# Золотое яичко

Сергей Алексеевич Епифанов

## С. А. Епифановъ


## Смѣхъ и Слезы


СМѢШНЫЕ РАЗСКАЗЫ, СЦЕНЫ, ШУТКИ И ЛИРИЧЕСКІЯ СТИХОТВОРЕНІЯ


МОСКВА

Изданіе журнала "РАЗВЛЕЧЕНІЕ"

1900


## ЗОЛОТОЕ ЯИЧКО.


(ПАСХАЛЬНЫЙ РАЗСКАЗИКЪ.)


-- Хозяюшка, который часъ?-- крикнулъ Илья Петровичъ Переписчиковъ, молодой канцелярскій чиновникъ изъ выгнанныхъ гимназистовъ, еле продравъ глаза и не вставая съ постели.

-- Одиннадцатый!-- отвѣтила изъ сосѣдней комнаты его квартирная хозяйка.-- Вставай, батюшка, чай, визиты надо дѣлать?

-- Какъ же... Надо поздравить кой-кого, похристосоваться, честь-честью.

Переписчиковъ всталъ, умылся, причесался, одѣлся въ новое платье, пріобрѣтенное къ празднику въ одной изъ лавокъ на Толкучкѣ "по сходной цѣнѣ", при чемъ особенно тщательно почистилъ фракъ, взятый напрокатъ у портного Залетова спеціально для "визитерства", долго стоялъ передъ зеркаломъ, завязывая бѣлый галстукъ и осматривая себя со всѣхъ сторонъ.

Рожа, кажется, ничего себѣ... приличная,-- говорилъ онъ самъ съ собой, окончивъ туалетъ и выпивая стаканъ чаю.-- Прежде всего къ начальству: распишусь въ книгѣ, швейцару -- Полтинникъ, впрочемъ, много будетъ, двугривенный.... Потомъ махну къ Лизочкѣ Жасминовой: то-то обрадуется, какъ вручу ей золотое яичко и коробку конфетъ! А ужъ поцѣлую не три раза, а десять.... Небось -- не разсердится: рада будетъ...

И, выпивъ стаканъ чая, онъ обильно надушилъ брокаровскими духами платокъ, спрыснулъ борты фрака, въ задній карманъ котораго положилъ золотое яичко, купленное имъ въ овощной лавкѣ, сунулъ въ пальто коробку конфетъ отъ Абрикосова и отправился.

-- Извозчикъ!-- крикнулъ Илья Петровичъ.

-- Куда прикажете, ваше сіятельство?

-- Къ Лизочкѣ Жасминовой!

-- Куда-съ?

-- Тьфу.... На Тверскую!

-- Рубликъ пожалуйте на починѣ-съ...

-- Обалдѣлъ ты съ праздника-то! Полтинникъ...

-- Маловато, ваше благородіе, -- нонѣ день-то какой? Мы его цѣлый годъ ждемъ, баринъ хорошій...

-- Ну, гривенникъ прибавлю.

-- Пожалуйте-съ...

Садясь на извозчика, Переписчиковъ почувствовалъ, что въ карманѣ его фрака что-то какъ будто хрустнуло, но онъ не обратило на это вниманія.

Съ радостнымъ трепетомъ входилъ Илья Петровичъ въ небольшую квартиру, гдѣ обиталъ предметъ его долгихъ ухаживаній -- Лизочка, жившая вмѣстѣ съ матерью.

-- Христосоваться пріѣхалъ,-- говорилъ онъ, раздѣвшись, и, троекратно облобызавъ старуху, вручилъ ей красное яйцо.-- Ну-съ, Лизочка, теперь съ вами... Десять поцѣлуевъ, уговоръ лучше денегъ. А ужъ яичко я для васъ какое припасъ -- шикъ! Не простое яичко -- золотое.

Дѣвушка стояла и краснѣла.

-- Давайте сюда губки-то: теперь Пасха -- цѣловаться не возбраняется...

И Переписчиковъ, обнявъ Лизочку, влѣпилъ ей нѣсколько поцѣлуевъ.

-- А вотъ вамъ, херувимъ, и яичко...

Съ этими словами Илья Петровичъ выхватилъ изъ кармана фрака платокъ, въ который онъ бережно завернулъ золотое яичко и вдругъ остолбенѣлъ.

Съ платка вмѣстѣ съ яичною скорлупой стекала желтоватая клейкая жидкость, падая на полъ, на борты фрака, на его новыя брюки и выступая между пальцевъ правой руки.

-- Раздавилъ!..-- жалобно произнесъ Переписчиковъ.-- Проклятый лавочникъ! Сырое яйцо всучилъ... Ахъ, мерзавецъ!.. Фракъ-то, фракъ! что-то теперь скажетъ портной?-- бормоталъ несчастный визитеръ и по разсѣянности сталъ отирать тѣмъ же платкомъ свое вспотѣвшее лицо, размазывая на немъ яичную жидкость.

Лизочка не выдержала и покатилась со смѣху. Засмѣялась и ея мать.

-- Илья Петровичъ,-- сказала она,-- на что вы похожи?

Переписчиковъ бросилъ взглядъ въ зеркало и, какъ сумасшедшій, кинулся въ переднюю.

-- Куда вы? Посидите, умойтесь!-- крикнула ему старуха-мать.

-- Нѣтъ-съ, мнѣ некогда! Прощайте!-- торопливо проговорилъ онъ и, напяливъ кое-какъ пальто, устремился въ дверь, забывъ калоши и не обративъ вниманія на размалеванную яичнымъ желткомъ свою жалкую физіономію.