# В чужом оперении

Уильям Уаймарк Джекобс

In Borrowed Plumes.

Перевод Петра Охрименко (1946).

## Вильям Джекобс. В чужом оперении


Капитан "Сары Джен" не появлялся двое суток, и все на борту шхуны, кроме Томми, племянника капитана, были рады такому обстоятельству. Раза два раньше капитан пропадал с корабля, и шхуна не могла отплыть вовремя, но все говорили, что третий раз будет последним. Служба у него была хорошая, и помощник капитана давно метил на его место, а своё хотел передать Тэду Джонсу, матросу первой статьи.

-- Ещё два часа, -- сказал помощник матросам, стоявшим у борта, -- и я отчаливаю.

-- За это время он вернётся. -- сказал Тэд, глядя на все поднимавшиеся волны прилива -- Хотел бы я знать, что случилось со стариком?

-- Не знаю и не хочу знать. -- сказал помощник. -- Вы, ребята, держитесь меня, и тогда всем нам будет хорошо. Мистер Пирсон ясно сказал последний раз, что если капитан ещё хоть раз отмочит такую штуку, то больше он на "Саре Джен" плавать не будет.

-- Старый дурак, -- сказал Вилл Локк, другой матрос, -- никто не станет плакать по нём, кроме этого мальчишки. Поглядите на него -- вот он стоит.

Помощник презрительно взглянул в сторону Томми и отвернулся. Не подозревая, что за ним следят, юноша спрятался за лебёдкой и, вынув письмо из кармана, принялся читать его в четвёртый раз.

"Дорогой Томми, -- писал капитан. -- Я беру перо и сообщаю тебе, что я нахожусь здесь и не могу уйти по той причине, что я проиграл в крибидж свою одежду и всё остальное. Не говори об этом ни одной живой душе, потому что помощник хочет занять моё место, а достань мне одежду и принеси сюда. Костюм помощника подойдёт мне, потому что своего у меня нет. О носках можешь не беспокоиться, носки у меня остались. Голова так трещит, что не могу больше писать и кончаю.

Твой любящий дядя и капитан Джо Бросс".

-- Ещё два часа, -- вздохнул Томми, суя письмо обратно в карман. -- Как я могу достать ему одежду, когда всё заперто в сундуке? А тётушка строго приказала мне смотреть за ним, чтоб он не попал в беду.

Он сел и глубоко задумался, но, заметив, что команда "Сары Джен" собирается на берег, чтобы пропустить по стаканчику, он приободрился и решил ещё раз спуститься вниз и поискать везде хорошенько. Но нигде ничего не оказалось, кроме вещей миссис Бросс, жены капитана, которая до этого раза всегда сопровождала мужа в плавании, чтобы смотреть за ним. На эти принадлежности женского костюма Томми и смотрел сейчас в отчаянии.

-- Возьму и постараюсь променять на

мужское, -- сказал он решительно, хватая с вешалки платья миссис Бросс. -- Она ничего не скажет.

Он быстро завернул всё, добавив пару комнатных туфель капитана, сунул сверток в старый мешок из-под галет и осторожно поднялся на палубу. Сойдя на берег, он рысью помчался по указанному в письме адресу.

Путь оказался не близкий. Страшно запыхавшись, Томми подбежал к дому, где у входа стоял какой-то мужчина и с наслаждением посасывал глиняную трубку.

-- Капитан Бросс здесь? -- спросил Томми, тяжело дыша.

-- Наверху, -- сказал мужчина с усмешкой. -- сидит в дерюге и в табачной золе. Принёс ему что-нибудь надеть?

-- Посмотрите! -- сказал Томми, опускаясь на колени и раскрывая мешок. -- Дайте мне за всё это какой-нибудь старенький костюмчик. Только поскорей. Посмотрите, какой прекрасный жакет.

-- Придумал! -- воскликнул мужчина со смехом. -- У меня у самого только один костюм -- вот что на мне. Ты за кого меня принимаешь -- за герцога?

-- Тогда посоветуйте что-нибудь. -- сказал Томми. -- Если мне не удастся обменять, капитану придётся идти на корабль в этом платье.

-- Хотел бы я посмотреть, на кого он будет похож, -- сказал мужчина, рассмеявшись.

-- Дайте мне хоть что-нибудь мужское, -- умолял Томми.

-- Я не дам тебе ничего, -- сказал мужчина сурово. -- Ступай к капитану, покажи ему, что ты принёс. Интересно послушать, что он скажет.

По голой деревянной лестнице они поднялись наверх и вошли в небольшую грязную комнату. Капитан "Сары Джен" сидел в одних носках, прикрывшись старой газетой.

-- Молодой человек принёс вам одежду, капитан, -- сказал мужчина, беря мешок из рук Томми.

-- А почему так долго не приходил? -- прорычал капитан.

Мужчина сунул руку в мешок и вытащил всё, что там было.

-- Как вам понравится такая одежонка? -- спросил он, весело глядя на капитана.

Язык капитана словно прилип к гортани. Самые отчаянные ругательства были у него на языке, но он не мог выговорить ни слова.

-- Ничего больше не было, -- поспешил объяснить Томми, -- всё заперто в сундуке. Скорей одевайтесь и идёмте.

Капитан беспомощно облизывал пересохшие губы.

-- Помощник собирается скоро отчалить, -- продолжал Томми. -- Надо поспешить. Сейчас дождик накрапывает, никто вас не увидит.

Ошеломлённый до крайности, с безумным взглядом, стоял капитан, в то время как двое поспешно одевали его, советуясь между собою, как получше это сделать.

-- Я говорю тебе, что его надо покрепче затянуть, -- сказал мужчина.

-- А как вы затянете, если у нас нет корсета? -- сказал Томми презрительно.

-- Ты так думаешь? -- ответил другой, немного удивлённый. -- Слишком много ты знаешь для своего возраста. Можно затянуть его тесьмой.

-- У нас нет времени искать тесьму, -- сказал Томми, который, стоя на цыпочках, подвязывал в это время женскую шляпку на голове капитана. -- Сейчас подвяжем шарф снизу, чтоб не было видно бороды, а потом сверху покроем вуалью. Хорошо ещё, что он без усов.

Согласившись с этим, мужчина отступил шага на два, чтобы взглянуть на свою работу.

-- Хоть и не следовало бы этого говорить, но прямо скажу, что выглядите вы настоящей красавицей! -- сказал он удовлетворённо. -- Ну-ка, молодой человек, берите её под ручку. Идите переулками, и если кто встретится вам, ты называй её мамашей.

К счастью, на улице шёл дождь, и хотя изредка встречавшиеся прохожие с любопытством посматривали на необычайную чету, быстро проходившую по улицам, никто их не остановил, и они благополучно добрались до гавани, как раз в тот момент, когда шхуна уже отчаливала.

Увидев это, капитан подобрал юбку и побежал.

-- Эй вы! -- крикнул он. -- Погодите!

Помощник капитана бросил удивлённый взгляд на необыкновенную фигуру и тут же отвернулся, но в эту минуту судно повернулось кормой так близко к берегу, что дядя и племянник, словно по уговору, прыгнули на корму и благополучно очутились на палубе.

-- Почему ты не подождал, когда я крикнул? -- спросил капитан свирепо.

-- А почём я мог знать, что это вы? -- ответил помощник, сознавая своё поражение. -- Я думал, какая-нибудь актриса.

-- Ты лучше одолжи мне костюм, Боб, -- сказал капитан, строго глядя ему в глаза.

-- А где же ваш?

-- Не знаю, -- сказал капитан. -- Со мной вчера случился припадок, и когда я сегодня утром очнулся, на мне уже ничего не было. Кто-то стащил.

-- Вполне возможно, -- сказал помощник, отворачиваясь, чтобы отдать приказ команде, ставившей паруса.

-- А где твоя одежда? -- спросил капитан.

-- Моя одежда? -- сказал помощник. -- Сказать вам по правде, я не люблю одалживать свои костюмы. А вдруг с вами случится припадок в моём костюме?

-- Значит, ты не можешь дать мне костюм на время? -- спросил капитан.

-- Не могу, -- сказал помощник, нарочно говоря громко и посматривая на матросов.

-- Ладно, -- сказал капитан. -- Тэд, подойди сюда. Где твоя одежда?

-- Очень сожалею, сэр. -- сказал Тэд, переминаясь с моги на ногу и поглядывая на помощника, -- но мой костюм как будто вам не по чину.

-- Не твоё дело судить об этом, -- сердито сказал капитан. -- Принеси сюда!

-- По правде говоря, сэр, -- сказал Тэд. -- я так же смотрю на это, как и ваш помощник. Хоть я и бедный матрос, но своей одежды не одолжу даже самому королю.

-- Хорошо. Тогда я попрошу у Билла, -- сказал капитан. -- Билл -- единственный честный малый из всей вашей шайки. Дай мне руку, Билл, старина!

-- А что мне давать руку? Как он, так и я, -- сказал Билл и отвернулся.

Кусая губы от злости, капитан обращался то к одному, то к другому, но всё было напрасно. Тогда он крепко выругался и направился к носу корабля. Но не успел он дойти до полубака, как Билл и Тэд бросились вслед за ним, обогнали его, и когда он спустился вниз, они уже сидели рядышком на своих сундучках и вызывающе посматривали на него. Ко всем его мольбам и угрозам они оставались глухи, и взбешенный капитан вынужден был, путаясь в ненавистной ему юбке, опять подняться на палубу.

-- Вы лучше пойдите и прилягте, -- сказал помощник, -- а я прикажу подать вам чашку кофе. А то с вами ещё приключится истерика.

-- Смотри, чтоб я не свернул тебе шею, если будешь так со мной разговаривать, -- сказал капитан.

-- Да разве женщина на это способна? -- весело сказал помощник.

Капитан, с трудом сдерживая обуревавшую его злобу, снова спустился вниз, а матросы собрались вокруг помощника.

-- Если бы только нам удалось доставить его в Батлси в таком наряде, это было бы как нельзя лучше. -- сказал помощник. -- Кроме туфель и зюйдвестки, у него нет ничего на борту. У кого есть какая иголка, выбросьте её за борт, чтоб он не вздумал смастерить себе костюм из старого паруса, или ещё из какой-нибудь тряпки. Если нам удастся доставить его в таком оперении мистеру Пирсону, то это будет как раз то, что надо.

Пока на палубе происходило это совещание, в трюме шло совещание другого рода. Различные остроумные планы, которые предлагал капитан, чтобы выудить одежду у кого-нибудь из матросов, его племянником отвергались как незаконные и непрактичные. Часа два обсуждали они вопрос со всех сторон, пока капитан, голова которого до сих пор трещала от излишне выпитого на берегу, не впал в полное отчаяние и сидел молча.

-- Слава богу, Томми, придумал! -- внезапно вскричал он, вскакивая и ударяя кулаком по столу. -- Где у тебя другой костюм?

-- Он нисколько не больше этого, -- сказал Томми.

-- Достань его! -- приказал капитан, многозначительно кивнув головой. -- Вот это то, что нам надо. А теперь ступай в мою каюту, разденься и принеси сюда этот, что на тебе.

Томми удивлённо посмотрел на капитана, но покорно спустился в каюту и скоро вернулся, неся костюм подмышкой, -- сам он закутался в одеяло.

-- Знаешь, что я хочу сделать? -- спросил капитан, широко улыбаясь.

-- Нет.

-- Тогда принеси мне ножницы. Теперь ты догадываешься, что я надумал?

-- Распороть оба костюма и сделать из них один, -- высказал предположение объятый ужасом Томми. -- Бросьте, не надо! Пожалуйста!

Но капитан грубо оттолкнул его и, положив оба костюма на стол, взял ножницы и быстро распорол их по швам.

-- А в чём я буду теперь ходить? -- спросил Томми со слезами на глазах. -- Вы об этом не подумали!

-- Всегда ты думаешь только о себе, -- строго сказал капитан. -- Ступай принеси нитки и иголку.

-- Нигде я не нашёл ни одной иголки, -- хныкал Томми, вернувшись после долгих поисков к капитану.

-- Ступай на полубак и принеси сюда ящик с принадлежностями для починки парусов. Там есть нитки и иголки. Смотри только, чтоб никто тебя не увидел, когда будешь брать.

-- Почему же вы не послали меня, когда на мне был костюм? -- простонал Томми. -- Я не хочу путаться в этом одеяле. Все будут смеяться.

-- Ступай, тебе говорят! -- заревел капитан и, отвернувшись, стал насвистывать потихоньку и прилаживать куски материи один к другому.

Ему пришлось ждать целых двадцать минут, пока вернулся Томми. Заметая за собой след одеялом, юноша быстро спустился вниз по трапу и влетел в каюту.

-- На всём судне не осталось ни одной иголочки! -- сказал он мрачно-торжественно, потирая ушибленную голову. -- Я обыскал все уголки.

-- Что? -- гаркнул капитан, быстро пряча лежавшие перед ним куски материи. -- Эй, Тэд! Тэд!

-- Иду, иду, сэр! -- крикнул Тэд, являясь на зов.

-- Принеси мне иголку парусного мастера, -- бойко сказал капитан. -- У меня вот разорвалась юбка.

-- Вчера я сломал последнюю, -- сказал Тэд, ехидно улыбаясь.

-- Достань какую-нибудь другую.

-- Мне кажется, что на всём корабле нет ни одной иголки, -- сказал Тэд, хорошо запомнивший наставления помощника, -- да и ниток не осталось. Я только вчера говорил об этом помощнику.

Капитаном снова овладело отчаяние. Он жестом прогнал Тэда и, усевшись на корабельном сундуке, впал в мрачное раздумье.

Как только судно вышло в открытое моря, он поднялся на палубу и принял команду. Единственным измененном в его костюме было то, что дамскую шляпу он заменил зюйдвесткой, и свои обязанности выполнял в этом наряде, а несчастный Томми продолжал носиться по палубе в одеяле. Три дня в море прошли, как дурной сон. Капитан посматривал на всех с такой завистью, что матросы, проходя мимо, инстинктивно хватались за брюки и быстро застёгивали куртки на все пуговицы. Отбросив мысли о славе, он в гавань Батлси решил войти ночью, но так не вышло. Ветер вдруг упал, и солнце было уже высоко, когда они завидели на горизонте Батлси.

Капитан продолжал стоять у руля, пока до гавани оставалось не больше, как с милю. Тогда его руки как-то вдруг ослабели, и он тревожно стал посматривать вокруг, ища глазами помощника.

-- Где Боб? -- крикнул он.

-- Он очень болен, сэр, -- сказал Тэд, качая головой.

-- Болен? -- удивился капитан. -- А ну-ка, стань у руля на минуту.

Он передал руль Тэду и, подобрав юбку, быстро спустился в трюм. Помощник сидел на своей койке, согнувшись в три погибели, и страшно стонал.

-- Что с тобой? -- спросил капитан.

-- Умираю, -- простонал помощник. -- Такие колики в животе, что прямо нельзя терпеть. Не могу даже разогнуться.

Капитан слегка откашлялся.

-- Ты лучше разденься и ляг в постель, -- сказал он мягко. -- Давай я помогу.

-- Нет... не беспокойтесь, -- сказал помощник, тяжело дыша.

-- Никакого беспокойства нет, -- сказал капитан с дрожью в голосе.

-- Нет, мне так лучше... одетому, -- чуть слышно произнёс помощник. -- Я всегда думал, что лучше мне умереть одетым, в форме. Может, это и глупо, но такое моё желание.

-- Твоё желание когда-нибудь сбудется, подлый негодяй! -- выругался капитан, нервы которого были напряжены до крайности. -- Ты симулируешь болезнь, хочешь, чтоб я сам ввёл судно в гавань.

-- А разве это плохо? -- отвечал помощник с видом невинного удивления, -- это ваша обязанность, как капитана. Вы лучше скорей идите на палубу. Мель у устья реки часто меняет место.

С трудом сдерживая охвативший его снова гнев, капитан поднялся на палубу и стал у руля. Судно уже входило в гавань.

Когда "Сара Джен" подошла к берегу, на набережной было всего два-три человека. Но это число быстро возросло до двух-трёх десятков и продолжало увеличиваться с каждой секундой. Большая часть населения порта уже толпилась на набережной. Все вытягивали шеи, заглядывая через плечо другу друга, и задавали капитану самые несуразные вопросы. Весть долетела и до владельца шхуны, и тот прибежал на набережную как раз в ту минуту, когда капитан собирался уже спуститься в трюм.

Мистер Пирсон на набережную прибежал в страшном волнении и гневе. Но когда он увидел капитана в юбке, он так принялся хохотать, что три человека поддерживали его, чтобы он не свалился от смеха, и чем мрачнее становилось лицо капитана, тем сильнее мистера Пирсона одолевал смех. Наконец, ему помогли взобраться на борт. Вслед за капитаном он спустился в трюм и, держась за бока от смеха, потребовал у него объяснения.

-- Такой весёлой картины я не видал за всю свою жизнь, Бросс, -- сказал мистер Пирсон, когда капитан кончил рассказывать. -- Всю эту неделю я не знал, куда деваться от скуки, а теперь с меня всё как рукой сняло... Не говорите глупостей, что вы отказываетесь от службы. Я ни за что теперь не расстанусь с вами, и если вы хотите набрать новую команду и взять себе другого помощники, то я даю вам на это полное право. Я только хотел бы, чтобы вы пошли со мной и показались миссис Пирсон: ей что-то нездоровится сегодня. Это её сразу вылечит. Скорей надевайте свою шляпку и идёмте!


---------------------------------------------------------------------------------------


Источник текста: Джекобс В.В. Двойник. Рассказы / [Пер. с англ. П. Охрименко ; Рис. худож. Г. Храпака]. -- Москва: Воениздат, 1946. -- 65 с.; ил.; 15 см. -- (Библиотечка журнала "Краноармеец"; No 19 (64))