- член правления "Союза духовных общин Христа". Ему поручается самое сложное и ответственное: поездки в Оттаву для встреч с министрами. Илье Алексеевичу приходилось бывать и в Москве.

Работая в Канаде, я регулярно получал и читал "Искру". Большинство материалов журнала касалось жизни духоборов, но печатались статьи о Советском Союзе, а также рассказы и стихи местных авторов. Вот одно из таких стихотворений:

Ты встань, проснись, ослепленный,

Взгляни, мой друг, вокруг себя.

Подай во тьму свой голос сильный,

Ведь все зависит от тебя.

Не дай разрушить всю природу,

Давайте жизнью дорожить,

Бороться с рабством, за свободу,

В любви и мире дружно жить.

Не падай духом -- нас так много,

Растем, все больше -- будь смелей!

Борись за правду, мир и дружбу,

Борись за счастье всех людей.

Мой друг, рассей свои сомнения,

Крепи смелей борцов ряды.

Возвысь свой голос против смерти --

Конец безжалостной войне!

Не правда ли -- и в художественном отношении на высоте, и по содержанию очень актуально? Особо трогают строчки:

Не дай разрушить всю природу,

Давайте жизнью дорожить,

Попов дает мне в руки еще одно письмо. Пишет Владимир Дмитриевич Бонч-Бруевич, которому принадлежит большая роль в судьбе духоборов. Его сочувствие, моральная, материальная поддержка вдохновляли духоборов. Владимир Дмитриевич оказывал им большую помощь в переезде в Канаду, бывал у них в Гранд Форксе.

"Многоуважаемый Илья Алексеевич, я получил Ваше письмо как раз во время моего отпуска, и вот теперь, вернувшись из него, отвечаю Вам.

Меня очень интересует, каким образом Вы составляете журнал "Искра", редактором которого Вы являетесь. Получаете ли Вы материалы из других мест и, в частности, из нашей страны. Мне кажется, что чем больше Вам будут присылать материалов, тем живее будет Ваш журнал. Пожалуйста, не забывайте мне присылать его. Сейчас меня интересует, напечатали ли Вы в "Искре" Стокгольмское воззвание, которое призывает к миру во всем мире. Меня также интересует, как относятся к этому воззванию штундисты, молокане и т. п. (люди, которые давным-давно переселились в США и Канаду).

Как было бы хорошо, если бы Ваш отец записал все его воспоминания о всей его жизни. Вы уже имеете от него автобиографическую рукопись, а также и других несколько записей об отказе от воинской повинности других старичков-духоборцев, которые когда-то в своей молодости имели огромное мужество в борьбе с царским правительством. Я был бы очень благодарен, если бы Вы прислали мне все это сюда через наше посольство в Оттаве или через ВОКС, а они пришлют мне.

Вы вспоминаете в Вашем письме всех тех лиц, которые помогли духоборцам переселиться в Канаду. Их уже никого нет: Л. Н. Толстого, В. Г. Черткова, В. М. Величкина, П. И. Бирюкова, И. М. Трегубова, Л. А. Суллержицкого -- все они оставили нас. Саша Сац жива, я иногда ее вижу. Умер также Буланже, Дудченко, Хирьякова, С. Л. Толстой и многие, многие другие. Кажется, только я еще остался в живых, хотя и мне уже 78-й год. Но что будешь делать! Будем жить, пока живы, радостно и хорошо, и работать на ту нашу большую идею, которая дает возможность всем трудящимся жить безбедно, а главное -- в мире и согласии, без всяких войн и смертоубийств.

Но вот Ваше правительство, особенно правительства США и Англии, не дают никому покоя. Они от жадности готовы лопнуть и закабалить кого угодно, лишь бы побольше набрать денег. Все эти люди в своей корысти буквально сошли с ума. К сожалению, в их руках власть и сила, которыми они пользуются весьма отвратительно. Но и на эту власть и силу придет управа.

Передайте всем духоборам мой привет и поклон. Буду ждать от Вас уведомления о Вашей жизни.

Влад. Бонч-Бруевич.

13 сентября 1950 года".

Илья Алексеевич Попов знакомит меня с содержанием доклада Василия Андреевича Сухарева о его поездке в 1954 году в Советский Союз. Вот некоторые выдержки из этого доклада.

"Как вам известно, я был приглашен посетить Советский Союз в качестве гостя Славянского Комитета, и я был первым духоборцем, которому была оказана эта привилегия после Второй мировой войны.

В программе моего пребывания в Москве я был удостоен чести посетить Ясную Поляну, где жил и был похоронен великий гений русской земли, который так много помогал духоборцам -- Лев Николаевич Толстой. Там я встретился с директором музея -- бывшим толстовцем, хорошо знающим духоборцев -- Валентином Федоровичем Булгаковым...

В Москве мне предоставили возможность встретиться с Владимиром Дмитриевичем Бонч-Бруевичем. Он в молодости был толстовцем, одним из проводников при духоборческом переселении из России в Канаду в 1898-99 годах, а впоследствии стал одним из коренных помощников Владимира Ильича Ленина. В свое время он помог духоборцам переселиться из Закавказья на Дон в 1921--1922 годах и держал постоянную связь и с ними, и с канадскими духоборцами...

После смерти Ленина, Бонч-Бруевич продолжал служить на различных ответственных постах при правительстве... При моем посещении Москвы в 1954 году Бонч-Бруевич служил в Академии наук при библиотеке имени Ленина.

Я встретился с ним 23 мая... Когда я зашел в его кабинет, он был очень рад видеть меня, так как сохранил много добрых чувств к канадским духоборам, с которыми прожил почти целый год -- в 1899-1900 годах. В разговорах со мной Бонч-Бруевич много расспрашивал о жизни духоборцев в Канаде, о их стремлениях и мечтаниях...

В конце свидания Бонч-Бруевич сказал мне очень удивительные, но радостные слова... В его разговорах с Лениным Владимир Ильич неоднократно упоминал, что очень сожалеет, что духоборцам пришлось покинуть свою родину и жить на чужбине... Бонч-Бруевич же признался ему:

-- Ну вот, видишь, а я даже был проводником в их переселении за границу...

-- Да, -- говорил Ленин не раз, -- ушли-то они под давлением царского гнета, а при нашем народном управлении их бы нужно вернуть назад помогать нам строить социализм...

Даже тогда, когда он был уже не очень здоров, он упоминал об этом... Видя, что это тревожило Ленина, я дал обещание...

-- Владимир Ильич, сказал я, даю тебе обещание, что я не умру, пока не верну духоборцев назад на свою родную землю...

Он улыбнулся, и я почувствовал, что он был очень доволен моим обещанием...

И вот, Василий Андреевич, посему я очень рад Вашему приезду. Я уже становлюсь очень стареньким, а обещание мое не выполнено. События были очень головокружительными. В особенности разруха в результате прошедшей войны. А теперь вот восстанавливаем дружеские связи с добронамеренными западными странами, в том числе и с Канадой. Восстановим самые наидружеские связи и с духоборцами. Я буду считать твой приезд как начало той большой работы, которая поможет духоборцам правильно понять Советский Союз и его стремления и потом переселиться назад, домой, на свою родину и помогать нам строить социализм, как об этом мечтал и желал В. И. Ленин... Дай мне обещание, что ты будешь работать в деле правильного освещения Советского Союза и его стремлений, и я буду спокойно умирать, считая свое обещание, данное Ленину, начатым.

Я обещал освещать всю правду о Советском Союзе так, как она мной воспринималась, и на этом ушел от Бонч-Бруевича в самом дружеском духе..."

Илья Алексеевич подробно знакомил меня с истоками духоборчества в России.

Религиозное движение, которому екатеринославский архиепископ Амвросий в 1785 году дал название "Духоборцы", существовало уже много лет до того времени и имело разные названия. Архиепископ хотел этим выразить ту мысль, что вновь появившееся учение есть противление святому духу. Сами сектанты, когда узнали о таком названии, охотно приняли его. Они стали называть себя духоборцами в том смысле, что, отрицая религиозную внешность, они являются поборниками духа, борцами за дух. "Иже духом Богу служим, -- говорят они, -- духа забрали, от духа берем, духом и бодрствуем".

Одним из первых проповедников сущности духоборческого движения был Силуян Колесников. Его проповедническая деятельность, рассказы о сущности духоборчества относятся ко второй половине XVIII века -- в основном это 1750--1775 годы.

Строгий образ жизни, щедрость и благотворительность, природный ум, дар красноречивости и умение убеждать привлекли к Силуяну сердца и мысли большою количества людей. Его дом в селе Никольском Екатеринославского уезда был как бы открытым народным училищем, в которое шли те, кто желал послушать его проповедь, понять суть взглядов на жизнь и на религию.

Воскресные дни преимущественно были днями собраний, на которых они излагали свое учение.

Силуян Колесников не считал себя основателем духоборческого движения, он говорил, что оно перешло к нему от других, по крайней мере, в основных чертах.

В пятидесятых годах XVIII века в центральных губерниях и уездах России, в частности в Тамбовской, по существу в одно и то же время с Силуяном Колесниковым, активно проповедовал и раскрывал сущность духоборчества Илларион Побирохин. Жил он в селе Горелом Тамбовской губернии. Богатый купец, торговец шерстью вел обширные торговые связи со многими губерниями и уездами Центральной России. Это позволяло ему распространять свои проповеди среди населения. Именно поэтому в Тамбовской губернии и соседствующих с ней Мордовии, Воронежской и Курской областях духоборческие взгляды получили наиболее широкое распространение.

Илларион был по тем временам грамотным человеком, обладал хорошим умом, даром и силой убеждения, умел говорить просто, понятно, доступно для крестьян и другого простого люда.

За свои убеждения, распространение духоборческого вероисповедания, антиправительственные пророчества Илларион Побирохин вместе с семьей был сослан в Сибирь, где и умер в 1791 году.

Взгляды и рассуждения Иллариона Побирохина в основном сводились к следующему.

Человеку надо свою духовную сущность находить не в книгах, а принятием Христа и его учения в свою душу, в сердце каждого человека. "Человек есть храм Бога живого, -- рассуждал он, -- и уничтожить его невозможно. Душа бо есть человеческий образ Божий, лик небесный..."

Наряду с толкованием и разъяснением особенностей духоборческого вероисповедания, Побирохин учил каждого человека божественно и праведно жить.

-- Имейте друг к другу любовь прилежную, понеже любовь есть оставление многих грехов.

-- Оставив убо всякую злобу, лицемерие, всякую зависть и клевету, то вы и умолите Бога, аще где зависть, гордыня, там нет Божьего строения.

-- Не все, что видишь, желай, не все, что можешь, делай, но только то, что должно.

-- Когда тебе говорят -- молчи, когда кто тебе что рассказывает -- слушай. -- Когда тебе что приказывают -- повинуйся.

-- Чего не знаешь, не утверждай и не отрицай.

-- Никому не завидуй, доброжелательствуй всем.

-- В ненастье не унывай, а в счастье не расслабляйся.

-- Если желаешь что начать, испытай наперед свои силы, потом продолжай и не останавливайся...

Раскольники и отступники от официальной церкви беспощадно преследовались в России во все времена. Они были гонимы при Иване Грозном, при Петре Первом. Непокорных секли кнутами, ссылали в Сибирь, на Соловецкие острова. Духоборам часто не давали ни земли, ни домов, не позволяли работать, у них отбирали детей. Особенностью указов о духоборах в царствование Павла Первого было то, что они преследовались скорее за отвержение власти, чем церкви. Сенатор Лопухин писал в 1801 году: "Никакая секта до того времени не была столь строго преследуема, как духоборцы, конечно, не потому только, что они всех вреднее. Разным образом истязали их, целыми семействами ссылали на тяжкие работы, заключали в самые жестокие темницы. Некоторые из них сидели в таких, где ни стоять во весь рост, ни лежать, протянувшись, нельзя было. Всякий генерал-прокурор вследствие губернаторских представлений объявлял именной указ о ссылке их целыми семействами в разные места на поселения и на каторгу, и сослана их таким образом не одна сотня".

Такая ненависть к духоборам проистекала от опасности духоборческих идей, направленных против власти как насилия, а церкви -- как духовной пустоты. Духоборы выступали за общность имущества, отказывались служить в армии, регистрировать акты своего гражданского состояния в государственных органах. Страшило и то фанатическое упорство, с которым духоборы переносили наказания и пытки.

После жестоких преследований .духоборов и очевидной безуспешности карательной политики царь Александр Первый принимает решение ослабить на них давление, прекратить их физическое преследование, испытать путь "терпимости". По приказу царя в 1800 году им было разрешено поселиться на землях Украины. В приказе указывалось: "...Надлежащим средством к погашению их ереси и пресечению влияния на других переселить их в Новороссийскую губернию в Мариупольский уезд на обильных полях, лежащих по течению речки Молочной". И далее: "...На каждую переселившуюся душу назначено будет по 15 десятин земли... На пять лет, считая с текущего ныне года, освобождаются они от всех государственных пошлин, при сем переселении на подъем выдано им будет из казны по сто рублей на каждое семейство взаимообразно". Так волею судьбы и царя Александра Первого духоборцы поселились на "молочных водах", на Украине.

Вождем духоборов в то время был Савелий Капустин. Наряду с Силуяном Колесниковым, Илларионом Побирохиным он сделал многое для духоборцев. Капустин родился в 1743 году в Тамбовской губернии. В 1763 году, помимо воли своей, был отдан на военную службу, дослужился до чина унтер-офицера, а затем вернулся в свою губернию в 1790 году и в том же году женился. Поселился в селе Горелом и вскоре стал ревностным и влиятельным распространителем идей духоборчества. Капустин был высокого роста, мужественного сложения, осанка его была величественная, взгляд и речь внушали невольное уважение. При красивой наружности его душевные способности были в высшей степени замечательны. Как описывал один из первых историков, глубоко исследовавший жизнь и быт духоборцев, Орест Новицкий, Савелий Капустин обладал необыкновенным умом, замечательной памятью. Знал наизусть всю Библию и помнил все, что читал. Обладал увлекательной речью, постоянно переходившей в особенную вдохновенность и могучее воодушевление. Все это убеждало всякого, кто слушал и встречался с ним.

У Капустина родился сын Василий, который был отдан на воспитание тестю Никифору Калмыкову. В тот период люди, находившиеся на подозрении у полиции, чтобы спасти ребенка от преследований, часто поступили таким образом.

Именно Савелию Капустину принадлежит большая роль в организации поселения и строительстве жилья и бытовых помещений духоборцев, когда они по разрешению царя Александра Первого селились компактно на Молочной речке, где под его руководством уже к 1808 году было построено и заселено девять селений: пять на Молочной речке -- Богдановна, Спасское, Троицкое, Терпение и Тамбовка, а четыре -- Родионовна. Ефремовна, Гореловка, Кириловка -- при лимане той же речки, впадавшей в Азовское море.

В селе Терпение, где жил Капустин, находилось волостное управление. Именно в этом селе он создал первый сиротский дом. Этот дом был центром по оказанию помощи всем нуждающимся людям. Запасы создавались коллективно -- каждое село, каждая семья добровольно передавали необходимое в сиротский дом.

Савелий Капустин старался жить по истинному учению Иисуса Христа. Он смело выступал против несправедливостей того времени, убедительно разъяснял пути дальнейшего улучшения жизни. Он смело отклонял все заблудшие формы верования и настойчиво внедрял глубокие духоборческие идеи.

Жизнь Капустин прожил сложную и трудную. Ему приходилось решать многие и многие жизненные проблемы, связанные с обустройством духоборцев на новом месте. Но самое трудное для него было не это, а борьба с клеветническими нападками на жизнь, быт и взгляды духоборцев. В хозяйственном отношении Капустин ввел общность имущества: поля обрабатывались сообща, а жатву делили поровну на каждую душу.

По просьбе духоборцев в 1818 году царь Александр Первый, проезжая Крым, посетил духоборцев в селении Терпение, где остался на ночь вместе с графом Аракчеевым. В селении Терпение царь присутствовал на духоборческом богомольном собрании, где ему было спето приветствие -- псалом. Царь тепло отозвался о жизни, быте и кротости поведения духоборцев. Однако местные государственные чиновники устраивали различные козни против духоборцев и их лидера Савелия Капустина, который вынужден был в преклонном возрасте скрываться от полиции.

В возрасте 73 лет он был закован в кандалы и содержался в тюрьме. Духоборцы взяли его на поруки, и в селении Горелом он скрывался на одном из островов. Для того чтобы как-то спасти его от новых арестов, духоборцы объявили, что С. Капустин седьмого ноября 1817 года "умер" в селении Горелом, а восьмого "похоронен", хотя в действительности он умер в 1820 году.

Савелий Капустин для духоборцев был целым большим периодом их жизни.

К середине XIX века в России нарастает антифеодальное движение. Правительство и церковь вновь встали на путь репрессий в отношении духоборов. В царствование императора Николая Первого духоборов высылают на Кавказ, рассчитывая, что там они будут истреблены местными народностями как "чуждый" и пришлый элемент. В Закавказье духоборы жили в Тифлисской и Елизаветопольской губерниях. В первые годы от зноя и лихорадки летом, от холода зимой умерло около трети переселившихся. Именно здесь, на Кавказе, основы и устои духоборческой общины, постепенно исчезали, появились богачи и батраки, закабалялась беднота. Зажиточные духоборы бесцеремонно порабощали своих беднейших братьев.

В 1864 году вождем духоборцев стала Лукерья Васильевна Калмыкова. В Гранд-Форксе духоборцы часто ее вспоминали, говорили о ней уважительно, называли ее "Лушечкой" или "Лушечкой Блаженной". Ее руководство было наиболее убедительным, действенным и полезным для всего духоборческого движения. Именно при ней духоборцы достигли наилучших успехов как в области экономики, материального положения, так и в области морально-нравственной жизни и развития культуры.

Более 20 лет Лукерья Васильевна руководила и направляла быт и жизнь духоборцев. Внешне привлекательная брюнетка, она умно, убедительно и благотворно влияла на всю жизнь общины. Ее жизнь проходила в повседневных заботах и внимании к людям. Она часто ездила по селам, встречалась с братьями и сестрами, глубоко вникала в их жизнь, быт, стремилась оказать практическую помощь нуждающимся. Обладая крепостью духа христианского, она всегда добивалась окончания начатого дела. Ее скромная, благонравная жизнь высоко ценилась всеми духоборцами. Высокий авторитет Лукерьи Васильевны способствовал тому, что ее требования и пожелания всегда неукоснительно выполнялись.

За глубокое божеское верование, личную скромность, доброжелательность, постоянное сострадание к любым человеческим нуждам и болям, огромную работу по формированию у духоборцев высоких морально-нравственных качеств и взаимолюбви ее называли "Блаженной Лушечкой".

Лушечка особое внимание уделяла жизни, быту духоборцев, их семьям, положению женщины и жен. Именно при ней развернулась всесторонняя работа по искоренению пьянства, грубости, сквернословия, взаимной неуважительности и других аморальных проступков.

Наряду с религиозными увещеваниями о грешности и каре Божьей за плохие проступки она очень умело использовала и другие меры, вплоть до физического наказания провинившихся людей.

Особенно усиленно она протестовала против пьянства. По ее предложению людей, систематически пьянствующих, привязывали к подводе в голом виде и проводили по всей деревне. Мужчин, оскорбляющих и бьющих своих жен, предлагала сажать в курятник к курам. Эти воздействия сводились к тому, чтобы провинившемуся стыдно было жить. К счастью, предлагаемыми методами пользовались крайне редко.

Не имея высшего образования, Лушечка обладала пытливым, разносторонним умом. В период русско-турецкой войны 1877 года она проявила высокую мудрость и дипломатичность в переговорах с братом царя князем Михаилом Романовым, который добивался вовлечения духоборцев в войну. Чтобы не допустить этого и спасти села и всех духоборцев от разграбления, она согласилась направить обоз из подвод духоборцев, которые должны были доставлять продукты и другой провиант на фронт. В то же время, обращаясь к тем, кто уезжал в обозе, просила проявлять, прежде всего, миролюбие, оказывать помощь больным и раненым..., "ни под каким предлогом не стрелять в кого бы то ни было".

У духоборческих старичков сохранились многие, поистине пророческие изречения, которые повторяются духоборцами из поколения в поколение. Вот хотя бы некоторые из них.

"Милые мои! Духоборцам предстоит великая борьба -- освободиться от пролития крови человеческой. Как желала бы я, чтобы духоборцы были все заедино, но может случиться, что духоборцы расколются между собой, и это будет огромное несчастье.

Духоборцам суждено будет покинуть нашу родину и побывать в далеких странах для испытания их веры и дня прославления Господа, но говорю вам, где бы духоборцы ни были, где бы они ни ходили, они должны возвратиться на это место. Это место им обетованное, и когда возвратятся -- духоборцы найдут себе покой и утешение".

А ее изречение, высеченное на скале возле "Пещерок", будет постоянным руководством для каждого духоборца. "А ты радуйся, пещера, веселися, пустыня, прибежище Господа Бога нашего, тут пристанище истины и покров утешения. На врагов моих -- победа, на супостатов -- одоление, орудие -- на верующих, правоверным -- упование. А ты, Мать Божия, пресвятая Богородица, скорая помощница, в бедах наших будешь ты нам теплая заступница".

Проводя большую работу, она умело вместе с другими духоборцами управлялась с имуществом и всем хозяйством сиротского дома в Гореловке.

К 1886 году имущество сиротского дома состояло из ста голов рогатого скота, ста лошадей, 500 000 рублей наличного капитала. При селе Троицком был хутор и четыреста десятин сенокоса и пастбища, где также было 2500 голов общественного скота.

У духоборцев и по сей день сохраняется добрая память о жизни и делах этой удивительно простой, мудрой и мужественной женщины.

После смерти Калмыковой именно здесь, на Кавказе, начали рушиться основные устои общины. В среде духоборцев появились люди, выступающие против принципов артельности и общинности. На месте патриархальной общины, провозглашавшей братство, взаимопомощь, отрицание насилия, вырастали царьки со всеми атрибутами насилия и неравенства. Все это выражалось в повседневных стычках, раздорах, накапливало недовольство и стало приводить к расколу, в основном на две партии: "Большую" -- бедных и "Малую" -- богатых. Началась борьба за власть, в которой "Малая партия" искала поддержку у государства. Богатые семьи не хотели, чтобы новым вождем стал Петр Веригин. Они имели своих кандидатов в "вожди", и им удалось добиться от царских властей ареста и ссылки П. Веригина, в которой он пробыл 16 лет, соединившись со своей паствой лишь в 1902 году, уже в Канаде.

МОГИЛОЧКИ ВЕРИГИНЫХ

Имеете с И. И. Веригиным мы посетили кладбище, которое духоборы называют "Могилочки Веригиных, руководителей духоборов".

Могилы расположены на Бриллиантской Земле Британской Колумбии, близ того места, где соединяются реки Кутней и Колумбия.

Кладбище, расположенное на невысоком холме, было покрыто зеленью, цветами, ухожено, с глубоко проникновенными надписями на надгробиях. В "Могилочках" покоится прах Петра Васильевича Веригина, называемого Господним, его жены Евдокии Григорьевны, а также его сына Петра Петровича Веригина, называемого Чистяковым, и его жены Анны Федоровны. Духоборы воздают им честь за то, что они, будучи их вождями, много сделали для укрепления духоборческого движения.

Петр Петрович Веригин в 1924 году был в России и руководил тамошними духоборцами в трудные годы революции.

В этот период Петр Васильевич Веригин, отец Петра, хотя и не был формально провозглашен вождем, тем не менее, именно он признается руководителем духоборов в период после 1887 года.

В последние годы XIX века правительство еще больше усилило репрессии против духоборов. Их сажали в тюрьмы без суда и следствия, истязали, морили голодом, принуждая к отказу от ереси. Затем начались массовые ссылки в Сибирь. Многие оказались в Якутии. К ссыльным ехали их семьи. Но время было уже другое. Судьба духоборов начала привлекать все большее внимание российской и мировой общественности в значительной мере потому, что ими интересовался Л. Н. Толстой. Он тяжело переживал страдания духоборов. В письме кавказским духоборцам в 1897 году писатель советует не упорствовать в своем отказе от государственной службы: "Если можете делать то, что от вас требуют, делайте: избавьте этим ваших слабых жен, детей, больных, старых от мучений... Всякий из вас должен ради любви к своим отказаться от прежнего и покориться; никто не осудит вас за это. Подчинение приказу тоже выглядит как непротивление злу". Но, уговаривая духоборов не слишком рьяно сопротивляться власти, Л. Н. Толстой вел упорную кампанию помощи духоборцам. Он обвинял правительство в систематическом их истязании и уничтожении. В 1900 году Л. Н. Толстой обращается к царю, убеждая и упрашивая его прекратить преследование духоборов.

Позднее по просьбе писателя канадских духоборов посетили И. М. Трегубое, П. И. Бирюков. Л. А. Суллержицкий.

Симпатии Л. Н. Толстого вызвало то, что духоборы последовательно и жертвенно исповедовали идею "непротивления злу насилием".

Духоборцы помнили об этом и с давних пор вынашивали идею о сооружении памятника Льву Николаевичу Толстому. И вот их мечта сбылась. Летом 1987 года одновременно, с разницей в один день, в Кастлгаре Британской Колумбии и в селе Веригино провинции Саскачеван по проекту члена-корреспондента Российской академии художеств, народного художника России, профессора Юрия Львовича Чернова были сооружены величественные монументы русскому писателю, исполненные в бронзе, установленные на гранитных постаментах.

Это был торжественный праздник, незабываемый день, когда на открытие памятника собрались тысячи русских духоборцев, представители канадской общественности, присутствовала советская делегация, которую возглавлял министр культуры РСФСР Юрий Серафимович Мелентьев. В составе делегации были Юрий Львович Чернов, правнук Льва Николаевича -- Илья Владимирович Толстой, артистка Александра Ильинична Стрельченко.

К собравшимся обратился с приветственным письмом премьер-министр Канады Брайн Малруни. Стоя перед памятником Льву Толстому, сделавшему возможным отъезд русских духоборцев в Канаду, присутствовавшие внимательно слушали выступления советских и канадских ораторов.

Громкими аплодисментами были встречены слова Юрия Львовича, сказавшего, что он вложил в свое произведение душу, и часть этой души оставляет русским канадцам. Олицетворяя нашу великую державу, Лев Николаевич Толстой протягивает руку Америке. И действительно, разве не послужили духоборцы непосредственным, наглядным примером доброты и сердечности другим народам -- британцам, франкоканадцам, индейцам? Разве не явилось их переселение большим духовным импульсом для этой страны, разве не является их жизнь в Канаде прекрасным опытом сосуществования двух культур -- русской и англосаксонской?

Петр Васильевич Веригин был рожден 29 июня 1858 года в селе Славянке Елизаветпольской губернии на Кавказе, где он жил до 1882 года, когда Лукерья Васильевна Калмыкова, бывшая тогда руководительницей духоборцев, взяла его в сиротский дом. В декабре 1886 года Лукерья Васильевна умерла, и большая часть духоборцев признала вождем Петра Васильевича. В начале 1887 года правительственная власть арестовала его, а в конце года он был сослан на поселение вначале в город Шенкурск, а потом в Колу, более отдаленное место в Сибири. Находясь в ссылке, Петр Васильевич писал письма, а также давал устные передачи-наставления через приезжавших к нему время от времени духоборцев.

В 1893 году он дал наставление духоборцам поделиться имуществом, не держать наемных работников, перестать пить алкогольные напитки, курить табак и есть мясо, другими словами говоря, стать трезвенниками и вегетарианцами. В своем наставлении он сказал: "Пусть духоборцы проникаются совершенством и любовью к достижению царствия Божьего... Трудиться надо, но труд должен быть честным. Христианину иметь у себя работника предосудительно. Если работник вырабатывает только себе жалованье, то хозяину нет пользы держать его. Следовательно, работник должен вырабатывать и себе жалованье и такую же долю или больше хозяину, а это уже несовместимо с христианством... Это мой совет, и кто примет его, тот не будет держать работников. Если есть лишнее имение, можно поделиться с неимущими".

Касаясь мясоедения, он говорил: "Всякое создание получило начало жизни от той силы, от которой получил и человек, и имеет полное право жить, и истреблять это создание в угоду мамоне предосудительно... А также об употреблении спиртных напитков и курении табака. Ведь это не только несвойственно христианам употреблять, но это даже неприсуще и всякому человеку... Есть сказание: "Не упивайся вином, в нем есть блуд..." А о курении табака и причинении им вреда не нужно и объяснять. Это самая низкая ступень в человеке..."

В начале 1895 года Петр Васильевич Веригин и бывшие с ним в ссылке духоборцы отказались давать присягу подданства царю Николаю Второму. И в этом же 1895 году он дал им следующий совет -- отказаться от милитаризма: "Христос в своем учении обличал и разрушал военщину. Так я понимаю жизнь и учение Христа. И уместно было бы духоборцам, как христианам, совсем отказаться от военной службы. Я считаю своей обязанностью сказать им это -- чтобы они отказывались идти в солдаты и не участвовали ни в каких военных действиях хотя бы косвенно. Оружие, какое есть у духоборцев -- ружья, револьверы, сабли, кинжалы, которые они приобрели, удаляясь от учения Христа, собрать в одно место и в знак непротивления злу злом и в исполнение заповеди "Не убий", предать сожжению..."

На основании этого совета служившие в армии духоборцы отказались от службы в день Пасхи, а 29 июня 1895 года духоборцы в трех местах по селам сожгли имевшееся у них оружие.

Молодые люди, около 160 человек, жестоко за это пострадали. Их наказывали, секли розгами, даже до смерти, и сослали в Сибирь. А тех, которые сожгли оружие, жестоко избивали, отняли у них все имущество и сослали в дикие местности Кавказа, где многие умерли от недоедания и непривычного климата, подвергаясь заболеванию лихорадкой...

В этой борьбе против милитаризма, Петр Васильевич из ссылки в Сибири поддерживал дух духоборцев, вдохновлял добрыми советами...

В 1902 году Петра Васильевича Веригина освободили из ссылки в Сибири, и он приехал в Канаду, где под его руководством была создана Христианская община Всемирного Братства. В 1908 году им была куплена земля в Кутнейском округе в Британской Колумбии -- Утешенский, Бриллиантский, Луговский, Плодородновский и другие участки, а в следующем году и участки земли в Гранд Форкском округе. От 1908 до 1914 года в Кутнейском округе было построено 65 сел, а в Гранд-Форкском -- 25 сел. В 1913 году закончилось строительство Бриллиантского моста, была построена варенная фабрика, лесопильные заводы, кирпичный завод, мукомольные мельницы, фабрика производства водопроводных труб и другие предприятия, так что община экономически возрастала. Как руководитель, Петр Васильевич проводил большую часть времени среди народа на собраниях и во время работы, и народ его любил за добрые наставления, его лозунгом был "Труд и мирная жизнь".

Члены общины, подчеркивал он, уважают и любят Бога как начало всему существующему. Уважают достоинство и честь человека как в самом себе, так же равно в себе подобных. Члены общины смотрят на все существующее любовно и с восхищением. В этом направлении стараются воспитывать детей.

Под словом Бог члены общины разумеют силу любви, силу жизни, которая дала начало всему существующему. Мир состоит из движения, все стремится к совершенству и через этот процесс старается соединиться со своим началом, как бы возвратить созревший плод семени.

Во всем существующем нашего мира мы видим переходные ступени к совершенству, как, например, начинается с камня, переходит к растениям, потом жизнь животных, из которых самым крайним можно считать человека в смысле жизни, в смысле мыслящего создания.

Уничтожать, разрушать что бы то ни было члены общины считают предосудительным. В каждом отдельном предмете есть жизнь, а следовательно, и Бог, в особенности же в человеке. Лишать жизни человека ни в каком случае не позволительно.

Члены общины в своем убеждении допускают полнейшую свободу всему существующему, в том числе и человеку. Всякая организация, установленная насилием, считается незаконной.

Главной основой существования человека служит энергия мысли -- разум. Пищей вещественной служат воздух, вода, фрукты и овощи.

Допускается общинная жизнь людей, держащаяся ни законе нравственной силы, правилом которой служит: чего себе не хочу, того не должен желать другому. Богу нашему слава!

Этим правилам и стремились следовать члены Христианской общины...

29 октября 1924 года Петр Васильевич Веригин ехал на поезде из Бриллианта в Гранд-Форкс, когда, проехав станцию Фаррон, в вагоне, где он находился, произошел взрыв, и он был убит. Имеется предположение, что неизвестное лицо подложило какую-то самодельную бомбу вблизи, где он сидел, которая и взорвалась. Виновник или виновники этого злодеяния до сих пор неизвестны.

Духоборцы чтят Петра Васильевича Веригина, которого они прозвали Господним за то, что он наставлял их следовать учению Христа и много оставил им доброго. Поэтому он был похоронен на этом месте, откуда открывается прекрасный вид на ближайшие общинные поселки. И. И. Веригин говорил, что, собираясь на могилах, духоборцы выражают честь не только вождям, но также и всем тем духоборцам, которые страдали и умирали за истину, за создание братской, мирной жизни как во время отказа от военщины и насилия, так же и в процессе создания общинной жизни.

Так в России за отказ от военщины и уничтожение оружия они подвергались избиению, смерти, лишению имущества и ссылке. В Канаде за отказ от принятия присяги, подданства и за отказ подчинения закону, нарушающему общинный образ жизни, они лишились большой части имущества и переживали большие трудности.

Следовательно, подчеркнул Иван Иванович, собрания на могилочках никоим образом не означают, что духоборцы собираются поклоняться праху вождей, ибо, следуя первой из десяти заповедей, которая говорит, что поклоняться нужно единому Богу, они отказались от поклонения иконам в православной церкви, за что были гонимы.

К тому же, в заключение молитвенного собрания на могилах или в каком другом месте, после прочтения Отче наш, они делают три поклона до земли.

Сын Веригина, Петр Петрович, жил в России, но духоборцы Христианской общины признали его своим вождем, и он переселился в Канаду.

Встреча П. П. Веригина в Бриллианте 11 октября 1927 г. была торжественной. В первой же речи он призвал духоборов сплотиться теснее и продолжать идти по пути, указанному его отцом.

В 1934 г., по инициативе П. П. Веригина состоялся общедухоборческий съезд, в котором приняли участие и духоборы, жившие единолично. Съезд принял декларацию "Союза духовных общин Христа", в которой в краткой форме были изложены основные принципы духоборческого вероучения.

Скончался Петр Петрович 11 февраля 1939 г. Духоборы похоронили его рядом с прахом отца. Жена его -- Анна Федоровна умерла 22 ноября 1940 г. Она похоронена рядом с мужем.

Далее с Иваном Ивановичем Веригиным мы отправились в Крестон, расположенный в нескольких километрах от Бриллианта, в духоборческий ресторан. Это был не единственный центр "общественного питания". В каждом населенном пункте -- и в Гранд-Форксе, и в Каслгаре -- многие духоборцы предпочитали не только питаться, но и посидеть вечером за чашкой чая в ресторане. Они удобны, уютны, доступны почти каждому и пользовались успехом не только у духоборцев.

Нас приветливо встретил владелец ресторана Алексей Жмаев. По возрасту он был молодым, среднего роста, упитанный, очень улыбчивый, гостеприимный. Одет он был в красную рубашку-косоворотку, в сапогах, подпоясан кушачком.

Поначалу он ознакомил нас со своим "предприятием". Кроме ресторана, у него были пекарни, которые выпускали широкий ассортимент мучных изделий: разных сортов хлеб, разнообразные булочки, калачи, кексы, торты, мороженое. Своей работой Жмаев был доволен. Его знает весь поселок. Дело прибыльное, посетители к нему относятся с уважением. Широко практикуется обслуживание на дому. На то, что работать приходится почти круглые сутки, он не жалуется. Штат его работников невелик. Основной помощницей является жена. Родился Жмаев в Канаде, но, встретив меня, проявил большой интерес к Советскому Союзу. Его интересовало все, но больше всего организация общественного питания.

Жмаев провел нас в один из залов. Сели мы за длинный стол, хотя нас было двое. Нас угощали бутербродами по-духоборски: на тонкий ломтик хлеба клались несколькими слоями различные овощи. Мне они понравились, но секрета их приготовления я не запомнил. Затем мы ели борщ по-русски. Однако от нашего борща по вкусу отличался. Видимо, наличием в нем иных, чем у нас, овощей и специй. Очень популярна у духоборцев лапша. Они не признают фабричного ее приготовления. Делают накануне вручную и в тесто, кроме яиц и масла, добавляют еще какие-то компоненты, что делает ее очень вкусной. Затем десерт и разные напитки: квас, компот, соки, чай.

За обедом разговорились мы с И. И. Веригиным о прошлом его семьи. Иван Иванович Веригин -- почетный председатель "Союза духовных общин Христа" -- прибыл в Канаду в 1927 году, когда ему было шесть лет. Он родился в духоборческой семье. Его отец, Иван Семенович Войкин, умер в 1921 году при крайне тяжелых обстоятельствах во время переселения духоборов из Грузии в Донскую область. Мать Ивана Ивановича, Анна Петровна Маркова, осталась вдовой, когда ей было девятнадцать лет и их сын Ваня еще не появился на свет. Вместе они жили мало, вскоре Анне Петровне пришлось расстаться с сыном, так как его взял с собой в Канаду дедушка, отец матери, Петр Петрович Веригин.

Значительная часть жизни Анны Петровны прошла в тюрьмах и ссылках по единственной причине, что она была духоборкой и дочерью вождя духоборческого движения.

Второе замужество не принесло Анне Петровне счастья, так как ее муж Иван Иванович также отбывал срок наказания в ссылке и был казнен за принадлежность к духоборческому движению и был пацифистом. Их сын Петр рос сиротой, в тяжелые годы войны был одиноким, беззащитным. Вырос он пацифистом. Большие влияние на его воспитание оказали книги Льва Николаевича Толстого.

Семнадцати лет он был призван в армию и погиб на полях сражений в Польше, где и был похоронен.

Единственный и глубоко любимый брат Анны Марковой, Петр Петрович Веригин-Истребов также был сослан в трудовую колонию, где умер в 1942 году от тяжелых условий и голода.

Отбывая свой 15-летний срок наказания в Сибири под строгим режимом и в суровых условиях жизни, она умела преодолеть трудности и после продолжительных хлопот в мае 1960 года получила разрешение на приезд в Канаду. Здесь она соединилась со своим сыном Иваном, которого не видела 32 года.

Анна Петровна прибыла в Гранд-Форкс, когда ей было уже 58 лет. Она никогда никого не винила за свои тяжелые переживания, объясняя это словами: "Это зависело от обстоятельств того времени..." Наоборот, она смотрела в будущее, посвятила себя оказанию помощи другим, стараясь быть полезной во многих делах духоборческой общины.

О ее смерти сообщалось: "Когда здоровье Анны Петровны подорвалось и достигло необратимого состояния, она спокойно мирилась со своей судьбой. Она рассуждала со своим семейством и близкими братьями и сестрами о ее возможной кончине, и сама усматривала за всеми делами в связи с ее похоронами. Итак, ее тело прекратило свое существование на этом свете, но ее душа отошла в вечную обитель, к Господу Богу. Она умерла спокойно, пронеся свой жизненный крест с над лежащей ответственностью и благородством до самого конца..."

Переживая невосполнимую утрату, Иван Иванович рассказал мне о похоронном обряде, исполняемом духоборами.

Одна из важнейших особенностей духоборцев -- это религиозное начало и порядок исполнения религиозных ритуалов, в частности, моление Богу, или, как говорят духоборы, "поклонение".

Трудно предполагать, что в результате устранения запрета на религиозное убеждение все стали верующими. Это процесс длительный, и вера в Бога никогда не навязывается кем-то. Она должна родиться в самом человеке. Однако сегодняшняя действительность показывает, что православная церковь развернула огромную деятельность по вовлечению людей в лоно церкви.

Взять похоронный обряд духоборцев. По своему типу он одинаков с восточнославянским обрядом, но вместе с тем имеет существенные отличия, связанные с религиозными особенностями этой секты.

На рубеже XX века похоронно-поминальный обряд был описан В. Д. Бонч-Бруевичем, о чем подробно изложено в одном из номеров журнала "Искра" "Союза духовных общин Христа" С. А. Иниковой.

Если смерть не была внезапной и окружающие видели ее приближение, они спешили попрощаться с умирающим, попросить у него прощения, прочитать псалом. Если умирающий был в состоянии, то он сам старался прочитать один из вариантов широко распространенного среди духоборцев "Сна Пресвятой Богородины(цы)", который, как до сих пор считают духоборцы, облегчает физические страдания, и попросить прощения у родных и пришедших попрощаться с ним.

Сразу после смерти начинались приготовления к похоронам. Покойного обмывали и "обряжали". Обычно для этого приглашали двух или трех пожилых женщин, которые этим занимались. Воду, в которой обмывали покойного, потом выливали куда-нибудь подальше, за дом, в такое место, где никто не ходит, а суконку, которой мыли тело, и мыло закапывали. Родные боялись, что и вода и мыло могут быть использованы колдунами для злых целей.

Одевали покойного в заранее приготовленный костюм, который назывался одеждой "про случай", или "смертельной". Его шили из хорошей, яркой ткани, украшали вышивкой. Приготовление себе похоронной одежды являлось общерусской традицией, но обычно делали это люди старшего возраста, а духоборцы шили ее даже для детей с двух-трехлетнего возраста, меняя одежду на новую по мере роста ребенка. Отлучаясь из дома даже на не очень длительный срок, духоборцы обязательно брали с собой похоронную одежду.

Одетого покойника клали в доме на лавку головой в передний угол, ногами к дверям. Певчие, заходя в дом, подходили к усопшему, прочитывали псалом и садились на лавку. После этого они начинали петь псалмы и дочитывать их. Певчие, иногда сменяя друг друга, во все время пребывания усопшего в доме, пели около него, а родственники стояли около покойного. На подоконник сразу после смерти родные покойного ставили стакан воды. Возможно, около покойного ставили также солонку и клали кусок хлеба. Все это стояло до шести недельных поминок.

Покойного долго "не держали", старались похоронить на следующий день. Гроб, сделанный "гробачами", приносили утром в день похорон. Под пение псалмом в него клали тело покойного. Перед выносом родные прощались с ним: читали около гроба псалмы, целовали покойного в лоб и затем на коленях трижды кланялись ему, прося прощения за все обиды, нанесенные при жизни.

После прощания гроб с телом покойного под пение выносили из дома ногами вперед. Следом выносили постель, на которой он лежал, и клали ее где-нибудь в сарае, а потом ее стирали и вновь использовали. Гроб ставили во дворе на носилки, состоявшие из двух параллельных палок, соединенных ремнями и положенных концами на две лавки. Здесь родные покойного стоя на коленях, трижды кланялись всем собравшим и просили всех простить его за все обиды, чтобы душа его не мучилась угрызениями совести. Гроб на носилки поднимали, и процессия трогалась на кладбище. Надо было успеть похоронить покойника до захода солнца. Рядом с гробом несли крышку, затем шли ближайшие родственники и певчие, поющие псалмы, за ними все остальные.

К этому времени на кладбище "копачи" уже заканчивали копать могилу. Могилы на духоборческом кладбище ориентированы так, чтобы покойный лежал головой на запад, ногами на восток. Во время второго пришествия, по представлениям христиан, Христос явится с востока, и восставшие из гробов должны будут сразу предстать перед его взором. В одном из духоборческих псалмов говорится:

Восстаньте, восстаньте, преподобные мои; воззрите на восток солнца светозарного, узрите грядущего от востока, и ныне являются дивные, премудрые чудеса, второе воскресение Христово". И хотя духоборцы понимали воскрешение духом, а не плотью, тем не менее, в этом вопросе они твердо придерживались общехристианской традиции.

Заранее копать могилу было нельзя, так как если она долго оставалась пустой, то -- по поверью духоборцев -- скоро кто-нибудь еще умрет. Если могила уже выкопана, а кто-то из очень близких родных не успел приехать на похороны, гроб с телом все равно опускали в могилу, закрывали ее сверху досками и шли на похоронный обед, а на следующий день гроб поднимали, опоздавшие родные прощались с покойным и совершали погребение.

Около могилы родные еще раз читали псалмы над покойным, прощались с ним. Гроб закрывали крышкой, закреплявшейся не гвоздями, а деревянными штырьками, и затем медленно на веревках его опускали в яму. Родные бросали в нее по горсти земли, и "копачи" начинали забрасывать яму землей. В этот момент певчие, стоявшие немного в стороне и певшие псалмы, начинали "кланяться". Мужчины и женщины становились напротив друг друга двумя группами. Второй мужчина подходил к первому, становился напротив него, они брались правыми руками и, не разжимая их, одновременно кланялись в пояс друг другу два раза, целовались в губы и еще раз кланялись, затем поворачивались к группе женщин и отдавали им поклон. Первые три поклона означали поклоны Богу Отцу, Богу Сыну, Богу Святому Духу и все три вместе -- Святой Троице, пребывающей в каждом человеке. Четвертый поклон женщинам символизировал поклон Богородице. Затем третий мужчина таким же образом "кланялся" с первым и вторым. И так по очереди все мужчины. Затем кланялись женщины. Четвертый поклон, который они отдавали мужчинам, символизировал поклон Иоанну Предтече.

Весь похоронный обряд от момента, когда певчие в доме умершего начинают читать, а потом петь псалмы, и до "поклонения" на кладбище во время погребения, -- это тот же обряд богомоления, который духоборцы совершают по воскресеньям и праздникам, но растянутый на два дня. Во время погребения он завершается: душа простилась с телом.

В русских и украинских селах было принято причитать или голосить на похоронах, особенно при прощании с покойным, чтобы все, в том числе и душа самого покойного, знали, как его любили и как без него будет тяжело. Неизвестному автору записки "Некоторые черты об обществе духоборцев" 1805 года бросилось в глаза то, что при погребении никто из духоборцев не плачет, "кроме детей, но это считается слабостью". В. Д. Бонч-Бруевич тоже отметил, что плакать по покойнику считается неприлично и "даже просто греховно", ибо смерть -- это избавление от земных страданий. Об умершем "жалеют" как о сотоварище на жизненном пути, но не отчаиваются, ибо "дух его между нами, а стало быть, и он с нами". Идеологи духоборчества пытались подкрепить такое отношение к смерти внешним оформлением похорон: все присутствовавшие на похоронах надевали яркую, праздничную одежду, комната, в которой лежал усопший, украшалась нарядными полотенцами -- "утирками". Три утирки клали поперек гроба, когда его выносили из дома и несли на кладбище. Однако во время похорон любимой руководительницы духоборцев Лукерьи Калмыковой в 1886 году, по свидетельствам очевидцев, все присутствовавшие на похоронах "обливались слезами". Видимо, восприятие смерти как избавления от земных тягот противоречит самой человеческой сущности и не может укорениться в сознании даже очень верующих людей.

У духоборцев не было принято ухаживать за могилой. После похорон могильный холмик сверху обкладывали длинными кирпичами из дерна. В изголовье могилы ставили базальтовую доску, которая становилась как бы одной стороной продолговатого холма и не возвышалась над ним. Эта доска с высеченной фамилией, именем и датой смерти повторяла форму стены дома, поэтому вся могила очень походила на маленькую духоборческую хатку с пологой земляной крышей. Такие могилы, не укрепленные камнем, не подправлявшиеся заботливой рукой, зарастали травой и через 20--30 лет совершенно оплывали; доски уходили в землю и старые духоборческие кладбища напоминали просто холмистое поле. Старики объясняли, что это делалось специально для того, чтобы к тому времени, как уйдет из жизни поколение, хорошо знавшее покойного, исчезла и его могила, так как она уже никому не могла напомнить о нем.

С кладбища с пением псалмов все шли в дом покойного "вечерять". Считалось, что люди едят "его хлеб-соль", и душе покойного должно было быть приятно, что его поминают им нажитым хлебом-солью. За трапезой опять пели псалмы. На стол в больших мисках на 5-6 человек подавали борщ, лапшу, которую "катали" накануне родственницы и соседки, картофель с мясом и рисовую кашу с изюмом.

Девятидневных поминок, как у православных, у духоборцев не было. К середине 80-х годов XIX века стали устраивать шестинедельные поминки, и этот обычай прочно вошел в жизнь. До шести недель душа, по представлениям духоборцев, пребывала в доме. В комнате, где жил покойный, до 42-го дня стояли вода, хлеб, соль, нельзя было трогать его вещи, занимать его кровать, во время еды на стол для него клали ложку и кусок хлеба.

Конечно, в заключение надо сказать, что за двести лет похоронно-поминальная обрядность духоборцем претерпела значительные изменения, причем в первую очередь эти изменения происходили в той ее части, которая составляла не национальную, этническую, а религиозную духоборческую специфику.

Интересуясь жизнью духоборов в Канаде, я познакомился с историком духоборческого движения Кузьмой Тарасовым.

О себе он рассказывает, что родился в феврале 1932 года. Его отец Джон появился на свет в Канаде, куда его родители приехали в 1899 году вместе с группой эмигрантов, насчитывавшей 7500 духоборцев. Его дед, которого тоже звали Кузьмой, был одним из тех, кто 29 июня 1895 года участвовал в историческом сожжении оружия в царской России. Его мать Анастасия родом из деревни Славянка в Азербайджане приехала в Саскачеван в 1926 году и почти сразу вышла замуж. Семья обосновалась на одинокой ферме в нескольких милях от общины духоборцев Покровки на берегу Северного Саскачевана. "В этой русско-канадской общине, говорит Кузьма, -- я вырос. Первым языком для меня, как и для моего брата Джона (который на четыре года старше Кузьмы), был русский".

Русское влияние на их жизнь имело весьма существенное значение. "Устроившись на коленях матери, -- говорит Кузьма, -- я читал русскую азбуку с рассказами Льва Толстого, Пушкина, Лермонтова и других писателей". Его бабушка читала русские молитвы перед сном. Вегетарианский борщ, вареники, пироги, лапша и сырники были привычной едой. Мать своими искусными руками шила ему одежду, постельное белье, домашнюю обувь, половики, вышивала разные украшения. Отец трудился на ферме и слыл мастером на все руки. Он был хорошим плотником и потому руководил строительством нескольких домов в 35 милях от фермы, в Саскатуне, куда семья переехала в 1943 году.

Субботними вечерами ходили в баню, построенную дедом. Затем вся большая семья усаживалась за чаепитие и игру в карты. Общину же сплачивали регулярные собрания, особенно те, что проходили ежегодно в конце июня в честь исторического дня мира. "Мир без войн -- вот главная тема разговоров в общине и, конечно, в семье", -- подчеркивал Кузьма. По воскресеньям русская молодежь играла в футбол, хоккей со своими немецкими, английскими и ирландскими сверстниками и прекрасно ладила с ними как на спортивных площадках, так и за их пределами.

В школе и университете Кузьма обнаружил, что люди разных национальностей относятся друг к другу с предубеждением. "Мое русское происхождение и духоборческое мировоззрение, -- говорил Тарасов, -- делали меня чужим среди соучеников и студентов. Духоборцев недолюбливали за пацифистские, антимилитаристские взгляды, за их неприятие организованной религии, диктуемое убеждением, что дар любви и добродетели заключен в каждом человеке". Кузьма игнорировал эту недоброжелательность. Он считал себя человеком, которого обогатили его русские и духоборческие корни, который имеет такое же право, как любой другой, жить полезной жизнью в общем доме -- на планете Земля.

В студенческие годы он издавал журнал "Инкуайрер", посвященный проблемам духоборцев в Канаде. Он известен как автор обширной "Иллюстрированной истории духоборцев", выпущенной в 1969 году. Затем последовал фундаментальный эпический труд о духоборцах "Плакун-трава", которую Кузьма считает очень важной.

ОСУЩЕСТВЯТСЯ ЛИ МЕЧТЫ ДУХОБОРОВ?

Веригин не раз приезжал ко мне в посольство со своими планами и предложениями. Мы обсуждали их, и о намерениях руководства духоборческой общины я информировал советское правительство.

В 1982 году духоборческая делегация во главе с И. А. Поповым посетила Советский Союз, где она была принята Председателем Совета национальностей Верховного Совета СССР Виталием Петровичем Рубеном. Советское руководство высоко оценило деятельность духоборческой общественности в борьбе за мир, расширение и укрепление дружественных связей Канады и СССР, В. П. Рубен подробно информировал делегацию о миролюбивой внешней политике советского правительства.

И. А. Попов выразил глубокую благодарность советскому руководству за предоставленную возможность обучения студенческой молодежи в СССР, за развитие культурных, туристических, профессиональных связей с СССР.

На этой встрече Попов информировал советскую сторону о давнишних намерениях духоборцев возвратиться на свою Родину. Было сказано, что духоборы ясно представляют себе все сложности, которые могут возникнуть с осуществлением этого вопроса. Мы не хотели бы, подчеркивал Попов, чтобы предполагаемое переселение духоборцев на свою Родину нанесло ущерб советско-канадским отношениям. Реакционные силы в Канаде при постоянном давлении со стороны США представляют собой большую опасность. И хотя нас это не заставит изменить избранный нами путь борьбы за мир и расширение дружбы с нашей Родиной -- СССР, тем не менее, обострение отношений Восток -- Запад заставляет задумываться над тем, как бы нам, духоборцам, горстке русских людей, изолированных в гуще реакционной капиталистической среды, не пришлось бы серьезно пострадать. Покойный Владимир Дмитриевич Бонч-Бруевич, друг и верный соратник великого вождя советского народа Ленина, говорил нам, что Владимир Ильич высказывался за то, чтобы духоборцы возвращались на свою Родину. И мы серьезно, с сознанием дела готовимся к этому.

По нашему мнению, можно было бы рассмотреть пашу просьбу о размещении переселяющихся на Родину духоборцев на юге Алтайского края.

Наши предложения сводились бы к тому, чтобы группе наших представителей была предоставлена возможность поехать туда, предварительно познакомиться с этим краем, а также рассмотреть вопросы об открытии некоторых других районов в Сибири для переселения туда духоборцев.

С советской стороны И. А. Попову и его делегации было сказано, что их предложения заслуживают большого внимания и будут тщательно рассмотрены.

И. И. Веригин в беседе со мной добавил о возможной угрозе благополучному осуществлению давнишней мечты духоборов -- недавнем крушении южнокорейского самолета и раздувавшейся антисоветской пропаганде со стороны Соединенных Штатов Америки. В те дни реакционная пропаганда так сильно настроила рядовую канадскую публику против СССР, что нам, русским духоборам, почти нельзя было выходить на улицу... На нас нажимали, чтобы мы отказались от приема в Гранд-Форксе советских артистов, несмотря на то что они уже были в Канаде... Конечно, с осторожностью и своей устремленностью мы сохранили свое достоинство и провели свои намеченные программы. Но случай этот показал нам опасность нашей изолированности.

С 26 марта по 10 апреля 1989 года состоялся визит в Советский Союз Почетного председателя "Союза духовных общин Христа" Ивана Ивановича Веригина. В своем письме по возвращении он писал мне:

"Искренне желаю выразить Вам свою чистосердечную благодарность и признательность за Ваше такое благосклонное внимание к нам, духоборцам, членам "Союза духовных общин Христа". После свидания с Вами и последовательного приглашения нашей делегации в Москву, мы осуществили таковую двухнедельную поездку. Мы должны откровенно сказать Вам, что, начиная от нашей первой встречи с представителями общества "Родина" и с министром иностранных дел РСФСР В. М. Виноградовым, всюду нас встречали в самом дружеском духе. А самое главное для нас это было то, что на все наши жгучие и сугубо важные для нас вопросы находились положительные ответы. Во всем этом мы остаемся в высшей мере признательны Вам за Ваше содействие в этом, а также благодарны и признательны ответственным представителям, с которыми встречались, и всему советскому народу за столь теплое и положительное отношение ко всем нашим чаяниям.

Будем надеяться и на дальнейшее развитие наших переговоров по вопросам, тревожащим нас, в таком же мужественном и положительном духе".

Одновременно на мое имя пришло еще одно письмо из Гранд-Форкса следующего содержания:

"На нас напали представители прессы с вопросами в связи с поездкой нашей делегации в Советский Союз, касаясь возможности переселения. Мы составили объяснение на английском и русском языках, которое говорит само за себя. При сем прилагаем копии для Вашего сведения.

Искренне Ваш И. И. Веригин".

Ниже следует краткое сообщение о поездке делегации в СССР 18 апреля 1989 года:

"Наши предки отказались поклоняться иконам и выполнять военную службу в царской России. Они были преследуемы и изгнаны из своей родины. В Канаде они нашли убежище от этих преследований, и им и их потомкам было дано неограниченное освобождение от военной службы. Этим наследием мы дорожим, и оно стало частью нашей жизни.

"Союз духовных общин Христа", члены которого являются прямыми потомками первоначальных духоборцев, сейчас озабочены о своей будущности. Несколько лет тому назад мы основали Комиссии старших и молодежи, чтобы дать оценку нашим будущим возможностям. Были проведены широкие исследования. Мы пришли к заключению, особенно за последний десяток лет, что для нас делается все труднее соблюдать свою идентичность, русский язык, нашу культуру, обряды и традиции. Одним словом, наше выживание подвергается опасности. Нам грозит ассимиляция. К тому же мы постоянно, на протяжении многих лет несли убытки от террористических действий, поджогов и взрывов. Наше благополучие было под угрозой. Поэтому мы находим нужным обзавестись всевозможными сведениями, чтобы быть осведомленными о том, что нам предстоит. Чтобы быть такими, какими мы хотим быть, можно ли нам произвести нужные перемены и приспособления здесь или еще где?

Поэтому-то в добавление к оценке положения в Канаде была послана и делегация в Советский Союз, чтобы получить необходимые сведения о возможности группового переселения обратно в страну нашего происхождения".

Проблема, поставленная перед советским руководством о возвращении духоборов на Родину в Советский Союз, осталась нерешенной. Как же можно, спустя несколько лет, объяснить, что этот важный вопрос остается открытым.

Я не сомневаюсь, что определенная часть духоборов действительно жила мыслью о возвращении на Родину.

В то же время постановка этого вопроса, как я полагаю, не отвечала чаяниям ряда самих руководителей "Союза духовных общин Христа". Некоторые были уже не молоды по возрасту. Для них покидать Канаду, где прожита основная часть жизни, было уже не по силам, да и Канада для них стала второй родиной.

Молодое поколение духоборов, не зная России, позабыв родной язык, получив образование и воспитание в совершенно иных условиях, создав семьи, в которых, весьма возможно, кто-то один -- муж или жена -- вообще не мыслил расставаться с обжитыми местами -- составляли основную массу духоборцев и желания возвращаться на Родину не имели.

Что касается Советского Союза, по моему мнению, он был занят новыми глобальными вопросами перестройки страны, и вопросы воссоединения со своими соотечественниками не входили в программу первостепенных вопросов.

К тому же наше руководство с оглядкой смотрело на Канаду -- какая будет ее реакция на массовое переселение ее граждан.


Алексей Алексеевич Родионов (р. 1922) закончил Высшую дипломатическую школу Министерства иностранных дел СССР. После окончания школы работал на ответственных должностях в центральном аппарате МИД СССР.

В 1964-1966 гг. -- советник-посланник посольства СССР в Индии;

в 1966-1968 гг. посол СССР в Бирме;

в 1968-1971 гг. министр иностранных дел РСФСР;

член Коллегии МИД СССР;

в 1971-1974 гг. посол СССР в Пакистане;

в 1974-1983 гг. посол СССР в Турции;

с 1983 г. посол СССР в Канаде.

Участвовал в работе Генеральной Ассамблеи ООН, также ряда международных конференций и совещаний. С1991 года в отставке.