# "Ходатель"

Сергей Алексеевич Епифанов

(Сценка).

## С. А. Епифановъ


## Смѣхъ и Слезы


СМѢШНЫЕ РАЗСКАЗЫ, СЦЕНЫ, ШУТКИ И ЛИРИЧЕСКІЯ СТИХОТВОРЕНІЯ


МОСКВА

Изданіе журнала "РАЗВЛЕЧЕНІЕ"

1900


## "ХОДАТЕЛЬ"


(СЦЕНКА.)


Около зданія губернскаго правленія торчатъ нѣсколько субъектовъ неопредѣленнаго вида,: всѣ они -- въ сильно потертыхъ пиджакахъ и лѣтнихъ пальто, отливающихъ всѣми цвѣтами радуги; красносизые носы на загорѣлыхъ коричневыхъ лицахъ предательски свидѣтельствуютъ о сильной наклонности обладателей ихъ къ дарамъ Бахуса.

Субъекты зорко посматриваютъ во всѣ стороны, словно ожидая кого-то.

Къ одному изъ нихъ робко подходятъ два мужика, одѣтыхъ по-деревенски: одинъ уже пожилой, съ большою рыжевато-грязнаго цвѣта бородой, другой -- безусый молодой парень, бѣлобрысый, весноватый; съ виду -- отецъ и сынъ.

-- Дозвольте, сударь, спросить, -- обращается къ субъекту пожилой мужикъ, снимая картузъ,-- вы изъ какихъ будете?

Тотъ бросилъ привычный взглядъ на будущихъ кліентовъ и важно произнесъ:

-- Адвокатъ!..

-- Стало-быть -- "ходатель?"

-- Ну, да -- ходатель... да тебѣ чего надо то? прошеніе что ли написать?

-- Во, во... оно самое и есть: прошеніе. Сдѣлай милость!-- кланялся мужикъ.-- Что будетъ стоить, ублаготворю, не сумлѣвайся, сударь...

-- Ладно. Пойдемъ въ трактиръ, тамъ и напишемъ...

И, сказавъ это, "сударь" повелъ мужиковъ въ грязный трактиръ.

Здѣсь, усѣвшись въ углу за однимъ изъ столовъ, онъ приступилъ къ дѣлу.

-- Вотъ что, другъ любезный, спрашивай полбутылки водки, да выкладывай мнѣ рубль-цѣлковый. А ужъ я тебѣ такое прошеніе настрочу, что ахнешь...

-- За эфтимъ дѣло не станетъ. Эй, малецъ!-- крикнулъ пожилой мужикъ мальчику-половому,-- принеси-кось полбутылочку очищенной!

-- Да бумаги и чернилъ,-- прибавилъ "сударь".-- Живо, раккалія!

Вскорѣ на столѣ появилось и то, и другое.

"Ходатель" налилъ себѣ стаканъ и "хлопнулъ".

-- Гм... Ну, разсказывай, въ чемъ дѣло, -- обратился онъ къ мужику.

-- Дѣло-то, выходитъ, самое плевое... Да ты выпей еще, ваше благородіе!

-- Можно,-- согласился субъектъ.-- Эй, Прошка! Дай-ка чайный стаканъ, а то этимъ не стоить чикаться...

Прошка-половой быстро исполнилъ приказаніе.

-- Вотъ это такъ!-- говорилъ "ходатель", наливая и выпивая цѣлый стаканъ сивухи, -- Ну, разсказывай!

Мужикъ откашлялся и началъ.

-- Теперича, вотъ эфтоть самый малый -- Сынъ, стало-быть, мнѣ будетъ,-- указалъ онъ глазами на парня, глупо смотрѣвшаго по сторонамъ.

-- Такъ... Дальше что?

-- Дальше-то? Да ты выпей еще, ваше благородіе! Лучше поймешь дѣло-то...

-- Отчего не выпить?-- опять согласился субъектъ и снова "хлопнулъ" чайный стаканъ.

-- И вотъ, стало-быть, другъ любезный, теперича эфтоть самый сынъ мой въ сильнѣющей обидѣ состоитъ...

-- Кто жъ его обидѣлъ?

-- Кто обидѣлъ-то? Обнаковенно кто: Митрій, сусѣдъ, стало-быть, Корявымъ прозывается.

-- Какъ его по отечеству-то?

-- Кого?

-- Опять же Дмитрія -- сосѣда?

-- Дмитрія-то?

-- Ну, да -- Эфтого не знаю... убей -- не знаю... Неча грѣха таить -- не знаю.

-- Чѣмъ же онъ обидѣлъ?

-- Кто?

-- Да Дмитрія Корявый.

-- Кого?

-- Тьфу. Да сына твоего!

-- Сына-то? Обнаковенно чѣмъ -- кулакомъ...

-- Какъ же это?

-- Очень просто: цопнулъ его два раза по скулѣ, да разъ въ хлебово -- и все тутъ.

-- Ну, и что же?

-- Да ничего: все, какъ слѣдоваетъ: два зуба вышибъ,-- вотъ они.

И мужикъ вынулъ изъ кармана два зуба, выбитые у сына сосѣдомъ, какъ вещественное доказательство.

-- Гм... Дѣло это уголовщиной пахнетъ... Нанесеніе увѣчья... Меньше пары цѣлкачей я не возьму,-- глубокомысленно произнесъ "дровокатъ".

-- А ты уступи, да выпей послѣдки-то,-- упрашивалъ мужикъ, наливая послѣдній стаканъ.

-- Выпить я выпью, а уступить не могу: по рублю за зубъ -- цѣна рѣшительная...

-- Возьми по три четвертака, да еще сороковку и по рукамъ.

-- Ну, ладно! Выкладывай полторы бумажки...

Кліентъ отсчиталъ полтора рубля и вручилъ "ходателю" со словами:

-- Только ты, другъ любезный, похлеще его, подлеца, чтобы, значитъ, не имѣлъ онъ никакую полную праву сыну моему вышибать.

-- Насчетъ этого не безпокойся... Въ лучшемъ видѣ отдѣлаю... Законы-то я, брать, знаю какъ свои пять пальцевъ. Такую статью подведу, что онъ у меня не пикнетъ... Шалишь, не на того напалъ... Недаромъ я служилъ въ управѣ Благочинія и чинъ имѣю,-- говорилъ "ходатель", опьянѣвъ совершенно отъ выпитой водки.-- Прошка! Тащи еще сороковку! Живо!

Мужикъ съ почтеніемъ и страхомъ смотрѣлъ на чиновнаго "дровоката" и только кланялся:

-- Ужъ сдѣлай божескую милость, запеки ты его куда ни есть хуже. Опосля отблагодарю во-какъ...

"Ходатель" совсѣмъ расхорохорился.

-- Да я его, мерзавца, на основаніи 13 пункта къ 20 примѣчанію 2 части 1285 статьи 7 тома обязательныхъ постановленій Городской Думы...

-- А ты не пужай, родной, выпей лучше, -- со страхомъ промолвилъ мужикъ, наливая субъекту стаканъ изъ поданной полубутылки водки.

-- Въ бараній рогъ согну!-- крикнулъ окончательно пьяный "ходатель", стукнувъ по столу кулакомъ.

Хвативъ еще сивухи, онъ свалился на полъ и заснулъ, какъ убитый.

Половые бросились поднимать пьянаго "дровоката", а мужикъ разводилъ безнадежно руками и, чуть не плача, приговаривалъ:

-- Какъ же теперича, прошеніе-то?.. Полтора цалковыхъ слупилъ да вина на полтинникъ выжралъ и хоть бы строчку черканулъ!.. Два рубля -- какъ корова языкомъ слизнула... Вотъ такъ подвелъ статью! Плакали мои денежки!..