# Внутреннее обозрение

Григорий Захарович Елисеев

Полемика старобельского земства.- Майор Маринов и отношение к нему земцев.- Постановление земского собрании по поводу взятии исправником под стражу одного гласного из крестьян во время сессии.- Исправник-подрядчик по содержанию земских лошадей.- Председатель земской управы в качестве руководителя крестьянскими выборами.- Привлечение гласного из крестьян Сараны к следствию.- Как трудно крестьянам получать в аренду казенные земли, отдаваемые с торгов в управлениях государственными имуществами и безучастие в этом случае к крестьянам и недеятельность земства.- О старобельской земской прогимназии.- Многосложная деятельность г. председателя земской управы - Курьёз.- Книга: "Н. А. Некрасов", составленная г. А. Голубевым.

## ВНУТРЕННЕЕ ОБОЗРѢНІЕ.


Полемика старобѣльскаго земства.-- Майоръ Мариновъ и отношеніе къ нему земцевъ.-- Постановленіе земскаго собраніи по поводу взятіи исправникомъ подъ стражу одного гласнаго изъ крестьянъ во время сессіи.-- Исправникъ-подрядчикъ по содержанію земскихъ лошадей.-- Предсѣдатель земской управы въ качествѣ руководителя крестьянскими выборами.-- Привлеченіе гласнаго изъ крестьянъ Сараны къ слѣдствію.-- Какъ трудно крестьянамъ получать въ аренду казенныя земли, отдаваемыя съ торговъ въ управленіяхъ государственными имуществами и безучастіе въ этомъ случаѣ къ крестьянамъ и недѣятельность земства.-- О старобѣльской земской прогимназіи.-- Многосложная дѣятельность г. предсѣдателя земской управы -- Курьёзъ.-- Книга: "Н. А. Некрасовъ", составленная г. А. Голубевымъ.


Въ одномъ изъ моихъ прошлогоднихъ обозрѣній я говорилъ, что, находясь вдали отъ мѣста дѣйствій того или другого земства, трудно судить о его дѣятельности по тѣмъ отчетамъ, которые публикуются имъ самимъ; что по отчетамъ никогда не доберешься до того, что дѣйствительно хорошо и что дурно, въ особенности если земство составляетъ отчетъ съ снаровкою, чтобы не выносить сору изъ избы; что только люди, живущіе на мѣстѣ дѣятельности земствъ, могутъ вполнѣ ясно и правильно понимать эти отчеты, видѣть что въ нихъ представлено въ ложномъ свѣтѣ, о чемъ намѣренно умолчено и т. д., и что, поэтому, лучшими критиками и цѣнителями дѣятельности каждаго земства могутъ быть только мѣстные жители каждаго земства, т. е., сами же земцы, и что самообозрѣнія каждаго мѣстнаго самоуправленія, дѣлаемыя время отъ времени самими земцами, суть самое лучшее, чего можно желать въ видахъ правильнаго развитія и преуспѣянія земскаго дѣла. Въ доказательство этого, я представилъ нѣсколько выдержекъ изъ двухъ самообозрѣній мѣстной работы, присланныхъ мнѣ изъ Полтавы и Старобѣльскаго Уѣзда. Эти самообозрѣнія давали такія поясненія къ нѣкоторымъ дѣйствіямъ земства, которыя не могутъ быть извѣстны никому, кромѣ мѣстныхъ жителей, и которыхъ изъ отчетовъ земства, конечно, добыть нельзя.

Сдѣланныя мною выдержки произвели, какъ того и слѣдовало ожидать, страшную бурю въ правящей партіи земствъ и въ Полтавѣ, и въ Старобѣльскѣ. Въ редакцію "Отечественныхъ Записокъ" прислано было столько увѣсистыхъ тетрадей съ отвѣтами на эти выдержки, что этими отвѣтами, еслибъ ихъ напечатать, можно было бы наполнить цѣлую книжку "Отечественныхъ Записокъ". Кромѣ того, такіе же отвѣты посланы были и въ разныя газеты, и въ нѣкоторыхъ напечатаны. На этомъ Полтава, какъ кажется, и успокоилась. Но старобѣльское земство пошло дальше. Оно нашло себѣ пріютъ въ политической и литературной газетѣ "Харьковъ" -- ну, и пошла писать провинція... грязь полилась потоками. Еслибъ гг. старобѣльскіе земцы осыпали бранью только "Отечественныя Записки" и меня, то объ этомъ и говорить бы не стоило, ибо на подобную брань мы смотримъ, какъ на похвалу себѣ. Но они обрушиваются, главномъ образомъ, не на насъ, а на автора самообозрѣнія, у котораго мы взяли наши выдержки, называютъ его по имени, взводятъ на него разныя обвиненія, и, такъ какъ съ литературною инкриминаціею въ провинціи, какъ извѣстно, обыкновенно рядомъ идетъ, съ одной стороны, еще болѣе усердная работа провинціальныхъ языковъ, всегда очень длинныхъ, съ другой -- интриги, то положеніе его становится невыносимымъ. При такомъ направленіи дѣла, а всегда счелъ бы своею обязанностію вступиться въ мѣстную полемику земства и дать надлежащія разъясненія. Теперь же сдѣлаю это тѣмъ съ большимъ удовольствіемъ, что почтенный авторъ самообозрѣнія прислалъ мнѣ, за полною подписью своего имени, цѣлую серію разныхъ фактовъ, освѣщающихъ дѣятельность старобѣльскаго земства, облегчая мнѣ такимъ образомъ работу и давая возможность представить болѣе или менѣе цѣльную картину этой дѣятельности, которая можетъ быть поучительна и не для одного старобѣльскаго земства.

Авторъ самообозрѣнія, изъ котораго сдѣланы были мною выдержки о дѣятельности старобѣльскаго земства, майоръ Александръ Львовичъ Мариновъ, не есть какое нибудь пришлое лицо въ старобѣльскомъ земствѣ: онъ -- коренной тамошній житель, крупный землевладѣлецъ и лицо, надобно полагать, уважаемое въ уѣздѣ, потому что постоянно онъ состоялъ на службѣ по выборамъ дворянства и земства и въ настоящее время состоитъ земскимъ гласнымъ. Онъ находится въ оппозиціи съ нынѣшнимъ старобѣльскимъ земскимъ правительствомъ, но борется съ нимъ не изъ-за угла, не интригами, а ведетъ борьбу честную и открытую. Все, въ чемъ онъ обвиняетъ земство, онъ высказываетъ открыто всѣмъ въ лицо на земскихъ собраніяхъ, какъ это видно по журналамъ земскаго старобѣльскаго собранія. Это одно уже дѣлаетъ ему честь. А затѣмъ, всякій кто внимательно проштудируетъ журналы земскаго собранія, убѣдится, что всѣ обвиненія майора Маринова противъ земства и всѣ требованія, которыя онъ предъявляетъ, вполнѣ справедливы и резонны, и потому мы не можемъ не признать, что г. майоръ Мариновъ въ старобѣльскомъ земствѣ -- лицо весьма почтенное и полезное.

Главнымъ образомъ, г. Мариновъ нападаетъ на старобѣльское земство за то, что оно не бережетъ земскихъ денегъ, тратитъ ихъ нерезонно или безъ надлежащаго контроля, или вмѣстѣ и нерезонно, и безконтрольно, и тѣмъ раззоряеть и безъ того бѣдный, и обремененный разными поборами народъ. Нападеніе, какъ увидимъ ниже, вполнѣ справедливое. Но старобѣльскіе земцы, вмѣсто того, чтобы разъяснять тѣ факты или, если угодно даже, тѣ недоразумѣнія, по поводу которыхъ дѣлаются эти обвиненія, стараются набросить тѣнь на самого г. Маринова. Не земство, говорятъ они, раззоряетъ народъ, и онъ, Мариновъ, и ему по лобные, потому что. дескать, онъ, Мариновъ, беретъ съ крестьянъ, какъ то видно изъ исполнительныхъ листовъ, данныхъ ему на Іуду Безсмертнаго к другихъ -- за 8 рублей долга неустойки 360 рублей. Но позвольте, гг. земцы! Если майоръ Мариновъ -- такой завѣдомый раззоритель народа, каковымъ вы его изображаете, то зачѣмъ же вы выбираете его въ земскіе гласные? Да и нетолько выбираете въ гласные, а даже предоставляете ему особенно почетныя должности по земству? Такъ, въ журналѣ земскаго старобѣльскаго собранія 27 сентября 1877 г. значится, что "закрытою баллотировкою (замѣтьте: закрытою!) въ попечители старобѣльской Александровской прогимназіи избранъ майоръ Александръ Львовичъ Мариновъ". Вы въ примѣръ и поученіе, что ли, вашимъ дѣтямъ избираете на такія должности раззорителей народа?-- Этотъ выборъ доказываетъ одно изъ двухъ: или вамъ все равно, раззоряеть человѣкъ крестьянъ, или не раззоряетъ, и потому, какой бы онъ раззоритель ни былъ, но вы все равно выберете его въ какую угодно высокую и почетную должность, если только онъ вашъ кумъ -- или что ваше обвиненіе майора Маринова въ раззореніи крестьянъ есть не болѣе, какъ пустой извѣтъ, недостойная инсинуація. Предположимъ даже невозможное, предположимъ, что вы узнали, что майоръ Мариновъ -- раззоритель крестьянъ уже послѣ того, какъ онъ былъ выбранъ въ попечители старобѣльской прогимназія: и въ такомъ случаѣ, чего же вы хотите и требуете? Чтобы майоръ Мариновъ, раззоряющій крестьянъ, въ качествѣ частнаго землевладѣльца, раззорялъ ихъ и въ качествѣ общественнаго дѣятеля, т. е. когда вы расходуете нерезонно и безконтрольно земскія деньги, не обличалъ бы васъ, а напротивъ поощрялъ, говорилъ бы: берите съ этихъ каналій мужиковъ какъ можно больше! Это было бы, по вашему мнѣнію, лучше! Ясно ли вамъ теперь, гг. земцы, что ваша инсинуація на майора Маринова, если бы она была я справедлива, служитъ никакъ не въ вашу пользу, а напротивъ -- въ его пользу: она показываетъ, что майоръ Мариновъ, даже если онъ -- и раззоритель народа, какъ частный землевладѣлецъ, все таки есть человѣкъ, сколько нибудь Бога бояйся и людей срачляйся, и не хочетъ брать на себя того же грѣха въ качествѣ общественнаго дѣятеля. Теперь посмотримъ: есть ли какое нибудь серьёзное основаніе для этой инсинуаціи и вѣрятъ ли ей сами земцы, такъ усердно ее распространяющіе?-- Майоръ Мариновъ прислалъ намъ цѣлый пукъ приговоровъ отъ разныхъ крестьянскихъ обществъ и свидѣтельствъ, удостовѣренныхъ въ подлинности волостными правленіями и мировымъ судьею, въ. которыхъ эта инсинуація земцевъ называется прямо злонамѣренною клеветою, а о майорѣ Мариновѣ говорится, что онъ во всѣхъ трудныхъ случаяхъ самъ добровольно спѣшилъ на помощь крестьянамъ, ссужая ихъ или деньгами за обыкновенные проценты, или хлѣбомъ по цѣнамъ, иногда низшимъ существующихъ. Одно изъ волостныхъ правленій, именно Боровское, поименовавъ, начиная отъ Іуды Безсмертнаго, имена всѣхъ тѣхъ крестьянъ, съ которыхъ, по инсинуація земцовъ, бралъ будто бы майоръ Мариновъ неустойки, говоритъ, что нетолько съ этихъ крестьянъ онъ не взыскивалъ неустоекъ, но -- что "за все время его жизни ни до кого изъ крестьянъ сей волости не были принимаемы мѣры, рѣшительно подвергающія раззоренію жителей, имѣвшихъ съ нимъ какія либо сношенія по договорамъ, и ничье имущество даже въ самой малой мѣрѣ продаваемо по его искамъ не было; пшеницу уступилъ крестьянамъ для посѣва г. Мариновъ въ долгъ по 8 р., тогда какъ другіе владѣльцы продавали такой же хлѣбъ за наличныя деньги по 10 р." и т. д. Таковы приговоры и свидѣтельства отъ крестьянъ и волостныхъ правленій. Самъ г. Мариновъ говоритъ, что во всю его жизнь, какъ то знаютъ, дескать, и всѣ земцы, распространяющіе противъ него клеветы, "по его искамъ никогда никто не подвергался раззоренію, при взысканіи присужденныхъ въ пользу его неустоекъ: неустойки пишутся ради понужденій къ выполненію договора". Положимъ. можетъ еще возникнуть сомнѣніе относительно крестьянскихъ приговоровъ и свидѣтельстъ волостныхъ правленій, потому что Богъ ихъ знаетъ, какъ и кѣмъ они составляются; положимъ, можетъ возникнуть сомнѣніе относительно искренности показанія о себѣ майора Маринова, ибо кто же себѣ врагъ? Но вотъ въ чемъ не можетъ уже возникнуть никакого сомнѣнія и что даетъ полную достовѣрность и крестьянскимъ приговорамъ, и свидѣтельствамъ волостныхъ правленій, и показанію о себѣ майора Маринова: "я, пишетъ г. Мариновъ:-- отнесся въ старобѣльскій мировой съѣздъ съ просьбой о выдачѣ мнѣ удостовѣренія въ томъ, сколько вообще продано по моимъ искамъ крестьянскихъ имуществъ со дня открытія мировыхъ учрежденій и до времени подачи просьбы, и вотъ, подъ разными предлогами, при состоявшейся уже резолюціи о выдачѣ мнѣ просимаго свѣ дѣнія, полгода тянетъ мировой съѣздъ исполненіе этой моей просьбы, тогда какъ ни откуда, кромѣ самой канцеляріи мироваго съѣзда, въ которую сданы были исполнительные листы, не могли быть извлечены матеріалы для оглашенія ихъ въ томъ искаженномъ видѣ, какъ я упомянулъ, съ цѣлію недобросовѣстной. Присужденіе неустоекъ, договоромъ обусловленныхъ, въ размѣрѣ еще большемъ, чѣмъ какія значатся въ моихъ исполнительныхъ листахъ, дѣлается и у другихъ на основаніи извѣстнаго закона, помимо всѣхъ судей Старобѣльскаго Уѣзда, предсѣдателемъ съѣзда". Этому сообщенію г. Маринова, т. е. что онъ дѣйствительно просилъ мировой съѣздъ о выдачѣ ему свидѣтельства о количествѣ проданныхъ по его искамъ крестьянскихъ имуществъ -- просилъ, конечно, потому что таковой продажи никогда не бывало, иначе и просить бы не сталъ -- что мировой съѣздъ дѣйствительно цѣлые полгода не выдаетъ ему требуемое свидѣтельство -- этому, говорю, сообщенію я вполнѣ вѣрю. Майоръ Мариновъ уже не въ первый разъ проситъ опубликовать это свое сообщеніе за подписью полнаго своего имени. Онъ просилъ бы объ этомъ журналъ "Дѣло"; онъ теперь о томъ же проситъ редакцію "Отечественныхъ Записокъ", чего г. Мариновъ никакъ не могъ бы желать, если бы сообщеніе его было несправедливо. Неизвѣстно, почему мировой съѣздъ медлитъ цѣлые полгода выдачею майору Маринову удостовѣренія, которое могло бы вполнѣ его очистить отъ клеветы враговъ, ибо тогда всѣмъ бы стало ясно, что, хотя въ контрактахъ и исполнительныхъ листахъ и писались огромныя неустойки, но въ дѣйствительности никогда никакихъ взысканій по этимъ неустойкамъ не было. Между тѣмъ, изъ того же мироваго съѣзда враги Маринова, какъ сообщаетъ онъ, какимъ то образомъ ухитряются доставать исполнительные листы, доставляй ихъ въ разныя даже столичныя изданія, напримѣръ, газету "Новости", журналъ"Дѣло" и на основаніи ихъ увѣряютъ, что майоръ Мариновъ раззоряеть народъ. Надобно полагать, какъ полагаетъ и майоръ Мариновъ, что, по какимъ-нибудь интригамъ враговъ, и мировой съѣздъ задерживаетъ болѣе уже полугода требуемое имъ удостовѣреніе, которое такъ важно и которое мировой съѣздъ, даже по чувству гуманности, долженъ былъ бы дать по первому требованію. Ничему этому мы, впрочемъ, не удивляемся. Изъ враговъ г. Маринова среди земцевъ есть, очевидно, не мало такихъ темныхъ личностей, которыя неразборчивы въ средствахъ, когда дѣло идетъ о мести, которыя не брезгаютъ даже к клеветою. Но намъ удивительно, что тоже самое, что говорятъ они, повторяетъ и старобѣльскій городской голова, онъ же -- предсѣдатель земской управы, г. Кириловъ, человѣкъ несомнѣнно образованный и, пожалуй, даже ученый: онъ -- кандидатъ харьковскаго университета. Онъ и самъ лично отъ крестьянъ и волостныхъ начальниковъ могъ узнать о несправедливости слуховъ, распускаемыхъ относительно взысканія Мариновымъ огромныхъ неустоекъ, могъ справки объ этомъ забрать и въ мировомъ съѣздѣ. Какъ-то не вѣрится, чтобы г. Кириловъ зазнамо сталъ распространять несомнѣнную клевету за истину, а, съ другой стороны, какъ-то трудно представить, чтобы кандидатъ университета, занимающій два такіе важные поста въ Старобѣльскѣ, могъ ненамѣренно, но одному только легкомыслію, основываясь на однихъ ложныхъ слухахъ, взводить подобныя тяжелыя обвиненія на своего сочлена въ земствѣ!

Сказаннаго мною достаточно для характеристики личности майора Маринова и отношеній къ нему земства. Теперь я обращусь къ разсмотрѣнію: насколько справедливы тѣ обвиненія и протесты, которые дѣлаетъ г. Мариновъ противъ разныхъ дѣйствій и дѣятелей правящей нынѣ партія старобѣльскаго земства?

Одно изъ главныхъ обвиненій майора Маринова противъ земства состоитъ въ неблаговидномъ отношеніи земства къ земской полиціи или, точнѣе сказать, къ ея исправнику Меранди. Разсматривая тѣ случаи, которые приведены майоромъ Мариновымъ въ доказательство этого, нельзя не признаться, что эти случаи представляются дѣйствительно неблаговидными или, по крайней мѣрѣ, настолько странными, что требуютъ разъясненія. Вотъ эти случаи:

Собирается, въ сентябрѣ прошедшаго года, земское старобѣльское собраніе. Вдругъ, на другой день по открытіи собранія, исправникъ одного изъ гласныхъ, прибывшихъ на собраніе, именно волостнаго старшину Шопина, беретъ и сажаетъ въ кутузку. Какъ? За что? Про что? Самъ этотъ гласный, въ собственноручной запискѣ, доставленной вамъ майоромъ Мариновымъ, объясняетъ свой арестъ слѣдующимъ образомъ:

"1878 года апрѣля 15-го дня симъ удостовѣряю, что, будучи въ очередномъ земскомъ собраніи въ качествѣ гласнаго при занятіяхъ, я былъ арестовавъ старобѣльскимъ исправникомъ Меразди и посаженъ въ арестантскую, куда посажены были также три волостные старинны и какой-то преступникъ, гдѣ заперты были подъ замокъ за желѣзной рѣшеткой. Предлогомъ къ арестованію меня было то, что по волости, мною управляемой, не собирается успѣшно недоимка; но въ числѣ гласныхъ было нѣсколько волостныхъ старшинъ, въ волостяхъ которыхъ также существуетъ недоимка, но отвѣтственность пала на меня одного. Это произошло 25-го сентября 1877 года".

"Къ этому краткому объясненію крестьянина-гласнаго Шопина, говоритъ майоръ Мариновъ:-- слѣдуетъ прибавить слѣдующее былое: онъ засталъ въ острогѣ трехъ старшинъ; это были блѣдные, истомленные люди, точно послѣ продолжительной болѣзни, съ ними посаженъ былъ преступникъ пьяный. Какъ только Шопенъ билъ втолкнутъ въ шею въ ту же камеру, преступникъ бросился на него съ кулаками и началъ его толкать въ грудь, въ бока и бранить отвратительными словами. Сидѣвшіе старшины, люди лучшіе, изъ нѣсколькихъ селъ избранные, подвергались уже по трое сутокъ такой же пыткѣ, и вдобавокъ имъ не давали ѣсть".

Какъ видитъ читатель, случай весьма важный, выходящій изъ ряду обыкновенныхъ! Не въ томъ здѣсь вопросъ: исправно ли старшина Шопинъ несетъ свои обязанности, или нѣтъ, по небрежности ли его не собиралась успѣшно во время недоимка, или по бѣдности крестьянъ, и слѣдовательно, имѣлъ ли право исправникъ посадить его въ кутузку, или нѣтъ. Предположимъ самое худшее, т. е, что Шопинъ былъ старшина неисправный, изъ рукъ вонъ плохъ по небрежности и что исправникъ имѣлъ полное право посадить и арестовать его. Но вѣдь земское собраніе продолжается всего нѣсколько дней. То, во время котораго арестованъ былъ Шопинъ, продолжалось всего шесть дней, съ 24-го по 29-е сентября. Исправникъ могъ арестовать его и до начала собранія, и по окончаніи собранія; но онъ арестовалъ его именно во время собранія. Это -- уже не просто арестъ волостнаго старшины за небрежное исправленіе имъ своихъ обязанностей, а оскорбленіе, брошенное въ лицо всему собранію, и, мало того -- оскорбленіе, а давленіе на свободу рѣшеній собранія, посягательство на высочайше дарованное земству право самоуправленія! Представьте себѣ, что даже такой незначительный въ администраціи чинъ, какъ исправникъ, будетъ, по произволу, во время самаго собранія, хватать гласныхъ изъ крестьянъ, изъ которыхъ каждый имѣетъ въ собраніи одинъ голосъ на рѣшеніе дѣлъ цѣлаго уѣзда, онъ однимъ изъятіемъ этого голоса изъ собранія будетъ наклонять рѣшенія собранія въ ту или другую сторону. Я уже не говорю о томъ, что одною угрозою передъ началомъ собранія нанести подобный позоръ взятія подъ стражу каждому изъ гласныхъ крестьянъ, который будетъ поддерживать не тѣхъ лицъ или не тѣ мнѣнія, которыя хочется исправнику, исправникъ можетъ вліять на всѣ рѣшенія земскаго собранія. Ясно, что арестованіе гласнаго изъ земскаго собранія не по какому нибудь тяжкому уголовному преступленію, а за небрежность въ исполненіи своей должности, за что онъ могъ быть подвергнутъ аресту и до, и послѣ собранія, для старобѣльскаго земскаго собранія было не пустое дѣло, а предметъ особенной важности. Примите при этомъ во вниманіе обстоятельства, сопровождавшія, по словамъ Маринова, арестъ Шопина: волостного старшину и гласнаго земскаго собранія втолкнули въ шею въ одну камеру съ уголовнымъ преступникомъ, который притомъ его билъ, какъ и другихъ трехъ сидѣвшихъ съ нимъ старшинъ. Развѣ это -- не униженіе и не тяжкое оскорбленіе для земскаго собранія, что одного изъ его сочленовъ, не сдѣлавшаго никакого преступленія, какой нибудь исправникъ можетъ бросить въ одну тюрьму вмѣстѣ съ преступникомъ и позволить послѣднему даже бить его? Земскому собранію слѣдовало немедленно составить протоколъ о дѣйствіяхъ исправника, позволившаго себѣ, безъ всякой нужды, схватить одного изъ его членовъ и бросить въ тюрьму и, вмѣстѣ съ показаніемъ Шопина, какъ онъ былъ содержимъ въ тюрьмѣ, отправить этотъ протоколъ на разсмотрѣніе подлежащаго начальства; а потомъ оно могло уже заняться разсужденіемъ о томъ: какъ предупредить подобные возмутительные случаи, подрывающіе притомъ въ основаніи высочайше дарованное земству самоуправленіе, на будущее время? Но земское собраніе, въ которомъ по поводу ареста Шопина шли оживленныя пренія, хотя въ чемъ состояли эти пренія -- въ журналѣ не означено, ограничилось тѣмъ, что, по предложенію гласнаго Кирилова, положило: "ходатайствовать черезъ губернское начальство объ измѣненіе въ законодательномъ порядкѣ закона, дающаго исправникамъ право собственною властію арестовывать волостное начальство за неправильный сборъ податей и недоимокъ". Постановленіе очень либеральное и широкое, и дай Богъ, чтобы оно осуществилось; но, тѣмъ не менѣе, въ сущности, оно весьма непрактичное. Извѣстно, что разрѣшеніе всякихъ вопросовъ въ законодательномъ порядкѣ тянется очень долго, годами. Пока постановленіе старобѣльскаго земскаго собранія будетъ ходить по разнымъ инстанціямъ -- да еще послѣдуетъ ли на него согласіе -- исправникъ, по-прежнему, будетъ все въ правѣ хватать гласныхъ изъ крестьянъ во время земскихъ собраній и сажать въ кутузку. Земскому собранію, вмѣстѣ съ этимъ своимъ либеральнымъ постановленіемъ, слѣдовало составить протоколъ о данномъ случаѣ, и оба эти акта пошли бы каждый своей дорогой: одинъ -- въ законодательномъ порядкѣ, а другой -- въ административно-судебномъ. Можно сказать, что для старобѣльскаго земскаго собранія послѣдній путь былъ самый прямой, ближайшій и надежный; на законодательные проэкты его можетъ не обратить вниманія ни его ближайшее, ни высшее начальство; но то и другое начальства немедленно возстановятъ его нарушенныя кѣмъ бы то ни было правё и всякую власть, позволяющую себѣ посягнуть на эти правё, поставятъ въ должныя границы, такъ какъ это можно сдѣлать легко и скоро, безъ ожиданія новыхъ законовъ, при помощи давно уже существующихъ. Такдмъ образомъ, при внимательномъ разсмотрѣніи, либеральное постановленіе земскаго собранія оказывается только ловкимъ обходомъ дѣла, который, не удовлетворяя ни оскорбленнаго земскаго собранія, ни потерпѣвшаго гласнаго Шопина и не касаясь совсѣмъ виновника совершенныхъ правонарушеній, создаетъ вопросъ общій, до земства вообще касающійся только стороною, а до даннаго случая вовсе не касающійся, такъ что, еслибы онъ былъ разрѣшенъ и въ смыслѣ сдѣланнаго земствомъ постановленія, то данный случай остался бы, все-таки, не разслѣдованнымъ и сдѣланое правонарушеніе не возстановленнымъ. И что всего замѣчательнѣе: этотъ обходъ предложенъ главнымъ представителемъ земскихъ интересовъ, предсѣдателемъ земской управы Кириловымъ, на обязанности котораго, напротивъ, лежало, даже еслибы и всѣ члены земскаго собранія желали ограничиться только вышереченнымъ либеральнымъ постановленіемъ -- требовать и настаивать, чтобы данный случай арестованія гласнаго во время земскаго собранія и самого способа его содержанія въ тюрьмѣ не остался безъ законнаго разслѣдованія. Мы не удивляемся, что майоръ Мариновъ приписываетъ это опущеніе преимущественно предсѣдателю земской управы Кирилову. Такое впечатлѣніе получается при чтеніи журналовъ земскихъ даже стороннимъ человѣкомъ. Майоръ же Мариновъ присутствуетъ лично на засѣданіяхъ земства, слышитъ пренія по всѣмъ вопросамъ и, кромѣ того, знаетъ тѣ или другія отношенія другъ къ другу дѣйствующихъ лицъ. Я не могу, конечно, утверждать, чтобы впечатлѣнія и предположенія майора Маринова были безошибочны, несомнѣнна; можетъ быть, они и совсѣмъ невѣрны, но вся постановка дѣла такова, что ему трудно отъ нихъ отдѣлаться.

Возьмите, напримѣръ, хоть слѣдующій фактъ. Г. Кириловъ, городской голова и предсѣдатель земской управы, вмѣстѣ съ тѣмъ -- и подрядчикъ по продовольствію пожарной команды и тюремнаго замка. Исправникъ -- главный начальникъ и надъ пожарной командою, и надъ тюремнымъ замкомъ, и главный наблюдатель за продовольствіемъ и здѣсь, и тамъ. Кстати замѣтьте при этомъ, что даже канцелярскою частію въ тюремномъ замкѣ завѣдываетъ всего за 200 р. исправникъ! Слыханное ли это гдѣ-нибудь дѣло? Я никакъ не думаю, чтобы начальникъ цѣлаго города и уѣзда, при его многосложныхъ занятіяхъ, имѣлъ время исполнить и должность письмоводителя при тюремномъ замкѣ. Вѣроятно, дѣлаетъ все это какой-нибудь полицейской писецъ. За что же получаетъ деньги исправникъ? Или; можетъ, тутъ вовсе и не въ деньгахъ сила? Кто разберетъ основу тѣхъ странныхъ непонятныхъ сплетеній, какія представляютъ изъ себя члены земскаго самоуправленіи въ связи съ земской полиціей.

Мы видѣли одну сторону этого сплетенія, гдѣ предсѣдатель земской управы, въ качествѣ подрядчика по продовольствію пожарной команды и тюремнато замка, находится подъ надзоромъ исправника; посмотримъ теперь на другую, гдѣ исправникъ находится подъ надзоромъ предсѣдателя земской управы, въ качествѣ подрядчика по содержанію земскихъ лошадей въ Старобѣльскѣ. Я не знаю: состоятъ ли гдѣ нибудь, кромѣ Старобѣльска, исправники подрядчиками по содержанію земскихъ лошадей; но если состоятъ гдѣ-нибудь, то и это уже есть великое злоупотребленіе; потому, во первыхъ, что подрядъ на содержаніе лошадей долженъ отдаваться не иначе, какъ съ торговъ; но когда исправникъ является на торгъ, кто же изъ подчиненныхъ ему обывателей города и уѣзда рѣшится съ нимъ конкурировать и понижать цѣну? Вѣдь это значило бы обывателю нажить себѣ въ лицѣ исправника вѣчнаго врага; во-вторыхъ, большая часть чиновъ, имѣющихъ нужду въ земскихъ лошадяхъ, или прямо подчинены исправнику, какъ, напримѣръ, становые, или косвенно состоятъ отъ него въ зависимости; слѣдовательно, какъ бы исправникъ неисправно ни исполнялъ своего подряда, никто не будетъ смѣть пикнуть противъ него -- все будетъ шито-крыто. Но старобѣльское земство сдѣлало гораздо болѣе этого. Оно не сочло нужнымъ, даже хоть только ради видимости и приличія, соблюдать законныя формы при отдачѣ подряда исправнику: оно отдало исправнику содержаніе земскихъ лошадей ври старобѣльской полиціи нетолько безъ торговъ, притомъ за цѣну гораздо большую, чѣмъ берутъ другіе содержатели земскихъ лошадей въ уѣздѣ и городѣ, но нѣкоторымъ образомъ открыто само помогаетъ злоупотребленіямъ исправника. Къ удивленію нашему, мы читаемъ слѣдующія пренія въ земскомъ собраніи 27-го сентября. Гласный Мариновъ дѣлаетъ такое заявленіе:

"Постановленіемъ одного изъ прошлыхъ собраній содержаніе лошадей при старобѣльской полиціи отдано безъ торговъ исправнику по увеличенной цѣнѣ 180 р. за лошадь, когда остальные почтосодержатели получаютъ только по 130 р. Но при этой цѣнѣ исправникъ содержитъ не девять, какъ должно, лошадей, а двѣ, что, конечно, не можетъ удовлетворять дѣйствительныхъ надобностей лицъ, для которыхъ означенная почта создана; вслѣдствіе чего чины полиціи, пріѣзжающіе изъ уѣзда въ городъ, задерживаютъ почтовыхъ лошадей изъ ближайшихъ пригородныхъ станцій и возвращаются на нихъ обратно. Если же на это нѣтъ жалобъ почтосодержателей, то это объясняется тѣмъ, что каждый изъ нихъ, находясь въ извѣстной зависимости отъ чиновъ полиціи, молчаливо переносить это неудобство во имя своего личнаго спокойствія. Но такъ какъ земскія лошади есть общая, такъ сказать, земская собственность, пользоваться которою каждому члену можно только при соблюденіи извѣстныхъ условій, то прямая обязанность собранія пресѣчь это зло". На это одинъ изъ гласныхъ замѣчаетъ: "Исправникъ съ лицами, имѣющими право требовать лошадей на земской станціи при старобѣльской полиціи, содержимой имъ, вступилъ въ соглашеніе и вознаграждаетъ за потерю ихъ права ѣздить даромъ извѣстнымъ количествомъ денегъ, а для своихъ надобностей держитъ три лошади" (!!!). Другой гласный говоритъ, что, такъ какъ никакихъ жалобъ на неудобство содержимой исправникомъ станціи нѣтъ, то онъ находить заявленіе Маринова бездоказательнымъ.

Итакъ, вотъ какіе гласные находятся въ старобѣльскомъ земствѣ. Они не находятъ ничего ни страннаго, ни противузаконнаго въ томъ, что исправникъ, обязанный по контракту содержать девять лошадей, содержитъ, вмѣсто 9, всего три лошади, потому что въ случаѣ, дескать, недостатка лошадей, онъ имѣющимъ право на земскихъ лошадей платитъ деньгами. Во-первыхъ, разъ по контракту, исправникъ взялся содержать лошадей натурой, онъ и долженъ ихъ такъ содержать и не имѣетъ права содержать ихъ меньше, чѣмъ слѣдуетъ, и расплачиваться деньгами съ требующими лошадей; а во-вторыхъ, майоръ Мариновъ правъ, что, при подобномъ порядкѣ, злоупотребленія неизбѣжны. Каждый становой, чтобы не принести убытку исправнику, будетъ обременять почтосодержателей уѣзда. Такъ, въ журналѣ того же собранія, отъ 28-го сентября, значится, что "въ собраніе явился почто-содержатель Ново-Астраханской почтовой станціи и заявилъ, что становой чисто измучилъ его лошадей; экипажъ тяжелый, ему полагается пара, а онъ берегъ по тройкѣ и даже но пяти лошадей, разсыльныхъ же посылаетъ по три и болѣе человѣкъ въ день". Такъ, значитъ, туго пришлось бѣдному почтосодержателю отъ разгона, что и исправника не побоялся придти съ жалобой въ земское собраніе!-- Помянутое выше заявленіе г. Маринова не осталось безъ послѣдствій только потому, конечно, что, во время преній, было заявлено, что "въ послѣдній проѣздъ свой, начальникъ губерніи предложилъ исправнику, по окончаніи срока, не принимать больше непосредственнаго участія въ содержаніи лошадей при старобѣльской полиціи, и земское собраніе постановило: станцію при старобѣльской полиціи отдать, съ 1-го января 1878 г., съ торговъ".-- Казалось бы, конецъ дѣлу! Нѣтъ, майоръ Мариновъ пишетъ, что все "осталось по-старому", не объяснивъ, впрочемъ, какъ это случилось.

Изъ приведенныхъ выше фактовъ, очевидно, что связь между земствомъ и полиціей существуетъ самая тѣсная. Я говорю это никакъ не въ ту силу, чтобы желалъ вражды между полиціей и земствомъ. Напротивъ, когда они живутъ въ ладу, да въ согласіи,. то и слава Богу; нужно только, чтобы это было не во вредъ дѣлу, чтобы дружба была дружбой, а служба службой. Но когда земство и полиція, переплетаются такъ, что не разберешь, гдѣ земство, гдѣ полиція тогда хорошаго ожидать ничего нельзя: тогда земство никакъ не можетъ быть тѣмъ, чѣмъ оно, по закону, должно быть, т. е. защитникомъ и охранителемъ интересовъ народныхъ.

Насколько далеко идетъ связь старобѣльскаго земства съ полиціей, этого я, конечно, не могу опредѣлить, но что земство въ отношеніяхъ съ полиціей находится не на подобающей высотѣ своего положенія, это для меня очевидно и изъ предъидущихъ фактовъ, а тѣнь болѣе, изъ нижеслѣдующихъ:

Было въ Старобѣльскомъ Уѣздѣ такое дѣло: при дознаніи, производившемся неизвѣстно мнѣ по какому случаю, нѣсколько крестьянъ сдѣлали показаніе о лихоимствѣ полиціи. Дознаніе это для полиціи не имѣло никакихъ послѣдствій, но для крестьянъ оно не осталось безъ послѣдствій. Явился фальшивой приговоръ о дурномъ яко бы поведеніи крестьянъ и о необходимости ихъ отправить въ Сибирь; дѣло поведено было такъ быстро и ловко, что подлежащее начальство не успѣло разсмотрѣть его какъ слѣдуетъ и утвердило; крестьянъ посадили, въ октябрѣ, въ острогъ, а въ маѣ отправили въ Сибирь. Къ счастію, дѣло дошло до сената, гдѣ защищалъ его присяжный повѣренный Ольхинъ. Сенатъ отмѣнилъ рѣшеніе мѣстныхъ властей, и оправданные крестьяне были возвращены раззоренные, убитые, а одинъ умеръ въ дорогѣ.

Какъ читатель можетъ судить уже по рѣшенію сената, дѣло было вопіющее. Ссылка въ Сибирь крестьянъ ни въ чемъ неповинныхъ! Земство, конечно, должно было это знать и не могло этого не знать. Кому ближе было придти на помощь невинно раззоряемымъ, заточаемымъ и изгоняемымъ крестьянамъ, какъ не ему?-- Однакожь, пришло къ нимъ на помощь не оно. Вотъ что пишутъ, между прочимъ, крестьяне села Садковъ Ново-Боровской Волости въ приговорѣ, выданномъ ими майору Маринову въ февралѣ нынѣшняго года, по поводу вышеупомянутыхъ распускаемыхъ о немъ земцами слуховъ въ раззоренія крестьянъ:

"Какъ мы, такъ равно и другіе крестьяне всего уѣзда, всегда находили въ майорѣ Мариновѣ защиту противъ какихъ бы то ни было несправедливостей обидъ, причиняемыхъ людьми, силу имѣющими. Мы можемъ удостовѣрить это слѣдующимъ фактомъ: изъ Ново-Айдарской волости нашего уѣзда было отправлено восемь семействъ въ ссылку въ Сибирь самымъ несправедливымъ образомъ: сперва томились они въ старобѣльскомъ тюремномъ замкѣ, а затѣмъ отправлены были въ путь, и въ московскомъ пересыльномъ пунктѣ застигло ихъ распоряженіе о возвратѣ на родину, такъ какъ правительствующій сенатъ призвалъ ихъ напрасно приговоренными къ ссылкѣ, а результата такового достигли они чрезъ единственное ходатайство г. Марнаова, что можетъ свидѣтельствовать присяжный повѣренный г. Ольхинъ, принявшій на себя безвозмездную защиту въ правительствующемъ сенатѣ. Но этотъ случай, нами представленный-не единственный; таковыхъ очень много, и не пройдетъ дня, чтобы къ г. Маринову не обращались нуждающіеся въ помощи по сдѣланнымъ обидамъ, и онъ не отказываетъ въ дѣлѣ правомъ въ совѣтѣ и матеріальной помощи".

Я долженъ, впрочемъ, оговориться. Я не знаю, когда происходила означенная высылка крестьянъ въ Сибирь -- при нынѣшней ли правящей партіи земства, или до нея; если это было при прежнемъ земствѣ, то и прежнее, значитъ, не было радѣтелемъ крестьянъ, какъ и нынѣшнее. А что нынѣшнее также страдаетъ этимъ грѣхомъ, это, мы увидимъ ниже, хотя оно состоитъ въ непосредственныхъ отношеніяхъ съ крестьянами, слѣдовательно, знакомо со всѣмъ, что среди нихъ дѣлается, и могло бы употреблять свою силу и вліяніе для ихъ пользы и защиты, а никакъ не для тѣхъ предосудительныхъ цѣлей, для которыхъ иногда пользуются ими члены земской управы. Вотъ что пишетъ, напримѣръ, майоръ Мариновъ:

"Предсѣдатель земской управы Кариловъ принялъ на себя обязанность руководить сельскими выборами въ трехъ участкахъ уѣзда, именно: въ НовоАйдарскомъ, Оснновскомъ и Старобѣльскомъ Въ Осиновикомъ г. Кириловъ желалъ во что бы то ни стало провести въ гласные тамошняго торговца и навязывалъ его выборщикамъ три раза въ гласные, а для болѣе успѣшнаго достиженія своего желанія онъ прибѣгалъ къ различнымъ пріемамъ, именно: прежде всего черезъ поднятіе рукъ, потомъ, когда этотъ пріемъ не удался, онъ приказалъ толпѣ раздѣлиться направо и налѣво, тогда какъ пряная его обязанность заключалась лишь въ наблюденіи за правильностію выборовъ, но отнюдь не въ командованіи массою выборщиковъ и не въ навязываніи имъ своимъ желанныхъ. По третьему предложенію г. Кирилова выбрать указанное имъ лице, крестьяне съ негодованіемъ и шумомъ отвергли его кандидата. По поводу такихъ дѣйствій г. Кирилова поступили жалобы отъ крестьянъ къ начальнику губерніи, а уѣздное земское собраніе, по моему предложенію, постановило на будущее время на сельскихъ съѣздахъ производить выборы закрытою баллотировкою".

Какъ-то даже не вѣрится, чтобы такія штуки могъ продѣлывать кандидатъ университета! А между тѣмъ, фактъ не подлежитъ сомнѣнію: въ журналѣ земскаго собранія 2 сентября дѣйствительно значится, что г. Мариновъ дѣлалъ заявленіе объ опредѣленіи порядка баллотировки на сельскихъ избирательныхъ съѣздахъ, конечно, въ силу тѣхъ мотивовъ, которые онъ теперь сообщаетъ, и собраніе постановило: производить впредь баллотировку закрытою подачею голосовъ.

Въ другихъ случаяхъ, гдѣ желательно бы видѣть участіе земской управы въ дѣлахъ крестьянъ и гдѣ, по моему мнѣнію, самые существенные интересы земства даже обязываютъ его идти на помощь къ крестьянамъ со своимъ вліяніемъ и силою, управа блистаетъ своимъ отсутствіемъ. Г. Мариновъ разсказываетъ, напримѣръ, такой случай. По постановленію земскаго старобѣльскаго собранія, всѣмъ гласнымъ, которыхъ командировали, во время голодованія уѣзда, провѣрять имущество и запасы въ волостяхъ, нуждающихся въ хлѣбѣ крестьянъ, положено было выдавать суточнаго содержанія по три рубля. "Одинъ простой неграмотный гласный изъ крестьянъ Ново астраханской волости Иванъ Сарана, выполнившій подобное порученіе управы, отпѣлъ ей, что въ виду бѣдствія народа, въ которомъ онъ удостовѣрился, ни его сердце, ни совѣсть, не позволяютъ ему воспользоваться предлагаемымъ управой 3-хъ рублевымъ суточнымъ вознагражденіемъ за провѣрку двухъ обширныхъ волостей, отнявшихъ у него много времени, такъ какъ вознагражденіе это должно упадать на тѣхъ же неимущихъ крестьянъ и поэтому онъ отказывается отъ него". "Здѣсь, присовокупляетъ майоръ Мариновъ:-- я считаю необходимымъ добавить, что чьимъ то наитіемъ, вскорѣ послѣ описаннаго отвѣта, этотъ же самый гласный, весьма наглымъ образомъ, былъ подвергнутъ подъ слѣдствіе, а потомъ и преданъ суду, будто бы за личное оскорбленіе волостного старшины на сельскомъ сходѣ, каковое оскорбленіе отрицаетъ и сельскій староста, и крестьянскій сходъ". Я, конечно, никакъ не могу согласиться съ майоромъ Мариновымъ, чтобы суточныя деньги, выдаваемыя гласнымъ, командируемымъ съ особымъ порученіемъ и на долгое время, были тратою неправильною, если только эти гласные -- не члены управы: они теряютъ время, опускаютъ свои дѣла и должны быть вознаграждены. Вопросъ тутъ можетъ быть только развѣ о томъ или другомъ количествѣ суточныхъ денегъ. Точно также не согласенъ я и съ намекомъ г. Маринова о наитіи: подобный поступокъ былъ бы очень гнусенъ даже и для самыхъ темныхъ личностей въ земствѣ. Но если дѣло стоитъ такъ, какъ описываетъ его г. Мариновъ, если дѣйствительно и сельскій староста, и весь крестѣнскій сходъ утверждаютъ, что гласный Сарана никакого оскорбленія волостному старшинѣ не наносилъ, то я не ногу понять: какимъ образомъ земство могло оставить это дѣло безъ вниманія? Земство, конечно, не имѣетъ права вмѣшиваться непосредственно въ полицейскую и слѣдственную часть, но, разъ оно знаетъ, а оно можетъ и обязано знать, что полиція нарушила чьи нибудь права изъ крестьянъ, а также привлекла кого-нибудь изъ нихъ къ слѣдствію несправедливо, оно имѣетъ возможность и должно довести объ этомъ до свѣдѣнія высшаго мѣстнаго начальства и требовать возстановленія нарушеннаго права, а также переслѣдованія дѣла. Въ особенности оно должно быть внимательно и ревниво къ неправильнымъ дѣйствіямъ полиціи по отношенію къ гласнымъ. Неправильнымъ преслѣдованіемъ гласныхъ изъ крестьянъ полиція можетъ запугивать лучшихъ изъ крестьянъ, избираемыхъ въ гласные, и заставлять ихъ отказываться отъ службы въ земствѣ, черезъ это способствовать подбору гласныхъ себѣ подручныхъ, а черезъ нихъ вліять на то или другое рѣшеніе интересныхъ дѣлъ въ земскомъ собраніи. Но и помимо этихъ соображеній, для всякаго земскаго управленія не можетъ не быть оскорбительно, если его гласные будутъ подвергаться ни за что, ни про что преслѣдованіямъ полиціи, въ особенности такіе почтенные и рѣдкіе въ земствѣ гласные, какъ гласный Сарана.

Кстати я коснусь здѣсь и еще одного обстоятельства, которое касается практики не одного старобѣльскаго, а вообще земствъ, и которое показываетъ, какъ мало земства заботятся объ интересахъ крестьянства или, что -- тоже, о своихъ собственныхъ. Мнѣ присланъ приговоръ государственныхъ крестьянъ Старобѣльскаго Уѣзда, Городищенской Волости, который былъ составленъ 23-го августа 1876 года и представленъ въ управленіе государственными имуществами. Въ приговорѣ этомъ крестьяне пишутъ, что, за отрѣзкою у нихъ земель, земли у нихъ стало мало и они каждый годъ поставлены бываютъ въ необходимость брать въ аренду ихъ же бывшія земли у.купцовъ, которые берутъ эти земли въ управленіи государственными имуществами за дешевую цѣну, съ нихъ же берутъ такую цѣну, что многіе изъ крестьянъ не въ состояніи заплатить даже и за нѣсколько десятинъ. Потому, крестьяне просятъ управленіе государственными имуществами отдать имъ въ аренду на шесть лѣтъ отрѣзанную у нихъ землю за цѣну, какая будетъ существовать отъ правительства. "Но крестьянамъ -- такъ помѣчено на приговорѣ -- было отказано, а одинъ промышленникъ взялъ 22,000 десятинъ по 28 копеекъ за десятину; впрочемъ, по сильному протесту крестьянъ -- и имъ въ этомъ дѣлѣ помогли добрые люди -- отъ промышленника землю взяли, а крестьянамъ все-таки недали". Признаюсь, во всемъ этомъ я ничего не понялъ и обратился за разъясненіемъ къ одному изъ знающихъ лицъ въ министерствѣ государственныхъ имуществъ. Но и онъ мнѣ всего разъяснить не могъ. Онъ сказалъ только, что крестьянамъ отказали въ просьбѣ потому, вѣроятно, что на шесть лѣтъ въ аренду отдавать земли можетъ только министерство государственныхъ имуществъ, а, можетъ быть, и потому, что управленіе государственными имуществами отдаетъ земли въ аренду не иначе, какъ съ торговъ. Затѣмъ: какимъ образомъ могли быть отданы 22,000 десятины промышленнику, какъ тутъ вышелъ протестъ крестьянъ, почему земля была взята у промышленника, почему не отдана крестьянамъ?-- этого онъ объяснить не могъ. "Это, говоритъ:-- что-то смутное; тутъ надобны справки изъ мѣстныхъ дѣлъ, да и тамъ, пожалуй, не найдешь". Ну, такъ мы это и оставимъ, а будемъ говорить только о томъ, что болѣе ясно. По всей вѣроятности, очень часто и во многихъ мѣстахъ крестьянамъ отказывается въ арендѣ государственныхъ земель или потому, что они просятъ на болѣе долгій срокъ, чѣмъ могутъ дать управленія государственными имуществами, или потому, что просятъ такъ же, какъ въ вышеозначенномъ примѣрѣ: дескать, дадимъ цѣну всякую, какую казна положитъ. Управленіе же государственными имуществами не будетъ писать такъ, что, дескать, проси на меньшій срокъ, тогда дамъ, или что. дескать, безъ торговъ я не могу дать, а явись на торги, тогда и получишь землю, если дашь большую противъ другихъ цѣну: оно просто откажетъ. Изъ крестьянъ же самихъ кой кто,.т. е. нѣкоторые кулаки и грамотники, знаютъ, что земли казенной безъ торговъ взятъ они не могутъ, пожалуй, и слѣдятъ за тѣмъ, когда будутъ торги. Цѣлыя же крестьянскія общества, конечно, ничего этого не знаютъ. Да, кромѣ того, сюда можетъ привходить и еще одно весьма важное обстоятельство, которое-можетъ крестьянамъ служитъ препятствіемъ къ снятію казенныхъ земель въ аренду, именно: какъ велики будутъ куски земли, нарѣзываемые управленіемъ государственными имуществами въ аренду? Если это будутъ площади въ 22,000 десятинъ и т. п., то иныя крестьянскія общества, и при полномъ знаніи, какъ заполучить въ аренду казенную землю, явившись на торги, найдутъ для себя не подъ силу нарѣзанные участки, какъ по величинѣ ихъ, такъ и по требуемому за нихъ на торгахъ залогу. Послѣдствіемъ всѣхъ этихъ причинъ бываетъ то. что на торги на отдаваемыя въ аренду казенныя земли являются въ управленіе государственными имуществами не крестьяне-землепашцы, не крестьянскія общества, а промышленникъ-купецъ съ двумя или тремя подставными лицами, и комедія торга кончается тѣмъ, что десятина земли отдается за 28 копеекъ. Посмотримъ теперь, что выигрываетъ отъ такого порядка или, правильнѣе сказать, безпорядка отдачи государственныхъ земель казна? Я не знаю, какія стоятъ арендныя цѣны на землю въ Старобѣльскомъ Уѣздѣ -- будемъ говорить о немъ -- но думаю не дешевле пяти рублей за десятину. Еслибы крестьяне торговались на землю, то, при существующихъ тамъ предположенныхъ общихъ цѣнахъ за арендованную десятину, они выдавали бы на торгахъ навѣрно не менѣе двухъ рублей за десятину. Слѣдовательно, казна за 22,000 десятины получила бы 44.000 рублей. Да, сверхъ того, при большомъ количествѣ земли у крестьянина и при большей запашкѣ, навѣрное, недоимки у крестьянъ уменьшились въ годъ, по крайней мѣрѣ, настолько же; слѣдовательно, казна получила бы minimum 88,000 руб. въ годъ. Теперь же дѣло стоитъ такимъ образомъ: промышленникъ за 22,000 десятины, по 28 коп. десятина, заплатитъ казнѣ всего 6,360 р. но какъ промышленникъ своего не упустить и на каждую арендованную имъ десятину земли полностью выберетъ ту арендную плату, какая существуетъ въ Старобѣльскомъ Уѣздѣ по сдѣланному нами предположенію, т. е. по пяти рублей за десятину, то за 22,000 десятинъ онъ получитъ съ крестьянъ 110,000 р. Но, какъ получитъ?-- Когда землю беретъ съ торговъ цѣлое крестьянское общество, то, по разверсткѣ, каждый крестьянинъ получитъ себѣ изъ арендованной земли участокъ, соотвѣтствующій числу рабочихъ силъ въ его семействѣ, и, слѣдовательно, всѣ крестьяне относительно будутъ равно богаты, равно состоятельны передъ казною. Но у промышленника будутъ арендовать землю.по частямъ крестьяне болѣе состоятельные и кулаки;. для бѣдныхъ крестьянъ цѣна аренды будетъ недоступная -- и недоимка будетъ оставаться прежняя. Слѣдовательно, выгода казны отъ аренды ея промышленникомъ представится въ слѣдующемъ видѣ:Ь 6,360 р. аренды, -- 103,640 р., взятыхъ промышленникомъ съ крестьянъ,-- 44,000 р. недоимки, т. е., говоря другими словами, казна, отдавая земли промышленникамъ, теряетъ на 22,000 десятинахъ земли minimum 147,640 р. на непоступившихъ въ нее денежныхъ суммахъ, которыя должны бы были поступить, и на уменьшеніи суммъ, долженствовавшихъ остаться въ карманѣ народа.

Несомнѣнно, что управленіе государственными имуществами все это понимаетъ и крайне скорбитъ, что оно отдачею ввѣренныхъ въ его распоряженіе арендныхъ земель приноситъ не прибыль, а очевидный убытокъ государству. Но оно не въ силахъ сдѣлать что нибудь другое: оно стѣснено разными формальностями, volens nolens должно отдавать оно пахатныя земли не тѣмъ лицамъ, которыя ихъ разработываютъ и доставляютъ дѣйствительную пользу государству, а равнымъ спекулянтамъ, аферистамъ, кулакамъ, вообще поѣдателямъ чужого труда. Вотъ тутъ-то земство имѣетъ нетолько право, но и обязанность, оказать помощь управленію государственными имуществами. Оно имѣетъ всегда возможность заблаговременно собрать свѣдѣнія какъ о томъ: какія крестьянскія общества желаютъ арендовать казенныя земли и въ какомъ количествѣ, такъ и о томъ: какія поземельные участки будутъ отдаваться управленіемъ государственными имуществами. Далѣе, оно можетъ войти въ соглашеніе съ управленіемъ государственными имуществами: на какіе участки въ томъ или другомъ мѣстѣ лучше разбить отдаваемыя въ аренду казенныя земли, чтобы крестьянскія общества могли явиться конкурентами на торгахъ; въ случаѣ, еслибы у крестьянскихъ обществъ не оказалось требуемаго количества денегъ для залоговъ, земство можетъ сдѣлать имъ для этого ссуду; наконецъ, имѣя въ рукахъ приговоры крестьянскихъ обществъ объ арендованіи тѣхъ или другихъ крестьянскихъ обществъ, земство Можетъ само, по порученію крестьянъ, чрезъ уполномоченныхъ имъ гласныхъ, являться на торги въ управленіе государственными имуществами и взятыя такимъ образомъ съ торговъ земли отдавать крестьянамъ съ взиманіемъ даже небольшаго процента въ пользу земства. Еслибы всѣ земства усердно и дружно ваялись помогать крестьянскимъ обществамъ въ арендованіи казенныхъ земель, то, навѣрное, очень скоро исчезли бы арендаторы-спекулянты, которые причиняютъ арендованіемъ безчисленный вредъ государству, отнимая у него громадный доходъ съ земель, который оно могло бы получитъ при отдачѣ земель крестьянамъ, эксплуатируя крестьянъ и истощая почву иногда собственною хищническою обработкой. А, съ исчезновеніемъ такихъ арендаторовъ, и управленіе государственными имуществами избавилось бы отъ той печальной необходимости, въ какую поставлено теперь -- отдавать казенныя земли за ничтожную пѣну, въ очевидный ущербъ государства, спекулянтамъ, истощающимъ въ одно и тоже время, и государство, и народъ, и почву, и отказывать въ ней крестьянскимъ обществамъ, дающимъ за аренды хорошія цѣны, что, конечно, управленія государственными имуществами дѣлаютъ съ великимъ сокрушеніемъ сердца.

Обращусь теперь снова къ старобѣльской земской управѣ. Въ прошедшемъ моемъ обозрѣніи о старобѣльскомъ земствѣ я сообщилъ, между прочимъ, такую замѣтку г. Маринова, что "лучше было бы деньги 40,000 р., ассигнуемыя земствомъ на постройку прогимназіи, въ которой, мимоходомъ будь сказано, учатся лишь дѣти привилегированныхъ лицъ, употребить на позаимствованіе бѣдствующимъ крестьянамъ, а также на учительскіе курсы, чтобы приготовить такихъ учителей въ школы, которые бы приготовили изъ крестьянскаго населенія соотвѣтственный процентъ учениковъ въ земскую прогимназію". Г. Кириловъ на это возражаетъ въ газетѣ "Харьковъ": "Въ старобѣльской прогимназіи, содержимой на средства старобѣльстаго земства, съ пособіемъ отъ правительства, воспитывается: 46 дворянъ. 12 чиновниковъ, 32 духовнаго званія, 17 купеческаго, 12 мѣщанъ, 19 государственныхъ крестьянъ и 3 солдатскихъ дѣтей. Спрашивается: кому же придетъ въ голову, кромѣ, конечно, корреспондента "Староб. земст.", изъ приведенныхъ только-что статистическихъ данныхъ утверждать, что въ прогимназіи учатся лишь дѣти привилегированныхъ лицъ?". Мысль въ приведенной фразѣ г. Маринова дѣйствительно выражена не точно: вмѣсто лишь, ему надобно бы было сказать: главнымъ обрядимъ или почти только. Впрочемъ, неточность эта ясна каждому безъ всякихъ дальнѣйшихъ комментаріевъ. Нельзя же вѣдь, въ самомъ дѣлѣ, основать земскую прогимназію, преимущественно на крестьянскія деньги, запретивъ туда пріемъ крестьянскихъ дѣтей и не имѣя ихъ, хотя бы только на показъ и изъ приличія, нѣсколько процентовъ, Г. Мариновъ пишетъ теперь, въ объясненіе своей неточности, что онъ только то и хотѣлъ сказать, что между плательщиками на содержаніе этого учебнаго заведенія не можетъ быть равномѣрно распредѣлена польза, получаемая отъ него, такъ какъ крестьянскаго сословія находится въ уѣздѣ 220 тысячъ, а привилегированныхъ не болѣе 10.000 душъ; воспитывающихся же дѣтей изъ крестьянъ, самый незначительный процентъ, по сравненіи съ дѣтьми привилегированныхъ сословій, какъ это видно изъ приведенныхъ самимъ г. Кириловымъ цифръ. Далѣе, и г. Кириловъ говоритъ: "старобѣльская прогимназія еще дорога старобѣльскому земству и тѣмъ, что она учреждена въ честь имени нынѣ царствующаго Государя Императора". По существу, этотъ доводъ составляетъ такую аксіому, противъ которой никто возражать не будетъ. Ибо, само собой разумѣется, что для каждаго вѣрноподданнаго должно быть дорого все то, что освящено именемъ его монарха; но г. Кириловъ забываетъ, что для сердца монарха равно дороги всѣ учрежденія на пользу государства и народа. Именемъ государя украшаются нетолько прогимназіи, но и учительскія семинаріи, и даже низшія училища. Слѣдовательно, предполагая, что оказалось бы полезнымъ для общаго блага преобразовать существующую прогимназію въ учительскую семинарію, дорогое для земства имя могло остаться по прежнему украшеніемъ заведенія. Но главное: въ данномъ случаѣ г. Кириловъ обращается къ сказанному доводу и совсѣмъ безъ нужды. Майоръ Мариновъ не требуетъ вовсе уничтоженія прогимназіи. а говоритъ только, что не нужно было ассигновать 40,000 на постройку прогимназіи, что лучше было бы часть этихъ денегъ употребить на учрежденіе учительскихъ курсовъ для образованія такихъ учителей, которые могли бы поставлять большій процентъ изъ крестьянскихъ дѣтей для мѣстной прогимназіи. Правда, когда становится въ принципѣ вопросъ о томъ: что лучше было имѣть, прогимназію или учительскую семинарію то г. Мариновъ, на томъ основаніи, что крестьянъ въ 20 разъ больше въ Старобѣльскомъ Уѣздѣ, чѣмъ дворянъ, думаетъ, что было лучше завести учительскую семинарію, чѣмъ прогимназію. Впрочемъ, такъ думаетъ не одинъ Мариновъ, а и другіе и, какъ кажется, самъ г. Кириловъ. Такъ, по крайней мѣрѣ, говоритъ майоръ Мариновъ. И когда читаешь обличеніе, которое дѣлаетъ г. Мариновъ г. Кирилову, то, признаюсь, невольно получается впечатлѣніе; что майоръ Мариновъ не самъ дошелъ до той мысли, что на крестьянскія деньги гимназію строить не слѣдовало, а занялъ ее отъ г. Кирилова, часто громившаго подобную непроизводительную трату земскихъ денегъ. "Вотъ какъ разсказываетъ объ этомъ г. Мариновъ, обращаясь къ г. Кирилову:

"На вашу теперешнюю подслащенную соловьиную пѣсню о прогимназіи я отвѣчу слѣдующее: до порученія управою вамъ производства постробки зданія въ 40 тысячъ рублей, вы пѣли о прогимназіи пѣснь зловѣщаго ворона, говоря, не стѣсняясь въ присутствіи многихъ лицъ, что прогимназію слѣдуетъ закрыть, что она содержится по преимуществу крестьянами, а на ихъ карманы воспитываютъ дѣтей лицъ привилегированныхъ сословій, что такое положеніе прогимназіи неправильно И многое тому подобное; слѣдовательно, ни сами имѣли поползновеніе (до начатія вами постройки зданія) подвергнуть прогимназію пертурбаціи, забывая именно то важное условіе, почему еще прогимназія должно быть дорога Старобѣльскому земству; теперь только вы поняли такое ея значеніе, а оно съ самаго начала открытія ея существовало, такъ какъ прогимназіи именовалась Александровскою. Ипокритизмъ въ этомъ дѣлѣ станетъ еще болѣе опредѣлительнымъ и яснымъ, ежели мы приведемъ на память тотъ періодъ, когда земское собраніе, ассигновавъ сумму на постройку гимназіи, поручило это дѣло особому комитету, и когда всѣ дѣйствія этого комитета вы, г. Кириловъ, подвергали различнымъ пертурбаціямъ и довели его до того, что члены его должны были отказаться отъ своего назначенія и комитетъ по постройкѣ зданія самъ собою закрылся; тогда дѣло это перешло въ ваши руки. Съ этого именно момента вы воспламенились горячею привязанностью къ прогимназіи, она вамъ сдѣлалась дорогою, и тутъ-то начались ваши тѣ мудрыя и предусмотрительныя распоряженія, по которымъ постоянный архитекторъ улетучился и замѣненъ временно-пріѣзжающимъ и стоящимъ земству, пожалуй, дороже постояннаго, такъ какъ и надзора не можетъ быть за правильной кладкой стѣнъ и за другими сооруженіями, устромиваемыми въ уѣздѣ, ни за качествомъ матеріала, употребляемаго и каменное зданіе, а это все лежало на обязанности г. Садовскаго (бывшаго архитектора); по тѣмъ "распоряженіямъ, кромѣ васъ, никто изъ членовъ не вправѣ вмѣшиваться въ покупку строительнаго матеріала, а такое устраненіе прочихъ членовъ управы отъ участія въ дѣлѣ денежномъ едва ли можетъ быть согласовано съ заботой о сохраненіи чистоты своей репутаціи".

Не могу не замѣтить здѣсь, что г. Мариновъ очень недовѣрчиво смотритъ на г. Кирилова и во всѣхъ его дѣйствіяхъ хочетъ видѣть нѣчто предосудительное, умышленное. Я же думаю, многое, если не все, можетъ быть объяснено гораздо проще. Г. Кириловъ, по моему мнѣнію, человѣкъ очень ретивый, берется за все, во всемъ хочетъ быть самостоятельнымъ, но у него не хватаетъ для этого ни умѣнья, ни знанія каждаго того дѣла, за которое онъ берется, ни умѣнья выбирать себѣ способныхъ исполнителей, ст, наконецъ, даже рутинной осторожности и практичности, отличающей каждаго дѣльца. Оттого разныя дѣйствія его, въ существѣ дѣла, можетъ быть вовсе невинныя, для сторонняго человѣка принимаютъ какой-то криминальный оттѣнокъ. Возьмемъ, напримѣръ, хоть слѣдующій фактъ, передаваемый г. Мариновымъ. Губернская управа поручаетъ старобѣльсксй земской управѣ произвести торги на устройство по Старобѣльскому уѣзду мостовъ и гатей. Г. Кириловъ доноситъ губернской управѣ, что желающіе принять означенный подрядъ не соглашаются на цѣну, опредѣленную сметнымъ исчисленіемъ, и требуютъ добавки 30% къ той цѣнѣ. Губернская управа командируетъ своего члена въ уѣздъ, и этотъ послѣдній, безъ всякаго затрудненія, сдаетъ подрядъ безъ всякой надбавки. Вотъ фактъ, на первый взглядъ, незначительный, но, который, на самомъ дѣлѣ, говоритъ очень много. Подъ нимъ можетъ не быть никакой подкладки и можетъ предполагаться самая неблаговидная. Я стою за г. Кирилова и утверждаю, что этотъ фактъ есть фактъ совершенно невинный, что истинный дѣлецъ никогда не сдѣлалъ бы такого промаха; и тѣмъ не менѣе, я не могу не признать, что предсѣдатель управы, который въ своемъ уѣздѣ не можетъ отдать устройство мостовъ и гатей за болѣе дешевую цѣну, чѣмъ временно пріѣхавшій туда изъ губерніи членъ управы, никакъ не удовлетворяетъ требованіямъ своего поста, что, впрочемъ, въ давнемъ случаѣ, можетъ зависѣть не отъ тѣхъ или другихъ способностей лица, занимающаго постъ, а отъ обстоятельствъ, совершенно случайныхъ. Г. Кириловъ, напримѣръ, обремененъ самыми разнообразными занятіями: онъ -- городской голова, предсѣдатель губернской земской управы, строитель прогимназіи, продовольствователь тюремнаго замка, пожарной команды и лошадей, поставщикъ дровъ воинскимъ командамъ. Это разнообразіе занятій разрываетъ его на части и не даетъ ни на чемъ серьёзно сосредоточиться. Оттого онъ -- нигдѣ не хозяинъ, нигдѣ не у себя. Въ этомъ, я полагаю -- вся его бѣда.

Къ журналамъ старобѣльскаго земскаго собранія приложенъ протестъ гласнаго этого собранія, г. Морозова, противъ избранія гласнаго Кирилова въ должность предсѣдателя земской управы. Въ протестѣ этомъ говорится, что министръ внутреннихъ дѣлъ признаётъ, что "одновременное исполненіе двухъ должностей -- члена управы -- и городскаго головы (г. Кириловъ кромѣ того членъ училищнаго совѣта и губернскій гласный) -- рѣшительно невозможно, такъ какъ должность городского головы требуетъ безотлучнаго пребыванія въ городѣ, а другія должности, занимаемыя Кириловымъ, требуютъ частыхъ отлучекъ изъ города, и что, при подобномъ порядкѣ вещей, гіе могутъ не страдать интересы земства и города; что, вслѣдствіе этого, г. министръ, съ разрѣшенія правительствующаго сената, распорядился объ увольненіи лица, изъ-за котораго былъ возбуждавъ вопросъ, отъ должности городского головы, такъ какъ онъ былъ избранъ членомъ управы прежде". Если, дѣйствительно, существуетъ такое распоряженіе г. йинистра внутреннихъ дѣлъ, исполненіемъ котораго только и можетъ сколько-нибудь обезпечиваться успѣшное и законное теченіе дѣлъ и въ городскомъ, и земскомъ самоуправленіяхъ, то надобно удивляться нетолько тому, какъ земцы обходятъ это распоряженіе, но и почему его обходятъ" къ очевидному ущербу земскихъ интересовъ? Вѣдь, не нужно, кажется, употреблять никакихъ головоломныхъ усилій для того, чтобы понять, что, стоить только липу, занимающему должность городского головы и предсѣдателя земской управы (я говорю здѣсь, конечно, не о г. Кириловѣ лично, а о всякомъ лицѣ, которое совмѣщаетъ эти должности), быть облеченнымъ еще властію исправника, чтобы Старобѣльскъ съ своимъ уѣздомъ превратился въ старинное воеводство и управленіе въ немъ сдѣлалось ничуть не лучше, чѣмъ, по сказанію г. Щедрина, было въ Голодномъ Городѣ во время управленія послѣдняго бригадиромъ Петромъ Петровичемъ Ѳедырщинкой.


-----


Объ одномъ изъ нашихъ уѣздныхъ сѣверныхъ земствъ, очень бѣдномъ, вамъ сообщаютъ слѣдующее курьёзное извѣстіе:

"Члены нашей управы, пишетъ корреспондентъ:-- растратили, какъ извѣстно изъ газетъ, земскихъ денегъ около трехъ тысячъ рублей, за что и преданы суду съ устраненіемъ отъ должностей; одинъ изъ членовъ сознался въ растратѣ; предсѣдатель же управы, на долю котораго приходится около 2,000 руб.. не признаётся и говоритъ, что деньги ушли въ дыру, которую онъ открылъ въ ящикѣ стола, гдѣ хранились земскія деньги". Фактъ этотъ должны принять къ свѣдѣнію всѣ земства и прилагать тщательную заботливость къ своевременному устраненію дыръ, въ которыя могутъ утекать земскія деньги.


-----


На дняхъ намъ прислана книга, подъ заглавіемъ: "Николай Алексѣевичъ Некрасовъ", составленная г. А. Голубевымъ. Въ предисловіи, г. Голубевъ говоритъ, что "чистый сборъ отъ продажи изданія будетъ переданъ сестрѣ Н. А. Некрасова, Аннѣ Алексѣевнѣ Буткевичъ, для лучшаго устройства находящейся на мѣстѣ родины поэта сельской школы, которая пользовалась особеннымъ вниманіемъ и попеченіемъ поэта". Въ книгѣ слѣдующіе отдѣлы: I) Біографія; II) Критическій обзоръ произведеній Некрасова въ связи съ тѣми отзывами, которые уже даны критикою; III) Стихотворенія, посвященныя памяти поэта (изъ газетъ и журналовъ); IV) Сводъ журнальныхъ и газетныхъ статей о Некрасовѣ съ 1840 года, составленный С. И. Пономаревымъ (изъ "Отеч. Зап.").-- Самый главный отдѣлъ въ книгѣ, критическій обзоръ произведеній Некрасова, занимаетъ 22--115 страницъ. Составленъ онъ добросовѣстно, но рукою въ дѣлѣ критики недостаточно опытною. При книгѣ приложенъ очень хорошій портретъ поэта, исполненный съ негатива фотографа Левицкаго фотографіею Лемерсье въ Парижѣ. Портретъ снятъ до болѣзни поэта, очень похожъ, и, по нашему мнѣнію, одинъ изъ лучшихъ его портретовъ.


"Отечественныя Записки", No 6, 1878