# Хитрость за хитрость

Уильям Уаймарк Джекобс

Перевод с английского Л. А. (1907).

## У. У. Джейкобс. Хитрость за хитрость

Перевод с англ. Л. А.

## I.


Приехав сюда из душного Лондона подышать воздухом, Фрэд Картер гулял с наслаждением по берегу, вдыхая свежий морской воздух. Вдруг он увидел каких-то двух людей, остановившихся недалеко от него и видимо наблюдавших за ним. Видя, что Фрэд обратил на них внимание, они подошли к нему. Один из них был коренастый, крепко сложенный человек лет 50-ти, другой молодой, по-видимому его сын.

-- Добрый вечер! -- сказал первый, вплотную подойдя к Фрэду.

-- Добрый вечер! -- ответил тот.

-- Это он! -- сказали они оба.

В их взглядах была такая нескрываемая враждебность, что Картер с тревогою ждал разъяснения их странного замечания.

-- Что вы можете сказать про себя? -- спросил наконец старший. -- Кого вы ждете? Кто вы такой?

-- Я никого не жду, -- пробормотал Фрэд с улыбкой смущения. -- Может быть, вы меня принимаете за кого-то другого?

-- Не говорил ли я, -- торжествующе сказал младший, -- что он непременно это скажет?

-- Он может говорить, что ему угодно, -- негодуя возразил отец, -- но теперь он попался. Я сразу его узнал, как только увидел.

-- А что мы теперь будем делать с ним, если уж мы его поймали? -- спросил сын.

Старик сжал кулаки и с ненавистью оглядел Фрэда.

-- Если бы от меня зависело, я бы отколотил его хорошенько, да и бросил бы в море!

Сын покачал головой.

-- От этого Нанси не выиграет, -- заметил он.

-- Это правда, -- согласился отец. -- Я думаю, лучше всего взять его эа шиворот и тащить к Нанси.

-- Попробуйте только! -- рассердился Картер, -- и кто это Нанси?

Отец зарычал вместо ответа и кинулся на Фрэда с поднятыми кулаками, но сын удержал его руку.

-- Только раз! -- дрожал тот от ярости. -- Только раз! Это будет мне облегчением. Я тогда успокоюсь!

-- Берегитесь! -- сказал Картер. -- Вы поднимаете такую суматоху, принимая меня за кого-то другого. В чем же именно вы меня обвиняете?

-- Вас обвиняют в том, что вы соблазнили мою дочь, господин "Кто-то Другой!" -- наступая на Картера, прохрипел отец, -- а когда она обещала выйти за вас замуж, вы удрали в Лондон. Четыре года бедняжка страдает по вам и решила уже, что вас нет на свете!

-- А она верна даже вашей памяти, -- прибавил сын.

-- И не глядит на других женихов! -- продолжал отец.

-- Тут, очевидно, недоразумение, -- сказал Картер. -- Я в этих местах первый раз в жизни.

-- Ну, ладно, тащи его, -- перебил сын нетерпеливо. -- Чего тут терять время на болтовню!

-- Я пойду сам, чтобы доказать вам, что вы ошибаетесь. Нет надобности меня тащить!

И он пошел с ними по направлению к поселку, по временам останавливаясь, чтобы полюбоваться видом.

Один раз он особенно задержался, так что его конвойные пришли в ярость.

-- И вдруг, -- сказал Картер с отчаянием, -- она также ошибется, увидев меня. О, Господи!

-- Он ловко притворяется, э? Джим?

Джим что-то проворчал и подвинулся ближе к Фрэду. Вдали уже виднелись домики. Картер предлагал такие наивные вопросы, что они одни могли бы каждого убедить в его невинности, но его спутники даже не отвечали на них.

Встреча с одним старым боцманом совсем обескуражила Фрэда. Старик посмотрел на Фрэда, вынул трубку изо рта и сказал ему, как знакомому:

-- Добрый вечер, старина!

Отец и сын обменялись многозначительными взглядами.

## II.


Наконец они вошли в узкий переулок и старший, толкнув дверь маленького домика, ввел Фрэда в комнату. Первое, что бросилось в глаза Картеру, это безукоризненная чистота и порядок. Он снял свою шляпу и с деланной беспечностью уселся в удобное кресло.

-- Я пойду позову Нан, -- сказал Джим, -- а ты смотри, чтобы он не удрал!

Он вышел и тотчас из соседней комнаты послышался взволнованный женский голос.

Фрэд встал и деланно -- беспечно углубился в рассматривание висевшей на стене гравюры: "Возвращение моряка".

-- Она придет сию минуту, -- объявил Джим, входя.

-- А это, пожалуй, лучше, что я его не тронул, -- сказал отец. -- Если бы я сделал с ним, что мне хотелось, его бы и родная мать не узнала!

Фрэд иронически засмеялся и со скучающим видом оглядывал комнату. Прошло 10 минут, 15. Через полчаса отец начал ворчать что-то нелестное по адресу прекрасного пола.

-- Она наряжается, вот в чем дело, -- объяснил Джим, -- и подумаешь, что это все для него!

Наконец, послышались легкие шаги и дверь скрипнула. Картер оглянулся с беспокойством, и первое, овладевшее им чувство -- было удивление слепоте его двойника: девушка была настоящая красавица, с глазами, блестевшими, как звезды, от радости и счастья!

-- Где же он? -- живо спросила она.

-- Что?! -- отец был поражен. -- Как где? Да разве ты его не видишь?

Сияние звезд померкло, и девушка уныло огляделась.

-- Этот? -- спросила она презрительно. -- Этот? Разве это мой Берт?

-- Совершенно верно, -- сказал Фрэд вежливо. -- Я сам им это говорю.

-- Да ты посмотри хорошенько! -- настаивал отец.

-- Хоть бы я смотрела на него целые сутки, ничего не изменится.

Мисс Эванс была рассержена не на шутку.

-- Как могли вы так ошибиться!

-- Ошибки случаются иногда, -- великодушно проговорил Фрэд, -- даже с самыми умными людьми!

-- Да ты присмотрись к нему, -- настаивал Джим, -- ведь ты не видела его целых четыре года. Он мог за это время измениться. Смотри, разве это нос не Берта?

-- Нет, -- ответила девушка, посмотрев на нос Фрэда, -- ничего подобного! У Берта был чудный нос!

-- Ну, посмотри на глаза! -- упорствовал Джим.

Мисс Эванс опять посмотрела на Фрэда и пренебрежительно кивнула головой. Она готова была его обвинить в своем разочаровании и не старалась скрыть раздражения.

-- Ну? -- спросил м-р Эванс.

-- Ничего похожего! -- ответила дочь и уныло отвернулась. -- Я знаю, вы не любили Берта, но зачем же его так оскорблять!

Она отошла к окну и стала смотреть на улицу.

-- Ну, а я бы поклялся головой, что это Берт Симонс, -- не уступал отец.

-- Я тоже! -- подтвердил сын, -- Это самое удивительное сходство, какое я когда-либо встречал!

И он глазами спросил отца, что же дальше делать с Фрэдом.

-- Он может идти, -- сказал м-р Эванс важно. -- Он может идти, куда угодно, и пусть это вперед отобьет у него охоту быть похожим на кого-нибудь. В другой раз он может не отделаться так дешево!

-- Вы правы! -- сказал Картер кротко. -- Я завтра же изменю свою наружность. Я жалею, что не сделал этого раньше!

Он направился к дверям, кивнув головой присмиревшему Эвансу, взглянул на профиль Нанси и медленно вышел.

Как глуп был этот Симонс! Где были у него глаза и имел ли он хоть каплю здравого смысла! Фрэд очень бы хотел быть им... Очевидно, сходство с ним действительно существовало, -- и Фрэд круто повернулся обратно.

-- Ну? -- спросил м-р Эванс, когда в раскрытых дверях появилась физиономия Картера. -- Чего вы вернулись?

-- Я вернулся потому, -- начал Фрэд, тщательно запирая за собой дверь, -- что во мне заговорила совесть...

-- Заговорила совесть?

М-р Эванс встал и подошел к Фрэду.

Тот кивнул утвердительно головой и тревожно посмотрел на девушку, так же неподвижно стоявшую у окна.

-- Я не хотел продолжать обман далее, -- продолжал он тихим, но ясным голосом. -- Я Берт Симонс. По крайней мере, под этим именем я был у вас четыре года назад.

-- Я знал, что не ошибся! -- воскликнул м-р Эванс. -- Я его достаточно хорошо знал! Закрой-ка дверь, Джим, чтобы он не удрал опять!

-- Я не думаю удирать, -- сказал Фрэд, покосившись на Нанси. -- Я вернулся сам, чтобы все исправить.

-- Нанси только из каприза не хочет его признавать, -- сказал Джим, видя недовольное лицо сестры.

-- Она испугалась, увидев меня, -- сказал Картер, -- а я мигнул ей, что-бы она меня не выдавала. Кому-ж лучше знать меня, как не ей!

-- Как вы смеете говорить так! Я вижу вас первый раз в жизни!

-- Ну, ладно, Нан, -- перебил ее Картер. -- Не стоит больше скрывать. Я вернулся, чтобы устроить все по-хорошему.

Мисс Эванс захлебывалась от злости.

-- Ну, что-ж, дочка -- правда, он скверно обошелся с тобой, -- но теперь он вернулся. Если ты хотела выходить за него замуж, так надо выйти, -- сказал отец.

-- Выйти за него? -- возбужденно повторила Нанси. -- Выйти за него? Но я говорю вам, что это не Берт. И как он смеет называть меня Нан?

-- Но прежде вы разрешали мне это! -- жалобно проговорил Фрэд.

-- Я говорю вам, -- обратилась к отцу и брату мисс Эванс, -- это не Берт. Неужели вы можете думать, чтобы я его не узнала?

-- Да ведь он-то знает, кто он такой! -- резонно заметил отец.

-- Конечно, знаю! И какая надобность мне утверждать, что я Берт, если я не Берт? -- обиженным тоном объяснял Фрэд.

-- Вот это дельно, -- подтвердил Джим. -- Подумай, Нанси, какая ему надобность?

-- Спроси у него! -- гневно ответила девушка.

-- Смотри, дочка! Ты четыре года тосковала по этому молодцу, и мы с Джимом четыре года его разыскивали, а теперь, когда он попался, ты воротишь от него нос...

-- Его опасно выпустить, -- прибавил Джим.

И они стали обсуждать вопрос, как удержать своего будущего зятя.

Фрэд сам помог им.

-- Я поселюсь с вами, -- сказал он, -- и отдам вам на сохранение свои деньги и вещи. Уж без гроша я не могу убежать.

И он вывернул на стол все, что было у него в кармане: семь фунтов, семнадцать шиллингов и четыре пенса, обратный билет в Лондон, часы, цепочка, перочинный нож и еще другие мелочи.

Предложение Джима, чтобы Фрэд снял еще и сапоги, было отклонено м-ром Эванс.

-- Ну, ладно, -- сказал м-р Эванс, пряча все, -- в тот день, когда вы женитесь на Нанси, я все вам верну.

К вечеру он пришел совсем в хорошее расположение духа, после ужина закурил свою трубку и стал еще веселее. Единственным диссонансом этого вечера была нескрываемая холодность мисс Эванс.

-- Ей хочется немножко поважничать, -- сказал отец, когда девушка вышла, -- чтобы вы не подумали, что она вас так легко простила. Правда, вы с ней поступили дурно, но повинную голову и меч не сечет! Вот мое мнение.

## II.


На другой день мисс Эванс была уже ласковее -- отец ее хорошо знал!

За обедом, когда мужчины вернулись с работы, она так усердно накладывала лучшие куски Фрэду, что отец и брат со страхом следили, останется ли им. А когда он протянул ей свой стакан, она так щедро налила ему, что не меньше пол-пинты прекрасного пива, которое другой с удовольствием бы выпил, вылилось на пол.

После обеда она куда-то уходила, но к чаю вернулась и уселась рядышком с Фрэдом, обсуждая разные вопросы, касающиеся их свадьбы.

Она называла его "Берт" и не отняла руки, когда он взял ее в свою.

-- А я все думаю, отчего ты не признала его сразу? -- добродушно спросил отец. -- Это была хитрость?

-- Это была глупость, -- ответила Нанси. -- На меня иногда находит!

Картер нежно пожал ее руку и заглянул ей в глаза, но то, что он в них прочел, заставило его призадуматься. Эти глаза были слишком холодны и фальшивы для влюбленной!

-- Это как в былые времена, Берт, -- сказала мисс Эванс, со странной улыбкой. -- Помните, что вы мне сказали один раз после обеда, когда я приложила вам к лицу горячую ложку?

-- О, да!

-- Повторите это опять!

-- Нет, теперь этого не повторю! -- ответил Фрэд с ударением.

Она вспоминала еще разные эпизоды прошедшего, но осторожность Фрэда и ссылка на плохую память выводили его всякий раз из затруднения. Он был убежден, что все идет отлично, в особенности после того, как Нан, приготовив чай, села возле него и сама обняла его. Брат, увидев это, пожал плечами, но м-р Эванс, оставшийся сентиментальным, был очень доволен. Картер завладел обеими руками Нанси и стал ей нашептывать какие-то нежные вещи, как вдруг в дверь стукнули и в комнату вошел молодой человек.

-- Добрый вечер, -- сказал он, кивнув головой, -- Боже! Кого я вижу! Берт, это ты?

-- Конечно, старый друг! -- с соответствующим энтузиазмом сказал Берт, вставая.

-- Я думал, что ты уже погиб, -- продолжал вошедший, крепко пожимая руку Фрэду. -- Вот уж никогда не думал, что увижу тебя еще раз собственными глазами! Вот сюрприз! Так и ты не забыл Джо Вильсона, старина?

-- Конечно, нет! Я ведь узнал тебя с первого взгляда, Джо!

Снова горячее рукопожатие, и Вильсон, усевшись в кресло, стал вспоминать прежние времена.

-- Я думаю, ты помнишь об одной вещи, Берт?

-- О какой? -- спросил Фрэд с беспокойством.

-- А твой маленький должок?

Картер сделал вид, что припоминает. Вильсон подробно напомнил ему, где и при каких обстоятельствах он одолжил ему полтора фунта. Фрэд после некоторого колебания обратился к своему банкиру и попросил его уплатить деньги. Разговор как-то сразу упал и после неловкой паузы Вильсон начал прощаться.

-- Все тот же славный Джо! -- сердечно заметил Фрэд, когда тот ушел. -- Ничуть не изменился!

Мисс Эванс не сказала ни слова. Она глядела на дверь, которая то отворялась, то затворялась, и какая-то физиономия высовывалась оттуда, словно играя в прятки. Наконец, видя, что внимание достаточно привлечено, в комнату вошел довольно пожилой человек и подошел прямо к Фрэду, протягивая руку.

-- Как дела? -- спросил его Фрэд, стараясь улыбнуться.

-- А он еще лучше стал, чем прежде! -- объяснил вошедший, бросаясь в кресло.

-- Так же, как и вы! -- ответил Картер.

-- Ну, я очень рад вас видеть, -- опять продолжал тот, -- я надеюсь, что вы не забудете позвать на свадьбу старого Бена Проут!

-- Вы будете первым, кого я позову, Бен! -- поспешил ответить Фрэд.

М-р Проут встал и горячо пожал ему руку.

-- Да! -- сказал он сентиментально, снова усевшись в кресло. -- Как человек может ошибаться! Как он может быть несправедлив! Четыре года назад, когда вы исчезли отсюда, я сказал себе: "Ну, Бен Проут -- плакали твои денежки! Ты никогда не увидишь больше своих двух фунтов!"

Улыбка сбежала с лица Фрэда. Остальным тоже стало как-то неловко.

-- Двух фунтов? -- переспросил Фрэд? -- Каких двух фунтов?

-- Двух фунтов, которые я вам одолжил, -- ответил печальным голосом м-р Проут.

-- Когда? -- спросил Картер с усилием.

-- А помните, мы пошли на пристань и встретили м-ра Проута? -- напомнила мисс Эванс.

Картер вопросительно взглянул на Нанси. Ее улыбка и странный блеск в глазах заставили его призадуматься. Он обратился к м-ру Эванс и, насколько мог спокойно, попросил его уплатить долг. М-р Проут ждал с протянутой рукой.

-- Вот деньги, -- сказал Эванс, нехотя отсчитывая два фунта. -- Конечно, долги платить нужно, но...

Он остановился в изумлении, видя, что м-р Проут, схватив деньги, опрометью бросился из комнаты.

Картер уже был приготовлен ко всему, и его голос не дрогнул, когда он отдавал распоряжения заплатить еще трем джентльменам, поочередно являвшимся навестить мисс Эванс. Когда ушел последний, м-р Эванс не мог более сдержать свое негодование. Он встал и, отдавая Фрэду часы, цепочку, обратный билет и несколько медных монет, проговорил, тяжело дыша:

-- Возьмите их себе! Я вижу, вы должник всей Англии. Вы попрошайка -- вот вы кто!

И он показал на дверь. Картер открыл рот и что-то неясно пробормотал. Мисс Эванс наблюдала эту сцену с веселым видом.

-- Ложь никогда не ведет к добру! -- сказала она, стараясь быть строгой.

-- Прощайте! -- сказал Фрэд, направляясь к дверям.

-- Вы сами виноваты, -- продолжала мисс Эванс, почувствовав угрызения совести. -- Так как вы называли себя Бертом Симонс, а меня "Нан", хотя я вас вижу первый раз в жизни -- я должна была это сделать!

-- Это все пустяки, -- сказал Фрэд. -- Я желал бы, чтобы я был Берт Симонс, вот и все. Прощайте!

-- Вы желали бы быть?!. - вскричал м-р Эванс, стоявший все время с раскрытым от удивления ртом. -- Вот это ловко! Так кто же вы -- Берт Симонс или нет?

-- Нет, -- сказал Фрэд.

-- И вы никому не были должны?

-- Никому, -- ответила за него Нанси. Это я все устроила, чтобы его наказать.

М-р Эванс с диким криком бросился к дверям.

-- Я вытяну эти деньги у них из горла, если не найду их в карманах! А вы оставайтесь тут.

Он выбежал на улицу, Джим кинулся за ним.

-- Ваш отец приказал мне остаться, -- сказал Картер.

-- Оставайтесь... -- ответила она тихо. -----------------------------------------------------------------

Источник текста: Иллюстрированное приложение к газете 'Новое время', С.- Петербург; -- 1907, No 11360.