# Морильщик

Сергей Алексеевич Епифанов

## С. А. Епифановъ


## Смѣхъ и Слезы


СМѢШНЫЕ РАЗСКАЗЫ, СЦЕНЫ, ШУТКИ И ЛИРИЧЕСКІЯ СТИХОТВОРЕНІЯ


МОСКВА

Изданіе журнала "РАЗВЛЕЧЕНІЕ"

1900


## МОРИЛЬЩИКЪ.


(РАЗСКАЗЪ МУЗЫКАНТА.)


....Все лѣто игралъ я въ Нижнемъ, -- началъ свой разсказъ Скриподеровъ,-- въ какомъ-то жидовскомъ оркестрѣ. Пріѣхалъ я изъ Москвы туда налегкѣ: узелокъ съ бѣльемъ, да скрипка подъ мышкой -- и все тутъ. Чистъ молодецъ! Думаю себѣ: если, молъ, понадѣлаю долговъ, такъ съ меня взятки гладки, -- судебному приставу нечего будетъ безпокоиться. Скрипку постараюсь продать, а на старыя калоши онъ не польстится.

Хорошо-съ. Пріѣзжаю въ Нижній и прямо къ подрядчику-дирижеру изъ евреевъ. Рекомендуюсь.

-- Прибывшая изъ Москвы первая скрипка. Желаете?

-- Вашъ репертуаръ?-- спрашиваетъ жидъ.

-- Все, что угодно: польки, вальсы, кадрили, мазурки, Бетховенъ, Гайднъ, Моцартъ, Верди, Россини, Леонкавало, Штраусъ, Рубинштейнъ, Сѣровъ, Чайковскій, Мендельсонъ, Бартольди, Шопенъ, Шуманъ, Римскій-Корсаковъ...

Такую, понимаете, пыль въ глаза пустилъ, что мой жидъ даже испугался.

-- Постойте, постойте!-- говоритъ.

А я ему продолжаю рубить:

-- Симфоніи, сюиты, квартеты, квинтеты, сольныя партіи, дуэты...

Однимъ словомъ, чего и во снѣ не приснится, все выложилъ, навралъ съ три короба.

Жидъ даже подпрыгнулъ на мѣстѣ.

-- А сто ви зелаете залованья?

-- 100 рублей и чайныя,-- брякнулъ я.

-- Пхе... И сто ви говорите? 100 рублей!.. Псс!...

-- Что же удивительнаго? Первая скрипка изъ Москвы, -- поймите: вѣдь я -- артистъ, учился въ консерваторіи...

А самъ думаю себѣ: "хороша, молъ, консерваторія -- на Грачевкѣ!... "

-- Зелаете 25 рублей и цайныя?-- оборвалъ меня жидъ.

Стали торговаться: ни бе, ни ме... Еврей стоитъ на своемъ и шабашъ. Плюнулъ я и согласился.

Играли мы въ гостиницѣ "Отдирай-примерзло". Тамъ были и арфистки, съ которыми мы и чередовались: то онѣ, то мы. Весело было. Вечерами народу пропасть. Вина -- море: пей, сколько влѣзетъ. Бывало къ запору гостиницы еле сидишь на стулѣ, а носомъ чуть до нотъ не достаешь. Смычкомъ-то дерешь по всѣмъ струнамъ такую ерунду, что ни одному композитору не выдумать. Да спасибо, турецкій барабанъ выручалъ: дубасилъ что есть мочи, за нимъ и не слыхать было моей скриподерни. Я его водкой всегда за это по утрамъ угощалъ.

Хорошо-съ. Игралъ я и пилъ, пилъ и игралъ,-- все какъ слѣдуетъ. Да на грѣхъ чортъ меня связалъ съ одною пѣвичкой, съ которой я все свое первое жалованье и ухлопалъ. Это бы, конечно, наплевать. Но дѣло въ томъ, что я спьяна въ этотъ день гдѣ-либо забылъ или потерялъ свою кормилицу-скрипку. Искалъ, искалъ я ее послѣ -- he нашелъ. Ну, а безъ скрипки я -- какъ безъ рукъ. Купить другую не на что: жалованье -- тю-тю! Просилъ у жида впередъ -- куда тебѣ! И руками, и ногами замахалъ. Что дѣлать? Оставалось одно -- въ Москву, домой, по шпаламъ, по-актерски. но какъ я безъ копейки 500 верстъ отмахаю по образу пѣшаго хожденія? думаю себѣ. Надо что-нибудь предпринять. Вспомнилъ я, какъ солдатъ изъ топора щи варилъ, да это было давно, когда ножей еще не было и пальцемъ говядину рубили. Надо поновѣй что-нибудь. Извѣстно, "голь на выдумки хитра". Я и выдумалъ. Вещь самая простая, а между тѣмъ съ помощью ея я безпечально дошелъ до Москвы и былъ сытъ, и иногда пьянъ, да и мѣдяки побрякивали въ карманѣ. Клянусь скрипкой, что никто изъ васъ этого не придумаетъ.

Но разскажу по порядку.

Добылъ я длинную, тонкую палку, привязалъ къ концу заячью лапку, купилъ фунтъ муки за 5 копеекъ, привѣсилъ къ боку на ремень кожаный мѣшокъ и преобразился... въ морильщика таракановъ. Чего Вы смѣетесь?-- говорю правду. Пальто лѣтнее подвязалъ краснымъ кушакомъ, брюки заправилъ въ сапоги и пошелъ не по шпаламъ, а по большой дорогѣ. Иду себѣ да посвистываю. Какъ только увижу деревню --

-- Тараканы есть?-- спрашиваю какого-нибудь мужика.

-- Какъ не быть этого добра! сколько хошь. А тебѣ они на что?

-- Морильщикъ я. Морить не надо ли?

-- На что ихъ моритъ. Пущай бѣгаютъ, -- мы привычны; опять же тараканъ -- тварь безвредная. А много ль берешь-то?

-- Ничего. Дашь молока да хлѣба -- и все.

-- Это съ полнымъ удовольствіемъ. И яичекъ дамъ на дорожку, коли ежели желаешь. Тогда ужь потрудись -- помори. Надоѣли они, проклятущіе. Ночью выползутъ, всѣ стѣны черныя сдѣлаются; шуршать такъ, ровно кто сапогами смурыгаетъ.-- Эй, Матрена!-- крикнетъ мужикъ женѣ,-- принесикось крыночку молочка вотъ этому молодцу, да десяточекъ яицъ...

Я сейчасъ сумку долой, ткну заячью лапку въ муку и давай постукивать да попыливать по печкѣ, по стѣнамъ и угламъ.

-- И помогаетъ "средствіе"-то?-- спрашиваетъ какая-нибудь баба, смотря на мою немудрую работу.

-- Всѣ подохнутъ, а если не всѣ, то самая малость останется, -- объясняю я,-- а самого смѣхъ такъ и разбираетъ.

Такимъ-то манеромъ я и ходилъ по деревнямъ, которыя попадались на дорогѣ. Гдѣ накормятъ, гдѣ водкой напоятъ, гдѣ 3--5 коп. заплатятъ за разведеніе... тьфу! за мореніе таракановъ. Ночевалъ на сѣнѣ -- прелесть! Лучше всякаго номера въ гостиницѣ. Когда я ввалился въ Москву, у меня въ карманѣ было около трехъ рублей денегъ за всѣми дорожными расходами на выпивку (больше тратить было не на что) да съ полсотни яицъ, кромѣ пары кумачевыхъ рубахъ, подаренныхъ въ одной деревнѣ за мое "средствіе". И вотъ, какъ видите, я цѣлъ, невредимъ, да еще растолстѣлъ дорогой. Чего смѣетесь? Значить, "шарикъ" въ головѣ у меня работаетъ чудесно. Вамъ бы на моемъ мѣстѣ не выдумать такого "сродствія"!..

Слушатели смѣялись, смотря на импровизованнаго морильщика-музыканта.